Законодательные основы функционирования и развития физической культуры и спорта в Российской Федерации

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Оглавление

Введение

Глава 1. Регулирование договорных отношений профессиональной спортивной деятельности

1.1 Правовое регулирование договорных отношений в сфере физической культуры и спорта

1.2 Практические проблемы правового регулирования договорных отношений в сфере физической культуры и спорта

Глава 2. Отличия гражданско-правового регулирования труда профессиональных спортсменов

Заключение

Список использованных источников и литературы

Введение

На современном этапе повышения роли физической культуры и спорта в государстве и обществе возрастает потребность в четком урегулировании нормами права отношений профессиональных спортсменов заключаемых с ними гражданско-правовых договоров.

Несмотря на важность и актуальность темы исследования, правовое регулирование профессионального спорта недостаточно полно освещено в российской специальной литературе. В связи с этим ее теоретическую проработку в значительной степени определила именно практика взаимодействия спортивных организаций с профессиональными спортсменами.

Федеральным законом «О физической-культуре и спорте в Российской Федерации» предусмотрено регулирование труда профессионального спортсмена гражданско-правовым договором. Профессиональный спортсмен здесь выступает как индивидуальный предприниматель.

В связи с этим поднимается вопрос о том, нормами какой отрасли права — трудового или гражданского, необходимо регулировать труд профессиональных спортсменов в Российской Федерации.

Целью работы является проведение комплексного теоретико-правового анализа особенностей заключения, изменения и расторжения гражданско-правовых договоров с сфере физкультуры и спорта.

Для достижения указанной цели в ходе исследования поставлены следующие задачи:

1. проанализировать правое регулирование договорных отношений в сфере физической культуры и спорта;

2. рассмотреть практические проблемы правового регулирования договорных отношений в сфере физической культуры и спорта;

3. выявить отличия гражданско-правового регулирования труда профессиональных спортсменов.

Объектом исследования являются правоотношения складывающиеся при заключении, изменении и прекращении гражданско-правовых договоров в сфере физкультуры и спорта.

Предметом исследования стали нормы права, регламентирующие заключение, изменение и прекращение гражданско-правовых договоров в сфере физкультуры и спорта и правоприменительная практика.

При написании работы применялись современные методы исследования, разработанные философской наукой и исследуемые в юриспруденции, а также частные научные методы: системный, формально-юридический, структурного и сравнительного анализа, сравнительный, исторический, социологический и др.

Научной базой исследования явились труды ученых-юристов, внесших значительный вклад в правовую науку.

Глава 1. Регулирование договорных отношений профессиональной спортивной деятельности

1.1 Правовое регулирование договорных отношений в сфере физической культуры и спорта

Исследования вопросов договорного регулирования отношений в области профессионального спорта в отечественной юридической науке продолжаются немногим менее десяти лет. Несмотря на это, необходимо отметить, что ученые, занимающиеся данной проблематикой, сегодня так и не могут прийти к единой точке зрения в вопросе о том, какой отраслью права должны быть урегулированы такие отношения. До недавних пор разнополярность мнений существовала ввиду наличия коллизий между отдельными нормами Федерального закона от 29 апреля 1999 г. N 80-ФЗ (в ред. от 30 июня 2007 г.) «О физической культуре и спорте в Российской Федерации» (далее — Закон о спорте 1999 г.), в частности ст. 2 и ст. 24. Исходя из положений указанных норм Закона о спорте 1999 г., одни ученые полагали, что деятельность профессиональных спортсменов могла регулироваться нормами как гражданского, так и трудового права [8, C. 18−19], другие, напротив, придерживались точки зрения, что такая деятельность могла регулироваться исключительно нормами трудового права [22. C. 70].

Наша точка зрения в данном вопросе является более широкой. Анализ действовавшего законодательства о профессиональном спорте и практике его применения позволял утверждать, что отношения между основными субъектами профессиональных спортивных отношений (спортсменами-профессионалами и профессиональными спортивными клубами) могли регулироваться при помощи либо гражданско-правовых, либо трудовых, либо смешанных договоров.

Существование смешанных договоров, содержащих разноотраслевые условия, например гражданско-правовые и трудоправовые, признает и цивилистическая доктрина. Кроме того, и юридическая практика не отрицает существования подобных смешанных договоров, содержащих такие разноотраслевые условия (трудовые и гражданско-правовые) [26].

Как нам представляется, при выработке условий подобных смешанных договоров, в том числе и в области профессионального спорта, важно не допускать попыток подмены норм одной отрасли права другой. Если трудовой договор является основным, то условия гражданско-правового характера могут применяться как дополнительные, и наоборот. Иными словами, в гражданско-правовом договоре в качестве дополнительных условий могут применяться условия трудового договора и, соответственно, наоборот.

При этом основные условия договора применяются в зависимости от того, средствами какой отрасли права регулируются такие отношения (гражданского или трудового). Здесь, на наш взгляд, необходимо отметить, что основные условия отличаются от дополнительных условий не только по отраслевой принадлежности, но и по их объему в конкретном договоре.

Таким образом, действовавшее до недавних пор законодательство в области профессионального спорта, теория и практика его применения позволяли нам говорить о том, что договоры, заключаемые с профессиональными спортсменами по поводу их участия в профессиональной спортивной деятельности, имели свою целостную систему, включающую гражданско-правовые, трудовые и смешанные договоры [9.C. 76].

Вместе с тем, как было указано выше, законодательство в области профессионального спорта претерпело кардинальные изменения. Здесь важно подчеркнуть, что государство, наконец, стало уделять более пристальное внимание физической культуре и спорту в целом, в том числе и профессиональному спорту. Об этом свидетельствуют последние изменения действующего законодательства в исследуемой области. В частности, с 30 марта 2008 г. вступил в силу Федеральный закон «О физической культуре и спорте в Российской Федерации» [4] (далее — Закон о спорте). Не вызывает сомнения то обстоятельство, что с принятием данного Закона существенно изменилось правовое регулирование отношений, в первую очередь в сфере физической культуры и спорта, в том числе и профессионального.

Вместе с тем анализ норм указанного Закона о спорте свидетельствует о том, что отношения в области профессионального спорта так и остаются, на наш взгляд, крайне слабо урегулированными на законодательном уровне. Например, в ст. 2 Закона о спорте закреплено, что профессиональный спорт — это часть спорта, направленная на организацию и проведение спортивных соревнований, за участие в которых и подготовку к которым в качестве своей основной деятельности спортсмены получают вознаграждение от организаторов таких соревнований и (или) заработную плату. В свою очередь спорт — это сфера социально-культурной деятельности как совокупность видов спорта, сложившаяся в форме соревнований и специальной практики подготовки человека к ним.

Как нам представляется, профессиональный спорт в первую очередь является предпринимательской деятельностью. Данный вывод следует из приведенного выше легального определения профессионального спорта. В частности, организация и проведение спортивных соревнований в области профессионального спорта осуществляются с целью извлечения прибыли. Кроме того, за подготовку к таким спортивным соревнованиям и участие в них в качестве своей основной деятельности спортсмены получают вознаграждение от их организаторов и (или) заработную плату. Из этого можно заключить, что предпринимательскую деятельность в области профессионального спорта могут осуществлять как организаторы спортивных соревнований, так и их участники — спортсмены, тренеры, профессиональные спортивные клубы и т. д.

Как известно, в связи с принятием Закона о спорте в Трудовой кодекс Российской Федерации (далее — ТК РФ) внесены изменения. В частности, в ТК РФ включена новая гл. 54.1 «Особенности регулирования труда спортсменов и тренеров» [5]. На первый взгляд все вполне логично и оправданно. Наконец-то отношения с участием спортсменов урегулированы на законодательном уровне. Однако анализ указанных норм позволяет задать вопрос о том, как они урегулированы.

Ответ на поставленный вопрос мы находим в содержании указанной главы. Так, в ст. 348.2 ТК РФ закреплено, что в трудовом договоре со спортсменом, помимо дополнительных условий, не ухудшающих положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами могут предусматриваться дополнительные условия о порядке осуществления спортсменом денежной выплаты в пользу работодателя при расторжении трудового договора в случаях, предусмотренных ст. 348. 12 ТК РФ, и о размере указанной выплаты.

Далее еще более интересно. В ч. 2 ст. 348. 12 ТК РФ указано, что в трудовом договоре со спортсменом может быть предусмотрено условие об обязанности спортсмена произвести в пользу работодателя денежную выплату в случае расторжения трудового договора по инициативе спортсмена (по собственному желанию) без уважительных причин, а также в случае расторжения трудового договора по инициативе работодателя по основаниям, которые относятся к дисциплинарным взысканиям.

Кроме того, размер такой денежной выплаты определяется трудовым договором (ч. 3 ст. 348. 12 ТК РФ).

В рамках данной работы не представляется возможным проанализировать более детально указанные нормы теперь уже Закона на предмет их соответствия Конституции Р Ф [1] и общим началам и принципам законодательства, поскольку такой научный анализ потребует гораздо большего объема, чем данная работа в целом. Вместе с тем мы не сможем обойтись без общего анализа некоторых локальных актов субъектов профессиональных спортивных отношений, правомочных принимать такие акты. Более конкретно проблемы мы рассмотрим на примере регламента КХЛ в пункте второй настоящей главы.

1.2 Практические проблемы правового регулирования договорных отношений в сфере физической культуры и спорта

Обратимся к «конституции» хоккея — Регламенту проведения открытого чемпионата России по хоккею — чемпионата Континентальной хоккейной лиги сезона 2010 — 2011 гг. [28] (далее — Регламент КХЛ). Глава 8 указанного Регламента КХЛ называется «Контракты хоккеистов». В соответствии с п. 1 ст. 34 Регламента КХЛ контракт является двусторонним соглашением об установлении отношений между клубом и хоккеистом, определяющим в соответствии с федеральным законом принадлежность спортсмена (хоккеиста) к физкультурно-спортивной организации (клубу). Исходя из содержания указанной нормы, возникает вопрос о том, как понимать то обстоятельство, что трудовой договор определяет «принадлежность спортсмена», в данном конкретном случае хоккеиста, к клубу (физкультурно-спортивной организации). Да еще эта «принадлежность спортсмена» определена федеральным законом.

В п. 2 указанной статьи Регламента КХЛ закреплено, что контракт должен заключаться только в соответствии с типовыми формами, утвержденными Лигой. Типовые формы Стандартных контрактов хоккеиста Лиги, включенные в Регламент, приобретают силу локальных нормативных актов Лиги. Контракты, отличные от типовой формы, к регистрации в Лиге не принимаются, и претензии по ним не рассматриваются.

Дальнейший анализ только данной статьи Регламента КХЛ вызывает множество вопросов, ответы на которые еще предстоит дать и юридической доктрине, и практике. Так, в п. п. 5 и 6 ст. 34 закреплено, что контракт является единственно возможной формой соглашения между клубом и хоккеистом, начиная с момента утверждения формы данного контракта в 2010 г. Лигой, и согласованным коллективным договором, соглашениями. Все другие формы и виды контрактов считаются недействительными. Контракт содержит исчерпывающие положения всех взаимных договоренностей между хоккеистом и клубом. Заключение конфиденциальных приложений к Стандартному контракту хоккеиста Лиги не допускается. Корректировка либо изменение каких-либо разделов, статей, положений контракта не разрешается.

Учитывая указанные положения, не совсем понятно наличие и содержание п. 4 ст. 34 Регламента КХЛ, в котором зафиксировано, что перед подписанием контракта хоккеист и клуб должны внимательно изучить его текст, с тем, чтобы быть уверенными, что все условия и обязательства, оговоренные ранее, включены в контракт и его содержание и трактовка понятны сторонам. Во-первых, все условия и обязательства сторон уже включены Лигой в контракт и предложены сторонам. Во-вторых, корректировка либо изменение каких-либо разделов, статей, положений такого контракта не допускается. В-третьих, иные формы и виды контрактов Лигой признаются недействительными. В-четвертых, заключение конфиденциальных приложений к такому контракту не допускается.

Кроме того, в силу п. 10 анализируемой статьи контракт, заключенный между хоккеистом и клубом, вступает в силу с момента его подписания сторонами, но только в части регулирования трудовых отношений. В части же регулирования иных отношений, вытекающих из локальных нормативных актов Лиги, контракт вступает в силу с момента его утверждения и регистрации в Лиге. При этом ни один хоккеист не имеет права принимать участие в соревнованиях, проводимых Лигой, без наличия контракта с клубом, утвержденного и зарегистрированного Лигой (п. 8 ст. 34).

Таким образом, заключение контракта между хоккеистом и клубом фактически не порождает никаких правовых последствий, поскольку, если такой контракт не пройдет процедуры утверждения и регистрации в Лиге, то спортсмен не сможет выполнять своей основной трудовой функции — участвовать в спортивных соревнованиях.

Из проведенного анализа только одной ст. 34 Регламента КХЛ можно заключить, что Стандартный контракт хоккеиста Лиги нельзя отнести ни к трудовому договору, ни к гражданско-правовому, ни к смешанному или непоименованному договору. Очевидно, подобный договор необходимо признать нетипичным договором, однако такой договор не должен нарушать основополагающих принципов и норм как гражданского, так и трудового права, а также субъективных прав его сторон.

Еще более интересными, с точки зрения права, являются положения об основаниях расторжения такого контракта. В частности, согласно ст. 48 гл. 8 Регламента КХЛ при досрочном расторжении контракта по инициативе хоккеиста (по собственному желанию) без уважительных причин, а также в случае его расторжения по инициативе клуба по основаниям, которые относятся к дисциплинарным взысканиям, хоккеист обязан произвести в пользу клуба денежную выплату в следующих порядке и размерах: 1) если хоккеист не достиг к моменту расторжения контракта возраста 28 лет, он выплачивает клубу 2/3 от общей суммы заработной платы по контракту; 2) если хоккеист достиг к моменту расторжения контракта возраста 28 лет, он выплачивает клубу 1/3 от общей суммы заработной платы по контракту. Интересно то обстоятельство, что основанием для произведения денежной выплаты является теперь в первую очередь Трудовой кодекс РФ (ст. 348. 12 ТК РФ).

Кроме того, чтобы спортсмену было неповадно обращаться в судебные органы за защитой своих нарушенных субъективных прав, все споры, разногласия или требования, возникшие из контрактных отношений между клубами и хоккеистами, подлежат рассмотрению Дисциплинарным комитетом Лиги или же Спортивным арбитражным судом. Решения Дисциплинарного комитета и Спортивного арбитражного суда являются окончательными и в иные органы Лиги и судебные инстанции обжалованию не подлежат.

Далее в Регламенте КХЛ закреплены нормы о статусе спортсменов, переходах, перемещениях и компенсациях (гл. 9) и т. д. При их только беглом прочтении хочется задать единственный вопрос: КХЛ собирается жить по закону или по «понятиям»?

Подводя итог поставленной проблематике, представляется обоснованным сделать следующие выводы:

1. Говоря о договорном регулировании профессиональной спортивной деятельности на современном этапе ее развития, мы должны в первую очередь вести речь о саморегулировании участников экономических отношений как наиболее эффективном способе организации хозяйственной деятельности, в том числе и профессиональной спортивной деятельности. Совершенно очевидно, что участие в профессиональной спортивной деятельности по своей правовой природе означает осуществление прав и исполнение обязанностей, вытекающих из договоров, заключаемых между спортсменами и их контрагентами. Как справедливо отмечает Е. А. Суханов, гражданско-правовой договор дает возможность участникам свободно согласовать свои интересы и цели, определить необходимые действия по их достижению и придает результатам такого согласования обязательную для сторон юридическую силу, обеспечивающую его принудительную реализацию при необходимости [11. C. 172].

Если учесть, что на законодательном уровне отношения в области профессионального спорта по поводу участия спортсменов в профессиональной спортивной деятельности урегулированы слабо, то договорное регулирование (саморегулирование) участников профессиональных спортивных отношений на современном этапе развития профессионального спорта должно занимать, на наш взгляд, главенствующее место.

Последние изменения действующего законодательства в области профессионального спорта, в том числе и изменения, внесенные в ТК РФ, в основном касаются клубных видов профессионального спорта (хоккей, футбол, баскетбол, волейбол и т. д.). К сожалению, эти изменения практически не затронули индивидуальные виды профессионального спорта. Это еще раз подтверждает точку зрения о том, что уже давно назрела необходимость принятия комплексного акта в исследуемой сфере — Закона о профессиональном спорте в Российской Федерации.

2. Проведенный анализ норм Регламента КХЛ показывает, что большинство этих норм неизбежно ведут к нарушению субъективных прав спортсменов. Более того, как ни парадоксально это выглядит, но такие нарушения санкционированы законодателем.

Глава 2. Отличия гражданско-правового регулирования труда профессиональных спортсменов

В последние годы в обществе проявляется потребность в научном подходе к гражданско-правовому регулированию отношений в области спорта.

Выяснение правовой природы отношений, возникающих между спортсменом — профессионалом и спортивной организацией, продолжает оставаться предметом споров в отечественной науке как гражданского, так и трудового права. Отсутствует так же и единая позиция законодателя по этому вопросу.

Источником имеющихся разногласий является то, что отношения, связанные с трудом, регулируются смежными отраслями российского права -трудового и гражданского.

Выработка единого подхода и закрепление его в реформирующемся российском законодательстве имеет как теоретическое, так и практическое значение.

В ФЗ «О физической культуре и спорте в РФ» предусмотрено регулирование труда профессионального спортсмена гражданско-правовым договором. Профессиональный спортсмен здесь выступает как индивидуальный предприниматель.

Напротив, именно ТК РФ способен в полном объеме защитить нрава спортсменов: во-первых, права спортсмена-профессионала гарантируются защитой государства, во-вторых, в силу ТК РФ работодатель вправе устанавливать за счет собственных средств любые дополнительные, по сравнению с законодательством о труде, трудовые и социально-бытовые льготы как для всех работников коллектива, так и для отдельных категорий работников.

Такие льготы могут устанавливаться и в договорах со спортсменами. Напротив, гражданское право социально не ориентировано, поэтому на практике договорная свобода не становится для работника благом. Это уже подтвердила повсеместная практика заключения срочных трудовых договоров, от которых работник, как правило, никаких дополнительных гарантий, заложенных в теории, не приобретал [13. C. 33].

Представляется, что в отсутствии указанных черт отношения работодателя и профессионального спортсмена как работника, не отвечают тем признакам, которые присуши гражданско-правовым отношениям. Профессиональный, как и всякий другой работник, обязуется выполнять работу в соответствии с должностной инструкцией по той должности, на которую принят, то есть выполнять определенную трудовую функцию, а не передавать работодателю конечный результат своего труда. Деятельность профессионального спортсмена осуществляется и рамках организационного творчества, которое отличается от творчества предпринимательского.

«Он связан рамками правил внутреннего трудового распорядка и в силу своего правового положения должен подчиняться воле работодателя (собственника имущества), что исключает автономию волн, характерную для гражданско-правовых отношений. Профессиональный спортсмен не обладает имущественной самостоятельностью, что необходимо для того, чтобы возникшие отношения можно было рассматривать как гражданско-правовые» [18. C. 62].

Таким образом, при всей организационной самостоятельности, труд профессионального спортсмена наемный и зависимый от воли собственника имущества и должен регулироваться нормами трудового права, что убедительно доказано в юридической литературе [7. C. 56].

А.Ф. Нуртдинова и Л. А. Чиканова придерживаясь позиции, что аналогичные отношения являются трудовыми, отмечают: «Идея регулировать трудовые отношения … основана, главным образом, на том, что нормы гражданского законодательства в отличие от трудового представляют сторонам договора большую свободу в регулировании возникающих отношений, в том числе, возможность полного возмещения убытков, применения различного рода санкций, досрочного прекращения договорных обязательств и др.» [7. C. 58].

Аргументы сторонников регулирования гражданским законодательством труда профессиональных спортсменов, в основном, сводятся к следующему.

Во-первых, отношения между организацией и спортсменом должны строится на основе гражданско-правового договора, так как объем прав и обязанностей профессионального спортсмена существенно отличается от обязанности выполнять работу по определенной специальности, квалификации или должности по трудовому договору.

Во-вторых, высказываются опасения, что трудовой договор не обеспечивает интересы организации и ее участников (необходимость обосновывать в соответствии с трудовым законодательством прекращение договора с профессиональным спортсменом, невозможность возложения на него ответственности за убытки, причиненные организации (или третьим лицам) ненадлежащим исполнением договорных обязанностей) [6. C. 46].

В-третьих, предполагается, что гражданско-правовой договор сможет дать работнику больше льгот и преимуществ, чем трудовой, так как допускает большую договорную свободу.

Предполагается также, что изменение статуса наемного спортсмена на статус индивидуального предпринимателя во многих случаях позволит реально возместить спортивной организации убытки.

Спортсмен не может рассматриваться только лишь работником, выполняющим определенную трудовую функцию.

У спортсмена имеется автономия воли, самостоятельность, свой режим работы он определяет сам, согласуя с тренером. Осуществляя тренировки и участвуя в соревнованиях, спортсмен не выполняет заданную «трудовую функцию», а обладает особым правовым статусом" [17. C. 53].

Таким образом, не лишена здравого смысла позиция, трактующая договор между спортсменом-профессионалом и спортивной организацией как предпринимательский.

Однако, Л. В. Эйриян отмечает, что «выигрыш от снятия пределов ответственности спортсменов по гражданскому праву реально может быть достигнут только на достаточно высоком уровне развития рыночных отношений в России при условии наличия концентрированных индивидуальных капиталов» [24. C. 136].

В соответствии с Трудовым кодексом РФ, если работник захочет уйти с работы, то он пишет заявление и через две недели уходит. Будь вы пекарь, токарь, кочегар пли плотник. Что касается спортсменов, то на практике все обстоит совсем по-другому. Они не имеют права без согласия клуба покинуть его, не только пока действует договор, но и даже после истечения оговоренных в этом документе сроков, если за игрока не заплатит компенсацию другой клуб, заинтересованный в переходе.

Так, например, футболист «С» написал заявление об уходе из спортивного клуба. Он также просил расторгнуть договор ввиду невыполнения клубом его условий. Спортсмен отстаивал свои интересы, апеллируя к Трудовому кодексу РФ.

Контрольно-дисциплинарный комитет рассмотрел заявление и претензии спортсмена признаны необоснованными. Спортсмена дисквалифицировали на 4 месяца и потребовали компенсационные выплаты. Футболист не сможет играть, пока будущий клуб не заплатит компенсацию предыдущему клубу. Сумму «отступного» высчитают по строго определенной схеме. Годовой доход умножается на некий коэффициент. В случае со спортсменом «С» — на десять.

Подавляющее большинство клубов по официальной ведомости платят спортсменам в месяц по две-три тысячи рублей. Остальную сумму в 100 раз больше неофициально. При подсчете компенсации, считают исходя из официальных цифр. Говоря о «деле спортсмена «С», подчеркнем, что проиграли все. Проиграл спортсмен, лишившийся практики. Проиграл спортивный клуб, оставшийся без ударного форварда и потерявший деньги, вложенные в спортсмена. Проиграли сборные команды — национальная и молодежная, за которые мог выступать спортсмен. Проиграли и зрители, которые полюбили талантливого форварда и стали ходить подчас только на него.

Таким образом, данный случай показывает, что страдает не только спортсмен, но и спортивная организация, и зрители.

И это не единичный случай.

Что все это означает? Если следовать Трудовому кодексу, любой спортсмен имеет право покинуть свою команду только потому, что ему этого захотелось. Даже если команда в точности соблюдала все условия договора, это не спасет ее от потери работника. Сейчас ситуация какая? Вот, например, футболист подписал договор, он получает помимо зарплаты: машину, квартиру, подъемные. Через какое-то время получил все и заявляет; мне у вас не нравится, я ухожу. Две недели ждет и уходит. Поэтому для спортивных клубных «казус футболиста «С» — серьезная неприятность.

В теории права уже длительное время существует точка зрения о допустимости применения межотраслевой аналогии закона, т. е. о возможности применения норм родственных отраслей права, регулирующих сходные отношения, к иным отношениям в случае пробела в данной отрасли права. Отсюда, на наш взгляд, можно сделать вывод о том, что и в тот период было теоретически обосновано и практически необходимо применять гражданское право к иным отношениям, поскольку прямого запрета на применение межотраслевой аналогии закона в ГК нет.

В настоящее время по проблеме применения гражданского права и иным отношениям существует несколько точек зрения. Первая: гражданское право применяется и к иным отношениям и имеет примат над специальными законами. На наш взгляд, эта позиция может привести к размыванию специфики отраслевого правового регулирования, снижению уровня отраслевых правовых гарантий граждан, прежде всего работников. Вторая: гражданское право нельзя применять к иным отношениям, поскольку ГК РФ прямо не предусматривает такой возможности. Данная позиция, на наш взгляд, является спорной, не соответствующей названным выше аргументам. Как представляется, разработчики ГК РФ использовали не разрешительный метод правого регулирования (им характеризовались Основы), а дозволительный, допускающий большую свободу правоприменителей, которые в настоящее время имеют право не на то, что законом разрешено, а на то, что не запрещено. Третья: гражданское право можно применять к иным сходным отношениям лишь в случае пробелов в правовом регулировании; имеющиеся же специальные нормы имеют приоритет над общими нормами гражданского права. Эта позиция представляется наиболее предпочтительной, поскольку, во-первых, имеет прочную теоретическую базу: преодоление пробелов в праве посредством межотраслевой аналогии закона; во-вторых, сохраняет специфику отраслевого правового регулирования, к большей степени защищающего права граждан и, в частности, работников. Наконец, четвертая точка зрения, которую в целом можно определить как непоследовательную, эклектичную, состоит в том, что возможность применения или неприменения гражданского права к иным отношениям необходимо рассматривать применительно к конкретному случаю. К сожалению, именно этим путем и пойдет судебная практика, хотя, думается, он является наименее теоретически обоснованным и наиболее противоречивым. Чтобы исключить описанные противоречия на практике предлагают соответствующие коррективы исходя из теоретической конструкции: гражданское право применяется к иным отношениям лишь при наличии пробелов в правовом регулировании; в случае коллизий норм специальное отраслевое законодательство имеет приоритет над нормами гражданского права.

В конечном итоге законодатель в ТК РФ сохранил социальную направленность правового регулирования трудовых отношений, предусмотрел специальное решение ряда вопросов, урегулированных ГК РФ. Так, в тех случаях, когда в судебном порядке установлено, что договором гражданско-правового характера фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям применяются нормы трудового законодательства (ст. 11 ТК РФ). Благоприятным для работников является то, что в случае реорганизации юридического лица, влекущего в соответствии со ст. 57 ГК РФ прекращение его деятельности, трудовые отношения с согласия работника продолжаются на основании ст. 75 ТК РФ. Или еще один пример. По правилам ст. 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством и т. п.), имеет право обратного требования к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом. Как отмечалось, трудовое законодательство ограничивает материальную ответственность работника, а полная материальная ответственность (без возмещения упущенной выгоды) возлагается на работника в случаях, установленных ст. 243 ТК РФ.

Знаменательным, но не лишенным на практике проблем толкования является правило ст. 5 ТК РФ о том, что в случаях противоречия между ТК РФ и иными федеральными законами, содержащими нормы трудового права, применяется ТК РФ. К нормам трудового права, надо полагать, относятся те, что регулируют отношения на основе трудового договора. Примат норм ТК РФ существует, следовательно, и относительно норм ГК РФ о труде работников, тем более, что ТК РФ является более поздним по времени принятия правовым актом.

Но можно ли вовсе обойтись без субсидиарного правоприменения, допускается ли оно законодательно? Принято считать, что субсидиарное применение норм разной отраслевой принадлежности является средством восполнения пробелов в действующем законодательстве на основе правовых норм смежных правовых отраслей и при отсутствии на это прямых запретов в законе. Е. А. Ершова полагает более точным называть субсидиарное применение правовых норм иных отраслей межотраслевой аналогией закона [12.C. 22], которая при соблюдении определенных условий, в общем, возражений в науке не вызывает.

Что касается субсидиарного применения гражданско-правовых норм к трудовым отношениям, то запрета на это в трудовом законодательстве нет, и не было. Но в обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации «О практике рассмотрения судами трудовых дел по спорам об оплате труда» указывалось па недопустимость применения в судебной практике к трудовым отношениям ст. 395 ГК РФ об ответственности за неисполнение денежных обязательств, пользование чужими денежными средствами при удовлетворении исков работников о взыскании заработной платы. Вышестоящие судебные инстанции отменяли решения судов в части, касающейся взыскания с работодателя в соответствии со ст. 15 ГК РФ убытков, причиненных задержкой выплаты заработной платы, а в период, когда трудовое законодательство прямо предусматривало возмещение морального вреда работникам только при незаконном увольнении и переводе, в специальной литературе, не довольствуясь, должно быть, разъяснением высшего судебного органа, предлагали дополнить законодательство нормой о праве суда по требованию работника обязать работодателя компенсировать ему причиненный моральный вред на основании ст. 151, 1095 ГК РФ [25. C. 45]. С принятием ТК РФ указанные пробелы в регулировании трудовых отношений были восполнены и потребность в обращении к соответствующим нормам отпала.

Статьи 24−26 Закона о спорте регламентируют правоотношения в профессиональной спортивной деятельности следующим образом:

«Организационная структура профессионального спорта определяется спецификой каждого вида спорта п состоит из ассоциаций и союзов, входящих в официально признанную общероссийскую федерацию по виду спорта».

Законодатель включил в структуру профессионального спорта также и спортивные клубы, команды, отдельных спортсменов-профессионалов, заключивших договор с физкультурно-спортивным объединением, но, к сожалению, никак не определил организационно-правовые формы субъектов профессионального спорта, и это обстоятельство не прибавляет четкости формулировкам статьи 24.

Эта же статья устанавливает, что деятельность спортсменов-профессионалов регулируется трудовым законодательством РФ и нормами, разработанными на основе уставов международных и российских физкультурно-спортивных организаций и утвержденными профессиональными физкультурно-спортивными объединениями по согласованию с общероссийскими федерациями по видам спорта.

Договор о спортивной деятельности заключается на основе трудового законодательства. Следовательно, спортсмен не предприниматель, а наемный работник. Вместе с тем указание в ст. 2 Закона от 13 января 1999 г, на «иное денежное вознаграждение» позволяет говорить о наличии для спортсмена-профессионала легальной возможности совершать в области спорта гражданско-правовые сделки возмездного оказания услуг, в которых исполнителем выступает спортсмен. Последний может быть субъектом и иных гражданско-правовых сделок (например, заключаемых по поводу представительства интересов спортсмена-профессионала в отношениях с физкультурно-спортивными объединениями).

Если деятельность профессионального спортсмена осуществляется предпринимателем, и без специального указания в законе понятно, что его труд регламентируется нормами гражданского права. Регулировать самостоятельный труд предпринимателя нормами трудового законодательства нельзя вовсе. Отношения по поводу применения труда предпринимателя полностью отвечают признакам предмета гражданского права (статья 2 ГК РФ).

правовой регулирование договор труд спортсмен

У профессионального спортсмена — наемного работника, напротив, нет и не может быть предпринимательских полномочий, поэтому его труд должен регулироваться нормами трудового права, и распространение на наемного работника гражданского законодательства допустимо только по аналогии, то есть лишь, при наличии пробелов в правовом регулировании, Будучи самостоятельной отраслью, которая и впредь сохранит свою независимость, трудовое право имеет достаточное количество общих норм, и при регулировании труда наемного профессионального спортсмена должны применяться именно они. В случае коллизий норм специальное отраслевое законодательство имеет приоритет над нормами гражданского права.

В связи с расширением объема полномочий профессионального спортсмена в литературе стали высказываться идеи о сближении трудового отношения с гражданско-правовыми отношениями. Поэтому, на практике (в определенной мере подкрепляемой законодательством) получили распространение трудовые договоры, содержащие положения, заимствованные из гражданского права.

Теоретически это обосновывалось расширением договорной свободы и либерализацией экономических отношений. Считалось, что договоры такого типа дают возможность обеспечить профессиональному спортсмену действительную свободу его деятельности, поэтому В. В. Глазырин предложил для них специальное наименование: «предпринимательский контракт» или «договор о предпринимательской деятельности» [10.C. 109].

О неких «пограничных зонах», появляющихся при заключении договоров и требующих комплексного правового регулирования пишет и Л. М. Куренной [16.C. 45]. Кроме того, он указывает, что цивилизованный договор всегда будет комплексным документом, регулирующим широкий спектр отношений, возникающих между собственником и работником.

Все это свидетельствует о распространении среди российских юристов модных на Западе идей неолиберализма. Причем, как справедливо отмечает С. А. Иванов, здесь они приобретают уже ультралибералытый характер. «Ибо, перенося на российскую почву западные идеи, их сторонники совершенно игнорируют отечественные условия, что неизбежно ведет к ослаблению трудового права, в частности, к стремлению подменить трудоправовые нормы гражданско-правовыми. Если бы это практически удалось, произошло бы резкое ухудшение положения работника па производстве».

Л.Х. Кильдеев, полагая, что схожие отношения должны строиться на гражданско-правовой основе, также вынужден признать, что при этом вне сферы правового регулирования остаются социально-трудовые гарантии. Поэтому защитные нормы трудового законодательства, касающиеся условий и охраны труда, минимума оплаты труда и других, по его мнению, «вполне могут распространяться па таких индивидуальных предпринимателей)) [15. C. 10].

На бесплодность попыток приспособить гражданско-правовой договор к трудовым отношениям указывает В. Н. Скобелкин: «Иногда говорят, что выйти из этих затруднений можно путем включения соответствующих правил в текст самого договора. Допустим, но тогда мы получим два договора в одном акте: гражданско-правовой и трудовой. Если учесть, что рассматриваемое нововведение предусмотрено подзаконными актами, и оно приводит к противоречию вытекающих из него правил действующим законам, то нетрудно сделать вывод о неприемлемости новых подходов к регулированию старых трудовых отношений» [21. C. 110].

С другой стороны, степени организационной самостоятельности могут быть различны, поэтому, считает Е. Б. Хохлов, к возникающим отношениям частично могут применяться нормы гражданского права. «Критерий самостоятельности — несамостоятельности труда имеет значение не только для разграничения отношений по их отраслевой принадлежности, но и внутри одной отрасли (трудового права). Этот критерий, преломляясь в критерий определенности трудовой функции, позволяет, в частности, квалифицировать отдельные виды трудовых договоров». Так как объем прав и обязанностей спортсмена (то есть его трудовая функция) очень обширен, то, вследствие этого, и степень его самостоятельности в организации своего труда чрезвычайно высока, и это по необходимости должно сопровождаться повышенной степенью ответственности. Таким образом, по мнению Е. Б. Хохлова, в его договоре можно сочетать нормы трудового и гражданского права".

Вместе с тем, степень самостоятельности груда — критерий, неподдающийся точной количественной оценке, поэтому неясно, каким образом определять пределы распространения гражданско-правовых норм на трудовые отношения, в частности, профессионального спортсмена. Судам трудно будет единообразно оценивать, соответствуют ли предусмотренные в договоре с конкретным спортсменом гражданско-правовые нормы (например, о неустойке в случае увольнения спортсмена по его инициативе до истечения срока договора).

Ни в ГК РФ, ни в ТК РФ комплексный договор не упоминаемся, однако о нем все же можно говорить, имея в виду, что трудовое законодательство не разграничивает термины, в определении основания возникновения трудового правоотношения и самого трудового правоотношения, на что справедливо обращает внимание Э. Н. Бондаренко. «С точки зрения общепринятой характеристики, комплексность договора-документа следует понимать как сложность его структуры; с точки зрения основания возникновения правоотношения — как юридический факт (состав). Что же касается договора-правоотношения, то, если договор-документ может содержать разноотрасле-вые нормы, то договор-правоотношение должен иметь единую правовую природу» [7. C. 32].

Происхождение трудового договора из договора личного найма ощущается до сих пор. В разные периоды в правовой литературе высказывалось мысль о необходимости субсидиарного применения гражданского права к трудовым отношениям в тех случаях, когда в нормах трудового права имеется пробел. Однако, совершенно недопустимо говорить о применении гражданско-правовых норм в тех случаях, когда определенные отношения урегулированы трудовым правом.

О возможности применения к трудовым и иным непосредственно связанным с ними отношениям нормативных правовых актов, не содержащих норм трудового права, в ст. 5 Трудовом кодексе РФ прямо не упоминается. Между тем, анализ других норм Трудового кодекса РФ показывает, что к трудовым и связанным с ними отношениям допустимо субсидиарное применение соответствующих норм гражданского законодательства постольку, поскольку указанные отношения не подверглись специальному регулированию трудовым законодательством и применение гражданского законодательства не противоречит существу этих отношений.

Заключение

Говоря о договорном регулировании профессиональной спортивной деятельности на современном этапе ее развития, мы должны в первую очередь вести речь о саморегулировании участников экономических отношений как наиболее эффективном способе организации хозяйственной деятельности, в том числе и профессиональной спортивной деятельности. Совершенно очевидно, что участие в профессиональной спортивной деятельности по своей правовой природе означает осуществление прав и исполнение обязанностей, вытекающих из договоров, заключаемых между спортсменами и их контрагентами.

Если учесть, что на законодательном уровне отношения в области профессионального спорта по поводу участия спортсменов в профессиональной спортивной деятельности урегулированы слабо, то договорное регулирование (саморегулирование) участников профессиональных спортивных отношений на современном этапе развития профессионального спорта должно занимать, на наш взгляд, главенствующее место.

Как нам представляется, профессиональный спорт в первую очередь является предпринимательской деятельностью. В частности, организация и проведение спортивных соревнований в области профессионального спорта осуществляются с целью извлечения прибыли. Кроме того, за подготовку к таким спортивным соревнованиям и участие в них в качестве своей основной деятельности спортсмены получают вознаграждение от их организаторов и (или) заработную плату. Из этого можно заключить, что предпринимательскую деятельность в области профессионального спорта могут осуществлять как организаторы спортивных соревнований, так и их участники — спортсмены, тренеры, профессиональные спортивные клубы и т. д.

Считаем, что осуществление деятельности профессионального спортсмена на основе гражданско-правового договора может быть реализовано только последовательным нормативным регулированием (при отсутствии коллизий между гражданским и трудовым законодательством) и реальном построении договорных отношений, то есть, при наличии регистрации физического липа в качестве предпринимателя, отсутствии регламентации процесса его труда: системе оплаты, привязанной исключительно к результатам труда и не носящей элементарного характера; осуществления деятельности на риск спортсмена.

Особый характер труда профессионального спортсмена объективно требует специального правового регулирования возникающих при этом отношений, что возможно в рамках дифференциации трудового законодательства. Наряду с трудовыми договорами целесообразно заключать самостоятельные гражданско-правовые договоры для регулирования отношений между профессиональным спортсменом и спортивной организацией, связанные с предоставлением спортсмену-профессионалу дополнительных прав, гарантий и социальных благ, и не являющемся предметом регулирования трудового права.

Список использованных источников и литературы

1. Нормативные правовые акты

1. Конституция Российской Федерации (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 года) // Российская газета. 1993. 25 декабря.

2. Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая: Федеральный закон от 30 ноября 1994 года № 51-ФЗ // Российская газета. 1994. 8 декабря.

3. Федеральный закон от 30. 12. 2001 N 197-ФЗ: Трудовой кодекс Российской Федерации // Собрание законодательства РФ. 2002. N 1 (ч. 1). Ст. 3.

4. Федеральный закон от 4 декабря 2007 г. N 329-ФЗ «О физической культуре и спорте в Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2007. N 50. Ст. 6242.

5. Федеральный закон от 28 февраля 2008 г. N 13-ФЗ «О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2008. N 9. Ст. 812.

2. Литература

6. Акопов, Д. Р. Правовое регулирование спорта / Д. Р. Акопов. М., 2008. 277с.

7. Бондаренко, Э. Н. Об отраслевой принадлежности правоотношений, связанных с трудом /Э.Н. Бондаренко // Журнал российского права. 2005. № 11. С. 31 — 36.

8. Васильев, С. В. Особенности трудового договора профессиональных спортсменов и рассмотрение споров в области профессионального спорта / С. В. Васильев: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2006. 219с.

9. Васькевич, В. П. Система договоров в профессиональном спорте: гражданско-правовые, трудовые и смешанные договоры / В. П. Василькевич // Правоведение. 2007. N 6. С. 76 — 83.

10. Глазырин, Б. В. Предпринимательский контракт / Б. В. Глазырин. М., 2007. С311с.

11. Гражданское право: В 4 т. Том 3: Обязательственное право / Отв. ред. Е. А. Суханов. М.: Волтерс Клувер, 2005. 800с.

12. Ершова, Е. А. Применение гражданского права к трудовым отношениям / Е. А. Ершова // Трудовое право. 2007. № 4. С. 22−35.

13. Желтов, О. Б. Развитие законодательства о трудовых договорах (контрактах) / О. Б. Желтов // Вести. Моск. ун-та. Сер. 11. Право. 1995. № 3. 33 — 40с.

14. Иванов, С. А. От первой кодификации российского законодательства и труде к ее современной подготовке / С. А. Иванов // Трудовое право и право социального обеспечения. Актуальные проблемы. М., 2000. 210с.

15. Кильдеев, А. Х. Понятие трудового договора по российскому праву А. Х. Кильдеев // Правоведение. 2006. № 4. С. 10−27.

16. Куренной, А. М. Контракт в РФ / А. М. Куренной. М., 2008. 115с.

17. Мартиросян, Э. Р. Правовая природа отношений между руководителями организации и собственником ее имущества / Э. Р. Мартиросян // Государство и право. 2006. № 10. С. 48. — 53.

18. Нуртдинова, А. Ф. Проблемы соотношения гражданского и трудового законодательства / А. Ф. Нуртдинова, Л. А. Чиканова // Право и экономика. 2008. № 7. С. 58−67.

19. Огородов, Д. В. Некоторые дискуссионные проблемы учения о смешанных договорах / Д. В. Огородов, М. Ю. Челышев // Правоведение. 2007. N 6. С. 41 — 63.

20. Санникова, Л. В. Договор найма труда / Л. В. Санникова. М., 2009. 234с.

21. Скабелкин, В. Н. Трудовые правоотношения / В. Н. Скабелкин. М., 2009. 156с.

22. Скачкова, Г. С. Особенности регулирования трудовых отношений в области физической культуры и спорта / Г. С. Скачкова // Трудовое право. 2002. N 5. С. 70 — 71/

23. Шевченко, О. А. Особенности правового регулирования труда профессиональных спортсменов / О. А. Шевченко: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2005. 186с.

24. Эйрикян, А. В. Правовое регулирование труда спортсменов / А. В. Эйрикян. М., 2010. 236с.

25. Янецко, Е. Р. Компенсация морального вреда при нарушении трудовых прав / Е. Р. Яценко // Российская юстиция 2001. № 2. С. 45- 52.

3. Материалы практики

26. Постановление Пленума Верховного Суда Р Ф от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» // Бюллетень Верховного Суда Р Ф. 2004. N 6.

27. Обзор судебной практики. Верховный Суд Р Ф (БВСР 97−2) «О практике рассмотрения судами трудовых дел по спорам об оплате труда» // Бюллетень Верховного Суда Р Ф. 1997. № 2. С. 23.

28. Регламент КХЛ утвержден Советом директоров ООО «КХЛ» 21 апреля 2008 г. // http: //www. khl. ru/documents/.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой