Гражданская правосубъектность физических лиц

Тип работы:
Дипломная
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

СОДЕРЖАНИЕ

  • ВВЕДЕНИЕ
  • ГЛАВА 1. ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВАЯ ИНДИВИДУАЛИЗАЦИЯ ФИЗИЧЕСКИХ ЛИЦ
  • 1.1 Понятие правосубъектности в Российской Федерации
  • 1.2 Правосубъектность граждан в современном зарубежном законодательстве
  • ГЛАВА 2. СОСТАВЛЯЮЩИЕ ПРАВОСУБЪЕКТНОСТИ ГРАЖДАН (ФИЗИЧЕСКИХ ЛИЦ)
  • 2.1 Понятие правоспособности граждан (физических лиц)
  • 2.2 Дееспособность граждан. Правовые основания ограничения дееспособности гражданина
  • 2.3 Дееспособности несовершеннолетних
  • ГЛАВА 3. АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПРАВОСУБЪЕКТНОСТИ
  • 3.1 Актуальные вопросы опеки и попечительства
  • 3.2 Проблема частичной правоспособности
  • 3.3 Признание гражданина безвестно отсутствующим и объявление гражданина умершим
  • ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  • БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы дипломного исследования. Правосубъектность — это правовая категория, которая используется различными отраслями права. До настоящего времени нет единства в определении данного понятия. Вместе с тем определение понятия правосубъектности в гражданском праве является отправным пунктом для характеристики субъектов гражданского права в целом, выявления общих признаков участников гражданских правоотношений, для анализа конкретных форм возникновения и осуществления гражданских прав.

В ст. 6 Всеобщей Декларации прав человека сказано: «Каждый человек, где бы он ни находился, имеет право на признание его правосубъектности». В настоящее время появляется много различных обществ и организаций, не вписывающихся в устаревшие гражданские формы, и судьям часто сложно решить вопрос об их правоспособности и дееспособности, а следовательно, и вопрос о праве на судебную защиту. Происходящие в общественной жизни поистине революционные изменения требуют фундаментального исследования проблем гражданской правоспособности и дееспособности.

В законодательстве в период, начиная с 20-х годов (когда впервые в законодательстве ставится вопрос о правоспособности), и до настоящего времени произошли существенные изменения.

Специальные научные исследования проблемы правосубъектности в гражданском праве датируются 50-ми — 70-ми годами. После этого в юридической научной литературе вопросы правосубъектности рассматривались либо косвенно в связи с другими гражданско-правовыми категориями (правоспособности и дееспособности, гражданскими правоотношениями), Прежние понятия «правосубъектности», «правоспособности», «дееспособности», используемые в законодательстве и практике, изменились, дополнились новыми элементами.

Степень научной разработанности При написании дипломной работы были использованы труды российских ученых-юристов: Т. Е. Абовой, М. М. Агаркова, Н. Г. Веберса, В. П. Грибанова, Л. Я. Даниловой, В. А. Дозорцева, Н. Д. Егорова, Н. М. Ершовой, Н. П. Журавлева, В. Иванова, О. С. Иоффе, Ю. Х. Калмыкова, В. П. Камышанского, М. П. Карпушина, С. Ф. Кечекьяна, Н. Коркунова, С. О. Коротова, О. А. Красавчикова, Л. Г. Кузнецовой, Н. П. Кузнецовой, В. А. Кучинского, В. В. Лаптева, К. К. Лебедева, Н. С. Малеина, Г. В. Мальцева, Н. И. Матузова, Н. И. Мирошниковой, А. В. Мицкевича, И. Б. Новицкого, В. А. Ойгензихта, А. И. Пергамент, Г. И. Петрова, Е. А. Суханова, Н. Н. Халфиной, В.М. Я. Н. Шевченко, Р. В. Шенгелия, Г. Ф. Шершеневича,, И. А. Ямпольской и других авторов.

Изучались труды иностранных авторов Р. Арапа, Д. М. Барта, Л. Д. Бачеза, И. Синклера, Д. Верховена.

Цель исследования. Цель настоящего исследования состоит в комплексном изучении правосубъектности физических лиц — участников гражданских правоотношений, анализе законодательства, определяющего правовое положение субъектов гражданского права, практики его применения, научное осмысление правосубъектности как самостоятельной категории гражданского права, исследование проблем ее сущности и содержания.

Объектом исследования является определение понятия и содержания категории гражданской правосубъектости в целом, изучение общих и особенных черт правосубъектности различных физических лиц- субъектов гражданского права.

Задачи дипломного исследования:

· Рассмотреть теоретические вопросы гражданской правоспособности и дееспособности;

· Рассмотреть объективный, относительно не зависящий от воли законодателя характер гражданской правоспособности;

· Определить понятие и особенности гражданской дееспособности, рассмотреть проблематику ее правового использования в РФ;

· Рассмотреть пути совершенствования понятий правоспособности и дееспособности граждан в современном российском праве.

Методы исследования. Методологическую основу дипломного исследования составляют концептуальные положения общенаучного диалектического метода познания и вытекающие из него частно-научные (формально-юридический, сравнительно-правовой и формально-логический) методы толкования права.

Структура работы. Дипломная работа состоит из введения, трех глав, включающих в себя восемь параграфов, заключения и библиографического списка.

ГЛАВА 1. ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВАЯ ИНДИВИДУАЛИЗАЦИЯ ФИЗИЧЕСКИХ ЛИЦ

1.1 Понятие правосубъектности в Российской Федерации

Понятие «физическое лицо» является специально юридическим для обозначения индивидуального субъекта права. В советском законодательстве и научных работах индивидуальный субъект права обозначался главным образом через понятие «гражданин». Это объяснялось тем, что «советский закон предоставляет иностранным гражданам широкие права и возможности, обеспечивая для них во многих областях общественных отношений такое же положение, как и для советских граждан» Халфина Р. О. Общее учение о правоотношении [Текст]. М., Юридическая литература, 1974. — С. 139 — 141. В постсоветской России законодательство вернулось к понятию «физическое лицо». Такой подход представляется более логичным: понятие «физическое лицо» шире понятия «гражданин» и охватывает всех индивидуальных субъектов права.

Физическому лицу как субъекту права свойственны два основных признака. Первый признак заключается в том, что субъекты права — это лица, которые могут быть носителями субъективных юридических прав и обязанностей. Второй признак состоит в том, что они приобрели свойство субъекта права в силу юридических норм. Данное свойство, т. е. способность нести и осуществлять права и обязанности, называется правосубъектностью.

Наличие у субъектов прав и обязанностей, возможность иметь другие права и обязанности обусловлены их участием в общественных отношениях, которые являются сферой правового регулирования Мицкевич А. В. Субъекты советского права [Текст]. М., Юридическая литература, 1963. -С. 5. Детализация этого регулирования по определенным сферам предполагает выделение предметно однородных отношений и лежит в основе классификации правосубъектности по отраслевым разновидностям. Исходя из этого, выделяют общую, отраслевую и специальную правосубъектность Алексеев С. С. Общие теоретические проблемы системы советского права [Текст]. М., Госиздат, 1961.- С. 282.

Правовое положение личности как совокупностей установленных государством прав, обязанностей и свобод не является чем-то иностранным, неизменным, вечным.

Конституция Российской Федерации «гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств.» В стране «запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности.» Теория государства и права: учебник для юридических вузов [Текст]/Под ред. А. С. Пиголкина, М, Городец, 2003.- С. 13. Однако, равенство административной правоспособности граждан России, как общей способности иметь права нести обязанности, не означает, что реально все граждане обладают всем комплексом конкретных субъективных прав и обязанностей, предусмотренных законом.

Административная правоспособность граждан не может быть отчуждаема и передаваема. Её объём изменяется лишь законом. Для отдельных граждан эта правоспособность может быть временно ограниченна в случаях и порядке, определяемых законодательством, например, в связи с совершением уголовного или административного правонарушения, за которые закон предусматривает санкции в виде лишения свободы, лишь специальных прав и другие право ограничения.

Конституцией Российской Федерации обозначены виды прав и свобод, не подлежащих ограничению (право на жизнь, на неприкосновенность частной жизни, свобода совести и др.)

Деление прав и обязанностей граждан опирается, прежде всего, на их систему, закреплённую Конституцией Российской Федерации. При этом конституционные права и обязанности приобретают реальное значение, когда они находят своё отражение в административно-правовых Малиновский А. А. Способы осуществления права [Текст]//Журнал российского права.- 2007.- № 3. -С. 34; Тропская С. С. Физическое лицо как носитель правового статуса налогоплательщика Российской Федерации [Текст]//Финансовое право. -2007. -№ 4. -С. 12.

Правовой статус гражданина одна из важнейших политико-юридических категорий, которая неразрывно связана с социальной структурой общества, уровнем демократии, состоянием законности. Юридический статус человека и гражданина в обществе, государстве представляет собой сложный и многосторонний конституционно-правовой механизм.

Мы полагаем, что наделение гражданина комплексом прав необходимо подкрепить системой различных гарантий социального, экономического и правового характера. В своей совокупности они должны способствовать гражданину, реализовывать свои права. Закрепление прав и обязанностей в законодательстве необходимое, но далеко не достаточное условие для установления реального статуса гражданина. Опыт показывает, что без надежных действующих гарантий провозглашение прав и свобод даже в Конституции страны может оказаться юридической фикцией. Вот почему совершенствование гарантий прав личности является важным фактором улучшения структуры правового статуса. Хохлова С. М. Граждане как субъекты гражданского права [Текст]. — Саратов, СГА, 2005.- С. 85. В этой связи мы считаем, что понятие правового статуса личности следует ограничить категориями прав, свобод, обязанностей и правовых гарантий, которые позволяют четко определять его структуру.

На наш взгляд, нормы законодательства в сфере соблюдения, реализации и защиты прав граждан характеризуются разбросанностью, бессистемностью, дублированием. В этих условиях применение таких норм может приводить к нарушению законности в деятельности исполнительной власти, и, как следствие, к нарушению прав и интересов отдельной личности. Моисеев Н. И. Правовой статус человека и гражданина [Текст]. — М., Норма, 2006. — С. 31−32.

При рассмотрении физического лица как субъекта права неизбежно возникает вопрос о его индивидуализации, поскольку, как отмечал еще Н. Л. Дювернуа, «господствующий тип конкретного гражданского правоотношения в современном быту есть именной… Явления безыменного обмена, при помощи предъявительских бумаг, билетов, марок, если и исключают именную известность соучастников, то только до той минуты, пока операция совершается бесспорно. При первой потребности в содействии суда необходимость именной известности сторон, их местожительства выступает в этих безыменных операциях тотчас же на первый план, как и в именных сделках и правоотношениях» Дювернуа Н. Л. Чтения по гражданскому праву [Текст]. М., Статут, 2003.- С. 104.

Общепризнанно, что «имя является обозначением личности; оно отличает человека от других и связывает с собой всю совокупность представлений о внешних и внутренних качествах его носителя» Покровский И. А. Основные проблемы гражданского права [Текст]. М.: Статут (в серии «Классика российской цивилистики»), 1998. — С. 123. В настоящее время имя физического лица, будучи важнейшим элементом его идентификации, необходимым условием участия в правоотношениях, недостаточно глубоко исследуется в литературе, что негативно отражается как на содержании правовых норм, регулирующих отношения в этой сфере, так и на процессе их практического применения, не лишенного курьезов, иногда имеющих далеко идущие последствия.

В России для обозначения связи лица с известным отцом и конкретной семьей, в силу которой оно могло иметь определенные притязания, прежде всего в сфере наследственных отношений, наряду с личным именем использовались отчество и фамилия. Эти исторические традиции находят свое отражение и в действующем законодательстве, согласно которому имя гражданина включает в себя фамилию, собственно имя и (или) отчество (п. 1 ст. 19 ГК РФ, п. 1 ст. 58 Федерального закона от 15 ноября 1997 г. N 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния» (далее — Закон об актах гражданского состояния) Собрание законодательства РФ. — 1997. — № 47. — Ст. 5340.).

Впрочем, такой подход к обозначению физического лица не ограничивался теми случаями, когда оно могло претендовать на связь с определенным отцом и семьей. Указанные именные признаки были необходимы и вне сферы цивильных интересов лица: там, где они не были даны субъекту в силу обстоятельств его рождения (у незаконнорожденных и лиц, чьи родители вообще не известны), закон требовал их установления в целях точного и удобного способа индивидуализировать конкретное лицо, отличить его от других. Кроме того, имя далеко не всегда обеспечивает доказательство наличия родственных связей с конкретной семьей или определенными лицами. Этому препятствует существование целого ряда широко распространенных имен и фамилий, и, наоборот, ношение гражданами различных фамилий, безусловно, не всегда служит доказательством отсутствия у них родственных связей.

Следует заметить, что с фактом регистрации имени фактически связано признание государством появления нового субъекта права, имя которого записывается по соглашению родителей или по указанию матери ребенка (п. 3 ст. 51 СК РФ, п. 2 ст. 18 Закона об актах гражданского состояния). Закон никак не ограничивает права родителей в этой сфере, в результате чего на практике возникали и возникают ситуации, которые можно рассматривать не иначе как злоупотребление родителями предоставленным им правом.

Большой научный и практический интерес вызывает вопрос о правовой природе имени, которая имеет весьма сложный характер, так как имя гражданина представляет собой, с одной стороны, средство индивидуализации личности, с другой — элемент ее правосубъектности и с третьей — субъективное гражданское право. Что касается индивидуализирующей функции имени, то она не нуждается в дополнительной характеристике. Рассмотрение имени в качестве элемента правосубъектности личности допустимо постольку, поскольку с ним связана возможность реализации субъективных гражданских прав и обязанностей, признание, охрана и защита личных неимущественных прав, иных нематериальных благ и охраняемых законом интересов субъекта. Согласно закону приобретать права и обязанности можно только под своим именем; приобретение прав и обязанностей под именем другого лица не допускается, а вред, причиненный гражданину в результате неправомерного использования его имени, его искажением или использованием способами или в форме, затрагивающими его честь, достоинство или деловую репутацию, подлежит возмещению в соответствии с законом (п. 5 ст. 19 ГК РФ).

Право на имя признается за всеми без исключения физическими лицами, которые правомочны: 1) носить определенное имя; 2) требовать от всех и каждого его признания; 3) в установленном законом порядке переменить ранее присвоенное имя и 4) воспрещать другим лицам пользоваться тем же именем. Однако последнее правомочие никак не может быть возведено в абсолют и пониматься как исключительное право пользователя, потому что неограниченный круг иных субъектов также могут использовать данное имя при соблюдении двух условий: 1) они обладают тем же именем и 2) не причиняют этим ущерба другому носителю Агарков М. М. Право на имя [Текст]// Избранные труды по гражданскому праву. В 2 т. Т. II. М.: Центр ЮрИнфоР, 2002. — С. 93 — 94.

Рассмотрение права на имя с позиции теории личных прав, утвердившейся в юриспруденции, дает возможность отметить его абсолютный характер, обеспечивающий защиту против всех и каждого. При этом сами нарушения права на имя могут быть сведены к двум группам: непризнание имени и неправомерное его употребление. Важно подчеркнуть и неимущественный характер данного права, что не исключает возможности материального возмещения имущественного и морального вреда, причиненного личным неимущественным правам и интересам управомоченного субъекта. Следствием указанной особенности является неотчуждаемость имени и непередаваемость его по наследству. Переход фамилии родителей к детям не может рассматриваться как наследование потому, что фамилия, во-первых, приобретается в силу рождения ребенка, а не вследствие смерти его родителей и, во-вторых, продолжает принадлежать родителям наряду с детьми. Но бесспорная неотчуждаемость имени, то есть невозможность его передачи иным лицам с прекращением права на данное имя у его носителя, не может, однако, означать невозможность уступки другим субъектам права на использование имени какого-то известного лица в рекламных и иных коммерческих целях.

Анализ права на имя как одного из важнейших субъективных гражданских прав требует характеристики оснований и порядка его приобретения. К юридическим фактам, с которыми может быть связан этот процесс, относятся: 1) рождение ребенка; 2) усыновление (удочерение) ребенка; 3) заключение брака; 4) расторжение брака; 5) установление отцовства; 6) перемена имени. Это означает, что с правом на имя непосредственно связаны практически все (кроме смерти) акты гражданского состояния — действия граждан или события, влияющие на возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей, а также характеризующие правовое состояние физических лиц (п. 1 ст. 3 Закона об актах гражданского состояния).

В первом из названных случаев присвоение имени новорожденному определяется с помощью законодательно закрепленных презумпций, на основании либо указания матери ребенка, либо согласованного волеизъявления родителей, а при его отсутствии — указания органа опеки и попечительства (ст. 18 Закона об актах гражданского состояния). При усыновлении решение этого вопроса преимущественно относится на усмотрение усыновителей, однако изменение фамилии, имени и отчества усыновленного ребенка, достигшего возраста десяти лет, может быть произведено только с его согласия, за исключением случаев, когда ребенок проживал в семье усыновителя и считает его своим родителем (п. 4 ст. 134, п. 2 ст. 132 СК РФ). Может повлечь изменение имени и отмена усыновления, при которой первоначальные сведения о фамилии, имени и отчестве ребенка вносятся на основании соответствующего решения суда (ст. 46 Закона об актах гражданского состояния).

Полностью на усмотрение физического лица Закон относит выбор фамилии при заключении брака и его расторжении. При государственной регистрации брака супругам записывается избранная ими их общая фамилия или добрачная фамилия каждого из них. При этом в качестве общей фамилии в настоящее время может быть записана фамилия одного из супругов или, если иное не предусмотрено законом субъекта РФ, фамилия, образованная посредством присоединения фамилии жены к фамилии мужа. Расторжение брака, в свою очередь, не является безусловным основанием для изменения приобретенной при его регистрации фамилии. Супруг, изменивший свою фамилию при вступлении в брак на другую, вправе и после расторжения брака сохранить эту фамилию, или по его желанию при государственной регистрации расторжения брака ему присваивается добрачная фамилия (ст. 28, 36 Закона об актах гражданского состояния). Важное значение в этой сфере может иметь и судебное установление отцовства или факта признания отцовства, так как в этом случае сведения об отце ребенка вносятся в запись соответствующего акта в соответствии с данными, указанными в решении суда (п. 3 ст. 54 Закона об актах гражданского состояния).

Перемена имени может также наступить еще в одном случае, уже не относящемся к актам гражданского состояния, — в случае признания брака недействительным, так как такое признание влечет возвращение супругам добрачной фамилии. Исключение предусмотрено для добросовестного супруга, который вправе оставить фамилию, избранную им при государственной регистрации брака (п. 1, 5 ст. 30 СК РФ). В последние годы все более широкое распространение получают случаи добровольной перемены гражданами своего имени (фамилии или отчества): ежегодно регистрируется около 50 тыс. соответствующих актов, что обусловливает необходимость тщательного исследования всех связанных с такой переменой вопросов, вызывающих как научный, так и практический интерес. Уже отмечалось, что право на перемену имени имеет лицо, достигшее возраста четырнадцати лет. Для этого достаточно подать заявление с указанием причин перемены фамилии, собственно имени и (или) отчества, однако перемена имени лицом, не достигшим совершеннолетия, производится при наличии согласия обоих родителей, усыновителей или попечителя, а при отсутствии такого согласия на основании решения суда, за исключением случаев приобретения лицом полной дееспособности до достижения им совершеннолетия в порядке, предусмотренном законом (ст. 58 Закона об актах гражданского состояния). В любом случае при перемене имени сохраняются все права и обязанности, приобретенные под прежним именем, однако на гражданина, переменившего имя, возлагается обязанность уведомить об этом своих кредиторов и должников, и он несет неблагоприятные последствия, вызванные отсутствием этих сведений.

Существенным пробелом, на наш взгляд, является отсутствие перечня оснований для отказа в регистрации перемены имени при законодательно закрепленной возможности принять и реализовать подобное решение. В этом смысле заслуживает внимания письмо Минюста СССР от 7 февраля 1977 г. «По вопросам перемены гражданами СССР фамилий, имен и отчеств», которое содержало перечень веских, уважительных причин для перемены имени (неблагозвучность, трудность произношения, желание носить фамилию супруга, лиц, фактически воспитавших заявителя), а также указание органам загса осторожно подходить к удовлетворению просьб граждан о перемене имени, допуская иные основания для его замены лишь в порядке исключения.

Определенные сложности с регистрацией перемены имени возникают также при смене пола человека, которую некоторые авторы предлагают рассматривать как социальную смерть, требующую объявления такого гражданина умершим в судебном порядке в соответствии со ст. 45 ГК Р Ф Степанов Д. И. Правовые проблемы, связанные с изменением пола человека [Текст]// Законодательство. — 2000. — № 11. — С. 77. Однако при этом не учитывается, что действующим законодательством изменение пола не приравнивается к биологической смерти, следовательно, оно не влечет открытия наследства, не прекращает субъективные права и обязанности гражданина. Это означает, что в рамках гражданско-правовых отношений смена пола влечет те же правовые последствия, как и любое изменение имени, но вопрос о том, когда подобные изменения могут быть произведены, остается открытым. На наш взгляд, следует согласиться с высказанным в литературе мнением о том, что решение о перемене имени можно принимать только тогда, когда лицо успешно перенесло гормональное лечение и хирургическую операцию по изменению пола, что подтверждается документом установленной формы, выданным гражданину медицинским учреждением. Пол же должен считаться измененным только с момента государственной регистрации акта о перемене имени и внесения изменений в виде дополнения об изменении пола в запись о рождении, которые должны производиться одновременно Малеина М. Н. Изменение биологического и социального пола: перспективы развития законодательства[Текст] // Журнал российского права. — 2002. — № 9.- С. 45.

Уже отмечалось, что право на имя принадлежит лицу с рождения, однако его самостоятельная реализация (хотя и частичная) становится возможной по достижении десяти лет, так как с этого возраста требуется согласие ребенка на его изменение (п. 4 ст. 59 СК РФ). Право на имя конкретизируется в различных источниках действующего законодательства.

Особого внимания заслуживает право на использование псевдонима, которое, как правило, имеет целью скрыть настоящее имя субъекта, заменив его более звучным и запоминающимся, что обусловливает необходимость четкого определения границ допустимости такого использования. Сложившая в настоящее время практика и теоретические представления признают возможность использования псевдонима только в отношении субъектов, обладающих авторскими или смежными правами на результаты интеллектуальной деятельности. Исключение составляют случаи, когда псевдоним употребляется наряду с именем как дополнительное средство индивидуализации гражданина, в частности при проведении предвыборной кампании, в которой участвуют кандидаты-однофамильцы. Но в отличие от ложного имени псевдоним должен лишь «отделить известную категорию общественных проявлений личности от ее обычной житейской сферы» Агарков М. М. Право на имя [Текст] // Избранные труды по гражданскому праву. В 2 т. Т. II. М.: Центр ЮрИнфоР, 2002. — С. 104. При этом одно лицо может иметь несколько псевдонимов сообразно сферам своей деятельности. Право на псевдоним в отличие от права на имя, присущего лицу с рождения, может приобретаться только его неоднократным, систематическим употреблением, придающим его носителю литературную, артистическую и другую индивидуальность. Такой подход, по справедливому замечанию М. М. Агаркова, более соответствует истинной природе псевдонима и дает достаточные основания для его защиты Там же. — С. 106.

В целом применительно к имени в настоящее время приобретают особую актуальность замечательные слова И. А. Покровского: «Рост личности, рост индивидуального самосознания неизбежно должен привести к возрастанию той ценности, которая приписывается имени как таковому. Чем богаче внутренне содержание личности, тем более дорожит она своим именем, и тем нежелательнее для нее какое-либо злоупотребление или смешение… То, что раньше было достоянием только аристократии, с течением времени делается общей тенденцией человека, вырастающего в сознании своего собственного достоинства» Покровский И. А. Указ. соч. — С. 123.

Место жительства определяется в соответствии с законом «О праве граждан РФ на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах РФ». Ст. 2 указанного закона определяет:

Место пребывания — гостиница, санаторий, дом отдыха, турбаза, больница и другое подобное учреждение, а также другое жилое помещение не являющееся местом жительства гражданина, где гражданин проживает временно.

Место жительства — это жилой дом, квартира, служебное жилое помещение, специализированные жилые помещения (общежитие, гостиницы, приюты, дома для одиноких престарелых и т. п.), а также иное жилое помещение, в котором гражданин постоянно или преимущественно проживает в качестве собственника по договору найма (поднайма) или на иных основаниях предусмотренных законодательством РФ. Иванов А. А. Граждане как субъекты гражданского права [Текст]: Лекции МГУ.- М., Издательство МГУ, 2001.- С. 46.

Исполнение обязательств, открытие наследства и многие другие гражданско-правовые действия совершаются в месте жительства гражданина. Наряду с именем место жительства позволяет более точно конкретизировать субъекта гражданского права. Так, нередки случаи полного совпадения имени, фамилии и отчества у различных граждан, однако совпадение места жительства встречается крайне редко. Местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает. Если гражданин постоянно проживает в одном и том же месте, его место жительства определяется довольно просто. Однако бывают случаи, когда гражданин проживает в разных местах, переезжая по различным обстоятельствам с одного места на другое. В этом случае закон предусматривает определение места жительства по преимущественному месту нахождения гражданина, т. е. тому месту, где он находится наиболее часто и наиболее продолжительное время. Юдаков А. П. Правосубъектность граждан [Текст].- М., Лекс- книга, 2005.- С. 89.

Государство предоставляет гражданину свободу в решении вопроса о выборе места жительства. Однако это относится только к дееспособным гражданам. Несовершеннолетие, не достигшее 14 лет, а также граждане, находящие под опекой, не могут по своему усмотрению выбирать место жительства. Местом их жительства признается место жительство их законных представителей-родителей, усыновителей, опекунов. Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет и граждане, дееспособность которых ограничена, могут выбирать место жительства с согласия родителей, усыновителей, попечителей.

В силу различных обстоятельств, гражданин может быть вынужден против его желания покинуть свое место жительства. Если гражданин покидает место жительства вследствие совершенного в отношении него или членов его семьи насилия или преследования в иных формах либо вследствие реальной опасности подвергнуться преследованию по признаку расовой или национальной принадлежности, вероисповедания, языка, а также по признаку принадлежности к определенной социальной группе или политических убеждений. Ставших поводами для проведения враждебных кампаний в отношении конкретного лица или группы лиц, массовых нарушений общественного порядка, то в соответствии с Законом Р Ф «О вынужденных переселенцах» таким гражданам придается особый статус на период до определения нового места жительства гражданина. Право самостоятельного выбора места жительства в данном случае государством не ограничивается Ведомости СНД и ВС РФ. -1993. -№ 12. -ст. 427. Напротив, в связи с вынужденной необходимостью оставить прежнее место жительства гражданину гарантируется возможность выбрать новое место жительства и получить государственную поддержку для обзаведения жильем.

Иные обстоятельства, вынуждающие гражданина покидать место жительства: отсутствие работы, неприязненные отношения с соседями, медицинские показания и т. п., не имеют юридического значения и полностью охватываются правом гражданина самостоятельно определять место жительства.

Правовое значение места жительства велико как для гражданского материального, так и для процессуального права. Место жительства имеет, как правило, определяющее значение для установления подсудности гражданских дел. В правоприменительной практике важным правилом является предположение нахождения гражданина в месте своего жительства, куда и отправляются официальные вызовы, извещения, судебные повестки. Гражданское право [Текст]/Под ред. С. П. Гришаева.- М., Юрист, 2003.- С. 33.

1.2 Правосубъектность граждан в современном зарубежном законодательстве

В настоящее время регламентация правосубъектности физических лиц в зарубежных государствах осуществляется, как правило, на уровне законов, как кодифицированных, так и не кодифицированных, причем нормы, составляющие рассматриваемый институт, находят свое закрепление в разных разделах законодательства, что объясняется различием доктринальных и законодательных подходов к построению системы частного права в целом и гражданского законодательства в частности.

Наибольшую специфику, вернее — самобытность, в части регламентации гражданско-правового статуса личности до настоящего времени сохраняют почти все арабские государства, где основным источником правового регулирования в этой сфере являются нормы мусульманского права, и только в некоторых из них гражданско-правовой статус личности устанавливается специальными законами. В частности, в Ираке и Иордании применительно к мусульманам этот вопрос регламентируется в Законах о личном статусе лица (соответственно 1959 г. и 1976 г.), а мусульманская доктрина применяется в качестве субсидиарного источника. В свою очередь, к представителям немусульманского населения в Ираке применяются нормы их личного права (канонического или иудейского) во всех случаях, за исключением наследственных правоотношений Правовые системы стран мира: Энциклопедический справочник [Текст]/ Отв. ред. А. Я. Суханов. М.: Норма, 2003. — С. 288, 292. По такому же принципу решается вопрос о личном статусе граждан и в ряде других стран, в том числе в Малайзии, где каждая из этноконфессиональных общин руководствуется собственным правом (мусульманским правом и адатом, традиционными конфуцианскими нормами и индусским правом и др.) Там же. — С. 484 — 485.

В свою очередь, в странах Азии и Африки в закреплении гражданско-правового статуса физических лиц до настоящего времени значительная роль принадлежит древним обычаям, а правовая система, как правило, носит смешанный характер, представляя собой причудливое сочетание рецепиированных норм западноевропейского законодательства и mores majorum, сложившихся в результате многовековой практики. Одним из отличительных признаков подобных правовых систем является тотальная дискриминация женщин. Так, например, в Лесото замужние женщины приравниваются к несовершеннолетним и в силу этого не могут самостоятельно совершать гражданско-правовые сделки, а в Папуа — Новой Гвинее женщины вообще рассматриваются как часть имущества, которое нередко предоставляют в качестве компенсации при разрешении споров между племенами. Почти во всех современных африканских государствах в вопросах наследования, как правило, доминируют представители мужского пола: в Габоне, например, вдова допускается к наследованию только при наличии письменного разрешения семьи умершего мужа Там же. — С. 444, 602, 184.

Рассмотренные положения резко диссонируют с гражданским законодательством европейских государств, а также стран, образовавшихся на постсоветском пространстве. Рассматривая особенности законодательного закрепления в этих государствах наиболее важных положений о гражданско-правовом положении физических лиц, необходимо отметить значительные расхождения не только в содержании установленных законом прав и обязанностей граждан, но и в терминологии, используемой в этой сфере. В частности, древнейшие цивилистические категории — правоспособность и дееспособность различаются далеко не во всех действующих правовых системах. В государствах, воспринявших англосаксонскую правовую традицию, они определяются одним термином — «правовая способность» (legal capacity), хотя юридическая доктрина и судебная практика оперируют двумя смежными понятиями: «пассивная правовая способность» (passive capacity) и «активная правовая способность» (active capacity), вкладывая в их содержание тот же смысл, который соответствует используемым в отечественной правовой системе категориям право- и дееспособности Михайлова И. А. Методологические и терминологические подходы к определению правосубъектности граждан в современном зарубежном законодательстве [Текст]//Юрист. -2007.- № 1.- С. 16.

В романо-германской правовой системе такого единства не наблюдается. В то время как, например, Гражданский кодекс Испании не проводит четкого различия между правоспособностью и дееспособностью, используя термины «capacite» и «capaz» в равной степени для обозначения каждого из указанных элементов правосубъектности.

Основным принципом, на котором базируется гражданское право большинства зарубежных стран, является принцип равной гражданской правоспособности всех физических лиц. Впрочем, даже там, где этот принцип получил свое законодательное закрепление еще в XVIII — XIX вв., идея формального равенства граждан далеко не всегда реализовывалась на практике. Так, например, предписание ст. 1124 Французского гражданского кодекса, признававшее замужнюю женщину недееспособной наряду с несовершеннолетними, душевнобольными и умалишенными, сохраняло юридическую силу до середины прошлого века. Лишь в 1965 г. специальный закон снял установленные для женщин ограничения в обязательственной сфере, признав, что каждый из супругов может единолично заключать договоры, предметом которых является ведение хозяйства, открывать счет в банке на свое имя без согласия супруга, заниматься любой профессиональной деятельностью и распоряжаться всеми доходами от нее Германское право. Часть 1. Гражданское уложение. [Текст]/ Пер. с нем. А. А. Лизунова. М.: Международный центр финансово-экономического развития. 1996. — С. 48.

Довольно поздно, только в 1972 г., во Франции улучшилось и правовое положение внебрачных детей, за которыми были признаны в целом те же права, что и за детьми, рожденными в браке, вследствие чего они впервые получили право наследовать имущество отца, матери и других восходящих, своих братьев и сестер и других боковых родственников, но практически сразу же последовало уточнение: «Внебрачные дети, чьи отец и мать в момент зачатия состояли в браке с другим лицом и имеют от этого брака законных детей, имеют право наследования… но каждый из них имеет право лишь на половину той доли, которую они могли получить, если бы были рождены в браке» Французский гражданский кодекс, 1804. СПб [Текст]: Юридический центр Пресс, 2004. — С. 289.

Анализ европейских правовых систем позволяет привести немало подобных примеров, но еще больше изъятий из принципа равной правосубъектности всех физических лиц содержало законодательство США, долгое время носившее откровенно расово-националистический характер. Только в 1964 г. был принят специальный федеральный закон, запрещавший дискриминацию по признаку расы, цвета кожи, религии, пола и национального происхождения, однако он не распространялся на целый ряд учреждений и организаций, в том числе на частные учебные заведения, торговлю внутри штатов и некоторые другие сферы деятельности Гражданское и торговое право зарубежных государств [Текст]/ Отв. ред. Е. А. Васильев, А. С. Комаров. В 2 т. Т. 1. М.: Международные отношения, 2004. — С. 117.

Следует отметить, что, предваряя легальное закрепление гражданско-правового статуса физических лиц, законодатели иногда подчеркивают индивидуальность каждого субъекта гражданского оборота, предопределяемую его возрастом, полом, происхождением и социальным положением, что, однако, не является препятствием для провозглашения и закрепления равной гражданской правоспособности для всех. Сравнительный анализ правовой регламентации данной категории в разных государствах свидетельствует также и о том, что далеко не все действующие гражданские кодексы содержат соответствующую норму-дефиницию. Существенные отличия наблюдаются также в степени конкретизации момента возникновения и прекращения гражданской правоспособности: в то время как в одних государствах законодатели ограничиваются указанием соответственно на момент рождения и момент смерти гражданина, в других имеются весьма существенные уточнения, касающиеся, как правило, обстоятельств рождения. Следует заметить, что, последовательно связывая возникновение правоспособности с моментом рождения, гражданское законодательство практически всех современных государств, продолжая традицию, заложенную в римском частном праве, обеспечивает охрану наследственных интересов зачатого, но еще не родившегося ребенка, подчеркивая, как правило, что осуществление этих интересов зависит от его рождения. Специальные правила на этот счет устанавливает Германское гражданское уложение, предусматривающее, что охрана наследственных прав зачатого ребенка должна осуществляться специально назначенным для этих целей попечителем Германское право. Часть 1. Гражданское уложение. — С. 41. Г К Франции, закрепляющий аналогичное правило, допускает, помимо этого, возможность совершения дарения в пользу зачатого, но еще не родившегося ребенка (ст. 906) Французский гражданский кодекс. — С. 135.

Гораздо реже в действующих правовых системах конкретизируется момент смерти. Весьма интересны в этом смысле Гражданские кодексы Азербайджана и Грузии, которые связывают смерть физического лица непосредственно с прекращением деятельности его мозга (п. 2 ст. 25 Г К Азербайджана, п. 3 ст. 11 ГК Грузии). С легальным определением момента смерти индивида нередко связана и проблема коммориентов, в решении которой также отражаются различные законодательные подходы. Так, законодательство некоторых стран исходит из того, что наследство умерших в один день лиц, имеющих право наследования друг после друга, открывается независимо после каждого из них, а в других государствах закреплен принципиально иной подход.

В государствах англосаксонской правовой системы решение проблемы безвестного отсутствия и признания смерти безвестно отсутствующего лица в подавляющем большинстве случаев выведено в сферу гражданского процессуального права. Это означает, что, если при рассмотрении гражданско-правового дела возникает вопрос о праве на имущество или судьбе обязательства отсутствующего лица, суд исходит из процессуальной презумпции, что если от отсутствующего не поступало вестей в течение семи лет, то такое лицо умерло; однако, если из обстоятельств дела следует, что от отсутствующего и не должно было поступать известий, эта презумпция не применяется.

Еще более сложные ситуации возникают в тех государствах, в которых законодатель не предусматривает института признания лица умершим. Во Франции, например, такое решение вопроса исторически объясняется экспансионистской политикой Наполеона в Европе и за ее пределами, требовавшей, чтобы у воюющих солдат и офицеров была уверенность в том, что, когда бы они ни вернулись, они останутся собственниками принадлежащего им имущества Гражданское и торговое право зарубежных государств. — С. 118., поэтому их потенциальные правопреемники в случае их предполагаемой гибели вводились во владение соответствующим имуществом. В настоящее время во Франции урегулирование отношений, связанных с безвестным отсутствием граждан, осуществляется в два этапа, занимающих нередко весьма длительный отрезок времени: 1) допущение презумпции безвестного отсутствия гражданина (ст. 112 — 121 Французского гражданского кодекса); 2) объявление безвестного отсутствия, которое может быть сделано только спустя 10 лет после вынесения решения о презумпции безвестного отсутствия (ст. 122 — 132 Французского гражданского кодекса). Если же заинтересованные лица не обращались в суд за удостоверением указанной презумпции, то решение об объявлении безвестного отсутствия может быть вынесено не ранее 20 лет со дня поступления последних известий от пропавшего без вести или каких-либо сведений о нем.

Но и в тех государствах, в которых предусмотрены оба рассматриваемых института, имеются существенные расхождения как в используемой законодателями терминологии, так и в основаниях, порядке и правовых последствиях установления соответствующих юридических фактов. Наиболее часто употребляются две легальные формулировки: «объявление умершим» и «презумпция смерти», причем именно последняя, на наш взгляд, в большей степени соответствует правовой природе данного института. Значительно различаются и сроки, установленные для возбуждения в суде процедуры признания лица умершим. Они варьируются от трех лет на Украине (ст. 46 ГК), в Беларуси (ст. 41 ГК), Казахстане (ст. 31 ГК), пяти лет в Болгарии (ст. 14 Закона о лицах и семье), Эстонии (ст. 31 ГК) до семи лет на Филиппинах и 10 лет в Польше (ст. 29 ГК).

Во многих государствах особые правила предусматриваются на случай исчезновения лица в обстоятельствах, угрожавших ему смертью (например, при крушении судна), и в ходе военных действий. В первом случае указанные выше сроки, как правило, существенно сокращаются (нередко до шести месяцев, как в ГК РФ). В отношении лиц, пропавших без вести во время войны, позиции законодателей расходятся. Так, в некоторых государствах данное обстоятельство никак не выделяется среди прочих факторов. В других странах, напротив, в данных обстоятельствах не только значительно увеличивается срок ожидания, но и подчеркивается, что отсчет следует вести с момента окончания военных действий (ст. 46 ГК Украины). В некоторых государствах при решении вопроса о признании лица умершим принимается во внимание возраст безвестно отсутствующего. Так, в Польше гражданин может быть объявлен умершим по истечении 10 лет его безвестного отсутствия независимо от его возраста, но не ранее, чем ему исполнится 23 года, или по истечении 5-летнего срока, если к моменту вынесения решения об объявлении лица умершим ему исполнилось бы 70 лет (ст. 29 ГК). Еще более высокие возрастные критерии установлены в Германии: соответственно 25 и 80 лет Михайлова И. А. Дифференциация дееспособности граждан в современных правовых системах [Текст]//Бюллетень нотариальной практики.- 2006.- № 6. — С. 11.

Все сказанное позволяет сделать вывод о том, что, несмотря на значительные терминологические и методологические расхождения в законодательной регламентации гражданской правосубъектности физических лиц, в современном зарубежном законодательстве отчетливо отражается стремление законодателей учесть все многообразие факторов, влияющих на гражданско-правовой статус граждан, в первую очередь факторов, с которыми связаны возникновение и прекращение их правоспособности. Изучение и анализ зарубежного опыта в этой сфере имеет важное значение для дальнейшего совершенствования российского законодательства с целью наиболее полной и эффективной охраны и защиты прав и законных интересов как иностранных граждан, проживающих на территории России, так и российских граждан, находящихся в различных государствах современного мира.

ГЛАВА 2. СОСТАВЛЯЮЩИЕ ПРАВОСУБЪЕКТНОСТИ ГРАЖДАН (ФИЗИЧЕСКИХ ЛИЦ)

2.1 Понятие правоспособности граждан (физических лиц)

В Гражданском кодексе Российской Федерации (далее — ГК РФ), десятилетний юбилей которого готовится отметить вся юридическая общественность России, весьма значительным преобразованиям подвергся правовой статус физических лиц в результате закрепления в нем целого комплекса правовых норм, которые по-новому, в духе лучших европейских и мировых стандартов определили важнейшие параметры их правового положения. Однако многие понятия и правила остались неизменными, в том числе и определение правоспособности, которое в ГК РФ формулируется практически так же, как в Гражданском кодексе РСФСР 1964 г. (далее — ГК РСФСР): как «способность иметь гражданские права и обязанности». Единственное дополнение, которое законодатель счел необходимым, — глагол «нести» применительно к обязанностям, что подчеркивает их принципиальное отличие от прав: правами обладают, обязанности несут. В неизменном виде в ГК РФ закреплены и правила определения начальных и конечных моментов правоспособности: «Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью». Вопрос о том, оправдан ли в данном случае проявленный законодателем консерватизм, в последние годы вызывает большой научный и практический интерес, а появляющиеся в литературе предложения об изменении соответствующих положений закона заслуживают самого пристального внимания.

Та П. обратилась в суд с иском к администрации Центрального района г. Тольятти о включении в состав наследственного имущества, оставшегося после смерти ее сына Д., части жилого помещения. В судебном заседании П. иск дополнила требованиями о признании за Д. на день его смерти права на комнату площадью 11,0 кв. м, расположенную в квартире. В обоснование иска она указала, что является матерью Д., который 23. 03. 2003, получив в МУП «Инвентаризатор» пакет необходимых документов, обратился в администрацию Центрального района г. Тольятти с заявлением о передаче ему в собственность указанной комнаты. Данное заявление и все необходимые документы были переданы в ЖЭУ МЖРЭП N 13 в этот же день, но договор приватизации не был зарегистрирован в регистрационной палате, так как 09. 04. 2003 Д. умер.

Решением Центрального районного суда от 25. 02. 2004 иск П. удовлетворен. За Д., умершим 09. 04. 2003, на день его смерти признано право собственности на комнату площадью 11,0 кв. м, жилое помещение включено в состав наследственного имущества.

Президиум Самарского областного суда решение отменил, указав следующее.

Удовлетворяя требования П., суд признал, что Д., подписав заявление на имя главы администрации Центрального района о передаче ему комнаты в собственность и передав заявление со всеми необходимыми документами в ЖЭУ МЖРЭП N 13, выразил свою волю на приватизацию занимаемого им жилья, но в связи со смертью, по не зависящим от него причинам, не смог завершить оформление договора приватизации.

Между тем в представленной в суд ксерокопии заявления Д. отсутствует его подпись и дата составления им этого заявления, на ксерокопии справки с места жительства нет даты составления справки, подлинники указанных документов в деле отсутствуют, нет сведений о том, что они обозревались в судебном заседании.

В надзорной жалобе также указывается на то, что в МУП «Инвентаризатор» приватизационное дело на Д. не заводилось, т. к. Д. с заявлением в установленном законом порядке не обращался, услуги МУП не оплачивал, квитанций об оплате не получал.

Указанные доводы с учетом того, что в деле отсутствуют достоверные сведения о поступлении заявления Д. в жилищное управление, имеют значение для правильного разрешения дела и нуждаются в проверке.

Кроме того, вывод суда о признании за Д. на день его смерти права собственности на спорную комнату противоречит ст. 17 и ст. 18 ГК РФ, в соответствии с которыми правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается со смертью.

Учитывая, что на момент рассмотрения дела Д. умер, у суда не было оснований для признания за ним права собственности на спорное имущество, в том числе и на момент его смерти.

При таких обстоятельствах решение суда нельзя признать законным и обоснованным.

Решение суда отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд Извлечение из постановления Президиума Самарского областного суда № 07−06/372 от 26. 05. 2005 [Текст]// Судебная практика. Самара.- 2006. -№ 4. — С. 11.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой