Институт экстрадиции в РФ

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

Раздел І: История института экстрадиции

Раздел ІІ: Определение экстрадиции, ее концепции и принципы

2.1 Концепции экстрадиции

2.2 Принципы экстрадиции

Раздел III: Экстрадиционный процесс

3.1 Процедура экстрадиции в Российской Федерации

Заключение

Список используемой литературы

ВВЕДЕНИЕ

Проблема преступности в современном мире представляет опасность не только для отдельных государств, но и для всего человечества. Преступность, «как исторически изменчивое социальное и уголовно-правовое явление, представляющее собой систему преступлений, совершенных в соответствующем государстве (регионе) за тот или иной период времени, претерпела существенные изменения, становясь все более опасной и распространяя свое негативное влияние по всему миру. Преступные группировки используют современные международные коммуникационные и транспортные возможности, а также факт отсутствия должного правового сотрудничества между государствами по уголовным делам для того, чтобы, совершая преступления в одном государстве скрыться на территории другого государства и тем самым избежать правосудия. Ситуация также осложняется ростом числа преступлений, которые подрывают основы не только национальной, но и международной безопасности.

Важность правового регулирования института экстрадиции в системе, оказываемой государствами правовой помощи по уголовным делам, определяется как национальными интересами государств, в целях предупреждения уголовной преступности на их территории, так и интересами международного сотрудничества по борьбе с международными преступлениями, представляющими опасность для всего сообщества государств. В этой ситуации объединение совместных усилий государств, для осуществления сотрудничества в борьбе с преступностью, приобрело особое значение. Существенное место в этом сотрудничестве занимает институт экстрадиции.

Поэтому актуальность рассмотрения данного института определяется неотложностью борьбы с транснациональной преступностью, выполнением предписаний ст. 15 Конституции Р Ф о приоритете норм международного права над внутригосударственными нормами, а также реализацией все более расширяющейся системы договоров между государствами об оказании правовой помощи. Кроме того, впервые в УК РФ включена норма, регулирующая вопросы экстрадиции (ст. 13 УК РФ «Выдача лиц, совершивших преступление»). Большая дискуссионность вопросов экстрадиции в правовой литературе, обилие правовых актов, отнюдь не единообразно решающих вопросы выдачи, приводят к необходимости обращения к глубинным основам проблемы, а также к определению как места института экстрадиции в системе международного уголовного права, так и дальнейшего его развития во внутригосударственном плане. Кроме того, важность должного правового регулирования института экстрадиции в системе оказываемой государствами правовой помощи по уголовным делам определяется как национальными интересами государств в целях предупреждения уголовной преступности на их территории, так и интересами международного сотрудничества по борьбе с международными преступлениями, представляющими опасность для всего сообщества государств.

Распад СССР привел к необходимости сотрудничества бывших союзных республик друг с другом в борьбе с преступностью. Процесс интернационализации преступности не обошел стороной Россию и бывшие республики Советского Союза. Можно без преувеличения констатировать, что преступность в России обрела стабильные черты вооруженно-насильственной, обманно-корыстной, организованно-коррумпированной, экологически опасной, трансгосударственной, подрывающей основы государственной безопасности. Такие же процессы характерны и для других бывших союзных республик — ныне государств-членов СНГ.

Для успешного предупреждения как общеуголовной, так и транснациональной преступности, а также для успешной борьбы с ней необходимо развивать международное сотрудничество. Это особенно важно, если учесть то обстоятельство, что все большее число лиц, совершивших преступление пытается скрыться от правосудия в другом государстве, с тем, чтобы избежать уголовного наказания, а в некоторых случаях продолжать преступную деятельность. Расширение и развитие отношений по поводу экстрадиции будут способствовать повышению действенности мер, принимаемых государствами против преступности. Обмен знаниями и опытом в этой области принес бы пользу всем сторонам, расширяя для государств возможности выдачи лиц, совершивших преступление из других государств и укрепляя международный правопорядок.

1. ИСТОРИЯ ИНСТИТУТА ЭКСТРАДИЦИИ

В современных условиях институт экстрадиции играет важную роль в укреплении и развитии международного сотрудничества между государствами в борьбе с преступностью. Историческая и историко-правовая наука, изучая и обобщая опыт прошлого, помогают познать и использовать закономерности общественного развития, избежать повторения ошибок.

Следует отметить, что нормативное регулирование экстрадиции на международно-правовом и внутригосударственном уровне еще далеко не сложилось. Оно, как и экстрадиционная практика в целом, переживает период интенсивного развития с учетом вызовов международному сообществу со стороны преступности и терроризма. Российская Федерация, как известно, вносит в этот процесс свою посильную лепту. В настоящее время продолжается работа над нормативными документами с участием России по вопросам экстрадиции на международном уровне. Движение в этом направлении подкрепляется договорной работой как на региональном, так и на межрегиональном уровнях. Вместе с тем от внимания ускользают такие важные обстоятельства, как историко-правовые аспекты формирования экстрадиции в самостоятельный институт современного права, смена общей концепции экстрадиционной деятельности, перерастание экстрадицией узких рамок выдачи.

Правовое регулирование международного сотрудничества государств в борьбе с преступностью имеет глубокие исторические корни и может быть отнесено к истокам возникновения государства и права. Интересы борьбы с преступностью издавна обязывали государства объединять свои усилия, оказывать друг другу помощь. Начало становления международного сотрудничества в сфере международной уголовной юстиции относится ко времени утверждения на национальном уровне идеи о территориальном верховенстве государства, в соответствии с которой в пределах каждого государства должна господствовать единая и самостоятельная карательная власть, которой обязаны подчиняться все лица, находящиеся на его территории. Первоначально различные государства руководствовались правилом forum delicti commissi, означавшим, что для преследования и наказания преступников компетентен исключительно суд места совершения преступления.

В силу этого первым известным правовым институтом в сфере международного сотрудничества, который впоследствии стал непосредственно связан с уголовно-правовыми дисциплинами, явился институт экстрадиции (выдачи лиц, совершивших преступление).

Институт экстрадиции имеет многовековую историю, и его начало можно проследить со времен глубокой древности, когда еще не существовало правовых взаимоотношений в вопросах противостояния преступности в ее современном понимании. История экстрадиции берет свое начало с возникновения первых признаков дипломатии. Историю экстрадиции можно разделить на четыре периода.

Первый период начинается с древних времен и завершается в конце XVII в. В этот период экстрадиция не являлась частым явлением и в основном имела место в отношении политических преступлений, а также в отношении еретиков и перебежчиков.

Второй период начинается с XVIII в. и заканчивается первой половиной XIX в. Этот период характеризуется наличием договоров между государствами не только в отношении бунтовщиков и перебежчиков, но также лиц, виновных в совершении преступлений уголовного характера.

Третий период начинается с 1840 г. В этот период государства начали согласованную кампанию в отношении беглых преступников.

Четвертый период берет свое начало после 1948 г. и продолжается по настоящее время. Именно после Второй мировой войны интенсивно стали развиваться международные отношения. В этот период на первый план вышла необходимость построения международной безопасности и предупреждения совершения в будущем преступлений против мира и безопасности человечества.

Обосновывая существования выдачи еще в рабовладельческую эпоху исследователи часто ссылаются на договор, заключенный царем хеттов Хатушилем III и египетским фараоном Рамсесом II в 1296 году до н.э. В этом договоре говорилось: «Если кто-нибудь убежит из Египта и уйдет в страну хеттов, то царь хеттов не будет его задерживать, а вернет в страну Рамсеса». (1, стр. 54) Особенность этого договора состоит в том, что в нем речь идет не только о преступниках, очень часто экстрадиция применялась к беглым рабам. Кроме того, имелись договоры о выдаче между отдельными греческими городами-государствами. Также выдача широко применялась к беглым рабам в Греции и в Римской империи. Например, в Греции, выдача применялась довольно часто к беглым рабам, которые не пользовались правом убежища, поэтому рабовладелец мог преследовать раба повсюду и везде, и власти должны были оказывать ему полное содействие. Однако и здесь право убежища все-таки оказывало свое влияние. Так, в Афинах храм Тезея, хотя не обеспечивал беглому рабу ни безнаказанности, ни свободы, но, по крайней мере, давал ему право требовать судебного разбирательства. Если на суде выяснялось, что рабовладелец слишком жестоко обходился с рабом, то выдача не применялась, и раба продавали новому господину. Также известны интересные факты, что афиняне обязались выдать македонскому царю Филиппу беглых македонских преступников, а ахейцы угрожали Спарте нарушением союза, если не будут выданы некоторые из ее граждан, напавшие на одну Ахейскую деревню; Катон требовал, чтобы Цезарь был выдан германцам за то, что начал с ними несправедливую войну. В этих случаях преобладает политический характер экстрадиции.

Изменения в институте экстрадиции в средние века были, прежде всего, продиктованы изменениями в институте убежища, когда местами, выдача из которых была недопустима, стали определенные священные места: храмы и монастыри. Еще одним препятствием для экстрадиции лиц, совершивших уголовные преступления, служил обычай закрепощения всех иностранцев, прибывших в страну без разрешения существовавший в феодальных государствах Западной Европы. В связи с этим экстрадиция по-прежнему оставалась формой расправы с политическими противниками, а не с преступниками. Например, одним из наиболее ранних средневековых договоров, по которому договаривающиеся стороны обязались выдавать друг другу политических преступников, являлся трактат, заключенный в 1174 г. между английским королем Генрихом II и шотландским королем Вильгельмом. Последующие западноевропейские соглашения подобного характера также касались главным образом бунтовщиков и обоюдных врагов к числу таковых относились, так называемые инакомыслящие.

В XVIII веке, с которого начинается второй период в развитии экстрадиции, договоры о выдаче все более распространяются не только на дезертиров, но и на уголовных преступников — убийц, фальшивомонетчиков, воров, поджигателей, а сотрудничество государств в уголовном преследовании этих лиц становится все более интенсивным. Это объясняется тем, что в то время было очень интенсивное перемещение людей из одного государства в другое, в связи с процессами индустриализации Европы и появлением новых видов транспорта, что вызвало проблемы борьбы с грабителями на железных дорогах.

В третий период, который начался для западноевропейских стран с 40-х годов XIX столетия, появляется осознание необходимости бороться общими силами против преступников, совершивших не политические, а уголовные деяния. В связи с заключаемым с этой целью договорам выдача наполняется своим подлинным смыслом, превращаясь в акт правовой помощи (оказываемой одним государством другому) в области международного общения. К концу XIX в. большинство стран Европы и ряд стран американского континента заключили договоры как друг с другом, так и с географически удаленными государствами.

В четвертом периоде, начавшемся в середине XX века, решающую роль в развитии института экстрадиции сыграла Вторая мировая война. Наказание за злодеяния, творимые в ее ходе фашистами, становится одной из основных целей. Последовал целый ряд заявлений и выступлений, в которых союзники выразили решимость подвергнуть уголовному преследованию тех, кто несет ответственность за зверства, убийства и казни или принимал в них непо-средственное и добровольное участие. Эта общая решимость привела не только к учреждению Нюрнбергского и Токийского международных военных трибуналов, созданных для суда над военными преступниками, преступления которых не связаны с определенным географическим местом, но и к многочисленным процессам по делу военных преступников, организованным в тех странах, где они совершили свои преступления. По мере развития отношений между государствами совершенствуется и институт экстрадиции: растет количество договоров, в которых конкретизируется круг лиц, подлежащих выдаче, уточняются критерии и основания для выдачи.

Таким образом, история развития института экстрадиции охватывает собой все исторические типы общества. Однако лишь в новое время экстрадиция приобрела общечеловеческое значение в отношении преступлений международного характера и преступлений против мира и безопасности человечества.

2. ОПРЕДЕЛЕНИЕ ЭКСТРАДИЦИИ, ЕЕ КОНЦЕПЦИИ И ПРИНЦИПЫ

Важность правового регулирования института экстрадиции в системе оказываемой государствами правовой помощи по уголовным делам определяется как национальными интересами государств в целях предупреждения уголовной преступности на их территории, так и интересами международного сотрудничества по борьбе с преступлениями, представляющими опасность для всего сообщества государств. В этой ситуации объединение совместных усилий государств для осуществления сотрудничества в борьбе с преступностью приобрело особое значение. Существенное место в этом сотрудничестве занимает институт экстрадиции.

Экстрадиция (от лат. extraditio — выдача иностранному государству лица, нарушившего законы этого государства) является важной составной частью международного сотрудничества в сфере уголовного судебного производства. В основе института выдачи лежит принцип «Aut dedere aut judicare» («Или выдай, или суди»), который означает, что лицо, совершившее преступление, должно понести наказание в стране, где оно было задержано, или в стране совершения преступления, либо в стране, в наибольшей степени пострадавшей от преступления. Экстрадиция является направленным на реализацию принципа неотвратимости ответственности актом международной правовой помощи, основанным на принципах и нормах международного права. С точки зрения процессуального права выдача — это процесс передачи лица, совершившего преступление или обвиняемого в совершении преступления, одним государством другому государству, на территории которого было совершено преступление, либо государству, гражданином которого это лицо является, либо государству, против интересов которого направлено преступное деяние.

Основными целями экстрадиции в настоящее время являются:

— уголовное преследование лица, обвиняемого в совершении преступления, влекущего за собой применение уголовного наказания в виде лишения свободы на срок не менее одного года;

— исполнение вступившего в силу приговора, предусматривающего наказание в виде лишения свободы на срок не менее шести месяцев, или более тяжкое наказание в отношении лица, не отбывшего данное наказание.

2.1 Концепции выдачи преступников (экстрадиции) в Российской Федерации

экстрадиция правовой институт

В практике международных отношений, связанных с борьбой с преступностью, серьезное значение имеет проблема выдачи преступников, совершивших преступления на территории одного государства, но находящихся на территории другого.

Выдача преступников — это передача преступника государством, на территории которого он находится, другому государству для суда над ним или для применения к нему наказания.

Вопросы выдачи преступников непосредственно связаны с проблемой предоставления убежища иностранцам, преследуемым в другом государстве.

Проблемы выдачи преступников и предоставления убежища возникли еще в древности и неоднозначно решались в различные исторические периоды. Особенно остро эти вопросы стояли в период холодной войны между государствами двух систем.

В современном международном праве утвердилась позиция, что убежище может предоставляться только лицам, совершившим политические преступления в другом государстве. Лица, совершившие общеуголовные преступления, не могут пользоваться правом убежища.

Однако единого понятия политического преступления выработать не удалось. Поэтому практически вопрос о выдаче лица или предоставлении ему убежища решается, исходя из политических оценок и правовых установлений государства, на территории которого оно находится.

Конституция Российской Федерации содержит принципиальные положения о выдаче преступников и предоставлении права убежища. Так, в ст. 61 Конституции говорится, что «гражданин Российской Федерации не может быть выслан за пределы Российской Федерации или выдан другому государству».

В соответствии с Конституцией в ч. 1 ст. 13 УК указано: «Граждане Российской Федерации, совершившие преступление на территории иностранного государства, не подлежат выдаче этому государству». Действующий же Уголовный кодекс не содержит положений о выдаче преступников.

Позиция о невыдаче своих граждан другому государству для привлечения к ответственности разделяется многими современными государствами.

Что же касается иностранцев или лиц без гражданства, то вопрос об их выдаче решается на основе международных договоров о юридической помощи или путем дипломатических переговоров.

Россия заключила ряд договоров о правовой помощи со странами ближнего зарубежья, например с Азербайджаном. На основе этого договора некоторые преступники, скрывавшиеся на территории Азербайджана, были переданы правоохранительным органам Российской Федерации.

До настоящего времени не потерял актуальности вопрос о выдаче военных преступников второй мировой войны, совершивших тяжкие злодеяния на оккупированных территориях.

Проблема выдачи преступников приобретает особенное значение из-за возможности быстро переместиться из одной страны в другую, а также в связи с увеличением числа случаев терроризма, захвата и угона самолетов, захвата заложников, торговли женщинами, оружием, наркотиками на территориях различных государств. Необходимость усиления борьбы с такими опасными преступлениями заставляет все государства объединять усилия и взаимодействовать.

Известны случаи, когда даже при отсутствии специальных договоров о правовой помощи осуществлялась выдача преступников. Так, Израиль выдал Советскому Союзу преступников, которые захватили детей в качестве заложников, потребовали большую сумму денег, самолет и улетели в Израиль, хотя в тот период между Израилем и Советским Союзом не были установлены дипломатические отношения.

В борьбе с преступлениями, признаваемыми всеми государствами, действует принцип: «Выдать или наказать». Так, бежавшие из мест заключения России преступники, захватившие заложников, улетели в Пакистан. Пакистан не выдал преступников Советскому Союзу, но пакистанский суд осудил их по своим законам к пожизненному заключению.

Вопрос о выдаче преступника возникает в случаях, когда лицо, совершившее преступление в одной стране или против этой страны, находится в другой стране. В соответствии со сложившейся международной практикой требование о выдаче преступника предъявляет государство в следующих случаях:

1) когда преступление совершено на его территории;

2) когда преступник является гражданином этого государства;

3) когда преступление было направлено против этого государства и причинило ему вред.

В случаях, когда преступник совершил преступления на территориях нескольких государств, вопрос о его выдаче решается дипломатическим путем на основе международных договоров и норм международного права. При этом, в каком бы государстве ни был привлечен к ответственности преступник, он должен отвечать за все преступления, совершенные им в разных странах. Так, немецкие суды рассматривали дела о преступлениях, совершенных гражданами Германии в период второй мировой войны на территории Польши, Белоруссии и других стран.

Выдача преступника предполагает соблюдение ряда условий: преступление, за совершение которого предъявлено требование о выдаче, должно признаться преступлением по законам страны, в которой находится преступник (принцип тождественности); если по законам страны, требующей выдачи, за преступление предусмотрена смертная казнь, а в государстве, где находится лицо, совершившее это преступление, смертная казнь отменена, то условием выдачи обычно служит гарантия, предоставленная властями государства, что смертная казнь к выданному преступнику применена не будет.

Такие гарантии выдавались в практике международных отношений латиноамериканских государств при выдаче лиц, обвиняемых в государственной измене, насильственном захвате власти, мятеже, поскольку некоторые из этих стран отменили смертную казнь, а другие ее сохраняют.

Требование о выдаче преступника может быть заявлено для привлечения его к ответственности, и в этом случае государство, обратившееся с требованием о выдаче, должно представить убедительные доказательства совершенного преступления.

Выдача преступника может преследовать цель применения к нему наказания. В этом случае основанием для решения вопроса служит вынесенный и вступивший в силу приговор суда.

Возможна также выдача преступника, осужденного в одном государстве, гражданином которого он не является, для отбывания наказания на родине.

Однако в соответствии с нормами международного права выданное лицо не должно подвергаться судебному преследованию или заключению для осуществления наказания или меры безопасности, а также подвергаться какому-либо иному ограничению его личной свободы в связи с каким-либо деянием, предшествовавшим его передаче и не являющимся тем деянием, которое мотивировало его выдачу.

Таким образом, следственные и судебные органы государства, запросившие выдачу лица, связаны формулой обвинения, которая служит основанием выдачи этого лица.

В Конституции (ч. 2 ст. 63) говорится: «Выдача лиц, обвиняемых в совершении преступления, а также передача осужденных для отбывания наказания в других государствах осуществляются на основе федерального закона или международного договора Российской Федерации».

В Уголовном кодексе вопрос о выдаче преступников решается в ст. 13 следующим образом: «Иностранные граждане и лица без гражданства, совершившие преступление вне пределов Российской Федерации и находящиеся на территории Российской Федерации, могут быть выданы иностранному государству для привлечения к уголовной ответственности или отбывания наказания в соответствии с международным договором Российской Федерации». Представляется правильным развернутое определение выдачи преступников, данное В. К. Звирбулем и В. П. Шупиловым: «Это акт правовой помощи, осуществляемой в соответствии с положениями специальных договоров и норм национального уголовного и уголовно процессуального законодательства, заключающийся в передаче преступника другому государству для суда над ним или для приведения в исполнение вынесенного приговора».

Положение о предоставлении политического убежища, как правило, регламентируется в конституциях современных государств.

В соответствии со ст. 63 Конституции Российской Федерации:

«1. Российская Федерация предоставляет политическое убежище иностранным гражданам и лицам без гражданства в соответствии с общепризнанными нормами международного права.

2. В Российской Федерации не допускается выдача другим государствам лиц, преследуемых за политические убеждения, а также за действия (или бездействие), не признаваемые в Российской Федерации преступлением".

Указом Президента Российской Федерации от 26 июля 1995 г. утверждено Положение о порядке предоставления политического убежища в Российской Федерации, которое вступило в силу 1 августа 1995 г. В этом Положении декларируется: «Российская Федерация предоставляет политическое убежище лицам, ищущим убежище и защиту от преследования или реальной угрозы стать жертвой преследования в стране своей гражданской принадлежности или в стране своего обычного места жительства за общественно-политическую деятельность и убеждения, отвечающие принципам, признанным мировым сообществом» (ст. 2).

2. 2 Принципы экстрадиции

В основе института экстрадиции лежит ряд принципов, служащих ориентиром при толковании норм договоров о выдаче и применении их на практике их на практике при рассмотрении и исполнении запросов об экстрадиции.

Принципы экстрадиции — это базовые правила, руководящие начала, закрепленные в правовых нормах международных соглашений и договоров об урегулировании процедуры экстрадици (выдачи) и нормативных актов внутригосударственного права, прежде всего Конституции, в которых выражаются базовые основания осуществления процедуры выдачи (и отказа в выдаче). Ю. В. Минкова выделяет следующие принципы экстрадиции: принцип экстрадиционности преступления; принцип двойной подсудности; принцип специализации; принцип взаимности; принцип универсальности; принцип «aut dedere aut judicare», принцип невыдачи собственных граждан; принцип совершения преступления на территории страны, к которой обращено требование; принцип истечения срока давности; принцип ответственности за совершение политического преступления; принцип политического убежища; принцип невозвращения; принцип невыдачи лица, выдача которого требуется, на территории страны, к которой обращено требование, если по тому же преступлению был вынесен приговор или прекращено преследование по делу; принцип ответственности за совершение финансового преступления (в области налогообложения, таможенных сборов); принцип выдачи гражданина третьего государства; принцип отказа в выдаче по гуманным соображениям; временная выдача, дополнительная выдача. См.: Минкова Ю. В. Принципы института выдачи (экстрадиции) в международном праве: Монография/ Ю. В. Минкова. — М.: Изд-во Рос. ун-та дружбы народов, 2002. С. 8.

Принцип выдачи лиц на основе федерального закона или международного договора Российской Федерации закреплен в ч. 2 ст. 63 Конституции Российской Федерации. См.: Конституция Российской Федерации// Российская газета. 1993. 25 декабря. № 237. Однако, сотрудничество государств бывает иногда настолько многосторонним, а их взаимоотношения — сложными, что отдельные вопросы при заключении договоров остаются упущенными. Поэтому большое значение приобретает также и так называемый «принцип взаимности», который гласит, что «в соответствии с заверениями иностранного государства, направившего запрос о выдаче, можно ожидать, что в аналогичной ситуации по запросу Российской Федерации будет произведена выдача» (п. 2 ст. 462 УПК РФ). По словам Д. П. Никольского, «выдача предполагает юридическое отношение между двумя государствами, выражающееся в форме взаимного соглашения, которое может быть или молчаливым, определяемое по началу взаимности, или письменным, заключаемое в виде определенного договора, а также конвенции о выдаче». См.: Никольский Д. П. О выдаче преступников по началам международного права. — СПб, 1884. С. 29.

Принцип выдачи только иностранных граждан и лиц без гражданства закреплен в ч. 1 ст. 62 Конституции Российской Федерации, согласно которой гражданин Российской Федерации не может быть выслан за пределы Российской Федерации или выдан другому государству. Это правило конкретизировано в ст. 13 Уголовного кодекса РФ: «Граждане Российской Федерации, совершившие преступление на территории иностранного государства, не подлежат выдаче этому государству. Иностранные граждане и лица без гражданства, совершившие преступление вне пределов Российской Федерации и находящиеся на территории Российской Федерации, могут быть выданы иностранному государству для привлечения к уголовной ответственности или отбывания наказания в соответствии с международным договором Российской Федерации». См.: Уголовный кодекс Российской Федерации// Собрание законодательства РФ. 1996. 17 июня. № 25. Ст. 2954. Согласно п. 1 ст. 462 Уголовно-процессуального кодекса РФ, «Российская Федерация… может выдать иностранному государству иностранного гражданина или лицо без гражданства…». См.: Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации// Собрание законодательства РФ. 2001. 24 декабря. № 52. Часть I. Ст. 4921. Эти правила преследуют цели защиты граждан России от возможного необоснованного преследования и обеспечения суверенного права России на осуществление правосудия над своими гражданами.

В защиту такой позиции доктрина права выработала следующие основания: 1) государство ограничивается собственными интересами, для него не существует никакой обязанности заботиться о поддержании порядка чужой страны; 2) каждый гражданин может быть привлечен к уголовной ответственности по уголовным законам только своего государства; 3) за преступления, совершенные за пределами своей территории, государство не может наказывать преступника, в том числе своих граждан, так как законы этого государства не нарушаются; 4) уголовно-судебная власть распространяется только на своих граждан; 5) на государстве лежит обязанность защиты и охраны собственных граждан. Выдачей своего гражданина государство лишает его гарантий, которые предоставляет ему судопроизводства своей страны, кроме того, нарушает обязанность защиты; 6) государство в выдаче собственного гражданина видит ослабление политической независимости и своей юрисдикции. См.: Минкова Ю. В. Принципы института выдачи (экстрадиции) в международном праве. С. 52.

Европейская конвенция о выдаче 1957 г. содержит ст. 6 под названием «выдача своих граждан», в которой закреплено право Договаривающейся Стороны отказать в выдаче своих граждан. См.: Собрание законодательства РФ. 2000. 5 июня. № 23. Ст. 2348. Российская сторона ратифицировала указанную конвенцию с оговорками и заявлениями, одним из которых является то, что согласно статье 61 (часть 1) Конституции Российской Федерации гражданин Российской Федерации не может быть выдан другому государству. См.: ст. 1 Федерального закона от 25 октября 1999 г. N 190-ФЗ «О ратификации Европейской конвенции о выдаче, Дополнительного протокола и Второго дополнительного протокола к ней"// Собрание законодательства РФ. 1999. 25 октября. № 43. Ст. 5129. Согласно Договору между Российской Федерацией и Республикой Индией о выдаче от 21 декабря 1998 г., в выдаче лица может быть отказано, если оно является гражданином Запрашиваемой Стороны (п. 1.1. ст. 5), однако в таком случае Запрашиваемая Сторона обязана возбудить против такого лица уголовное преследование за данное правонарушение в соответствии со своим законодательством (ст. 7). См.: Бюллетень международных договоров. 2000. № 10. На основании п. 3 ст. 5 Договора между Российской Федерацией и Республикой Ангола о выдаче от 31 октября 2006 г., если в выдаче лица отказано по причине соблюдения принципа невыдачи собственных граждан, то «запрашиваемая Сторона по просьбе запрашивающей Стороны передает полученные материалы своим компетентным органам для возбуждения уголовного преследования против этого лица в соответствии со своим законодательством. С этой целью запрашивающая Сторона безвозмездно предоставит запрашиваемой Стороне должным образом заверенные копии документов о проведенном расследовании и других документов, связанных с уголовным правонарушением, в связи с которым запрошена выдача. Материалы дела, которые были получены в связи с проведенным расследованием в запрашивающей Стороне, могут быть использованы в уголовном судопроизводстве, которое будет начато в запрашиваемой Стороне. Запрашиваемая Сторона уведомляет запрашивающую Сторону о результатах такого судопроизводства». См.: Договор между Российской Федерацией и Республикой Ангола о выдаче (Москва, 31 октября 2006 г. // По материалам Справочной правовой системы «Гарант-Максимум».

Таким образом, двусторонние договоры Российской Федерации о выдаче не предусматривают экстрадицию собственных граждан, что влечет, однако, для запрашиваемой стороны, отказывающей в выдаче, юридические последствия в виде обязанности возбудить против лица, в отношении которого поступил запрос и которое является гражданином запрашиваемой стороны, уголовное преследование. Запрашивающая сторона, в свою очередь, обязана предоставить другой стороне документы и материалы в связи с совершенным преступлением, а также в некоторых случаях имеет право требовать от запрашиваемой стороны уведомления о результатах уголовного преследования. И все же практику невыдачи собственных граждан, по словам Ю. В. Минковой, нельзя считать общепризнанной, поскольку многие государства придерживаются противоположной точки зрения (Австралия, Великобритания, Израиль, Индия, Канада, США). Минкова Ю. В. Принципы института выдачи (экстрадиции) в международном праве. С. 56.

Правило двойной преступности, известное в литературе также как принцип двойной инкриминации, двойного вменения, двустороннего определения состава преступления, двойной подсудности и т. д., означает, во-первых, что выдача лица по определению предполагает наличие преступления как необходимого основания уголовной ответственности: если такового нет хотя бы у одной из сторон, лишаются своего правового основания либо запрос о выдаче, либо его удовлетворение. В доктрине российского и зарубежного права этот принцип никогда не ставился под сомнение, поскольку он отвечает правилу «nullum crimen sine lege» (нет преступления без указания о том в законе), подкрепляя его применительно к международно-правовой практике государств в области экстрадиции. Бойцов А. И. Выдача преступников. — СПб.: Издательство Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2004. С. 402. Согласно Конституции Р Ф (ч. 2 ст. 63), в Российской Федерации не допускается выдача другим государствам лиц за действия (или бездействие), не признаваемые в Российской Федерации преступлением.

Во-вторых, деяние должно быть квалифицировано как преступление в законодательствах обеих сторон — и запрашивающего, и запрашиваемого государств. В связи с применением данного правила на практике возникает ряд закономерных вопросов: должна ли тождественность преступлений касаться лишь их наименований по законодательству обеих сторон, или необходимо точное совпадение по всему кругу вопросов, обусловливающих преступность и наказуемость деяния. Господствующим в международном праве является мнение о том, что для констатации двойной преступности требуется совпадение деяний, а не их наименований, Галенская Л. Н. Международная борьба с преступностью. М., 1972. С. 128. причем речь идет не о формально-юридической, а именно о содержательной тождественности, т. е. о совпадении составов преступлений по существу, а не об идентичности всех признаков этих составов и тем более — наименований и категоризации описываемых в законе преступлений. Бойцов А. И. Выдача преступников. С. 418−419. По мнению А. И. Бойцова, «никто не может быть экстрадирован иначе, как на основании того, что инкриминируемое ему деяние считалось преступным в силу закона, действовавшего в момент его совершения», и «двойная криминальность должна не только иметь место на момент совершения соответсвующего общественно опасного деяния, но и сохранять свою юридическую значимость на момент принятия решения о выдаче». Бойцов А. И. Выдача преступников. С. 427, 429.

Таким образом, главное — не в деталях квалификации деяния, а в том, что оно в принципе признается преступным в обоих государствах. Минкова Ю. В. Принципы института выдачи (экстрадиции) в международном праве. С. 11. Согласно п. 3 ст. 2 Договора между РФ и КНР о выдаче 1995 г., при определении того, является ли деяние преступлением по законодательству договаривающихся сторон, не имеет значения его юридическая квалификация и терминологическое обозначение. Бюллетень международных договоров. 1999. № 6.

Правило «минимального срока наказания» (или принцип экстрадиционности преступления Минкова Ю. В. Принципы института выдачи (экстрадиции) в международном праве. С. 8−9.) означает, что стороны обязуются выдавать запрашиваемых лиц за все деяния, наказуемые лишением свободы не ниже определенного срока. Бойцов А. И. Выдача преступников. С. 454. Реализация этого принципа в УПК РФ нашла выражение в ч. 3 п. 4 ст. 460, в которой содержится требование о том, что запрос о выдаче лица должен в обязательном порядке содержать указание на санкции. Правило «экстрадиционности» преступления содержится практически во всех международно-правовых документах о выдаче. Так, в соответствии с п. 1 ст. 2 Европейской конвенции о выдаче 1957 г., «выдача осуществляется в отношении преступлений, наказуемых в соответствии с законодательством запрашивающей Стороны и запрашиваемой Стороны лишением свободы или в соответствии с постановлением об аресте на максимальный срок, по крайней мере, в один год, или более серьезным наказанием. В тех случаях, когда осуждение и тюремное заключение или постановление об аресте имеют место на территории запрашивающей Стороны, установленный срок наказания должен составлять не менее четырех месяцев». На основании п. 2 ст. 56 Минской конвенции 1993 г., «выдача для привлечения к уголовной ответственности производится за такие деяния, которые по законам запрашивающей и запрашиваемой Договаривающихся Сторон являются наказуемыми и за совершение которых предусматривается наказание в виде лишения свободы на срок не менее одного года или более тяжкое наказание». Бюллетень международных договоров. 1995. № 2. С. 3. В соответствии с ч. 2 ст. 66 Кишиневской конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 7 октября 2002 г., «выдача для привлечения к уголовной ответственности производится за такие деяния, которые по внутреннему законодательству запрашивающей и запрашиваемой Договаривающихся Сторон являются уголовно наказуемыми и за совершение которых предусматривается наказание в виде лишения свободы на срок не менее одного года или более строгое». Конвенция не ратифицирована Российской Федерацией, текст Конвенции официально опубликован не был// См.: Справочная правовая система «Гарант-Максимум». В ч. 1 ст. 2 Договора о выдаче между РФ и КНР от 26 июня 1995 г. говорится, что «под „преступлениями, влекущими выдачу“, …понимаются деяния, которые согласно законодательству обеих Договаривающихся Сторон являются преступлениями и за совершение которых предусматривается: 1) тюремное заключение на срок не менее одного года или более тяжкое наказание по законодательству Китайской Народной Республики; 2) наказание в виде лишения свободы на срок не менее одного года или другое более тяжкое наказание по законодательству Российской Федерации».

Принцип (правило) конкретности (специальное правило, правило специальности, принцип специализации, правило о пределах уголовной ответственности выданного лица и т. д.) означает, что выданное лицо должно быть судимо и подвергнуто наказанию исключительно за то преступление, в связи с которым испрашивалась и осуществлялась экстрадиция. Бойцов А. И. Выдача преступников. С. 463. Р. М. Валеев полагает, что выход за пределы уголовного преследования, очерченные в процессе экстрадиции, может привести к произволу в отношении выданного лица, а также нарушению принципа, в соответствии с которым всякая выдача может осуществляться лишь по соглашению сторон. Без согласия договаривающейся стороны, к которой обращено требование, выданное лицо нельзя привлечь к уголовной ответственности, подвергнуть наказанию и т. п., поскольку это означало бы ущемление интересов выдавшего преступника государства, неуважение его суверенитета. Валеев Р. М. Выдача преступников в современном международном праве (некоторые вопросы теории и практики). С. 45. А. И. Бойцов считает, что исторически правило конкретности, определяющее пределы уголовной ответственности выданного лица, связано с принципом невыдачи политических преступников, пользующихся правом убежища. Бойцов А. И. Выдача преступников. С. 463.

Данное правило характерно для большинства международных соглашений и договоров о выдаче: «Лицо, которое было выдано, не подвергается уголовному преследованию, не может быть осуждено или задержано в целях исполнения приговора или постановления об аресте за любое преступление, совершенное до его передачи, кроме преступления, в связи с которым оно было выдано, и его личная свобода ни по каким иным причинам не ограничивается» (ч. 1 ст. 14 Европейской конвенции о выдаче 1957 г.); «без согласия Запрашиваемой Стороны выданное лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности или подвергнуто наказанию в Запрашивающей Стороне за совершение правонарушения иного, чем за которое оно было выдано, а также любого менее значительного правонарушения, раскрытого на основании доказательств, представленных в обоснование его выдачи, а также это лицо не может быть выдано какому-либо третьему государству без согласия Запрашиваемой Стороны» (ч. 1 ст. 11 Договора между РФ и Республикой Индией о выдаче от 21 декабря 1998 г.); «выданное лицо нельзя без согласия выдавшей его Договаривающейся Стороны привлечь к уголовной ответственности, подвергнуть наказанию, а также выдать третьему государству за совершенное до выдачи преступление, иное чем-то, за которое оно было выдано» (ч. 1 ст. 73 Договора между Российской Федерацией и Республикой Польша о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским и уголовным делам от 16 сентября 1996 г. Бюллетень международных договоров. 2002. № 5.); и т. д.

Российское уголовно-процессуальное законодательство содержит норму, согласно которой лицо, выданное иностранным государством Российской Федерации, не может быть задержано, привлечено в качестве обвиняемого, осуждено без согласия государства, его выдавшего, а также передано третьему государству за преступление, не указанное в запросе о выдаче. Согласия иностранного государства не требуется, если: 1) выданное им лицо в течение 44 суток со дня окончания уголовного судопроизводства, отбытия наказания или освобождения от него по любому законному основанию не покинуло территорию Российской Федерации. В этот срок не засчитывается время, когда выданное лицо не могло не по своей вине покинуть территорию Российской Федерации; 2) выданное лицо покинуло территорию Российской Федерации, но затем добровольно возвратилось в Российскую Федерацию (ч. 1 и 2 ст. 461 УПК РФ).

Ныне правило конкретности требует недопущения не только подмены общеуголовного преследования политическим, но любой произвольной подмены, при которой обвинение в одном преступлении используется в качестве повода для экстрадиции, имеющей целью уголовное преследование за другое (другие) деяние. Бойцов А. И. Выдача преступников. С. 466. Однако допускаются исключения из этого общего правила: 1) когда Сторона, передавшая его, согласна на это. Согласие дается в тех случаях, когда преступление, в связи с которым оно запрашивается, само является основанием для выдачи в соответствии с положениями Конвенции; 2) когда выдаваемое лицо, имея возможность покинуть территорию Стороны, которой оно было передано, не сделало этого в течение 45 дней после своего окончательного освобождения или возвратилось на эту территорию после того, как покинуло ее (п. «а» и «b» ч. 1 ст. 14 Европейской конвенции о выдаче); «не требуется согласия запрашиваемой Договаривающейся Стороны, если выданное лицо не покинуло в течение 15 дней после окончания уголовного преследования, отбытия наказания или освобождения по любому законному основанию территорию запрашивающей Договаривающейся Стороны или если оно добровольно возвратилось туда уже после того, как оно ее покинуло. В этот срок не засчитывается время, в течение которого выданное лицо не могло покинуть территорию запрашивающей Договаривающейся Стороны по независящим от него обстоятельствам» (ч. 3 ст. 66 Договора между Российской Федерацией и Литовской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 21 июля 1992 г. Бюллетень международных договоров. 1995. № 6.); и т. д. Таким образом, исключение из специального правила, согласно которому выданное лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности, подвергнуто наказанию или выдано третьему государству за преступление, не оговоренное в требовании о выдаче, может быть сделано только в том случае, если на то будет получено явно выраженное согласие выдавшего преступника государства либо если выданное лицо после прекращения дела или отбытия наказания не покинет в течение указанного в договоре срока территорию запросившего его государства. Бойцов А. И. Выдача преступников. С. 467.

Принцип исключения из оснований выдачи политических преступлений содержится в большинстве международных конвенций и двусторонних договоров о выдаче, а также закреплен в ч. 2 ст. 63 Конституции Российской Федерации в виде правила о невыдаче другим государствам лиц, преследуемых за политические убеждения.

В соответствии с ч. 1 ст. 3 Европейской конвенции о выдаче 1957 г., «выдача не осуществляется, если преступление, в отношении которого она запрашивается, рассматривается запрашиваемой Стороной в качестве политического преступления или в качестве преступления, связанного с политическим преступлением». Эта норма показывает, что, во-первых, единого критерия для определения преступления в качестве политического, не существует, а во-вторых, определение составов политических преступлений входит в компетенцию государства, которое является запрашиваемой стороной в процедуре экстрадиции.

Европейская конвенция и Дополнительный протокол к ней содержат указания на преступления, которые не считаются политическими преступлениями: 1) убийство или попытка убийства главы государства или члена его семьи (ч. 3 ст. 3 Конвенции); 2) преступления против человечества, указанные в Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него, принятой Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций 9 декабря 1948 года; 3) нарушения, указанные в статье 50 Женевской конвенции об улучшении участи раненых и больных в действующих армиях 1949 года, статье 51 Женевской конвенции об улучшении участи раненых, больных и лиц, потерпевших кораблекрушение, из состава вооруженных сил на море 1949 года, статье 130 Женевской конвенции об обращении с военнопленными 1949 года и статье 147 Женевской конвенции о защите гражданского населения во время войны 1949 года; 4) любые сравнимые нарушения законов войны, действующих при вступлении настоящего Протокола в силу и обычаев войны, существующих на это время, которые еще не предусмотрены вышеупомянутыми положениями Женевских конвенций (ст. 1 Дополнительного протокола к Европейской Конвенции о выдаче от 15 октября 1975 г.).

В отличие от Европейской конвенции, в Минской конвенции 1993 г., как и Кишиневской конвенции 2002 г., не предусмотрено такого основания для отказа в выдаче, как политический характер преступления, совершенного запрашиваемым для выдачи лицом. С одной стороны, такое основание придется признать, и в первую очередь тем странам, которые уже приняты в Совет Европы или предпринимают усилия для их приема в европейское сообщество. Минкова Ю. В. Принципы института выдачи (экстрадиции) в международном праве. С. 65. С другой стороны, необходимо доработать уголовное законодательство стран СНГ, подписавших указанные конвенции, и, конечно, России, которое не содержит понятия «политические преступления». Есть мнение, что несмотря на последнее обстоятельство, по крайней мере восемь составов из раздела X УК РФ «Преступления против государственной власти» вполне отвечают тому, чтобы считать их преступлениями политического характера: государственная измена (ст. 275), шпионаж (ст. 276), посягательство на жизнь государственного или обществен-ного деятеля (ст. 277), насильственный захват власти или насильственное удер-жание власти (ст. 278), вооруженный мятеж (ст. 279), публичные призывы к насильственному изменению конституционного строя Российской Федерации (ст. 280), диверсия (ст. 281) и возбуждение национальной, расовой или рели-гиозной вражды (ст. 282). Все они так или иначе посягают на закрепленные в Конституции Р Ф основы государственной власти (на внешнюю безопасность РФ, легитнмность государственной власти, конституционный принцип поли-тического многообразия и многопартийности, экономическую безопасность РФ, конституционный запрет разжигания расовой, национальной и религиоз-ной вражды) и потому не могут не носить политического характера. Лукашук И. И. Выдача обвиняемых и осужденных в международном уголовном праве: Учеб. -практ. пособие/ И. И. Лукашук, А. В. Наумов; Акад. правовой ун-т, Ин-т государства и права РАН. — М.: Рос. Юрид. Изд. Дом, 1998. С. 53.

Учитывая то обстоятельство, что уголовное право России не знает понятия «политическое преступление», при ратификации Европейской конвенции и протоколов к ней, Российская Федерации расширила перечень преступлений, которые не будут рассматриваться в качестве «политических преступлений» или «преступлений, связанных с политическими преступлениями» наряду с преступлениями, указанными в статье 1 Дополнительного протокола 1975 года к Европейской конвенции о выдаче 1957 года. К этим деяниям были отнесены:

а) преступления против человечества, предусмотренные в статьях II и III Конвенции о пресечении преступления апартеида и наказании за него (1973 года) и в статьях 1 и 4 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (1984 года);

б) преступления, предусмотренные в статье 85 Дополнительного протокола I к Женевским конвенциям от 12 августа 1949 года, касающегося защиты жертв международных вооруженных конфликтов (1977 года), и в статьях 1 и 4 Дополнительного протокола II к Женевским конвенциям от 12 августа 1949 года, касающегося защиты жертв вооруженных конфликтов немеждународного характера (1977 года);

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой