Династия Мин - государство и общество

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Реферат по истории Китая

ДИНАСТИЯ МИН: ГОСУДАРСТВО И ОБЩЕСТВО

ПЛАН

1. Чжу Юаньчжан — основатель минской династии.

2. Формирование новой административно-экономической системы.

3. Юн Лэ на китайском троне. Развитие экономики страны.

4. Литература.

1. Чжу Юаньчжан — основатель минской династии.

Правление династии, основанной Чжу Юаньчжаном, было отмечено явным стремлением восстановить ряд принципов, ха-рактерных для танского периода, однако наряду с этим в поли-тике Чжу Юаньчжана явно прослеживается влияние и юаньских образцов. Разумеется, то характерное, что было присуще Китаю на протяжении почти трехсот лет правления минской династии, было связано с деятельностью такой яркой и противоречивой личности, которой являлся сам ее основатель.

Чжу Юаньчжан, несмотря на свое простое происхождение, был достаточно образованным человеком, сведущим в китайской ис-торической и философской традициях. Он хорошо знал деяния предыдущих правителей Китая, уже будучи императором, много времени посвящал изучению классических па-мятников философской и обществен-но-политической мысли. В частности, им были составлены комментарии к наиболее сложному из них — тракта-ту «Даодэ цзин». Свои представления об идеальном общественном устрой-стве он черпал, что вполне естествен-но, также в китайской традиции Его идеи основывались на представлении о необходимости могущественной императорской власти, опирающейся на общины, освобожденные от гнета имущественного неравенства. Став, возможно, одним из наиболее сильных правителей в истории Китая, Чжу Юаньчжан предпринял не-безуспешную попытку реализовать эти планы. Таким образом, в его правлении отчетливо различимы мотивы, характерные для по-литики большинства китайских династий на исходном этапе их утверждения, однако в деятельности основателя минской динас-тии они проявились с особой силой.

Характерной чертой правления Чжу Юаньчжана, отличавшей его от предыдущих царствований, было недоверие, которое пра-витель испытывал в отношении чиновничества, считая его склон-ным к коррупции и неспособным донести до народа, о благе которого радеет правитель, истинную волю императора. Воссоз-дав трехступенчатую экзаменационную систему (1382), просуще-ствовавшую в Китае до начала XX в. и ставшую во многом образ-цом для подражания при создании бюрократических структур в абсолютистской Европе, Чжу Юаньчжан оставался истинным дес-потом, обрушившим гонения на окружавших его сановников. Ему всюду мерещились заговорщики, готовившие свержение импера-тора. В одном из законоустановлений, обращенных к народу, он писал: «В прежние времена сановники были в состоянии идти одним путем с государем <… > Нынешние же не таковы. Они за-туманивают государев разум, вызывают гнев государя. Группи-ровки с коварными замыслами действуют беспрестанно, возни-кая одна за другой». Одновременно он обрушивался и на мелкое чиновничество: «Коварные мелкие чиновники нарушают законы с помощью крючкотворства».

Масштабы репрессий во времена Чжу Юаньчжана были бес-прецедентными в китайской истории -- пострадало, по всей ви-димости, не менее 40 тыс. человек, среди которых находились бывшие сподвижники императора, соратники, с помощью ко-торых ему удалось прийти к власти и которых он опасался преж-де всего. Это отношение к собственному чиновничеству стало доминантой политики всех минских императоров, стремившихся найти ему некий социальный противовес.

Истинную опору императорской власти Чжу Юаньчжан ви-дел в системе общин, объединяющих наделенное землей кресть-янство. В результате мер, предпринятых в период правления Чжу Юаньчжана, была во многом воссоздана надельная система, хотя об этом не объявили официально. По сути дела, это была глубо-кая земельная реформа, осуществленная в ходе упорядочения структур, связанных с налогообложением. Новая политика поко-илась на двух комплексах мер: установлении государственного контроля над земельными ресурсами и использовании людского потенциала империи. В условиях, сложившихся после заверше-ния освободительной войны, новому императору удалось срав-нительно легко создать обширный сектор государственных земель, считавшихся казенными в период правления сунской и юаньс-кой династий. Государственный фонд пополнили также владения приверженцев юаньской династии и тех, кого Чжу Юаньчжан подверг репрессиям. В ходе осуществления этих мер в бассейне Янцзы и в северных провинциях Китая были, в сущности, ликвидированы арендные отношения, и основной фигурой в дерев-не стал самостоятельный крестьянин-землевладелец.

2. Формирование новой административно-экономической системы.

Минское государство стремилось утвердить себя в качестве верховного собственника земли и подданных, что проявилось в ходе осуществления мер, направленных на учет земли и поддан-ных. Уже на следующий год после основания династии был из-дан императорский указ, повелевавший всем подданным зареги-стрироваться при составлении новых подушных реестров. В 1370 г. была проведена первая перепись населения, имевшая целью не только учесть всех подданных, но и определить размеры имуще-ства каждого двора. Анкеты, в которых содержались эти сведе-ния, отсылались в центральное ведомство налогов, а копии ос-тавались у главы домохозяйства и в местных административных органах. В зависимости от имущественного положения дворы об-лагались земельным налогом и трудовыми повинностями так, что их размер зависел от количества земли, работников и имущества в отдельном хозяйстве.

В 1381 г. в эту систему были внесены изменения, позволив-шие упорядочить процедуру сбора налогов и отбывания повин-ностей. Эта система в своих основных чертах сохранилась вплоть до конца императорского периода в истории Китая. Она осно-вывалась на объединении дворов в группы, связанные круговой порукой в выполнении в срок и полностью государственных налоговых и повинностных обязательств. В соответствии с новы-ми принципами каждые 10 дворов объединялись в цзя, а каж-дые 10 цзя составляли ли.

В создании этой системы Чжу Юаньчжану явно не принадле-жало первенство, достаточно вспомнить аналогичные попытки, предпринимавшиеся в сунский период. Однако для первого им-ператора минской династии система лицзя являлась не просто удобным средством организации сбора поземельного налога и отправления государственных повинностей, но и основой гармо-нического социального порядка, достижения единения власти и народа. Эти идеи были разработаны им в специальном трактате, озаглавленном «Великое предостережение». Он состоял из опи-сания многочисленных случаев служебных преступлений, совер-шенных чиновниками, и был снабжен нравоучительными ком-ментариями императора. В этом трактате ярко проявилась при-верженность Чжу Юаньчжана китайской традиции, стремление утвердить в империи «просвещенную деспотию».

В соответствии с повелением государя текст этого произведе-ния должен был храниться в каждом доме, а в случае его отсут-ствия в семье последняя подлежала наказанию по закону. Таким образом, в минской державе этот трактат должен был стать сред-ством массовой индокринации подданных. Чтобы быть понятным простому народу, правитель составил этот документ на языке, близком к разговорному. Даже незнание иероглифов не освобож-дало людей от изучения «Великого предостережения», посколь-ку деревенские старейшины были обязаны читать его вслух одно-сельчанам, сопровождая своими комментариями.

В связи с упрочением статуса общины первый минский пра-витель особые надежды возлагал на институт деревенских ста-рейшин. Их надлежало набирать из числа лиц, достигших 50 лет и известных своим безупречным в нравственном отношении по-ведением. Старейшины должны были сообщать верховному пра-вителю обо всех случаях предосудительного поведения старост лицзя и местного чиновничества, которому под страхом смерти запрещалось появляться в деревнях для сбора налогов.

Если институт деревенских старейшин как основа саморегу-лирования в общине социальных отношений после смерти Чжу Юаньчжана постепенно пришел в упадок, то система круговой поруки укоренилась в качестве удобного для властей средства сбора налогов и отправления повинностей. Сведения об экономичес-ком положении отдельных дворов собирались на основе их при-надлежности к определенной ли, а затем включались в данные, характеризовавшие положение в волости (сян), если речь шла о сельском округе, и в квартале (фан), если обследование прово-дилось в городе. Составленные таким образом реестровые книги полагалось обернуть в желтую бумагу, в связи с чем они получи-ли название «желтых реестров». Их данные обобщались чиновни-ками уездных органов управления, на основе чего составлялись сведения, характеризовавшие общее количество дворов, числен-ность трудоспособных мужчин, общее количество земли и про-чей собственности в ли. Эти сведения отсылались на места, где обобщались данные об экономическом и демографическом по-ложении всей провинции. На их основе составлялись реестровые книги, которые полагалось обернуть в голубую бумагу и отослать ко двору. В отличие от «желтых реестров» они именовались «голу-быми реестрами».

В 1390 г. были проведены новые обследования, позволившие уточнить содержание «желтых реестров». С этого времени обсле-дования проводились довольно регулярно с интервалом в десять лет, что позволяло, по крайней мере в начальный период прав-ления династии, учитывать изменения, происходившие в сфере имущественных отношений.

Помимо уплаты землевладельцами поземельного налога каж-дый подданный империи был обязан нести трудовые повиннос-ТИ в пользу государства. В зависимости от рода занятий (об этом сообщалось в «желтом реестре») подданный попадал в опреде-ленную категорию в реестре трудовых повинностей. Трудовые повинности делились на три основные категории: «прямые», «спе-циализированные» и «смешанные». Первые непосредственно были связаны с функционированием системы лицзя и состояли в обя-зательстве раз в десять лет в течение одного года выполнять фун-кции главы десятидворки. «Специализированные» -- налагались в результате принадлежности к той или иной профессии (напри-мер, различные виды ремесленного производства, добыча соли). «Смешанные» трудовые повинности являлись наиболее распрост-раненной формой и налагались на те дворы, которые в данный момент не были заняты выполнением обязанностей в рамках си-стемы лицзя и распространялись главным образом на хозяйства земледельцев. К их числу относились такие работы, как служба в присутственных местах, доставка властям топлива, взвешивание зерна, поставлявшегося в виде налога, охрана государственных зернохранилищ, участие в общественных работах по содержанию ирригационных систем. Надо отметить, что минские власти, в особенности в начальный период правления династии, уделяли много внимания ирригационному строительству -- одной из ос-нов аграрного процветания государства. Только в период правле-ния Чжу Юаньчжана было осуществлено несколько тысяч раз-личных ирригационных проектов.

В случае изменения по каким-то причинам установленных квот на «специализированные» повинности власти могли переводить дворы с выполнения одних повинностей на другие. Это распрост-ранялось как на дворы, облагаемые «специализированными» по-винностями, которые могли обязать изменить профессиональную ориентацию, так и на дворы, числившиеся в разряде «смешан-ных» повинностей. В начале XVI в. из 11,5 млн дворов, зарегист-рированных в налогово-повинностных реестрах, около 2 млн со-ставляли хозяйства, которые должны были давать мужчин для службы в армии и были связаны «специализированными» повин-ностями. Подавляющее большинство дворов были зарегистриро-ваны по разряду «смешанных» повинностей.

В 1377 г., как это было принято в императорском Китае, офи-циальное освобождение от трудовых повинностей получили чи-новники, находившиеся на государственной службе, что вполне объяснимо.

Но платить поземельный налог в первые века существования минской империи они были обязаны. После того как в начале правления династии были отменены незадолго до этого учреж-денные служебные наделы, главным источником доходов чинов-ничества наряду с государственным жалованием оставались по-ступления от принадлежащих их семьям земель. В сфере поземель-ного налогообложения, таким образом, вплоть до конца XVI в. положение чиновника по отношению к государству как верхов-ному собственнику на землю ничем не отличалось от положения рядового земледельца. Однако в последней трети X V I в. (указ 1586 г.) чиновники освобождались от уплаты поземельного на-лога с части принадлежавшей им земли. Своего пика этот про-цесс достиг в первые десятилетия XVII в. незадолго до падения династии, когда чиновничество получило новые земельнонало-говые льготы. Эти меры, предпринимавшиеся последними импе-раторами минской династии для того, чтобы снизить заинтере-сованность чиновничества в получении незаконных доходов, име-ли отрицательный с точки зрения своих социальных последствий результат. Чиновники все больше превращались в слой крупных землевладельцев (главным образом за счет перехода под их по-кровительство рядовых землевладельцев, заинтересованных в ук-лонении от уплаты налогов), что не могло не сопровождаться обезземеливанием деревенских низов и сокращением налоговых поступлений в казну.

Параллельно укреплению общинно-клановых институтов, ко-торые должны были противостоять впоследствии местному чи-новничеству, Чжу Юаньчжан начал создавать уделы (го), спо-собные, по мысли правителя, сформировать систему админист-рации, существовавшую наряду с ординарной. Уделы раздавались членам императорского клана, в первую очередь сыновьям, и рассматривались не как образования в рамках империи автоном-ных административных структур и уж тем более не земли, нахо-дившиеся в собственности удельного правителя-вана, а как сред-ство контроля над официальной администрацией. По замыслу, это была ставка на особо доверенных в силу кровного родства лиц императора, готовых пресечь проявления смуты и сепара-тизма в самом зародыше. На уделы, создававшиеся по границам империи, были возложены важные задачи по охране границ го-сударства и отражению внешних вторжений, в первую очередь со стороны кочевых соседей Китая.

Однако как средство укрепления позиции верховной власти уделы свое предназначение не оправдали, став источником сепа-ратизма и междоусобной борьбы между наследниками Чжу Юань-чжана после его смерти. В соответствии с указами о престолона-следии, составленными основателем династии, трон должен был переходить к старшему сыну от старшей жены, а в случае его смерти -- к внуку правителя, Шестнадцатилетний внук импера-тора, вступивший на престол после его смерти, смог удержать власть лишь в течение трех лет, столкнувшись с ожесточенным сопротивлением владельцев уделов из числа сыновей покойного правителя. В 1402 г. в ходе быстротечной гражданской войны он был свергнут с престола своим дядей Чжу Ди, удел которого был расположен в Северном Китае. По одним сведениям, юный император погиб во время пожара, охватившего императорский дворец, по другим -- он остриг волосы и, обрядившись в рясу монаха, отправился в странствие по Китаю. '

3. Юн Лэ на китайском троне. Развитие экономики страны.

Пришедший к власти император Юн Лэ (1403−1424) оказал-ся вторым и последним после основателя династии по-настоя-щему сильным ее правителем. При нем минский Китай достиг процветания и могущества, расширились международные связи и произошло усиление международного влияния китайской им-перии 'в Индокитае и Юго-Восточной Азии. Еще одним важным по своим политическим последствиям деянием императора было решение о переносе столицы империи из Нанкина в Пекин (1421).

Осознавая опасность удельной системы для центральной вла-сти, Юн Лэ отказался от нее как одного из устоев государствен-ной системы. Однако ее отмена произошла не сразу. Клан наслед-ников Чжу Юаньчжана продолжал оставаться привилегирован-ной в социальном отношении группой, сложившейся со временем в слой наследственной аристократии. Если ее первые поколения находились непосредственно на содержании государства, то с середины X V I в., по мере сокращения политического значения уделов, владетельные князья все в большей мере ориентирова-лись на расширение собственных земельных владений, обраща-ясь с соответствующими просьбами ко двору. Императоры в свою очередь стремились идти навстречу этим просьбам, как бы кон-вертируя прежнее политическое влияние удельных владетелей в крупную земельную собственность. Это была своеобразная фор-ма откупа правящего дома от родни, способной выступить с пре-тензиями на верховную власть. Этот процесс имел еще одно объяс-нение: казне становилось все труднее содержать многочисленные ветви императорского клана, который к концу династии разрос-ся настолько, что по численности был вполне сопоставим с со-циальным слоем книжников-чиновников (шэныии). Именно вла-дения аристократов, и в первую очередь высших категорий импе-раторской родни, оказались объектом ударов мощного народного движения, развернувшегося в конце правления династии и при-ведшего к ее падению.

За период правления минской династии земледелие в Китае достигло новых высот, чему способствовали методы ирригации, заимствованные во Вьетнаме, а также использование новых сель-скохозяйственных культур, таких, как сладкий картофель и ара-хис. Однако это не привело к сколько-нибудь существенным тех-нологическим сдвигам. Продолжала действоватв тенденция, оформившаяся еще в сунский период: вместо введения новых технологий и усовершенствованных орудий труда сельское хо-зяйство становилось все более трудоинтенсивным, сопровож-давшимся переходом от плужного к мотыжному земледелию. За счет этого китайская деревня оказывалась способной прокор-мить все увеличивавшееся население империи.

В период правления Мин в городах сосредоточивалась значи-тельная часть населения империи, а по количеству жителей они намного превосходили самые крупные городские центры тогдаш-ней Европы. В XVI в. население Пекина составляло около 1 млн человек, а Нанкина превосходило 1 млн человек. В этот период шел интенсивный процесс превращения деревень с развитым ре-меслом и торговлей в новые городские центры, которые лишь в редких случаях приобретали статус городов. Зато коммерция здесь могла развиваться более свободно, поскольку отсутствовал при-стальный контроль со стороны правительственной администра-ции. В городах же положение ремесленников и в особенности тор-говцев мало изменилось по сравнению с временами правлений прежних династий. Городское население облагалось налогами и повинностями в пользу казны, а сами ремесленники могли при-влекаться к отработкам на казенных предприятиях. По-прежнему отсутствовали гарантии не только собственности, но и личной свободы.

Наибольшего развития в этот период достигло шелкоткачество, хлопкоткачество, красильное дело, производство керамики, фар-фора и бумаги, книгопечатание. Пришли в упадок прежние цент-ры ремесленного производства, однако возвысились новые -- Нан-кин, Сучжоу, Ханчжоу. Крупнейшим центром производства фар-фора стал Цзиндэчжэнь (пров. Цзянси), изделия которого высоко ценились на Востоке и в Европе.

Минский период ознаменовался новыми успехами в области кораблестроения. Строились четырехпалубные суда, способные совершать плавания на многие тысячи километров вдали от бе-регов Китая. XV -- XVI вв. были временем расцвета строительного дела. Именно к минскому периоду относится сохранившаяся тра-диционная застройка современных китайских городов. В это же время были созданы дворцы, храмы на могилах минских импера-торов, продолжено строительство императорского дворца в Пе-кине, достроена и частично реставрирована Великая стена.

Однако, несмотря на значительные достижения Китая в эпо-ху Мин, и в этот период китайской истории действовали преж-ние социальные механизмы, определявшие движение династийного цикла. Примерно со второй половины XV в. подъем посте-пенно сменился упадком. Составляющие кризиса были теми же, что и в прежние времена. Одним из главных факторов являлся рост народонаселения, обгонявший введение в оборот новых сельскохозяйственных земель. К концу XVI в. по сравнению с началь-ным периодом правления династии количество пахотной земли, приходившееся на душу населения, сократилось почти вдвое. Не-смотря на это, усиливаются налоговые притязания властей, свя-занные с необходимостью содержания государственного аппара-та, а также финансирования военных действий. Накануне паде-ния династии одна только военная часть бюджета составляла примерно 20 млн лянов серебра, в то время как в начале ее прав-ления весь государственный бюджет насчитывал 2 млн. Показа-телем кризиса, как всегда, были народные выступления против властей, отмеченные с начала XVI в., а также политическая борь-ба, развернувшаяся при императорском дворе.

Литература.

1. Грэй Джон Генри. История Древнего Китая / А. Б. Вальдман (пер.с англ.). -- М.: Центрполиграф, 2006. -- 606с.

2. Фицджералд Чарлз Патрик. История Китая / Л. А. Калашникова (пер.с англ.). -- М.: Центрполиграф, 2005. -- 459с.

3. Бадак Александр Николаевич, Войнич Игорь Евгеньевич, Волчек Наталья Михайловна, Воротникова О. А., Глобус А. Всемирная история: В 24 т. / И. А. Алябьева (ред.) -- Минск: Литература Т. 5: Становление государств Азии. -- 543с.

4. Акопов Сергей Самсонович. История повторяется: от египетских пирамид до Московского Кремля: [В 2 кн.] / Сергей Акопов. -- Калязин: Акопов, 1994.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой