Военная реформа Альфреда Великого: причины, содержание, исторические последствия

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
История


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Министерство образования и науки Российской Федерации

Государственное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«САРАТОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИМЕНИ Н.Г. ЧЕРНЫШЕВСКОГО"

Кафедра истории средних веков

Курсовая работа

Военная реформа Альфреда Великого: причины, содержание, исторические последствия

Студента 4 курса ИИМО

Полякова Сергея Аркадьевич

Научный руководитель:

А.Н. Галямичев

Саратов 2012

Содержание

Введение

Глава 1. Датская экспансия в раннесредневековой Англии

Глава 2. Военные реформы Альфреда Великого и их последствия

2.1 Традиционная военная организация англосаксов

2.2 Бурги Альфреда Великого, их военные и социально-политические функции

2.3 Создание флота

Заключение

Список использованных источников и литературы

Приложение

Введение

История раннесредневековой Англии не относится к числу малоизученных сюжетов истории. Политические события этого времени нам известны по нарративным источникам. В изучении остальных аспектов жизни общества имеется меньше информации. Тем не менее, некоторые темы, например, история агрикультуры и поземельных отношений уже обстоятельно изучены как английскими, так и российскими историками. Большую помощь оказывает при этом археология, особенно при изучении быта, жилищ, орудий труда и т. д. Однако некоторые темы в нашей историографии не нашли должного освещения, и сведения о них ограничиваются косвенными замечаниями в различных работах. Изучение военной организации, военного искусства и вооружения англосаксов в советское время практически не велось. Среди современных исследователей только А. Г. Глебов уделяет этой проблематике некоторое, хотя и не самое пристальное внимание. В английской историографии интересующие нас сюжеты занимают гораздо более видное место, и многие вопросы изучены с высокой степенью обстоятельности.

Эпоха правления английского короля Альфреда Великого тоже изучено недостаточно подробно. Если кратко остановиться на историографии данной тематики в российской (советской) науке, то надо отметить, что большого интереса она долгое время не представляла. До революции изучение этого времени ограничивалось переводами общих трудов английских историков по истории Англию (Юм, Стеббс, Грин), а также переводами источников, в том числе — биографии Альфреда (М.М. Стасюлевич). Отсутствие специальных работ русских исследователей объясняется тем, что сами англичане часто обращались к фигуре знаменитого короля, его правлению и месту в английской истории. Наши соотечественники в этой ситуации изучали другие темы, преимущественно социально-экономического характера. После революции изучение личностей королей, их политики, их влияния на развитие государств на долгое время не велось. Это понятно — монархия надолго превратилась в символ реакции, «проклятого царизма», всего того, с чем боролась Октябрьская революция.

Вплоть до конца 60-х гг. работы по истории Англии имели социально-экономическую направленность (Гуревич, Корсунский, Гутнова, Неусыхин). Лишь в затем стали появляться новые сюжеты. Альфред упоминался как создатель единого английского государства, государственного аппарата, как правитель, при котором стала складываться система английского феодализма (Штокмар, Савело). При анализе походов викингов Альфред оценивался как талантливый полководец, сумевший отбить атаки норманнов и заключивший договор в 878 г. (в Уэдморе) о разграничении подвластных территорий. Но какого-либо анализа действиям короля Уэссекса авторы не давали (Гуревич, Лебедев). Анализировалось развитие письменной, художественной культуры (Мельникова), филологи отмечали вклад Альфреда в развитие языка (Смирницкий).

В 90-е гг. интерес к средневековью многократно вырос. Появилось много зарубежной переводной литературы. На смену исследованиям, посвящённым экономическим аспектам, проблеме генезиса феодализма, пришли работы, описывающие культурные аспекты, труды по археологии, быту, вооружению и т. д. Появился целый вал литературы, посвящённый норманнам и их завоеваниям. Помимо классических работ (Стрингольм, Арбман) издавались и издаются новые (Вильсон, «Викинги. Набеги с севера»). Причём качество литературы иногда оставляет желать лучшего. Она является, по сути, научно-популярной, предназначенной для школьного возраста, поэтому как научный труд воспринимать её нельзя. Тем не менее, подчас за отсутствием иного материала, приходится использовать и его. Например, серия научно-популярных журналов «Новый солдат», являющихся калькой с английского журнала «Osprey», изобилует фактическими ошибками, а размышления и выводы по теме подчас просты и не вполне обоснованы. С другой стороны, фактическая информация по археологическим исследованиям и анализу вооружения могут служить хорошим подспорьем для изучения темы.

В последнее десятилетие наиболее авторитетным учёным, изучающим Англию Альфреда Великого, является А. Г. Глебов. Его главные работы «Англия в раннее средневековье» и «Альфред Великий и Англия его времени» рассматривают англосаксонское общество в разных аспектах. В первой книге Альфреду посвящена отдельная глава, во второй автор пытается дать анализ всех сторон правления короля. Автор не делает окончательного вывода касательно формирования английского феодализма, хотя и пишет, что система бокленда при Альфреде развивалась. Пытаясь охватить все стороны правления короля, несколько рудиментарно и несистематизировано даётся анализ судебной системы. Давая итоговые оценки правления Альфреда, автор несколько раз упоминает о дальнейшем развитии государства, суда у его преемников в X в., однако не даёт анализ причин упадка англосаксонской Англии в XI в. Широкое использование источников, зарубежной литературы, использования данных из смежных областей: археологии, лингвистики, культурологии и др. даёт работам А. Г. Глебова большое преимущество перед всем, что было написано раннее. Большим плюсом является лёгкий, образный язык, погружённость автора в эпоху, интерес к роли личности в истории.

Деятельность короля, правившего в период с 871 по 899 (900) гг., на наш взгляд, сопоставима с деятельностью великого русского императора Петра I. Альфред также своими реформами изменял общество. При этом для него эти изменения не были целью, он вообще вряд ли задумывался об этом. Но сложившаяся ситуация, внешняя угроза, исходящая от норманнов, ставили перед Альфредом главную задачу: остаться правителем независимого государства или же стать пленником, погибнуть, стать изгнанником.

Из всех реформ Альфреда наиболее последовательной являлась военная. Важную роль сыграла также судебная реформа, закрепившая основные нормы и положения, необходимые для функционирования государства. Помимо этого, король реформировал административное деление государства, укреплял вертикаль власти, развивал торговлю, культуру. Но всё это было бы невозможно без проведения военной реформы, повлиявшей на многие стороны жизни и сделавшей королевство Уэссекс способным отразить иноземную агрессию.

Целью настоящей курсовой работы является всестороннее рассмотрение военной реформы Альфреда Великого и её исторических последствий. Достижение указанной цели предполагает решение следующих задач: во-первых, мы должны будем выявить причины военной реформы Альфреда, насущная необходимость которой была обусловлена несостоятельностью старых форм военной организации англосаксов перед лицом датской экспансии; во-вторых, мы попытаемся реконструировать структуру военной реформы и рассмотреть её основные элементы; наконец, в-третьих, нашей задачей будет анализ влияния военной реформы Альфреда Великого на общество и государство, как в ближайшей, так и в отдалённой исторической перспективе.

Глава 1. Датская экспансия в раннесредневековой Англии

Эпоха норманнов началась 8 января 793 г., когда скандинавские язычники напали на монастырь Св. Куберта на острове Линдисфарн. Это событие было воспринято современниками в апокалипсическом духе и стало началом периода, когда вся Западная Европа подвергалась постоянным набегам норманнов, разрушениям и грабежу. Предпосылки этого явления не поддаются однозначной интерпретации. Одной из важнейших причин было малоземелье, характерное для стран северной Европы. Возвышение воинской знати — хевдингов и годи, привлекало молодых мужчин, которые не могли рассчитывать на надел земли (младшие сыновья в семьях); различных маргиналов (людей, привыкших жить разбоями и грабежами и не работающих на земле). Завоевания преследовали не только военные, но и миграционно-колонизационные цели. В целом, несмотря на некоторое отставание региона, историки наблюдают социально-экономический прогресс в VIII — XI вв. по всей Скандинавии. Качественно возрос уровень материального и духовного развития норманнов. Произошёл прорыв в судостроении (быстроходные драккары). Нельзя не отметить также то, что те районы, на которые совершались викингами нападения, не были готовы к их отражению. Это касается не только Англии, но и Франции, Испании и др. Крестьяне не были в состоянии противостоять опытным в военном деле и хорошо вооружённым людям, кроме того, викингам была присуща исключительно высокая мобильность, что делало их грозой Европы того времени. Помимо этого, в исторические процессы вмешались климатические изменения: во второй половине I тыс. н. э. климат в Северном полушарии стал несколько теплее.

Нападение 793 г. не было чем-то из ряда вон выходящим: контакты и конфликты жителей Британии со Скандинавией были и ранее. Например, в «Англосаксонской хронике» под 789 г. упоминается нападение норманнских грабителей. Тогда «флот» викингов составил всего 3 корабля. Археология свидетельствует, что контакты со Скандинавией были и во времена Великого переселения народов. Активная внешняя торговля началась с VI в. Знаменитое погребение в Саттон-Ху рассматривают также как яркий пример оживлённых контактов между Англией и северной Европой. Одним из ярчайших примеров таких контактов служит эпос «Беовульф», найденный в Англии и написанный на древнеанглийском языке, который повествует о скандинавских племенах геатов и данов.

Вслед за разграблением Линдисфарна викинги напали на монастырь в Ярроу в 794 г., а в 795 — 796 гг. южная и западная Англия стала целью массовых набегов. Тогда же их экспансия распространилась на Ирландию. В следующие 30 лет разбойничьи набеги всё учащаются и превращаются из перманентной опасности в серьёзную угрозу нарождавшейся английской государственности. Усиливается миграция викингов на Оркнейские и Шетландские о-ва, остров Мэн вообще превращается в своего рода базу северных захватчиков. Постепенно скандинавы начинают проникать во внутренние районы Англии. Под 851 г. в «Хронике» говорится о прибытии вражеского флота из 350 кораблей. Нельзя сказать, что Англию атаковали «полчища» и «армии», как об этом говорится в источниках. Отряды были небольшими (одна из причин мобильности викингов), а по данным Г. С. Лебедева, численность участников походов в 793 — 833 гг. не превышала 17 тыс. человек.

В 835 г. «датчане» захватывают остров Уайт, нападают на остров Шеппи (устье Темзы). 836 г. принёс новую опасность: викинги высадились на побережье Корнуолла, заключили союз с местными кельтскими вождями и двинулись вглубь острова. Опасность была остановлена уэссекским королём Эгбертом в битве у Хингистдуна. В 840 г. произошла битва у Саутгемптона, успешная для англо-саксов, но викинги взяли реванш в следующем году при Портленде. В 842 г. викинги подвергли разорению главные центры страны: Лондон, Кентербери и Рочестер. В 851 г. были опустошены Кентербери и Лондон, а также разбиты мерсийские дружины. Именно в этот год норманны переходят от разбойничьих нападений к установлению постоянного контроля над значительными территориями северо-восточной Англии и их освоению. К берегам Англии прибывает огромный флот, источник говорит о 350 кораблях. Также в этот год происходит битва при Аклее, в которой отец Альфреда Этельвульф разгромил превосходящие силы викингов.

В последующие годы активность данов несколько уменьшилась, их вторжения носили локальный характер, а сражения напоминали небольшие стычки. Всё изменилось в 865 г., когда высадка «великого войска» (micel here) на восточном побережье открыла новый этап скандинавской экспансии, масштабы которой превзошли все предыдущие вторжения. Пожалуй, даже континентальная Европа не испытывала таких потрясений от набегов с севера. Войско вели за собой сыновья прославленного Рагнара Лотброка, Ивар и Хальфдан. Рагнар был датским конунгом из рода Инглингов. Письменных источников о его жизни не сохранилось, информация о нём содержится в сагах. По легенде, своё прозвище он получил благодаря кожаным штанам, спасшим его от смерти, когда он упал в яму со змеями. Его главными военными предприятиями были осада Парижа в 845 г. и вторжение в Нортумбрию в 865 г. Его войско было разбито, сам он по приказу короля Эллы был сброшен в яму со змеями, где его штаны уже не помогли. Месть за отца и послужила поводом для вторжения его сыновей в Англию.

Вторжение началось успешно — королевство Восточная Англия сдалось без боя, сразу же заключив с норманнами союз и снабдив их лошадьми. Получив такую помощь, они относительно быстро завоевали Нортумбрию со столицей в Йорке в 867 г., посадив на трон своего ставленника, подчинявшегося во всём данам. В декабре того же года датчане проникли в Мерсию, заняв Ноттингем. Королю Мерсии была оказана помощь со стороны короля Этельреда (Уэссекс), но в следующем году объединённым дружинам так и не удалось выбить викингов из города. Королю ничего не оставалось, как заключить с ними мир, после чего Великое войско вернулось в Йорк. В конце 869 г. оно вторглось в Восточную Англию и, несмотря на оказанную ранее помощь, викинги вероломно разграбили её, уничтожив многие монастыри, а также убив короля Эдмунда. Таким образом, большие территории восточной Англии попали под контроль викингов: Восточная Англия, Нортумбрия и часть Мерсии. Единственным королевством англосаксов, сохранившим целостность и независимость, остался Уэссекс. Его завоевание позволило бы датчанам установить полный контроль над островом. Никогда ещё зарождавшаяся английская народность не оказывалась так близко к угрозе завоевания и порабощения. Предстояло решить главный вопрос — сможет ли Англия в лице Уэссекса отстоять свою свободу?

Война не заставила себя ждать. В 871 г., как пишет «Хроника», «произошло девять больших битв с армией к югу от Темзы, помимо тех стычек,…которых не счесть». Именно в этом году произошла одна из важнейших битв периода норманнской экспансии в IX в. — битва при Эшдауне. Битва была кровопролитной и тяжёлой, но англосаксы всё же победили в ней. Огромную роль сыграл при этом полководческий талант Альфреда, который хотя и был младшим братом короля Этельреда, но фактически именно он в буквальном смысле вырвал эту победу, «умывшись в крови» своих воинов. Решительный и внезапный удар по неприятелю, находящемуся на возвышенности, отвлёк все основные силы противника на Альфреда. Дружины Этельреда, запоздавшие к началу битвы, решили исход дела и превратили всё войско данов в неуправляемую толпу. В течение года успех был достигнут ещё лишь при Ридинге, зато крупных поражений насчитывается 4, в том числе при Бейзинге и Мальборо. От ранений, полученных в битвах, умер король Этельред, и на престол вступил его брат Альфред, которому суждено получить прозвище Великий.

Первые годы его правления были очень тяжёлыми для Англии. Даны безнаказанно разбойничали на землях Мерсии и Нортумбрии, периодически зимуя в городах и нанося огромный урон населению и хозяйству. Но неожиданно в 875 г. армия викингов разделилась, что дало определённые шансы на успех и время для подготовки к борьбе. Хальфдан отправился на север Англии, на территорию современной Шотландии, где начал борьбу с пиктами. Вторая часть армии, возглавляемая Гутрумом (Ивар погиб), продвигалась на юг, захватив Уэрхем и Экстер, уэссекские крепости. При этом датчане один раз попали в окружение, поклялись Альфреду по языческому обряду, что навсегда уйдут из страны, но вероломно нарушили клятву. В 878 г. викинги начали широкомасштабное наступление. В этом году Уэссекс был частично захвачен и перешёл под контроль дружин Гутрума. Население изгонялось со своей земли, норманны проникали вглубь страны. Правительственный и административный аппарат был уничтожен, сам король с небольшой дружиной приближённых укрылся в болотах Сомерсета, где на крошечном клочке земли обустроил лагерь, который стал центром упорной партизанской войны против захватчиков. Из различных районов страны (Уилтшир, Хемшир) стали прибывать уцелевшие и оставшиеся верными своему господину войска. К середине года произошло ещё одно крупное сражение — битва при Эддингтоне. Несмотря на преимущества перед англосаксами (более организованное и численно большее войско), викинги были разбиты. Сомкнутые ряды англосаксов вырвали победу у данов. Они приняли мирный договор в Уэдморе, по которому получали Нортумбрию, Восточную Англию и восточную Мерсию. С этого времени эти территории стали называться Danelaw — Область датского права. Для скрепления договора, помимо клятв, было совершенно невиданное — предводитель армии Гутрум, вместе с 30 знатнейшими воинами, приняли крещение из рук Альфреда. На этот раз норманны свои обещания сдержали, а Гутрум остался христианином на всю жизнь, при крещении приняв имя Ательстан.

В 80-е гг. наступила пауза в военных действиях, одной из причин которой были походы викингов в земли франков. В это время Альфред начал проводить свои военные реформы, причём они стали приносить результаты почти сразу, о чём свидетельствуют победы флота Альфреда, о которых сообщают нам хронисты. Было проведено несколько удачных походов, а в 886 г. был отвоёван Лондон. Между Гутрумом и Альфредом был заключён новый договор, по которому границы между Уэссексом и Областью датского права признавались незыблемыми. Население земель, принадлежащих королю, теперь окончательно признало его своим правителем.

Последним серьёзным вторжением (и серьёзным испытанием) во времена правления Альфреда стало наступление 892 г. Потерпев тяжёлое поражение во Франции, армия под предводительством Хестена высадилась в Кенте. Викинги вместе с собой взяли имущество и свои семьи, что свидетельствует о решительности их намерений. Заручившись обещаниями о ненападении у Данелага (которые, как замечает сам хронист, систематически нарушались), Альфред смог остановить их продвижение на Уэссекс, а в 893 г. его зять Этельред одержал победу в битве у Баттингтона. Военные действия приняли локальный характер, превратившись в стычки. За период военных действий произошёл даже курьёзный случай: была захвачена в плен семья Хестена, причём его сыновья были крещены лично Альфредом ещё до этого, и их держали как почётных пленников. Армия же Хестена, несмотря на косвенную поддержку местных данов и маневренные суда, не могла противостоять мобильному войску Альфреда, что доказывало успех его реформ. В дальнейшем во время стычек викинги по большей части проигрывали, получая ожесточённый отпор от местных жителей. В 896 г., к примеру, король окружил врага на реке Ли, блокировав пути отступления по ней, вынудив их уходить посуху. В 897 г. была одержана значительная морская победа у острова Уайт. В 893 г. силы лондонского ополчения разгромили скандинавский лагерь поблизости от города. Однако, несмотря на то, что англосаксам удалось успешно отбить вторжение, людские и материальные потери были колоссальными. Победа далась большой кровью; за три — четыре года по данным Хроники умерли и погибли 10 высочайших государственных сановников.

Испытания, принёсшие колоссальные потери, были с трудом, но пройдены Альфредом. Конечно, и после него, вплоть до конца англосаксонской эпохи в 1066 г., нападения и вторжения викингов продолжались. Но его заслуга состоит в том, что Англия сохранила суверенитет и право бороться за свою свободу.

Глава 2. Военные реформы Альфреда Великого и их последствия

2.1 Традиционная военная организация англосаксов

Военная организация англосаксов сложна и до сих пор недостаточно изучена. В начале англосаксонского периода формировались небольшие отряды, группировавшиеся вокруг вождя. Так как эти воины не занимались ничем иным, кроме войны, не трудились на земле, не были ремесленниками, их можно назвать профессиональными воинами, дружинниками. Между ними и вождями (будущими королями и элдорменами) возникали отношения на основе служения и верности господину, подкрепляемые дарами: оружием, драгоценностями, награбленным имуществом. Мы можем предположить, что такие дружины состояли из 15−20 воинов, к VII в. — до 30. По всей видимости, ко времени Альфреда профессиональная «армия» не превышала 300−350 чел. Например, в «Англосаксонской хронике» под 786 г. упоминается попытка захватить власть в Уэсексе, где со стороны этелинга Кюнехарда погибло 84 воина (надо полагать, немалые потери). Законы короля Инэ (кон. VII в.) называют армией (here) отряд в 35 (!) человек. В 655 г. в одной из многочисленных войн между королевствами Пенда Мерсийский выставил против Осви Нортумбрийского 30 «легионов». Едва ли можно предположить, что под этим словом понимается римский шеститысячный легион.

Из таких дружин сформировался впоследствии избранный фирд (selectfyrd), состоящий из хорошо вооружённых, обученных воинов. Костяком таких отрядов становились тэны. Из них же формировалась гвардия короля — hearthweru («защита очага»). Некоторая информация об избранном фирде содержится в Земельной описи графства Беркшир (1089 г.). Там сказано: «Если король пошлёт армию куда-либо, от пяти дворов выставляется один солдат. Каждый двор платит по 4 шиллинга на содержание солдата в течение двух месяцев». Данное сообщение доказывает то, что нормандские рыцари Вильгельма Завоевателя оставили основу реформы Альфреда.

По этой реформе каждый надел земли величиной в пять гайд обеспечивал одного всадника в кольчуге, шлеме и с мечом, который должен был приводить с собой 4−5 легковооружённых воинов. По его распоряжению войско было поделено на две части, одна из которых находилась на службе, другая — в поле. Двадцать пятёрок образовывали сотню — административную единицу, от которой призывалось 20 воинов. Эта система напоминает систему ополчения Карла Великого, издавшего в 807 г. закон, по которому от 5 mansi (что равнозначно термину hide) должен выставляться один ополченец в армию. При этом он должен иметь одно копье, щит, лук, 2 тетивы к нему, 12 стрел, нагрудник и шлем.

Избранный фирд мог состоять из нескольких частей: подконтрольных собственно королю, элдормену или под командованием отдельных тэнов. Армия под командованием элдорменов могла образовываться из вливавшихся отрядов отдельных тэнов со своими ополченцами, которые шли на соединение с королевскими силами. Во время военных действий каждый отряд действовал в соответствии с тем, какое решение примет его руководитель; единого командования как такового не существовало, каждый элдормен действовал на свой страх и риск. Конечно, такая самостоятельность могла приводить и к обратным последствиям: например, в VIII в. в Нортумбрии местные элдормены подняли восстание. Служба в ополчении длилась около 60 дней. По аналогии с каролингскими порядками можно предположить, что за сбором ополченцев следил определённый для этого человек, например, опытный тэн. Интересно, что одна из дорог на западе центральной Англии называлась Fyrdstraet, что прямо указывает на то, что она использовалась для передвижения ополчения.

В случае крайней опасности организовывали общий или большой фирд, состоявший из свободных общинников -- кэрлов. Крестьянское ополчение отличалось невысокой боеспособностью и не могло отходить от своего поселения далее расстояния полусуточного перехода. Вооружение было примитивным: щит и копьё. Прямое указание источников на участие кэрлов в военной организации мы встречаем в законах короля Инэ. 51 титул устанавливает штрафы для людей, проигнорировавших вызов в фирд: «Если гезит-землевладелец не явится в фирд, он уплатит 120 шиллингов и потеряет свою земл.; не имеющий земельного владения уплатит 60 шиллингов; кэрл уплатит 30 шиллингов за неявку в фирд». Источник оставляет много вопросов. Неясно, в частности, должны ли были участвовать в фирде все свободные взрослые мужчины или же только те, кто считал своим непосредственным лордом короля. Некоторые исследователи (например, Э. Джон) настаивают на том, что здесь не идёт речь о личном участии кэрлов в войне, а лишь о материальном обеспечении войска. Так или иначе, со временем на поле боя оказывались лишь те, кто лично сопровождал своего господина-глафорда. Социальная дифференциация позволяла оказываться на войне только зажиточным кэрлам, имевшим возможность и вести хозяйство, и обеспечить себя оружием и доспехами. Тем самым они сближались со служилой знатью. Но даже обедневшие общинники, которые не могли лично участвовать в фирде, несли повинности, фирму (feorm), «кормление» короля, т. е. продуктовые поставки в пользу короля, подводную повинность, содержание государственных «служащих», т. е. элдорменов, тэнов и др. Со временем, в VIII—IX вв., утверждаются порядки, характерные для всего средневекового Запада — общинники постепенно утрачивают свои земли, права и свободу и полностью отстраняются от непосредственного участия в войнах и военном деле.

Источники сообщают о возможности служить в армии для несвободного населения. Конкретно это касается полусвободного слоя уилей (wealh), характерного для Уэссекса. Для них предусматривался способ повысить социальный статус и стать свободными: увеличение его надела или поступление на королевскую службу. Уиль, владеющий пятью гайдами земли, получал вергельд в 600 шиллингов, а конный уиль короля (cyninges horsewealh) -200, что уравнивало его виру с вергельдом обычного кэрла.

В целом, следует сказать, что военная организация англосаксов мало отличалась от подобной организации других германских народов. Основу войска (весьма немногочисленного) составляла родовая и служилая знать. Народное ополчение постепенно теряло решающую роль в войне вследствие постепенного обезземеливания и закабаления крестьянства. К IX в. общийфирд подходил ещё для обороны; участие кэрлов в войне уменьшалось, ограничиваясь отдельными зажиточными представителями. Именно это стало причиной неудач англосаксов в борьбе с датчанами, а угроза датского завоевания стала причиной реформ Альфреда.

Следует кратко осветить некоторые важные аспекты военного дела, а именно доспехи, оружие, оснащение армии.

Единственный документ, регламентирующий оснащение танов, относится к правлению Этельреда Неразумного, к началу XI в. В нём сказано, что керл не может быть приравнен к тэну, если у него нет пяти наделов земли. При этом даже наличие шлема, кольчуги и меча (с позолотой) не имело значения. Можно предположить, что в источнике перечисляется основное вооружение воина. Показательны и налоги на наследство. Чтобы подтвердить свои права на имущество умершего тэна, его наследники отправляли королю дар, который, как правило, представлял собой те или иные виды оружия. К концу X в. такой дар состоял из 4 щитов, 4 копий, 4 коней, 2 мечей, шлема и кольчуги.

Из приведённого примера обращает на себя внимание количество лошадей, необходимых для военных нужд. Оно видится несообразно большим, в свете известных фактов: англосаксы не имели кавалерии и коней использовали для доставки грузов и передвижения. При этом кельты активно использовали лошадей в битвах, правда, тоже не в качестве кавалерии, а впряжённых в колесницы. Даже первые англосакские вожди, Хенгест и Хорса имеют «лошадиные» имена (hengst-жеребец, horsa-кобыла). Для германских племён значение лошади было очень велико. В захоронениях же англосаксов не находят коней и конской упряжи. Такое резкое изменение можно объяснить только отсутствием целенаправленного разведения выносливых и крепких животных и трудностью торговли животными с континентом. Самое главное состояло в отсутствии потребности в сильном конном войске, требовавшем значительных средств на содержание.

Оружие и доспехи легче всего проследить по захоронениям, однако, в отличие от континентальных германцев, у англосаксов оно встречается реже. Лишь в 30 — 40% погребений археологи находят копьё и щит. Мечи встречаются в основном на юго-востоке Англии, где их количество составляет 22%. Ножи-саксы были обнаружены в 10% могил, а боевые топоры, луки и стрелы — в 2%. Таким образом, по данным статистики, основным вооружением англосаксов большую часть раннего средневековья было копьё и щит. Более знатные воины, а затем тэны имели меч, дополнительно могли вооружаться ножом. Луки наверняка имелись у большинства населения. Отсутствие их в захоронениях можно объяснить, во-первых, тем, что они считались неподходящим оружием для погребения. Во-вторых, бой воспринимался германцами как ближняя схватка, а тактических премудростей с первоначальным ударом стрелков по врагу не было.

Наличие шлемов не подтверждается археологическими исследованиями до XIв. До этого времени найдено только три шлема: из Саттон-Ху, Бентли-Грейндж и Коппергейта. Каркас второго и третьего шлема состоит из железных полос, к которым заклёпками крепятся роговые пластины. Все шлемы являются изделиями высочайшего класса, которые могли себе позволить только очень богатые люди, возможно, даже короли. Они не могут являться образцом для изучения типичного англосаксонского шлема. Для обычного же воина своеобразной защитой головы являлись колпаки — традиционные англосаксонские головные уборы. Предполагают, что они обшивались металлическими пластинами.

Меч являлся долгое время признаком знатности владельца, вследствие дороговизны этого оружия. В захоронениях он встречаются не часто: на 308 погребений приходится всего 2 меча. Мечи имели широкий прямой обоюдоострый клинок с шириной в 4 — 5 см, 75 см в длину. Рукоятка была простой, гарда как таковая отсутствовала. Со временем мечи приобрели треугольную форму с острым концом, с широким основанием. Прототипом англосаксонских мечей были кельтские, с похожей формой и длиной. Ковались мечи с использованием кованой сварки. Полосы стали разной твёрдости скручивались в жгут, после чего ковались молотом, до придания жгуту однородности. Ножи-саксы, заточенные с одной стороны, имели разную форму. Отличались ножи тем, что у них отсутствовала головка на рукоятке. Ножны состояли из двух длинных деревянных планок, обтянутых кожей, сверху и снизу окованных металлом. Внутри ножны часто выстилались овечьей шерстью.

Копьё являлось самым распространённым оружием англосаксов, археологи находят их наконечников больших количествах. Многочисленные разновидности наконечников можно разделить на два типа: кельтские, с широким лезвием, и ангоны, варианты римского пилума. Первоначально такие копья предназначались для метания, но затем наконечники приобрели удлинённую форму и стали использоваться для колющих ударов. Копья с широким наконечником делятся на две разновидности: треугольный и листовидный. Большая часть наконечников имела ребро жёсткости. До IX в. втулки были открытые, т. е. с разрезом, затем он стал свариваться и втулки стали закрытыми. Длина древка копья была различной: от 170 до 270 см, длина наконечников от 7 до 60 см.

Обычным оружием на континенте являлась франкиска или метательный топор. Он имел короткую ручку и обух, который шёл от ручки под тупым углом. В Англии такие топоры встречаются очень редко, например в Кенте. До конца X в. особого распространения они не имели, лишь с появлением хускарлов — наёмной гвардии датского происхождения, появившихся при правлении Кнута Великого, широко разошлись топоры с широким закруглённым лезвием, укреплённым под прямым углом на рукоятке.

Щиты собирались из деревянных планок, переднюю сторону обтягивали коровьими шкурами. В центре щита был железный умбон, который делался из плоского листа железа, разрезанного и согнутого в конус, в других случаях он был плоским. Форма щитов была круглой, диаметром примерно от 30 до 75 см, толщина колебалась от 1 до 3 см. На внутренней стороне щитов имелась дополнительная петля для предплечья. Края дорогих щитов дополнительно оковывали железной полосой. Треугольные щиты появились лишь в XI в., под влиянием датчан.

До конца X в. нам практически неизвестны англосаксонские кольчуги. Единственным исключением является экземпляр из Саттон-Ху, а также бармица шлема из Коппергейта. Кольца в них соединены с 4 соседними, т. е. изготовлены стандартным способом.

Как уже говорилось, лучники были малочисленны в армии. При раскопках луки обнаруживают редко. Тем не менее, они были, достигая в длину 1,8 м. Использовали для их изготовления тис и ясень, тетиву делали из льна. Наконечники находят редко. Длина древка стрелы составляла 60 см. Колчаны имели цилиндрическую форму.

Таким образом, военное дело англосаксов в целом было сходно с континентальными германцами. Проведённая Альфредом реформа заменила общее ополчение на профессиональную армию, что повысило её мобильность и в какой-то мере боеспособность. Некоторые особенности войска (отсутствие боевой конницы) были обусловлены островным положением Англии. военный реформа альфред флот

Правление Альфреда Великого (871 — 900 гг.) было одним из самых драматичных периодов в истории средневековой Англии. Набеги норманнов стали тяжелейшим испытанием для англосаксов, однако они смогли выстоять — одни из немногих в Европе. Вклад в эту победу самого короля бесспорен. Проводимая им военная реформа имела огромное значение в повышение обороноспособности армии. Однако до настоящего времени существо и исторические последствия государственных преобразований короля Альфреда остаются не до конца осмысленными. Важнейшей составляющей реформы было строительство сети крепостей — бургов.

2.2 Бурги Альфреда Великого, их военные и социально-политические функции

Как показывают археологические исследования, в 8 в. крупные поселения (протогорода, как их называют некоторые современные историки) были важными центрами торговли, и верховная власть была заинтересована в контроле над ними. К таковым можно отнести поселения 8 в. Хамвик и Гиппесвик, а также те, которые существовали ещё во времена римского господства в Британии: Лондон, Йорк. Но их оборонительные укрепления явно были недостаточными для обеспечения безопасности. Часто их не было вовсе или они ограничивались рвами. Такие поселения на древнеанглийском языке назывались wic (возможно, под влиянием латыни). Потребовалась внешняя опасность и угроза полного подчинения захватчикам, прежде чем появились укрепления и настоящие крепости — burh по-древнеанглийски. Из четырёх главных королевств (Уэссекс, Мерсия, Нортумбрия и Восточная Англия) наибольшую роль в их развитии сыграл Уэссекс, где этот процесс приобрёл наибольший размах. Однако определённый опыт использования оборонительных укреплений в Британии уже существовал. Он складывался из действий многих поколений проживавших на её земле народов. Надо также отметить использование самого термина «burh». В источниках это слово не всегда обозначает укрепление, крепость и т. д. Под этим термином может пониматься забор, частокол. Обозначали под ним и «частные» бурги, прообразы будущих замков. А в англо-саксонской поэме «Плач жены» словом «burh» обозначаются заросли ежевики вокруг её пещеры (!). Речь идёт о художественном образе, появление которого не было случайностью.

Англосаксы, вторгшиеся в Англию, первоначально не возводили какие-либо оборонительные сооружения, поскольку не испытывали в этом потребности. Напротив, в этот же период кельты и романизированные бритты, ведя борьбу с германскими племенами на протяжении, активно использовали укрепления, появившиеся ещё в конце прошлого тысячелетия (например, Мейден Кастл, Кэдбери). Можно предположить, что и германцы иногда использовали их (в зависимости от ситуации). Да и в целом поселения кельтов были крупнее и лучше развиты, чем у пришельцев, хотя те заняли территории, где когда-то были развитые римские города. К древнейшим англосакским укреплениям относят датируемые 6 в. Вал Дьявола в Восточной Англии, вал в Бокерли и Вансдайк в Уэссексе. Думается, что их появление не было случайностью. До этого англосаксы представляли собой отдельные отряды, подчас крупные, но всё же не представляющие собой силу, способную владеть и управлять большими территориями. После того, как германские племена стали в широких масштабах переселяться и оседать на острове, борьба с местным населением ожесточилась. В знаменитом сражении при Бэддон Хилле (516 г.) войска потомка римской знати Амвросия Аврелиана и его соратника бритта Нения Арториуса разгромили саксов. Таким образом, в начале 6 в. кельты ещё сохраняли военную силу.

Территории, на которых расселились германцы, к этому времени были уже весьма обширными, на них стали образовываться государства: Кент, Уэссекс, Нортумбрия. «Хроника» под 547 г. сообщает, что Ида, первый король Нортумбрии основал «крепость» Бамбург, которая, таким образом, является (поскольку мы не располагаем более ранними сообщениями письменных источников) первым оборонительным сооружением англосаксов в Британии. Но самый яркий памятник ранней англо-саксонской фортификации в Британии был создан на территории Мерсии.

Мы имеем в виду так называемый Вал (или Стена) Оффы, созданный в 8 в. в правление знаменитого короля Мерсии Оффы. Он представлял собой линию рвов глубиной до 2 м и 8-метровых валов. Это оборонительное сооружение шло по границе Мерсийского королевства и Уэльса. Многочисленные кельтские племенные союзы (королевства) доставляли много хлопот англосаксам, поэтому логично, на наш взгляд, предположить, что защитная стена должна была предотвращать вражеские набеги. Образцом для такого рода сооружений могли служить как выше упомянутые англосаксонские стены, так и знаменитые Адрианов и Антонинов Валы римского периода. Однако остаются некоторые вопросы относительно того, была ли эта стена действительно эффективной для защиты против набегов, достаточно ли имелось средств на её содержание, как Мерсийское государство смогло собрать ресурсы на её постройку? Её протяженность «от моря до моря» (по словам Ассера) составляла около 240 км. До настоящего времени сохранились участки стены длиной около 130 км. Надо полагать, что это не только результат воздействия времени и природы, но и наглядное свидетельство былой враждебности соседей. Как бы то ни было, Стена Оффы была своеобразным символом могущества этого короля, а также примером создания такого рода сооружений, требовавшего большого количества государственных ресурсов. Надо полагать, что тогда был опробован и механизм пропускного контроля и сбора пошлин всех людей, кто пересекал Стену. Строительство укреплений ввелось тогда и в Кенте, находившемся под полным контролем Мерсии. Кстати, именно в Мерсии впервые стали строиться укрепления -- бурги. Их строительство было одной из трёх повинностей, требуемых королём (строительство мостов, крепостей и участие в ополчении). Впервые о строительстве крепостей упоминается в 749 г.

Стена Оффы, несмотря на своё значение для развития англосаксов, а также на серьёзное доказательство доминирования Мерсии в VIII в. на Британском острове, является свидетельством примитивности военного искусства и общественного строя Мерсии.

Конечно, сеть крепостей не являлась открытием и нововведением для средневековой Европы. Примерно в этот же период франкский король Карл II Лысый начал строительство сети укреплений на западном побережье современной Франции, причём это также было связано с нападениями викингов. Несомненно, что Альфред Великий, занимаясь строительством крепостей в пределах своих владений, активно использовал опыт соседей.

Даже в 878 г., когда положение Уэссекса было катастрофическим, король, скрываясь на «острове» Атенли (в Сомерсете), укрепил своё убежище, хотя оно и так находилось посреди болот. Остатки укреплений в этой местности можно было увидеть ещё в XIX в. После сокрушительного (как это представляется в свете сообщений источников) поражения данов при Эдингтоне остатки вражеского войска укрылись в крепости Чиппенхем, где продержались 2 недели. Начавшаяся военная реформа одной из своих главных целей сделала создание эффективной оборонительной системы королевства. Важнейшим источником для нас является выше Burghal Hidage. Этот документ представляет собой опись основных крепостей, построенных в ходе реформы короля Уэссекса. На основании этого документа можно судить о том значении, которое придавалось строительству крепостей. В нём описывается площадь земли для каждого бурга, измеряемая в гайдах (грубо говоря, 120 акров). Документ, составленный во время правления короля Эдуарда Старшего (в 910-е гг.), содержит расчёты, составленные теоретически, но чаще всего они совпадают с реальной площадью бургов (там, где это удалось проверить археологически). Они показывают, что действительно крупных крепостей было мало (около 6 из 33), однако малые крепости играли жизненно важную роль для защиты страны, создавая густую сеть обороны. Несмотря на огромные трудности, Альфреду удалось построить или реконструировать более 30 бургов, многие из которых сооружались также как стабильные поселения городского типа. Постепенно эти поселения становились важными торговыми центрами (и транспортными, соответственно), постоянно росло их население (очень медленно, но и стабильно). Распространение этой системы на западную Мерсию сыграло большую роль в борьбе против данов, плодами этих успехов в полной мере воспользовались короли Эдуард и Этельстан. Кроме того, эти бурги задумывались не только как крепости, но и как центры королевской администрации.

Преобразования, связанные с крепостями, да и вообще с армией, были не только узконаправленными, вносящими изменения в конкретную сторону военной сферы. Они имели и влияние на развитие государства в целом. Начав с тех решений, которые были наиболее важны в сложившейся ситуации внешней агрессии, Альфред волей-неволей становился реформатором общества, затрагивая различные сферы жизни. Таким образом, реформа оказала мощное воздействие на следующие сферы развития страны:

— военное,

— политическое,

— экономическое,

— социальное.

Главной функцией крепостей была военная, её они и выполняли в первые десятилетия после постройки. Не будучи новшеством, создание Альфредом системы бургов стало не вполне обычным явлением. До начала правления этого короля требование участия в строительстве бургов не было известно. Неудивительно, что многие представители знати неохотно выполняли свои обязанности по их строительству и ремонту, что иногда приводило к понятным последствиям для обороны страны, да и к банальному разбазариванию ресурсов. Первые крепости имели римское происхождение, их реставрировали, достраивали и приводили в пригодное состояние. Например, в Лондоне всё население около 886 г. переместилось в пределы древнего римского города, стены которого были отремонтированы и укреплены. На южном берегу Темзы появилась крепость Саутварк, сделав Лондон одним из самых укреплённых городов (неудивительно, ведь это было крупнейшее поселение на острове). В это же время был заброшен Хемвич и в полукилометре построена новая крепость, на месте римской. Такое же происхождение имели Гастингс, Чичестер, Портчестер. На месте укреплений железного века были основаны (или отстроены) Чизбери, Хэлвелл, Бреди. Новыми крепостями (построенными с нуля) были Твайнхем, Линг, Лидфорд, Уоллингфорд. Многие бурги возводились вблизи королевских поместий, беря их под свою защиту и, в тоже время, сами находясь под контролем короны. Таким образом, сеть бургов представляла собой мощную оборонительную систему, охраняющую важнейшие регионы страны. К примеру, по Темзе были выстроены Саутварк, Сэш, Уоллингфорд, Оксфорд, Криклейд.

Защитные сооружения состояли из внешнего и внутреннего рвов и земляного вала. Он был высотой в среднем до 3 м и 9−10 м шириной. Стены дополнялись бревенчатой облицовкой и увенчивались частоколом. Старые римские форты также ремонтировались и дополнительно укреплялись, например, в Винчестере ров в ширину был 8 м и в глубину 2 м. Расстояние от укреплений до населённых пунктов в любой части Уэссекса не должно было превышать 32 км. Дороги между бургами позволяли их гарнизонам оказывать помощь друг другу и полевым войскам, быстро реагировать на маневры неприятеля. Логично предположить, что население ближайших к крепости окрестностей пользовалось дорогами в случае опасности, а затем именно эти дороги стали основой для развития торговли. Им уделялось большое внимание, неслучайно в источниках они называются herepath (ед. ч.), то есть «путь армии». Использовались дороги, как римских времён, так и новые. Крепости отлично дополняли армию как базы продовольствия, снаряжения, резерва сил, а также помогали в борьбе против отрядов викингов. Также имеется предположение, что система крепостей дополнялась сетью сигнальных огней, расположенных на возвышенностях и оповещающих о надвигающейся опасности гарнизоны крепостей. Однако о масштабе использования таких «маяков» говорить трудно.

Строительство крепостей было бы неэффективно, если бы не сопровождалось проведением реформы армии. Одна часть войска непосредственно воевала, другая составляла гарнизоны крепостей, не очень многочисленные. Так формировалось профессиональное войско — тэны. Это показывает и то значение, которое придавалось защите страны, и те огромные для раннесредневекового государства ресурсы, необходимые для её поддержания. А ведь ещё надо было следить за состоянием крепостей, обновлять, заготавливать древесину и т. д. Уже упоминаемые дороги и «военные тропы» связывали бурги между собой, что позволяло гарнизонам действовать слаженно. Кроме того, фирд всегда находился в непосредственной близости от источников продовольствия и снаряжения (так как бурги, скорее всего, использовали место хранения фирмы — продналога с крестьянства). Система бургов была способна собирать фирму в период сбора урожая, и так укрепления становились главными центрами сельской экономики, защищая и контролируя её.

Для проведения реформ Альфреду пришлось пойти на ущемление материальных интересов церкви, включая конфискацию её имущества. Это оказалось возможным в силу того, что набеги викингов сопровождались разграблением церквей и монастырей, убийствами священников и монахов, остановить которые могло лишь королевское войско. Монастыри участвовали в выплате дани скандинавам, а также отдавали деньги на строительство бургов. Налоги были иногда столь велики, что заставляли священников расставаться с землёй. Не случайно в некоторых церковных источниках этого или более позднего времени король Альфред выступает как тиран, при котором церковь сильно страдала.

По источнику мы можем определить реальную длину стен, однако подсчёты могут и не совпадать с реальностью (иногда реальные показатели больше в 3 раза). В источнике дана своего рода формула для определения размеров бурга. «Для содержания и обороны одного акра пролёта стены требуется 16 гайд. Если с каждой гайды выставляется один человек, тогда поль стены должен быть занят 4 людьми». В Винчестере длина стен по описанию составляет 3017 м, археологи установили, что их протяжённость — 3033 м (совпадение почти 100%). Однако в случае с крепостью Уэрхем, например, источник далеко не полностью описывает всю крепость (полностью отсутствует описание стен со стороны реки). Причины погрешности могут быть разными — простые ошибки переписчиков, изменения (разрушения, перестройка), произошедшие ещё до составления источника, так и после (что вероятней). Ошибки могли закрасться в документ из-за того, что его составитель мог лично не видеть некоторые из крепостей и ссылаться на непроверенные сведения. Тем не менее, «почти очевидно, что документ был составлен местными королевскими должностными лицами на основе иных, ныне утерянных, записей». Пытаясь реконструировать численность воинов, служащих в гарнизонах крепостей, также исходя из логических подсчётов и тех цифр, что имеются в Burghal Hidage, предполагают, что она составляла около 27 000 мужчин. Каждый 4 взрослый мужчина должен был служить в гарнизоне бурга, так что король требовал от своего народа серьёзного напряжения сил.

Реформа имела далеко идущие политические последствия для Англии. Новые крепости становились центрами, что требовало административных преобразований. Такие преобразования могла проводить только сильная королевская власть, опирающаяся на местную администрацию. Строительство крепостей, гарнизоны в них, наборы в фирд — десятки тысяч мужчин были задействовано в реализации королевской воли (притом, что всё население королевства Альфреда не превышало 500 тыс. чел.). Соответственно, все слои населения, от крестьян до элдорменов, должны были подчиняться и выполнять всевозможные приказы и повинности, что происходило не всегда. Значит, и уровень контроля над исполнением должен был быть высоким. Следствие — усиление королевской власти, возрастающая роль «администрации» при короле, а также уитенагемота. Необходимость контролирования военных объектов, гарнизонов, их принадлежность королю обеспечивало развитию феодализма в Англии свой особенный характер, при котором вся знать, все чиновники были вассалами короля. Оппозиция магнатов, крупных держателей боклендов в англосаксонский период была слабой и неэффективной в борьбе за власть. Да и случалось это иногда, в отдельные моменты упадка Англии.

Значение местной администрации было несопоставимо с большинством стран Европы. Короли опирались на местах на управителей широв — элдорменов (позднее они стали называться шерифами), местные, особенно судебные органы власти, а не на держателей боклендов — этелингов (родовой знати), хотя власть и могущество этих классов бесспорна. Делалось это в попытках пресечь своеволие могущественных домов. Такая политика привела к оформлению и укреплению системы сотен и широв как важных политико-административных единиц, служивших противовесом новой знати. Хорошо организованная система власти, с чёткой иерархией, делала королей Англии одними из самых могущественных властителей Европы. Замедленное формирование феодализма не сыграло, однако, положительной роли два столетия спустя, во время нормандского завоевания. Войско тэнов и фирд, управляемые одним королём, оказались гораздо слабее феодальных контингентов Вильгельма Завоевателя. Два войска, англосаксонское и нормандское (по составу и языку французское), представляли собой как бы две ступени в развитии военного искусства, олицетворяя различие в социально_политическом строе Нормандии и Англии. Захватчики превосходили англосаксов в военном отношении: более совершенные доспехи и оружие (у основной массы воинов Вильгельма были мечи), рода войск, отсутствовавшие в Англии (кавалерия и лучники, хотя стрелки и были у англов, но на порядок меньше, скорее в качестве исключения), тактическое превосходство (удары на разных флангах, окружение противника, в то время как войска Гарольда главным тактическим приёмом считали стену щитов).

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой