Взаимоотношения СССР и Румынии.
Вопрос о Бессарабии и северной Буковине

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Федеральное агентство по образованию

Государственное образовательное учреждение

Высшего профессионального образования

«Поволжская государственная социально — гуманитарная академия»

Исторический факультет

Кафедра отечественной истории и археологии

Реферат

«Взаимоотношения СССР и Румынии. Вопрос о Бессарабии и северной Буковине»

Самара

2011

План

Введение

Глава 1. Состояние бессарабской проблемы накануне Второй мировой войны (январь — август 1939 г.)

Глава 2. Дипломатическая подготовка стран

Заключение

Список литературы

Введение

Германия продолжила активную захватническую политику в 1939 году, на этот раз поверженной оказалась Польша. Руководители СССР в срочном порядке приходят к мысли, что необходимо укреплять северо — западные (вопрос с прибалтийскими государствами) и юго — западные рубежи страны (вопрос о Бессарабии и северной Буковине).

А. Румыния находилась в территориальном отношении в непосредственной близости от Польши, т. е. немцам следовало преодолеть лишь Венгрию для того чтобы вступить в Румынию. СССР следовало отодвинуть юго-западные границы с Румынией, чтобы обезопасить себя. А для этого необходимо завоевать какие-либо румынские территории. Наиболее подходящими являлась спорная Бессарабия и северная Буковина.

Речь в данной работе пойдет о взаимоотношениях Румынии и СССР, событиях лета 1940 года.

Цель доклада — исследовать причины бессарабского конфликта.

В соответствии с целью, были поставлены следующие задачи:

1. Исследовать состояние бессарабской проблемы накануне Второй мировой войны

2. Изучить дипломатическую подготовку СССР и Румынии в решении конфликта

3. Определить историческое значение конфликта

Эта тема актуальна и сегодня, поскольку Россия хочет получить назад территории, которые сейчас находятся в составе Украины; через бессарабский конфликт можно рассмотреть логику развития внешней политики СССР в конце 30-х гг.; возможность самому произвести анализ происходившего и, прочувствовать событие, являющееся частью мировой истории.

В данной работе я использовал следующие источники:

Венгрия и вторая мировая война. Секретные дипломатические документы из истории и кануна и периода войны, где собраны различного рода документы.

Воспоминания дипломата Новикова, являющегося непосредственным участником тех внешнеполитических событий, он отразил в воспоминаниях важнейшие аспекты проблемы.

Другой важный источник — СССР в борьбе за мир накануне мировой войны. Документы и материалы. В нем содержатся различные материалы, которые очень полезны для изучения внешнеполитической ситуации СССР и стран Восточной Европы.

Из литературы важна статья, написанная Репиным «Развитие бессарабского территориального конфликта в советско-румынских отношениях» в которой рассматривается только бессарабский конфликт. Эта статья написана на основе многих монографий, посвященных взаимоотношению СССР и Румынии.

Так же я использовал монографию Мельтюхова «Освободительный поход Сталина. Бессарабский вопрос в советско-румынских отношениях (1917--1940 гг.)». Эта работа основана на архивных документах, автор рассматривает проблему начиная с ее предыстории 1917 года.

Большую ценность представляет работа Семиряги «Тайны сталинской дипломатии», в которой рассматривается внешняя политика СССР на основе архивных документов, других монографий.

Важное значение также имеет работа Колкера и Левита Внешняя политика Румынии и румыно-советские отношения (сентябрь 1939 г. -- июнь 1941 г.). В этой работе освещены подробно отношения СССР и Румынии, но упор делается на политику румын.

Глава 1. Состояние бессарабской проблемы накануне Второй мировой войны (январь -- август 1939 г.)

На международной арене позицию Румынии в споре составлял отказ обсуждать бессарабскую проблему, при том что в Бухаресте всегда понимали ненадежность обладания этим краем. С одной стороны, Румыния оценивала инкорпорацию Бессарабии как исторический акт воссоединения румынского народа, с другой -- искала гарантий своей территориальной целостности в договорах и союзах. В межвоенный период ключевым элементом безопасности Румынии был франко-румынский союз. Румыния нашла себе естественных союзников против ревизии своих границ среди стран, имевших территориальные противоречия с СCCР (Польша) и боявшихся пересмотра версальских границ (Малая Антанта). В 1929 г. Румыния присоединилась к протоколу Литвинова о досрочном введении в действие пакта Бриана -- Келлога от 27 августа 1928 г., что гарантировало Румынии невозможность военного вмешательства Советского Союза в бессарабский вопрос, что неоднократно подтверждалось советскими дипломатами. Все это давало Румынии определенную уверенность в обладании краем.

Нельзя не заметить взаимосвязь трех национально-территориальных вопросов (бессарабского, добруджанского и трансильванского), раскалывающих целостность «Великой Румынии». Стремление защитить диаспоры национальных меньшинств, исправив несправедливости прежней международной системы, слишком много давшей Румынии, объективно сближали интересы ее лимитрофов: СССР, Венгрии и Болгарии. Но в Бухаресте категорически отвергали любой диалог по вопросу территориальных уступок. Неуступчивость Румынии все же имела свою логику. Если бы произошло потепление отношений хотя бы с одним участником «триединого бессарабско-трансильванско-добруджанского узла», что, казалось, только намечалось в направлении Софии весной 1939 г. под давлением западных демократий, два других только еще более утвердились бы в решимости осуществить ревизию. Венгерский премьер-министр П. Телеки популяризировал среди западных дипломатов мысль, что поводом для венгерского удара в Трансильвании может стать добровольная уступка Румынией Южной Добруджи. Глава итальянского МИДа Г. Чиано предупредил румынского коллегу В. Антонеску, что условием сохранения венгерского нейтралитета названо невозвращение спорных территорий его страны Болгарии и Советскому Союзу. София приветствовала смену руководителя НКИД в мае 1939 г., что видно из запросов Н. И. Прасолова: «когда же теперь Советы займутся возвращением Бессарабии?». Наверное, самый поразительный слух, распространенный c началом войны, гласил, что, кроме занятия Бессарабии и Буковины, Советский Союз потребует в аренду Добруджу на срок в 21 год за пользование Румынией бывшей российской губернией в течение такого же срока.

Москва щепетильно относилась к территориальным вопросам, ставя цель восстановления границ Российской империи. Скептицизм генерального секретаря ВКП (б) по поводу территориальной целостности Румынии был озвучен во время переговоров с министром иностранных дел Турции Ш. Сараджоглу В октябре 1939 г. Сталин так характеризует западных соседей СССР: «По-моему, Румыния вроде Польши. Как та нахапала много земель, так и Румыния».

Игнорируя в своем внешнеполитическом курсе советский аспект, Бухарест предпринял только одну заведомо неудачную попытку сближения с СССР, и то на румынских условиях: по инициативе румынского премьер-министра Г. Татареску в Париже произошел обмен мнениями с советским полпредом Сурицем в начале февраля 1939 г. Румын подчеркивал свою уверенность в разрешенности бессарабской проблемы и параллельно зондировал, не решилась ли Москва все-таки отказаться от своих притязаний: «Вся Румыния будет вас благословлять. Будут сметены и с корнем вырваны все элементы, которые сейчас работают на пользу и потребу Гитлера». Расценив румынскую инициативу как обыкновенный зондаж, Москва продолжала, в свою очередь, ждать.

Не имевшее прецедента дипломатическое турне главы румынского МИДа Г. Гафенку по столицам ведущих европейских держав в апреле -- мае 1939 г. не позволило найти надежных союзников в деле защиты румынских границ. Бухарест хотя и получил 13 апреля 1939 г. англо-французские гарантии своей территориальной целостности, понимал их ненадежность и поэтому не торопился сделать окончательную ставку на какой-либо складывающийся военно-политический блок. В отношении днестровского соседа все свелось к подтверждению старого румыно-польского союза, направленного против ревизионистских планов России, и отказу от любого сближения с ней. В то же время Германия с каждым днем увеличивала свое влияние в Бухаресте. В Берлине Гафенку заверил Гитлера, что Румыния не войдет ни в какую дипломатическую комбинацию, направленную против Германии. В конце марта 1939 г. был подписан «Договор о развитии экономических отношений между Германией и Румынией», фактически поставивший румынскую экономику под контроль III Рейха. Участие Румынии в едином антигерманском блоке обсуждалось на трехсторонних англо-франко-советских переговорах весной -- летом 1939 г. В начале года в дипломатических кулуарах распространялись слухи, что следующей жертвой Гитлера станет именно она. Последовательно отказываясь от советской военной помощи, Бухарест повлиял на неблагоприятный исход нового «Сердечного согласия». Признание интересов СССР в Бессарабии как одно из условий советского нейтралитета в европейской войне впервые ясно прослеживается в записи беседы болгарского посланника в Берлине П. Драганова с временным поверенным в делах СССР в Германии Г. А. Астаховым 14 июня 1939 г. Советуя Москве не вступать в разгорающийся конфликт, болгарин заметил, что если Россию «беспокоит появление немцев в Прибалтике, Бессарабии и т. п., то по этим вопросам вы можете с немцами договориться, они охотно пойдут здесь на самый широкий обмен мнениями». 21 июля В. М. Молотов посылает временному поверенному в делах СССР в Румынии П. Г. Куколеву инструкцию внимательно изучать документы, вручаемые ему румынскими официальными лицами, дабы не принять те, где правый берег Днестра будет обозначен как «румынская территория», «граница», «румынский берег», и обо всех случаях немедленно сообщать в НКИД.

24 июля К. Ю. Шнурре вновь подтвердил, что «в Прибалтике и Румынии Германия не намерена делать ничего такого, что задевало бы интересы СССР». Подобные заявления немецких официальных лиц имели свое действие в Москве. В результате 23 августа 1939 г. был подписан секретный дополнительный протокол к советско-германскому пакту о ненападении, который открывал путь к возвращению бывшей российской губернии. В документе говорилось «о полной политической незаинтересованности Германии в Бессарабии». Во время бессарабского кризиса министр иностранных дел Й. фон Риббентроп так разъяснил Гитлеру суть этой формулировки: «ввиду тогдашней неопреоделенности германо-русских отношений, с чем мы должны были из осторожности считаться, я решил не признавать русских притязаний на Бессарабию открыто, в письменной форме, и выбрал для протокола формулировку общего характера».

Глава 2. Дипломатическая подготовка стран

Одновременно с военно-политической акцией на северо-западе -- в Прибалтике -- была осуществлена такая же акция и на юго-западе -- в Бессарабии и Северной Буковине. При этом цель ставилась та же: присоединить эти территории к Советскому Союзу.

Пользуясь слабостью молодой советской власти в первые месяцы после Октябрьской революции, королевская румынская армия вторглась в Бессарабию. Несмотря на заверения румынского командования о временном пребывании войск в Бессарабии с целью «наведения порядка», румынские власти при поддержке своих сторонников в созданном в Кишиневе органе «Сфатул цэрий» вскоре провели акт о присоединении этой области к королевской Румынии вопреки принятой в Бессарабии декларации о ее вхождении в состав Российской республики.

Поскольку решение румынского правительства было принято без участия правительств РСФСР и УССР, они не признали его, а линию, проходившую по реке Днестр, считали не государственной границей, а демаркационной линией. Румынская оккупация Бессарабии затянулась на два десятилетия. Советское правительство на протяжении всего этого периода считало себя свободным в выборе времени и средств для решения проблемы Бессарабии.

Во-вторых, в отличие от суверенных Прибалтийских республик Бессарабия являлась частью независимого румынского государства. Поэтому правительство СССР вело переговоры с румынским правительством в Бухаресте, а не с региональными властями в Кишиневе. К тому же, как указывают очевидцы, местное молдавское население встретило приход в 1918 г. бухарестских властей в сопровождении армии и жандармерии холодно, а то и просто враждебно. История освободительной борьбы молдаван в эти годы наполнена многими вооруженными выступлениями. Среди них особенно выделяются Хотинское (в 1919 г.) и Татарбунарское (в 1924 г.) крестьянские восстания, жестоко подавленные румынскими властями.

В-третьих, требуя решить советско-румынский конфликт из-за Бессарабии, советское правительство в своих действиях не нуждалось в каких-либо промежуточных этапах, вроде создания военных баз и временной дислокации контингентов Красной Армии. Речь шла о прямом возвращении этой территории Советскому Союзу без каких-либо условий и законодательного оформления.

Тем не менее в 20--30-е годы советское правительство не ставило в категорической форме вопрос о немедленном возвращении Бессарабии. Было ясно, что правящие круги Румынии, лавируя между западными державами и Германией, могли обратиться к ним за помощью и получить ее. Эта проблема могла быть решена только при коренном изменении международной обстановки и при иной расстановке политических сил в Европе. Такая ситуация наступила в 1939--1940 гг., когда ведущие державы Запада были заняты войной друг с другом, а возможные шаги Германии в пользу Румынии были заблокированы секретным протоколом, приложенным к советско-германскому договору о ненападении от 23 августа 1939 г. В этом документе одна из ведущих капиталистических держав Европы Германия, конечно, не забывая при этом и свои интересы, впервые, по существу, признала право Советского Союза на возвращение отторгнутой от него территории. Правда, в пункте третьем этого протокола было сказано несколько расплывчато: «Касательно юго-востока Европы с советской стороны подчеркивается интерес СССР к Бессарабии». Северная Буковина здесь не упоминалась. Как свидетельствуют документы о переговорах Молотова и Гитлера в Берлине 13 ноября 1940 г., на соответствующие и неоднократные упреки Гитлера и Риббентропа в том, что захват Советским Союзом Северной Буковины является нарушением советско-германских договоренностей, Молотов отвечал, что Буковина стала тем последним звеном, которого не хватало Советскому Союзу для объединения всех украинцев в одно государство. И переходя в контратаку, советский нарком заявил, что год назад в секретном протоколе Советский Союз действительно ограничивал свои требования только Бессарабией. Однако «в нынешней ситуации… Германия должна понять заинтересованность русских и в Южной Буковине. Но Россия не получила ответа и на этот запрос. Вместо этого Германия гарантировала целостность всей территории Румынии, полностью пренебрегая планами России в отношении Южной Буковины».

Из записи бесед в Берлине можно сделать вывод, что советское руководство при подготовке требований к Румынии консультировалось с Гитлером по поводу возможности присоединения к СССР всей территории Буковины, но поддержки не получило. Более того, Гитлер, предоставив гарантии территориальной целостности Румынии, вообще заблокировал реализацию этого советского намерения.

Обсуждая бессарабскую проблему, правительство Румынии, как и Советского Союза, постоянно консультировалось с Германией, выясняя ее позицию в случае обострения советско-румынских отношений, и, после того как советские войска вступили в Западную Украину и Западную Белоруссию, они действительно обострились. Уже 21 сентября 1939 г. министр иностранных дел Румынии Г. Гафенку заявил, что «Польша и Румыния выполняли до сих пор функцию барьера против большевизма. Румыния не сможет впредь выполнять одна эту функцию…». В последующем Гафенку призвал западные державы помириться с Германией и объединиться с ней для совместного выступления против Советского Союза.

В начале декабря 1939 г., когда шла советско-финляндская война, Гафенку жаловался германскому посланнику в Бухаресте В. Фабрициусу, что Советский Союз имеет притязания на Бессарабию, а Болгария -- на Добруджу. Он просил посла выяснить, сможет ли Германия удержать Россию от этого шага, и запугивал его тем, что большевизм, проникнув на Балканы, будет угрожать всей Европе.

О планах Румынии свидетельствовала концентрация в начале 1940 г. румынских войск в районах Бессарабии и Буковины, а весной того же года в стране демонстративно была проведена мобилизация более миллиона резервистов, увеличены военные расходы. Одновременно румынское правительство обратилось к Германии за помощью в создании линии укреплений вдоль Днестра. Таким образом, милитаризация Румынии шла полным ходом в предвидении военной акции со стороны Советского Союза.

В специальной директиве немецкому посланнику в Бухаресте статс-секретарь Вайцзеккер посоветовал сообщить румынскому правительству, что германия не располагает данными, которые свидетельствовали бы об агрессивных намерениях России в отношении Румынии. Вайцзеккер сообщил также, что у Румынии нет оснований претендовать на Бессарабию, которая до 1918 г. принадлежала России, и поэтому советское правительство имеет право не признавать присоединение этой области к Румынии.

На последовавшие затем новые тревожные запросы румынского правительства относительно возможности советской агрессии Риббентроп 8 февраля 1940 г. еще раз повторил, что положение Румынии его не беспокоит и что он не предвидит никакой русской агрессии.

О намерении советского правительства практически реализовать свой «интерес» к Бессарабии было впервые высказано на сессии Верховного Совета СССР 29 марта 1940 г. Молотов тогда заявил: «У нас нет пакта о ненападении с Румынией. Это объясняется наличием нерешенного спорного вопроса о Бессарабии, захват которой Румынией Советский Союз никогда не признавал, хотя и никогда не ставил вопрос о возвращении Бессарабии военным путем».

Заявление Молотова вызвало серьезное беспокойство в правящих кругах Бухареста. Как на следующий день заявил германскому посланнику В. Фабрициусу и особо уполномоченному Германии К. Клодиусу премьер-министр Г. Татареску, в речи Молотова нет прямых выпадов против Румынии, но все же обстановка требует от Румынии дальнейшего вооружения. Он поблагодарил Германию за продажу Румынии трофейного польского вооружения и просил повлиять на Москву, чтобы она не претендовала на Бессарабию. Германские представители ответили, что германо-румынские отношения будут зависеть от того, как Румыния будет выполнять свои экономические обязательства перед Германией. Все члены тогдашнего правительства и высший генералитет, под председательством короля Кароля II высказался против добровольного возврата Бессарабии Советскому Союзу, предпочитая пойти даже на военный конфликт с ним.

Потеряв всякую надежду на серьезную поддержку со стороны Англии и Франции, в Бухаресте рассчитывали теперь только на Германию. Король Карол II неоднократно высказывал германским дипломатам мысль о том, что для ведения войны Германия крайне зависит от румынской нефти. Поэтому она должна быть заинтересована в том, чтобы Румыния не была вовлечена в любой военный конфликт. Король пригрозил, что в случае русского наступления все нефтедобывающие и нефтеперегонные предприятия будут взорваны (соответствующие предварительные меры уже были приняты), а сам король эмигрирует за границу. По мнению одного из германских дипломатов, находившихся в Румынии, М. Киллингера, для продолжения борьбы против Советского Союза румынский король может присоединиться не к Германии, а к западным союзникам.

Король и его приближенные использовали любую возможность, чтобы продемонстрировать свои дружеские чувства к Германии, восторгались ее победами в войне с Англией и Францией и постоянно подчеркивали, что только Германия в состоянии предотвратить попытки СССР занять Бессарабию. Но германские дипломаты, следуя указаниям из Берлина, успокаивали румын, заверяя их в том, что Москва не имеет намерения применить силу в решении бессарабского вопроса.

Особенностью внешней политики правящих кругов Румынии с весны 1940 г. была ее полная переориентация на гитлеровскую Германию. 29 мая 1940 г. между Румынией и Германией был подписан договор («нефть -- оружие»), по которому за поставки нефти Германия взяла на себя миссию обеспечить румынскую армию современной боевой техникой и вооружением. Этим документом фактически было установлено военное сотрудничество и предоставлено место Румынии в гитлеровском блоке.

Пока в румынских кругах шла дискуссия о том, как поступить в случае советского ультиматума, Москва постепенно форсировала события, хотя подготовка к решению вопроса о Бессарабии велась весьма тщательно. В ней приняли участие высшее политическое руководство страны. Наркомат иностранных дел, Наркомат обороны и другие заинтересованные ведомства. Как докладывал 22 июня 1940 г. в Берлин Шуленбург со ссылкой на беседу с итальянским посланником в Москве А. Россо, до последнего времени Молотов не считал бессарабский вопрос актуальным.

26 июня 1940 г. советское правительство предъявило правительству Румынии ноту, в которой в ультимативной форме потребовало возвращение Бессарабии.

В связи с обострением обстановки, вызванной ультиматумом Советского Союза Румынии, румынский посол в Берлине обратился к статс-секретарю Вайцзеккеру с вопросом, смогла бы Германия быть, во-первых, посредником в советско-румынском конфликте и, во-вторых, согласна ли Германия в случае советско-румынской войны удерживать Болгарию и Венгрию от вмешательства в нее. Информируя Риббентропа об этих предложениях Вайцзеккер сообщал, что он заверил посла в заинтересованности Германии в румынской нефти и указал, что именно Англия выдала Румынию в руки России.

На следующий день посол в Москве получил от Риббентропа инструкцию о позиции Германии по бессарабскому вопросу: 1) Германия стоит на почве московских договоренностей, поэтому к бессарабскому вопросу она не проявляет никакого интереса. Нужно только позаботиться о судьбе проживающих в Бессарабии около 100 тыс. этнических немцев. Германия имеет намерение переселить их на собственную территорию, как это было сделано с волынскими немцами; 2) притязание советского правительства на Буковину составляет для Германии нечто новое. Прежде Буковина была частью Австрийской империи и была заселена немцами. Поэтому Германия заинтересована в их дальнейшей судьбе; 3) остальная территория представляет для Германии очень сильный экономический интерес, особенно что касается нефти и хлеба. Поэтому Германия, как неоднократно напоминалось советскому правительству, весьма заинтересована в том, чтобы этот регион не оказался театром военных действий; 4) при всем понимании решения советского правительства Германия в соответствии с московскими договоренностями настаивает на том, чтобы советское правительство совместно с правительством Румынии достигло мирного разрешения бессарабского вопроса. Германия выражает готовность повлиять на правительство Румынии в духе удовлетворения интересов СССР.

Срочность решения этой проблемы, была вызвана в первую очередь крупными военными успехами Германии на западе и неожиданным для советского руководства быстрым поражением Франции. Пока все германские войска были заняты борьбой на западе, Сталин стремился извлечь максимальную пользу из советско-германских договоренностей для осуществления своих территориальных приобретений в Восточной Европе.

В связи со складывавшейся международной обстановкой через несколько дней после официальной капитуляции Франции советское руководство решило ликвидировать затянувшийся конфликт между СССР и Румынией, причем не только в связи с возвращением Бессарабии, но и с передачей Советскому Союзу Северной Буковины, хотя эта проблема прямо не была связана с конфликтом по поводу Бессарабии.

Как же возникла северобуковинская проблема?

Буковина -- это историческое название территории, расположенной в восточной части Карпат. Коренным населением Буковины были восточнославянские племена. На протяжении нескольких веков местное население находилось под игом татар, венгров, а с начала XVI в. до русско-турецкой войны 1768--1774 гг. -- под игом турок. После чего эта территория стала владением Австрийской империи. Проживавшие здесь украинцы, румыны, представители других национальностей совместно боролись против социального и национально-религиозного гнета австрийских оккупантов.

В годы первой мировой войны на территории Буковины шли ожесточенные бои между русскими и австрийскими войсками. После поражения Германии и Австро-Венгрии в этой войне Буковина в ноябре 1918 г. была оккупирована румынскими войсками и военное положение здесь сохранялось до 1940 г. Особенно активно против румынских оккупантов выступало население Северной Буковины, расположенной до реки Серет, где большинство составляли украинцы. Правительство Советской Украины не признало румынской оккупации Буковины и заявило, что оно использует все средства, чтобы освободить ее от румынского ига.

Такова была предыстория события, которое произошло 26 июня 1940 г. В этот день Молотов вручил румынскому посланнику в Москве Р. Дэвидеску заявление советского правительства, в котором говорилось: «Советский Союз никогда не мирился с фактом насильственного отторжения Бессарабии, о чем Правительство СССР неоднократно и открыто заявляло перед всем миром». Далее в заявлении предлагалось вместе с Румынией немедленно приступить к решению вопроса о возвращении Бессарабии Советскому Союзу. Одновременно советское правительство указывало, что этот вопрос органически связан с вопросом о передаче СССР «той части Буковины, население которой в своем громадном большинстве связано с Советской Украиной как общностью исторической судьбы, так и общностью языка и национального состава».

На коронном совете, состоявшемся 27 июня, против принятия советского предложения решительно выступил бывший премьер-министр профессор Н. Иорга, а также представители администрации Бессарабии и Буковины. Но их позиции были сильно поколеблены, ибо западные державы, особенно недавно капитулировавшая Франция, уже не могли оказать Румынии никакой помощи. В тот же день к назначенному сроку премьер-министр Г. Татареску дал принципиальное согласие «приступить немедленно, в самом широком смысле, к дружественному обсуждению с общего согласия всех предложений, исходящих от советского правительства». Это была попытка затянуть решение вопроса, с тем чтобы выиграть время для консультаций с другими, как считали в Бухаресте, заинтересованными странами, в том числе и с Германией. Но поскольку Германия еще 23 июня 1940 г. была извещена правительством СССР о своих намерениях в отношении Румынии и согласилась с ними, то, учитывая это обстоятельство, германский уполномоченный в Румынии Киллингер заявил о незаинтересованности Германии в бессарабском вопросе и дал ясно понять королю, что «уступка Советскому Союзу будет иметь временный характер».

Чтобы устранить сложившуюся неопределенность, содержавшуюся в ответе Румынии, Молотов в тот же день, т. е. 27 июня, в ультимативной форме потребовал от Бухареста ясного ответа. Посланник Дэвидеску ответил, что его правительство принимает все советские условия, после чего ему было сообщено, что в течение четырех дней, начиная с двух часов дня по московскому времени 28 июня, румынские власти должны очистить территорию Бессарабии и северной части Буковины и за этот же период советские войска займут эти территории. 28 июня они вступают в Черновцы, Кишинев и Аккерман. На королевское правительство возлагалась ответственность за сохранность всего оставляемого имущества, для чего создавалась смешанная советско-румынская комиссия. В то же время король через германского посланника обратился к Гитлеру с просьбой гарантировать румынские границы и прислать в Румынию военную миссию.

Ровно в назначенное время 28 июня южная группа советских войск под командованием генерала армии Г. К. Жукова перешла Днестр и вступила в Бессарабию и Северную Буковину. Войска двигались в двух эшелонах: в первом находились подвижные части -- танковые и кавалерийские, во втором -- стрелковые дивизии.

Румынские войска имели приказ организованно отходить. Однако многие солдаты, особенно из местных жителей, предпочитали бросать оружие и расходиться по домам. Имели место и случаи, когда советские войска разоружали отставшие румынские части. Много оружия было оставлено румынами на складах.

Местное население встречало советских воинов как своих долгожданных освободителей. Молдаване и украинцы рассказывали о притеснениях со стороны румынских властей на оккупированных территориях. В городах и селах проходили многочисленные митинги.

29 июня в Кишинев прибыли секретарь ЦК КП (б)У Н. С. Хрущев и маршал С. К. Тимошенко. Вскоре на освобожденные территории стали прибывать железнодорожные составы с сельскохозяйственной техникой для помощи крестьянам. Восстанавливались транспорт, торговля. 7 июля из Одессы в Аккерман прибыли первые торговые суда с мукой, крупой и другими продуктами.

Но восстановительный процесс протекал с большими трудностями. Румынское правительство чинило всяческие препятствия возвращению бессарабцев из Румынии на родину, потворствовало издевательствам над ними. В связи с этим 13 и 15 июля советским правительством ему были сделаны соответствующие представления. По данным на 26 июля, на родину возвратилось 149 974 бессарабца. Но эвакуация продолжалась.

В начале июля 1940 г. была организована кампания с требованием создать Молдавскую Советскую Социалистическую Республику. Везде проходили митинги и собрания. 10 июля ЦК КП (б)У и Совнарком Украины обратились с соответствующим предложением в Верховный Совет СССР.

По решению VII сессии Верховного Совета СССР (2 августа 1940 г.) была образована Молдавская Советская Социалистическая Республика. В тот же день Указом Президиума Верховного Совета СССР Северная Буковина, преобразованная в Черновицкую область, а также Хотинский, Аккерманский и Измаильский уезды были включены в состав УССР.

Отношения между СССР и Румынией, энергично входившей в орбиту германского господства, оставались напряженными. И прежде всего из-за споров по вопросу о точной демаркации государственной границы. Участились провокации с румынской стороны, облеты границы румынскими самолетами. Острые разногласия возникли, например, при определении пограничной линии на участке Северной Буковины и особенно в дельте Дуная, где не было установлено, по какому же из нескольких протоков главного рукава Дуная -- Килийского гирла -- должна проходить граница. В свою очередь Антонеску жаловался Гитлеру на то, что на протяжении двух месяцев из-за саботажа советских представителей не может работать пограничная комиссия, что советские власти создают на границе пустяковые конфликты, обвиняя при этом румын.

Как явствовало из обзора военно-политической ситуации, составленного румынским генеральным штабом 26 августа 1940 г., угроза вторжения в Румынию, по его мнению, существовала практически со всех сторон. Считая наиболее опасным восточное стратегическое направление, со стороны Советского Союза, генштаб предлагал активно оборонять горные дефиле в районах Фокшаны -- Бузэу и Галац -- Бузэу, для чего потребуется максимум 10 пехотных и 3 кавалерийские дивизии. Для отражения атак объединенных русско-болгарских сил в Добрудже потребуется 2 пехотные дивизии и 1 кавалерийская бригада. Для удержания фронта против венгров потребуется 13 пехотных и 1 кавалерийская дивизия.

В связи с назначением 6 сентября 1940 г. генерала И. Антонеску главой правительства и фактическим диктатором («кондукэтором») страны в практическую плоскость был поставлен вопрос о направлении в Румынию представительной немецкой военной миссии для оказания помощи в реорганизации румынской армии. Об этом вскоре Риббентроп проинформировал Молотова.

В начале октября 1940 г., после присоединения Румынии к Тройственному пакту и получения ею соответствующих гарантий, Германия по просьбе румынского правительства дала согласие направить в Румынию кроме военной миссии еще несколько войсковых соединений для обучения румынской армии и, как было заявлено Гитлером, для защиты нефтяных районов страны от возможной агрессии со стороны Англии. Первые их подразделения появились в стране 12 октября 1940 г., и к весне 1941 г. они имели численность около 200 тыс. человек (вместе с войсками, предназначенными для нападения на Грецию, в Румынии находилось 2 танковые и 7--8 других дивизий, крупные силы авиации и другие войска под командованием фельдмаршала Листа).

Когда Типпельскирх проинформировал Молотова о целях этих войск в Румынии, тот с улыбкой заметил, что в настоящее время Англия имеет другую заботу, нежели нападать на Румынию.

На этом завершился «прыжок на юго-западе».

В последующие месяцы советско-румынские отношения продолжали ухудшаться. На территории Румынии создавались германские авиационные базы, гитлеровцы обосновались в черноморских портах. Военно-фашистская клика И. Антонеску присоединилась к Тройственному пакту, фактически прекратились торгово-экономические отношения с Советским Союзом, обсуждались конкретные меры военного сотрудничества Румынии с Германией на случай войны. В мае 1941 г. правящие круги Румынии уже стали требовать «общей границы между Румынией и Германией» и не довольствовались «возвратом» Бессарабии и Северной Буковины, требуя присоединения новых советских территорий.

Советское правительство оказало моральную поддержку Болгарии, которая потребовала от Румынии возвращения Южной Добруджи. В Москве были явно недовольны решением Румынии ввести в страну германские войска для «защиты нефтеносного района Плоешти и обучения румынских войск. бессарабский румыния дипломатический конфликт

Вместе с тем Советский Союз пошел на заключение 26 февраля 1941 г. с Румынией Договора о торговле и мореплавании и Соглашения о товарообороте и платежах. Правда, эти договоренности не получили полной реализации. В июне 1941 г. в качестве союзника гитлеровской Германии Румыния вступила в войну против СССР.

В рамках Парижской мирной конференции 1947 года, Румыния и Советский Союз подписали мирный договор, в котором, в частности, заявлялось о взаимном признании советско-румынской границы установленной соглашением 28 июня 1940 года, закрепившим за СССР Бессарабию, Северную Буковину и район Герца.

23 мая 1948 года Румыния передала Советскому Союзу остров Змеиный и часть дельты Дуная. До 1991 года в составе СССР Бессарабия была поделена между УССР (Аккерманская область) и МССР. После распада СССР эта территория, таким образом, оказалась разделённой между независимыми Украиной и Молдавией.

Создание Молдавской АССР в 1924 году и последующее её присоединение к МССР сыграло важную роль в современном Приднестровском конфликте и фактически явилось его основой. В 1990 году Верховный Совет МССР принял Заключение комиссии по пакту Молотова-Риббентропа, в котором акт создания МССР объявлялся незаконным, а присоединение Бессарабии к СССР -- оккупацией румынских территорий. На этом основании президиум Тираспольского городского совета заявил, что «не считает себя связанным какими-либо обязательствами перед руководством ССР Молдовы». В дальнейшем противостояние между властями Молдавии и Приднестровья усиливалось, вылившись в 1992 году в битву за Бендеры.

Заключение

Таким образом бессарабский вопрос стал основой Приднестровского конфликта. Локальные стычки в этом районе вспыхивают с периодичностью, нужно окончательное решение этого вопроса не какой-то отдельной страной, а нескольких государств. Военный захват не способен решить проблему окончательно, что и показало дальнейшее развитие событий бессарабского вопроса.

По политическому содержанию мера советского правительства была направлена на устранение исторической несправедливости в отношении Бессарабии, бывшей составной части Советской России, и ее трехмиллионного народа -- молдаван, украинцев и представителей других национальностей. В международно-правовом плане румынская оккупация Бессарабии была незаконной и поэтому она не была признана Советским Союзом. Кроме того, между СССР и Румынией не существовало договора о ненападении или другого документа, который удерживал бы советское правительство от применения военной силы с целью устранения этой несправедливости.

Что же касается внутригосударственного права, то в этом отношении сталинское руководство СССР по отношению к новым своим гражданам допустило не только грубейшие нарушения их прав, но и явные преступления.

Вступившие на эти территории вслед за регулярными войсками Красной Армии войска и органы государственной безопасности СССР развернули против местного населения массовый террор, осуществлялась кампания недоверия к местным кадрам. Политические репрессии охватили в те годы от 67 тыс. до 89,5 тыс. человек. Это были не только молдаване, но и украинцы, русские, евреи, представители других национальностей. Люди гибли в тюрьмах, в концлагерях, были депортированы -- в Сибирь, в Казахстан и на Урал.

Список использованной литературы

1. Венгрия и вторая мировая война. Секретные дипломатические документы из истории и кануна и периода войны / пер. с венг. Б. Я. Гейгера. М.: Иностранная литература, 1962

2. Новиков H.B. Воспоминания дипломата. Записки 1938--1947. М., 1989.

3. СССР в борьбе за мир накануне мировой войны. Документы и материалы.

4. Колкер Б. М., Левит И. Э. Внешняя политика Румынии и румыно-советские отношения (сентябрь 1939 г. -- июнь 1941 г.). М., 1971.

5. Мельтюхов М. И. Освободительный поход Сталина. Бессарабский вопрос в советско-румынских отношениях (1917--1940 гг.) / М. И. Мельтюхов. М.: Яуза: Эксмо, 2006.

6. Репин В. В. Развитие бессарабского территориального конфликта в советско-румынских отношениях (1939 г.) // Российские и славянские исследования. Вып. 4. -- Мн.: 2009

7. Семиряга М. И. Тайны сталинской дипломатии. 1939--1941. -- М.: Высшая школа., 1992

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой