Идеология "Москва – третий Рим"

Тип работы:
Контрольная
Предмет:
Политология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Негосударственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Западно-Уральский институт экономики и права

НОУ ВПО «ЗУИЭП»

Юридический факультет

Контрольная работа

Предмет: Политология

Тема: Идеология «Москва — третий Рим»

Выполнила: Чуйко Е. С.

Проверил: Мохов В. П.

Пермь 2011

Введение

Время правления великих князей Иоанна III и его сына Василия III характеризуется активным формированием новой идеологии московской великокняжеской власти. В конечном итоге процесс этот завершается созданием классической формулы «Москва -- III Рим», принятием царского титула Иоанном Грозным, а несколько позднее -- и возведением Русской Церкви на степень Патриаршества. Церковь играла ведущую роль в оформлении русской монархической идеи, которая явилась преемницей византийской теократии.

Истоки этого нового сознания лежали в событиях, связанных с отступничеством греков от Православия на Флорентийском Соборе. Москва тогда впервые осознала себя единственной хранительницей истины Православия. Это привело к утверждению автокефалии Русской Церкви. В то же время великие князья Московские, вскоре окончательно освободившиеся от ордынской зависимости и одновременно ощутившие себя преемниками погибшей Византии, практически завершают объединение Северо-Восточной Руси вокруг Москвы. Создается крупное централизованное православное государство с сильной самодержавной властью.

Основой новой идеологии стала мысль о непосредственном преемстве власти Московских государей от последних Константинопольских императоров. Эта идея еще более укрепилась и перешла из области символов в сферу династических реалий после брака Иоанна III и Софьи (Зои) Палеолог, который был заключен в 1472 г. Русские государи в полной мере ощущали себя наследниками византийских императоров как возглавителей всего православного мира. Новое династическое право Иоанна III и его потомков претендовать на Царьградское наследие укреплялось и в силу его внешнего признания. И хотя в реальности это чаще всего была не более, чем льстиво-вычурная дипломатическая риторика, для Московских великих князей она оказалась весьма кстати. Так, правительство Венеции уже через год после заключения брака Иоанна и Софьи писало в Москву о том, что отныне Московский государь является полноправным наследником Восточной империи. А Великий Магистр Тевтонского Ордена фон Шомберг побуждал Василия III вступить в антитурецкую коалицию, соблазняя его перспективой отвоевания «своей законной вотчины -- Константинополя».

Иоанн III, окончательно и бесповоротно сбросив после стояния на Угре иго Орды, принимает титул «самодержца» по образцу византийского «автократора». Он также усваивает своей державе византийский герб -- двуглавого орла, -- полагая, что через брак с Софией Палеолог получил на это полное право. Неофициально пока еще, но достаточно настойчиво Иоанн III, а затем и Василий III, начинают именоваться «царями всея Руси». Василий постепенно начинает все чаще использовать эту новую титулатуру во внешнеполитических документах. И наконец, появляется знаменитая формула «Москва -- III Рим», которая окончательно сфокусировала представление Москвы о своем преемстве от Константинополя.

Москва — третий Рим

Третий Рим -- это прежде всего духовный центр православного мира, его сердцевина. Русь Московская стала им реально после гибели Византии. А православная государственность, созданная на духовном основании Русской Церкви, явилась уже ее следствием, производной. И сегодня, когда духовная жизнь в России, несмотря на все трудности и безобразия нашего страшного времени, возрождается, очевидно, что для всего православного мира истерзанная и поруганная в годы безбожия и гонений Москва по-прежнему остается реальным центром притяжения. Поэтому и возобновляется внимание к идее пятивековой давности -- учению о Третьем Риме.

Концепция идеи «Москва — третий Рим» возникла на рубеже 15−16 вв. в силу ряда объективных причин, главная из которых — падения Константинополя под напором турок-сельджуков. Это событие пришлось на время, когда в Московском княжестве сложились тенденции к объединению русских земель вокруг Москвы. В 1480 году Россия фактически стала независимым государством, а ее территория к началу 17 В. была сравнима уже с французским королевством — крупнейшим государством Средневековья. Все это послужило возникновению известной теории о всемирно — исторической роли Москвы, кратко изложены в посланиях игумена Псковского монастыря старца Филофея к великим московским князьям.

С самого своего возникновения концепция «Москва — третий Рим» носила двойственный характер. С одной стороны она подразумевала связь Московского государства с внешними религиозными ценностями. Делая благочестие главной чертой и основной государственной мощи Москвы, это идея подчеркивала теократический аспект ориентации на Византию. В этом варианте она подразумевала изоляцию от «нечистых» земель. С другой стороны, Константинополь воспринимался как второй Рим, в политической символике которого подчеркивалась имперская сущность — в Византии видели мировую империю, наследницу римской государственной мощи. Таким образом в этой идеологеме сливались две тенденции: благости и священство, власти и царство. Символическим выражением первого становится Ерусалим, второго — Рим.

Идея «Москва — третий Рим» краеугольным камнем легла в основу идеологии Московского государства. Благодаря ей Русь становится центром истинно религиозного и политического средоточения для всего христианского, да и не только христианского мира. Она нашла свое дальнейшее подкрепления в тех практических шагах и мифологемах, которые создавались на Руси в течение двух веков.

Филофей

Сама формула «Москва -- III Рим» впервые (хотя еще весьма нечетко) прозвучала в 1492 г., как ни странно, из уст митрополита-еретика Зосимы. В этом случае он (впрочем, как и в случае с вынужденным осуждением своих единомышленников-жидовствующих"), конечно, не выражал своих собственных убеждений, а, что называется, «плыл по течению». Зосима отражает современную ему московскую идеологию в своем произведении «Извещение о Пасхалии на восьмую тысячу лет» -- послании, которое прилагалось митрополитом к новой пасхалии. В нем впервые в русской литературе была сформулирована идея преемственности между «Константином Градом, еже есть Царьград, и Москвой». Зосима писал о том, что св. император Константин «…сотвори град во имя свое и нарече и град Константин, еже есть Царьград и наречеся -- новый Рим. И более простреся православная вера Христова по всей земли». Однако собственно формулировка «Москва -- III Рим» принадлежит старцу Филофею, иноку Псковского Спасо-Елеазарова монастыря. Самым кратким образом теория старца Филофея была обобщена в словах: «Два Рима пали, третий стоит, а четвертому не бывати». Старец Филофей был, бесспорно, выдающимся представителем русской духовной мысли. Время жизни Филофея датируют условно 1465−1542 годами. Большее значение для развития идеи Третьего Рима имели знаменитые послания Филофея. Впервые в самой простой форме, еще не разработанной в философском и литературном аспектах, Филофей изложил теорию «Москва -- Третий Рим» в послании, направленном к Василию III (написано оно, как полагают, между 1514—1521 годами). Но наиболее завершенный характер идея Третьего Рима получает в послании Филофея к псковскому великокняжескому наместнику -- дьяку Мисюрю Мунехину (сентябрь 1527 -- март 1528 гг.). О новейших данных относительно датировки этих посланий, сравнения различных их списков можно прочитать в недавно вышедшей книге Н. В. Синицыной «Третий Рим. Истоки и эволюция русской средневековой концепции».

В послании к великому князю Василию старец Филофей впервые излагает свои мысли, касающиеся нового значения Российского царства в христианском мире. Послание интересно тем, что принадлежит к весьма редкому в русской литературе жанру увещания, обращенного к монарху. На Руси с подобными посланиями к великим князьям обращались крайне редко, разве только в самых чрезвычайных обстоятельствах. Известны подобные послания архиепископа Вассиана Рыло и митрополита Геронтия Иоанну III на Угру. Послание Филофея к Василию III невелико по размеру. Но в нем старец удивительно емко сконцентрировал все основные тезисы своей теории. В этом назидании монаха великому князю, в частности, говорится:

«Стараго убо Рима Церкви падеся неверием аполинаревы ереси, втораго Рима, Константинова града Церкви, агаряне внуцы секирами и оскордъми разсекоша двери. Сиа же ныне триаго, новаго Рима, державного твоего царствиа, Святая Соборная Апостольскаа Церкви, иж в концых вселенныа в православной христианьстей вере во всей поднебесней паче солнца светится». религиозный политический москва рим

Послание старца к Мисюрю Мунехину является еще более важным для характеристики теории Филофея. В нем гораздо обстоятельнее изложено учение о Москве -- III Риме.

Послание к Мисюрю также содержит полемику с католиками: «И не дивися, избранниче Божий, яко латыни глаголют: наше царство ромейское недвижимо пребывает, аще быхом не праве веровали, не бы Господь снабдел нас». Филофей не соглашается с этой католической точкой зрения и не приемлет земного величия папского Рима. Он противопоставляет католическому взгляду свою теорию о Риме, странствующем во времени и пространстве. Учение Филофея о Риме странствующем восходит к словам Спасителя, который наставлял апостолов уйти из того города, где их не принимают и гонят, и переходить в другой. Параллель можно увидеть и со словами Спасителя, сказанными Господом Пилату: «Царство Мое не от мира сего» (Ин. 18, 36). То есть не может быть на земле такого мирового центра, в котором неподвижно пребывало бы во веки веков земное христианское царство. Поэтому и странствует по земле вослед гонимой Церкви Христовой Рим -- духовный центр мира. В этом смысле слова Филофея о том, что Риму «четвертому не бывати», следует понимать отнюдь не в смысле какой-то исключительности Москвы наподобие ветхозаветного представления об избранности Израиля. У Филофея речь идет о том, что странствования Рима на земле более не будет, так как наступит конец времен. Причем вывод этот следует понимать как пророчество, возвещаемое старцем.

Таким образом, историософия Филофея связывается с православной экклезиологией и эсхатологией и противостоит католическому учению о Церкви. «Аще убо великаго Рима стены и столпове и трекровныа полаты не пленены, но душа их от дьявола пленены быша опреснок ради. Аще убо Агарины внуци греческое царство приаша, но веры не повредиша, ниже насилствуют грекам от веры отступати», -- пишет в своем послании Филофей. Старец утверждает, что «инако же ромейское царство не разрушимо, яко Господь в римскую власть написася». Здесь Филофей следует древней христианской традиции, восходящей к святым апостолам, когда признает ценность Римской государственности и имперской идеи.

Конечно, некоторые построения Филофея сегодня могут показаться упрощенными и несколько наивными. Но нужно делать скидку на весьма невысокий общий уровень просвещения на Руси в то время. Филофей и в самом деле, как и все другие русские духовные писатели, «риторских борзостей не текох», образование получил в самой простой монастырской школе и восполнял его самоучкой. Но в то же время в его творениях можно увидеть весьма оригинальные приемы. Так, например, он обыгрывает написание слова «Рим», которое, если его прочесть справа налево, превращается в слово «мир». Для рубежа XV—XVI вв.еков такая словесная эквилибристика выглядит вполне изящно. Надо заметить, что и многие нынешние богословы из числа поборников экуменизма (например, Оливье Клеман) спекулируют сходным образом на базе латинской транскрипции: «ROMA» (РИМ) -- «AMOR» (ЛЮБОВЬ).

Заключение

Филофей же из того, что перевернутое слово «Рим» читается как «мир», делал заключение о мировом, непреходящем значении Римского, Ромейского (т.е. Византийского) и, следовательно, Русского царства, ставшего III Римом. За этими внешне наивными способами рассуждения на самом деле стоит нечто гораздо более серьезное, чем может показаться на первый взгляд. Если сегодня взглянуть на высказанные Филофеем мысли через призму всей последующей русской истории вплоть до последних лет, то можно увидеть, что ход событий подтверждает истинность Филофеева пророчества. Действительно, последним православным императором на земле был Царь-Мученик Николай II. После его гибели и разрушения православного Российского царства никакого другого православного царства -- нового Рима -- не возникло. Никуда «империя ромеев» более не перешла. И едва ли «Четвертый Рим» сегодня способен где-либо возникнуть, разве только покаявшаяся Русь вернется к своим истокам. Но если понимать идею Рима не в смысле обязательного монархического устроения, а в значении мирового центра православной духовности, то можно признать, что Третий Рим не разрушен, и мы являемся сегодня свидетелями возрождения его великого наследия.

Использованная литература

1. Российская цивилизация: Этнокультурные и духовные аспекты: Энц. словарь / Ред. кол.: Мчедлов М. П. и др.; Авт. кол.: Андреев А. Л. и др. — М.: Республика, 2001, — 544 с.

2. Лапшина З. С. Православие на дальнем востоке: Идеология «Москва — Третий Рим», ее значение в развитии русской государственности. 07. 06. 2010

3. И. А. Воробьева Словари: Энциклопедия «Религия», «Москва- третий Рим»

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой