Антропология

Тип работы:
Контрольная
Предмет:
Биология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

1. Предмет и место антропологии в системе наук о человеке

Термин «антропология» греческого происхождения (антропос — человек, логос — наука) и означает «наука о человеке». Считают, что впервые это слово употребил Аристотель (384−322 до н. э), крупнейший натуралист и философ древности, изучая духовное начало человека. Первые ростки научных знаний о человеке мы находим в трудах античных философов: Анаксимандра, Демокрита, Эмпедокла, Сократа. Вопросы морфологии и анатомии человека, его места в системе природы, телесные различия в физическом типе отдельных народов, нравы и быт многочисленных племен и народов, с которыми сталкивались путешественники во время своих странствий, волновали и были предметом исследований многих ученых Древней Греции и Рима. Становление же антропологии как науки в ее современном понятии относится к новому времени, к середине XIX в.

В трудах западноевропейских ученых термин «антропология» имел двоякое значение — как науки анатомической (о человеческом теле) и о духовной сущности человека. В начале XVIII в., когда слово «антропология» только начинало входить в научный обиход, оно означало «трактат о душе и теле человека». Впоследствии этот термин в общей форме расшифровывался так же, объединяя всестороннее изучение человека, его биологические, социальные и духовные свойства. В течение XIX в. и до наших дней во многих зарубежных странах (Англия, Франция, США) принято широкое понятие антропологии как общей науки о человеке.

Антропология в таком понимании подразделяется на «физическую», или «соматическую» антропологию, «социальную», или «культурную» — т. е. этнографию.

Антропология это — отрасль естествознания, которая занимает особое место среди биологических наук. Она изучает происхождение и эволюцию физической организации человека и его рас. Это наука об изменчивости человеческого организма в пространстве и времени, законах этой изменчивости и факторах, ею управляющих. Антропология как бы венчает собой естествознание. Но так как жизнь человека неразрывно связанна с общественной средой, то и антропология, изучая человека, вступает в ту область, где существуют социально-исторические закономерности. В этом специфика антропологии, сложность ее исследований, в этом отличие ее от других биологических наук, ее непосредственная связь с историческими науками — археологией, этнографией, историей.

2. Методы антропологии

Антропология отличается своими главными методами (основанными на долгосрочном включенном наблюдении и лингвистической компетентности), микроисследованиями, и расширением за пределы строго социальных явлений в сторону культуры, искусства, индивидуальности и познания.

Методы антропологии — антропоскопия (описательная методика), антропометрия (измерительная методика), краниология (изучение черепа), остеология (изучение костного скелета), одонтология (изучение зубной системы), дерматоглифика (изучение кожного рельефа), пластическая реконструкция (восстановление лица человека по черепу), исследование крови, микроанатомия и др.

3. История антропологии

Как самостоятельная область науки антропология возникла поздно — в конце XVIII — в начале XIX столетия. Однако наиболее ранние попытки понять место человека в природе, его сходство с другими организмами, его своеобразие, вариации человеческого типа по разным странам, возрастные изменения, объяснить его происхождение являются, по-видимому, столь же древними, как само научное знание вообще. Основные этапы формирования антропологических знаний совпадают с поворотными периодами истории человеческого общества. Переходы от одной социально-экономической формации к другой, сопровождавшиеся бурной переоценкой ценностей, борьбой между старым и новым мировоззрением, подъемом или крушением тысяч индивидуальных судеб не могли не вести к глубокому раздумью о сущности человеческой природы. Люди хотели знать о «назначении» человека, о силах, которые привели человека в мир и которые, вооружив его разумом, подняли над всеми живыми существами и в то же время сделали жертвой неисчислимых бедствий и социальной несправедливости. Зачатки научных знаний о человеке возникли в недрах античной философии. В творениях философа милетской школы Анаксимандра (610−546 гг. до н. э), стремившегося познать происхождение и развитие всего сущего из первоосновы бытия — беспредельного, или «апейрон», излагаются идеи о возникновении человека путем ряда превращений его предков — животных. Зачатки эволюционного взгляда на человека можно найти у Демокрита (около 470−380 гг. до н. э) и у Эмпедокла (490−430 гг. до н. э). Античные философы стремились определить главные источники отличий человека от животных. Анаксагор (500−428 гг. до н. э), Сократ (469−399 гг. до н. э) высказывали мысль, что человек обязан своим высоким положением в мире наличию у него руки. Мысли об огромной роли слова (речи) для человека развивал знаменитый афинский учитель красноречия Исократ (436 — 338 гг. до н. э.).

Однако философия была не единственным источником, порождавшим антропологические обобщения. Зоологические наблюдения над домашними и дикими животными также вели к размышлению о месте человека в органическом мире. Анатомирование животных и изучение заболеваний человека содействовали росту знаний о явлениях изменчивости отдельных органов человеческого тела под влиянием их функций.

Следует указать, что анатомические знания накапливались еще задолго до того, как они получили отражение в трудах греческих ученых.

Широко известно высокое искусство бальзамирования трупов в Древнем Египте. Оно, несомненно, требовало известных познаний в области строения человеческого тела. Реалистическая, поражающая своей портретностью, скульптура Древнего Египта также несомненно предполагает достаточное знакомство с анатомией. То же следует сказать и о скульптуре древнего Крита.

Наблюдения путешественников знакомили античных людей с племенными, расовыми отличиями людей. Таким образом, накапливались знания, которые в дальнейшем ходе развития науки помогали освещать вопросы о происхождении человека (философия, зоология), о морфологических вариациях у человека (медицина), о человеческих расах (география).

Алкмеон Кротонский (около 500 г. до н. э), рассекая трупы животных, сделал ряд анатомических открытий. Один из величайших врачей древности — Гиппократ (460−356 гг. до н. э) — изучал влияние климата на организм человека; ему же принадлежит учение о темпераментах, построенное на представлении о четырех «соках» человеческого тела: кровь, желтая желчь, черная желчь и слизь. Преобладание крови, по Гиппократу, характерно для сангвиника, желтой желчи — для холерика, черной желчи — для меланхолика, слизи — для флегматика.

Большое значение для расширения географического кругозора в античном мире имели путешествия Геродота (484−406 гг. до н. э). До наших дней его сочинения — один из важнейших источников для изучения быта и нравов древних народов, а в некоторой степени и их физического типа. Так, описывая колхов (предков грузин, жителей Колхиды), Геродот указывал, что они темнокожи и курчавы, причем обращал внимание на то, что и среди других соседних с ними народов имеются обладатели таких же примет. Описывая жителей северного Причерноморья, Геродот сообщал, что большое и многочисленное племя, обитавшее между верхним Доном и средним течением Волги, — будины — «все голубоглазы и рыжеволосы». Свидетельства такого рода весьма ценны, так как они дополняют данные палеоантропологии и позволяют составить представление о распространении некоторых антропологических типов до эпохи «переселения народов».

Изучение человека достигает в античное время своей вершины у Аристотеля (384−322 гг. до н. э.). В своих трудах «Истерия животных», «О частях животных», «О возникновении животных», «О душе» Аристотель закладывает основы изучения животных. Он разрабатывает классификацию, рассматривает функциональную роль частей тела, а также механизмов их возникновения, анализирует корреляции (связи) частей. Он широко использует сравнительный метод изучения и вводит в биологию принцип аналогии. Аристотелю принадлежит идея «лестницы существ» или ряда постепенного v повышения организации. Следует иметь в виду, что хотя взгляды Аристотеля были далеки от идей эволюции, однако его принцип ступенеобразного расположения существ сыграл в XVIII в. большую роль в развитии эволюционного учения.

Аристотелю принадлежит огромная заслуга в разработке проблемы места человека в органическом мире. В его сочинениях можно найти множество глубоких мыслей о морфологических особенностях человека, отличающих его от животных. Однако Аристотель разошелся с Анаксагором и Сократом в оценке роли руки человека. «…Человек разумнейшее животное не потому, — писал Аристотель, — что имеет руки, но потому и имеет руки, что он разумнейшее существо, ибо разумнейший будет пользоваться хорошо очень многими инструментами, а рука, очевидно, не один инструмент, а многие: она — как бы инструмент инструментов. Тому именно, что может воспринять наибольшее число искусств, природа дала руку, наиболее пригодный из инструментов». В этом рассуждении очевидна телеологическая сущность мировоззрения Аристотеля, объяснявшего наличие рук у человека, исходя из той цели, которой служат руки у существа, наделенного разумом.

Из ученых древнего Рима наибольшее значение в истории антропологических знаний имеет Лукреций Кар (99−55 или 95−51 гг. до н. э.), автор поэмы «О природе вещей», в которой он развивал идеи о естественном происхождении органического мира и человека и дал замечательную по яркости картину развития культуры от первобытной дикости до цивилизации. Другой крупнейший римский ученый — Клавдий Гален (131−200 гг.) н. э) — завоевал себе славу и непререкаемый авторитет в течение почти' четырнадцати столетий как медик и анатом. Гален произвел многочисленные вскрытия трупов животных, главным образом собак и низших обезьян.

Эпоха средних веков в Европе — период застоя во всех областях знаний. — В это время традиции античных авторов находят свое продолжение в Передней и Средней Азии, где жили и творили такие гиганты научной мысли, как Ибн-Сина и Бируни. От этого времени в анатомической современной номенклатуре сохранилось немалое количество арабских терминов.

Эпоха Возрождения противопоставила аскетизму и железному гнету церковной догматики Средневековья пламенное восхищение человеком, его физической и духовной мощью. «Это был величайший прогрессивный переворот, — писал Энгельс, — пережитый тогда человечеством, — эпоха, которая нуждалась в титанах и которая породила титанов по силе мысли, страсти и характеру, по многосторонности и учености». Чтобы составить себе представление о том, с каким восторгом писали люди этой эпохи о человеческом теле, достаточно прочитать следующие строки замечательного скульптора и ювелира Бенвенуто Челлини: «Ты заставишь своего ученика срисовывать эти великолепные бедренные кости… Когда ты нарисуешь и хорошо закрепишь эти кости в твоей памяти, то начнешь рисовать ту, которая помещается между двух бедер; она прекрасна и называется sacrum… Затем ты будешь изучать спинной хребет, который называют позвоночным столбом. Он опирается на крестец и составлен из двадцати четырех костей, называемых позвонками… Тебе доставит удовольствие рисовать эти кости, ибо они великолепны».

Эпоха Возрождения ознаменовалась крупными успехами в области анатомии человека. Замечательно, что Леонардо да Винчи предлагал изучать как можно больше вариантов строения и выбирать в качестве нормы средний. Он же поместил рисунок руки человека рядом с рисунком руки обезьяны.

На первом месте среди анатомов следует назвать реформатора анатомии Везалия (1514−1564), важнейший труд которого «Фабрика человеческого тела» был основан на тщательном изучении тела человека. Большой вклад в анатомию внесли Фаллопий, Евстахий, Фабриций. Среди зоологических работ большое значение имели труды Клузия, описавшего различных экзотических животных, Геснера, автора пятитомной энциклопедии животных и множества других работ, Белона, изучавшего птиц и давшего поучительное изображение скелета птицы рядом со скелетом человека в одинаковых позах и с одинаковыми буквенными обозначениями гомологичных частей. Особого упоминания заслуживает Улисс Альдрованди (1522−1605), сделавший попытку построить классификацию животных по степени их родства. Альдрованди также принадлежит заслуга правильной оценки значения каменных стрел, находимых в земле; он считал их изделиями древних людей. Следует напомнить, что в средние века в каменных стрелах видели метательные орудия ведьм. Правильное истолкование каменных топоров как изделий человеческих рук давал также натуралист конца XVI в. Меркати.

Огромное значение для развития знаний о расах имели великие географические открытия XV и XVI столетий. Им предшествовали путешествия венецианца Марко Поло (1254−1323), познакомившего европейцев с высокой культурой китайского народа и сообщившего первые сведения о населении многих азиатских стран.

Путешествия Христофора Колумба, Васко да-Гамы, обогнувшего Африку с юга и проникшего в Индию морским путем (1497), и первое кругосветное путешествие Магеллана (1521) дали основание для критики учения церкви о происхождении всех людей от Адама и Евы.

Одним из важных для антропологии научных результатов дальних путешествий было первое непосредственное ознакомление европейцев с обезьянами. Так, спутник Магеллана Пигафетта (1598) писал, что на африканских берегах «водится множество обезьян, которые подражаниями человеческим движениям доставляют великое удовольствие знатным особам». Знания об африканских антропоморфных обезьянах в XVII в. накапливались благодаря путешественникам (например, англичанин Пуркас — 1625) и анатомам (голландец Тульпиус-1641, англичанин Тайсон-1699). Возможно, что описанный Пуркасом «понго» — это горилла, а «энджеко» — шимпанзе. Объектами исследований Тульпиуса и Тайсона были шимпанзе.

Названные исследования послужили важным материалом для обоснования в дальнейшем идеи близости предков человека к животным. Эта идея получила свое развитие в борьбе материализма против идеализма у французских философов-материалистов XVIII в. (Дидро, Гельвеции, Ламеттри, Гольбах).

В атмосфере надвигавшейся революционной бури рождались идеи о всеобщности закона изменения вещей, о развитии живой природы, об эволюции, но эти идеи были еще смутны и отрывочны, а нередко и внутренне противоречивы. Фактический материал для создания подлинной теории эволюции был еще совершенно недостаточен.

Одновременно с высказываниями смелых догадок о происхождении человека от животных в XVIII в. строились классификационные схемы. Крупнейший натуралист Карл Линней (1707−1778) выделил отряд приматов, в который он поместил вместе с летучей мышью, лемуром и обезьяной также и человека. Ему же принадлежит и выделение вида Homo sapiens и его разделение на четыре расы.

Среди многочисленных путешествий наиболее крупное значение имели три плавания английского мореплавателя Джемса Кука, совершенные им с 1768 по 1779 г. в Тихом океане. В результате этих плаваний было опровергнуто чисто умозрительное убеждение, господствовавшее тогда в науке, в существовании огромного континента «Неведомой Южной земли» (в южной части Тихого океана). Кроме того, было открыто восточное побережье Австралии, были впервые нанесены на карту такие большие острова, как Новая Зеландия, Новая Каледония и множество других большого и малого размеров. Были собраны сведения о природе островного мира Тихого океана, о внешнем облике и культуре его населения.

Важнейшим периодом в развитии антропологии и в ее формировании как особой науки была середина прошлого столетия. 60-е и 70-е годы XIX в. характеризуются ростом интереса к вопросам систематики человеческих рас, их происхождения и расселения. В Париже, по инициативе Поля Брока, в 1859 г. основывается Антропологическое научное общество, при котором были организованы музей и Антропологическая школа. В 1863 г. основывается Антропологическое общество в Лондоне, в 1864 г. — антропологический отдел Общества любителей естествознания в Москве. Позднее аналогичные организации возникают в Германии, Италии и других странах.

В числе основных задач этих обществ значится изучение человеческих рас. Внимание широких кругов общества к расовым различиям у человека характерно для эпохи империализма — эпохи окончательного территориального раздела мира между крупнейшими капиталистическими державами и обострения противоречий между небольшой горстью господствующих наций и порабощенными народами колониальных и зависимых стран. Колониальная экспансия европейских держав, резкие национальные противоречия в самой Европе в связи с объединением Германии и ее победой в франко-прусской войне, обострение национального вопроса в царской России, война Северных и Южных штатов Америки и связанный с ней негрский вопрос — все эти обстоятельства чрезвычайно усиливают интерес различных групп общества к проблеме расовых особенностей у человека. В этот период прогрессивные общественные силы вступают в ожесточенную борьбу с апологетами реакции, отстаивающими теорию неравенства рас. Расизм находит себе особенно благодатную почву в среде американских и английских полигенистов, которые пытаются обосновать законность торговли неграми мнимыми аргументами в пользу «теории» близости темнокожих рас к животным. Наиболее принципиальную и последовательную критику эти рабовладельческие взгляды встретили со стороны русских революционных демократов, главным образом Н. Г. Чернышевского. Фактическое их опровержение было дано исследованиями Н.Н. Миклухо-Маклая на Новой Гвинее.

Крупнейшим событием в истории антропологии было появление трудов Чарльза Дарвина «Происхождение человека и половой отбор» (1871) и «О выражении эмоций у человека и животных» (1872). Они были подготовлены прежде всего идеями эволюционистов XVIII в., трудом Ламарка «Философия зоологии» (1809), трудом самого Дарвина «Происхождение видов» (1859), рядом работ его сторонников — Гексли, Геккеля и др., а также успехами археологии палеолита (Буше де Перт), четвертичной геологии (Ляйелль) и других отраслей знания. Работы Дарвина нанесли сокрушительный удар телеологическим воззрениям на человека, и в этом — важнейшая сторона прогрессивного значения его трудов для антропологии.

Вопросы происхождения и эволюции человека разрабатывались во времена Дарвина главным образом зоологами. Антропология 60−70-х годов сосредоточивала свое внимание по преимуществу на изучении рас. В эти же годы усиленно разрабатываются вопросы методики антропометрии (Брока, Бэр, Велькер, Богданов), а позднее — приемы вариационно-статистического исследования, позволяющие путем учета статистической достоверности результатов устанавливать или отвергать различия между средними арифметическими сопоставляемых групп.

Однако уже в конце прошлого столетия проблема антропогенеза делается неотъемлемой частью антропологической науки. Вместе с этим естественно рождался вопрос о взаимоотношении между расоведением, с одной стороны, и учением о возникновении и развитии человека — с другой. Идеологи реакции перенесли закономерности естественного отбора в человеческое общество. Так возникли тенденциозные, глубоко ошибочные направления — «антропосоциология», «социальный дарвинизм», «расистская евгеника» и другие лжетеории, призванные оправдать эксплуатацию и истребление колониальных народов. Всем этим построениям противостоит подлинная наука и, прежде всего, огромная масса фактического материала, собранная учеными многих стран мира.

Большое внимание уделили вопросам антропологии К. Маркс и Ф. Энгельс в своих трудах «Немецкая идеология», «Диалектика природы», в 1-м томе «Капитала», «Анти-Дюринге», «Происхождении семьи, частной собственности и государства» и в особенности в работе «Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека».

Классики марксизма впервые показали глубокое принципиальное различие между явлениями общественными и биологическими, обосновали недопустимость перенесения биологических закономерностей для объяснения исторических процессов и тем самым дали возможность правильно решать вопросы о факторах антропогенеза, о соотношении этнических и расовых делений и др.

4. Систематика приматов

Отряд Приматы относится к классу млекопитающих, подтипу позвоночных, типу хордовых животных. Для типа хордовых характерны следующие признаки:

1. Скелет образован хордой — сильно вакуолизированной соединительной тканью, — которая обязательно присутствует хотя бы на одной из стадии онтогенеза, например в эмбриогенезе;

2. Центральная нервная система — в виде трубки со щелью;

3. В передней части пищеварительной трубки — глотки — расположены жаберные щели;

4. Для всех хордовых типичен общий план строения систем органов: кишечник находится под хордой, а она — под нервной трубкой.

Кроме того, всем хордовым животным свойственны признаки, роднящие их с беспозвоночными животными — это двусторонняя симметрия и вторичный рот.

Типичный представитель простейших хордовых ланцетник. К подтипу позвоночных относятся следующие классы: рыбы, земноводные, пресмыкающиеся, птицы и млекопитающие. Всех их объединяет наличие челюстного аппарата, активный образ жизни, то есть активные поиски пищи и полового партнера. При активном передвижении появляются конечности: у рыб — это плавники, а у других представителей — конечности пятипалого. В связи с ориентацией развиваются органы чувств, головной и спинной мозг и появляются защищающие их череп и позвоночник. У всех позвоночных животных интенсивный обмен веществ, замкнутая кровеносная система, сердце, органы дыхания и выделения.

Класс млекопитающих характеризуется живорождением, вынашиванием детеныша в матке и вскармливанием его молоком. Млекопитающие имеют зубную систему с разными типами зубов, отражающую их пищевую специализацию — резцы, клыки, предкоренные и коренные. Молочные зубы сменяются постоянными.

Все млекопитающие — гомойотермные (это с постоянной температурой тела) животные с высоким уровнем обмена веществ. Тело их покрыто волосами, которые являются производными кожи. Самки имеют молочные железы. У всех млекопитающих, помимо внутреннего и среднего, есть еще и наружное ухо.

1.1. Отряд Приматы

Почти все приматы — обитатели теплого климата: Южноамериканской сельвы, Африканских лесов и Саванн, джунглей Индо-Малаиской области лесов Мадагаскара. Однако есть обезьяны например японский макак, которые могут жить даже на снегу. Отряд Приматы принято в настоящее время подразделять на два подотряда:

1. Низшие приматы, или полуобезьяны.

2. Обезьяны, или человекоподобные.

Подотряд Низшие Приматы — полуобезьян. К ним относят тупай, лемуров, долгопятов и др. (Рис 1)

Это мелкие животные, но есть и средних размеров — с собаку. У всех полуобезьян имеются хвосты, часто пушистые. Лицевой отдел черепа вытянут, хорошо развито обоняние, на лице имеются осязательные волоски — вибриссы.

Подотряд Высшие приматы — человекоподобные. Все высшие приматы делятся на две секции — широконосые и узконосые обезьяны. Разделение основано на различиях в строении носовой перегородки: у широконосых обезьян она широкая и ноздри смотрят в сторону, а у узконосых узкая, ноздри обращены вниз. Отличаются они и по местам обитания. Все широконосые обезьяны живут в южной Америке и их называют обезьянами Нового Света; узконосые обезьяны живут в Африке и Азии и их называют обезьянами Старого Света.

1.2. Секция широконосых

В секции широконосых обезьян выделяют три семейства — мелкие игрункообразные, каллимико и крупные капуциновые обезьяны. (Рис 2) У всех игрунковых и каллимико примитивные черты строения — обволошенная ушная раковина, относительно простой мозг, почти без извилин, рождается до трех детенышей. Игрунковые это самые маленькие из всех приматов; кроме собственно игрунок к ним относятся карликовые игрунки и тамарины. Для всех характерен парный семейный образ жизни, в группе размножается только одна взрослая самка, самец ухаживает за потомством. Каллимико выделили из семейства игрунковых обезьян относительно недавно. По строению зубов, форме черепа, биохимическим показателям они сходны с капуциноообразными и занимают промежуточное положение между ними и игрунковыми обезьянами.

Капуцинообразные обезьяны имеют хватательный хвост, нижний конец хвоста лишен волос, на нем такие же дерматоглифические узоры, как на ладонях. Такой хвост действует как дополнительная конечность. Первый палец кисти недоразвит, иногда отсутствует, зато на ступне он хорошо развит и противопоставлен остальным. Мозг достаточно развит, эти обезьяны обладают сложным поведением, легко обучаются сложным навыкам. Живут они большими группами. Все они древесные, ведут дневной образ жизни, кроме одного рода ночных обезьян. Как и у полуобезьян, у всех широконосых обезьян есть кожные железы, секретом которых они метят территорию. Широконосые обезьяны часто объединяются в сообщества, состоящее из нескольких видов, для более успешной защиты от хищников. У них хорошо развито акустическое (голосовое) общение и отмечается богатая мимика.

1.4. Секция узконосых

Мартышкообразные обезьяны. Они небольшие или среднего размера, передние конечности у них равны задним или немного короче. Первый палец кисти и стопы хорошо противопоставлен остальным. Шерсть покрывает все тело, за исключением лица, обычно окраска яркая. Имеются седалищные мозоли и защечные мешки. Защечные мешки представляют собой особые карманы — складки слизистой оболочки в ротовой полости на обеих щеках, куда обезьяны набивают пищу про запас. Помимо седалищных мозолей у них имеется так называемая «половая кожа» — участки кожи, которые при овуляции набухают и краснеют, это может служить сигналом для самца о готовности самки к спариванию.

Седалищные мозоли в отличие от половой кожи лишены сосудов. Они удобны при спанье или сидении на земле. Все мартышковые передвигаются по земле и ветвям деревьев, среди них есть наземные формы (павианы, гелады), древесно-наземные (макаки резусы, и лапундеры) и чисто древесные (все тонкотелые обезьяны, лангур и др.). Они стопоходящие, опираются при ходьбе на стопу и кисти. Хвост никогда не бывает хватательным. У некоторых видов хорошо развит половой диморфизм, то есть самцы крупнее самок. Все они стадные, живут в лесах, саваннах, на скалах. К мартышкообразным обезьянам относятся роды мартышек, гусар, павианов, мандрилов, гелад, мангобаеев, макаков и подсемейства тонкотелых обезьян, роды колобусов, гверец, лангуров. Очень красивая обезьяна — лангур хануман считается священной обезьяной в Индии, Шри-Ланке и других странах. Согласно эпосу «Рамаяна», лангур хануман спас благочестивого Раму и его жену. В Египте к священным животным относится павиан гамадрил, считающийся олицетворением бога Ра — бога здоровья, плодородия, щедрости и письма.

Семейство Гиббоновые. Это небольшие, изящного сложения обезьяны, передние конечности у них длиннее задних, шерсть густая, ладони, подошвы, уши и лицо оголены. Имеются небольшие седалищные мозоли. Пальцы рук длинные, первый палец хорошо противопоставлен остальным. Распространены в Индии, Индокитае, на Яве, Суматре, Калимантане, полуострове Малакка. Все они древесные, обитатели тропического леса с характерным способом передвижения — брахиацией: поочередно перехватывая руками ветви деревьев они перелетают с дерева на дерево на расстояние до пятнадцати метров. Могут ходить по земле на двух ногах, балансируя руками. У некоторых гиббонов отмечается половой диморфизм в окраске волос, например, самцы одноцветного гиббона черные, а самки светло -бежевые. Еще одна особенность гиббона — семейная жизнь, при этом каждая семья имеет свою территорию и перекликается с другими семьями. Это поведение называется «пение» или «хорами» гиббонов; инициатором пения является, как правило, самец, затем к нему подключается все семейство. У сростнопалых гиббонов — сиамангов — имеются даже специальные горловые голосовые мешки — резонаторы для усиления звука.

Семейство Понгид объединяет азиатских орангутанов и африканских человекообразных обезьян — шимпанзе и гориллу. Всех их отличаю крупные размеры тела, у гориллы масса до 200 килограмм, рост до двух метров. У них относительно короткое туловище и длинные конечности, нет хвоста, укороченный крестцовый отдел позвоночника, бочкообразная грудная клетка, широкие плечи. Для всех характерно полувыпрямленное передвижение по ветвям и земле с опорой на костяшки пальцев передних конечностей. Они имеют крупные и сложноустроенный мозг, примерно в шесть раз более крупный, чем у низших узконосых обезьян, например макаков. Масса мозга гориллы 420 грамм, в нем много извилин. Лобная доля крупнее, чем у низших обезьян. Как и у человека, у человекообразных обезьян хорошо развита мимическая мускулатура, губы очень подвижные. Седалищные мозоли есть у шимпанзе, редко встречаются гориллы и орангутана. Волосы на спине и груди редкие, пучки осязательных волос на лице (вибриссы) отсутствуют. Иммунологические и биохимические показатели у шимпанзе, гориллы и человека очень близки по белкам крови.

Срок беременности — как у человека (9 месяцев), детеныш развивается очень медленно, до семи лет. Все они обладают высоким интеллектом, способны использовать предметы в качестве орудий в природе и в неволе.

Орангутаны распространены на Суматре и Калимантане, отличаются массивным телосложением (рост самца 150 сантиметров масса 100 -200 килограмм). Самки значительно меньше самцов. У калимантанских орангутанов развиты щечные наросты из соединительной ткани и жира. Задние конечности короткие, передние длинные, пальцы на руках длинные, имеют вид крюков, первый палец укорочен на кисти, на шее — большие гортанные мешки. Череп у орангутанов длинный, вытянутый, лицевой отдел вогнут. На черепе имеются сагиттальный и затылочный гребни. Нижняя челюсть массивная, зубы крупные, с сильной морщинистостью коронок, клыки редко выступают за зубной ряд. Объем головного мозга — 300−500 см3.

Горилла. Имеются три подвида: горная, береговая и равнинная.

Равнинная горилла распространена в Западной экваториальной Африке (Камерун, Габон), в долине реки Конго и у озера Танганьика. Рост самца около двух метров масса до 200 килограмм, массивные шея и плечи, череп с низким лбом и мощным надглазным гребнем. У самцов имеются еще сагиттальный и затылочный гребни. Самки мельче самцов. Лицо выступает вперед, нижняя челюсть очень массивная.

Шимпанзе. Обитает в тропической Африке, в бассейнах рек Конго и Нигер. Шимпанзе имеют меньший рост и более тонкое телосложение, рост 150 сантиметров, масса 50 килограмм, половой деморфизм в размерах тела выражен слабее, чем у гориллы и орангутана. Надглазничный валик так же развит слабее, а затылочный отсутствует. Лоб более прямой, мозговой череп круглее, клыки развиты слабее, морщинистость коронок так же слабее, чем у орангутана. Карликовый шимпанзе или боноб — живая модель ранних гоминид, отличается малым ростом и грациозностью. Живет в Заире.

Семейство Гоминиды. Высота тела 140−190 сантиметров. Самки меньше самцов на 10−12 сантиметров. Характерны вертикальное положение тела и передвижение только на нижних конечностях. Первый палец стопы утрачивает подвижность и не противопоставляется остальным. Длина нижних конечностей значительно превышает длину верхних. Большое значение имеет развитие первого пальца кисти. Голова круглая, характеризуется сильноразвитой мозговой частью и слабовыступающей вперед лицевой. Лицевой отдел располагается не впереди мозгового, а под ним. Большое затылочное отверстие направлено вниз. Зубы развиты слабо, почти не отличаются от резцов. Коренные зубы имеют уплощенные бугорки на жевательной поверхности, на верхних — четыре бугорка, на нижних -5. Позвоночный столб S-образно искривлен, что связано с вертикальным положением тела. Крестцовые и хвостовые позвонки срастаются в сложные кости — крестец и копчик. Характерно сильное развитие бедренной кости. Необычайно развит мозг, особенно большие полушария с бороздами и извилинами. Беременность 280 дней, рождается один ребенок, реже два — три. Для человека свойственны наиболее длительные среди млекопитающих сроки развития ребенка и его научения.

5. Человек как примат

Парадокс внутреннего сходства и внешнего различия

Для современной биологии, исключившей из своего арсенала такое понятие, как специальный замысел Творца, совершенно непонятно, почему при столь близком биохимическом составе тела человека и шимпанзе, они имеют все же довольно несхожую внешность. «Биологи уже давно бьются над одной загадкой: почему при столь заметном даже неспециалисту анатомическом различии человека и шимпанзе белки их сходны на 99%? «. При таком сходстве биохимического состава тела, у других видов всегда наблюдается и значительное внешнее сходство — гораздо большее, чем сходство обезьяны с человеком. Так, виды лягушек или бeлок в пределах одного рода отличаются друг от друга по биохимическому составу «в 20 — 30 раз больше, чем шимпанзе и человек». И эти лягушки и бeлки очень похожи друг на друга. Человек же от обезьяны внешне все же значительно отличается.

Ученые-эволюционисты вынуждены были признать, что для них это необычное сходство является серьезной проблемой. Впрочем, пока одни из ученых ломали над этой загадкой голову, сочиняя различные хитроумные гипотезы, другие потребовали «перемещение шимпанзе и гориллы не только в семейство человека (Hominidae), но даже в его подсемейство (Homininae)». Дело в том, что ряд специалистов считают, что «горилла и шимпанзе (которых иногда включают в один род) между собой близки по белкам не более, чем каждый из них к человеку, и требуют соответствующего изменения в классификации».

Исследователи рассуждали следующим образом: если шимпанзе и горилла гораздо ближе по биохимическим показателям к человеку, чем к орангутангу, то их следует считать «более родственными людям, нежели орангутангам», а следовательно необходимо внести и соответствующее изменения в классификацию: шимпанзе, человека и гориллу поместить в одну систематическую единицу, а орангутанга — в другую, соседнюю с ней. При этом (информация к размышлению) ряд генетических показателей свидетельствует о большей близости шимпанзе именно к человеку, чем к горилле.

Логику исследователей, требующих изменение в классификации, легко понять, если познакомиться с данными, о близости человека и шимпанзе по биохимическим и генетическим показателям. «На основании изучения 44 локусов, «ответственных» за свойства исследовавшихся 44 белков, Кинг и Вильсон установили генетическую дистанцию между человеком и шимпанзе: 0,620. Такая дистанция соответствует различиям даже не видов одного рода, а подвидов, например домовой мыши или ящерицы. (. .) Позже, однако выяснилось, что Кинг и Вильсон еще и завысили упомянутую генетическую дистанцию. При более тщательном изучении методом электрофореза белковых продуктов 23 генных локусов (где кодируются соответственно 23 семейства белков) Е. Брюс и Ф. Айала (Калифорнийский университет) показали в 1979 году: генетическая дистанция человека — шимпанзе равняется 0,386… «. Подобную генетическую и биохимическую близость, как известно, имеют «виды-двойники насекомых и млекопитающих». Такие виды-двойники, как известно, внешне почти не различимы.

Но при такой генетической и биохимической близости должна существовать и возможность скрещивания. Ведь известны многочисленные примеры скрещивания не только разных видов внутри одного рода, но и разных родов и даже подсемейств внутри одного семейства — то есть в тех случаях, когда биохимический состав тела уже значительно разнится, а генетическая дистанция в десятки раз превышает таковую между шимпанзе и человеком.

И вот пока одни ученые ломали голову, пытаясь понять, почему при столь мизерном генетическом и биохимическом различии наблюдается все же существенная разница между внешним видом и поведением шимпанзе и человека, а другие требовали внесения принципиальных поправок в систематику, третьи решили подойти к этой проблеме более практично: не теряя зря время, получить долгожданного «питекантропа» уже не в виде его костных останков, а живьем — то есть провести скрещивание между шимпанзе и человеком.

В прессе появились сообщения о том, что эксперимент начался и что скоро на свет появится «питекантроп». Однако, «питекантроп» так и не появился, а пресса таинственным образом замолчала. По-видимому, здесь как и во многих других случаях эволюционных изысканий, желаемое было принято за действительность, а эксперимент закончился, так и не начавшись. Творец, судя по всему, предусмотрел возможность проведения подобных экспериментов и создал механизм, препятствующий скрещиванию обезьяны и человека, несмотря на поразительно малую генетическую дистанцию между ними.

Что же касается аномально малой генетической и биохимической дистанции между человеком и шимпанзе, то здесь мы, очевидно, сталкиваемся со своего рода целесообразностью, направленной на создание у обезьяны пародийного человекообразия. Только при таком количестве одинаковой ДНК, может возникнуть та биохимическая и физиологическая общность, которая позволяет нашей интуиции, нашему «шестому чувству» улавливать в обезьянах нечто очень близкое к человеку, несмотря на значительное отличие в их внешности и отсутствия у обезьян разума и членораздельной речи.

Другие подтверждения пародийного человекообразия.

Что же касается сравнения умственных способностей обезьяны и человека, то было время, когда ученые, увлекшись эволюционной гипотезой, ставили всякие эксперименты, в которых пытались доказать выдающиеся умственные способности обезьян. Далее, по свидетельству тех исследователей, которые верили в эволюционную близость к обезьян к человеку, а следовательно и в их высокие умственные способности, «судьба науки о поведении обезьян сложилась противоречиво. Одни авторы, как правило сами работавшие с шимпанзе восхищались интеллектом высших обезьян, говорили о необыкновенном сходстве его с человеком, другие отрицали это сходство». По мнению исследователей, по-видимому, свободных от эволюционных эмоций, «приматы отличаются от других млекопитающих совсем не так значительно, как это еще недавно представлялось приматологам». Некоторые же исследователи даже поставили обезьян на составленной ими шкале умственного развития после дельфинов и слонов.

Как свидетельствуют специалисты, «очень трудно сравнивать интеллектуальные способности животных различных видов, поскольку многие из них обладают специфическими навыками и в то же время специфическими „неспособностями“ решать какие-то определенные задачи». Ведь и среди людей одни лучше других решают математические задачи, другие — лучше ориентируются в торговых делах, третьи — легче распутают жизненные ситуации. Кто из них умнее? Точно также «для сравнения интеллектуальных способностей животных, относящихся к различным видам, трудно придумать тест, который не был бы предвзятым в том или ином смысле». Что же касается традиционных для психологии IQ тестов, связанных с определением умственного развития человека, то он, естественно, подойдет лучше к обезьянам, чем к дельфинам, поскольку обезьяны, являясь пародийным образом человека, лучше справятся с тем, что предназначено для ее «первообраза». Поэтому «неудивительно, что макаки и высшие обезьяны хорошо выполняют тесты, предназначенные для определения IQ человека, поскольку все они относятся к приматам». Или, подходя к этому вопросу с позиции специального творения, потому что обезьяна сотворена как пародийный двойник человека.

Что касается использования обезьянами орудий труда, то кроме обезьян ими пользуются еще многие другие животные. Здесь мы также не встречаем чего-либо уникального для животного мира, приближающего обезьян к человеку. Так, «галапагосский дятловый вьюрок (Cactospiza pallida) отыскивает насекомых в трещинах древесной коры, используя для этого колючку кактуса, которую он держит в клюве». Один из грифов — стервятник обыкновенный (Neophron percnopterus) может «поднимать камень в воздух и бросать его на гнездо страуса или брать камень в клюв и бросать его на яйцо. Такое использование камня уже считается применением орудия, поскольку камень можно рассматривать как продолжение тела грифа».

Эволюционно-ориентированные чаяния найти выдающиеся умственные способности у обезьян не получили должного подтверждения. Обезьяна если и сообразительнее других животных, то лишь в весьма незначительной степени и в силу своего предназначения быть пародийным двойником весьма сообразительного существа — человека. В самом деле — невозможно быть в своем поведении похожим на человека, не обладая при этом определенной долей сходства в решении жизненных проблем, которая немыслима и без некой доли сходства умственных возможностей. Для пояснения этой мысли, приведем лишь один пример из наблюдений за жизнью обезьян.

Однажды напроказивший подросток гамадрила по кличке Мэлтон, «когда в его сторону недвусмысленно бросились взрослые самки, вдруг хладнокровно встал во весь рост и сосредоточенно устремил свой взор на дальние холмы, будто там концентрируются полчища заклятых врагов. Преследователи остолбенело стали всматриваться также в холмы, оставив Мэлтона безнаказанным».

Впрочем, можно привести и другие примеры из жизни обезьян, показывающие, что перед нами всего лишь обыкновенное животное. Приведем описание лишь одного случая, который наблюдала в условиях африканской дикой природы английская исследовательница Джейн ван Лавик-Гудолл.

У одной самки шимпанзе по кличке Олли умер маленький детеныш. Но самка, как будто не замечала этого и продолжала таскать трупик с собой, проявляя при этом к нему полное безразличие. Старшая сестра умершего шимпанзенка — Гилка — «заметив полное безразличие матери, решилась, наконец, поиграть с маленьким братцем. Это было страшное зрелище. Труп уже начавший разлагаться, испускал зловоние, на лице и животе явственно проступали зеленые пятна, а широко открытые глаза застыли и остекленели. Искоса поглядывая на мать, Гилка осторожно подтащила к себе безжизненное тельце брата, взяла его на руки и начала тщательно перебирать шерстку. То, что было дальше, — пишет исследовательница, — я не могу вспоминать без содрогания. Гилка взяла руку мертвого детеныша и стала щекотать ею у себя под подбородком, а на лице ее заиграла слабая улыбка».

Здесь мы сталкиваемся с явным непониманием того, что такое смерть. И это не единичный случай такого непонимания. Обезьяны «не понимают, что их соплеменник умер, и остаются рядом с мертвым телом, пока вся стая не перейдет на другое место». На фоне этого непонимания особенно примечательно выглядит тот факт, что слоны «хоронят своих мертвых, заваливая их землей и растительностью». Этим же занимаются и степные собаки, живущие в подземных «городах», каждый из обитателей которого имеет свой отдельный вход.

Как видим, в отношении к своим мертвым слоны и степные собаки более «человечны» чем обезьяны. Это вполне вписывается в схему о пародийном человекообразии обезьян. То же самое можно сказать и об отношении обезьян к своим больным сородичам. Так, Лавик-Гудолл описывает следующий случай, происшедший в африканском лесу.

Во время эпидемии полиомиелита у самца по кличке Мак-Грегор парализовало ноги. Некоторое время он продолжал жить, передвигаясь исключительно с помощью рук. Вот как отреагировали на его появление в стае в таком виде остальные обезьяны. «Когда Мак-Грегор впервые появился в лагере и уселся в высокой траве неподалеку от места подкормки, все взрослые самцы приблизились к калеке и уставились на него, распушив шерсть, а затем начали демонстрировать угрозы. Они не только угрожали старому больному самцу, но кое-кто пытался и в самом деле атаковать его. Он же, не способный ни убежать, ни обороняться, с искаженным от ужаса лицом и оскаленными зубами лишь втягивал голову в плечи, и, съежившись, ждал нападения».

Это далеко не единственный случай принципиального отличия поведения шимпанзе, от человеческого. Английская исследовательница пишет: «проводить прямые параллели между поведением обезьян и поведением человека неправильно, так как в поступках человека всегда присутствует элемент нравственной оценки и моральных обязательств, неведомых шимпанзе». Никакого «эволюционирования» в сторону человеческой нравственности у нашего пародийного двойника, как и положено по его статусу, не наблюдается. В то же время определенное человекообразие в этой сфере можно встретить у других животных. Например, помощь своим больным соплеменникам оказывают киты.

6. Эволюция отряда приматов в третичном периоде

Продолжительность третичного периода оценивается специалистами в 63 млн. лет; он подразделяется на пять эпох: палеоцен, эоцен, олигоцен, миоцен и плиоцен. Как и большинство других, этот период начался мощными тектоническими движениями, связанными с альпийской складчатостью. Одновременно с формированием новых горных систем обширные области опустились под уровень моря и были поглощены волнами. Эта судьба постигла часть Европы до Среднерусской возвышенности, периферию Северной и Южной Америки, значительные территории Африки. В конце олигоцена на дневную поверхность выходят новые участки морского дна, вновь изменяются очертания морей и материков, приобретшие в итоге почти современный вид. В миоцене формируются новые горные гряды; Альпы, Пиренеи, Карпаты и Гималаи приобретают знакомый нам вид. Конец третичного периода не оставил четкого «водораздела» в осадочных породах. Характеристикой этого водораздела является изменение климатической обстановки — резкое похолодание и начало оледенения.

Первые приматы известны с начала третичного периода; из плацентарных они обнаруживают наибольшее сходство с насекомоядными. Древние приматы походили на лемуров (Prosirnii), они дали начало эволюционной линии обезьян (Anthropoidea). Обезьяны делятся на три группы. Широконосые обезьяны, или обезьяны Нового Света (Platyrrhina, или Ceboidea), живущие в основном в Южной Америке, отделились от остальных приматов в эоцене. Они никак не могут похвалиться почетным званием «предков человека». Из среды узконосых обезьян, или обезьян Старого Света (Catarrhina, или Cercopithecoidea), вышли в свое время родоначальники третьей группы — Hominoidea. Эта ветвь отделилась от узконосых где-то в конце олигоцена. К этой группе относятся человекообразные обезьяны (Pongidae) и семейство людей (Hominidae). Кульминационным моментом развития приматов, продолжавшегося 65 млн. лет, было появление в четвертичном периоде Homo sapiens — современного человека.

7. Австралопитековые: история основных находок и их значение

В настоящее время известно большое количество сделанных в различных областях Старого Света находок ископаемых человекообразных обезьян конца третичного периода. К сожалению, большинство их плохо сохранилось, и поэтому суждение о многих находках основывается лишь на исследовании отдельных частей скелета. Все же методы исследования, разработанные палеонтологией и сравнительной морфологией, часто дают возможность по фрагментам скелета составить представление о морфологии животного в целом и даже о его образе жизни.

Наибольшее значение для создания отчетливого представления о непосредственных предках семейства гоминид имеют многочисленные и хорошо сохранившиеся находки в Южной Африке (первая была сделана Раймондом Дартом в 1924 г., число их продолжает увеличиваться). Сейчас в Южной и Восточной Африке открыто несколько ископаемых видов антропоморфных обезьян, которые объединяются в три рода — австралопитеков, парантропов и плезиантропов, — выделяются в подсемейство или семейство австралопитековых. Часть исследователей включает эти формы в семейство гоминид. По-видимому, они не отличались по росту от дриопитековых обезьян, но характеризовались относительно крупным мозгом (550 — 600 см3) и двуногой локомоцией, т. е. передвижением на задник конечностях. Последняя особенность, как полагают многие приматологи и антропологи, являлась приспособлением к жизни в открытой местности. Исследования фауны, найденной вместе с австралопитековыми обезьянами, показывают, что они вели хищнический образ жизни и охотились на мелких животных. Таким образом, изучение австралопитековых подтверждает мысль Энгельса о большой роли мясной пищи в становлении человека и указывает на то, что охота на мелких животных занимала преобладающее место у предков гоминид.

Спорным является вопрос о знакомстве австралопитековых с огнем, на чем настаивают некоторые южноафриканские и английские специалисты.

Произведенные за последнее время определения геологического возраста австралопитековых позволили датировать их эпохой нижнего плейстоцена. Возможно, что некоторые находки относятся к началу среднего плейстоцена. Это обстоятельство вместе с некоторыми морфологическими особенностями позволило ряду исследователей высказать предположение, что австралопитековые не были прямыми предками семейства гоминид, а представляли собой специализированную ветвь антропоморфного ствола, законсервировавшуюся в условиях относительной изоляции Африканского материка и дожившую до эпохи появления гоминид. Не вызывающие сомнений случаи обнаружения орудий труда вместе с костными остатками австралопитеков значительно дополняют тот список морфологических особенностей, в первую очередь прямохождение, которые говорят о прогрессивном строении австралопитеков и их сходстве с людьми.

Однако как бы ни решался вопрос о генеалогической связи австралопитеков с гоминидами, ясно, что их изучение проливает свет на строение и образ жизни непосредственных предков человека.

Чрезвычайно важная находка была сделана в 1959 г. в раннечетвертичных слоях Олдовейских гор (Танзания) английским археологом Л. Лики. Эти раскопки позволяют полагать, что возникновение человекоподобных существ произошло около 1750 тысяч лет тому назад. Найденный здесь Homo habilis отличается уже не только прямохождением и кистью, могущей хватать и удерживать орудие, но также способностью делать последнее. Обнаруженный там череп примата, получившего название зинджантропа, сохранился сравнительно хорошо, что позволило составить о зинджантропе довольно полное представление. Он отличался некоторыми своеобразными признаками, находящими аналогии в строении гориллы, но передвигался на двух конечностях, имел большой мозг и человеческие особенности в морфологии зубной системы. Возраст зинджантропа определялся приблизительно в полтора миллиона лет. Таким образом, очевидно, что основные морфологические особенности гоминоидного ствола имеют глубокую древность. Однако эта находка не разрешила проблему древности использования орудий. Найденная вместе с зинджантропом каменная индустрия состоит из грубо обработанных орудий неопределенной формы, но принадлежность их зинджантропу остается весьма спорной.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой