Времена года в поэзии Бунина живописи Левитана и музыке Чайковского

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Культура и искусство


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

IX ЛОМОНОСОВСКИЕ ЧТЕНИЯ

Муниципальное общеобразовательное учреждение

средняя школа № 6 им. Ломоносова

Секция — Литературоведение

Времена года в поэзии Бунина, музыке

Чайковского и живописи Левитана.

Автор: ученица 5 «Г» класса

Шелудякова Дарья.

Руководитель: учитель Дунина Н. А.

г. Самара, 2008 год.

План:

I. Введение. 3 стр.

II. Биографическая справка: 6 стр.

А) Петр Ильич Чайковский; 6 стр.

Б) Исаак Ильич Левитан; 11 стр.

В) Иван Алексеевич Бунин. 14 стр.

III. Времена года в поэзии Бунина, музыке Чайковского и

живописи Левитана: 19 стр.

А) осень, 19 стр.

Б) зима, 21 стр.

В) весна, 22 стр.

Г) лето. 24 стр.

IV. Заключение. 27 стр.

Библиография 29 стр.

Иллюстративные приложения 30 стр.

Введение

Прежде чем начать рассказ о выдающихся живописце, поэте и музыканте необходимо рассказать об истории русской культуры в период творчества Левитана, Бунина и Чайковского.

XIX век по праву называют «золотым веком» российской словесности, эпохой, когда российская литература не только приобретает самобытность, но, в свою очередь, оказывает серьезное влияние и на другие виды искусств и на мировую культуру.

В первые десятилетия XIX века в литературе распространяется эстетика романтизма, предполагавшая создание обобщенного идеального образа, противопоставленного действительности, утверждение сильной, свободной личности, пренебрегающей условностями общества.

В 1830−50егг. развитие литературы было связано с постепенным движением от романтизма к реализму, соотнесение изображаемого в литературном произведении с «жизненной правдой». Этот переходный период был одним из периодов взлета российской словесности, ознаменовавшегося творчеством А. С. Пушкина — создателя норм современного русского литературного языка классических образцов всех литературных жанров: лирической и эпической поэзии, романа, повести и рассказа.

Формировавшийся в 60−70-е годы XIX века в русской литературе критический реализм отличался повышенным интересом к социальной проблематике, связанным с острыми конфликтами в русском обществе.

В первой половине XIX в зарождается национальная музыкальная школа. В первые десятилетия XIX века господствовали как и в литературе романтические тенденции.

Особое место в русской музыке занимает П. И. Чайковский, воплотивший в своих произведениях внутренний драматизм и внимание к внутреннему миру человека, свойственные русской литературе периода реализма, к которой композитор часто обращался (оперы «Евгений Онегин», «Пиковая дама», «Мазепа»).

В первой половине XIX века господствовал классический балет и французские балетмейстеры. Вторая половина столетия — время рождения классического русского балета. Его вершиной стали постановки балетов П. И. Чайковского («Лебединое озеро», «Спящая красавица») петербургском балетмейстером М. И. Петипа.

Влияние романтизма в живописи проявилось, прежде всего, в портрете. Развитие реалистической живописи привело многих художников к протесту против канонов академического классицизма.

В 1863 г. группа выпускников академии потребовала права свободного выбора сюжетов конкурсных картин вместо обязательной мифологии. Лидером «протестантов», создавших Артель петербургских художников, был портретист И. Н. Крамской. В 1869 г. было создано Товарищество передвижных художественных выставок. В него вошли Г. Г. Мясоедов, В. Г. Перов, А. К. Саврасов, И. Н. Крамской, Н. Н. Ге, И. И. Левитан, В. Д. Поленов, В. И. Суриков, позднее И. Е. Репин, И. И. Шишкин. Для художников-передвижников, принадлежавших к реалистической школе, был характерен интерес к жизни современного им российского общества, социальным проблемам (жанровые полотна Перова), русской природе (Шишкин, Левитан, Саврасов, Поленов), историческим полотнам (Суриков, Ге).

Рубеж XIX — XX столетий — период нового взлета русской культуры, Это время переосмысления традиций и ценностей русской и мировой культуры XIX в. Он наполнен религиозно-философскими исканиями, переосмыслением роли творческой деятельности художника, ее жанров и форм. В этот период мышление художников освобождается от политизированности, на первый план выходит бессознательное, иррациональное в человеке, безграничный субъективизм. «Серебряный век» стал временем художественных открытий и новых направлений.

Начиная с 90-х гг. культуре России в рамках «Серебряного века» развиваются различные течения. В этот период жил и творил И. А. Бунин.

Все мастера, выбранные в качестве темы данной работы, были представителями разных поколений, и расцвет их творчества приходился на два известнейших века русской культуры, однако они были представителями одной школы — реализма, которая развивалась и в музыке и в живописи и в поэзии.

Все они обращались к теме «Времена года», да и вообще к теме «Природы», достаточно широко распространенной в мире искусства.

В данной работе я надеюсь найти и представить тот образ русской природы, который запечатлели эти художники разных поколений, используя средства разных видов искусства — поэзии, живописи и музыки.

Краткая биографическая справка поможет поближе познакомиться с этими великими созидателями Храма Искусства и понять истоки их непостижимой привязанности к русской природе.

Глава II. Биографическая справка.

А) Петр Ильич Чайковский.

Пётр Ильич ЧАЙКОВСКИЙ (1840−1893 г. г.), русский композитор, музыка которого отличается красочностью, романтичностью и необычайным мелодическим богатством. Родился 25 апреля (7 мая) 1840 в Воткинске (Вятская губерния), в семье начальника Камско-Воткинского завода, горного инженера И. П. Чайковского и Александры Ассиер. Чайковский рос очень нежным, чувствительным ребенком, и его болезненность особенно обострилась после смерти любимой матери (1854).

В детстве получил домашнее воспитание, а затем, после двух лет занятий в пансионе, поступил в петербургское Училище правоведения (1852). Окончив его в 1859, стал чиновником Департамента юстиции. С 14 лет начал проявлять склонности к композиции, в 1860 или 1861 опубликовал романс на итальянский текст и тогда же, совершив путешествие по Западной Европе (1861), решил заняться музыкой, прежде всего гармонией, под руководством Н. И. Зарембы.

В 1862 он поступил в только что открытую Петербургскую консерваторию и в следующем году оставил государственную службу, чтобы полностью посвятить себя занятиям музыкой. Он занимался композицией и оркестровкой у директора консерватории А. Г. Рубинштейна и за время обучения создал несколько произведений, в том числе увертюру Гроза по одноименной пьесе А. Н. Островского и кантату К Радости на стихи Ф. Шиллера. В 1866, сразу после окончания консерватории, был приглашен на должность профессора гармонии в Московскую консерваторию, открытую в том же году братом Антона Рубинштейна — Николаем Рубинштейном.

В течение первых двух лет в Москве Чайковский сочинил свою Первую симфонию (Зимние грезы, 1866) и первую оперу Воевода, которая была поставлена в Москве в 1869 (после премьеры уничтожена автором и восстановлена через много лет после его смерти по сохранившимся оркестровым партиям). Вторая опера, Ундина, была представлена в дирекцию Императорских театров, но не дошла до сцены и впоследствии была уничтожена автором (ее материал частично вошел в балет Лебединое озеро). Оркестровая увертюра Ромео и Джульетта получила после премьеры довольно жесткую оценку критики, но после значительной переработки в 1870 и 1880 это сочинение стало одним из самых популярных в оркестровом наследии композитора. Удача начала поворачиваться лицом к музыканту в первые годы следующего десятилетия, когда появились Вторая и Третья симфонии (1872, 1875), три струнных квартета (1871, 1874, 1876), Первый фортепианный концерт си-бемоль минор, а затем оркестровая фантазия Франческа да Римини (1876) и Вариации на тему рококо для виолончели с оркестром (1877). Две следующие оперы Чайковского — Опричник и Кузнец Вакула (вторая из них стала победительницей на конкурсе, объявленном дирекцией Императорского русского музыкального общества) и балет Лебединое озеро были поставлены соответственно в 1874, 1876 и 1877.

В этот период зародилась загадочная дружба Чайковского с Надеждой фон Мекк, вдовой, обладательницей огромного состояния, обожавшей музыку вообще и в особенности музыку Чайковского, в течении многих лет поддерживавшей композитора, но не желавшей с ним встречаться. Кроме того, Чайковский завершил два шедевра — Четвертую симфонию и оперу Евгений Онегин. Надежда фон Мекк назначила композитору стипендию в размере 6000 рублей в год (ее выплата была прервана внезапно в 1890), что позволило ему оставить педагогическую деятельность и сосредоточиться исключительно на творчестве.

В 1885 он устроил себе постоянное жилище в Майданове под Клином, затем в 1888 перебрался в соседнее Фроловское и незадолго до смерти наконец приобрел собственный дом на окраине Клина. Он всегда проводил много времени за границей, подолгу жил в поместьях своих родных (особенно в украинском имении Каменка, принадлежавшем семье сестры Чайковского — Александры) и друзей. В этот период появляются три оперы — Орлеанская дева (поставлена в 1881), Мазепа (поставлена в 1884) и Чародейка (поставлена в 1887), а также скрипичный концерт ре мажор (1878), Второй фортепианный концерт соль мажор (1880), торжественная увертюра 1812 год (1881), трио Памяти великого художника (1882), посвященное Н. Г. Рубинштейну, три оркестровые сюиты (1879, 1883 и 1884), симфония Манфред по поэме Байрона (1885). В этот период были сочинены Пятая симфония ми минор (1888), увертюра-фантазия Гамлет (1888) и вчерне завершен балет Спящая красавица. Оркестрован он был в течение лета 1889 и поставлен в начале следующего года. В 1890 появилась лучшая опера Чайковского — Пиковая дама.

Весной 1891 Чайковский совершил свою первую (и единственную) поездку в Соединенные Штаты, где выступал в Нью-Йорке, Балтиморе и Филадельфии, причем обнаружил, что в Америке он известен гораздо больше, чем в Европе. Вернувшись в Россию, он посвятил летние месяцы сочинению баллады для голоса с оркестром Воевода, одноактной оперы Иоланта и балета Щелкунчик.

В начале 1893 Чайковский начал работу над «настоящей» Шестой симфонией си минор. Сочинение было прервано поездкой в Англию, куда Чайковский отправился для получения присужденной ему степени почетного доктора музыки в Кембриджском университете. Симфония была закончена в августе, а исполнена впервые под управлением автора в Петербурге 28 октября. Буквально накануне премьеры композитор дал симфонии подзаголовок Патетическая. Через пять дней Чайковский заболел холерой, которой, как считали, он заразился, выпив стакан сырой воды. Умер Чайковский в Петербурге 25 октября (6 ноября) 1893.

И в России и за ее рубежами Чайковского принято считать «величайшим» русским композитором. Наследие Чайковского очень велико. Богатство лирической мелодики Чайковского, его мастерское владение практически всеми музыкальными жанрами, его блестящая композиторская техника (в особенности оркестровая), глубоко оригинальный характер его творчества (которое, по мнению многих, отражает захватывающую тайну личности композитора) — все это действительно делает Чайковского выдающейся фигурой не только русской, но и мировой музыкальной культуры.

Оркестровые сочинения. Обращаясь к оркестру, Чайковский становится совсем другим.

П.И. Чайковский — певец красоты. Он умеет увидеть прекрасное в том, к чему мы обычно остаёмся равнодушны. Его творения помогают нам лучше понять родную природу, увидеть прелесть осени. Ведь даже поздняя осень с хаосом дождей и ветров вдруг дарит дни, полные такой тихой и ясной задумчивости, что кажется: зима не придёт ещё долго. Природа отдыхает от напряжённой весны, когда надо было прогнать зиму и разбудить всё живое, отдыхает от знойного лета, от стремительных и гулких августовских гроз.

Особое место в его творчестве занимает цикл, состоящий из 15 пьес «Времена года». Немного о создании цикла.

Издатель популярного Петербургского журнала «Нувеллист» Н. М. Бернард обратился к Чайковскому с просьбой написать двенадцать пьес — по числу месяцев в году — специально для ежемесячного опубликования их в этом журнале в течении 1876 года. Чайковский дал своё согласие.

Когда пьесы были уже написаны Чайковским и отосланы в журнал, Бернард, стремясь облегчить восприятие музыки, дал ей поэтическое истолкование в виде стихотворных эпиграфов. Композитор не возражал против эпиграфов и со времени первой публикации они остаются почти неотъемлемой частью цикла.

Месяц за месяцем появлялись новые пьесы Чайковского. Музыкальная публика с нетерпением ждала очередного номера. Критика помалкивала, не снисходя до столь невинных «пустячков», а сам композитор чем дальше, тем больше понимал, что рано или поздно его новый фортепианный цикл займёт достойное место в истории русской музыкальной литературы.

Так оно и произошло. В этой незатейливой, сродни народному творчеству, музыке бездна истинной поэзии. Пестрит шумный масленичный хоровод, мчатся на перегонки лихие тройки со звонкими заливистыми бубенцами, трубят поутру охотничьи рога, льются над безбрежным степным привольем песни жнецов и косарей. В жаркий июньский день хорошо брести пыльным полевым просёлком, отдавшись во власть солнца, ветра, ароматов цветущих трав. Ну, а в октябре хочется присесть в сумерки возле окна и под шорох дождевых капель погрустить о промелькнувшем лете.

По словам Б. Астафьева, Чайковский создал пьесы «малых форм» пианизма, потребные для исполнителя и слушателей вне величавых концертных эстрад, но с душевным содержанием, отвечающим зовам всего населения, тому, что оно всегда слышало вокруг в своей, всем привычной, дорогой нам русской жизни. Так со страниц тетрадок ежемесячного «Нувеллиста» стали появляться душевно приветливые фортепианные мелодии Чайковского, западая в сердце, неотрывные и незабываемые.

Двенадцать пьес цикла созданы композитором как последовательный ряд картин русской природы и быта, подчинённых естественному годичному круговороту тепла и холода, расцвета и увядания. Написанные без притязаний на виртуозность блеск и эффектность, они отличаются пленяющей мелодической выразительностью и тонкостью фортепианного письма. Каждая отдельная пьеса представляет собой самостоятельную по характеру, вся цель которых воспринимается как задушевное, идущее от глубины сердца повествование о бесконечно дорогом и близком композитору.

Исследователь творчества Чайковского Кайгородов говорил о композиторе:

«Чайковский обладал удивительно сильным, можно сказать феноменальным чувством природы. Мне неизвестно другого примера человека, который так сильно воспринимал бы впечатления от красок природы и так сильно на них реагировал. Мало сказать, что Пётр Ильич страстно любил природу — он её обожал».

Именно эта искренняя любовь к родной природе и делает творение композитора столь близким и понятным каждому русскому человеку.

Б) Исаак Ильич ЛЕВИТАН (1860−1900).

Пейзаж завоевал место одного из ведущих жанров живописи. Его язык стал, подобно поэзии, способом проявления высоких эстетических чувств художника, областью искусства, в которой выражаются глубокие и серьезные истины о жизни и судьбах человечества, в нем современник говорит и узнает себя. Вглядываясь в произведения пейзажной живописи, прислушиваясь к тому, о чем повествует, изображает природу художник, мы учимся знанию жизни, пониманию и любви к красоте мира и человека.

Пейзаж в русском искусстве был сферой проявления духовной жизни общества и оформился как жанр в конце ХVIII — начале ХIХ века. В этом жанре раскрывались трепетная душа личности, отношения художника с окружающим миром и волнения эпохи.

Мотив пейзажа — это образ типичного явления (или уголка) природы, вызывающий определенные переживания (воспоминания, размышления) у людей одной культурной общности.

Своей вершины русская пейзажная живопись XIX века достигла в творчестве ученика А. К. Саврасова — И.И. Левитана

Исаак Ильич Левитан родился в 1860 году на западной окраине России, но через несколько месяцев семья переехала в Москву, поэтому художник по праву был назван А. М. Васнецовым «продуктом Москвы», продолжателем традиций высокой культуры, которыми полна российская столица. В 12 лет Левитан поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества. Родственники художника вспоминали, что с ранних лет он любил бродить по полям и лесам, подолгу созерцать «какой-нибудь закат», а когда наступала весна, «совершенно преображался и суетился, волновался, его тянуло за город». Уезжая из России, он вскоре начинал тосковать по страстно любимой им русской природе. Так, весной 1894 года он писал А. М. Васнецову из Ниццы: «Воображаю, какая прелесть теперь у нас на Руси — реки разлились, оживает всё. Нет лучше страны, чем Россия… Только в России может быть настоящий пейзажист».

Исаак Левитан — самый великий из тех русских пейзажистов, которые в XIX веке открыли для современников скромную красоту русской природы. Начиная работать под руководством Саврасова и Поленова, Левитан вскоре оставил далеко позади своих учителей, навсегда вписав свое имя в пантеон отечественной культуры. Долгое время считалось, что в России нет природы, способной вызвать восхищение и стать темой для серьезного произведения. Вместо природы была лишь серая, безликая масса, тоскливая и бесконечная, как горе людское. Работы русских пейзажистов того времени больше походили на копии итальянских и французcких картин, в которых прежде всего ценилась ясность и эффектность художественного языка. Левитан же избегал изображать внешне эффектные места. Ему это было не нужно. В самом простом деревенском мотиве он, как никто другой, умел найти то родное и бесконечно близкое, что так неотразимо действует на душу русского человека, заставляя его снова и снова возвращаться к картине. Здесь нет «красот природы». Только то, что является одинокому страннику, бредущему от города к городу, от села к селу по бесконечным русским дорогам, влекомому тем «божественным нечто, что разлито во всем, но что не всякий видит, что даже и словом назвать нельзя, так как оно не поддается разуму, анализу, а одной лишь любовью постигается…» Только хмурые перелески, бедные поля и покосившиеся избенки, грустящие под ситцевым небом. Левитан наполнил наш бедный пейзаж чувствами, и теперь уже никто не мог отвернуться от средней полосы России — у нее появилось свое неповторимое лицо и неотразимое очарование, перед которым меркли красоты заморских стран.

Левитан — мастер спокойных, тихих пейзажей. Человек очень робкий, стеснительный и ранимый, он умел отдыхать только наедине с природой, проникаясь настроением полюбившегося пейзажа. Заштатный городок Плес на верхней Волге прочно вошел в творчество Левитана. В этих краях он создал свои полотна: «После дождя», «Хмурый день», «Над вечным покоем». Там же были написаны умиротворенные вечерние пейзажи: «Вечер на Волге», «Вечер. Золотой плес», «Вечерний звон», «Тихая обитель».

Творческий путь Левитана длился всего около двадцати лет, но за эти годы он создал больше, чем все остальные пейзажисты России вместе взятые. Можно без преувелечения сказать, что после Левитана русский пейзаж стал другим. Левитан умер в 1900 году, став последней ярчайшей фигурой золотого века русской культуры, словно подытожив искания лучших русских умов того времени.

«Но что же делать, я не могу быть хоть немного счастлив, спокоен, ну, словом, не понимаю себя вне живописи. Я никогда еще не любил так природу, не был так чуток к ней, никогда еще так сильно не чувствовал я это божественное нечто, разлитое во всем, но что не всякий видит, что даже и назвать нельзя, так как оно не поддается разуму, анализу, а постигается любовью. Без этого чувства не может быть истинный художник. Многие не поймут, назовут, пожалуй, романтическим вздором — пускай! Они — благоразумие… Но это мое прозрение для меня источник глубоких страданий. Может ли быть что трагичнее, как чувствовать бесконечную красоту окружающего, подмечать сокровенную тайну, видеть бога во всем и не уметь, сознавая свое бессилие, выразить эти большие ощущения…» Исаак Левитан.

В) Иван Алексеевич Бунин.

Иван Алексеевич Бунин pодился 23 октябpя 1870 года (10 октябpя по стаpому стилю) в Воpонеже, на Двоpянской улице. Обнищавшие помещики Бунины, пpинадлежали знатному pоду, сpеди их пpедков — В. А. Жуковский и поэтесса Анна Бунина.

В Воpонеже Бунины появились за тpи года до pождения Вани, для обучения стаpших сыновей: Юлия (13 лет) и Евгения (12 лет). Мать Бунина, Людмила Александpовна, всегда говоpила, что «Ваня с самого pождения отличался от остальных детей», что она всегда знала, что он «особенный», «ни у кого нет такой души, как у него».

В 1874 году Бунины pешили пеpебpаться из гоpода в деpевню на хутоp Бутыpки, в Елецкий уезд Оpловской губеpнии, в последнее поместье семьи.

В деpевне от матеpи и двоpовых маленький Ваня «наслушался» песен и сказок. Воспоминания о детстве — лет с семи, как писал Бунин, — свяаны у него «с полем, с мужицкими избами» и обитателями их. Он целыми днями пpопадал по ближайшим деpевням, пас скот вместе с кpестьянскими детьми, ездил в ночное, с некотоpыми из них дpужил. Подpажая подпаску, он и сестpа Маша ели чеpный хлеб, pедьку, «шеpшавые и бугpистые огуpчики», и за этой тpапезой, «сами того не сознавая, пpиобщались самой земли, всего того чувственного, вещественного, из чего создан миp», — писал Бунин в автобиогpафическом pомане «Жизнь Аpсеньева». Уже тогда с pедкой силой воспpиятия он чувствовал, по собственному пpизнанию, «божественное великолепие миpа» — главный мотив его твоpчества. Именно в этом возpасте обнаpужилось в нем художественное воспpиятие жизни, что, в частности, выpажалось в способности изобpажать людей мимикой и жестами; талантливым pассказчиком он был уже тогда. Лет восьми Бунин написал пеpвое стихотвоpение.

Об этом периоде своей жизни Бунин сам впоследствии написал: «Тут, в глубочайшей полевой тишине, летом среди хлебов, подступивших к самым нашим порогам, а зимой среди сугробов, и прошло всё моё детство, полное поэзии печальной и своеобразной…» Именно здесь, в этой российской глубинке, зародилась в душе будущего нобелевского лауреата страстная любовь к русской природе. Об этой привязанности А. А. Блок говорил: «Так знать и любить природу, как умеет Бунин, — мало кто умеет. Благодаря этой любви поэт смотрит зорко и далеко, и красочные и слуховые его впечатления богаты». Это чувство невероятного единения с родной землёй выразилось в стихотворении 16-летнего Бунина:

Ты раскрой мне, природа, объятья,

Чтоб я слился с красою твоей!

На одиннадцатом году он поступил в Елецкую гимназию. В гимназии он писал стихи, подpажая Леpмонтову, Пушкину.

Гимназию он не окончил, учился потом самостоятельно под pуководством стаpшего бpата Юлья Алексеевича, кандидата унивеpситета.

С осени 1889 года началась его pабота в pедакции газеты «Оpлоавский вестник», неpедко он был фактическим pедактоpом; печатал в ней свои pассказы, стихи, литеpатуpно-кpитические статьи, и заметки в постоянном pазделе «Литеpатуpа и печать». Жил он литеpатуpным тpудом и сильно нуждался. Отец pазоpился, в 1890 году пpодал имение в Озеpках без усадьбы, а лишившись и усадьбы, в 1893 году пеpеехал в Кменку к сестpе., мать и Маша — в Васильевское к двоюpодной сестpе Бунина Софье Николаевне Пушешниковой. Ждать молодому поэту помощи было неоткуда.

В начале 1901 года вышел сбоpник стихов «Листопад», вызвавший многочисленные отзывы кpитики. Купpин писал о «pедкой художественной тонкости» в пеpедаче настpоения. Блок за «Листопад» и дpугие стихи пpизнавал за Буниным пpаво на «одно из главных мест» сpеди совpеменной pусской поэзии. «Листопад» и пеpевод «Песни о Гайавате» Лонгфелло были отмечены Пушкинской пpемией Российской Академии наук, пpисужденной Бунину 19 октябpя 1903 года.

Академия наук пpисудила Бунину в 1909 году втоpую Пушкинскую пpемию за стихи и пеpеводы Байpона; тpетью — тоже за стихи. В этом же году Бунин был избpан почетным академиком.

Бунин шел своим собственным путем, не пpимыкал ни к каким модным литеpатуpным тесчениям или гpуппиpовкам, по его выpажению, «не выкидывал никаких знамен» и не провозглашал никаких лозунгов. Кpитика отмечала мощный язык Бунин, его искусство поднимать в миp поэзии «будничные явления жизни». «Низких» тем, недостойных внимания поэта, для него не было. В его стихах — огpомное чувство истоpии. Рецензент жуpнала «Вестник Европы» писал: «Его истоpический слог беспpимеpен в нашей поэзии… Пpзаизм, точность, кpасота языка доведены до пpедела. Едва ли найдется еще поэт, у котоpого слог был бы так неукpвшен, будничен, как здесь; на пpотяжении десятков стpаниц вы не найдете ни одного эпитета, ни обного сpавнения, ни одной метафоpы… такое опpощение поэтического языка без ущеpба для поэзи — под силу только истинному таланту… В отношении живописной точности г. Бунин не имеет сопеpников сpеди pусских поэтов «.

Чувство pодины, языка, истоpии у него было огpомно. Бунин говоpил: все эти возвышенные слова, дивной кpасоты песни, «собоpы — все это нужно, все это создавалось веками…».

21 мая 1918 года Бунин и Веpа Николаевна (его жена) уехали из Москвы — чеpез Оpшу и Минск в Киев, потом — в Одессу; 26 янваpя ст. ст. 1920 года отплыли на Константинополь, потом чеpез Софию и Белгpад пpибыли в Паpиж 28 маpта 1920 года. Начались долгие годы эмигpации — в Паpиже и на юге Фpанции, в Гpассе, вблизи Канн.

В 1933 году Бунину была пpисуждена Нобелевская пpемия.

Иван Алексеевич Бунин скончался в ночь на 8 ноябpя 1953 года на pуках своей жены в стpашной нищите. В своих воспоминаниях Бунин писал: «Слдишком поздно pодился я. Родись я pаньше, не таковы были бы мои писательские воспоминания. Не пpишлось бы мне пеpежить… 1905 год, потом пpевую миpовую войну, вслед за ней 17-й год и его пpодолжение, Ленина, Сталина, Гитлеpа… Как не Позавидовать нашему пpаотцу Ною ! Всего один потоп выпал на долю ему… «

Похоpонен Бунин на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Паpижем, в склепе, в цинковом гpобу.

Ты мысль, ты сон. Сквозь дымную метель

Бегут кpесты — pаскинутые pуки.

Я слушаю задумчивую ель

Певучий звон… Все — только мысль и звуки!

То, что лежит в могиле, pазве ты?

Разлуками, печалью был отмечен

Твой тpудный путь. Тепеpь из нет. Кpесты

Хpанят лишь пpах. Тепеpь ты мысль. Ты вечен.

И. Бунин.

Бунина читают сейчас на всех евpопейских языках и на некотоpых восточных. У нас он издается миллионными тиpажами.

Смысл подлинно художественного произведения поэтичен. Бунин мог писать в любой форме, Бунин при этом оставался поэтом: то, что выходило из-под его пера, значки на бумаге хранили печать иного существования. Как отличны аккорды на линованном нотном стане от музыки, терзающей души, так отличен печатный текст от нетленного своего смысла. «Музыка — это то, что соединяет мир земной и мир бесплотный. Это — душа вещей и тело мысли» (Гумилёв). Иван Алексеевич смысл этот, музыкально разлитый по городам и весям, выносил в композицию литературную. Весь опыт своего бытия, не ограниченного плотской юдолью, весь свой восторг и тоску он переливал из чаши небесной в кубок словесности.

«Я думаю, и невозможно найти точной границы между прозой и поэзией, — согласился бы Николай Гумилёв, — как не найдём её между растениями и минералами, животными и растениями»

* * *

И разве я пойму,

Зачем я должен радость этой муки,

Вот этот небосклон, и этот звон,

И темный смысл, которым полон он,

Вместить в созвучия и звуки?

Я должен взять — и, разгадав, отдать,

Мне кто-то должен сострадать,

Что пригревает солнце низким светом

Меня в саду, просторном и раздетом,

Что озаряет желтая листва

Ветвистый клён, что я едва-едва,

Бродя в восторге по саду пустому,

Мою тоску даю понять другому…

И. А. Бунин

Глава 3. Времена года в поэзии Бунина, музыке Чайковского и живописи Левитана.

А) ОСЕНЬ.

В пьесе «Осенняя песня» («Октябрь»). Чайковского из цикла «Времена года» слышится не только сожаление об увядающей природе, но и осенняя песня в жизни человека. Певучесть мелодии пьесы напоминает протяжную русскую народную песню. Интонации мелодии похожи на вздохи, отражающие душевную боль и безысходную печаль. Вот эту тишину осени, задумчивость природы передал Пётр Ильич Чайковский в своей «Осенней песне».

Да, осень это немного грустное, но и прекрасное время года. Его красотой всегда восхищались поэты, музыканты, художники. Чтобы нарисовать картину: у художника есть краски, у поэтов — слова, у композитора — только звуки. Но ими можно прекрасно рисовать, так же, как это делает Пётр Ильич Чайковский.

Как же сильно созвучно по своему настроению с музыкой Чайковского стихотворение Бунина «Листопад». Возможно ли поэзией передать мучительную жалость расставания природы с ее великолепием перед приходом долгой суровой зимы? Вот его фрагмент:

«ЛИСТОПАД

Лес, точно терем расписной,

Лиловый, золотой, багряный,

Веселой, пестрою стеной

Стоит над светлою поляной.

Березы желтою резьбой

Блестят в лазури голубой,

Как вышки, елочки темнеют,

А между кленами синеют

То там, то здесь в листве сквозной

Просветы в небо, что оконца.

Лес пахнет дубом и сосной,

За лето высох он от солнца,

И Осень тихою вдовой

Вступает в пестрый терем свой«.

Очень точно зрительно передает красоту осеннего леса Левитан своим полотном «Золотая осень» (иллюстрация № 4) или картиной «Осень» (иллюстрация № 5).

А как невообразимо сочетаются картина Левитана «Осень. Охотник» (иллюстрация № 6) со стихотворением Бунина «Не видно птиц».

* * *

Не видно птиц. Покорно чахнет

Лес, опустевший и больной.

Грибы сошли, но крепко пахнет

В оврагах сыростью грибной.

Глушь стала ниже и светлее,

В кустах свалялася трава,

И, под дождем осенним тлея,

Чернеет тёмная листва.

А в поле ветер. День холодный

Угрюм и свеж -- и целый день

Скитаюсь я в степи свободной,

Вдали от сел и деревень.

И, убаюкан шагом конным,

С отрадной грустью внемлю я,

Как ветер звоном однотонным,

Гудит-поет в стволы ружья.

1889 г.

Словно один и тот же сюжет изображали «певцы» природы, рожденные с разницей в десять лет.

В работах трех этих мастеров, не только можно услышать трепетную тишину осеннего леса, увидеть щедрую осеннюю позолоту на всём, чего коснулось лёгкое и прозрачное дыхание «вдовы», но и почувствовать светлую грусть и умиротворение.

Б) ЗИМА

Вслед за неповторимой русской осенью наступает непредсказуемая, вьюжная зима, которую представил в музыкальной пьесе «У камелька» П. И. Чайковский.

Сменяющие друг друга музыкальные образы этой мелодии отражают переменчивость русской зимы: от ясного морозного дня до буйствующей метели. Нежные, мягкие звуки, противопоставленные тревожным, резким и энергичным, помогают представить ощущения человека, сидящего в кругу близких и дорогих людей у камелька и слушающего, как за окном воет и беснуется пурга.

Подобным настроением проникнуто и стихотворение И. А. Бунина «Сумерки.

СУМЕРКИ

Всё — словно в полусне. Над серою водою

Сползает с гор туман, холодный и густой,

Под ним гудит прибой, зловеще расстилаясь,

А темных голых скал прибрежная стена,

В дымящийся туман погружена,

Лениво курится, во мгле небес теряясь.

Суров и дик ее могучий вид!

Под шум и гул морской она в дыму стоит,

Как неугасший жертвенник титанов,

И Ночь, спускаясь с гор, вступает точно в храм,

Где мрачный хор поет в седых клубах туманов

Торжественный хорал неведомым богам.

1900

Удивительно перекликаются интонации стихотворения, музыкальной пьесы и картин Левитана «Зимой в лесу. Волк»" (иллюстрация № 7) и «Лес зимой» (иллюстрация № 8).

А в своем стихотворении «Родина» Бунин словно описывает картину Левитана «Зимой в лесу. Волк».

РОДИНА

Под небом мертвенно-свинцовым

Угрюмо меркнет зимний день,

И нет конца лесам сосновым,

И далеко до деревень.

Один туман молочно-синий,

Как чья-то кроткая печаль,

Над этой снежною пустыней

Смягчает сумрачную даль.

1896г.

Вместе с поэтом, композитором и художником невольно ощущаешь таинственность и прелесть долгих зимних вечеров, слышишь мелодии зимней метели и потрескивание дров в печи, почувствуешь холод и зимний сон природы в скромном пейзаже.

В) ВЕСНА

После продолжительной, почти полугодовой, русской зимы незаметно подкрадывается весна. Музыкальная пьеса Чайковского «Подснежник» наполнена светлым лирическим чувством. Композитор передаёт волнующе радостное, трепетное настроение, устремлённое навстречу солнцу, надеждам, счастью, упоение расцветающей природой. Приход весны всегда вызывал в композиторе необычайное воодушевление и подъём духа, о чём свидетельствуют его воспоминания: «…Какое волшебство наша весна своею внезапностью, своей роскошной силой! Как я люблю, когда по улицам потекут потоки тающего снега и в воздухе почувствуется что-то живительное и бодрящее! С какою любовью приветствуешь зелёную травку! Как радуешься прилёту грачей и за ними жаворонков и других заморских лётных гостей!»

Созвучно такому восприятию весны стихотворение И. А. Бунина «Бушует полая вода…».

* * *

Бушует полая вода,

Шумит и глухо и протяжно.

Грачей пролетные стада

Кричат и весело и важно.

Дымятся черные бугры,

И утром в воздухе нагретом

Густые белые пары

Напоены теплом и светом.

А в полдень лужи под окном

Так разливаются и блещут,

Что ярким солнечным пятном

По залу «зайчики» трепещут.

Меж круглых рыхлых облаков

Невинно небо голубеет,

И солнце ласковое греет

В затишье гумен и дворов.

Весна, весна! И все ей радо.

Как в забытьи каком стоишь

И слышишь свежий запах сада

И теплый запах талых крыш.

Кругом вода журчит, сверкает,

Крик петухов звучит порой,

А ветер, мягкий и сырой,

Глаза тихонько закрывает.

1892 год.

Насколько перекликаются настроения стихотворения, музыкальной пьесы и картины Левитана «Весна. Большая вода» (иллюстрация № 9)!

Радость пробуждения природы, пронизывающая произведения великих мастеров, вызывает непередаваемый душевный отклик, ощущение сопричастности этой вечной красоте земли.

Г) ЛЕТО

Но вот и долгожданное лето. Его скромное очарование отразилось в музыкальной пьесе Чайковского «Баркарола». Насколько лирична, светла и трогательна эта мелодия лета, которая звучит мягко, блаженно и безмятежно. Поэтичность созданного музыкального образа очень близка образному строю приведенного стихотворения И. А. Бунина «Ночные цикады».

Ночные цикады

Прибрежный хрящ и голые обрывы

Степных равнин луной озарены.

Хрустальный звон сливает с небом нивы.

Цветы, колосья, травы им полны,

Он ни на миг не молкнет, но не будит

Бесстрастной предрассветной тишины.

Ночь стелет тень и влажный берег студит,

Ночь тянет вдаль свой невод золотой —

И скоро блеск померкнет и убудет.

Но степь поёт. Как колос налитой,

Полна душа. Земля зовёт: спешите

Любить, творить, пьянить себя мечтой!

От бледных звёзд, раскинутых в зените,

И до земли, где стынет лунный сон,

Текут хрустально трепетные нити.

Из сонма жизней соткан этот звон.

Это стихотворение звучит завершающим аккордом гимна красоте окружающего нас мира. Необычность сравнения — в соединении несоединимого. Душа — это область неземного, неосязаемого, а колос — предмет материального мира. Сам факт возникновения такого сравнения говорит о том, что всё в этом мире гармонично, взаимосвязано, исполнено величия.

Удивительно передают безмятежность, покой, апофеоз расцвета и силы природы в самое время её расцвета, её триумфа — «лета природы» картины Левитана: «Над вечным покоем» (иллюстрация 9), «Луг на опушке леса» (иллюстрация 11).

Картину Левитана «Сумерки. Стога» (иллюстрация 10) возможно изложить поэзией Бунина, выразившейся в стихотворении «Месяц задумчивый …»

* * *

Месяц задумчивый, полночь глубокая…

Хутор в степи одинок…

Дремлет в молчанье равнина широкая,

Тепел ночной ветерок.

Желтые ржи, далеко озаренные,

Морем безбрежным стоят…

Ветер повеет — они, полусонные,

Колосом спелым шуршат.

Ветер повеет — и в тучку скрывается

Полного месяца круг;

Медленно в мягкую тень погружается

Ближнее поле и луг.

Зыблется пепельный сумрак над нивами,

А над далекой межой

Свет из-за тучек бежит переливами —

Яркою, желтой волной.

И сновиденьем, волшебною сказкою

Кажется ночь, — и смущен

Ночи июльской тревожною ласкою

Сладкий предутренний сон…

1886

Лишь соприкоснувшись с природой — нерукотворной красотой, созданной «высшими силами», переданной гениальными ее «певцами»: Буниным, Чайковским, Левитаном, понимаешь, что природа вечна, а человек смертен! Лишь его душа незримыми, неосязаемыми нитями связана с вечностью, с прошлым и будущим.

Мотив вечности и величия природы обнаруживается в живописных образах картины Левитана «Над вечным покоем» (иллюстрация № 9). И, словно подтверждая этот вывод, Бунин пишет:

* * *

Настанет день — исчезну я,

А в этой комнате пустой

Все то же будет: стол, скамья

Да образ, древний и простой.

И так же будет залетать

Цветная бабочка в шелку,

Порхать, шуршать и трепетать

По голубому потолку.

И так же будет неба дно

Смотреть в открытое окно

и море ровной синевой

манить в простор пустынный свой.

10 августа 1916

IV. ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Природа — это одно из естественных проявлений нерукотворного прекрасного, поэтому ее эстетизм всегда привлекал художников, за многими из которых в течение творческой жизни так и закрепилось звание «пейзажиста», ибо как можно прекратить восхищаться или черпать вдохновение в том, что устроено как живой организм и функционирует настолько совершенно!

В русской природе нет вечных, неменяющихся в разные времена года крупных объектов вроде гор, вечнозеленых деревьев. Все в русской природе непостоянно по окраске и состоянию. Разнообразнейший по оттенкам и степени насыщенности цветом осенний лес. Разные состояния воды, принимающей на себя окраску неба и окружающих берегов, меняющихся под действием сильного или слабого ветра («Сиверко» Остроухова), дорожные лужи, различная окраска самого воздуха, туман, роса, иней, снег -- сухой и мокрый. Вечный маскарад, вечный праздник красок и линий, вечное движение -- в пределах года или суток.

В России континентальный климат, и он создает особенно суровую зиму и особенно жаркое лето, длинную, переливающуюся всеми оттенками красок весну, в которой каждая неделя приносит с собой что-то новое, затяжную осень, в которой есть и ее самое начало с необыкновенной прозрачностью воздуха, воспетое Буниным, и особой тишиной, свойственной только августу, и поздняя осень, которую так любил Пушкин. Русская поэзия, как и живопись, тоже откликается на все это многообразие.

Следует отметить, что соединение трёх великих имён не случайно. Пётр Ильич Чайковский, Исаак Ильич Левитан, Иван Алексеевич Бунин — художники разных поколений. Но их объединяет характерное для второй половины XIX века обращение художественного сознания к идеальным началам бытия, которое критики назвали «великим походом» «в поисках истинной красоты переживаний и состояний, единящих человека с природой». Именно «созерцание природы в пейзажах и явлениях, искание внутреннего смысла… в дереве, цветке» помогают увидеть в жизни «светлую поэзию». Такой взгляд на природу, умение в музыкальных, живописных и словесных картинах выразить всё многообразие мира, всё богатство переживаний в сочетании с правдивостью изображения, простотой и доступностью объединяет Чайковского, Левитана и Бунина.

К тому же известно, что Левитан очень любил музыку и часто работал под звуки произведений Петра Ильича. Полотна художника часто сопоставляют с музыкой великого русского композитора, находя в них тихую, плавную песенность, тяготение к «лирическому раскрытию длящегося как песня состояния природы в русских вёснах и осенях». В свою очередь, М. Волошин писал, что стихотворения И. А. Бунина очень близки «тонкому и золотистому, чисто левитановскому письму».

Познакомившись с прекрасными стихами Бунина, послушав чарующую музыку Чайковского, задумавшись над пейзажами Левитана осознаёшь, как необъяснимо гармонично сочетается в мире обыденное и прекрасное, как в предельной простоте звука, цвета и слова можно отразить непостижимое величие природы.

Но не каждый умеет воспринимать красоту мира. Вслед за Буниным надо услышать напряжённый зов земли, наполнить свою жизнь счастьем и радостью бытия. Поспешим «любить, творить, пьянить себя мечтой»!

БИБЛИОГРАФИЯ

1. Айхенвальд Ю. Иван Бунин и его стихотворения // Бунин И. Свет незакатный. М. Центр-100. 1995.

2. Альбом «Русские художники от «А» до «Я», М., Слово, 1996

3. Астафьев Б. «О музыке Чайковского». Изд-во «Музыка» Ленинград 1972 г. — 375 с.

4. Бенуа А. Н. История русской живописи в 19 веке. М., 1993.

5. Бунин И. Стихотворения. М. «Молодая гвардия». 1990.

6. Бунин И. А. Стихотворения и переводы. М. «Современник». 1986.

7. Бунин И. А. Тёмные аллеи. Кемеровское книжное изд-во. 1984.

8. Гачев Г. Русская Дума. М. «Новости». 1991.

9. Гумилёв Н. С. Письма о русской поэзии. М. «Современник». 1990.

10. «История русской музыки»: В 10-ти томах — М. :"Музыка" 1994 г. -Т8: О. Е. Левашёва, Н. П. Рахманова, Л. М. Соколова — 534с.

11. Кошечкин С. Счастьем простым дорожить… // Бунин И. Стихотворения. М. «Молодая гвардия». 1990.

12. Калинина Н. А. «П.И. Чайковский»: Повесть — М: Детская литература 1988 — 143с.

13. Лихачев Д. С. Заметки о русском // Лихачев Д. С. Избранные работы в трех томах. Том 2. -- Л.: Худож. лит., 1987. -- С. 418--494.

14. Михайлов О. Бунин-поэт // Бунин И. А. Стихотворения и переводы. М. «Современник». 1986.

15. Николай Гумилёв в воспоминаниях современников. М. «Вся Москва». 1990.

16. Г. Островский. Рассказ о русской живописи, М., Изобразительное искусство, 1989.

17. Серебряный век. Серия «Школа классики». М. «Аст Олимп». 1997.

18. Токарев Л. Послесловие // Жид А. Избранные произведения. М. «Панорама». 1993.

19. Федоров-Давыдов А. А. Русский пейзаж 18 — начала 19 века. М., 1953.

20. Ходасевич В. О поэзии Бунина // Серебряный век. Поэзия. Серия «Школа классики». М. «Аст Олимп». 1997.

21. Энциклопедический словарь. Бунин, Чайковский, Левитан. Биографии. М. 1992.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой