Гендерный фактор и его проявление в языке прозы и поэзии

Тип работы:
Дипломная
Предмет:
Литературоведение


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

РЕФЕРАТ

Объект исследования: гендерный фактор в художественных произведениях

Методы: историко-литературный метод, сравнительно-сопоставительный анализ, метод статистического анализа

Цель: изучение гендерного фактора в творчестве русских и английских авторов ХХ века, выявление основных закономерностей языка «женских» и «мужских» произведений

Задачи: теоретически осмыслить особенности восприятия категорий маскулинного и фемининного в истории философии, стереотипы как неотъемлемые факторы в развитии общества и культуры, показать особенности проявления фемининности и маскулинности в языке прозы русских и английских авторов ХХ века, сравнить «женскую» поэзию с «мужской» и выявить отличительные черты поэтического языка

Выводы: особенности восприятия категорий маскулинного и фемининного в истории философии показаны; гендерный фактор в творчестве русских и английских авторов ХХ века изучен; основные закономерности языка «женских» и «мужских» произведений выявлены; поэтический язык женщин и мужчин-авторов изучен

Практическое применение: результаты проведенного исследования могут найти применение при изучении курсов феминологии, на практических занятиях по аналитическому чтению.

ВВЕДЕНИЕ

Конец XX века во многом явился качественным рубежом в развитии человеческого общества.

Именно в этот период возникли новые тенденции общественного развития, полномасштабная реализация которых пройдет уже в третьем тысячелетии: информационная революция, новый этап научно-технической революции, глобализация общественных процессов. Каждое новое открытие, техническое или социальное нововведение, с одной стороны, приближает ученых к искомому решению, но, с другой стороны, выдвигает перед ними все новые вопросы и проблемы.

В последние десятилетия в таких науках, как социология, экономика, психология, лингвистика, появилось новое направление исследований, в центре внимания которого находится рассмотрение проблемы гендера, т. е. проблемы различия и неравенства полов, а также языковые факторы, которые определяют отношение общества к мужчинам и женщинам и которые проявляются через разнообразные средства того или иного языка.

Лингвисты полагают, что в соответствии с исторически сложившимися стереотипами в языке существуют как исключительно женские речевые модели поведения, так и исключительно мужские.

Настоящее исследование посвящено изучению проявления гендерного фактора в языке художественных произведений. В работе рассматриваются такие понятия, как маскулинность и фемининность, являющиеся нормативными представлениями о психологических и поведенческих свойствах, характерных для мужчины и женщины. Настоящий проект предусматривает изучение проблем, связанных с гендерными особенностями языка прозы и поэзии как мужчин, так и женщин-авторов.

Необходимо заметить, что термин «гендер» был введен в понятийный аппарат науки в 60−70 гг. ХХ века. Его возникновение обусловлено интересом общества к роли полов в социальной жизни, а отсюда — в искусстве, языке, философии и литературе. В западных странах уже получили широкое распространение гендерные исследования, которые разграничивают «мужественное» и «женственное» в произведениях культуры.

Вопросу гендерной лингвистики посвящены работы таких авторов, как К. Зиммель, Е. Горошко, А. Кирилиной, А. Вежбицкой и др. Данные исследования достаточно полно рассматривают генезис понятия «гендер» и этапы развития гендерной теории, отражают основные стереотипы о женщине, которые рано усваиваются и изменяются с большим трудом.

Проблемой гендера занимались Дж. Скотт и О. Вейнингер, доказывающие способность женщин-авторов осуществлять в своем творчестве жанровую свободу. Представители гендерной методологии обращают внимание на то, что в книгах писательниц преобладает сосредоточенность на частной жизни (рассказы Л. Петрушевской, Т. Толстой, Э. Фербер и др.).

Работы, посвященные изучению гендерных особенностей поэзии очень немногочисленны. В частности, данным вопросом занимались М. А. Китайгородская, М. Мид и Дж. Скотт. Данные исследователи подчеркивают, что в поэтическом языке как женщин, так и мужчин преобладает тема любви.

Таким образом, необходимость нашего исследования определяется недостаточной разработанностью проблемы гендера в языке прозы и поэзии русских и английских авторов.

Предмет исследования — гендерный фактор и его проявление в языке прозы и поэзии.

Целью данной дипломной работы является изучение гендерного фактора в творчестве русских и английских авторов ХХ века, выявление основных закономерностей языка «женских» и «мужских» произведений.

Для достижения поставленной цели нам представляется необходимым решение следующих задач:

-Теоретически осмыслить особенности восприятия категорий маскулинного и фемининного в истории философии;

-Изучить основные мифы и предрассудки о женщине;

-Раскрыть генезис понятия «гендер» и определить основные этапы становления гендерной теории;

-Рассмотреть гендерные стереотипы как неотъемлемые факторы в развитии общества и культуры;

-Показать особенности проявления фемининности и маскулинности в языке прозы русских и английских авторов ХХ века;

-Сравнить «женскую» поэзию с «мужской» и выявить отличительные черты поэтического языка.

-Раскрыть знаковую природу символов в поэтическом языке женщин и мужчин-авторов.

В работе использовались такие методы исследования, как

-Историко-литературный метод.

-Сравнительно-сопоставительный метод.

-Метод статистического анализа.

Материалом исследования являются художественные произведения русских и английских авторов ХХ века. Рассказы таких английских и русских писателей ХХ века, как: А. Чехова, А. Чекалина, Л. Петрушевская, Т. Толстая, К. Кузен, С. Моэм, Г. Честертон, О. Генри, А. Королев, и др. А также поэзия таких авторов ХХвека, как: Э. Бишоп, М. Мур, Э. Атвуд, О. Дьякова, Т. Смертина, О. Слободкина, Д. Корзо, Б. Эллисон, Д. Джонсон, Б. Бранд, А. Кинг и др. Теоретическая и практическая значимость данной дипломной работы определяется тем, что полученные в результате исследования основные положения и выводы могут способствовать более глубокому и детальному исследованию гендерного фактора в художественных произведениях. Результаты могут быть использованы при изучении курсов гендерологии и феминологии в высших учебных заведениях, а также могут найти применение на практических занятиях по аналитическому чтению.

1. Основные представления и концепции, связанные с понятием «гендер»

1.1 Восприятие мужчины и женщины в истории философии

С древних времен считалось, что женщины — это низшие существа, поскольку в них отсутствует принцип «души», тождественный рациональности. Разделение полов, по Аристотелю, имеет отнюдь не биологические основания. Половая дифференциация — это принцип: «Лучше, когда высший принцип отделён от низшего. Поэтому, если это возможно, мужское отделено от женского» [36, c. 396].

В средневековой христианской философии Фома Аквинский, Филон Александрийский продолжают традицию объективного различения формы и материи, рациональности и эмоциональности, маскулинного и фемининного. Так, например, Филон Александрийский соединяет в своих работах как библейские идеи, так и идеи греческой философии таким образом, что дуализм маскулинного и фемининного усиливается. Мужское, по его мнению, «представляет сознательное, рациональное, божественное, женское и сама женщина — это образ грязного телесного мира. Категории женского в его работе символизируют мир как таковой» [36, с. 385].

В произведении «Молот ведьм» (1487 г.), написанном монахом Я. Шпренгером в средние века, представлена развернутая система доказательств справедливости подавления и физического уничтожения женщин на основе их изначальной «греховности». Я. Шпренгер утверждал, что «женщины маловерны — и доказывается это самой этимологией слова femina, происходящего якобы от fe (fides — лат. „вера“) и minus („менее“), а, значит, и чаще попадают под козни дьявола и являются носителями зла на земле» [36, с. 301]. Средневековая «охота на ведьм» стоила жизни тысячам человек, причем соотношение убитых женщин и мужчин оценивается исследователями как Иммануил Кант (1724−1804) также поддерживал идею о более низких ментальных способностях женщин, при этом он считал такое положение дел необходимым условием существования общества. И. Кант в своей работе «Эссе о возвышенном и прекрасном» утверждал: «Недостаток абстрактного мышления развивает в женщинах вкус, чувство прекрасного, чувствительность, практичность, которые играют значительную роль в семейной жизни и функционировании общества. Мужчина уравновешивает женские недостатки, и таким образом создается гармоничная пара, в которой мужские и женские начала играют взаимодополняющую роль» [23, с. 230]. Здесь, как и всегда в западной интеллектуальной традиции, женское (фемининное) конструируется через статус низшего, неполноценного, вторичного по отношению к маскулинному.

«У прекрасного пола столько же ума, сколько у мужского пола, с той лишь разницей, что это прекрасный ум, наш же, мужской, — это глубокий ум, а это лишь другое выражение для возвышенного. Красота поступка заключается в том, что его совершают легко и без всякого напряжения; усилия и преодоленные трудности вызывают восхищение и относятся к возвышенному» [23, с. 233].

Другими словами, женщиной осуществляются благодеяния легко, благодаря ее природным склонностям, и потому не имеют никакой моральной ценности. Иное дело — мужские, ведь поступки из чувства долга всегда требуют как раз усилий и преодоления трудностей. Такого рода поступки с необходимостью включают, по Канту, следование универсальному принципу — категорическому императиву, который рассматривается философом как краеугольный камень всех моральных действий. Но женщина, вследствие своей природы, не способна совершать поступки, руководствуясь принципом, значит, опять же в силу своей природы она не может обладать ценностью характера.

Надо заметить, что философы в отношении рассматриваемого вопроса часто оказывались в достаточно неудобном положении. С одной стороны, начиная с эпохи Просвещения, не признавать женщину полноценным человеком было уже невозможно, но с другой -- выяснялось, что ей не свойственны как раз те качества, которые и отличают собственно природу человека от всякой другой. Чаще всего эта проблема так и оставалась неисследованной. В философских системах Канта и Гегеля мысль об этой двойственной (промежуточной) природе женщины выражена не прямо, а содержится в подтексте.

Главная цель в жизни женщины, по мнению А. Шопенгауэра, добиться «капитуляции мужчины» и заключения брака. Поэтому, как считает этот философ, «честь мужчины повелевает, чтобы он карал прелюбодеяние своей жены, наказывая ее. Если же он заведомо позволяет изменять себе, общество мужчин вменяет ему это в позор» [40, с. 242]. Но позор мужчины принципиально отличается от позора, который должна вынести женщина. Для мужчины это является пятном меньшего бесчестья. Эту идею А. Шопенгауэр развивает и укрепляет в «Метафизике половой любви», поэтому он и выступает идеологом мужского господства в обществе, где женщине отведена одна роль — роль верной супруги и матери, а обоснованием генезиса явления служат природное предназначение и анатомо-физиологические особенности женского организма. Мужчине же отведена роль вершителя судеб, лидера в социальной и политической жизни общества.

Эти идеи поддерживал и немецкий философ, представитель иррационализма и нигилизма Ф. Ницше: «Женщина хочет стать самостоятельной. Женщина имеет так много оснований для стыда: в женщине спрятано так много поверхностного, школярского, мелочного…».

Ученый О. Вейнингер считал, что женщина, лишенная «субъектности», лишена и «личности», «души» [13, с. 98]. Опираясь на кантовскую философию, Вейнингер делает вывод, что лишь в познании человек обретает самого себя, что логика есть закон, которому надо подчиняться, и только тогда, когда человек логичен, он и является самим собой. При этом логика и этика тождественны в своей основе — этика относится к логике как к основному своему требованию. Женщина понимает действительность гораздо хуже мужчины, и познание всегда подчинено у нее посторонней цели, ведь понять истину ради самой истины, понять ценность истины как таковой женщина не может. Заметим, что такие характеристики женщины создавали для философов трудности и в плане определения ее человеческой природы, и в плане признания ее человеком как таковым.

Важно подчеркнуть, что другой известный немецкий философ начала XX в. Г. Зиммель (1858−1918), исследуя природу женщины, приходит к противоположным выводам. Г. Зиммель сразу начинает с утверждения, что наше рассмотрение человеческой цивилизации не нейтрально в отношении пола, как может показаться на первый взгляд. Аргументы немецкого ученого основываются по большей части на критическом анализе гегелевской философии, в которой искусство, мораль, социальные идеи и теоретическое знание понимаются как попытка человека соединить реальность с идеей и преодолеть тем самым субъектно-объектный дуализм. Г. Зиммель считает, что «принижать женщину только потому, что ей не свойственны эти попытки, абсурдно, поскольку женщина существует на предуалистской ступени (вне субъектно-объектного дуализма), так называемый недостаток логики или разума в женщинах не есть их недостаток, это, скорее, показатель их комфортного существования в жизни, которого мужской пол отчаянно пытается достичь» [22, с. 235]. Главная же ошибка — причина всех видов недоразумений и недопониманий по поводу женщины, с точки зрения Г. Зиммеля, заключается в том, что мы не учитываем асимметрии в природе двух полов.

Он напоминает, что половая жизнь мужчины переживается им только во время сексуального акта и, таким образом, существует для него только в его отношении к женщине. Половая жизнь женщины, напротив, не может быть так просто отделена от ее остальной жизни, поскольку переживается ею не только в акте совокупления, но также в полном репродуктивном цикле: менструация, совокупление, беременность, роды, кормление. Этот факт представляется Г. Зиммелю важным, поскольку он отражает метафизические отношения между полами, демонстрируя, что мужчины существуют в экстенсивных отношениях с миром, в то время как женщины — в интенсивных.

Современные авторы вводят понятие гендера, что и позволяет учитывать изменяемость, историчность, вариативность, различия женщин в соответствии с возрастом, семейным положением, социальными и этническими особенностями как между собой, так и по отношению к мужчинам. Поэтому понятие «гендер» не является естественным или заданным: оно связано с процессом создания и воспроизводства институтов идентичностей (конструктивизм). В то же время гендер как явление имеет систематический характер, определенную логику, зависит от культурного и социального контекстов, от специфики гендерных отношений в разные исторические периоды, в разных обществах, в разных этнических группах, социальных классах и поколениях. В современной теории пола, гендера и сексуальности появилось направление, получившее название «квир-теория», которое делает основной акцент на текучести и многозначности всех этих категорий. Представители квир-теории считают всех равноправными, равнозначными. Основными теоретиками данного направления являются Тереза де Лауретис, Э. Гросс, И. Сэджвик и др [36, с. 35].

Следует отметить различия, существующие в западной и русской философиях в осмыслении категорий маскулинности и фемининности. Так, например, в русской философии (Н. А. Бердяев, И. А. Ильин и др.) преобладает своеобразный подход к восприятию и оценке дифференциации маскулинного и фемининного. Во-первых, в русской философии и теологии дифференциация мужского и женского начал рассматривается как метафизический или духовно-религиозный принцип. Западная философия рассматривает такую дифференциацию скорее как онтологический или гносеологический принцип. Во-вторых, в русской философии расставляются иные культурно-символические акценты: то, что в европейской философской традиции ассоциируется с мужским началом (божественное, духовное, истинное), в русской культуре ассоциируется -- через категорию любви -- с женским. Казалось бы, на первый взгляд, из этого можно сделать вывод о том, что в России фемининное начало оценивается выше маскулинного. Однако ни в одной теории фемининное начало не оценивается как равное маскулинному и самостоятельное, а всегда только как дополнительное, поэтому становятся вполне очевидными патриархатные основы русской философии пола.

Таким образом, хотя в рассмотренных нами теориях пола используются разные подходы и разная терминология, в своей сущности они очень схожи. Это теории, определяющие «мужское начало/мужской принцип» как доминирующее явление, а «женское начало/женский принцип» -- как дополнительное. Правда, степень женской «дополнительности» может быть очень высокой, но никогда не бывает выше или равной мужской.

1.2 Мифы и предрассудки о женщине

Сложившиеся в обществе мифы о женщине — важный источник информации в осмыслении понятия «гендер». Вспомним, что обозначает миф.

В первую очередь, это — «древнее народное сказание о легендарных героях, богах, о происхождении явлений природы; в переносном смысле -- вымысел, выдумка» [47, с. 405]. Миф представляет собой идею сакрального, изложенную в форме повествования, воплощающую коллективный опыт и выражающую коллективную совесть. Антропология XIX в. старалась раскрыть происхождение мифов, рассматривая их как ненаучные объяснения социальных институтов и практик.

Функция мифа является когнитивной, т. е. заключается в объяснении фундаментальных категорий человеческого разума. Эти категории складываются в виде противоречащих друг другу бинарных оппозиций -- природы и общества, мужчины и женщины. В современном индустриальном обществе мифы рассматриваются как система коммуникации, состоящая не только из письменных дискурсов, но и из продуктов кино, спорта, рекламы, телевидения.

Мифы содержат в себе не только выдумку, но и часть правды. Их воздействие на подсознание людей объясняется также тем, что они удовлетворяют психологическую потребность видеть вещи в определенном свете, даже если это видение совершенно не соответствует действительности. Для того чтобы выйти за пределы мифологического мышления, нужно говорить не о мужчинах и женщинах вообще, а иметь в виду конкретного мужчину и конкретную женщину. В дальнейшем мы будем приводить некоторые сложившиеся мифы о женщине. Знание этих мифов может помочь понять, как формировались современные представления о предназначении женщины и мужчины в обществе, а также представить механизм конструирования маскулинных и фемининных черт, которые находят свое отражение и в языке художественной литературы.

Сначала вернемся к истокам цивилизации, когда первые мужчины и женщины осваивали столь таинственную для них землю.

Первобытные люди вели кочевой образ жизни и зависели от возможности добывать пищу. Вместе с истреблением или сокращением источников питания они мигрировали в другие места. Женщина гармонично жила с мужчиной, потому, что у них были одни ценности и созидательные цели. По мере того как уменьшалось количество крупных животных, на которых охотились первобытные люди, все большее значение для выживания племен приобретало примитивное земледелие, скотоводство и другие виды деятельности. Появились первые достаточно долговременные поселения, и ведение домашнего хозяйства, наряду с собирательством и обработкой земли, стало обязанностью женщин как менее мобильных членов общины. Это нашло свое отражение в первобытной мифологии -- «первыми изображениями божества, которое создал человек, были фигурки богини-матери, которые относятся к периоду 9−7 тысячелетия до н. э.» [47, 407].

Пожилая, опытная, мудрая женщина, умело ведущая хозяйство, имеющая много детей и внуков, стала служить символом благополучия и процветания рода. Отсюда -- и обожествление Женщины-Прародительницы.

Таким образом, не в производственных отношениях и хозяйстве, и не в особенностях первобытного брака следует усматривать корень матриархата. Возрастание роли женщины в доисторическом обществе было, несомненно, связано с расцветом культа Богини-Матери.

«Почитание Высшего Начала как Женского предполагало изначальную божественность не просто мира как структуры, но и мира как материи, субстанции» [47, с. 408]. Вся реальность осознавалась как ткань метаморфоз, где нет смерти, но есть превращения, динамические траектории изобильной, бьющей через край, жизни. Мужчина был «окутан» в женщину, которая выступала и вне, и внутри него, которая служила ему и вдохновляла его. Мужское начало было не противоположно женскому и не подчинено ему. Именно поэтому утрата матриархата была катастрофой для мира традиции.

Ситуация изменения социального статуса женщины при переходе от матриархата к патриархату отражается в мифологии, где женские божества постепенно теснятся и в завершение полностью вытесняются мужскими божествами. В какой-то момент мужчина смог осуществить революцию против «материнского права», и с тех пор социальная психология самых различных народов и цивилизаций основывается на владычестве мужчин. Женщине отведена социально вспомогательная роль, она вытеснена из публичной сферы и привязана к пространству дома, семьи, хозяйства.

В Европе этот процесс завершается вместе с созданием Библии. В Книге Бытия можно встретить два разных представления о сотворении человека. В более раннем варианте мужчина и женщина создаются Богом одновременно из одного материала -- глины. Во втором, более позднем и ставшем со временем более известном варианте Бог сначала создает Адама, а затем из его ребра -- Еву.

Таким образом, прежде гармоничная модель мира оказалась разрушенной, части ее, естественно перетекавшие друг в друга, -- противопоставлены, поляризованы и находятся в состоянии взаимного отрицания.

Следует обратить внимание на тот факт, что в реальной жизни женщина целиком зависела от мужа, была вынуждена полностью подчиняться его прихотям и требованиям. В дальнейшем такая ситуация закрепилась в разных законах и предписаниях лицемерно-моралистического характера

Отражение мифологического, гротескного отношения к женщине содержится в различных высказываниях, метафорах, сказочных образов. Так, например, возьмем две итальянские метафоры, возникшие, по-видимому, в раннем Средневековье: «Облик женщины -- дьявольское зеркало», «Женское сердце хорошо только снаружи, внутри оно испорчено, как гнилое яблоко» [47, с. 410], или сказочные образы злой мачехи, бабы-яги, ведьмы, запирающей детей для того, чтобы их затем съесть.

Особое место в списке мифов занимает миф о женщине-ведьме.

Так, например, исследователь Ц. П. Короленко отмечает: «Ведьма -- и при этом не надо забывать, что здесь постоянно идет речь о реальной женщине, а не о неземном, или духовном, существе, -- занимается своими ночными бесчинствами, так сказать, в виде собственного двойника: она летает при этом по воздуху или возникает в виде падающей звезды. По желанию она может превращаться в светлячка, ночную птицу или летучую мышь, она способна слышать и чувствовать запах на необычном расстоянии, она пожирает человеческое мясо и даже мертвечину. Вызванная ведьмой болезнь почти всегда неизлечима и заканчивается, как правило, зловеще быстро наступающей смертью» [28, с. 87].

Миф о неуверенной в себе женщине проявляет себя в исходном недоверии к женскому постоянству, в убеждении, что женщина всегда может подвести, что на нее нельзя полагаться в серьезных делах, что она не обладает достаточной выдержанностью. Многие женщины, находясь под давлением этих представлений, сами начинают верить в их правдивость и перестают верить самим себе. В производственных отношениях миф способствует подозрительности к качеству работ, выполняемых женщинами, и приводит к ненужным многочисленным проверкам, контролю над деятельностью, в значительной мере снижая самостоятельность, затрудняя принятие независимых решений.

Миф о женщине как пассивном существе означает, что она должна сидеть и ждать принца. Этот миф находит свое проявление во многих русских народных сказках: об Иване-царевиче и Сером волке, о Кощее Бессмертном и др. Этот миф до сих пор служит сдерживающим фактором при установлении межличностных отношений между мужчиной и женщиной, в проявлении свободного выбора партнера.

Миф о женщине -- как о «работяге» исходит из убеждения, что профессиональные способности женщины всегда значительно ниже мужских и что, для того чтобы выполнить какую-нибудь работу, ей в лучшем случае придется затратить в два раза больше времени, чем мужчине. Успехи в работе у женщин часто в соответствии с этим мифом объясняют необыкновенным упорством, усидчивостью, скрупулезностью. Умение хорошо организовать свою работу, проявить способности в области стратегии и тактики при этом обычно в расчет не принимается. Женщину, как уже закрепилось в мифах, часто квалифицируют как «хорошего помощника». В случае несомненных профессиональных успехов о ней говорят, что она «может горы свернуть», если «ею правильно руководить».

Миф о «непрофессионалъности» женщины имеет в своей основе убеждение в ее «незрелости», чем легко объясняются разного рода неудачи в работе. «В случаях профессионального успеха это связывается с использованием непрофессиональных подходов, эксплуатацией какого-нибудь мужчины, наличием высокой протекции, но ни в коем случае -- с ее способностями или талантом» [47, с. 411]. При этом подразумевается, что в своей деятельности женщина вышла за пределы «разрешаемого», позволительного. В современном обществе миф находит выражение в убеждении, что женщины лучше справляются с гуманитарными профессиями, социальной работой и хуже с заданиями, требующими точного анализа, планированием, техническими изысканиями, со всем тем, что связано с подсчетами, менеджментом.

Миф о суперженщине представляет собой нечто обратное предыдущим мифам, является как бы их противоположным полюсом. Его содержание заключается в том, что продуцируется образ женщины, способной «сделать все». Отметим, что русский фольклор содержит женские образы, обладающие качествами суперженщины: Василиса Прекрасная, Василиса Премудрая, Марья Моревна, Хозяйка Медной горы [28, с. 56].

Суперженщина преуспевает на работе, она счастлива в семейной жизни, превосходно справляется с домашней работой, успевает воспитывать детей, помогает людям. На нее во всем можно положиться. Такой миф накладывал на женщину обязанности, которые она физически была не в состоянии выполнить. Мужчины, находящиеся под влиянием этого мифа, ожидают от женщины многого и в реальной жизни сталкиваются с горькими разочарованиями, что приводит к конфликтам, взаимному непониманию, к разрыву отношений, от чего страдают и мужчины, и женщины, и их дети.

Обратим внимание на предрассудки, которые являются установками, препятствующими адекватному восприятию сообщения группой людей или их действий. Как правило, человек не осознает или не хочет осознавать, что он предубежден, и рассматривает свое отношение к объекту предубеждения как следствие объективной и самостоятельной оценки каких-то фактов. Предрассудки складываются на основе искаженной или неполной информации.

Одним из наиболее болезненных предрассудков или мифов относительно женщин является следующий: место женщины не на работе, а дома. В некоторых предрассудках, направленных против женщин, мы сами не отдаем себе отчета, и они являются примером неосознанной идеологии.

Говоря об источниках предрассудков, прежде всего называют неравный статус женщин по отношению к мужчине: предрассудки помогают оправдывать экономическое и социальное превосходство тех, у кого в руках богатство и власть. Предрассудки и дискриминация находятся в отношениях взаимной поддержки: дискриминация поддерживает предрассудок, а предрассудок узаконивает дискриминацию.

Данные представления существуют в подсознании человека в виде матричных материалов и под воздействием определенных факторов могут прорываться в сознание в открытом или чаще в замаскированном виде.

Таким образом, из вышесказанного можно сделать вывод, что в понимании и осмыслении гендерного фактора важно учитывать сложившиеся в обществе мифы о женщине, которые влияют на все сферы общества, включая и литературную деятельность женщины.

1.3 Генезис понятия «гендер» и этапы развития гендерной теории

Многомерное, развивающееся, по-разному и толкуемое многочисленными исследователями понятие «гендер» стало в последней трети ХХ столетия центральной категорией междисциплинарной научной области знания под названием «гендерные исследования». Различие между двумя терминами «sex» (биологический пол) и «gender» (социокультурный пол) ввели психолог Роберт Столлер и эндокринолог Джон Мони (Money) [42, c. 102]. Первичное и наиболее абстрактное определение понятию «гендер» дал ученый Энн Оукли: «Пол (sex) является словом, которое соотнесено с биологическими различиями между мужчиной и женщиной» [44, c. 3]. «Гендер"(gender) — предмет культуры; который соотнесён с социальной классификацией по принципу — „маскулинное“ и „фемининное“, постоянство пола должно быть признано, но также должно быть (признано) разнообразие гендера» [45, c. 77].

Понятие «гендер» изменялось на протяжении всего времени, в первую очередь это связано с процессом развития гендерной теории, в которой можно выделить следующие этапы.

Первый из них выпадает на вторую половину 70-х годов прошлого столетия и характеризуется как «женские исследования», которые обособились и стали отдельной дисциплиной со своим предметом изучения — женщина с точки зрения женщины. При этом важное место отводилось теориям, которые объясняли возникновение неравенства и дискриминации.

Второй этап — это 80-е годы. Для него характерно становление именно гендерной теории, поэтому можно назвать этот этап «Гендерные исследования». В это время был осуществлен переход от анализа патриархата к анализу гендерной системы. На первый план выдвигаются те теоретические подходы, в соответствии с которыми все аспекты человеческого общества, культуры и взаимоотношений являются гендерными.

Следующий, третий этап — это 90-е годы ХХ столетия — характеризуется распространением гендерной теории в странах СНГ. Здесь гендерные исследования развиваются быстро, они охватывают буквально все сферы науки и культуры. В Беларуси уже созданы центры гендерных исследований (ЕГУ, Энвила), проводятся конференции, выдаются сборники по гендерной проблематике. Если обобщить имеющийся у нас теоретический материал по проблеме гендера, то можно выделить три основные теории в его развитии и становлении:

1. Теория социального конструирования гендера.

2. Гендер как стратификационная категория.

3. Гендер как культурная метафора.

Обратимся непосредственно к каждой из них.

Теория социального конструирования гендера возникает первой. Сторонники данной теории утверждают, что социальная реальность является объективной и субъективной одновременно. С одной стороны, она объективна, потому что независима от индивида, с другой -- субъективна, потому что постоянно изменяется под влиянием индивида.

Гендер понимается как организованная модель социальных отношений между мужчинами и женщинами, конструируемая основными институтами общества. Этот подход основан на двух постулатах:

1. Гендер конструируется посредством социализации, разделения труда, системой гендерных ролей, средствами массовой информации, семьей.

2. Гендер строится и самими индивидами -- на уровне их сознания (т. е. гендерной идентификации), принятия заданных обществом норм.

Таким образом, множество теорий, которые пытались объяснить процесс гендерной идентификации и которые получили общее название «социальный конструктивизм», сформулировали свое определение гендера: «Гендер -- это система межличностного взаимодействия, посредством которого создается, утверждается, подтверждается и воспроизводится представление о мужском и женском как базовых категориях социального порядка» [42, с. 57].

Социальные конструктивисты сформулировали основное свое утверждение -- пол не дается от рождения, а приобретается в процессе социальных взаимодействий.

Что же касается второй теории гендера как стратификационной категории, то она базируется на классических взглядах социального неравенства и социальной стратификации (М. Вебер, П. А. Сорокин, Э. Гидденс) [17, с. 104]. Сторонники данного направления считали, что «классовый фактор не является единственным в определении социальных различий, влияющих на поведение мужчин и женщин. В число других факторов, как отмечает Э. Гидденс, нужно включать факторы этнической и культурной принадлежности. Например, можно было бы предположить, что женщины, принадлежащие к этническому меньшинству (скажем, темнокожему населению Соединенных Штатов), находятся в более равном положении по отношению к мужчинам этих же этнических групп, чем к женщинам, принадлежащим к большинству (т. е. белым женщинам)».

В этой теории гендер выступает и как структура, и как процесс. Гендер является иерархизирующим фактором социальных отношений. Помимо гендера, важными категориями выступают класс, раса, возраст.

Таким образом, здесь уместно рассуждать не просто о стратификационной системе общества, но и о гендерно-стратифицированной, где, наряду с традиционными факторами расслоения общества, можно обозначить сочетания типа «гендер-класс», «гендер-статус», «гендер-раса», «гендер-этнос». При этом следует учитывать, что в этой теории центральное место отводится категории власти, благодаря доминированию которой определяются гендерные роли. Поэтому «исследование гендера как стратификационной категории -- это не просто описание разницы в статусах, ролях и в иных аспектах жизни мужчин и женщин, но и анализ власти и доминирования, утвержденных в обществе через гендерные отношения».

Рассмотрим теорию гендера как культурную метафору. Помимо биологического и социального аспектов, в анализе проблемы пола был обнаружен третий -- символический, или культурный аспект. Мужское и женское на онтологическом и гносеологическом уровнях сосуществуют как элементы культурно-символических рядов. По мнению представителей этой теории (Ж. Дерриды, Э. Фи, Л. Ирригарэй и др.), их можно представить таким образом: «Мужское -- рациональное -- духовное -- божественное -- … -- культурное; женское -- чувственное -- телесное -- греховное -- … -- природное».

Отметим, что, в отличие от первого, биологического, аспекта пола, в двух других его аспектах -- социальном и культурно-символическом -- содержатся неявные ценностные ориентации и установки, сформулированные таким образом, что все, определяемое как «мужское» или отождествляемое с ним, считается позитивным, значимым и доминирующим, а определяемое как «женское» -- негативным, вторичным. Это проявляется не только в том, что собственно мужчина и мужские предикаты являются доминирующими в обществе. Многие феномены, не связанные с полом, и понятия (природа и культура, чувственность и рациональность, божественное и земное и многое другое) отождествляются с «мужским» или «женским» через существующий культурно-символический ряд. Таким образом, создается иерархия, соподчинение уже внутри этих пар понятий. «При этом многие явления и понятия приобретают гендерную окраску. Для обозначения культурно-символического смысла „женского“ и „мужского“ исследователи обычно используют термины „фемининный“ и „маскулинный“» [42, с. 97].

Конструирование категории гендера как аналитического инструмента открыло новые возможности для исследования общества и культуры. Оппозиция «мужское и женское» утрачивает биологические черты, а акцент переносится с критики в адрес мужчин на раскрытие внутренних механизмов формирования западной культуры. Пол становится культурной метафорой, с помощью которой передаются отношения между духом и природой. Дух -- мужчина, природа -- женщина, а познание возникло как некий агрессивный акт обладания; пассивная природа подвергается раскрытию, человек проникает в ее глубины и подчиняет себе.

Как видим, метафора выполняет роль культурно-формирующего фактора. В соответствии с вышесказанным в ракурсе нашего исследования считаем необходимым обратиться к рассмотрению работ ведущих исследователей в области гендерной лингвистики.

На наш взгляд, важным является исследование О. Вейнингера, который обнаружил в женской речи большую частотность употребления глаголов и союзов и пришел к выводу, что женщины имеют более развитый лексикон. В речи мужчин О. Вейнингер установил более частое употребление ими абстрактных существительных, а также отметил большую степень встречаемости прилагательных и наречий [13, с. 55].

По мнению исследовательницы Е. А. Земской, женское ассоциативное поле выглядит более обобщенным и «гуманистическим» (природа, животные, повседневная жизнь), в то время как мужчины ассоциируют себя со спортом, охотой, профессиональной и военной сферами. В связи с этим «большинство слов с суффиксами женского рода, обозначающих род занятий, оцениваются как обладающие «меньшим достоинством», чем соответствующие имена мужского рода; женщины чаще употребляют междометия типа «ой».

Е.И. Горошко утверждает, что «в образе современной женщины для мужчин основными оказываются черты, так или иначе связанные с ее отношением к мужчинам, для женщин же наиболее актуальными являются ее деловые качества. Различия касаются также эмоционально-оценочной стороны: мужчины относятся к современным женщинам критично, наделяя их в основном негативными характеристиками, женщины, напротив, чаще используют в речи слова, выражающие положительную эмоциональную оценку» [19, c. 25].

Анализируя мужские и женские речевые стили, Дж. Скотт приходит к выводу, что разговор между мужчинами и женщинами представляет коммуникацию противоположных культур. Мужчины и женщины овладевают языком в двух разных мирах (мире мальчиков и мире девочек). Во многих отношениях различия мужского и женского стилей не симметричны. «Мужчины и женщины, оказавшись в одной группе, скорее начнут говорить в манере более привычной и удобной для мужчин. Оценка стилю также дается, исходя из стандартов мужского стиля, который считается нормой» [44, с. 113].

Таким образом, из вышесказанного можно сделать вывод, что генезис понятия «гендер» не однозначен, как это вытекает из представленных выше различных теорий, рассматривающих данное понятие как стратификационную категорию, как культурную метафору и как явления социального конструирования. Грамотное применение научных выводов и концепций, представленных в становлении гендерной теории, позволит нам понять сложные процессы, происходящие как внутри социальной системы, так и гендерной системы конкретного сообщества.

1.4 Гендерная асимметрия и гендерные стереотипы как неотъемлемые факторы в развитии общества и культуры

Гендер создается обществом как социальная модель женщин и мужчин, определяющая их положение и роль в обществе и его институтах (семье, политической структуре, экономике, культуре и образовании, и др.). Гендерная система как таковая отражает асимметричные культурные особенности и оценки в зависимости от пола. Не имеет значения, каковы социальные роли мужчин и женщин, они могут быть различными в разных обществах. Во все времена и во всех обществах существовала гендерная асимметрия, причем, как доказывают философы, в большинстве современных обществ проявлялась асимметрия в пользу мужчины: то, что предписывается мужчине, оценивается как первичное, и соответственно, приписываемое женщине оценивается как вторичное. Социальные нормы меняются со временем, однако гендерная асимметрия остается. Учитывая уже имеющийся в науке опыт изучения этого явления, можно сказать, что гендерная система — это социально сконструированная система неравенства по половому признаку [46, с. 309].

Заметим, что всякая социальная характеристика индивида проявляется в использовании им языка. Речевые особенности служат одним из важнейших признаков, по которым определяется статус человека. Женщине и мужчине присущи разные модели речевого поведения. Различия в использовании языка в большинстве случаев обусловлены социальным разделением людей по полу. Положение мужчин и женщин и в правовом, и в бытовом отношении различно, и расхождение в языке — естественное следствие этого социального неравенства. В некоторых обществах различия в речи мужчин и женщин настолько серьезны, что даже говорят о двух «языках» — мужском и женском. Так, например, в чукотском языке существует особое женское произношение. Женщины, в отличие от мужчин вместо «ч» произносят «ц», в особенности после мягких согласных. Некоторые народности, живущие на Малых Антильских островах, имеют два словаря: один из них используется мужчинами и женщинами, когда они говорят с мужчинами, второй — женщинами, когда они говорят между собой.

В индийском племени таджу мужчины и женщины практически не общаются между собой. Дело в том, что они говорят на абсолютно разных диалектах, которые так и называются: «мужской» и «женский». Даже семейные люди, особенно мужчины, плохо знают язык своей половины и выучить его не стремятся, предпочитая молчание или универсальный язык мимики и жестов.

При желании и китаянки способны разговаривать между собой так, что присутствующие мужчины не поймут ни слова. В старину китайским женщинам часто запрещалось общаться друг с другом, и они изобрели секретный язык «нушу».

У цивилизованных народов различия в языке у мужчин и женщин меньше, они в основном касаются не набора языковых единиц, а частоты их использования, характеристик речевого поведения, языковых вкусов и предпочтений, гендерных стереотипов.

Рассмотрим некоторые стереотипы через призму гендерных отношений. Само понятие «стереотип» можно интерпретировать как схематизированное, зачастую искаженное или даже ложное, характерное для сферы обыденного сознания представление о каком-либо социальном объекте (человеке, группе людей, социальной общности и т. п.) [43, с. 198].

В науке, гендерные стереотипы разделяются на три группы.

Первая группа стереотипов связана с нормативными представлениями о психических и поведенческих свойствах, характерных для мужчин и женщин. Это, как правило, стереотипные представления о том, что «мужчины компетентны, доминантны, независимы, агрессивны, самоуверенны, склонны мыслить логически, хорошо управляют своими эмоциями; стереотипные представления о том, что женщины пассивны, зависимы, сверхэмоциональны, не уверены в себе, заботливы и нежны» [43, с. 205]. Согласно распространенным представлениям, женщины менее агрессивны, более склонны к опеке и более чувствительны. Однако бывают и активные, агрессивные и сухие женщины. Разные мужчины также могут демонстрировать формы поведения в диапазоне — от жесткости до нежной заботы. По традиции, принято определять мужской стиль общения как стремление к независимости, а женский -- к созависимости. Мужчины более склонны к действиям, характерным для людей, облеченных властью: они говорят с нажимом, перебивают собеседника, касаются его руками, тверже смотрят в глаза, реже улыбаются. Женщины, особенно в разнополых группах, предпочитают менее прямые способы воздействия на собеседника: меньше перебивают, более тактичны и вежливы, в меньшей степени демонстрируют самоуверенность. Также можно сказать, что мужчины склонны скорее прийти на помощь женщине, тогда как женщины помогают человеку независимо от его пола..

Вторая группа гендерных стереотипов -- это стереотипы, которые касаются содержания мужского и женского труда. Так, женской сферой деятельности считается обслуживающая, исполнительская. Мужская сфера деятельности -- это инструментальная, творческая, организаторская. Проблема полового (или гендерного) разделения труда, под которым понимается распределение занятий между женщинами и мужчинами, сказывается на формировании стереотипа о мужских и женских профессиях. Гендерное разделение труда сохраняет прочные позиции: во всем мире каждая отрасль характеризуется доминированием либо женщин, либо мужчин. Редко где можно встретить равное участие представителей обоих полов.

Третью группу гендерных стереотипов составляют те, которые связаны с распределением семейных и профессиональных ролей. Мужские роли -- это профессиональные, а «женские -- это семейные роли. Наиболее распространенный стереотип в этой сфере гласит: «Настоящая женщина мечтает выйти замуж и рожать детей, заниматься домом, а настоящий мужчина мечтает профессионально реализоваться, сделать хорошую карьеру» [43, с. 245]. Подобные стереотипы во многом определяют жизненные стратегии и практики, которые выбирают женщины и мужчины на протяжении своей жизни.

В связи с вышесказанным, большой интерес представляет конкретный пример, в котором исследовательница С. Г. Айвазова характеризует укоренившиеся традиции в обществе: «Скажем, молодая пара, оба с университетскими дипломами, в начале своей карьеры и семейной жизни поровну делят домашний труд, работают на схожих должностях с равным усердием и обладают равными способностями. Спустя 9 месяцев она рожает ребенка и остается с ним дома. Муж продолжает работу. Профессиональная карьера женщины вынужденно прерывается, на время. И в этот час она берет на себя, помимо хлопот о ребенке, еще и всю нагрузку по дому. Муж, со своей стороны, чтобы компенсировать ее домашнюю загруженность, а также недостаток ее заработной платы, чтобы поддержать семью материально, интенсивно работает. Начинается стремительный рост его карьеры, продвижение по службе. Растут его знания, навыки и одновременно заработная плата. Его время становится более „дорогим“, чем ее. Когда ребенок подрастает и женщина выходит на работу, груз домашних обязанностей сохраняется за ней -- ведь ее время „дешевле“, чем время уже продвинувшегося в карьере мужа. Разрыв между ними углубляется и закрепляется: ему -- карьера, ей -- домашние заботы, воспитание детей и профессиональный труд „между делом“. Женщина еще может как-то поправить свою профессиональную карьеру после перерыва, связанного с рождением первого ребенка, но рождение второго -- в том случае, если ей никто не помогает, -- наносит непоправимый удар по ее профессиональным притязаниям» [2, с. 63].

С социально-психологической точки зрения гендерные представления и поведение можно понимать как всеобъемлющее пророчество, состоящее из набора связанных между собой и взаимно подкрепляющих друг друга частных норм. Гендерные стереотипы действуют как неосознаваемые ожидания или пророчества. В качестве их исполнения или подтверждения выступают результаты процессов восприятия, поведение или их последствия.

Таким образом, отметим, что в самом широком смысле гендерные стереотипы, действующие как неявные ожидания, искажают восприятие и приводят к предвзятому отношению к мужчинам и женщинам, а результаты необъективного восприятия и отношения (половые различия в поведении и достижениях) подтверждают изначальную правильность стереотипов. Когнитивной системе человека присущи недостатки, из-за которых результаты наблюдений за поведением превращаются в неявные стереотипные представления. Мы считаем, что мужчинам свойственно поведение, типичное для ролей высокого статуса, а подчиненное поведение свойственно женщинам. Дифференцированные ожидания, представления, роли и являющиеся их следствием поведение принимаются всем обществом, которое определяет их как правильное, и в дальнейшем придает им ценность. Вследствие этого, мужчины и женщины стараются демонстрировать «желательные» качества. Подводя итоги, нельзя не отметить, что сегодня гендерные отношения в обществе претерпевают серьезные изменения, тем не менее некоторые старые правила, мифы и стереотипы поведения все еще продолжают оказывать влияние на мировосприятие людей. Гендерные стереотипы очень сильны и принимаются даже теми группами, относительно которых они созданы. Существующие стереотипные представления о женственности и мужественности достаточно близки в традициях и культурах разных народов. Поскольку стереотипы рано усваиваются и изменяются с большим трудом, то по-прежнему сохраняет актуальность тенденция постижения тайны разделения человечества на мужчин и женщин.

2. Гендерный фактор в художественных произведениях

2.1 Фемининность в прозе и ее теоретические основы

Фемининность (женственность) — это характеристики, связанные с женским полом [27, с. 208], или характерные формы поведения, ожидаемые от женщины в данном обществе [17, с. 680], или же «социально определенное выражение того, что рассматривается как позиции, внутренне присущие женщине» [6, с. 10]. Традиционно предполагалось, что фемининность биологически обусловлена, и ей приписывались такие черты, как пассивность, отзывчивость, мягкость, поглощенность материнством, заботливость, эмоциональность.

Но феминистские исследования оспорили обусловленность социокультурных характеристик и процессов только биологическими различиями: фемининность не столько от природы, сколько с детства сконструирована — девочка подвергается осуждению, если она недостаточно женственна. Фемининность — это произвольная категория, которой патриархат наделил женщин.

Существует также представление, что фемининность — особая «равная, но различная» противоположность маскулинности, что также неверно, поскольку маскулинные черты (стойкость, самодостаточность, смелость и др.) полагаются ценными для всех людей, включая женщин, а фемининные — желательные только для женщин (с точки зрения их привлекательности для мужчин).

Многие исследователи предполагали, что такие черты фемининности, как эмоциональность, уязвимость и интуиция, — это не слабость, а особая сила, которая может стать существенной для построения лучшего общества, и что эти черты мужчины могли бы развивать в себе. Современный кризис маскулинности косвенно свидетельствует в пользу этого положения.

Социокультурный феномен, возникающий в процессе освоения женщинами публичного пространства и выражающийся в появлении литературных текстов, описывающих мир, социальный опыт и практику женщин глазами женщин принято обозначать как женскую прозу. Между процессами женской эмансипации и процессами становления феномена женской прозы есть точки соприкосновения. Так, женскому движению ХIХ века в Западной Европе сопутствовал феномен так называемой женской литературы: Ж. Санд, Дж. Эллиот, Ш. Бронте, Дж. Остин и др. Женщины-писательницы в своих романах открыли новый мир: мир женщины, описанный глазами женщины. В своих произведениях писательницы предлагали обществу не только новые темы, но и новые образцы поведения, отстаивали право женщины на самостоятельный выбор, на самостоятельную судьбу. Появление женщин-авторов, пишущих романы, где в центре повествования — женщина, которая сама делает свою жизнь, положило начало феномену женской прозы.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой