Защита права собственности

Тип работы:
Дипломная
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Содержание

  • Введение.
  • Глава I. Понятие права собственности и его защиты
  • 1.1 Понятие права собственности
  • 1.2 Понятие защиты права собственности
  • 1.3 Соотношении понятий «охрана» и «защита» права собственности
  • Глава II. Вещно-правовые и иные способы в системе защиты гражданских прав
  • 2.1 Особенности вещно-правовых способов защиты
  • 2.2 Конкуренция вещных и обязательственных исков
  • 2.3 Неюрисдикционные способы защиты права собственности
  • Глава III. Виды исков о защите права собственности
  • 3.1 Виндикационный иск
  • 3.2 Негаторный иск
  • 3.3 Иные иски
  • Заключение
  • Библиография

Введение

Актуальность темы настоящего исследования обусловлена прежде всего значением права собственности и владения как важнейших объектов изучения цивилистической науки. За последнее время в России произошли кардинальные изменения социальных и экономических отношений, в эпицентре которых неизменно оказывались вещные права. В прошлое ушли тезисы о различии между личной и частной собственностью, неидентичности собственности пролетариата и буржуазии и т. п. Была проведена приватизация имущества, изменившая статус недвижимости. Ряд законодательных актов, в том числе Конституция России и принятый недавно Земельный кодекс закрепили право собственности на землю. За истекшие годы возникло новое понимание отношений права собственности, между тем как соответствующая часть Гражданского Кодекса Российской Федерации, посвященная защите данного права, часто копирует законодательные положения советских времен, когда главенствовала монополия государственной собственности при крайне усеченном частном секторе. Возрастание гражданского оборота породило необходимость в юридическом оформлении современных правоотношений, пересмотра ряда положений при определении и защите прав собственника. На практике все чаще встречаются ситуации, когда участники оборота применяют по аналогии либо основывают свои отношения на тех правовых нормах, которые не являются в достаточной мере адекватными объективным потребностям гражданского оборота.

Несмотря на то, что вопросам защиты вещных прав в современной юридической литературе отводится немало места, споры о природе этих явлений, основаниях их возникновения, составе участников, содержании, порядке и последствиях применения не утихают. Такие вопросы как характер и способы защиты права собственности, соотношение права собственности и владения, исковой и приобретательной давности также требуют переосмысления в связи с «несимметричностью» правового поля для различных категорий правоотношений, обусловленной во многом противостоянием имущественных интересов добросовестного приобретателя и собственника. Не следует забывать, что изменения происходят не только в российском, но и в общемировом масштабе. Эти изменения в первую очередь связаны с глобализацией, то есть с возникновением новых институтов, выходящих за пределы правового поля только одного государства, что в свою очередь повлечет изменение, «глобализацию» правоотношений. Во-вторых, они связаны с изменением границ государств и государственных союзов, а следовательно и статусом граждан и вытекающими из этого коллизиями. В-третьих, возрастающая доля нематериальных объектов права, в частности, в информационном пространстве, и, как неизбежное следствие, распространение права собственности на эти объекты, также потребует применения новых подходов.

Имея в виду значимость вещных прав и механизмов их защиты в жизни общества и отдельных индивидуумов, полагаем избранную нами тему исследования актуальной и имеющей не только теоретическое, но и большое практическое значение, а проведенную работу элементом современного научного осмысления правовой категории защиты вещных прав.

Степень научной разработанности составляют труды дореволюционных, советских и современных юристов М. М. Агаркова, С. С. Алексеева, Г. Н. Амфитеатрова, М. И. Брагинского, С. Н. Братуся, Е. В. Васьковского, А. В. Бенедиктова, В. В. Витрянского, Ю. С. Гамбарова, Д. М. Генкина, В. П. Грибанова, Д. В. Дождева, В. А. Дозорцева, М. В. Зимелевой, О. С. Иоффе, Н. И. Клейн, О. М. Козырь, М.И. ^ Кулагина, В. Н. Литовкина, Л. А. Лунца, А. Л. Маковского, М. Г. Масевич, В. Ф. Маслова, Д. И. Мейера, В. П. Мозолина, И. Б. Новицкого, Е. А. Павлодского, И. С. Перетерского, И. А. Покровского, Н. В. Рабинович, В. А. Рахмиловича, В. В. Ровного, А. А. Рубанова, В. А. Рясенцева, О. Н. Садикова, А. П. Сергеева, К. И. Скловского, Е. А. Суханова, Ю. К. Толстого, Е. А. Флейшиц, P.O. Халфиной, В. М. Хвостова, С. А. Хохлова, Б. Б. Черепахина, В. В. Чубарова, Г. Ф. Шершеневича и других авторов.

Целью настоящей работы является теоретическое исследование особенностей вещно-правовых средств защиты, а также выявление современного понимания проблемы обеспечения надлежащей защиты нарушенных гражданских прав в условиях развития гражданского оборота.

Указанная цель предопределила следующие задачи исследования:

* Рассмотрение юридической природы и отличительных признаков вещных прав и вещно-правовых способов защиты, определение их места в системе способов защиты гражданских прав;

* Анализ распространенных теорий владения в аспекте отношения к правоприменительной практике, а также изучение вопроса об основаниях его защиты как вещного права;

* Рассмотрение соотношения виндикации и реституции, имеющих аналогичные функции в виде возврата имущества в натуре;

* Исследование понятия условий предъявления и удовлетворения виндикационного иска, негаторного иска и иска о признании права собственности;

* Разработка конкретных предложений по совершенствованию норм законодательства, связанных с вещно-правовыми способами защиты;

* Выявление пробелов в правовом регулировании и ошибок в толковании и применении законодательства о праве собственности.

Объектом исследования выступают общественные отношения, связанные с осуществлением вещно-правовой защиты права собственности и владения.

Предмет исследования составляют предусмотренные законодательством и применяемые на практике вещно-правовые способы защиты права собственности и владения, практика разрешения судами общей юрисдикции и арбитражными судами споров в отношении права собственности и владения. В работе также рассматривается ряд теоретических положений, относящихся к сущности и понятию права собственности как вещного права.

Методологическая основа данного исследования включает в себя методы системного и исторического анализа, сравнительно-правовой, формально-логический и другие научные методы.

Структура работы обусловлена задачами исследования, в частности избранием наиболее характерных (проблемных) аспектов вещно-правовой защиты права собственности. Работа состоит из введения, основной части, состоящей из трех глав, объединяющей девять параграфов, заключения и библиографии.

Глава I. Понятие права собственности и его защиты

1.1 Понятие права собственности

Слово «право» употребляется юристами в двояком значении — в объективном и субъективном. В объективном смысле право — система норм, установленных государством правил поведения, регулирующих общественные отношения. Применительно к праву собственности достаточно в приведенном, самом кратком определении заменить слова «общественные отношения» словами «отношения собственности». В субъективном смысле под правом понимается принадлежащая определенному субъекту возможность и обеспеченность определенного поведения Тархов, В. А. Гражданское правоотношение. / В. А. Тархов. — Уфа. Изд-во Башкирского гос. ун-та. 1993. — С. 29−31. Переход от этого общего определения к понятию субъективного права собственности более сложен.

Некоторые экономисты не проводят различия между собственностью и правом собственности, считая собственность категорией юридической.

Субъективное право существует только в правовых отношениях. Правовое отношение собственности является формой экономического отношения собственности.

Понятие права собственности как субъективного права не может быть дано путем простого прибавления слова «право» к данному Марксом понятию собственности как «права присвоения» или «права относиться к вещам как к своим» Маркс, К., Энгельс, Ф. Сочинения Т. 3. / К. Маркс, Ф. Энгельс. — М. Госполитиздат. 1966. — С. 473, 480.

Следовательно, определение права собственности должно вскрывать его специфические черты, отличающие право собственности от других субъективных прав.

Прежде право собственности по традиции определялось как право владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом Синайский, В. И. Русское гражданское право / В. И. Синайский. — М. Статут. 2003. — С. 217.

Прежде чем предложить свое определение, А. В. Венедиктов указывает, почему не может быть принято традиционное определение права собственности как права владения, пользования и распоряжения вещью. Он приводит к этому два основания.

Во-первых, право собственности, по его мнению, не исчерпывается тремя названными правомочиями собственника. А. В. Венедиктов в качестве примера приводит судебный арест имущества, при котором собственник может быть лишен владения, пользования и распоряжения арестованным имуществом, но «у собственника остается все же какой-то реальный „сгусток“ его права собственности» Венедиктов, А. В. Государственная социалистическая собственность. / А. В. Венедиктов. — М. Юрлитиздат. 1948. — C. 16.

Во-вторых, определение права собственности «должно само по себе обязывать к раскрытию специфических классовых особенностей отдельных форм собственности в каждой формации» Там же. — С. 16−17.

О.С. Иоффе, соглашаясь с А. В. Венедиктовым, указывает, что недостатком определения права собственности как права пользования, владения и распоряжения имуществом является также то, что выражаемое им отношение представляется на первый взгляд как отношение лица к вещи Иоффе, О. С. Правоотношение по советскому гражданскому праву. / О. С. Иоффе. — М. Юрлитиздат. 1949. — С. 102; Иоффе, О. С. Избранные труды по гражданскому праву. / О. С. Иоффе. — М. Статут. 2005. — С. 508−581.

Всякое определение должно в какой-то мере раскрывать содержание понятия, и определение права собственности должно показывать содержание этого права. Содержанием же права собственности являются права владения, пользования и распоряжения имуществом (п. 2 ст. 35 Конституции, п. 1 ст. 209 ГК).

Вопрос о том, что в содержание права собственности входят право владения, право пользования и право распоряжения, представляется бесспорным. Владение, пользование и распоряжение образуют содержание собственности, и собственник при правовом регулировании, естественно, должен иметь соответствующие правомочия. Недаром все авторы, высказывающиеся против определения права собственности как права владения, пользования и распоряжения имуществом, не могут сами уйти от этой «триады», как они ее называют. Одни авторы, в частности Р. Б. Позднякова, предлагают свои определения, другие, осуждая традиционное определение, ничего не предлагают взамен Позднякова, Р. Б. Триада правомочий собственника / Р. Б. Позднякова. // История государства и права. — 2006. — № 1. — С. 31. Но и те, и другие, такие как С. Н. Братусь, когда им от общего определения приходится переходить к содержанию права собственности, неизменно оперируют понятиями владения, пользования и распоряжения Братусь, С. Н. Юридическая ответственность и законность. / С. Н. Братусь. — М. Юридическая литература. 1976. — С. 112.

Недавно появилось еще одно определение права собственности: гарантированная «государством власть собственника над вещью или иными материальными и нематериальными благами», ограниченная «законом в интересах всего общества в целом (его экономической, политической и социальных систем) и конкретного индивида в частности. При этом критерием отнесения нематериальных субъективных прав к категории права собственности является потенциальная возможность их использования в хозяйственных (материальных) целях» Гребенников, В. В. Роль института собственности в становлении гражданского общества в России. / В. В. Гребенников. — Саратов. Изд-во СГА. 2006. — С. 13, 20.

Нельзя не оценить положительно упоминания об интересах общества, которых нет в действующей Конституции, а ГК вспоминает о них только в связи с реквизицией. Однако принять данное определение не представляется возможным.

Во-первых, неприемлема «власть собственника», о чем уже шла речь в этой главе.

Во-вторых, как было отмечено выше, не все материальные блага могут быть объектом права собственности, а нематериальные — никогда. Гражданский кодекс правильно относит право собственности к вещным правам. Что же касается предлагаемого «критерия», как отмечает В. В. Гребенников, то он никуда не годится, потому что нет на Земле и в космосе ни одного материального либо нематериального блага, которое не могло бы быть предметом купли-продажи, то есть «их использования в хозяйственных (материальных) целях» Гребенников, В. В. Указ. раб. — С. 20.

Согласно ч. 2 ст. 8 Конституции Р Ф в Российской Федерации признаются и защищаются частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности. Данная формулировка о формах собственности дословно воспроизводится и в п. 1 ст. 212 ГК. Следует считать, что в Конституции Р Ф и в ГК понятие формы собственности употребляется в экономическом смысловом значении Комаров, В.А. Конституционно-правовые аспекты собственности / В. А. Комаров. // Законодательство и экономика. — 2006. — № 6. — С. 25… Под формой собственности понимаются экономические отношения, характеризуемые двумя основными признаками: индивидуализацией собственника, выступающего в качестве субъекта данных отношений, и разновидностью имущества, принадлежащего собственнику.

Каждой форме собственности должен быть присущ свой правовой режим, касающийся как самого права собственности, так и способов его осуществления.

Один вид имущества должен служить общим интересам всего общества и быть доступен для каждого его члена. К такому имуществу могут относиться, например, улицы, площади, парки, скверы в населенных пунктах, реки, морское побережье и т. п. Такое имущество находится в собственности общества, как правило, представляемого государством.

В собственность общества (государства) обычно передается имущество, представляющее особую ценность для государства в связи с его особым назначением или экономическим значением для общества в целом, например, вооружение и иные объекты, предназначенные для обороны страны, имущество производственного и ресурсного характера (природные ресурсы, ключевые промышленные объекты).

Второй вид составляет имущество, находящееся в частной собственности граждан и юридических лиц. Это — имущество, относящееся к средствам производства и предметам потребления, оно составляет наиболее значимую часть имущества в общем балансе имущественного потенциала промышленно развитых стран мира. Эффективность использования данного вида имущества базируется на началах получения частными собственниками максимально возможных прибылей.

Существование в России трех форм собственности объясняется государственным устройством современной России. Местное самоуправление не входит в систему государственных органов. Соответственно и муниципальная собственность не отождествляется с государственной, хотя по правовому режиму и способам его осуществления по существу почти ничем не отличается от государственной собственности. Главное ее отличие от государственной собственности состоит в том, что имущество, находящееся в муниципальной собственности, принадлежит городским и сельским поселениям, а также другим муниципальным образованиям, т. е. децентрализованным образованиям, в которых решение вопросов, связанных с владением, пользованием и распоряжением муниципальной собственностью, осуществляется населением данных образований (ст. 130 Конституции РФ). Иных форм собственности, за исключением иностранной собственности (в весьма ограниченных размерах), предусмотренных в ч. 2 ст. 8 Конституции Р Ф и в п. 1 ст. 212 ГК, в настоящее время в России не существует.

При имеющихся различиях в правовом режиме отдельных форм собственности и способах их осуществления Конституция Р Ф гарантирует равенство в защите всех форм собственности (ст. 8), а ГК — равенство в правомочиях, принадлежащих собственнику, независимо от того, какую форму собственности он представляет имеющимся у него имуществом Гражданское право. Учебник. Часть 1. / Под ред. Сергеева А. П., Толстого Ю. К. — М. Проспект. 2006. — С. 330.

Классификация форм права собственности не является единственно возможной.

Эти формы, в свою очередь, могут подразделяться на виды.

Так, собственность граждан и юридических лиц, федеральная собственность и собственность субъектов федерации могут рассматриваться в качестве видов соответствующих форм собственности.

Классификация собственности на виды может производится по самым различным основаниям. Она может не выходить за пределы одной формы собственности, как это имеет место в только что приведенных примерах, но может и не зависеть от форм собственности.

Например, общая собственность, которая характеризуется тем, что принадлежит не одному лицу, а двум или более лицам, подразделяется на два вида: долевую и совместную.

При этом общая долевая собственность может принадлежать нескольким лицам независимо от того, какую форму собственности каждый из них представляет.

Деление собственности на виды, может проводится, в зависимости от того, о каком имуществе идет речь. С этой точки зрения, можно различать, например, право собственности на недвижимое и движимое имущество.

Наконец, виды права собственности могут подлежать дальнейшей, более дробной классификации на подвиды. Так, в составе собственности юридических лиц как вида частной собственности, в свою очередь, можно различать собственность хозяйственных обществ и товариществ, производственных и потребительских кооперативов, общественных и религиозных организаций и т. д.

Совместная собственность как вид общей собственности, в свою очередь, подразделяется на совместную собственность супругов и совместную собственность членов крестьянского (фермерского) хозяйства и т. д. Тархов, В. А. Гражданские права и их осуществление / В. А. Тархов. // Вестник Саратовской Государственной. Академии права. — 2000. — № 3. — С. 23.

Собственность является важнейшим цивилистическим институтом, значение которого, несмотря на частноправовой характер, переросло рамки гражданского или предпринимательского права. Понятие собственности, прежде всего общенародной собственности, занимало одно из центральных мест в социалистической правовой системе. Причину можно найти в многолетнем господстве идеологии, фундаментом которой была марксистская политэкономия. Все это позволило французским компаративистам Р. Давиду и К. Жоффре-Спинози сделать вывод, что понятие собственности является центральным в советском праве и приобрело там совершенно новый смысл, непривычный для западного юриста, «в то время как во французском праве это понятие занимает достаточно скромное место» Давид, Р., Жоффре-Спинози, К. Основные правовые системы современности. / Р. Давид, К. Жоффре-Спинози. — М. Международные отношения. 1999. — С. 197. «Собственность» как экономический термин (во всяком случае, в трактовке марксистской политэкономии) значительно шире юридического. Под отношениями собственности экономисты понимают весь набор сложившихся в обществе общественных отношений по поводу присвоения и распределения материальных благ — все те общественные отношения, которые регулируются не только правовым институтом собственности, а многими институтами вещного и обязательственного права. Такой подход к понятию собственности роднит его с понятием property англосаксонского общего права. Это понятие не является аналогом права собственности континентальных правовых систем, а занимает место категории «вещное право» вообще и даже шире, ибо включает и некоторые права требования Гражданское право Том 1. / Под ред. Суханова Е. А. — М. Волтерс Клувер. 2007. — С. 77.

Основы этого института собственности следует искать в конституционном праве. Ныне действующая российская Конституция (ст. 35) специально подчеркивает именно значение частной собственности, которая охраняется законом. Иные формы собственности и другие вещные права такой чести не удостоились, хотя в ст. 8 подчеркивается, что частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности признаются и защищаются равным образом. На первый взгляд ст. 35 совместно со ст. 8 Конституции Р Ф повторяет положения ст. 17 Всеобщей декларации прав человека 1948 г.: «Каждый человек имеет право владеть имуществом как единолично, так и совместно с другими», — хотя в последнем случае речь идет о владении, которое (с точки зрения юриста) отнюдь не является синонимом собственности. Российское правоведение рассматривает владение как фактическое отношение к вещи. Субъективное право на владение вытекает из широкого спектра вещных прав (не только права собственности, но и, например, права пожизненного наследуемого владения земельным участком, права полного хозяйственного ведения и т. д.). Германское частное право (как и позднее римское) считает владение самостоятельным вещным правом (posessio). Особо хотелось бы обратить внимание, что право собственности (как и владения), предполагающее наличие объекта (в виде вещи), по отношению к которому это право применяется, принадлежит человеку отнюдь не в силу рождения, а может возникать на основании самых разнообразных юридических фактов: большинство людей рождается лишенными какой-либо собственности, хотя все естественные права человека принадлежат всем людям от рождения и являются неотчуждаемыми. Напротив, право собственности по самому своему содержанию, включающему право распоряжения, является в принципе отчуждаемым, за исключением случаев ограничения объектов собственности в обороте. Характерно, что такое ограничение рассматривается как существенное (и даже болезненное) ущемление правомочий собственника, и до сих пор встречаются утверждения, согласно которым в России не существовало частной собственности на землю до тех пор, пока не допускалась продажа земель сельскохозяйственного назначения. Очевидно, авторы подобных утверждений рассматривают право на отчуждение как необходимую составляющую права собственности, без которой последнее лишено смысла. Итак, в российской Конституции, как и во Всеобщей декларации прав человека, речь идет не о праве собственности (или соответственно владения) как таковом, а о «праве на право», т. е. праве иметь это частное субъективное право, приобретать его на законных основаниях и равных условиях (и не быть лишенным этого права без законных оснований и соответствующей компенсации). Именно в таковом качестве право собственности «имеет право» быть упомянутым во 2-й главе российской Конституции «Права и свободы человека и гражданина». Право собственности упомянуто в конституциях государств СНГ, как правило в разделах и главах, посвященных правам человека и гражданина. В ряде конституций речь идет именно о праве НА собственность. Это Конституции Армении (статьи 8 и 28) и Таджикистана (ст. 32). Напротив, в Конституции Азербайджана (ст. 29, п. I) провозглашается, что «каждый обладает правом собственности» (если понимать это положение буквально, то оно означает, что Азербайджанское государство обязалось обеспечить всех своих граждан, причем с самого рождения, неким набором имущества в виде вещей).

Право собственности не дает частному лицу ни суверенитета, ни иммунитета. Хотя в среде российского делового мира такие притязания существуют и широко распространены. Заслуживает упоминания и часто встречающееся в российском законодательстве понятие формы собственности, которое определяется кругом и характером управомоченных субъектов (частное лицо, муниципальное образование, Российская Федерация или субъект Федерации), а не формой правоотношения собственности, т. е. набором правомочий, обязанностей и прав собственника, как естественно было бы ожидать. Все вышеперечисленные собственники являются субъектами гражданского права в соответствии с частью 1 ст. 2, ст. 124 ГК РФ.

Если говорить об исходной базе комплексного законодательства, применяемого в сфере экономики, то в качестве таковой используются правовые нормы вышеназванных ветвей права, прежде всего гражданско-правовые нормы.

При этом важно, чтобы содержание правомочий обладателя права персонифицированной собственности определялось в законе, а не в учредительном документе, утверждаемом учредителем при создании организации — обладателя указанного права.

Что же касается самого введения в законодательство указанного вещного права, то, может быть, на первом этапе целесообразно его применять параллельно с уже имеющимися правом оперативного управления и правом хозяйственного ведения примерно так, как это делают американцы при реализации процесса реформирования юридических лиц. Предполагается при этом предоставление учредителям вновь создаваемых некоммерческих организаций свободы в выборе вещных прав, обеспечивающих их деятельность.

Одним из важных вопросов в процессе развития комплексного законодательства в нашей стране является вопрос об определении юридической природы права на жизнь и права на здоровье человека.

В Гражданском кодексе вообще не упоминается такое право человека, как право на жизнь. В ст. 150 ГК говорится о жизни человека как о нематериальном благе, принадлежащем гражданину от рождения, неотчуждаемом и не передаваемом иным способом. Более того, законодатель ошибочно включает нематериальные блага в категорию личных неимущественных прав (п. 1 ст. 150 и абз. 3 ст. 1112 ГК РФ). Как следствие этого, в соответствии с п. 2 ст. 2 ГК к отношениям, регулируемым гражданским законодательством, относятся, наряду с имущественными и связанными с ними личными неимущественными отношениями, и отношения по защите неотчуждаемых прав и свобод человека и других нематериальных благ, в число которых, разумеется, входит и жизнь человека.

В доктрине понятие нематериального блага, в том числе и такого блага, как жизнь человека, трансформируется в личное неимущественное благо, принадлежащее человеку, являющееся объектом личного неимущественного права.

Причиной указанной трансформации нематериального блага в неимущественное благо человека явилось, на наш взгляд, неоправданное отождествление двух соприкасающихся, но неравнозначных по своей значимости и сущности понятий неимущественного и нематериального блага человека Малеина, М. Н. Личные неимущественные права граждан: понятие, осуществление, защита. / М. Н. Малеина. — М. Норма. 2006. — С. 11.

Разумеется, между указанными понятиями имеется прямая связь, состоящая в том, что в соответствии с действующим гражданским законодательством неимущественные и нематериальные блага являются объектами одного и того же личного права человека, называемого неимущественным правом (п. 1 ст. 150 ГК РФ). Отличие же между указанными правами состоит в том, что в первом случае речь идет об отделимом, во втором — о неотделимом от человека благе.

К числу первых относятся блага, являющиеся объектами неимущественных отношений, связанных с имущественными отношениями, регулируемыми гражданским законодательством (абз. 1 п. 1 ст. 2 ГК РФ).

К числу вторых — нематериальные блага, неотчуждаемые от человека, которые защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ (п. 2 ст. 2 ГК РФ).

Обращает на себя внимание, что положения о нематериальных правах, неотчуждаемых от человека при определении отношений, регулируемых гражданским законодательством, формулируются в виде отдельной правовой нормы.

Разграничение рассматриваемых категорий личных благ человека и определения их правового статуса очень четко проводится в авторском и патентном праве.

Использование произведений науки, литературы и искусства, рассматриваемое в качестве отчуждаемого от автора блага, составляет объект имущественного права на использование произведения. Неотчуждаемые блага автора составляют объект неимущественного права, принадлежащего автору, которые не могут переходить по наследству и отделяться иным образом от личности автора.

Аналогичная модель разграничения личных субъективных прав используется также в патентном праве.

Совершенно иное имеет место в отношении материальных благ, неотделимых от человека, таких, например, как жизнь человека.

Исходя из сказанного о понятии и разграничении благ, принадлежащих человеку, следует определять и юридическую природу личных прав физических лиц, возникающих и существующих на основании данных благ.

Во-первых. Поскольку каждое субъективное право не может существовать без объекта (блага), на который оно направлено, его юридическая природа определяется исключительно сущностью соответствующего блага. Если этот объект связан с его имущественным характером, то и сопутствующее ему субъективное право будет считаться субъективным имущественным правом, отделимым от личности физического лица, как это имеет место в настоящее время в авторском и патентном праве. Если же какое-либо личное благо само по себе не имеет имущественного характера, например, право авторства, то оно согласно п. 1 ст. 150 ГК РФ будет называться личным неимущественным правом, не отчуждаемым от его обладателя. При этом под понятием блага имущественного характера в ст. 128 ГК РФ понимается (во всяком случае, должно пониматься) имущество как таковое, то есть та часть материального мира (материи), которая воплощена в вещах и связанных с ними имущественных интересах, охраняемых правом.

Во-вторых, если понятию неимущественного права в гражданском законодательстве противостоит понятие имущественного права как антонима, то ничего подобного в отношении личного права, объектом которого является не передаваемое нематериальное благо, в законодательстве не предусматривается.

Использование законодателем понятия неимущественного права, относящегося к нематериальному благу, по существу ничего не решает. И дело здесь не в словах — антонимах. Все обстоит значительно серьезнее и сложнее. Проблема в том, что личным неотчуждаемым благом в данном случае является не имущество или какие-либо иные имущественные блага и даже не нематериальные блага, о которых говорится в п. 2 ст. 2 и п. 1 ст. 150 ГК РФ, а неотделимые от человека свойства его существования как части материи, позволяющие ему достойно жить на нашей планете. Прежде всего, это относится к такому базовому личному благу, как жизнь человека. Жизнь как основная и в своем роде единственная биологическая и социальная субстанция неотделима от понятия самого человека, считающегося высшей формой существования живой материи на Земле.

Сказанное позволяет сделать общий вывод о том, что личным неотчуждаемым материально-субстанциональным благом человека следует считать его жизнь, а правом на жизнь человека — субъективное материально-субстанциональное право на жизнь, главным правомочием которого является правомочие здоровья. Соответственно в число видов гражданских прав наряду с имущественными и неимущественными правами необходимо включать также материально-субстанциональные права, охраняемые в порядке, установленном Конституцией Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами.

Материально-субстанциональные права граждан имеют только им присущие особенности, в том числе соединение в едином правовом статусе гражданина качеств субъекта и объекта права.

Право собственности в объективном смысле — первоначальное право, непосредственно вытекающее из закона при наличии соответствующего юридического факта (договор, наследование и др.).

Право собственности является определяющей разновидностью прав, объединяющей другие категории вещных прав, а также обязательственных прав. В конечном счете, все они имеют зависимый от права собственности характер. В числе прочих вещных прав право собственности является основополагающим, и особую его значимость подтверждает специальная глава ГК РФ. В п. 1 ст. 209 ГК РФ правомочия собственника раскрываются с помощью традиционной для российского гражданского права «триады» правомочий: владения, пользования и распоряжения, которые в совокупности должны охватывать все принадлежащие собственнику возможности. Действующее гражданское законодательство, как и то, которое ему предшествовало, ограничивается перечислением принадлежащих собственнику правомочий (иногда способов их осуществления), не определяя ни одно из них. А это отрицательно сказывается не только на раскрытии содержания права собственности, но и на практике применения законодательства. Следует ст. 209 ч.1 ГК РФ изложить в следующей редакции «Собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения имуществом по своему усмотрению».

По нашему мнению законодателю следует отказаться от определения полномочий собственника в виде владения, пользования и распоряжения, ч.2 ст. 209 ГК следует изложить в следующей редакции: «Собственник имеет право совершать со своим имуществом любые действия, не нарушающие права других лиц».

1.2 Понятие защиты права собственности

Рассмотрение теоретических аспектов защиты права собственности следует начинать с понятия субъективного права, что само по себе является дискуссионной проблемой. Отметим, что в настоящее время в науке гражданского права существует несколько подходов к определению права на защиту.

Между тем юридическая наука не знает четкого понятия защиты права. Аналогично и в теории гражданского права нет достаточной ясности, что следует понимать под защитой права собственности, каковы ее юридическая природа и содержание, ее роль в механизме правового регулирования и взаимосвязь с другими правовыми категориями, в частности с охраной права, осуществлением права, правоприменением и др. В правовой литературе рассмотрение вопроса о защите субъективных гражданских прав зачастую сводится к характеристике форм и способов их защиты Советское гражданское право. В 2 ч. Ч. II. / Под ред. Рясенцева В. А. — М. Юридическая литература. 1986. — С. 264−266.

Традиционно рассматривают право на защиту в его материально-правовом значении. В. П. Грибанов отмечал, что «в литературе по теории государства и права и в науке советского гражданского права проблема защиты гражданских прав обычно рассматривается в связи с вопросом о содержании субъективного гражданского права. При этом в большинстве случаев отмечают, что субъективное право по своему содержанию представляет собой совокупность ряда возможностей, в частности возможности для управомоченного лица осуществить право своими собственными действиями; возможности требовать определенного поведения от обязанного лица и, наконец, возможности обратиться к компетентным государственным или общественным органам с требованием защиты нарушенного или оспариваемого права» Грибанов, В. П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. / В. П. Грибанов. — М., Статут. 2001. — С. 154. В дальнейшем В. П. Грибанов уточняет, что под защитой гражданских прав в материально-правовом смысле следует понимать возможность применения в отношении правонарушителя мер принудительного воздействия Грибанов, В. П. Указ. соч. — С. 155.

Приведенное выше мнение поддержано Н. Г. Александровым Александров, Н. Г. Законность и правоотношения в советском обществе. / Н. Г. Александров. — М., Юрлитиздат. 1955. — С. 108−110., С. С. Алексеевым Алексеев, С. С. Общая теория права. Т. 1. / С. С. Алексеев. — М., Юридическая литература. 1982. — С. 110., А. Б. Венгеровым Венгеров, В. А. Теория государства и права: Учебник. / В. А. Венгеров. — М., Новый юрист. 1998. — С. 487., В. В. Лазаревым Лазарев, В.В., Липень, С.В., Саидов, А. Х. Теория государства и права. Учебник для вузов. / В. В. Лазарев, С. В. Липень, А. Х. Саидов. — Ташкент. AKADEMIYA. 2007. — С. 470., Н. И. Матузовым Теория государства и права: Курс лекций / Под ред. Матузова Н. И., Малько А. В. — М., Юристъ. 2006. — С. 525., В. М. Сырых Сырых, В. М. Теория государства и права. / В. М. Сырых. — М. Юстицинформ. 2005. — С. 345. и др.

По нашему мнению, понятие защиты права собственности в материально-правовом смысле несколько шире понятия защиты субъективного права, предложенного В. П. Грибановым Грибанов, В. П. Указ. соч. — С. 153. Во-первых, помимо возможности применения в отношении правонарушителя мер принудительного воздействия, защита права собственности представляет собой возможность собственными правомерными действиями обеспечивать беспрепятственное осуществление указанного права его субъектом, а во-вторых, осуществление защиты возможно не только после совершения посягательства, но и в превентивных целях.

Некоторые ученые рассматривают возможность защиты субъективного права как имманентно присущую ему способность, появляющуюся в момент возникновения субъективного права Братусь, С. Н. Указ. соч. — С. 73−74. В литературе указывается, что принудительный характер субъективного права есть неотчуждаемое качество дозволенного поведения. Возможность прибегать в необходимых случаях к принудительной силе государственного аппарата существует не параллельно с другими закрепленными в субъективном праве возможностями, а свойственна им самим, так как без этого они не были бы юридическими возможностями Александров, Н. Г. Указ. соч. — С. 109.

Другие цивилисты, соглашаясь с тем, что способность к защите содержится в самом субъективном праве, рассматривают ее диалектически, с позиций развития процесса осуществления субъективного права, в которых защита является одним из этапов такого процесса. Иными словами, возможность требования предлагается воспринимать в качестве элемента содержания, отсутствующего в момент возникновения субъективного права и проявляющегося исключительно в результате состоявшегося посягательства. Способность правоохранительного характера является хотя и обособленной, но составляющей частью нарушенного права Грибанов, В. П. Указ. соч. — С. 97.

Однако такое понимание права на защиту разделяется далеко не всеми правоведами. Оппонируя выше обозначенному мнению, они указывают, что любое ущемление субъективного права влечет возникновение нового материального права, исключительным предназначением которого является устранение помех в осуществлении нарушенного права. Представитель такой точки зрения О. В. Иванов считает, что право на защиту не есть свойство самого субъективного права, а есть самостоятельное право, хотя и тесно связанное с субъективным правом Иванов, О. В. Защита гражданских прав как правовой институт и как научная проблема / О. В. Иванов. // Вопросы советского государства и права: Труды Иркутского ун-та. Т. XLV. — 1967. — Вып. 8. Ч. 3. — С. 47−48.

Особенным образом толкует мнение В. П. Грибанова в отношении права собственности О. А. Минеев. В частности, он утверждает, что, рассматривая право на защиту в качестве одной из возможностей собственника, мы вместо традиционной триады правомочий собственника — владение, пользование и распоряжение — получаем дополнительное четвертое правомочие — правомочие на защиту, что, по его мнению, недопустимо Минеев, О.А. Гражданско-правовые способы защиты вещных прав. / О. А. Минеев. — Волгоград. Изд-во ВГУ. 2001. — С. 102. Ученый отмечает, что отсутствие в триаде правомочий собственника хотя бы одного из них создает иное субъективное право, отличное от права собственности. В то же время исключение из правомочий собственника права на защиту никак не меняет содержания права собственности.

На основании вышеприведенных аргументов О. А. Минеев формирует собственное мнение на природу защиты права собственности. Он полагает, что «право на защиту необходимо признать особым субъективным гражданским правом, которое принадлежит обладателю любого из других гражданских прав как личности непосредственно в силу соответствующих норм Конституции Р Ф, в которой оно названо одним из важнейших прав человека, и Гражданского кодекса РФ» Минеев, О. А. Указ. соч. — С. 103. Данное право, следовательно, существует параллельно с тем правом, реализацию и уважение которого оно призвано обеспечить средствами государственного принуждения, и не должно отождествляться с самим защищаемым субъективным гражданским правом. Примечательно, что автор находит подтверждение своих рассуждений у самого В. П. Грибанова, мнение которого отрицает. Поскольку работа В. П. Грибанова носит название «Пределы осуществления и защиты гражданских прав», О. А. Минеев полагает, что автор монографии разделяет между собой понятия «осуществления» и «защиты» права.

Аналогично определяет защиту права собственности А. И. Базилевич, который указывает, что право на защиту является самостоятельным субъективным гражданским правом, установленным Конституцией Р Ф, Гражданским кодексом РФ и иными федеральными законами и международно-правовыми актами, и существует объективно, т. е. независимо от того, нуждается в нем носитель этого права в данный конкретный момент или нет Базилевич, А. И. Формы защиты субъективных гражданских прав. Автореф. дис. … канд. юрид. / А. И. Базилевич. — Ульяновск. 2001. — С. 12.

Отметим, что даже в рамках рассматриваемой концепции о самостоятельности права на защиту единство мнений отсутствует. Дискуссия связана с моментом возникновения права на защиту.

Согласно первому мнению «защита гражданских прав является самостоятельным субъективным правом, пронизывающим все сферы гражданского права, но реализуется оно лишь при наличии такого факта, как нарушение» Свердлык, Г. А., Страунинг, Е. Л. Понятие и юридическая природа самозащиты гражданских прав / Г. А. Свердлык, Е. Л. Страунинг. // Государство и право. — 1998. — № 5. — С. 22. Отметим, что такая интерпретация аналогична представлению о праве на защиту как одном из правомочий субъективного гражданского права, только вместо термина «правомочие» используется термин «право». Противоположным является мнение, что право на защиту «в качестве реальной правовой возможности появляется у обладателя регулятивного гражданского права лишь в момент нарушения или оспаривания последнего и реализуется в рамках возникающего при этом охранительного гражданского правоотношения» Гражданское право. Учебник. Часть 1. / Под ред. Сергеева А. П., Толстого Ю. К. — М. Проспект. 2006. — С. 281.

Однако нам представляется несостоятельной такая логика рассуждений. Защита права собственности не может быть самостоятельным субъективным правом, поскольку органично вписывается в содержание права собственности. Кроме того, при рассмотрении права на защиту в таком качестве мы столкнемся с проблемой классификации гражданских прав и гражданских правоотношений. Поскольку вещные права традиционно реализуются в составе вещных правоотношений, а обязательственные входят в содержание обязательственных правоотношений, право на защиту также должно осуществляться в рамках особого рода правоотношений. В. А. Тархов отмечает, что в литературе довольно широко распространено представление, будто бы защита субъективных прав всегда происходит в специально по этому проводу возникающих охранительных отношениях, с чем, по его мнению, нельзя согласиться Тархов, В. А. Гражданское право. Курс. Общая часть. / В. А. Тархов. — Уфа. Уфимский юридический институт МВД РФ. 1998. — С. 257.

Мы также полагаем, что данное мнение слабо теоретически обоснованно, и рассмотрим защиту права собственности с иных позиций. Указанное направление исследования необходимо начать с определения категории «субъективное право».

Ю.К. Толстой понимает субъективное право «как способность к определенному поведению самого управомоченного, а также способность вызывать необходимое для удовлетворения интересов управомоченного поведение других лиц» Толстой, Ю. К. Проблема обеспечения субъективных гражданских прав / Ю. К. Толстой. // Вестник МГУ. — 1952. — № 3. — С. 22. Существенным недостатком такого определения, на наш взгляд, является то, что оно не дает представления о том, какова структура субъективного права и входит ли в содержание права собственности право на защиту.

Отдельные исследователи, соглашаясь с предложенной дефиницией субъективного права, считают целесообразным включить в его содержание «возможность прибегнуть в необходимых случаях к содействию принудительной силы государственного аппарата для осуществления должного поведения обязанных лиц» Александров, Н. Г. Указ. соч. — С. 108−110. Весьма существенно также дополнение О. С. Иоффе, который указывает, что «возможность прибегнуть в необходимых случаях к принудительной силе государственного аппарата существует не параллельно с другими закрепленными в субъективном праве возможностями, а свойственна им самим, так как без этого они не были бы юридическими возможностями» Иоффе, О. С. Советское гражданское право. В 2 т. Т. 1. / О. С. Иоффе. — Л. Изд-во ЛГУ. 1958. — С. 73.

Итак, субъективное право образует два вида возможностей: «Определять собственное поведение и требовать соответствующего поведения от обязанных лиц. При этом акцентируется внимание на единстве этих двух сторон, но не на противопоставлении с точки зрения приоритета одной из них» Халфина, Р. О. Общее учение о правоотношении. / Р. О. Халфина. — М. Юридическая литература. 1974. — С. 227.

Отметим, что теория государства и права включает в содержание субъективного права возможность прикладывать определенные усилия для достижения позитивного интереса, используя при этом правомерные (т.е. предусмотренные законодательством) средства и методы; требовать от других участников соответствующих активных действий, направленных на удовлетворение собственного позитивного интереса; осуществлять защиту нарушенного права путем обращения к уполномоченным органам Теория государства и права: Курс лекций / Под ред. Матузова Н. И., Малько А. В. — М. Юристъ. 2006. — С. 425.

Соответственно содержание субъективного гражданского права собственности с материально-правовой точки зрения представляет три группы возможностей:

а) собственник может прикладывать определенные усилия для достижения позитивного интереса, то есть владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом в соответствии со ст. 209 ГК РФ;

б) может защищать свое право самостоятельно как посредством самозащиты, так и посредством применения мер оперативного воздействия;

в) может требовать защиты права собственности юрисдикционными органами путем применения мер принудительного воздействия.

Таким образом, содержание права на защиту составляют второй и третий элемент права собственности. В науке гражданского права данные возможности носят название материально-правовых и процессуальных Дюрягин, И. Я. Гражданин и закон. / И. Я. Дюрягин. — М. Юридическая литература. 1991. — С. 57.

Материально-правовое содержание права на защиту включает в себя:

1. Возможность управомоченного лица использовать дозволенные законом средства принудительного воздействия на правонарушителя, защищать принадлежащие ему права собственными действиями фактического порядка (самозащита).

2. Возможность применения управомоченным лицом в отношении обязанного лица так называемых мер оперативного воздействия или мер, близких к самозащите Грибанов, В. П. Указ. соч. — С. 132 — 164; Комментарий к Гражданского кодекса Российской Федерации части первой / Отв. ред. Садиков О. Н. — М. Норма. 2007. — С. 95; Кораблева, М. С. Защита гражданских прав: Новые аспекты / М. С. Кораблева. // Актуальные проблемы гражданского права. — М. Статут. 1999. — С. 102.

К процессуально-правовым возможностям относится возможность управомоченного обратиться к органам государственной власти и местного самоуправления либо общественным объединениям с требованием понуждения обязанного лица к определенному поведению Тархов, В. А. Указ. соч. — С. 266.

В связи с изложенным можно сделать вывод о том, что защита права самостоятельным субъективным правом не является, а органично вписывается в содержание права собственности. Такая защита обеспечивается не только в форме юрисдикционной деятельности соответствующих органов, но и действиями самих заинтересованных лиц в правоотношении, то есть действиями управомоченного или обязанного лица.

Поскольку понятие защиты права собственности в качестве составной части субъективного права собственности является ключевым для проводимого нами исследования, следует сформулировать его определение. По нашему мнению, под защитой права собственности следует понимать предоставленную в рамках права собственности возможность самостоятельно либо посредством применения мер государственно-принудительного воздействия обеспечить беспрепятственное осуществление правомочий собственником.

Полагаем, что определение защиты права формирует представление о ней как об особой правоприменительной деятельности либо как о механизме правового регулирования.

1.3 Соотношении понятий «охрана» и «защита» права собственности

Правоотношения собственности занимают особое место среди иных имущественных отношений, регулируемых гражданским правом. В частности, Д. И. Мейер отмечал, что «право собственности — право первостепенное, господствующее над всеми другими имущественными правами» Мейер, Д. И. Русское гражданское право. / Д. И. Мейер. — М. Статут. 2005. — С. 124. Представляется, что и в наше время собственность остается основой не только гражданского оборота, но и базой общественного строя. Подтверждением тому является тот факт, что изменение экономических отношений в обществе, основанных на определенной форме собственности, с неизбежностью влечет изменение политических отношений. Следовательно, охрана экономических отношений собственности как материальной основы любого общественного строя составляет важнейшую задачу всякой правовой системы Гражданское право Том 1. / Под ред. Суханова Е. А. — М. Волтерс Клувер. 2007. — С. 367. Поэтому, несомненно, важными остаются вопросы защиты и охраны права собственности.

Следует отметить, что понятия «охрана» и «защита» различным образом понимались в советской юриспруденции и неоднозначно трактуются современными учеными. В целях методологического разграничения данных терминов особенно важно определить их содержание в отношении права собственности. Кроме того, в юридической литературе неоднократно отмечалось, что тщательное исследование защиты права собственности является важным условием эффективной реализации имущественных прав собственника Субботин, М. В. Специальные способы защиты права собственности / М. В. Субботин. // Законодательство. — 2004. — № 3. — С. 34. В настоящее время в судебной практике достаточно часто встречаются ошибки, вызванные неверным пониманием фундаментальных основ законодательного регулирования и доктринального подхода к охране и защите права собственности.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой