Великая французская революция

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
История


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

  • Содержание

Введение

Глава 1. Взятие Бастилии и принятие Декларации прав человека и гражданина

Глава 2. Окончательная ликвидация монархии

Глава 3. Государство и законодательство периода якобинской диктатуры

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Французская революция -- едва ли не самое мощное потрясение XVIII века -- изменившее облик Франции, придав ей современные черты. Она глубочайшим образом повлияла на судьбу многих государств: и тех, кои были ею реально затронуты, и тех, что лишь издалека наблюдали за происходящим. Она создала целый пласт новой политической культуры, преподала уроки, важные и по сей день, но кои, как водится, не умеем извлекать из истории Палавинская Н. Ю. С. 17. «Исторический лексикон. XVIII век». М.: Знание, 1996.

Французская революция родилась из глубокого надлома феодально-абсолютистской системы. Революционным событиям и переменам предшествовали кризисные тенденции в жизни общества -- финансовый кризис, нищета народа, а также напряжённость во взаимоотношениях короля с основными сословными группами общества. Французская революция была подготовлена также идейно-философской критикой существующих нравов и порядков. Кроме того, на её программных документах сказался опыт американских революционеров.

Период с июля 1789 по август 1792 гг. можно считать периодом конституционного течения конфликта между монархом и национальными избранниками. Самым памятным событием конституционной истории этого времени стало принятие Декларации прав человека и гражданина, примером коей во многом послужила Декларация независимости Североамериканских Соединённых штатов.

Глава 1. Взятие Бастилии и принятие Декларации прав человека и гражданина

Революционным событиям и переменам предшествовали кризисные тенденции в жизни общества -- финансовый кризис, нищета народа, а также напряженность во взаимоотношениях короля с основными сословными группами общества. В 1787--1788 гг. происходит мятеж аристократии, спровоцированный намерением королевского правительства уравнять ее в налоговом обложении с третьим сословием (купцы, ремесленники, мещане, юристы, мелкие чиновники). Дворяне в этот период склоняются в пользу конституционного строя с вотированием налогов Генеральными штатами, с передачей забот об управлении на местах специальным выборным уполномоченным провинциальных штатов. Они же, разумеется, были сильно озабочены гарантиями личной свободы и неприкосновенности своих сеньориальных привилегий.

Французская революция была подготовлена также идейно-философской критикой существующих нравов и порядков. Кроме того, на ее программных документах сказался опыт американских революционеров.

Король Людовик XVI созвал Генеральные штаты постановлением Королевского совета от 8 августа 1788 г. В сентябре Парижский парламент (судебное учреждение) решил, что созываемые королем Генеральные штаты должны состоять, как и в последнем своем собрании в 1614 г., из трех сословий, причем каждое из сословий располагает одинаковым числом представителей и голосует раздельно. Однако третьему сословию, ставшему заметной финансовой и политической силой, удалось навязать свои условия — вдвое увеличить свое представительство (588 депутатов против 301 от дворянства и 270 депутатов от духовенства). Выборы депутатов от третьего сословия проходили на сословных собраниях, во время которых составлялись и обсуждались наказы избирателей (сохранилось около 40 тыс. таких документов).

Представители двух первых сословий отправлялись лично в главный город бальяжа (административного округа), чтобы составить избирательное собрание. Даже женщины, принадлежавшие к сословию дворян и владевшие поместьем, могли иметь своего представителя на этих собраниях в лице уполномоченного, снабженного доверенностью. Заседание Генеральных штатов началось в Версальском дворце 5 мая 1789 г. Собравшиеся проявили необычайную самостоятельность и инициативу: 17 июня депутаты третьего сословия, поддерживаемые низшими слоями духовенства и дворянства, по предложению аббата Эмманюеля Сиейеса провозгласили себя Национальным собранием, а затем 9 июля переименовали себя уже в Учредительное собрание (Конституанта). При этом претворялись в жизнь требования из наказов избирателей. Это же собрание торжественно постановляет именовать Людовика XVI «восстановителем французской свободы».

Подобное направление перемен было предсказано в ряде наказов, например в наказе избирателей Парижской округи, где имеется такое обобщение: «Могущественнейшая нация Европы готовится выработать себе конституцию, т. е. установить незыблемый порядок, при котором злоупотребления власти станут невозможными…» В разделе наказа, озаглавленном Декларация прав, было записано следующее: «Мы требуем, чтобы было признано основным и конституционным законом: что все люди родились свободными; каждый имеет одинаковое право на безопасность и на полное распоряжение собой и своим имуществом».

При обсуждении гарантий свободы гражданина наряду с требованием признать право на суд присяжных «естественным правом всякого гражданина» или признать право на свободу занятий, ремесел и торговли говорилось еще и о том, что необходимо уничтожить крепостную зависимость и что «рабство негров (в колониях) противоречит естественному праву». В разделе о конституции было сказано, что монархическая форма правления сохраняется, но власть монарха должна ограничиваться законом; поскольку законодательная власть принадлежит нации, закон есть выражение общей воли, получившей санкцию короля. Функции судебной власти отличны от функций исполнительной власти и могут выполняться от имени короля лишь членами судейского сословия или судьями, утвержденными нацией. «Таковы существенные основы декларации прав той конституции, способствовать обращению которой в национальную хартию мы поручаем избранным нами национальным представителям… «

Король делает попытку разгона Конституанты, но встречает сопротивление. Он приказывает депутатам 19 июня разойтись по сословиям, но те, перебравшись в зал для игры в мяч, торжественно обещают не расходиться до тех пор, пока не выработают конституцию. 20 июня король делает еще одну попытку упорядочить работу депутатов, посылая к ним своего представителя с требованием разделиться по сословным фракциям и заседать отдельно. В ответ на это граф Мирабо, один из самых популярных политических ораторов и деятелей начального периода, произносит в адрес королевского посланца весьма примечательные слова: «Вы, кто не имеет среди нас ни места, ни голоса, ни права говорить, идите к вашему господину и скажите ему, что мы находимся здесь по воле народа и нас нельзя отсюда удалить иначе как силой штыков».

Из всех революционных лет самым насыщенным оказался 1789 год. Людовик XVI стягивал к Версалю дополнительные части. Угроза расправы с собранием вызвала народное восстание в Париже. Вооружённая многочисленная толпа 14 июля подступила к крепости-тюрьме Бастилии -- одного из символов абсолютизма. За два дня до нападения на Бастилию население начало ковать пики, а непосредственно утром 14 июля были захвачены несколько десятков тысяч ружей в Отеле инвалидов. Гарнизон Бастилии в это время состоял из 114 человек (82 инвалидов и 32 швейцарца) во главе с Бертраном Рене Жорданом маркизом де Лоне и плац-майора де Лосма при 13 пушках (из них пригодны к использованию были лишь 4). Однако главной защитой крепости были подъёмные мосты и толстые стены.

После отрицательного ответа коменданта Бастилии маркиза де Лоне на предложение добровольной сдачи, народ (от 600 до 1000 инсургентов во главе с Камилом Демуленом) двинулся на штурм. При этом в Париже у Людовик XVI находилось 5000 швейцарцев, 3000 австрийцев и немцев принца де Ламбеска и барона де Безанвале, однако на помощь маленькому гарнизону Бастилии они так и не пришли. Численность восставших быстро возросла до 60 тысяч человек (из коих лишь 20 тысяч были вооружены). В ходе первого приступа с 1200 до 1400 было убито 20−25 и ранено 35−40 восставших. Однако, всё же проникнув на первый наружный двор и разрубив топорами цепи разводного моста, народ ринулся во второй двор, где находились квартира коменданта и казармы охраны. Ожесточённая стрельба началась с обеих сторон. Чтобы защититься от выстрелов сверху, народ притащил три огромных воза соломы и зажёг их; густой дым закрыл штурмующих от глаз осаждённых. Бой продолжался да тех пор, пока у защитников не стали заканчиваться боеприпасы, а численность восставших достигла ста тысяч (это притом что в Париже проживало 800 тысяч жителей). Тогда де Лоне, зная, что нечего рассчитывать на помощь из Версаля, и что ему не устоять против осады, решился взорвать Бастилию. Но когда он с зажжённым фитилем спускался в пороховой погреб, два унтера Беккар и Ферран бросились на него, и, отняв фитиль, заставили созвать военсовет. Почти единогласно было решено сдаться. Был поднят белый флаг, и по опущенному подъёмному мосту огромная толпа проникла во внутренний двор Бастилии. Несколько офицеров и солдат тут же были повешены; Гюлен и Эли хотели спасти коменданта крепости, но по дороге в Ратушу толпа отбила его, убила и, обезглавив, воткнула голову маркиза де Лоне на пику, с коей затем обошла весь город. Все семь узников Бастилии были выпущены на волю, а ценнейший архив крепости был разграблен. Осада и взятие Бастилии -- одно из грандиознейших событий в истории человечества. Оно имело огромное значение в глазах не только современников, но и последующих поколений. Взятие Бастилии сделалось символом всякого достигнутого революционным путём политического освобождения, самое слово «Бастилия» стало нарицательным Тарле Е. В. Сочинения т. VI. М.: 1959. С. 47−58.

Жан Жорес также писал: «падение Бастилии произвело громадное впечатление. Всем народам земли показалось, что рухнула темница всего человечества. Это было нечто большее, чем провозглашение прав человека, это было провозглашение силы народа, служащей праву человека. Из Парижа для всех угнетённых не только донесся свет, но и явилась надежда и в этот час в миллионах сердец, косневших во мраке рабства, зажглась заря свободы» Жана Жореса «История Великой французской революции». М., 1988. С. 71.

Восстание 14 июля 1789 г. явилось началом революции. Людовику XVI пришлось пойти на уступки и признать решения Национального собрания. В эти дни в Париже возник орган городского самоуправления -- муниципалитет, составленный из представителей крупной буржуазии. С 1880 года годовщина взятия Бастилии стала отмечаться во Франции как национальный праздник. Рождалось новое гражданское общество в современном смысле слова. Его принципы были определены в «Декларации прав человека и гражданина», принятой 26 августа 1789 года.

Декларация прав человека и гражданина состоит из преамбулы и 17 статей, напоминающих христианские заповеди и отчасти конкурирующих с ними. О практическом назначении Декларации говорится в преамбуле:

· она напоминает согражданам, что «лишь невежество, забвение прав человека и пренебрежение к ним являются единственными причинами общественных бедствий»;

· отныне Декларация будет неизменно пребывать перед взорами всех членов общественного союза и постоянно напоминать им их права и обязанности;

· действия законодательной или исполнительной властей могут теперь быть «ежеминутно сравниваемы с целью всякого политического установления» и благодаря такой процедуре станут «более уважаемы»;

· требования граждан будут теперь основываться «на простых и бесспорных принципах» и всегда будут обращены к «поддержанию конституции и к общему благу».

Права и свободы разделены на права человека и права гражданина. Эти права и свободы тесно связаны с принадлежностью всей верховной власти нации как совокупности граждан, как политической ассоциации граждан. Ограничением прав являются требования закона, который есть выражение общей воли.

Права человека (естественные права человека) включают свободу, равенство, собственность, безопасность и сопротивление угнетению. «Люди рождаются и остаются свободными и равными в правах» (ст. 1). «Целью всякого политического сообщества является сохранение естественных и неотъемлемых прав человека. Эти права суть свобода, собственность, безопасность и сопротивление угнетению» (ст. 2). Позднее в ст. 17 говорилось, что право собственности является «священным и неприкосновенным». Это обстоятельство дало основание одному из составителей Декларации, депутату Мунье, подчеркнуть известное рассогласование между правом на равенство и правом собственности в стране, где имеется «неисчислимое множество людей без собственности». Однако компенсацию этого неравенства он видел в равном праве на свободу «Свобода должна быть похожа на дневное светило, которое сияет для всех. Но я думаю, господа, что в большом государстве необходимо, чтобы люди, находящиеся в зависимом положении, видели не столько расширение естественной свободы, сколько справедливые ее границы».

Права гражданина основаны на правах человека и на верховенстве власти народа (по отношению к полномочиям и действиям властей законодательной, исполнительной и судебной). Они включают перечень гражданских свобод вместе с их законными предпосылками (ст. 4--6, 10--11) и законными гарантиями (ст. 7-- 9), а также перечень гарантий участия в политическом управлении (ст. 12--16).

«Свобода состоит в возможности делать все, что не приносит вреда другому. Таким образом, осуществление естественных прав каждого человека встречает лишь те границы, которые обеспечивают прочим членам общества пользование теми же самыми правами. Границы эти могут быть определены только законом» (ст. 4). Далее делается уточнение о характере запретов: «Закон может воспрещать лишь деяния, вредные для общества. Все то, что не воспрещено законом, то дозволено, и никто не может быть принужден к действию, не предписываемому законом» (ст. 5). Здесь все ясно с назначением законов в деле обеспечения пользования правами человека, но не вполне ясно содержание вреда, который может быть причинен другому или другим. Закон определяется как «выражение общей воли», поэтому все граждане сами или через представителей могут участвовать в его образовании. «Поскольку все граждане равны перед законом, то им открыт в равной мере доступ ко всем общественным должностям, местам и службам в зависимости от их способностей; единственным отличием при равенстве могут быть достоинства и талант» (ст. 6).

Из конкретных политических свобод указана свобода выражения мнений, с уточнением: «даже религиозных» и с оговоркой, если она не нарушает общественный порядок, установленный Законом (ст. 10). Далее уточнялось, что «свободное выражение мыслей и мнений есть одно из драгоценнейших прав человека» (т.е. право это одновременно пребывает в пользовании и человека, и гражданина) и что ограничение в пользовании им устанавливает Закон, который запрещает «злоупотребление этой свободой».

Законными гарантиями прав гражданина обеспечивается неприкосновенность, достойное обращение и безопасность гражданина. «Человека можно обвинить, арестовать или задержать лишь в установленных Законом случаях и в предписанной форме. Тот, кто самовольно издает приказы или требует выполнять их, должен быть наказан.» (ст. 7). «Закон должен устанавливать только безусловные и очевидно необходимые наказания. Никто не может быть наказан по Закону, который не был издан и введен в действие перед совершением преступления» (ст. 8). «Поскольку каждый человек считается невиновным, пока не доказана его вина, в тех случаях, когда необходим его арест, с арестованным не имеют права обращаться жестоко» (ст. 9). Последняя статья содержит формулу презумпции (предположения) невиновности человека до вынесения ему судебного обвинительного приговора.

И наконец, группа статей, которую французский конституционалист Ж. Ведель называет «малым кодексом политического бытия». «Обеспечение прав человека и гражданина требует публичной власти (la force publique), которая используется к выгоде всех, а не к пользе тех, кому она доверена» (ст. 12). «Для содержания публичной власти и для расходов по управлению необходим общий вклад; он должен быть распределен между гражданами сообразно их состоянию» (ст. 13). «Граждане имеют право сами или через своих представителей констатировать необходимость публичного обложения, свободно давать согласие на его введение, следить за расходованием и определять его долевой размер, сумму, подлежащую обложению, порядок и продолжительность взимания» (ст. 14). «Общество имеет право требовать отчета от каждого публичного должностного лица о его служебно-административной деятельности» (ст. 15). «Общество, в котором не утвердилась гарантия прав и не установлено обособление властей (la separation des pouvoirs), не имеет никакой конституции» (ст. 16).

«Декларация» служила преамбулой к тексту конституции, выработка коего продолжалась до сентября 1791 года. Конституционные дебаты в собрании сопровождались принятием декретов, касающихся важнейших сторон жизни Франции. Было утверждено новое территориально-административное деление страны, создавшее современные департаменты. «Гражданское устройство духовенства» -- выборность церковнослужителей, обязательная присяга священников на верность конституции -- лишило католическую церковь самостоятельной политической роли. Предпринятые для покрытия государственных расходов, продажа «национальных имуществ» -- конфискованных церковных и эмигрантских земель и владений короны, а также выпуск бумажных денег-ассигнатов привели к перераспределению собственности, в первую очередь в пользу городской буржуазии и верхушки крестьянства. В торговле и промышленности восторжествовал принцип экономического либерализма.

Некоторые из самых радикальных целей и задач в области упразднения феодальных институтов и правовых привилегий потребовали создания ряда текущих законов. Вначале вступили в силу несколько актов Учредительного и законодательных собраний, отменивших только так называемые личные права феодалов -- исключительное право на охоту, содержание голубятен. Здесь же обозначилось наступление на права церкви — отмена церковной десятины и др.

Упразднение сословного деления и привилегий провозглашалось законами от 11 августа 1789 г. (Декрет об уничтожении феодальных прав и привилегий), от 24 ноября 1789 г. (Декрет, передающий в распоряжение нации земли духовенства), от 15 марта 1790 г. (Закон о феодальных правах) и др. Последний отменял феодальную зависимость и поместное землевладение. Но полное упразднение помещиков-феодалов как сословия и закрепление земли за крестьянами-земледельцами произошло только через три года, при якобинцах. Еще в августе 1792 г. было узаконено, что земли церковные и беглецов-эмигрантов переходят в собственность государства, которое стало продавать их мелкими участками крестьянам. В 1793 г. рядом декретов Конвента окончательно и без всякого выкупа отменялись феодальные повинности и вводился запрет под страхом смертной казни на передел земельной собственности.

Разработка декретов и конституции обнажила глубокие разногласия среди депутатов Собрания, разделившихся на «левых» и «правых», в зависимости от того, где сидели сторонники или противники радикальных мер -- слева от стола председателя Собрания или справа (вот когда впервые появились эти определения). В стране действовали многочисленные «патриотические» клубы -- кордельеров, фейянов и др. Самым известным из них был Якобинский клуб. Он единственный имел разветвлённую сеть филиалов в провинции, что оказало огромное влияние на политизацию большой части населения. Небывалое значение приобрела журналистика: «Друг народа» Марата, «Папаша Дюшен» Эбера, «Французский патриот» Бриссо, «Железные уста» Бонвиле, «Деревенские листки» Черутти и другие газеты знакомили читателя со сложной палитрой политической борьбы.

Одновременно усиливалось внутреннее сопротивление революции. Старая элита и двор, отказываясь смириться с происходившим, устанавливали связи с европейскими государствами, в надежде на их поддержку. Королевское семейство 21 июня 1791 года попыталось тайно бежать за границу, но было опознано и задержано в местечке Варенн. «Вареннский кризис» окончательно скомпрометировал конституционную монархию: в просвещенных кружках, сложившихся вокруг Кондорсе и Бриссо, впервые прозвучало слово «республика». Кроме того, кризис вызвал дальнейший подъём народного движения, всё сильнее пугавший «монархистов» из Учредительного собрания. 17 июля на Марсовом поле в Париже была расстреляна массовая манифестация, требовавшая отречения Людовик XVI. Пытаясь спасти монархию, Собрание позволило рою подписать принятую, наконец, конституцию и, исчерпав свои полномочия, разошлось. Тот же «вареннский кризис» стал сигналом к сплочению против французской революции европейских держав. В новом Законодательном собрании, куда согласно конституции не вошли прежние депутаты, сложилась иная расстановка сил. На смену роялистам и либералам пришли деятели двух соперничавших клубов -- фейяны, сторонники конституционной монархии, во главе с лидерами Собрания Кондорсе и Барнавом и якобинцы (они получили свое название от бывшего доминиканского монастыря св. Жакоба в Париже, где собирались в самом начале революции различные течения, партии и движения, действовавшие на тех или иных этапах революции под разными названиями). Среди последних возникало все больше разногласий, что привело к появлению фракций жирондистов и монтаньяров. Первые сгруппировались вокруг депутатов от департамента Жиронда Бриссо, Верньо и др. (откуда и название «жирондисты»). Вождём вторых был Робеспьер, уже не имевший депутатских полномочий, но избранный прокурором уголовного суда и становившийся все более влиятельным в клубе. Его сторонники Кутон, Базир и другие усаживались в зале заседаний на самые верхние скамьи, за что и получили прозвище «Горы» или «монтаньяров» (la montagne -- гора: условное название фракции радикальных депутатов, занимавших обычно верхние места в зале заседаний). Из 750 мест жирондисты получили 206, а монтаньяры-якобинцы -- 110 мест. Остальные депутаты относились к центру («болоту») с присущими этой фракции Конвента колебаниями и консервативностью либо к ультрарадикалам или скрытым роялистам.

В июне 1791 года Людовик XVI попытался бежать за границу, но по дороге в местечке Варенн был опознан, возвращён в Париж и временно посажен под арест до подписания новой Конституции (Луи подписал её в сентябре 1791 года). После этого неудачного побега король фактически лишился власти. В основу подписанной Конституции было положено всеобщее избирательное право, однако её введение из-за критического положения республики отложили, и в результате оно не состоялось.

Конституция провозглашала и обеспечивала следующие естественные и гражданские права:

1. доступ всем гражданам к местам и должностям с учетом их добродетелей и способностей;

2. равномерную раскладку всех налогов согласно имущественному положению граждан;

3. равное наказание за равное правонарушение независимо от каких-либо личных различий;

4. свободу передвижения без опасения подвергнуться задержанию или заключению;

5. свободу устного и письменного слова без предварительной цензуры; свободу собраний (за исключением собраний рабочих и ремесленников для обсуждения «общих вопросов» или нарушающих полицейские законы о поддержании порядка и общественного спокойствия) собраний;

6. свободу отправления своих вероисповедных обрядов;

7. свободу обращения с петициями, подписанными отдельными гражданами;

8. запрет издавать препятствующие осуществлению перечисленных естественных и гражданских прав или нарушающих эти права законы;

9. право граждан избирать и назначать служителей культа; брак признавался законом лишь в качестве гражданского договора «Истории Великой французской революции». Т.1. Отв. ред. А. В. Адо. М.: 1990. С. 112.

Под свободой понималась возможность делать всё, что не наносит ущерба правам других или общественной безопасности (некоторое уточнение Декларации с упоминанием об интересах общественной безопасности). Конституция гарантировала заботу о призрении покинутых детей, убогих и приискание работы здоровым неимущим (эту тему поддержат и расширят затем якобинцы). Народное образование объявлялось общим для всех граждан и отчасти бесплатным. В Конституции говорилось, что для поддержания «братства между гражданами, преданности родине, конституции, законам» будут установлены национальные празднества в ознаменование памяти Французской революции. Конституция 1791 г. была утверждена Людовик XVII под угрозою низложения. Согласно положениям Конституции, из 24 млн населения только 4,3 млн. получили статус активных граждан, а все остальные пребывали в разряде пассивных граждан.

Из 745 депутатов избранного осенью Законодательного собрания большинство составили жирондисты -- представители состоятельной буржуазии (250 мест). За ними следовали якобинцы-радикалы (около 30 мест), верные королю фельяны из одноименного клуба (около 20 мест) и независимые депутаты. Конституция основывалась на Декларации прав человека и гражданина, устанавливала режим конституционной монархии, гарантировала равенство всех перед законом и право собственности, послужив в этом качестве образцом для многих европейских конституций XIX в.

Тем временем прусский король Фридрих Вильгельм II и император Леополд II 27 августа 1791 года подписали декларацию о помощи Людовику XVI, а 7 февраля 1792 года заключили союзный договор, направленный на то, чтобы силой восстановить монархию во Франции и обеспечить безопасность всех европейских монархий. В ответ Законодательное собрание в Париже потребовало отвести войска австрийцев от французской границы, а после их отказа принять условия ультиматума 20 апреля 1792 года вынудила короля объявить войну Вене, которую сразу же поддержал Берлин. Французские руководители рассчитывали, что их армии удастся вторгнуться в сопредельные страны, зажечь там пламя революционной воины и одержать лёгкую победу. Вожди революции надеялись, что вражеские армии вдохновятся идеями свободы, равенства и братства и не будут сражаться против французского народа. В свою очередь, император и прусский король объявили войну Франции. Австрийцы и пруссаки вторглись на французскую территорию и заняли несколько крепостей. В июле 1792 года Законодательное собрание обратилось к французам с призывом: «Отечество в опасности!» В стране создавалось вооружённое ополчение. Песня батальона марсельских добровольцев «Марсельеза», возникшая в те дни, стала национальным гимном.

Неизбежная для каждой революции экономическая разруха, обесценивание денег и рост дороговизны вызывали все больший протест у городской и сельской бедноты. Требования таксации -- установления фиксированных государственных цен на основные продукты питания, становились все громче и громче.

В июле Законодательное собрание объявило отечество в опасности, и в революционную армию хлынул мощный поток добровольцев. На повестку дня встало требование о свержении короля-изменника.

Глава 2. Окончательная ликвидация монархии

Кризисное течение событий после принятия Конституции -- продовольственный кризис в связи с ростом цен, волнения крестьян и жителей городов и военная агрессия Австрии и Пруссии -- принудило жирондистское большинство Национального собрания к решительным законодательным и политическим акциям. Были изданы декреты против лиц, которые явно вели подрывную пропаганду, однако король отказался утвердить эти декреты и попытался отправить в отставку жирондистских министров. В ответ возникли манифестации протеста, а после приближения войск противника к границам Франции в столице и многих департаментах состоялись народные выступления с призывами низвергнуть монарха и установить республику.

Провозгласив себя Коммуной и опираясь на поддержку провинций, парижские секции и территориальные низовые объединения возглавили народное восстание, кое стало кровавой трагедией. Поводом к нему стала случайно обнаруженная при ремонте дворца переписка короля с европейскими монархами, в коей тот призывал задушить революцию и даже выражал готовность сдать Париж. Это была уже государственная измена, вызвавшая открытое восстание, в результате которого монархия пала. Коммуна отправила Людовик XVI и его семью в заключение в Темпл, потребовала созыва национального Конвента и смены министерства, сохранив при этом за собой значительную долю реальной власти. Законодательная власть 21 сентября перешла к Конвенту, в коем соперничали две политических группировки. С одной стороны Бриссо, Верньо, Бюзо и иные жирондисты. С другой стороны -- зачастую попавшие в Конвент прямо из штаба восставшей Коммуны монтаньяры: Робеспьер, Колло д’Эрбуа, Бийо-Варенн, Демулен, Сен-Жюст, Марат. Среди них Жорж Дантон -- наиболее влиятельное лицо в новом министерстве, Временном исполнительном совете. Между Горой и Жирондой -- Равнина, или иначе Болото, готовое поддержать тех, кто окажется сильнее.

Декретами от 10--11 августа Национальное собрание лишает короля доверенной ему власти и, опираясь на идею суверенитета народа, объявляет о необходимости «для общественного блага» сформировать как можно быстрее Национальный конвент (в подражание Филадельфийскому конвенту 1787 г. и английскому 1689 г.), предлагая проделать это «именем свободы, равенства и отечества». 21 сентября 1792 г. издается декрет об упразднении королевской власти, провозглашается республика, и следующий за этим день становится первым днем республиканского календаря. Год целился на 12 месяцев по 30 дней, оставшиеся 5 дней объявлялись праздничными. Каждую декаду завершал выходной день. Названия месяцев фиксировали характерные особенности времен года: вандемьер -- сбор винограда (сент. -- окт.), брюмер -- месяц туманов (окт. -- нояб.), фример -- изморозь (нояб. -- дек.), нивоз -- снег (дек. -- янв.), плювиоз -- дожди (янв. -- февр.), вантоз -- ветры (февр. -- март), жерминаль -- всходы (март -- апр.), флореаль -- цветение (апр. -- май), прериаль -- луга (май -- июнь), мессидор -- жатва (июнь -- июль), термидор -- жара (июль -- авг.), фрюктидор -- плоды (авг. сент.). Новый революционный календарь был введен якобинцами задним числом -- 5 октября 1793 г. Год первый начинался с первого дня республики.

Эти события положили конец конституционному течению конфликта между королем и парламентом, что было отмечено первыми акциями республиканского террора (расстрел манифестантов отрядом под командованием маркиза Лафайета, сильно повредивший его репутации в тот период) и усиленными заботами по организации военного отпора внешней агрессии.

Жирондистский Конвент возник в ходе революции против монархии. На его долю выпало провозглашение 22 сентября республики с девизом «братство» и организация суда Конвента над королем Людовиком XVI (1774--1792 гг.), который был осужден на казнь большинством в один голос. Ему ставили в вину то, что он препятствовал проведению заседаний третьего сословия, что назначил реакционных министров, подкупил председателя Национального собрания графа Мирабо, что пытался бежать за границу, что привел в упадок состояние дел в армии, флоте и колониях. В приговоре указывалось: «От имени французского народа Национальный конвент объявил Людовика Капета виновным в злоупотреблении против свободы нации и общей безопасности государства». 21 января 1793 г. состоялась казнь короля Людовика XVI.

Тем временем между жирондистами и монтаньярами (радикальными якобинцами) во время суда над королем произошёл раскол (жирондисты выступили против казни). Затем в мае они организовали в Марселе и Лионе выступления против якобинцев и вступили в союз с роялистами. Их судьба была решена после восстания санкюлотов (революционеров-простолюдинов) в Париже 31 мая -- 2 июня 1793 г., когда депутаты-жирондисты были изгнаны из Конвента, а затем осуждены.

Была продолжена разработка аграрного законодательства, нацеленного на освобождение поземельной собственности от остатков феодальных повинностей. В декрете от 25 августа 1792 г. в связи с этим было сказано: «Национальное собрание, принимая во внимание, что хотя феодальный режим и уничтожен, но последствия его все же продолжают существовать и что ничто не является более настоятельным, чем заставить исчезнуть во Франции обломки крепостной зависимости, загромождающие недвижимые имущества и уменьшающие их ценность, постановляет, что данный вопрос является спешным».

В период правления жирондистов был подготовлен проект конституции, оставшийся нереализованным. Наиболее важным его положением можно считать трактовку права собственности, которая содержалась в ст. 18 жирондистской Декларации прав: «Право собственности состоит в том, что каждый человек является хозяином, могущим распоряжаться по своему усмотрению своим имуществом, своими капиталами и своими доходами и своим производством». Последнее является ни правом, ни имуществом, а всего лишь хозяйственно-организационной деятельностью. Здесь дается особенное и, как считают некоторые комментаторы, наиболее адекватное истолкование положения ст. 17 из Декларации прав 1789 г. о священности права собственности: эта священность на поверку оказывается возможностью собственника распоряжаться своим имуществом. Позднее в ст. 544 Кодекса Наполеона эта конструкция примет следующий вид: «…право пользоваться и распоряжаться вещами наиболее абсолютным образом». Таким был акцент в праве собственности той поры. В это же время право пользования (как часть права собственности) получило расчлененный вид, например узуфрукт по Кодексу Наполеона означал право пользования и/или проживания.

В проекте также обосновывалось упразднение королевской власти как обязательное и непременное на том основании, что королевская власть с ее правом наследования властных полномочий нарушает естественное равенство. Королевское правление характеризовалось также как режим с использованием заблуждений и подкупов, в то время как республиканский режим «дает удовлетворение разуму». Характерно, что этот проект отвергал принцип разделения властей в пользу единства власти. Один из сторонников такой конструкции и один из авторов проекта, ЖА. Кондорсе, утверждал, что конституции с разделением властей создают некие «сложные механизмы» властвования, которые «разрушаются от своего собственного действия» (впоследствии этот аргумент будут охотно воспроизводить все противники разделения властей, включая анархистов, коммунистов и традиционалистов-консерваторов).

Кондорсе полагал, что механизмы разделения властей со временем будут перерождаться и естественным образом превратятся «в систему, построенную на интригах, коррупции и равнодушии. Установление равновесия властей приводит к конституции английского типа, к борьбе между близнецами, как это случилось в день 10 августа (во Франции), когда столкнулись исполнительная и законодательная власть». При этом автор проекта считал, что власть, которой дано право создавать законы, и власть, которая имеет право указывать, как эти созданные законы должны выполняться, должны быть объединены в одних руках -- в руках представителей народа, т. е. без участия короля.

Кондорсе отвергал двухпалатный парламент в пользу однопалатного, который будет более действенным в условиях революции и в большей степени будет отвечать «требованиям непрерывности в действии власти». Однако во избежание злоупотреблений и с целью обеспечения верховенства народа законопроект должен проходить несколько чтений, а затем рассылаться в коммуны под названием «законодательное предложение». И только через 40 дней после такой рассылки в половину департаментов плюс один он становится законом, если не встречает возражений со стороны десятой части первичных собраний на местах.

Главной гарантией против произвола законодателей Кондорсе считал постоянное и регулярное (ежегодное) обновление наполовину состава законодательного органа. В обеспечение контроля над законодательным процессом и исполнением законов Кондорсе планировал учредить исполнительный совет республики, избираемый всенародно и облеченный полномочиями, близкими к законодательным: он был бы подчинен законодательному собранию, но мог приостанавливать некоторые общие резолюции. Идеи жирондистской конституции частично были воплощены в проекте Конституции якобинцев 1793 г.

Глава 3. Государство и законодательство периода якобинской диктатуры

Раскол между жирондистами и монтаньярами (радикальными якобинцами) произошел во время суда над королем, где жирондисты выступили против казни короля. Затем в мае они организовали в Марселе и Лионе выступления против якобинцев и вступили в союз с роялистами. Их судьба была решена после восстания санкюлотов (революционеров-простолюдинов) в Париже 31 мая -- 2 июня 1793 г., когда депутаты-жирондисты были изгнаны из Конвента, а затем осуждены.

Однако якобинская диктатура продемонстрировала полное отрицание либеральных принципов, явив образец государственного вмешательства в различные сферы жизни общества. Промышленное производство и c/x финансы и торговля, общественные празднества и частная жизнь граждан -- всё подвергалось строгой регламентации. Однако регламентация не смогла сдержать дальнейшего углубления экономического и социального кризиса.

В ходе реализации очередных и перспективных задач революционных преобразований якобинцы добились успеха в организации обороны страны и подавлении крестьянского восстания в Вандее, западной части Франции. Они объявили впервые в истории всеобщую воинскую повинность и сумели объединить всенародное ополчение с кадровым составом армии. Правительству пришлось иметь дело с саботажем набора в армию и налоговых платежей в крестьянских районах, а также в 60 департаментах из 83. В обеспечение столицы и других районов продовольствием якобинцы установили декретом максимальные размеры жалованья и фиксированные цены на продукты первой необходимости. Первыми такими ценами стали цены на хлеб. Однако эта мера оказалась недостаточной, т. е. временной и малоэффективной.

В короткий срок после прихода к власти якобинцы приняли новую Конституцию и уточненную Декларацию прав. Конституция была оформлена в две недели и одобрена на референдуме (плебисците) 24 июня 1793 г. 2 млн. участников из 7 млн., имевших право голоса. Конституция отвергла концепцию разделения властей, поскольку, по мнению Робеспьера, предполагаемое этой концепцией равновесие властей может быть только химерой или бедствием.

Это разделение властей, по мнению Робеспьера, «сделало бы правительственную власть совершенно ничтожной или неизбежно привело бы к образованию направленного против народа союза двух соперничающих властей; ибо легко понять, что они предпочтут договориться между собою, чем апеллировать к суверену (народу) для того, чтобы он применял решение по собственному делу». В Конституции разделение властей трактовалось как разделение труда в деле осуществления властных полномочий с четкими границами и ответственностью. «Общественная гарантия (прав человека) не может существовать, если пределы публичных функций не будут четко определены законом и если ответственность каждого функционера не будет обеспечена» (ст. 24 Декларации прав человека и гражданина 1793 г.).

В противоположность федералистским намерениям жирондистов якобинцы провозгласили курс на централизацию и на закрепление единства страны, зафиксировав в первой статье положение о том, что «французская республика едина и неделима». Конституция упразднила деление граждан на активных и пассивных, предоставив всеобщее и прямое избирательное право для мужского состава населения в возрасте 21 года. Законы должно принимать Законодательное собрание, но в особом порядке, сочетая представительную власть с непосредственной демократией: собрание предлагало проекты законов, затем они обсуждались в департаментах (в половине их числа плюс один) и одобрялись в течение 40 дней. Законопроект считался непринятым, если он отвергался хотя бы 1/10 народных первичных собраний в департаментах.

Так обеспечивался принцип «народ обсуждает и постановляет законы», навеянный концепцией народного суверенитета в духе Руссо.

Якобинцы были большими почитателями демократического опыта древних греков, что особенно заметно на сроке полномочий выборных должностных лиц. Например, члены местных администраций ежегодно наполовину обновляются в своем составе при содействии своих выборщиков от департамента и дистрикта. Мировые судьи, третейские судьи и уголовные судьи выбираются также ежегодно.

Правительственная власть концентрировалась в Исполнительном совете, избираемом Национальным (Законодательным) собранием из общего списка, составленного по предложениям первичных департаментских собраний (по одному кандидату от департамента). Совет нес ответственность перед Национальным собранием в случае неисполнения законов или недонесения о злоупотреблениях. Это было коллегиальное правительство якобинской республики.

В Декларации прав говорилось, что целью общества является общее счастье, а целью правительства -- обеспечение человеку пользования его естественными и неотъемлемыми правами (здесь положения очень близки тексту преамбулы американской Декларации независимости). Дается не только более четкий перечень естественных прав — «равенство, свобода, безопасность, собственность» (ст. 2), но и краткие определения их существа и содержания. О сопротивлении угнетению как естественном праве не говорится, но отмечается, что это право «есть следствие, вытекающее из всех прочих прав человека» (ст. 33). Общий объем якобинской Декларации превышает первую Декларацию чуть более чем в 2 раза.

В отличие от американской Декларации здесь особо подчеркивается право на восстание народа (или части его) в случае нарушения правительством его прав. «Когда правительство нарушает права народа, восстание для народа и для каждой его части есть священнейшее право и неотложная обязанность» (ст. 35).

О свободе в дополнение к воспроизводимым положениям Декларации 1789 г. сказано, что ее основу составляет природа, а правило -- справедливость и что ее обеспечение следует считать законом. Нравственную границу свободы составляет следующее правило: «Не причиняй другому того, что нежелательно тебе самому от других» (здесь имеет место скрытое цитирование золотого правила из Евангелия от Матфея). Кроме того, указывается, что свобода распространяется на область выражения своих мыслей и мнений, на подачу петиций в государственные органы, а также на право собираться вместе (право собраний) и право совершать религиозные обряды (ст. 6, 7, 32).

Право собственности, согласно тексту Декларации, состоит в принадлежащей каждому гражданину возможности пользоваться и располагать по усмотрению своим имуществом, своими доходами, плодами своего труда и промысла (ст. 16).

Некоторые добавления имеются и в характеристике роли законов. Закон есть не просто выражение общей воли, а «свободное и торжественное выражение общей воли». При этом он предписывает то, что «справедливо и полезно», и воспрещает то, что «приносит обществу вред». «Закон должен охранять общественную и индивидуальную свободу против угнетения со стороны правящих» (ст. 4, 9). Он призван назначать «строго и бесспорно необходимые наказания». При этом наказания должны быть «соразмерны преступлению и полезны для общества» (ст. 15).

Существенной новацией стало включение в Декларацию блока социальных прав, которым, впрочем, не суждено было осуществиться. Здесь имеются в виду статьи об общественном презрении неимущих, безработных и нетрудоспособных, статьи о народном просвещении, а также положение о том, что «ни один налог не может быть установлен иначе как в интересах обшей пользы» (ст. 20, 21, 22).

Учреждения якобинской диктатуры. Через четыре месяца действие Конституции было приостановлено, Конвент взял на себя не только законодательные, но и исполнительные властные полномочия. Функции правительства были возложены на Комитет общего спасения, созданный еще при жирондистах. В декабре 1793 г. Робеспьер уточняет общую перспективу в таких словах: «Цель конституционного правления — в сохранении республики, цель революционного правления — создание республики».

Якобинская диктатура как режим осуществления политической и собственно государственной власти отмечен фактическим, а не теоретическим отказом от обособления властей, строго централизованным использованием правительственной власти, применением учреждений и средств чрезвычайного характера (чрезвычайное законодательство, чрезвычайные суды, массовый террор против контрреволюционеров, «врагов народа», «подозрительных» лиц и др.).

Комитет общего спасения переизбирался ежемесячно в составе 9--16 членов депутатами Конвента и поначалу обходился без министерских учреждений. Однако затем они были воссозданы и поставлены под его контроль вместе с высшим военным командованием и комиссарами. Последние избирались из депутатов Конвента и наделялись чрезвычайными контрольными и иными властными полномочиями в обеспечение централизации административной власти и управления. Законом от 4 декабря 1793 г. из ведения местных органов были изъяты полномочия, относящиеся к «революционным законам и мерам управления и общего спасения».

По инициативе Робеспьера 5 сентября 1793 г. был принят Закон о реорганизации революционного трибунала. На базе созданных еще при жирондистах специальных комитетов по надзору за иностранцами были созданы революционные трибуналы, состоящие из наиболее активных и преданных революции граждан и располагающие расширенными карательными функциями (они могли присуждать наказание до 10 лет каторги).

10 июня 1794 г. революционный трибунал подвергся еще одной реорганизации. Была упрощена и ускорена процедура разбирательства без последующего обжалования. Революционный трибунал состоял из председателя, трех его «товарищей», одного общественного обвинителя и 12 присяжных заседателей, назначаемых Конвентом.

Решение принималось по велению совести. Адвоката не полагалось. В декрете была дана формула «враг народа», под которым понимались лица из числа прямых изменников или контрреволюционеров, а также те, кто «стремится унизить» Конвент и его учреждения, кто «поддерживает связи» с врагами республики и народа, кто под разными «внешними прикрытиями» посягает на «свободу или единство республики или стремится помешать ее упрочению». К моменту принятия декрета по приговорам ревтрибунала уже были казнены 2607 человек.

Специальным учреждением по преследованию контрреволюционеров был созданный еще в октябре 1792 г Комитет общественной безопасности, полномочия и задачи которого были существенно преобразованы в период революционного террора. Особенно эта роль возросла после принятия под давлением санкюлотов Декрета о подозрительных (17 сентября 1793 г.). Круг лиц, зачисляемых в эту категорию, был весьма туманно очерченным и потому обширным: «сторонники тирании, федерализма и враги свободы», родственники дворян-эмигрантов и их слуги, а также лица, не проявляющие постоянно своей преданности революции, которым отказано в выдаче свидетельства о благонадежности, и даже те, кто не мог доказать, на какие средства он существует.

Революционные трибуналы практиковали лишь две формулы для решения растущего потока дел: полное оправдание или смертная казнь. «Врагами народа» становились не только «вдова Капет» Мария Антуанетта или бывший герцог Орлеанский -- Филипп Эгалите, но также -- по очереди фейяны, жирондисты, «бешеные», дантонисты и эбертисты. Начав с тех, кто чаял воскресить старый порядок или просто напоминал о нем, террор не пощадил и тех, кто стоял у истоков и совершал революцию. Расправившись с врагами, Робеспьер сосредоточил в своих руках максимум власти. С марта 1789 до августа 1794 гг. было арестовано 500 тысяч человек, из них публично гильотинировано от 13,8 до 17 тысяч (не считая убитых в Вандеи), из них 6,25% -- нобилей, 6,8% -- священников и свыше 85% -- представителей 3-го класса. В конце ХХ века французские учёные провели анализ жертв революции на компьютерах и выяснили что: 8−9% погибших были нобилями или духовенством, 91% рядовые и простые граждане, из них 28% фермеров и 30−31% рабочих, 58% мародёров и только 0,1% врагов народа. Во время Большого террора 19 июня -- 18 июля 1794 года революционные трибуналы вынесли 1350 смертных приговоров, столько же, сколько за последние 15 месяцев. Только за 8 дней было вынесено 45 приговоров.

Но массовые репрессии вели к изоляции «Неподкупного» и его ближайших сподвижников в Конвенте: Кутона, Сен-Жюста, Леба, Робеспьера мл. Успехи революционных армий на всех фронтах лишили политику террора всякого логического оправдания. Поэтому вслед за изданием нового Закона в поддержку террора от 10 июня образовалась оппозиция руководству Комитета общего спасения (Робеспьер) и Комитета общественной безопасности. Название последнего навеяно опытом американских колонистов, создавших «комитеты безопасности» в самом начале Войны за независимость США. «Левые», «правые» и «Болото» Конвента объединялись для борьбы с тираном: Колло д’Эрбуа и Сийес, Бийо-Варенн и Тальен, Фуше и Баррас.

Государственный переворот 9-го термидора (27 июля 1794 года) положил конец якобинской диктатуре. Якобинцы во многом оказались заложниками своих утопических замыслов и политических проектов ускоренных революционных преобразований и тактики террора против врагов свободы и революции, тогда как все основные реальные социальные и политические задачи были уже решены: феодальные привилегии упразднены, крестьяне стали свободными частными землевладельцами, нация защищена от внешней агрессии. Будущее выглядело не таким определенным, как в начале, в период составления якобинской программы политических и социальных преобразований.

французский восстание декларация якобинский

Заключение

Невероятная ожесточённость столкновения людей левого толка, небывалый масштаб репрессий, обрушившийся на непокорных в конце XVIII века, глубочайшим образом воздействовали на психологию людей и придали последующим поколениям французов совершенно особые черты. Однако уже термидорианский переворот знаменовал начало постепенного угасания революции. Установленный конституцией III года (1795-го) режим Директории отчасти вернулся к тому, от чего революция ушла в 1789 г. Поиск политического равновесия привёл к созданию двухпалатного законодательного органа и двухступенчатых выборов. Однако эти меры были призваны охранять интересы не прежней аристократии, а новых крупных собственников, порожденных революцией. При общей тенденции к политической стабилизации режим Директории в то же время отражал дальнейшее развитие революционного процесса. Продолжалась конфискация эмигрантских земель. Было провозглашено отделение церкви от государства (1794). Баррасом и Бонапартом 13-го vandimier (5 октября) 1795 года был разгромлен роялистский мятеж в Париже, что стало безусловным успехом политики Директории. Итальянский поход французских армий положил начало революционной экспансии в Европе. Отмена максимумов и регламентации доходов, упразднение ассигнатов, проведенные Директорией, неизбежно сопровождались ростом цен и спекуляции. Все большее влияние получали нувориши (новые богатые), «золотая молодёжь», расцветали салоны, куда переместился центр политической жизни. Якобинский клуб был разгромлен. Экономический кризис вызвал последний всплеск народных движений в жерминале и прериале III года (апрель-май 1795г). С их поражением народные массы надолго ушли с политической сцены Франции. Усиление реакции сопровождалось «белым террором», во многом походившим на сведение старых счетов. Однако он существенно отличался от «красного террора» робеспьеристов. У него не было особых институционных форм трибуналов. Он не прикрывался специальными законодательными актами и, очевидно, имел иной масштаб. Нараставшая тяга к стабильности, к консолидации тех сил, кои обогатились и приобщились к власти в результате революции, привела к военному перевороту 18 брюмера (9--10 ноября 1799) и к установлению диктатуры Наполеона Бонапарта.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой