Библиотерапевтический эффект художественной литературы

Тип работы:
Дипломная
Предмет:
Психология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Введение.

Актуальность. В современной России сформировалась чрезвычайно сложная социальная ситуация. Население дифференцировалось на небольшую кучку богачей и материально обездоленное большинство. Оно четко разделилось на приверженцев различных идеологий, сторонников взаимоисключающих вариантов дальнейшего развития России. Недовольство условиями жизни подавляющего большинства населения растет, что дестабилизирует общественную жизнь. Читатели библиотек крайне растревожены итогами проведенных реформ, неустойчивостью политического строя, коррумпированностью власти, своим будущим и перспективами жизнедеятельности своих детей. Многие их них нуждаются в психокоррекции мышления и поведения. Сегодня читатели идут в библиотеку не только и столько за информацией, сколько за успокоением и утешением, за психокоррекционной помощью. Поэтому значимость библиотерапевтического эффекта художественной литературы в современных условиях, резко возросла. И чрезвычайно актуально стало такое направление работы библиотек, как библиотерапия.

Объект: Библиотерапия.

Предмет: библиотерапевтический эффект художественной литературы.

Цель: проанализировать воздействие художественной литературы на читателей.

Задачи: 1. Анализ опубликованных документов.

2. Рассмотрение понятия «библиотерапия».

3. Анализ влияния экранизации художественной литературы на юношескую аудиторию.

4. Акцентирование внимания на влияние массовой и личной библиотеки при выборе художественной литературы.

5. Раскрыть эффект возвращения к прочитанному тексту.

Гипотеза: Не все жанры литературы пользуются равным успехом при перечитывании литературных произведений.

Методы: 1. Анализ опубликованных документов.

2. Анкетирование.

Изученность. Заметно возросший в последнее время интерес специалистов к такому направлению работы библиотек, как библиотерапия выражается в публикации статей, проведении исследований, конференций, симпозиумов, семинаров, создаются Ассоциации библиотерапевтов (Финляндия) и готовятся специальные кадры.

Родоначальником библиотерапии как науки считается шведский невропатолог Яроб Биллс. Практический интерес к новому направлению проявляют специальные библиотеки (чаще библиотеки для слепых) и научные универсальные библиотеки (ОУНБ г. Пензы, АКУНБ им. В. Я. Шишкова г. Барнаула и ГМИЦ).

Главным отличием библиотерапевтического метода от прочих методов библиосоциальной работы является выявление через чтение механизма конкретного выхода из проблем.

Библиотерапия — сложное явление. Эта сложность проистекает из неуловимой цепи взаимосвязи широкого круга смежных с библиотековедением наук. По мнению А. Е. Шапошникова, библиотерапия находится на стыке библиотековедения и медицины. С точки зрения медиков библиотерапия является частью психотерапии, т. е. планомерного использования психического воздействия на больного с лечебными целями (А. Белик, Л. Дмитриева, И. Куталин, Н. Несвистенко, В. Семке, В. Фоменко). В библиотековедческом контексте библиотерапия чаще всего рассматривалась и рассматривается как одно из направлений педагогики чтения (Л. Беляева, О. Егорова, Л. Беляков, В. Терешин).

В конце 19 — начале 20 века самое большое внимание исследованию восприятия художественных текстов уделялось специалистами общей и педагогической психологии. Харьковская психологическая школа (Потебин, Овсянников-Куликовский, Харцев и другие) отстаивали мысль о том, что «Идею вкладывает тот, кто воспринимает художественное произведение, кто его толкует, кто им пользуется для уяснения жизненных явлений… Нет ни этого объективного содержания, на раз навсегда данного смысла, ни идеи художественного произведения, есть лишь форма для всего этого, неподвижный образ, рождающий содержание в читателе из данной прозы». Именно такие идеи впоследствии послужили толчком к изучению терапевтического восприятия чтения художественной литературы, который нашел реальное воплощение в работе врачей кафедры психотерапии, психогигиены и психопрофилактики Харьковского института усовершенствования врачей, где активно применяется метод библиотерапии (А. Фикатов, А. Миллер) и где создан центр по изучению и внедрению библиотерапии в практику.

Активному научно-психологическому изучению чтения художественной литературы положили начало А. П. Нечаев, А. Ф. Лазурский и Н. А. Рубакин, разработавший свою теорию библиопсихологии.

В частности Н. А. Рубакин много внимания уделял влиянию различных «психических способностей» на выбор книги и на отношение к ней в процессе чтения. Однако такой функциональный общепсихологический подход к исследованию художественного восприятия не совсем был принят и позднее активно критиковался как психологами, так и библиотековедами.

Библиотерапия основана на утверждении, что художественная литература воздействует на психику человека и тем самым изменяет физиологические и патологические процессы в его организме, лечит с помощью специально подобранных книг с учетом психических особенностей читателя, библиотерапевт оказывает благотворное влияние на лечение различных соматических и психических заболеваний, неврозов. Целенаправленное лечение чтением может «иметь успокаивающее действие, но оно может быть и средством тонизирующим, создающим бодрость и хорошее настроение. Оно может выравнивать эмоциональное состояние, содействовать воспитанию воли, делая характер более устойчивым», — так писал И. П. Кутанин, одним из первых в России поставивший вопрос о применении библиотерапии. В дальнейшем он предупреждал том, что чтение может и навредить — внести разлад в психику и не рекомендовал книги, требующие особого умственного напряжения, с преобладанием мрачного, пессимистического содержания, эмоционально перевозбуждающих.

Библиотерапевтический эффект может исходить не только от чтения художественной литературы, но и от самого широкого круга материалов — журналов мод, газет, учебников, научных книг, энциклопедий и словарей. Наряду с художественной литературой можно использовать поэзию, литературу по интересам. По существу библиотерапевтический эффект художественной литературы необходим тем, кто временно нуждается в особом внимании в связи с какими-то проблемами.

Структура выпускной квалификационной работы. Первая глава — введение, в которой говорится об актуальности библиотерапевтического эффекта художественной литературы, определяется объект, предмет, цель, задачи, гипотеза и методы выпускной работы. А также изученность данной темы. Вторая глава раскрывает понятие термина «библиотерапия». Третья глава освещает анализ внимания на влияние массовой и личной библиотеки при выборе художественной литературы. В четвертой главе помещена информация об анализе влияния экранизации художественной литературы на юношеские аудитории. В пятой главе раскрывается эффект возвращения к прочитанному тексту. Шестая глава — заключение, в которой подытоживается информация всей выпускной квалификационной работы.

Глава 1. Сущность библиотерапии.

Изменившиеся социальные условия значительно повысили уровень тревожности населения. Это отразилось как на поведении, так и на всей деятельности пользователей библиотек. В связи с этим чрезвычайно актуальным стало такое направление работы библиотек, как библиотерапия.

Библиотеки могут повысить стрессоустойчивость личности, находящейся в дискомфортном или кризисном состоянии, в том числе и вызванном дестабилизацией информации. Не случайно наиболее творческие личности среди библиотекарей рассматривают библиотерапию как одну из форм работы, ориентированную на читательское развитие и включают в это понятие весь комплекс библиотечных мероприятий.

Библиотерапия (лечение чтением) — это отрасль, изучающая терапевтический эффект различных типов и разновидностей литературы, преимущественно художественной. Известно несколько определений библиотерапии. Приведем некоторые из них, чтобы обнаружить общее и характерное.

В книговедческом словаре библиотерапия определяется как метод книголечения, оказывающий при помощь специально подобранной преимущественно художественной литературы, профилактическое и психологическое воздействие на личность с повышенной мерой конфликтности.

По Р. Баркеру «библиотерапия есть использование литературы и поэзии в лечении больных, страдающих от эмоциональных проблем или умственных расстройств. Библиотерапия часто используется в социальной работе с группами или групповой терапии и, как правило, достаточно эффективна при работе с людьми всех возрастов, с больными как госпитализированными, так и с амбулаторными, а также со здоровыми людьми, желающими использовать литературу как средство личного развития и самосовершенствования».

Само понятие библиотерапия ранее в основном рассматривалось как лечение книгой, что заметно сужало круг проблем библиотерапевтической деятельности. Библиотерапия как направление работы библиотек с читателями, сущность которого — целенаправленное воздействие с помощью как книг, так и средств библиотечной работы в различных дискомфортных и кризисных ситуациях, ориентированное на выбор оптимальных способов информационно-психологической защиты личности, адаптации, компенсации и коррекции через совершенствование читательской деятельности. Основная задача библиотерапевтической работы библиотек — оказание помощи для саморегуляции читательской деятельности личности в условиях психологического дискомфорта и стимуляции читательского развития.

Библиотерапия — это воздействие всем информационным пространством библиотеки как социального института, происходящее по закону перехода количества в качество, т.к. библиотека является базой читательского развития личности, совершенствования этой деятельности, ее стимуляции средствами библиотечной работы, местом достижения определенной информационной гармонии духовного мира личности.

Главным отличием библиотерапевтического метода от прочих методов библиосоциальной работы является выявление через чтение механизмов конкретного выхода из проблемы.

В конце 19 — начале 20 века самое большое внимание исследованию восприятия художественных текстов уделялось специалистами общей и педагогической психологии. Харьковская психологическая школа (Потебин, Овсянников-Куликовский, Харцев и другие) отстаивали мысль о том, что «Идею вкладывает тот, кто воспринимает художественное произведение, кто его толкует, кто им пользуется для уяснения жизненных явлений… Нет ни этого объективного содержания, на раз навсегда данного смысла, ни идеи художественного произведения, есть лишь форма для всего этого, неподвижный образ, рождающий содержание в читателе из данной прозы». Именно такие идеи впоследствии послужили толчком к изучению терапевтического восприятия чтения художественной литературы, который нашел реальное воплощение в работе врачей кафедры психотерапии, психогигиены и психопрофилактики Харьковского института усовершенствования врачей, где активно применяется метод библиотерапии (А. Фикатов, А. Миллер) и где создан центр по изучению и внедрению библиотерапии в практику.

Активному научно-психологическому изучению чтения художественной литературы положили начало А. П. Нечаев, А. Ф. Лазурский и Н. А. Рубакин, разработавший свою теорию библиопсихологии.

Много внимания Н. А. Рубакин уделял влиянию различных «психических способностей» на выбор книги и на отношение к ней в процессе чтения. Однако такой функциональный общепсихологический подход к исследованию художественного восприятия не совсем был принят и позднее активно критиковался как психологами, так и библиотековедами. Интерес к этой теме, а особенно к ее частному проявлению — библиотерапии был приторможен.

Библиотерапия основана на утверждении, что художественная литература, воздействуя на психику человека и тем самым изменяя физиологические и патологические процессы в его организме, лечит больного. С помощью специально подобранных книг с учетом психических особенностей пациентов библиотерапевт оказывает благотворное влияние на лечение разных соматических и психических заболеваний, неврозов. Целенаправленное лечение чтением может «иметь успокаивающее действие, но оно может быть и средством тонизирующим, создающим бодрость и хорошее настроение. Оно может выравнивать эмоциональное состояние, содействовать воспитанию воли, делая характер более устойчивым», — так писал И. П. Кутанин, одним из первых в России поставивший вопрос о применении библиотерапии. В дальнейшем он предупреждал том, что чтение может и навредить — внести разлад в психику и не рекомендовал книги, требующие особого умственного напряжения, с преобладанием мрачного, пессимистического содержания, эмоционально перевозбуждающих.

Сейчас уже доказано (в том числе и онкологами), что положительные эмоции — любовь, надежда, вера, радость, смех, уверенность в собственных силах, воля к жизни таят в себе своего рода терапевтический потенциал. Однако не так просто привести в действие, запустить механизм положительных эмоций.

Библиотерапевтический эффект может исходить не только от чтения художественной литературы, но и от самого широкого круга материалов — журналов мод, газет, учебников, научных книг, энциклопедий и словарей. Наряду с художественной литературой можно использовать поэзию, литературу по интересам, медицинскому просвещению с учетом профиля заболевания. Для исследователей весьма любопытным должны быть результат от чтения литературы серии «Помоги себе сам» (Ю. Андреев, Н. Семенова, А. Малахов, П. Брэгг, Г. Шелтом, И. Васильева, В. Травинка, А. Левшинов и др.). Сюда же следует отнести авантюрные романы, детективы, фантастику и религиозную литературу, к которой особый интерес проявляют люди старше 40 лет.

По существу, библиотерапия необходима не только при лечении неврозов и соматических заболеваний, не только тем, кто оказался в больнице на продолжительный срок (беременные, послеоперационные и т. д.). У таких людей меняются культурные контакты, происходит тягостное отключение от тех ритмов, к которым они привыкли. Это изменяет мотивацию отношения к чтению. Они заинтересованы в ином чтении, которое помогло бы им благополучно пережить медицинское «заключение». Библиотерапия может применятся и в работе с негоспитализированными — инвалидами, которым необходима помощь в налаживании контактов с внешним миром или приспособлении к изменившимся из-за их болезни условиям, а также теми, кто временно нуждается в особом внимании в связи с какими-то проблемами. Более всего метод библиотерапии применяется в работе с инвалидами.

Использование метода библиотерапии поможет преодолеть в определенной степени дефицит общения, эмоционального отчуждения и наличие дискомфорта. Поможет снизить повышенную раздражительность, разлад с собой и окружающими.

Рассмотрение метода библиотерапии в таком ракурсе увеличивает объект его воздействия. В качестве объекта библиотерапии будут выступать не только и не столько больные, сколько вполне нормальные люди, но испытывающие какие-то проблемы, стрессы или пребывающие в кризисных ситуациях. Среди них те, кто блокировал свои эмоции как энергетический фундамент жизнедеятельности, кто нашел обходные способы высвобождения, что привело к разбалансировке их отношений с окружающим миром. Задачи библиотерапии в этой связи будет заключаться в противостоянии негативным патологическим тенденциям и в формировании установки к позитивной самореализации.

По мнению американских психологов, способность независимого манипулирования образами в воображении, сопереживания в процессе восприятия художественного произведения дают возможность компенсировать то, что человеку не удается реализовать в действительности.

Рассмотрение библиотерапии в ключе библиосоциальной работы ощутимо меняет ее конфигурацию.

Во-первых, увеличивает угол распространения библиотерапии, под ее воздействие попадают различные группы клиентов.

Во-вторых, в настоящее время начинается расширение границ ее применения.

В-третьих, изменяется функциональное предназначение библиотерапии. Рекомендуемая литература имеет цель адекватной самооценки клиента и выступает в качестве его защитной силы.

Идея библиотерапевтического влияния на понижение агрессивности личности выстраивается на конфликтологической парадигме. Мысль о возможности регулятивного воздействия чтения на состояние конфликтогенности и позитивного преобразования стратегии социального поведения требует серьезных эмпирических подтверждений.

Глава 2. Влияние экранизации художественной литературы на юношескую аудиторию.

Еще в 80-е гг. социологи отмечали смещение чтения в досуге подростков на 4−5-е место. Ведущими мотивами обращения школьников к телевидению являются познавательный и рекреационно-развлекательный интересы. Круг телевизионных предпочтений детей и подростков очень широк, от второго к пятому классу увеличивается количество просматриваемых передач, причем как детских, так и взрослых. Сегодняшний школьник обращается не к одному-двум, а к четырем-шести постоянно действующим источникам информации. Дети смотрят все телепрограммы, не разделяя их на взрослые и детские.

Наблюдается тенденция замедленного вхождения детей в книжную культуру и отсутствия стабильной привычки к чтению у младших школьников. Но и подростки не являются исключением, для них чтение также необязательное ежедневное занятие. И лишь немногие из них, в основном те, кто приучен был к постоянному чтению с раннего детства, регулярно обращаются к книге.

В чтении детей России накапливаются негативные тенденции. В новых исследованиях отмечается повышенное увлечение детей не только теле-, но и видеопрограммами. Все шире распространяется кабельное телевидение. А это означает, что наступает или уже наступило время, которое можно назвать кризисом чтения.

Различия телевизионной и читательской культур многообразны, но известный социолог С. Плотников выделяет три.

Первое — тип внимания. Телевидение, в силу доступности, не требует подготовки, легко воспринимается, а, следовательно, порождает рассеянное внимание. А чтение требует сосредоточенности.

Второе — особенность содержания. Телевидение — это огромное количество разнородных сведений. Все они интересны, увлекательны, но разбросаны и бессистемны. Они, как рассыпанная мозаика, не дают целостной картины мира. Тогда как книга — это всегда организованный материал, это система определенных знаний, наблюдений, образов, чувств, это целостность.

Третье — характер восприятия. Телевидение — это скорость, темп, динамика, быстродействие. Чтение, особенно художественной литературы, всегда остается медленным, вдумчивым, неторопливым процессом.

Особенно важным представляется процесс вхождения ребенка в информационную среду, где развиты оба типа культуры — вербальный (книжный) и визуальный. Когда ребенок учится читать, когда он продвигается от полного неумения к расшифровке, увеличению скорости и, наконец, постижению информации и получению знания, — его опыт телезрителя оказывает серьезное влияние. Если домашнее окружение усиливает и поощряет читательскую активность малыша, то он имеет хороший шанс одолеть все три фазы без особых проблем и стать настоящим читателем. Но если семья придает непомерное значение телевизору как главному средству развлечения, единственному каналу получения информации, то развитие ребенка как читателя может быть приостановлено.

Дети эры телевидения все еще читают, и с удовольствием. Правда, несколько по-своему. Их принято называть ленивыми читателями. Ленивый читатель — это ребенок из образованной семьи, приобретший навыки чтения, но неспособный вникать в смысл прочитанного и анализировать полученную из книги информацию. Джордж Штайнер по поводу такого рода читателей отмечает: «Большинство тех, кто прошел через начальное школьное образование, могут читать, о не в состоянии прочесть». И год от года ленивых читателей становится все больше. Способность концентрировать свое внимание — это навык, требующий постоянной практики. А у телеэкрана воспитать в себе внимательность практически невозможно. Состояние телезрителя точнее всего можно было бы охарактеризовать как некую ментальную распыленность. Вполне естественно, что дети, проводящие перед телевизором много часов, входят в мир чтения более нетерпеливыми и рассеянными. Телевидение заставляет детские глаза метаться по страницам, а это очень далекая от чтения вещь.

Какие книги для чтения выбирает ленивый читатель? Что его интересует? Оказывается, дело не в жанре и не в содержании. Исследования последних лет констатируют, что у детей появился огромный интерес к тому сорту книг, который и книгами-то в полном смысле этого слова и назвать нельзя. Выдающийся пример — «Книга рекордов Гиннеса». Такая некнига вполне по душе ленивому читателю. В ней нет сюжета, логик, стало быть, нет и необходимости начинать читать ее с начала и до конца. Ее проглядывают, пролистывают, начинают, бросают и схватывают снова. Подобная книга не требует сфокусированного внимания, но содержит достаточно информации, чтобы развлечь ребенка, не привыкшего к старому доброму последовательному чтению.

Привыкнув к телепередачам, и при чтении дети жаждут картинок, коротких захватывающих текстов. Поскольку телевидение приучает потреблять готовые образы и схемы, те, кто много смотрит ТВ, всем книгам предпочитают комиксы. Наряду с комиксами предпочитаются такие журналы, где иллюстративный материал преобладает над текстовым.

Они легко воспринимаются, но в то же время их чтение все же поддерживает привычку обращения к печатному слову.

Компьютерные игру — еще одна альтернатива чтению. В России, также как на Западе и в Японии, наступил «игровой бум». Но игры играм рознь. Есть специальные обучающие компьютерные игры, предоставляющие большие возможности для развития творчества детей, их обучения основам наук и т. д. В США к услугам школьников сегодня существует почти 10 тысяч образовательных и обучающих программ, поэтому для американцев проблема в выборе лучших. Рынок отечественных компьютерных обучающих игр только начал развиваться. Но ярые его противники уже не дремлют. Даже в эпоху НТР аудиовизуальные средства многими воспринимаются как ненужная обуза. Однако. По данным исследований, человек запоминает лишь 10% из прочитанного, 20% из услышанного и 30% из увиденного. Если же он слышит и видит одновременно, запоминает до 50% информации. Поэтому во многих странах распространяется обучение «медиа-грамотности» (визуальной грамотности).

Овладение языком как книги, так и старых (радио, кино, пресса, телевидение и др.) и новых СМИ (аудиотехника, видеотехника, электронные игры и программы и т. д.) необходимо подрастающему поколению уже сегодня. Книга и телевидение — это два гигантских древа культуры, растущие из разных корней… Поэтому сегодня важнейшей задачей является поиск гармонии всех видов культуры прошлого, настоящего и будущего.

Глава 3. Влияние массовой и личной библиотеки при выборе художественной литературы.

Представляется, что наиболее плодотворен такой подход к изучению массовой библиотеки, когда она рассматривается не просто как одни из каналов получения книг, а как специфический социальный институт. При этом важно помнить, что библиотека — это не случайный набор книг, а собрание, обладающее определенным смысловым единством (в этом смысле книжный склад и книжный магазин нельзя назвать библиотекой). Причем данным собранием кто-то постоянно пользуется, иначе — это хранилище, коллекция, музей и т. д. Понимаемая таким образом библиотека исторически возникает при определенных условиях — усложнение комплекса идей и знаний, которыми располагает общество; возникновение письменности и т. д., когда социальная общность для поддержания своей идентичности в пространстве и времени начинает создавать собрания письменных текстов — библиотеки.

Причину возникновения личных библиотек усматривают в том, что «потребление информации непосредственно на дому удобно и практично», «позволяет оперативно удовлетворять возникшую потребность, беречь силы и время на поиски нужных сведений».

Библиотека является специфическим звеном в системе функционирования книги и осуществляет сложную деятельность по селекции книжного потока и подбора изданий в рамках определенной системы, и читатель имеет дело не с книгой, а с библиотекой в целом. Как из одних и тех же кирпичей можно выстроить разные здания, так и из одних и тех же издаваемых в стране книг можно скомплектовать разные библиотеки. Скопление изданий превращается в библиотеку лишь в том случае, если оно организовано по определенным принципам (в подборе книг есть какая-то логика, собрание моделирует круг вкусов и интересов создателей, достигнута некоторая полнота подбора книг по избранным темам и т. п.).

В личной библиотеки на первый план выходят ценности и интересы данной личности (семьи — если библиотека семейная). Поэтому можно полагать, что в большинстве личных библиотек гораздо большее место, чем в массовых, будет принадлежать художественной литературе, здесь будет высок удельный вес книг по домоводству, воспитанию детей, лечению в домашних условиях, любительским развлечениям, детской литературы.

Таким образом, общественная библиотека ориентирована главным образом на сохранение и передачу общих ценностей, личная — ценностей конкретной личности.

Вышесказанное не следует абсолютизировать, полагая, что в общественной библиотеке читатель берет те издания, которые общество считает необходимыми для прочтения, а дома собирает то, что считает обязательным прочесть (и перечитывать) сам. Личность и общество тесно взаимосвязаны: и общество обычно заинтересовано в том, чтобы личность развивалась и обогащалась (до той степени пока это не идет во вред обществу), и личность в той ил иной степени стремится к нормальному функционированию и совершенствованию общества. Одни и те же типы литературы, одни и те же произведения, могут быть представлены и в общественных, и в личных библиотеках. Речь может идти лишь об их месте в рамках целого, о том, что объединяет его, лежит в основе комплектования.

На решение создать личную библиотеку и характер ее комплектования немалое влияние оказывают такие объективные, лежащие вне книжной сферы, факторы, как наличие и размер жилплощади, финансовая обеспеченность, удаленность массовой библиотеки от места жительства. Кроме того, нужно подчеркнуть, что для общественного книжного собрания важнее момент используемости книги, ее пребывания вне стен книгохранилища, для личного собрания — ее смысловой, репрезентативный момент, пребывание на книжной полке. В первом случае нормально, когда книга «на руках», во втором — когда она стоит на своем месте. Массовая библиотека прежде всего заинтересована в тексте произведения, собиратель книг особое внимание обращает еще на характер издания (оформление, качество бумаги, формат, серийность т.д.). При определенных обстоятельствах, когда массовая библиотека воспринимается лишь как потенциальный источник материала для текущего чтения (газета или журнал), а библиотека — личная — как коллекция, набор ценных предметов, сопоставление их вообще теряет смысл.

Функционально массовая библиотека — это библиотека «для всех», личная — «для себя и своих близких». Массовая библиотека — это форма просвещения и воспитания, личная библиотека — форма самопостроения и самопредставление личности и семьи. В массовой библиотеке берут принадлежащую обществу книгу во временное пользование, а в личной библиотеке хранят свою для постоянного пользования.

Фонд массовой библиотеки содержит главным образом издания, которые воплощают основные ценности общества, и ориентирован, условно говоря, на то, что «должен знать каждый». Уже в ходе комплектования массовая библиотека постоянно осуществляет отбор, который носит весьма целенаправленный характер: отсекается специальная литература узкого адреса и остаются здания, которые могут заинтересовать некоего среднего читателя (так называемые «массовые» издания). Однако из-за идеологической направленности комплектования в предыдущие годы и из-за дефицитарной ситуации на книжном рынке те темы и жанры, которые пользуются повышенным читательским спросом, обычно представлены в фондах отдельными названиями в малом числе экземпляров. В результате при формальной «наполненности» этих разделов реальный состав книг массовых библиотек по сравнению с некой идеальной моделью универсального фонда удовлетворяет лишь часть всего спектра читательских запросов. Поэтому одной из побудительных причин создания личной библиотеки является стремление достать книгу для прочтения, которую нельзя получить в библиотеке общественной. Однако, если бы дело было только в этом, то затем эта книга передавалась бы другим, а не хранилась у владельца.

Основу большинства личных библиотек составляет художественная литература, а также книги для детей, учебная литература, справочники и энциклопедии, книги по домоводству. В трех последних случаях находит выражение прагматический аспект личной библиотеки. Дело в том, что общественная библиотека предоставляет книгу для прочтения. А целый ряд изданий, необходимых читателям для длительного или постоянного использования, должен быть постоянно од рукой (учебники, справочники, пособия по домашнему хозяйству т.д.).

Сопоставления показывают, что в личной библиотеке читатели стремятся иметь нехудожественные издания двух типов, затрагивающие основные жизненные интересы человека и используемые довольно часто, необходимые в повседневной жизни. Среди них — книги по медицине, педагогике (прежде всего — с целью воспитания собственных детей), искусству, сельскому хозяйству (для горожан — это пособия по ведению приусадебных участков). За нехудожественными книгами иной тематики читатели предпочитают обращаться в массовую библиотеку.

Таким образом, следует учесть, что в отличие от ситуации предшествующего периода советской власти, когда собиратель был образованнее и культурнее рядового абонента библиотеки, сейчас он, напротив, имеет более низкий образовательный ценз. Это связано с существенными переменами в сфере отношения к книге. Многие уже приобщенные к книге, но не освоившие нормы библиотечной культуры (и не желающие их осваивать), отказались от услуг библиотек и стали составлять личные библиотеки в соответствии со своими потребностями. Причем значительная часть новых собирателей, усвоив ориентацию на личную библиотеку, стремясь к индивидуализации, обособлению своего духовного мира, не имеет еще необходимых знаний, нужного уровня культуры, самостоятельности суждений для создания своеобразного книжного собрания. Их ориентированные на систематичность и актуальность коллекции по своему функциональному типу — это как бы библиотеки массовые, уменьшенные до масштабов квартиры. В результате сейчас личная библиотека комплектуется без учета существования общественной, в немалой степени дублирует ее по составу и функциям. И тем не менее даже в наши дни функциональное разделение личных и общественных библиотек довольно ощутимо.

Глава 4. Эффект возвращения к прочитанному тексту.

Существует два вида чтения: интенсивное чтение литературного произведения, когда книга много раз берется с полки и перечитывается, и экстенсивное чтение, которое означает не качественное, а количественное (в противоположность интенсивному) чтение, т. е. увеличение, распространение, расширение круга читателей.

Проблема познания художественной литературы так трудна, что иногда, несмотря на многолетнее знакомство с литературным произведением, без посторонней помощи не добраться до сложной сути образа даже читателю высокой квалификации.

Перечитывание может быть «онтогенетическим» и «филогенетическим».

Под «онтогенетическим» перечитыванием мы понимаем перечитывание какого-либо одного произведения одним человеком в различном его возрасте.

Возраст, жизненный опыт, образование, умственное развитие, политический кругозор, классовая принадлежность — все это, так или иначе сказывается на восприятии литературного произведения, на полноценности его чтения. «Филогенетическое» перечитывание — перечитывание какого-либо одного произведения различными поколениями.

Если «онтогенетическое» перечитывание характеризует культурный уровень читателя, его кругозор, степень его эстетического развития, а в итоге — читателей, страну, эпоху, то перечитывание «филогенетическое», помимо этого, выполняет «резолютивную» функцию: каждый писатель, в конце концов, занимает то место, какое ему надлежит; незначительное или ничтожное отсеивается, а значительное или великое живет; живет не только на полках библиотек или в исследованиях специалистов, а в сознании нового поколения, в мыслях и эмоциях читательских масс. «Филогенетическое» перечитывание помогает преодолеть недостатки перечитывания «онтогенетического».

Длительность процесса ознакомления с литературным произведением и качество его восприятия не есть величина постоянная. Многое зависит от того, что ищет читатель в художественной литературе, чего он ждет.

Мнение Мопассана:

«В сущности, публика состоит из множества групп, которые кричат нам:

— Утешьте меня.

— Позабавьте меня.

— Дайте мне погрустить.

— Растрогайте меня.

— Дайте мне помечтать.

— Рассмешите меня.

— Заставьте меня содрогнуться.

— Заставьте меня плакать.

— Заставьте меня размышлять.

И только немногие избранные умы просят художника:

— создайте нам что-нибудь прекрасное, в той форме, которая всего более присуща вашему темпераменту".

Рассмотрим теперь некоторые особенности возрастного восприятия литературного произведения.

Ребенок находится во власти конкретного; навыков к абстрактному мышлению у него нет. Вот почему в безвыходном положении оказывается подросток в том случае, когда писатель отражает в образах не конкретную действительность, а «зерно» ее (абстракцию). Тогда читателю надо не только представлять, а «подставлять», т. е. на основе определенной закономерности данный образ заменить другим, известным ему на основании личного опыта или из книг.

У писателя-классика конкретное особенно богато, абстрактное — глубоко. Все это в единстве дано и в единстве должно быть воспринято. Чем взрослее читатель, чем полнее его жизненный опыт, чем шире кругозор, тем больше предпосылок к тому, что единство конкретного и абстрактного будет должным образом понято, усвоено, оценено.

Эрудиция в любой специальной области, если она находит соответствие в картине, нарисованной писателем-художником, обогащая «подстановкой», повышает степень идейного и эмоционального воздействия литературного произведения.

Восприятие литературного произведения меняется под воздействием различных факторов.

Изменение социальной действительности. Каждая эпоха имеет свое господствующее идейное настроение, свои влияния, свой «аромат», свою специфику, и все это так или иначе не может не сказаться на восприятии литературного произведения, на его оценке. Исторический момент, революционная ситуация эпохи особенно обостряет восприятие некоторых литературных произведений. В каждой эпохе есть определенный факты, и они невольно вторгаются в процесс восприятия произведения искусства.

Восприятие прочитанного зависит от настроения, психофизиологии читателя. Целенаправленное чтение и перечитывание может иметь успокаивающее действие, может обладать тонизирующим средством, создающим бодрость и хорошее настроение. Может выравнивать эмоциональное состояние, содействовать воспитанию воли, делая характер более устойчивым.

Но с другой стороны — чтение может и навредить, внести разлад в психику, поэтому не рекомендуются книги, требующие умственного напряжения, пессимистического содержания, эмоционально перевозбуждающих.

Эстетическое качество произведения искусства и реакция на него лица воспринимающего (его культурный уровень, степень эстетического развития и другие свойства интеллекта мы оставляем в стороне) не всегда находятся в прямом соотношении. Иногда — в соотношении обратном. Такова бывает степень воздействия настроения, психофизиологии в определенный момент, что великое может оставить равнодушным, а посредственное — привести в восторг.

Из других условий, определяющих восприятие литературного произведения, важнейшее значение имеет темп чтения. Быстрота чтения и глубина понимания находятся в обратном соотношении. Перечитывание, — сюжет уже известен, — создает предпосылку для более спокойного темпа, а это в свою очередь приводит к открытию «мелочей» — золотых крупинок отдельных наблюдений, из которых слагается целое. Открытие «мелочей» при перечитывании имеет немаловажное значение потому, что «созерцание» (отправной пункт абстрактного мышления) должно быть живым. И каждая мелочь, поскольку она содействует реальному представлению об изображаемой писателем действительности, не безразлична в этом отношении.

Глубина психологии персонажа раскрывается при перечитывании.

Русская художественная литература вообще славится тонкостью и глубиной раскрытия психологии персонажа. Удивительная проникновенность часто сочетается с краткостью характеристики, скупостью в обрисовке внешних проявлений внутренней жизни человека.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой