Возрастные ограничительные рейтинги аудиовизуального контента США: проблемы и перспективы

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Психология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Оглавление

  • Введение
  • Глава 1. Исторические, теоретические и правовые аспекты противодействия вредной аудиовизуальной информации на детей
    • 1. 1 Теоретические подходы ученых к вредному воздействию СМИ на самосознание несовершеннолетних
    • 1.2 Правовые аспекты защиты детей от неблагожелательной информации
  • Глава 2. Возрастные ограничительные рейтинги аудиовизуального контента США: проблемы и перспективы
    • 2.1 Эволюция классификационных систем американского кинематографа и телевидения
    • 2.2 Основные проблемы систем возрастной классификации аудиовизуального контента
  • Глава 3. Опыт россии в защите детей от информации, наносящей вред их здоровью и развитию
    • 3.1 Правовое регулирование аудиовизуальной информации, предназначенной для детской аудитории
    • 3.2 Особенности закона «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию»
  • Заключение
  • Список использованной литературы

информация самосознание аудиовизуальный несовершеннолетний

Введение

Идея защиты информационных прав ребенка является весьма важной и актуальной и достойна сегодня всяческой поддержки. Современная информационная революция, связанная с появлением значительных объемов информации, не поддающихся своевременному и адекватному критическому анализу, создает предпосылки для дезориентации человека в среде ценностных и мировоззренческих установок. Взрослый человек, в отличие от ребенка, обладает навыками для определения характера и содержательной направленности информации, а также необходимым инструментарием для защиты от нее.

Стоит отметить, что за последние 40 лет в мире было проведено более 1000 исследований, посвященных влиянию телевидения и кинематографа на детей. Исследования проводились во многих странах мира среди мальчиков и девочек, принадлежащих к различным расам, национальностям и социальным группам. Тем не менее, результаты исследований были практически идентичны: ребенок, не получивший жизненного опыта и достаточного уровня образования, оказывается перед опасностью воздействия на него факторов, способных деформировать его психику и препятствовать его нормальному психологическому, социальному и духовному развитию.

В силу указанных выше причин, как на государство, так и, в первую очередь, на общество должна быть возложена обязанность по выстраиванию четкой системы предупреждения получения детьми потенциально опасной для них информации. Такая задача стоит перед законодателями многих государств и всего международного сообщества в целом.

Актуальность темы усиливается и тем, что российское государство, по сравнению с развитыми странами, с опозданием взялось за эту проблему. К сожалению, неоднократные попытки Государственной Думы установить необходимые правовые ограничения для защиты детей от вредной информации до недавнего времени не увенчивались успехом. Этому противостояло мощное лобби.

Оценивая состояние и степень разработанности темы исследования, следует отметить, что к проблемам негативного влияния средств массовой информации на неокрепшую психику детей обращалось большое количество отечественных и зарубежных ученых. Довольно широко представлена литература, в которой изучен большой круг проблем, связанных с защитой детей от вредной информации как относительно самостоятельным явлением с позиций социологии, психологии, педагогики. Но проблемы правового регулирования информации, наносящей вред здоровью и развитию детей не находят должного отражения в научной литературе. В особенности не получили достаточного освещения у исследователей проблемы регулирования вредной для детей аудиовизуальной информации в Российской Федерации. Впервые представление систематизированной информации по этой проблеме находит отражение в нашей исследовательской работе.

Целью данной работы является изучение правового и этического регулирования аудиовизуального контента в защите детей от информации, наносящей вред их здоровью и развитию на примере Соединенных штатов Америки и Российской Федерации.

Исходя из поставленной цели, мы ставим перед собой следующие задачи:

— рассмотреть становление теоретических и правовых аспектов противодействия вредной информационной среды на детей;

— охарактеризовать регулирование американского кинематографа и телевидения посредством классификационных систем;

— изучить актуальные проблемы систем возрастной классификации и фильтрации США;

— проанализировать российское законодательство в части, регулирующей ограничение распространения вредной для детей информации;

— выявить основные положения закона РФ «О защите детей от информации, наносящей вред их здоровью и развитию».

В качестве нормативных источников нами использовались законодательство Российской Федерации и международно-правовые нормативные акты, тем или иным образом регулирующие распространение вредной информации для несовершеннолетних в условиях глобального информационного общества. К таковым относится:

— Декларация ООН о правах ребенка, Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод, Декларация Совета Европы о средствах массовой информации и правах человека; Европейские конвенции: о совместном кинопроизводстве, о трансграничном телевидении, о компьютерных преступлениях;

— рекомендации Комитета министров Совета Европы «О принципах распространения видеопрограмм, содержащих насилие, жестокость или порнографию», «О демонстрации насилия в электронных средствах массовой информации»;

— законы Российской Федерации «О средствах массовой информации», «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации», «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», а также Приказ министерства культуры «Об утверждении Руководства по возрастной классификации аудиовизуальных произведений, положения и состава экспертного совета по возрастной классификации аудиовизуальных произведений»;

— американские классификационные системы показа телевизионных передач и фильмов, предназначенных для детей.

По вопросам влияния телевидения на детскую психику, автор опирался на научные труды российских и зарубежных исследователей таких, как Л. Л. Ефимова, Е. В. Ермизина, А. Г. Когатько, Е. Е. Копченова, И. А. Кумылганова, А. М. Прихожан, А. Г. Рихтер, К. Вигерлинг, Д. Лемиш, Л. Лессинг, Р. Пацлаф, Р. Харрис и др.

Кроме того, при написании выпускной квалификационной работы, изучались подходы различных научных направлений и точки зрения отдельных российских и зарубежных ученых, касающиеся способов защиты детей от воздействия вредной информации.

Научная новизна. Научную новизну автор видит в систематизации международных и национальных правовых актов в защите детской аудитории от информации, наносящей вред их психическому, умственному и физическому развитию.

Методологическая основа исследования. Методы исследования составляют, прежде всего, исторический и сравнительный подходы к изучаемому объекту. Вместе с тем, системный подход к изучению вопроса предполагает обращение к психологическому, социологическому и юридическому комплексу научных методов исследования, что позволяет многоаспектно рассмотреть исследуемую проблему и всесторонне изучить порядок мер, принимаемых для регулирования вредного аудиовизуального контента в целях защиты здоровья и развития несовершеннолетних.

Структура работы. Цель и задачи выпускной квалификационной работы определили ее структуру. Она состоит из введения, трех глав, заключения и списка использованной литературы. Первая глава посвящена историческому, теоретическому и правовому аспектам противодействия вредной аудиовизуальной информации на детей. Здесь рассматривается становление этической и законодательной базы в защите несовершеннолетних от неблагожелательной информации. Во второй главе мы осветили проблемы и перспективы развития возрастных ограничительных рейтингов электронных СМИ в Соединенных штатах Америки. Третья глава отражает опыт Российской Федерации в отношении правового регулирования информации, предназначенной для детской аудитории.

Глава 1. Исторические, теоретические и правовые аспекты противодействия вредной аудиовизуальной информации на детей

1.1 Теоретические подходы ученых к вредному воздействию сми на самосознание несовершеннолетних

Эмпирические исследования воздействия телевидения начались в 20-х годах XX века и были посвящены влиянию кинофильмов. Анализировалось в основном влияние сцен насилия и агрессии. Аргументами в пользу такого интереса было то, что эти сцены неизменно привлекали внимание зрителей больше всего. Исследователей интересовали механизмы подражания, уподобления героям экрана и противодействия им.

Уже к началу 30-х гг. прежде всего американскими исследователями был получен значительный материал о том, что насилие на экране порождает стремление молодых людей подражать отрицательным героям.

Начало собственно психологическим исследованиям этого вопроса положила работа, проведенная в 1929—1933 гг. группой психологов, педагогов и социологов под эгидой фонда экспериментальной и теоретической науки им. Т. Пейна. Большинство исследователей пришли к выводу о негативном влиянии кинопродукции на поведение, интересы, систему ценностных ориентаций детей и подростков, которая создает ложное представление о социальной реальности, внушает, будто одними из главных составляющих этой реальности являются насилие и преступление. Вместе с тем ряд исследователей констатировали, что это влияние опосредуется воздействием неблагоприятной социальной среды, не предоставляющей молодому поколению адекватных социальных установок.

Эти данные были подтверждены в исследованиях, проведенных в конце 50-х гг. XX века в США и Канаде. Авторы пришли к выводу о том, что подражание сценам насилия, виденным на кино- и телеэкране, наблюдается у подростков, в семьях которых не удовлетворяются их потребности в любви, заботе, одобрении, идеале, и если они не включены в полноценное взаимодействие с просоциально настроенной группой сверстников.

Постепенно нарастала тенденция, направленная на доказательство того, что насилие на экране провоцирует детей, подростков, молодых людей на повторение его в повседневной жизни. Многие исследователи обратились к изучению эффектов/теорий насилия в СМИ.

На первый план выдвинута теория моделирования. Смысл ее состоит в том, что люди наблюдают за актами насилия по телевидению или видео, и потом, как результат наблюдения, поступки этих же людей в реальности становятся более грубыми и жесткими по сравнению с их обычным поведением. Процесс моделирования может научить человека новому типу поведения. Происходит научение через наблюдение. Яркий пример из реальной судебной практики — знаменитое дело в середине 80-х — изнасилование, совершенное бандой из Нью-Бедфорда, когда несколько мужчин насиловали женщину на бильярдном столе в баре (позже этот случай лег в основу сценария фильма «Обвиняемый»). До совершения преступления молодые люди смотрели фильм, в котором банда гангстеров насиловала женщину в помещении бара.

Если человек не слишком предрасположен к жестокости, моделирование может происходить иначе, когда наблюдение за жестокостью в СМИ растормаживает усвоенные ранее склонности человека совершить акт насилия. Растормаживание может возникнуть и в результате научения установкам одобрения агрессии.

Дэвид Гроссман отстаивал точку зрения о том, что телепрограммы и фильмы с актами насилия и особенно жестокие видеоигры учат детей стрелять, не задумываясь, при появлении определенного стимула. Так, считает Гроссман, ребенок, играющий в видеоигры, учится сначала стрелять, а потом задавать вопросы. Гроссман привел пример мальчика из городка Джонсборо, штат Арканзас. Его осудили за стрельбу в школьном дворе. Мальчик не умел обращаться с настоящим огнестрельным оружием, но часто играл в видеоигры. Он и его приятель смогли ранить 15 человек, сделав 27 выстрелов с расстояния 90 метров.

Изучением моделирования в СМИ занимался известный социальный психолог Альберт Бандура. Он просил маленьких детей смотреть, как посторонний человек избивает большую надувную куклу. Затем отслеживалось собственное поведение ребенка с куклой. Исследования выявили, что дети часто подражали жестокому обращению с куклой, которое они усвоили и смоделировали раньше. Имеет большое значение и тот факт, что тот же самый эффект получался, когда участники эксперимента наблюдали запись на видео, в которой человек бил куклу. То есть происходило моделирование поведения, усвоенного через видеозапись, а не «из жизни». В соответствии со своей теорией «научение через наблюдение» и экспериментов моделирования агрессивного поведения А. Бандура и его последователи пришли к выводу, что распространенные сцены агрессии и насилия в мультфильмах и кинофильмах способствуют усвоению соответствующих форм поведения.

Напомним, что одним из наиболее существенных аргументов против показа таких сцен были экспериментальные доказательства того, что, вне зависимости от наказания агрессора, дети усваивают показанные модели и не проявляют их лишь до тех пор, пока этому препятствуют обстоятельства. Тем самым опровергалось распространенное мнение о том, что поскольку преступников в конце фильмов, как правило, настигает возмездие, то ребенок не будет его повторять, боясь наказания.

В 70-х гг. XX века в контексте этой теории были проведены исследования, свидетельствующие, что аналогичным образом телевидение может влиять на расовые, этнические, гендерные стереотипы, а также развитие просоциального, альтруистического поведения. Последнее, однако, носит кратковременный характер и ограничивается в основном ситуациями, аналогичными показанным. Причины этого до настоящего времени точно не выявлены. Среди наиболее распространенных гипотез — представления о том, что просоциальное поведение более комплексно по самой своей природе и поэтому его перенос на другие типы ситуаций осложнен. Кроме того, обращается внимание на то, что изображение просоциальных поступков обычно менее зрелищно, нежели насилия. В тех случаях, когда подобное поведение представлено ярко, подражание ему осуществляется достаточно эффективно. Последнее может быть подтверждено известным фактом из истории отечественного кинематографа: фильм «Тимур и его команда» по известной книге А. Гайдара вызвал к жизни многочисленные тимуровские команды по всей стране.

Сенсибилизация (повышение чувствительности) — своеобразный обратный моделирующий эффект. Он возникает, когда зрители настолько сильно реагируют на акты насилия на экране и их воображение создает такую неприглядную картину, что очень мало вероятности того, что в своем поведении зрители будут подражать телевизионным персонажам. Психологи Тамборини, Стифф и Хейдель, воспользовавшись анкетными и физиологическими данными участников опросов, определили тип людей, у которых возникает эффект сенсибилизации. Зрители, которые не выносят просмотра сцен насилия, отличаются высоким уровнем эмпатии и блуждающего воображения, склонны к невротической спутанности, гуманистически ориентированы и отличаются эмоциональной восприимчивостью. Эти люди легко могут вообразить себя жертвой насилия и косвенно испытывают те же негативные эмоции, что и герой фильма.

Зрелищные акты насилия и жестокости, в частности репортажи теленовостей, вызывают самый сильный эффект сенсибилизации, потому что они воспринимаются как реальность. Иногда продюсеры стоят перед трудным решением, транслировать или нет по телевидению тот или иной эпизод с особенно отвратительной сценой.

Эффекты сенсибилизации трудно исследовать и проверить на практике по этическим соображениям, однако общие эффекты сенсибилизации, вероятно, не настолько часто встречаются, как противоположный эффект — десенсибилизации (снижения чувствительности).

Обилие сцен и эпизодов с актами насилия в СМИ делает нас более равнодушными; мы испытываем эффект десенсибилизации. Мы настолько привыкаем к тому, что людей убивают, калечат или закалывают, что сам этот факт перестает нас интересовать. Драбман и Томас провели следующий эксперимент: они давали просмотреть фильмы с насилием и без детям восьми и десяти лет, а потом наблюдали за их играми. Когда дети помладше начали хулиганить и грубить, то дети постарше, которые до того смотрели фильм без жестокостей и насилия, скорее прибегали к помощи взрослых, чем дети, предварительно видевшие эпизоды драк и насилия.

Интересны также данные многочисленных экспериментальных исследований, проведенных в 90-х гг. XX века, в которых сравнилось поведение двух групп детей. Одна группа смотрела передачу с умеренным уровнем агрессивности, вторая — нейтральную. Результаты свидетельствовали, что первая группа детей характеризовалась кратковременным, но достаточно заметным усилением физической агрессии сразу после просмотра телепередачи. Так, в одном из исследований этого типа было обнаружено, что учащиеся начальной школы, смотревшие детскую передачу, содержащую высокий уровень агрессии, во время последующей свободной игры демонстрировали в 7 раз больше агрессивных актов в общении со сверстниками, чем дети, которые эту программу не смотрели. Важно отметить, что для просмотра программы дети были отобраны в случайном порядке.

С десенсибилизацией связан еще один интересный вопрос — это равнодушие к насилию над женщинами. Студенты колледжа, просмотревшие ряд «первоклассных ужастиков», позже проявляли меньше эмпатии и сочувствия к жертвам насилия. Сексуальное насилие — одна из главных тем современных работ, касающихся темы насилия в масс-медиа.

Все большее распространение получает теория культивации. Джордж Гербнер и его коллеги считают, что чем больше времени человек проводит перед телеэкраном, тем больше представления этого человека будут совпадать с реальностью, представленной на телевидении. В противоположность моделированию и подкреплению, культивация позволяет зрителю играть активную роль, взаимодействовать со СМИ, а не просто пассивно подвергаться манипулированию. Тем не менее, мировоззрение зрителя и точка зрения СМИ сталкиваются, и постепенно воспринимаемая зрителем реальность приближается к реальности телевизионного мира.

Широкую известность в теории культивации получили исследования культивации установок, связанных с насилием. Такие исследования показывают, что люди, которые часто смотрят телепередачи и фильмы, полагают, что мир — опасное место и им правят преступники. Эта точка зрения отличается от взглядов людей, которые телевизор не смотрят вообще или смотрят редко. Каждую неделю 50% персонажей, показанных по телевидению, совершают акты насилия, а в реальной жизни за год насилие совершает менее 1% населения. Теория культивации говорит о том, что телевидение обучает роли жертвы.

Хотя сотни работ продемонстрировали некоторые психологические эффекты насилия в СМИ, в большинстве это были краткосрочные лабораторные эксперименты, причем часто использовались методы показа фильмов испытуемым и последующей той или иной проверки их поведения и установок. Эти разработки, конечно, имеют значение, но они не определяют длительные кумулятивные эффекты. Краткосрочные эксперименты не показывают, как детское стремление к развлечениям превращается в постоянную привычку и изменяет всю личность. Было проведено несколько работ по этой теме, в числе которых в качестве наиболее значительной следует упомянуть экспериментальное исследование Хьюсман и Ирон из университета Иллинойс в Чикаго.

Длительные исследования, охватывавшие промежуток более чем в 20 лет, проводились в США и Финляндии. Они представили первое доказательство взаимосвязи между просмотром насилия по телевидению и жестоким поведением ребенка и подростка в жизни. Ирон, Лефковиц и их коллеги для того, чтобы определить влияние СМИ, жестко контролировали все посторонние переменные, в частности диспозиционную склонность к насилию. Их исследования показали, что количество телевизионных передач и фильмов, которые ребенок видит до достижения 8 лет, лучше всего характеризует наличие или отсутствие у него преступных наклонностей в 30 лет, даже если индивидуальная агрессивность, уровень интеллекта и социоэкономический статус уже известны. Те, кто часто смотрел телевизор в предподростковом возрасте, чаще наказывали своих детей спустя много лет, чем те, кто смотрел телевидение меньше в критическом возрасте между 8 и 12 годами. Просмотр большого количества телепередач и фильмов в юности, по-видимому, не имел значения.

В своем трехлетнем долгосрочном эксперименте Хьюсман, Лагерспец и Ирон подробно изучили роль некоторых промежуточных переменных и взаимосвязь между наблюдением насилия по телевидению и проявлением жестокости в поступках на примере детей-школьников в США и Финляндии. В этой работе между 1977 и 1980 годом было собрано много информации о детях, их родителях, сверстниках детей и о школе, где они учились. Собранные данные включали информацию о просмотре телепередач, об установках, поведении, оценках себя и других, демографические данные о семье.

Другое исследование проводилось в течение 22 лет — с 1963 по 1985 гг. — под руководством Л. Ирон. Первоначально в исследование были включены дети в возрасте 8−9 лет. Их родителей просили назвать любимые передачи ребенка. Затем эти передачи были оценены по степени содержащегося в них насилия и агрессии. Одноклассникам участвующих в эксперименте детей задавали вопросы, которые были направлены на выявление уровня агрессивности испытуемых.

Через девять лет, когда испытуемым было 17−18 лет, и они уже кончали школу, был проведен повторный срез. Юношей и девушек просили назвать любимые телепередачи, которые вновь были оценены с точки зрения уровня содержащихся в них насилия и агрессии. Повторно проводился и опрос одноклассников. Обнаружилось, что наиболее сильным предиктором агрессивности в 17−18 лет является просмотр телевизионных программ с высоким уровнем насилия в восьмилетнем возрасте. Еще более интересные результаты были получены через 22 года, когда испытуемым исполнился 30−31 год. Обнаружилось, что те из них, которые в 8−9-летнем возрасте проводили много времени у телевизора и предпочитали телепередачи с высоким уровнем насилия, чаще совершали крупные и мелкие противоправные поступки во взрослом возрасте. Данная тенденция была характерна и для юношей, и для девушек, хотя у девушек и исходный уровень агрессивности, и уровень правонарушений был существенно ниже, чем у юношей.

К наиболее важным выводам этого исследования относятся следующие. Во-первых, оно подтвердило данные о том, что дети младшего школьного возраста, проявляющие агрессивность к сверстникам, предпочитают программы с высоким уровнем содержания насилия и агрессии. Во-вторых, выяснилось, что в подростковом и взрослом возрастах манифестируемые формы агрессивного поведения были свойственны тем испытуемым, которые в 8−9-летнем возрасте не только проявляли агрессию по отношению к одноклассникам, но и тратили на просмотр телевизионных передач наибольшее количество времени.

Хрестоматийным является проведенное в 80-х годах XX века изучение влияния телевидения на детей младшего школьного возраста в трех поселках Канады. Исследование проводилось в течение двух лет. Один из поселков был подключен к телевизионной сети в самом начале исследования, во втором и третьем подключение произошло на два года раньше. Оценивалась агрессивность школьников во время свободной игры. Было обнаружено, что уровень агрессивности младших школьников из поселка, который был подключен к телесети в начале исследования, неуклонно повышался на протяжении двух лет эксперимента, в то время как в двух других он оставался неизменным. Такое повышение затронуло и мальчиков, и девочек 6−9 лет, оно проявлялось как в отношении прямой, так и косвенной, как физической, так и вербальной агрессии. На эти результаты не влияли ни исходный уровень агрессивности, ни количество времени, которое дети проводили у телевизора.

Значительный интерес представляют данные четырехлетнего лонгитюдного исследования, проведенного в середине 80-х гг. XX века. В нем участвовали мальчики-подростки пяти стран — Австралии, Израиля, Польши, США и Финляндии. В результате были получены данные, свидетельствующие об отсутствии значимых национальных различий в воздействии сцен насилия и агрессии на поведение подростков. Подтвердились данные о влиянии частоты и длительности просмотра подростками телепередач и кинофильмов, содержащих сцены насилия на совершение правонарушений. Были получены результаты, свидетельствующие о том, что воздействие насилия на домашнем телеэкране имеет кумулятивный эффект, что проявляется в выработке у школьников установок и паттернов поведения, способствующих насильственному поведению в конфликтных и трудных ситуациях.

Итак, какой вывод мы можем сделать на основе большого количества работ о насилии в масс-медиа, включающих лабораторные эксперименты и реальную жизнь? Несмотря на то, что ни одно исследование само по себе не установило достаточно четко вредный эффект насилия на телевидении для детей, в целом имеющиеся данные подтверждают вредное воздействие наблюдения насилия. Как и следовало ожидать, телесети и телеиндустрия в целом не признают выводов бихевиористских исследований.

За последние два десятилетия появились мрачные примеры непосредственного воздействия фильмов, причем многие из них касались фильма Оливера Стоуна «Прирожденные киллеры». Стоун утверждает, что в этом фильме он хотел разоблачить жажду медийных средств. В центре событий находится молодая пара, которая черпает свой жизненный и любовный эликсир из немотивированных убийств. Бесконечно и с увлечением фильм рассказывает о насилии.

В Париже после повторного просмотра этого фильма появилась одержимая убийствами молодежь. И в Германии в феврале 1996 года было совершено убийство, в котором этот фильм сыграл свою роль. В Сант-Тениес у Крефельда трое 19-ти летних подростков, одна пара и их друг, убили 27-летнего мужчину, исходили из неблагополучных семей, все имели большой опыт употребления наркотиков. После того, как они двенадцать раз посмотрели этот фильм по видео, девушке пришла в голову идея убить свою мать, с которой она незадолго до этого сильно поругалась. Поскольку они не смогли найти огнестрельное оружие, они достали себе бейсбольные биты и ножи. После того, как они не нашли мать, они решили посетить их общего друга. Там они курили гашиш. Во время возвращения домой случайно они вспомнили имя общего знакомого. После этого они пошли к нему, нашли его и жестоко убили.

По сообщению «Зюддойтче цайтунг» от 26. 03. 1997 года эксперты-психологи назвали три компонента, которые в значительной мере мотивировали преступление: во-первых, социально деформированные личности всех троих, во-вторых, групповая ситуация, в которой игра мысли одного из них выросла в катастрофу и, наконец, — фильм, который предоставил модель решения, в которой все совпадало: большая любовь, большая дружба и большое убийство.

Принимая во внимание ряд немотивированных насильственных актов и одержимости молодежи, намерение Оливера Стоуна представить фильм как сатиру на медийные средства, можно рассматривать как неудавшееся.

Насилие, секс и сексуальное насилие — неотъемлемые атрибуты современного кино. И если о влиянии насилия уже складываются теории, то сексуальное насилие — явление новое и недостаточно изученное.

Когда появились электронные СМИ, то для них были выработаны гораздо более консервативные стандарты, чем для печати, поскольку печатную продукцию сексуальной направленности легче оградить от детей, чем радио или телевидение. Еще более щекотливый вопрос — проблема доступности секса в Интернете и ограничение доступа детей к этой информации.

Материалы эротического содержания могут вызвать растормаживание уже знакомого типа поведения, это может происходить, когда по телевидению показывают секс до брака и эти сцены снимают существующие у зрителя запреты по отношению к подобным поступкам.

Самое тревожное в поведенческих эффектах просмотра эротических материалов заключается в том, что прослеживается непосредственная связь с совершением сексуальных преступлений. В большинстве западных стран в конце 20-х годов одновременно с возрастанием доступности сексуально откровенных материалов выросло и число изнасилований. Курт (Court, 1984) представил данные, собранные в двух австралийских штатах, которые показывали резкое увеличение числа изнасилований в Южной Австралии, где в начале 70-х годов были изданы либеральные по отношению к порнографии законы, при том, что в Квинсленде, где подобные законы изданы не были, роста насилия не наблюдалось. На Гавайях между 1974 и 1976 годами в период ограничений сексуально откровенных СМИ наблюдался относительный временный спад количества изнасилований.

Фильмы ужасов с недавних пор превратились в шоу с обилием сцен насилия в отношении женщин и сексуальных эпизодов. Эти фильмы в основном предназначены для тинэйджеров, хотя и относятся к классу R. Во всех этих СМИ главным является не секс и не насилие, а способ, каким и то и другое подается вместе. Сексуальное насилие никоим образом не ограничивается эротическими материалами, недоступными детям. Пользуются большим успехом такие сериалы, как «День всех святых», «Детская игра», «Пятница, тринадцатое», «Крик», «Кошмар на улице Вязов» и множество менее известных фильмов. Многие из них отличаются особой жестокостью и полны сексуальных намеков. Например, в «Чужой жертве» показано, как запятнанный кровью вампир высасывает внутренности мертвой женщины из дыры в ее животе. «Праздник плоти» изображает червяков, пожирающих живых людей, они начинают с лица и переползают вниз. Фильм «Пусть они умирают медленно» обещает «24 сцены варварской пытки», вроде той, когда мужчина разрезает женщину пополам. «Отпрыск» показывает, как солдат душит девушку, взятую в плен, целуя ее. Даже в фильме категории PG «Золотой глаз» про Джеймса Бонда, выпущенном в 1995 году, была злодейка, завлекавшая мужчин в постель и затем уничтожавшая их.

Хотя многие из этих фильмов в США имеют категорию R, другие фильмы выпускаются вообще без указания категории, чтобы избежать ограничения R: «несовершеннолетним смотреть только с родителями». Поскольку никакие ограничения в видеомагазинах не действуют, рейтинги и классификация не решают проблемы порнографии и насилия. Такие фильмы смотрят многие подростки. Изображение в экранных СМИ сексуального насилия развращает молодое поколение, растормаживает их сознание и, несомненно, ведет к утрате ценностных ориентиров. Не допустить пагубное влияние подобных материалов — дело законодателей.

1.2 Правовые аспекты защиты детей от неблагожелательной информации

Необходимость решения вопроса о защите несовершеннолетних от воздействия неблагоприятной информационной среды стоит перед законодателями многих государств и всего международного сообщества в целом. Соответственно актуализируется задача правовой защиты несовершеннолетних от вредного воздействия СМИ.

Общепризнанные принципы и нормы международного права допускают ограничение законом свободы получать и распространять информацию и идеи, если:

· это необходимо в интересах национальной безопасности или общественного порядка;

· в целях предотвращения преступлений;

· для охраны здоровья и нравственности;

· защиты репутации или прав других лиц.

Эти и другие нормы содержат такие документы, как: Международный пакт о гражданских и политических правах (п. 3 ст. 19 и ст. 20); Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах (ст. 10); Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод (ст. 10); Всеобщая декларация прав человека, (п. 2 ст. 29); Декларация С Е о средствах массовой информации и правах человека (1970); Конвенция СНГ о правах и основных свободах человека (ст. 10); Европейские конвенции: о совместном кинопроизводстве (1992), о трансграничном телевидении (1989), о компьютерных преступлениях (2001); Рекомендации Комитета Министров государств-членов Совета Европы: № R (89)7 относительно принципов распространения видеозаписей, содержащих насилие, жестокость или имеющих порнографическое содержание (1989) и № R (97)19 «О демонстрации насилия в электронных средствах массовой информации» (1997); Директива о вещании ЕЭС; Международный кодекс рекламной практики Международной торговой палаты.

Международная Конвенция о пресечении обращения порнографических изданий и торговли ими 1923 года (Женева), Соглашение относительно пресечения порнографических изданий 1910 года (Париж), Протокол об изменении Договора о борьбе с распространением порнографических изданий (Лейк Сасекс, Нью-Йорк, 4 мая 1949 года) обязывают государства принимать меры по защите от информации, наносящей вред здоровью, нравственному и духовному развитию граждан.

По мнению большинства экспертов наиболее действенным международно-правовым документом в указанной сфере является Европейская Конвенция о трансграничном телевидении (международный правовой акт, заключенный в рамках Совета Европы), которая в статье 7 «Обязанности телевещателя» предусматривает:

«1. Все элементы программ, их представление и содержание, должны обеспечивать уважение к достоинству человеческой личности и основным правам других людей.

В частности, они не должны:

а) быть непристойными и в особенности содержать порнографию;

б) чрезмерно выделять насилие или разжигать расовую ненависть.

2. Все программы, которые могут нанести вред физическому, умственному или нравственному развитию детей и подростков, не должны транслироваться в тот период времени, когда они могут их смотреть".

Регулирование оборота информационной продукции в интересах защиты прав и законных интересов детей в зарубежных странах имеет довольно продолжительную историю. В законодательстве демократических стран установлены строгие ограничения и запреты на распространение среди детей и подростков информации, «разрушающей их нравственность» и «нарушающей их благополучие». Предусмотрена экспертиза информационной продукции, способной нанести вред здоровью и развитию детей. Введены возрастные классификации такой продукции и «временной водораздел» в трансляции «детских» и «взрослых передач». Ведутся реестры вредной информационной продукции; созданы специальные контрольно-надзорные органы по защите детей от такой информации. Установлены строгие меры ответственности за незаконный оборот информационной продукции.

Европейский Суд по правам человека и Комиссия признали, что защита нравственности в демократическом обществе является легитимной. Они определили в качестве «непристойных публикаций» такие публикации, которые стремятся «развратить и растлить».

Европейским Судом по правам человека также признается, что государства вправе принимать законы, ограничивающие распространение информации и идей, несмотря на их достоинства «как произведений искусства или как вклада в публичное обсуждение проблем», в том числе устанавливать контроль и классификацию информационной продукции, а при нарушении закона — применять штрафные меры, конфискацию и другие санкции, вплоть до уголовных, когда это необходимо в интересах защиты нравственности и благополучия конкретных лиц или групп лиц (таких как дети), нуждающихся в особой охране в связи с недостатком зрелости или состоянием зависимости.

По мнению Европейского Суда, «защита прав и свобод других», когда это означает защиту нравственных интересов и благополучия конкретных лиц или категорий лиц, которые нуждаются в специальной защите по причинам, таким как недостаток зрелости, психическая неспособность или состояние зависимости, относятся к одному из аспектов «защиты нравственности».

В Великобритании действует ряд правовых актов, направленных на защиту детей от вредного воздействия СМИ. В этих целях Британским комитетом классификации фильмов осуществляется классификация кино- и видеофильмов в зависимости от возраста аудитории, которая должна учитываться при их демонстрации на телеканалах, в кинотеатрах, распространяться путем продажи или почтовой рассылки.

Закон Великобритании о видеозаписи 1984 года требует от Британского комитета классификации фильмов обратить особое внимание на вероятность просмотра продукции в домашних условиях, а также на возможность вреда для тех, кто, вероятно, будет это смотреть; на вероятность нанесения вреда обществу поведением зрителей после просмотра.

Указанный Закон выделяет следующие элементы, которые могут нанести вред:

* преступное (криминальное поведение)

* использование запрещенных законом наркотиков;

* жестокое поведение или происшествие;

* ужасающее поведение или происшествие;

* сексуальные действия людей.

В большинстве случаев беспокойство относительно нанесения вреда касается возможности просмотра продукции маленькими детьми или подростками.

Политика Комитета направлена на то, чтобы ограничить возможность нанесения вреда при помощи возрастной классификации. В некоторых случаях продукция должна быть подвергнута вырезке.

Другим британским законом, учитываемым при проведении возрастной классификации, является Закон о кинематографии 1937 года, устанавливающий противозаконным демонстрацию сцен, «организованных или направленных», на включение натуралистической (фактической) жестокости в отношении животных.

Британским Законом о защите детей 1978 года устанавливается противозаконность демонстрации непристойных изображений с участием детей (до 16 лет).

Закон Великобритании о непристойных публикациях 1959 года определяет, что произведение должно считаться непристойным, когда его воздействие направлено на то, чтобы развратить и растлить лиц, которые могут прочесть, увидеть или услышать материал, содержащийся или изображенный в нем. Закон запрещает распространение непристойных материалов. А также устанавливает, что лицо, нарушившее его, может быть по приговору суда привлечено к ответственности в виде штрафа или лишения свободы на срок не более трех лет или к тому и другому.

Пункт 2 статьи 5 Основного закона Федеративной Республики Германии 1949 г. устанавливает гарантии охраны интересов молодежи. В отношении детей и подростков это основное право означает, что их следует защищать от таких СМИ, которые могут негативно повлиять на процесс их социально-этического становления. Государство призвано предпринимать соответствующие действия. В соответствии с этим в Германии с 1951 г. действует Закон о правовой защите молодежи в общественных местах. В 1953 г. Германский Бундестаг принял Закон о распространении материалов, вредных для молодежи (ЗРМВМ), который призван, как и другие законы, защищающие интересы молодежи, содействовать созидательной работе с молодежью.

Для практического осуществления правовой защиты молодежи от вредного воздействия СМИ указанным Законом предусмотрено создание Федерального ведомства по проверке материалов, вредных для молодежи (ФВПМВМ), которое осуществляет свою деятельность с 1954 года. ФВПМВМ занимается преимущественно включением в список видеофильмов, проповедующих жестокость, и компьютерными играми, прославляющими войну или расизм. В 1997 г. принят Закон об информационных и коммуникационных услугах, содержащий нормы о защите нравственности и здоровья детей призванный ограничить вредное влияние на несовершеннолетних через Интернет.

В США во времена президента Рейгана проводилась политика «либерализации» в отношении СМИ и было отменено значительное количество запретов, налагаемых на СМИ в связи с демонстрацией информации, оказывающей вредное воздействие на детей. Американская общественность обратила внимание на влияние СМИ на рост преступности, в особенности с участием несовершеннолетних, поэтому политика в этой области претерпела значительные изменения.

Подтверждением строгости действующего законодательства США может служить случай, произошедший 22 сентября 2004 года. Тогда высший орган регулирования деятельности СМИ в США — Федеральная комиссия по связи (FCC) наложила на компанию «Вайком» («Viacom, Inc. «) — владельца сетей CBS и MTV — штраф в размере 550 000 долларов за передачу в эфир программы, в которой в эфире на протяжении полсекунды была показана обнаженная женская грудь.

Во время танцевального номера Джастин Тимберлейк сорвал с Джанет Джексон часть бюстье, обнажив ее грудь перед камерой" на 0, 59 секунды. Комиссия признала, что грудь г-жи Джексон является «сексуальным органом», а также что любая демонстрация сексуальных органов и любое употребление выражений сексуальной направленности составляют непристойность, преследуемую в исковом порядке, какими «мимолетными» и «скоротечными» они ни были. Если у вещателя имеются основания подозревать исполнителя в потенциально непристойном поведении, он обязан принять предупредительные меры.

Порнографические произведения и программы защищены Первой поправкой к конституции США (гарантирующей свободу слова и печати), т. е. их производство и распространение может ограничиваться, но не запрещаться. В этом их отличие от произведений безнравственных или непристойных, которые могут запрещаться решениями судов либо по закону.

В плане содержания американская порнография ближе российскому понятию «эротического» издания в смысле статьи 37 Закона о СМИ, а «непристойные» — «сексуальной и порнографической продукции». Отличие непристойных произведений от порнографических, по определению, вынесенному Верховным судом США (по делу «Миллер против штата Калифорния», 1973 г.), состоит в том, что последние:

* «не должны возбуждать у читателя «низменных инстинктов;

* не должны быть «явно оскорбительными» для рядового читателя, т. е., по крайней мере, не должны содержать описания (изображения) «очевидных половых актов, совершаемых в нормальном или извращённом виде, фактически происходящих или симулированных», а также «мастурбации, экскремации и распутной демонстрации половых органов»;

* должны обладать «существенной литературной, художественной, политической или научной ценностью».

Верховный суд постановил, что реальное содержание этих несколько размытых определений должно определяться в каждом конкретном случае местными судами, исходя из современных усредненных стандартов конкретного штата или города и применительно ко всему изданию (произведению), а также на основе законов штатов, которые могут более точно определить понятие непристойности.

Ещё в конце 1960-х годов Верховный суд разрешил демонстрацию нарушающих общественный вкус зрелищ и распространение продукции, если при этом доступ в соответствующие заведения запрещён для несовершеннолетних, а товары не навязываются посетителям.

Как и в России, определением мест показа эротических зрелищ и порядка распространения порнографической продукции занимаются органы местного самоуправления. Их решения носят иногда взаимопротиворечащий характер. В 1972 году власти промышленного Детройта приняли положение, по которому специализированные книжные магазины «для взрослых» и зрелищные заведения «для взрослых» должны располагаться в разных частях города, а не сосредотачиваться в нескольких кварталах. При этом каждое заведение должно было располагаться на расстоянии не менее тысячи футов (305 м) от двух других подобных заведений и от таких, для открытия которых требуется лицензия местных органов власти. К последним относятся: зрелищные заведения, кабаре, бары, ломбарды, гостиницы, бильярдные, общежития, комиссионные магазины, заведения чистильщиков обуви, а также танцевальные залы. Такие злачные места должны были находиться на расстоянии не ближе 500 футов от любого жилого помещения. В 1976 году законность строгостей детройтских властей подтвердил Верховный суд, заявив, что здесь нет нарушений конституционных прав граждан, так как лежащая в основе оспариваемых решений общественная и политическая мысль важнее предлагаемого в злачных заведениях содержания.

Как ни странно, десять лет спустя Верховный суд использовал тот же аргумент при подтверждении правомерности решения властей в вашингтонском пригороде Рестоне об удалении для «сохранения качества городской среды» всех злачных мест в специально отведённую для них зону. Но в данном случае власти сосредоточили, а не рассредоточили «заведения для взрослых».

Но можно привести примеры, когда суды отменяли решения местных властей. В городе Энн Эрбор (штат Мичиган) разрешалось занимать под специализированные книжные магазины фактически лишь 0,23% территории населённого пункта, при этом литература «для взрослых» не могла составлять более 20% книг, выставленных в них для продажи. В 1987 году апелляционный суд Шестого округа постановил, что никакими процентами нельзя ограничивать объем торговли в принципе легальной литературы.

В 1981 году Верховный суд США указал на то, что решение властей городка Маунт Эфраим (штат Нью-Джерси) противоречит Первой (защита свободы слова) и Четырнадцатой (запрет ограничения прав граждан без надлежащей судебной процедуры) поправкам к конституции. По решению местной администрации полностью запрещался публичный показ обнаженных тел, в том числе во всех развлекательных представлениях, как-то театральных и танцевальных постановках, концертах и мюзиклах. Поводом для запрета, кстати, было появление в зале специализированного книжного магазина витрины с танцующей за стеклом обнаженной женщиной.

Общепризнано, что телевидение и радио являются не только более действенными, чем печать, средствами массовой информации, но и более доступными для несовершеннолетней аудитории.

Исходя из этого в 1978 году Верховный суд (дело «Федеральная комиссия связи против фонда «Пасифика») подтвердил конституционное право Федеральной комиссии связи (ФКС), правительственного управления, ответственного за регулирование вещания и выдачу лицензий телерадиостанциям, ограничивать выход в эфир «неприличных» программ и передач. Спор возник после жалоб слушателей на сатирическую радиопередачу, в которой обыгрывалось значение семи слов ненормативной лексики. В результате этих жалоб ФКС применила штрафные санкции к владельцу радиостанции (фонд «Пасифика»), что и вызвало обращение в суд.

По своему смыслу, разъяснил Верховный суд, границы понятия «неприличность» уже границ понятия «непристойность» Неприличность определяется как «несоответствие принятым стандартам нравственности». В содержание таких материалов входят «вульгарные или шокирующие» выражения, при этом не обязательно наличие обращения к «низменным инстинктам» аудитории.

До последнего времени существовал законодательный запрет сетям кабельного телевещания показывать «сексуально-ориентированные» программы «для взрослых» с 6 часов утра до 10 вечера. Правда, разрешалось их распространять в кодированном виде, делая указанные программы доступными только для подписавшихся абонентов. Эти меры были призваны защитить формирующуюся психику несовершеннолетних от вредного воздействия «сексуально откровенной» телевизионной продукции.

В настоящее время это ограничение продолжает распространяться только на эфирные телесети и большинство радиостанций. Нарушение запрета является преступлением (с наказанием в виде штрафа и (или) лишения свободы на срок до двух лет) и основанием для аннулирования Федеральной комиссией связи лицензии на вещание.

Весной 2000 года Верховный суд признал запрещающую неприличия статью 505 Закона о телекоммуникациях 1996 года не соответствующей американской конституции.

Нормальной практикой является цензура станциями неприличного содержания транслируемых кинофильмов и песен.

Защита детей от просмотра порнографии или участия в ее производстве представляет собой предмет особой заботы американских судов и законодателей. Считается, что Первая поправка не распространяется на права несовершеннолетних. Производство, распространение, владение или просмотр порнографических материалов с участием детей до 16 лет преследуется федеральным законом «О защите детей от сексуальной эксплуатации» (1977) и соответствующими законами штатов.

В Японии Национальной ассоциацией коммерческих вещателей (NAB) и Наблюдательным советом по стандартам вещания разработан документ, предписывающий предупреждать о нежелательности просмотра определенных передач определенной группой несовершеннолетних посредством титров или наложений в ходе демонстрации этих передач, а также в предварительных комментариях, размещаемых в печатных средствах массовой информации и на страницах Интернета. Вещатель обязан делать такие предупреждения, если в передаче есть сцены секса и насилия.

Законом от 30 марта 1999 года фламандский парламент в качестве меры по реализации статьи 22 Директивы «Телевидение без границ» Европейского Союза создал орган, призванный гарантировать защиту несовершеннолетних от злоупотребления свободой СМИ. Совет может принять решение о штрафе в размере 125 000 евро.

В соответствии со статьей 32 Закона Чешской республики № 231/2001 о телерадиовещании, Совет Чешской Республики по телерадиовещанию осуществляет защиту несовершеннолетних в отношении теле- и радиопрограмм.

Совет обеспечивает, чтобы по радио и телевидению не передавались программы, способные нанести вред физическому, умственному или нравственному развитию несовершеннолетних, за исключением случаев, когда вследствие выбора времени передачи можно гарантировать, что при обычных обстоятельствах несовершеннолетние не услышат и не увидят подобные программы.

26 апреля 2004 года Совет оштрафовал радиостанцию Frekvence 1 на 20 тыс. чешских крон (660 евро) за передачу «Sexy live».

В настоящее время в большинстве стран, входивших в состав СССР, установлены отдельные правовые нормы или даже приняты специальные законы, направленные на защиту детей от вредного воздействия СМИ. Например, 20 ноября 2003 года вступил в силу Закон Украины «О защите общественной морали», который устанавливает правовые основы защиты общества от распространения продукции, которая негативно влияет на общественную мораль. Указанным Законом Украины определены основные направления государственного регулирования информационной продукции, которая влияет на общественную мораль, такие как:

· «формирование единой комплексной системы обеспечения защиты моральных основ и утверждения здорового образа жизни в сфере информационной деятельности, образования и культуры;

· недопущение пропаганды в электронных и других средствах массовой информации культа насилия, жестокости, распространения порнографии;

· внедрение экспертной оценки видео-, аудио-, печатной информации и информации на электронных носителях, разработки механизмов и методик отнесения ее к такой, которая наносит вред общественной морали;

· поддержка национальной культуры, искусства, кинематографии, книгоиздания, улучшения системы пропаганды лучших образцов мировой литературы, культуры и искусства;

· запрещение демонстрации нелицензионной аудио-, видеопродукции на всех национальных телерадиокомпаниях;

· установление контроля за оборотом продукции, которая составляет угрозу общественной морали;

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой