Вина как основной признак субъективной стороны преступлений

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ОГЛАВЛЕНИЕ

  • ВВЕДЕНИЕ
  • Глава 1 Вина как основной признак субъективной стороны преступления
    • 1. 1 Развитие института вины в российском уголовном праве
    • 1. 2 Понятие и содержание вины в российском уголовном праве
  • глава 2 ФОРМЫ ВИНЫ
    • 2. 1 Умысел и его виды
    • 2. 2 Неосторожность и ее виды
    • 2. 3 Преступления с двумя формами вины
  • 2. 4 Влияние вины на квалификацию преступлений
  • ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  • СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
  • Приложение

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. Тема дипломной работы чрезвычайно актуальна и своевременна. Проблема вины является центральной проблемой уголовного права, поскольку лишь при условии четкого установления формы, содержания и степени вины возможно правильное назначение наказания.

Вина является основным юридическим признаком, характеризующим психологическое содержание любого правонарушения. Поэтому она имеет общетеоретическое значение и подвергалась исследованию представителями различных отраслей юридической науки (П.С. Дагель, А. И. Рарог, В. Нерсесян, М. Хвостов и т. д.). Как верно было отмечено еще в прошлом столетии, «учение о виновности и его большая или меньшая глубина есть как бы барометр уголовного права. Оно -- лучший показатель его культурного уровня» Фельдштейн Г. С. Природа умысла. — М., Статут. 1998. — С. 2.

Вина — это психическое отношение лица к совершаемому им общественно опасному деянию, предусмотренному уголовным законом, и к его общественно опасным последствиям. Основными категориями, характеризующими вину, являются содержание, форма, сущность, степень и объем. Центральное место среди них занимает содержание вины.

Существенным и необходимым основанием уголовной ответственности является именно виновное поведение, а не состав преступления, природа которого на сегодняшний день однозначно не определена. Поведение же человека всегда является реальной объективной характеристикой, проявляющейся в конкретных делах и поступках.

Вина — это предусмотренное уголовным законом психическое отношение лица к совершаемому им общественно опасному деянию и его последствиям, выражающее отрицательное отношение к интересам личности и общества. Психологическое содержание вины занимает центральное место среди основных категорий, характеризующих вину. Оно обусловлено совокупностью интеллекта, воли и их соотношения. Составными элементами психического отношения, проявленного в конкретном преступлении, являются сознание и воля. Изменение в соотношении сознания и воли образуют формы вины — умысел и неосторожность, описанные в статьях 25 и 26 Уголовного кодекса РФ, по отношению к которым вина является родовым понятием.

Юридическим энциклопедическим словарем дано такое определение понятию вины в уголовном праве — психическое отношение лица к совершенному им преступлению, выражающееся в форме умысла или неосторожности.

Вина лица всегда выражается в совершении определенных общественно опасных действий (или в бездействии). При этом объективные признаки преступления выступают в единстве с его субъективными признаками. Установить виновность лица в совершенном деянии означает указать на состав преступления. В этом смысле определение субъективной стороны преступления есть завершающий момент выделения состава преступления в действиях лица и, следовательно, в решении вопроса о виновности лица. Специфическая особенность субъективной стороны преступления состоит в том, что она не только предшествует исполнению преступления, формируясь в виде мотива, умысла, эмоционального состояния, но и сопровождает его от начала до конца преступных действий, представляя собой своеобразный самоконтроль за совершаемыми действиями.

В содержание вины входит психический процесс, который имеет место при совершении преступления, протекая в сознании преступника. Этот объективно существующий процесс заключается в определенном психическом отношении лица к общественно опасному деянию и его последствиям, образуя в конечном итоге субъективную сторону преступления.

Вина является категорией социальной потому, что в ней проявляется отношение лица, совершающего преступление, к важнейшим социальным ценностям.

Научная новизна исследования состоит в том, что в настоящее время отсутствует комплексный анализ статуса унитарных предприятий, учитывая, то что появилось такое юридическое лицо относительно не давно.

Практическая значимость исследования заключается в том, что будет произведен комплексный подход к исследованию вины: содержание вины анализируется в методологическом, историческом и сравнительно-правовом аспектах.

Степень научной разработанности темы. Проблема определения вины нашла свое отражение в работах Давидовича В. Е., Дагеля П. С., Котова Д. П., Загородникова Н. И., Иванова В. Д., Мазукова С. Х., Иванова Н. Г., Скуратова Ю. И., Наумова А. В., Кузнецовой Н. Ф., Куликова А. В., Куриное Б. А., Лановенко И. П., Лунеева В. В., Кудрявцева В. Н., Назаренко Г. В., Нерсесяна В. А., Нуртаева P.T., Ожегова С. И., Пионтковского А. А., Плотникова А. И., Рарога А. И., Рубинштейна С. Л., Симонова П. В., Ситковской О. Д., Таганцева Н. С., Ткаченко В. И., Утевского Б. С., Фельдштейна Г. С., Шавгулидзе Т. Г., Ширяева, и многих других.

В своей совокупности работы названных ученых представляют солидную теоретико-методологическую базу для разработки проблем вины и ее форм.

Целями дипломного исследования рассмотреть понятие и формы вины в уголовном праве России.

Эта цель выражены в комплексе взаимосвязанных задач, теоретический поиск решения которых обусловил структуру и содержание дипломной работы.

Исходя из названных целей, определены следующие основные задачи дипломного исследования:

· представлена вина как основной признак субъективной стороны преступления;

· определены формы вины;

· влияние формы вины на квалификацию преступлений.

Объектом исследования дипломной работы являются общественные отношения по поводу установления психологического отношения лица к совершенному преступлению и его последствия.

В прямой зависимости от объекта находится предмет исследования, который составляют нормы Уголовного Кодекса Российской Федерации определяющие субъективную сторону состава преступления.

Методология и методика исследования. Проведенное исследование опирается на диалектический метод научного познания явлений окружающей действительности, отражающий взаимосвязь теории и практики. Обоснование положений, выводов и рекомендаций, содержащихся в дипломной работе, осуществлено путем комплексного применения следующих методов социально-правового исследования: историко-правового, статистического и логико-юридического.

Нормативную базу работы составили: Конституция Р Ф, уголовное законодательство РФ, проанализированы материалы судебной практики.

Теоретической основой исследования явились научные труды отечественных ученых в области уголовного права и уголовной политики, а также иные литературные источники и материалы периодической печати, относящиеся к проблемам дипломной работы, в той мере, в какой они были необходимы для возможно более полного освещения вопросов избранной темы.

Структура и объем работы соответствует целям и задачам. Дипломная работа состоит из введения, двух глав, включающих в себя шесть параграфов, заключения, Списка используемых нормативно-правовых актов и научной литературы и приложения.

Глава 1 Вина как основной признак субъективной стороны преступления

1.1 Развитие института вины в российском уголовном праве

Для того, чтобы возникло преступное деяние, виновный должен стать в известное отношение к правовой норме, отношение, являющееся в виде посягательства на реальное бытие этой нормы.

Но требование виновности как условие наказуемости далеко не всегда признавалось уголовным законодательством. В истории права мы встречаем на это различные ответы, стоящие в зависимости от культуры народа, от свойств его юридического мышления.

Так в древнейшем праве мы по всюду встречаемся с периодом так называемого физического вменения: не различалось умышленное и неосторожное причинение вреда, к ним приравнивались и случайные повреждения.

Но мало-помалу на смену этого взгляда является иной: к фактическому вменению присоединяется как его дополнение вменение моральное. Во внешнем вреде ищут проявления внутренней виновности действующего.

В нашем праве первые зачатки вменения внутреннего встречаются еще в Русской Правде, различавшей, например, убийство злоумышленное, в разбое от убийства «на пиру явлено», в ссоре. Еще сильнее выдвигается этот внутренний элемент в эпоху уставных грамот и судебников: по уставной книге разбойного приказа в случае учинения убийства указывается обвиняемого пытать: каким обычаем учинялось убийство, умышленьем или пьяным делом, не умышленьем, и сообразно этому устанавливается ответственность. Таганцев Н. С. Русское уголовное право. Общая часть. Том 1. — СПб., Нева. 1994. — С. 54.

Уложение царя Алексея Михайловича подробно останавливается на различии видов виновности, хотя даже и оно не могло отрешиться от укоренившегося принципа объективного вменения, относя, например, нередко к вине неосторожной и случайное причинения вреда; да и в позднейшем праве мы найдем несомненные следы ответственности за факт, а не выразившуюся в нем преступную волю. Таганцев Н. С. Указ. соч. — С. 55.

Вина является субъективной стороной преступления, его психологическим содержанием. Всякое преступление по советскому праву представляло собой или конкретное действие или бездействие, либо определенную деятельность. Так же как для советского уголовного права чуждо объективное вменение, так для него чужды ответственность «за мысли», «за опасное состояние личности». Иванов В. Д., Мазуков С. Х. Субъективная сторона преступления. — Ростов-на-Дону, Феникс. 1999. — С. 40.

В монографии Хвостова М. «Вина в советском трудовом праве» мы находим следующие строки: «…проблема вины, субъективной стороны преступления является одной из центральных проблем советского уголовного права. От ее правильного решения зависит построение важнейших институтов уголовного права, конструкции составов конкретных преступлений, укрепление законности в деятельности органов, ведущих борьбу с преступностью». Хвостов М. Вина в советском трудовом праве. — Минск, Былина. 1970. — С. 12.

Проблема вины являлась ареной острой идеологической борьбы с проявлениями буржуазной правовой идеологии. Задачей советских правоведов являлось разоблачение антисоветских измышлений «знатоков» советского права, в частности, и по вопросу о вине как необходимом условии уголовной ответственности.

Думается, что проблема вины выходит за рамки уголовного права и права вообще. Вина является не только правовой, но и философско-этической категорией, используемой при обосновании всех видов ответственности, существующих в обществе политической ответственности, моральной ответственности, ответственности перед общественной организацией ее члена, правовой ответственности. Поэтому изучение вины — задача не только правовых наук, но и философии, этики и психологии.

Вина представляла собой сложный и многогранный институт советского уголовного права. «Чтобы действительно знать предмет, — учил В. И. Ленин, — надо охватить, изучить все его стороны, все связи и «опосредования» Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 33. М., Юридическая литература. 1977.- С. 19. Вина в советском уголовном праве: а) составляет субъективную сторону вступления; б) представляет собой психическое отношение лица к своему деянию и его последствиям; в) выступает в двух основных формах — в умысле и неосторожности; г) является выражением отрицательного отношения личности к интересам социалистического общества; д) является проявлением общественной опасности личности преступника; е) является непосредственной психологической причиной совершенного лицом преступления; ж) представляет собой элемент состава преступления; з) является необходимым условием уголовной ответственности и в то же время ее мерой. Совокупность этих признаков, этих граней и сторон и определяет вину в советском уголовном праве. Причем приведенные моменты предоставляют собой не разные понятия вины, а разные стороны и связи единого понятия вины. Они должны изучаться без отрыва их друг от друга, без преувеличения каждой из них, с правильным пониманием их места и значения в общей проблеме.

Каждая отрасль советского права, включая и уголовное право, строилась на основе системы правовых принципов, основных руководящих начал, пронизывающих всю систему норм данной отрасли права и определяющих содержание ее важнейших институтов и норм. Принцип ответственности только при наличии вины (принцип вины) являлся одним из важнейших принципов советского уголовного права. Применяемая к невиновным лицам, уголовная ответственность бесцельна и вредна. Именно поэтому социалистическое правосознание считало применение уголовной ответственности без вины несправедливым.

Принцип вины в советском уголовном праве означал следующее:

а) уголовная ответственность может быть возложена лишь на лицо, виновное в совершении преступления, т. е. умышленно или по неосторожности совершившее предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние;

б) с другой стороны, лицо, виновное в совершении преступления, подлежит уголовной ответственности и может быть освобождено от нее лишь в случаях и в порядке, предусмотренном законом;

в) любые объективные обстоятельства преступления могут влиять на ответственность субъекта - в качестве признака состава преступления или обстоятельства, отягчающего ответственность — лишь в том случае, если они охватывались умыслом или неосторожностью виновного, т. е. могут быть поставлены ему в вину;

г) мера уголовной ответственности определяется, наряду с тугими обстоятельствами, степенью вины лица, совершившего преступление. Рарог А.и. Вина в советском уголовном праве / Науч. ред. Здравомыслов Б. В. — Саратов: Изд-во Саратовского ун-та, 1997. — С. 47.

В силу тесной связи уголовного и уголовно-процессуального права принцип вины нашел свое отражение и закрепление и в уголовно-процессуальном законодательстве, прежде всего, в установлении процессуальных гарантий соблюдения этого принципа. Там же. — С. 52.

Ст. 2 Основ уголовного судопроизводства требует «чтобы каждый, совершивший преступление, был, подвергнут справедливому наказанию, и ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осужден». Хвостов М. Указ. раб. — С. 71.

Важной процессуальной гарантией осуществления на практике принципа вины является презумпция невиновности, вытекающая из ст. 7, 14, 36 и 43 Основ уголовного судопроизводства. Она означает, что лицо считается по закону невиновным в совершении преступления до тех пор, пока его вина не будет установлена компетентным органом в предусмотренном законом порядке. Характеризуя правовое положение лица, обвиненного или заподозренного в преступлении, презумпция невиновности определяет ряд конкретных правил уголовно-процессуального права, призванных гарантировать реальное воплощение в жизнь принципа вины.

В силу указанной презумпции виновность лица может иметь юридическое значение и влечь для лица правовые последствия лишь тогда, когда она доказана и признана в установленном законом порядке.

Но нельзя смешивать два разных вопроса: а) когда человек становится виновным -- в момент совершения преступления, т. к. виновность это не оценочная категория, а реальный факт объективной действительности, существующий независимо от его познания и установления и б) когда человек может быть признан виновным, т. е. когда и в каком порядке объективный факт виновности устанавливается. Смешение этих двух вопросов, лежащих в разных плоскостях, приводит к тому, что иногда утверждается, что виновным человек делается в силу судебного приговора. А это превращает виновность из факта объективной действительности, подлежащего отражению в судебном приговоре, в оценочное суждение суда, в факт, порождаемый этим приговором Рарог А.и. Указ. соч. — С. 55.

Таково, в общих чертах, законодательное закрепление принципа вины в советском уголовном праве. Советское законодательство являлось важным этапом в развитии советского права и отражением достижений уголовно-правовой науки, в частности, по проблеме вины.

Можно сделать вывод, что актуальность комплексного исследования вины присутствует во все времена. На сегодняшний день, в процессе построения демократического общества, повышается роль нравственных начал в регулировании жизни общества, повышения значения моральной ответственности и, следовательно, значения категории вины.

1.2 Понятие и содержание вины в российском уголовном праве

В уголовно-правовой теории существуют различные определения вины: концепция опасного состояния, когда вина лица за совершенное деяние подменяется опасностью личности как таковой, а само деяние воспринимается как проявившийся симптом такого опасного состояния; оценочная (нормативная) концепция, при которой вина лица за совершенное деяние сводится к оценочной характеристике ее судом; психологическая концепция, когда вина считается субъективным (одобрительным) отношением лица к своим общественно опасным и противоправным действиям и к вредным последствиям совершения преступления. УК РСФСР 1960 г. и УК РФ 1996 г. законодательно закрепили последнюю из перечисленных концепций. Более того, в нашем государстве она стала общепризнанной в теории и на практике Завидов Б. Д. Вина и ее доказывание в налоговых, гражданских и уголовных правонарушениях//Право и экономика. -1999-№ 9.- С. 18.

Кудрявцев В.Н. пишет «Вина лица всегда материализуется в совершении определенных общественно опасных действий (или в бездействии). Поэтому объективные признаки преступления выступают в единстве с его субъективными признаками. Вместе с тем вину как психологическую категорию не следует отождествлять с виновностью. Доказать виновность лица означает установить в его действиях (бездействии) наличие конкретного состава преступления. Поэтому определение субъективной стороны преступления является завершающим моментом установления состава преступления в действиях лица и, следовательно, в решении вопроса о его виновности. Специфическая особенность субъективной стороны состава преступления состоит в том, что она не только предшествует исполнению преступления, формируясь в виде мотива, умысла, плана преступного поведения, но и „сопровождает“ его от начала и до самого конца преступного деяния, представляя собой своеобразный самоконтроль за совершаемыми действиями. В связи с этим в широком смысле субъективная сторона преступления, не переставая быть субъективным отношением к содеянному, понимается как проявление негативной установки личности, обусловленной социальной средой, а также выработанными у личности ценностными ориентациями и отдельными антисоциальными мотивами поведения. Такой аспект субъективной стороны служит основанием для разработки общих и специальных профилактических мер по предотвращению субъективных причин совершения преступления». Кудрявцева В. Н. Механизм преступного поведения. М., Юридическая литература. 1981. — С. 227.

Согласно этой точке Кудрявцева В. Н. в монографии «Механизм судебного поведения» содержание вины составляет психический процесс, происходящий в сознании преступника при совершении преступления и заключающийся в определенном психическом отношении лица к общественно опасному деянию и его последствиям. В конечном счете, он образует субъективную сторону преступления. Исследуя обстоятельства дела, суд дает оценку психическому отношению субъекта к совершенному им деянию, а также личности виновного. Таким образом, оценочный момент в определении вины, не изменяя ее сущности, помогает раскрыть социально политическое содержание вины, отражающее антиобщественную установку и ориентацию преступника." Кудрявцев В. Н. Указ. соч. — С. 228.

По мнению Дагеля П. С., Котова Д. П. «понятие вины вообще адекватно понятию любого недозволенного, предосудительного поступка, Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. — М., Слово. 1978. Т.1. — С. 204. что вина в уголовном праве сложилась как оценочное понятие, стоящее между преступлением и ответственностью; это понятие является связующим их звеном: субъект несет уголовную ответственность не непосредственно за совершение преступления, а за вину, заключающуюся в совершении преступления». Дагель П. С., Котов Д. П. Субъективная сторона преступления и ее установление. — Воронеж, Юридиздат. 1974. — С. 63−67; Рарог А. И. Указ. соч.- С. 6−8.

Представляется, что изложенные точки зрения неприемлемы. Первая из них превращает вину в аморфную и к тому же объективную, а не субъективную категорию. Вторая не соответствует ни сути вины как субъективного отношения к общественно опасному деянию (что закреплено в уголовном законе), ни ее месту в составе преступления. В связи с этим, на наш взгляд, ошибочно утверждение, что «основанием применения наказания является вина преступника, проявленная в совершенном преступлении».

То есть установление вины лица позволяет выяснить причины выбора субъектом преступного варианта поведения, способа совершения действий и использования внешних условий их совершения, т. е. определить степень субъективного контроля преступного поведения. При этом необходимо избегать крайностей.

По данному вопросу О. Д. Ситковская пишет: «избыточность попыток обогатить определение законодателем умысла или неосторожности использованием психической терминологии наглядно иллюстрирует неудача авторов проекта УК РФ 1993 г., которые первоначально предложили следующее определение: „вина — это сознательно-волевое психическое состояние лица, совершившего преступление, выраженное в форме умысла или неосторожности“». Не говоря о том, что непонятно, к чему относятся последние слова — к состоянию субъекта или к преступлению, это определение было подвергнуто единодушной критике на всех обсуждениях проекта как не имеющее преимуществ в правоприменении по сравнению с традиционным. Поэтому в процессе работы над проектом УК РФ был восстановлен первоначальный текст, достаточный для целей уголовно-правового регулирования." Ситковская О. Д. Психологический комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. — М.: Логос, 1999. — С. 40.

Представляется, что главным элементом субъективной стороны, необходимым для установления наличия преступления, выступает вина в виде умысла или неосторожности. При таком подходе содержанием вины является категория, отражающая взаимосвязанные компоненты психической деятельности субъекта, которые составляют его отношение к совершаемому общественно опасному деянию. Под формой же вины понимается выражение внутренней связи и способа организации взаимодействия компонентов как между собой, так и с внешними условиями, с объективной стороной преступления.

А. И. Рарог также считает, что под формой вины следует понимать законодательно определенное сочетание интеллектуальных и волевых процессов, протекающих в психике виновного по отношению к юридически значимым объективным свойствам преступного деяния. Рарог А. И. Указ. соч. — С. 88.

Отсюда можно сделать вывод, что названные компоненты являются обязательными компонентами психологического содержания как умышленных, так и неосторожных преступлений.

Исходя из этого представляются приемлемыми следующие доводы:

— вина как и деяние, — собирательное понятие, которое в связи с этим должно иметь общий характер и включать в себя признаки, свойственные не каждому входящему в него виду в отдельности, а лишь те, которые присущи всем видам. Для умысла характерно психическое отношение к действию и последствию, для неосторожности — только к последствию. Поэтому определение вины как психического отношения к общественно опасному деянию и его последствиям на первый взгляд представляется неточным, так как включает в себя признаки, свойственные не всем видам вины.

Даже с учетом того, что психологические механизмы умышленного и неосторожного преступного акта принципиально различны, в теории уголовного права вина как психическое отношение к содеянному рассматривается в понятиях, относящихся к различным сферам психики личности: в качестве элементов сознания и в качестве элементов воли.

С точки зрения психологической теории вина представляется психологическим процессом, протекающим в сознании лица, совершающего преступление, совпадающим с основными психологическими компонентами.

Касаясь понятия элемента воли, нельзя не отметить мнение, что о том, что уголовно-правовая конструкция вины представляет собой формально-юридическую дефиницию и полностью удовлетворяет запросы практики, несколько упрощает проблему: нельзя отождествлять употребление терминов «умысел» и «неосторожность» в быту и в праве. Уголовно-правовое понятие вины не сводится к характеристике мыслительных процессов — оно включает и волевой компонент, это умышленный или неосторожный поступок, запрещенный уголовным законом.

В соответствии с уголовно-правовым принципом вины (ст. 5 УК РФ) и законодательным определением преступления (ч. 1 ст. 14 УК РФ) вина представляет собой неотъемлемое свойство подобного деяния и обязательны признак любого состава преступления.

Ее неустановление исключает ответственность субъекта, поэтому «под виной понимается психическое отношение субъекта к совершенному им общественно опасному деянию и его последствиям, выраженное в форме умысла или неосторожности Скляров С. Проблемы определения понятия вины в уголовном праве России // Уголовное право. — 2003. — № 2. -С. 51.

Так С. признан виновным в хулиганстве, совершенном с применением ножа, и в применении насилия, опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти Б. в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Заместитель прокурора Самарской области, не оспаривая приговор в отношении осуждения С. за хулиганство, в кассационном протесте поставил вопрос об отмене приговора в части его осуждения по ч. 2 ст. 318 УК РФ с направлением дела на новое рассмотрение, указав, что С. ударами ножа причинил работнику милиции Б. колото-резаные ранения в левой паховой области и на левой ушной раковине и пытался нанести еще несколько ударов, т. е. совершил посягательство на жизнь работника милиция, в связи с чем органы предварительного следствия обоснованно квалифицировали его действия по ст. 317 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам Самарского областного суда приговор оставила без изменения, а кассационный протест -- без удовлетворения, указав следующее. С. осужден обоснованно. Доводы прокурора о необходимости изменения квалификации действий Садиева опровергаются материалами дела.

Вина С. в применении насилия, опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти установлена показаниями потерпевшего Б., свидетелей, работников милиции В., Ф. и других, протоколом осмотра места происшествия, заключением судебно-медицинского эксперта о тяжести причиненного потерпевшему телесного повреждения и другими доказательствами.

Осужденный не отрицал, что причинил Б. телесные повреждения ножом. Однако как на предварительном следствии, так и в судебном заседании он утверждал, что не имел умысла на посягательство на жизнь работника милиции.

Показания С. об отсутствии у него умысла на убийство материалами дела не опровергнуты.

По смыслу закона лицо может быть признано виновным в посягательстве на жизнь сотрудника правоохранительного органа только при наличии прямого умысла, т. е. когда действия виновного свидетельствуют о том, что он предвидел наступление смерти и желал этого.

В протесте не приведены доказательства наличия у С. прямого умысла на убийство потерпевшего.

Высказывание осужденного во время совершения хулиганства, что он всех порежет, в том числе и себя, не свидетельствует о прямом умысле на убийство Б., поскольку конкретно кому-либо убийством он не угрожают, а, как видно из его показаний, размахивал ножом, пытаясь закрыть дверь и не пустить сотрудников милиции в свою квартиру, в результате чего Б. были причинены легкие телесные повреждения в паху и на левой ушной раковине.

При таких обстоятельствах, оценив показания С., потерпевшего Б. и свидетелей в совокупности со всеми материалами дела, суд обоснованно пришел к выводу об отсутствии у виновного прямого умысла на посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа и правильно квалифицировал его действия по ч. 2 ст. 318 УК РФ как применение насилия, опасного для жизни или здоровья, в отношении представителя власти. Дело № 27−256 по обвинению С. из архива Октябрьского федерального суда г. Самары.

Антисоциальная сущность вины заключается в том, что субъект направляет свое сознание (интеллект) и волю на совершение тех или иных деяний в ущерб личности, обществу или государству.

Различное соотношение интеллектуального и волевого элементов вини служит критерием ее подразделения в ст. 24 УК РФ на умысел и неосторожность. В свою очередь, умышленная форма вины выступает в виде прямого и косвенного умысла (ст. 25 УК РФ), а неосторожность -- в виде легкомыслия и небрежности (ст. 26 УК РФ).

Вина представляет собой целостную и достаточную (для определения характера и степени ответственности) характеристику преступления, раскрывающую все существенные стороны содеянного. При этом вина не тождественна деянию, причиняющему вред, как любое отражение не тождественно своему объекту. В случае совершения преступления вина обнаруживает антисоциальное либо пренебрежительное отношение индивида к правовым запретам, связывает внешне противоправное с внутренне порочным и социально опасным. Вина образует субъективную сторону преступного деяния и одновременно выступает характеристикой преступления, всех его существенных признаков, необходимых для привлечения к уголовной ответственности. Однако только состав преступления является единственным основанием привлечения к уголовной ответственности.

Виновность лица подлежит обязательному установлению. Неверное установление формы вины, да и вины вообще ведет к нарушению принципа законности, так, например Древновский был признан виновным в злостном неисполнении решения суда, совершенном при следующих обстоятельствах.

Согласно решениям судов гарнизона и флота, начальник КЭЧ подполковник Древновский был обязан выдать офицеру Злотникову справку об отсутствии у последнего жилой площади в поселке Артемовском Приморского края. Исполнить судебное решение он должен был в срок до 18 марта 1997 г В период с 13 марта по 7 апреля 1997 г. Древновский дважды выдавал на имя Злотннкова справки, не соответствовавшие резолютивной части кассационного определения.

7 апреля 1997 г. военный суд Владивостокского гарнизона Наложил на
Древновского штраф в размере пяти минимальных размеров оплаты труда и
установил новый срок для его исполнения.

Решения судов надлежащим образом исполнены только 30 апреля 1997 г. в протесте Главного военного прокурора ставился вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных решений в связи с неполнотой и односторонностью судебного следствия, и несоответствием выводов Суда фактическим обстоятельствам дела.

Рассмотрев дело и обсудив доводы на протест Военная коллегия отменила приговор в определение суда кассационной инстанции, а уголовное дело прекратила.

В своем определении коллегия указала, что уголовную ответственность по ст. 315 УК РФ влечет не любое, а лишь злостное неисполнение судебного решения.

Как видно из приговора, суд усмотрел злостность в том, что Древновский не исполнил надлежащим образом судебные решения после письменного предупреждения суда.

Таким предупреждением суд признал определение суда от 7 апреля 1997 г. о наложении на Древновского штрафа. Однако при этом не учтено, что это определение было обжаловано в кассационном порядке и до рассмотрения дела вышестоящим судом; т. е. до 25 августа 1097 т., не имело юридической силы. К тому же, Древновским принимались определенные меры к исполнению судебного решения.

Судом установлено, что 27 февраля 1397 им была подписана справка с указанием того, как Злотников распорядился своей квартирой в пос. Артемовском. По объяснениям Древновского, он полагал, что выдачей такой справки он исполнит судебное решение.

Судебным исполнителем военного суда был составлен акт, согласно которому эта справка не соответствовала судебному решению, и потому решение считалось не исполненным.

После этого Древновскнй подписал еще одну справку, содержащую как запись об отсутствии у Злотникова жилой площади в пос. Артемовском, так и сведения о том, как тот распорядился ею.

По получении этого документа суд, по просьбе КЭЧ, направил образец
справки, которая соответствовала бы решению суда, после чего требуемая
справка была выдана.

Изложенное, делается вывод в определении, свидетельствует, что Действия Древновского не образуют состава злостного неисполнения судебного решения, в связи, с чем дело подлежит прекращению. Судебная практика по уголовным делам. Разъяснения по вопросам Общей и Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации. /сост. С. А. Подзоров.- М. «Экзамен». 2001. С. 691−692.

Указание в ст. 5 УК РФ на личную и виновную ответственность -- крупный шаг вперед в направлении дальнейшего совершенствования законодательства, поскольку он возводит краеугольную правовую категорию субъективного вменения в ранг его руководящего начала, основополагающей идеи. Следует приветствовать внесение в определение преступления признака виновности.

Ранее в теоретической литературе по уголовному праву давалось определение понятия преступления с добавлением, указывающим на виновность как на необходимый (конструктивный) признак, характеризующий преступление. В ст. 3 Основ уголовного законодательства и УК РСФСР вина называлась обязательным основанием уголовной ответственности, что создавало определенное противоречие между нормой об основаниях уголовной ответственности и понятием преступления. В понятии преступления, данном в ст. 14 УК РФ 1996 г., этот недостаток устранен путем указания на виновность как на один из признаков преступления. Правда, по этому вопросу существует иной взгляд, согласно которому вина рассматривается как основа субъективной стороны состава преступления. Лекшас И. Вина как субъективная сторона состава преступного деяния. — М., Юридическая литература. 1958. — С. 43. Однако некоторые авторы, наоборот, доказывают неоднозначность вины и виновности понятий. Шавгулидзе Т. Г. Уголовно-правовое значение аффекта: Автореф. дисс. докт. юрид. наук. — М., 1974. — С. 18. Есть мнение, что вина — это субъективное основание ретроспективной уголовной ответственности. Петров В. В. Экологические преступления: понятие и составы // Государство и право. — 1993. — № 8. — С. 91−92. В литературе приводятся доказательства того, что вина-- это регулятор преступного поведения. Миньковский Г. М., Петелин Б. Я. О понятии вины и проблемах ее // Государство и право. — 1992. — № 5. — С. 61. Вместе с тем вина рассматривается и как признак преступления, Кузнецова Н. Ф. Преступление и преступность. — М., Лениздат. 1969. — С. 40−41. и как психическое отношение к деянию. В законе понятие вины определено в таких терминах, как «осознание», «процесс предвидения» «и желание или сознательное допущение наступления вредных последствий» — при умысле (ст. 25 УК рФ); как «предвидение» и «самонадеянный расчет на предотвращение вредных последствий» или «непредвидение таких последствий при наличии возможности и обязанности их предвидеть» — при неосторожности (ст. 26 УК РФ).

Можно сделать вывод, что закон выделяет основное направление психического отношения лица к содеянному — его отношение к наступившим последствиям своего преступного поведения.

Чтобы уяснить изначальный смысл понятия вины, обратимся к словарю русского языка. Так, слово «вина» означает причину, источник чего-нибудь неблагоприятного; «винить» -- упрекать; «виновный» -- тот, на котором лежит вина, кто совершил проступок; «виновность» -- наличие вины, участие; в преступлении, проступок. Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., 1987. — С. 675.

Как видим, ни в одном из данных определений вина не имеет значения психического отношения. Вина в большей мере связывается с объективными данными как событие, вызывающее изменение во внешнем мире (проступок, участие в преступлении, причина, источник и т. п.).

Конечно, приведенные понятия вины не исключают сознательной деятельности, но в то же время и не растворяют его в ней. Встречается определение, согласно которому вина имеет значение упрека -- внешней оценки, оценки поведения со стороны. Исходя из семантики понятия вины, вряд ли имеются основания отнести вину к психологической категории.

Вопрос о социальной сущности вины затрагивался русскими криминалистами еще в прошлом столетии. Так, Н. С. Таганцев Таганцев Н. С. Указ. раб. — С. 571−577. определял социальную сущность вины как психологическую настроенность правонарушителя против существующего правопорядка. В советском праве выяснение социальной сущности вины составляет важную теоретическую проблему, так как в советском обществе преступление посягает на интересы народа и осуждается от имени государства.

По нашему мнению, социальную сущность вины составляет отрицательное (что характерно для умысла) либо пренебрежительное, или недостаточно внимательное (что характерно для неосторожности) психическое отношение к основным социальным ценностям, проявившееся в конкретном преступном деянии.

Одним из основных показателей, характеризующих вину, является ее степень. Так же, как и понятие сущности вины, понятие степени вины в уголовном законодательстве отсутствует и в настоящее время носит скорее теоретический характер. Тем не менее теоретическая разработка степени вины имеет определенное практическое значение, тем более что судебная практика применяет это понятие достаточно широко. Для дальнейшего внедрения этого показателя вины в судебную практику необходимо максимально его конкретизировать и разработать определенные показатели объективного характера.

Степень вины изучали многие ученые, но единства в трактовке этого понятия до сих пор не достигли, как и в толковании многих других уголовно-правовых понятий, носящих оценочный характер. Задача заключается в том, чтобы приспособить это понятие к нуждам судебной практики, снабдив его объективными критериями.

Некоторые исследователи вины усматривали разницу в ее степени в различиях между умыслом и неосторожностью Ошерович Б. К вопросу о степенях виновности // Ученые записки ВИЮН. Вып. 1. — М., 1980. — С. 68−69. и тем самым смешивали качественную и количественную характеристики вины. Другие ученые под степенью вины подразумевали определенный уровень интенсивности интеллектуальных и волевых процессов, составляющих в своей совокупности содержание вины Макашвили В. Г. Уголовная ответственность за неосторожность. — М., Госполитиздат. 1957. — С. 13., т. е. считали степень вины чисто психологической категорией, лишенной социально-этической нагрузки. Было высказано и мнение, что «вопрос о степенях вины лежит за рамками признания наличия умысла или неосторожности. Он разрешается не только в зависимости от наличия этих признаков, а в зависимости от всех обстоятельств дела, объективных и субъективных, т. е. зависимости от степени вины как основания уголовной ответственности» Утевский Б. С. Вина в советском уголовном праве. — М., Юридическая литература. 1950. — С. 74. Искусственно разрывая юридическую и социальную сущность вины, сторонники этой точки зрения относят юридическую сущность к умыслу и неосторожности, а социальную сущность — к общественно опасному деянию в целом.

Следует подчеркнуть, что степень вины — это количественная характеристика не юридической, а социальной сущности вины, а именно — характеристика глубины деформированности социальной ориентации субъекта. Она определяется не только формой вины, но и особенностями психической деятельности лица, целями и мотивами его поведения, личностными особенностями и т. д.

Влияние вины на ее степень бесспорно. В умышленном преступлении виновный, сознательно посягая на социальные ценности, определенно проявляет свое отрицательное к ним отношение, а при неосторожном преступлении такая определенность отсутствует. Следовательно, ценностные ориентации при умысле более деформированы, чем при неосторожности. Сложнее соизмерить соотносительную тяжесть видов умысла и видов неосторожности. Если сравнивать прямой и косвенный умыслы при одинаковых прочих условиях, то прямой умысел всегда опаснее косвенного.

Так, человек, желающий смерти многих людей, опаснее человека, открывшего в толпе беспорядочную стрельбу, а лицо, сознательно допускающее смерть больного в поджигаемом доме, менее опасно, чем поджигатель, стремящийся причинить смерть тому же больному.

В постановлении Пленума верховного Суда Р Ф от 27 января 1999 г. № 1 «в целях обеспечения правильного применения законодательства, предусматривающего ответственность за умышленного причинение смерти другому человеку, даются следующие разъяснения: «Если убийство совершено как с прямым, так и косвенным умыслом, то покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и т. д.)». Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. — 1999. — № 3. — с.4.

Также в постановлении Пленума верховного Суда Р Ф от 27 января 1999 г. № 1 говорится, что «…при решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений, а также предшествующую преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения». Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. — 1999. — № 3. — с.4.

Помимо форм и видов вины на ее степень влияют особенности содержания интеллектуального и волевого процессов, происходящих в психике виновного. Объем и определенность сознания, характер предвидения, преднамеренность, настойчивость в достижении цели могут существенно повлиять на степень вины при умысле. Степень легкомыслия в оценке обстановки, характер обязанности предвидеть и причины непредвидения последствий могут повысить или снизить степень неосторожной вины.

Влияние мотива и цели на степень вины осуществляется не непосредственно, не в качестве ее составных элементов (каковыми эти признаки не являются), а в силу их диалектической взаимосвязи с интеллектуальной и волевой сторонами психики человека. «Именно мотив является связывающим звеном между сознанием и волей индивида. Более того, именно он связывает все объективные и субъективные признаки состава в единое целое» Тарарухин С. А. Установление мотива и квалификация преступления. — Киев. Житня. 1977. — С. 61.

Цель и мотив определяют постановку конкретных задач реальных действий, выбор средств и способов их решения. На их основе возникает идеальная мысленная модель преступного деяния, следовательно, они представляют тот фундамент, на котором рождается реальное психическое отношение лица к общественно опасному деянию, то есть вина. Являясь непосредственным порождением неправильных ценностных ориентации человека, они несут отрицательный в социальном плане заряд в психическую деятельность этого лица, связанную с определенным общественно опасным деянием, придают этой психической деятельности предосудительный, порицаемый характер.

Особенности объекта и объективной стороны, а иногда и особые свойства предмета посягательства оказывают влияние на степень вины через содержание умысла или неосторожности. Например, осознание общественной опасности конкретного преступления предполагает, что виновный предвидит не абстрактный вред своего деяния, а наступление в каждом случае вполне определенного по характеру и количественным показателям вреда: легкого, средней тяжести либо тяжкого вреда здоровью. Поэтому осознание большей или меньшей тяжести причиняемого вреда означает большую или меньшую степень отрицательного отношения к основным социальным ценностям. То же самое касается и других объективных черт преступного деяния.

Таким образом, степень вины -- это оценочная категория, содержащая психологическую и социальную характеристику вины с ее количественной стороны и выражающая меру отрицательного, пренебрежительного или недостаточно внимательного отношения лица, виновного в совершении преступления, к основным социальным ценностям. Степень вины конкретного лица в совершении определенного преступления является непосредственным выражением меры искажения ценностных ориентаций виновного. Поэтому она находится в прямой зависимости с величиной уголовно-правового принуждения, необходимого для устранения дефектов в социальных ориентациях правонарушителя, с характером и размером назначаемого ему наказания.

Обобщая все изложенное, можно дать следующее развернутое определение вины: «Вина есть психическое отношение лица в форме умысла или неосторожности к совершаемому им общественно опасному деянию, в котором проявляется антисоциальная, асоциальная либо недостаточно выраженная социальная установка этого лица относительно важнейших социальных ценностей».

Благодаря вине правонарушение уже стало не просто объективно неправомерным фактом, но и выразило, в себе определенно отрицательное отношение правонарушителя к интересам социалистического общества или отдельного советского гражданина. В этом именно и заключается социальное содержание вины как условия ответственности по советскому праву.

Вина, согласно оценочному учению о вине, есть не умысел или неосторожность, а отрицательное отношение субъекта к общественно значимым ценностям.

Действующий УК РФ не содержит определения вины, однако необходимость такового актуальна.

Законодатель внес изменения в понятие умысла, неосторожности, определил, что такое случай, но обошел стороной понятие вины, хотя все эти понятия тесно связаны.

Наличие нормы, раскрывающей понятие вины, позволило бы определить природу вины как психического феномена, проявившегося при совершении социально значимого деяния, определило бы содержание вины, ее сущность, ответило бы на вопрос к чему устанавливается виновное отношение -- к деянию, его последствиям или преступлению в целом, служит ли вина проявлением только осознанного или бессознательного психического, или есть результат их взаимодействия.

Естественно, определение вины подняло бы ее значимость в субъективном вменении. Вина -- проявление не просто психики, а психики определенного, конкретного содержания. По содержанию вины одинаковые по внешней форме преступные деяния отличаются одно от другого.

Глава 5 УК РФ названа «Вина», однако определения вины в ней не дано, а следовательно, не очерчены общие рамки умысла и неосторожности.

Например, тт. 1 ст. 24 ограничивается следующей формулировкой: «Виновным в преступлении признается лицо, совершившее деяние умышленно или по неосторожности». Согласно ст. 25 УК РФ умысел сведен к умозаключениям лица по поводу деяния -- осознание его общественной опасности, предвидение и желание наступления общественно опасных последствий или сознательное их допущение. Однако сознанием виновного в умышленном деянии охватываются и иные объективные признаки состава преступления -- место, время, способ, обстановка, орудия, потерпевший, а также смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства (ст. 61, 63). При существующем сегодня определении умысла все перечисленное оказывается не только вне умысла, но и вообще без юридической оценки, т. е. обнаруживается пробел в законодательстве.

Именно поэтому нельзя согласиться с мнением, что в силу многогранности, многосложности, непостижимости вины не следует давать ее определение в законе, так как оно может быть представлено лишь в упрощенных логических формах.

Можно сказать, что вина — это категория правовая. Она дана в ст. 49 Конституции Р Ф, в ст. 5, 14, 24, 60 УК РФ, а также в других нормативных актах, но ни в одном из них нет определения вины.

Конкретная формулировка помогла бы решить все вопросы, касающиеся вины, такие, как виды вины или преступления с двумя формами вины. Сознание и предвидение -- психические процессы, обращенные как на настоящее, так и на будущее. Допущения и расчет -- волевые процессы. Вина есть психический процесс, протекающий в момент совершения преступления и связанный с деянием и его последствиями.

Таким образом, вина — это психический процесс, обусловленный объективными признаками преступления, главным из которых является предвидение общественно опасных последствий, одинаково присущих категориям умысла и неосторожности.

глава 2 ФОРМЫ ВИНЫ

2.1 Умысел и его виды

Умысел — это наиболее распространённая в законе и на практике форма вины. Из каждых десяти преступлений около девяти совершается умышленно. В ст. 25 УК РФ впервые законодательно закреплено деление умысла на прямой и косвенный.

Выборочные исследования показывают, что удельный вес умышленных преступлений достигает 90−92% от общего числа совершенных преступных деяний. Так на декабрь 2004 г. в целом по России было совершено 2 893 810 (55,4%) преступлений, из которых 2 604 429 преступлений являются умышленными. Этим обусловлена необходимость углубленного исследования психологического содержания и социальной сущности умышленной формы вины, что соответствует и требованию Верховного Суда Р Ф, который, в частности, в постановлении от 27 января 1999 г. «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» обратил внимание судов на обязательность учета вида умысла, мотивов и целей преступления при назначении наказания. Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. — 1999. — № 3. — с.4.

В зависимости от психологического содержания умысел подразделяется на два вида — прямой и косвенный. В соответствии с законом преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо, его совершившее, осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой