Исследование помещений квартиры, поврежденных заливом с целью определения стоимости их восстановительного ремонта, г. Краснодар

Тип работы:
Дипломная
Предмет:
Экономика


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Министерство образования и науки Российской Федерации

Частное образовательное учреждение

высшего образования

Южный институт менеджмента

Центр повышения квалификации и

дополнительного профессионального образования

ВЫПУСКНАЯ АТТЕСТАЦИОННАЯ РАБОТА

(ДИПЛОМНАЯ РАБОТА)

на тему:

«Исследование помещений квартиры, поврежденных

заливом с целью определения стоимости их восстановительного ремонта, г. Краснодар"

Краснодар 2014

Реферат

СУДЕБНО-ЭКСПЕРТНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ, СУБЪЕКТ ЭКСПЕРТНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ, ОБЪЕКТЫ ЭКСПЕРТИЗЫ (ЭКСПЕРТНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ), СУДЕБНАЯ ЭКСПЕРТИЗА, ЗАДАЧА КОНКРЕТНОГО ЭКСПЕРТНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ, ВИД ЭКСПЕРТИЗЫ, РОД ЭКСПЕРТИЗЫ, ВИД ЭКСПЕРТИЗЫ, ПОДВИД ЭКСПЕРТИЗЫ, ЗАДАЧА РОДА, ВИДА, И ПОДВИДА СУДЕБНОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ, СУДЕБНАЯ СТРОИТЕЛЬНО-ТЕХНИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА (ССТЭ), ПРЕДМЕТ ССТЭ, ЗАДАЧИ ССТЭ, ОБЪЕКТЫ ССТЭ, ОБЪЕКТ ЭКСПЕРТНОГО ПОЗНАНИЯ, НАЗНАЧЕНИЕ ССТЭ, ЭКСПЕРТНЫЙ ОСМОТР, ЭКСПЕРТНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ, ЭТАПЫ ЭКСПЕРТНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ, МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ, СРЕДСТВА ИССЛЕДОВАНИЯ, ЭКСПЕРТНЫЕ ОБРАЗЦЫ, ОБОСНОВАННОСТЬ ВЫВОДОВ СУДЕБНОГО ЭКСПЕРТА, ЗАКЛЮЧЕНИЕ ЭКСПЕРТА, ОБОСНОВАННОСТЬ ЗАКЛЮЧЕНИЯ СУДЕБНОГО ЭКСПЕРТА, ВОССТАНОВИТЕЛЬНЫЙ РЕМОНТ, СТОИМОСТЬ ВОССТАНОВИТЕЛЬНОГО РЕМОНТА, ФАКТ АВАРИИ, АКТ О ЗАТОПЛЕНИИ, ОЦЕНКА СТОИМОСТИ МАТЕРИАЛОВ, ЭКСПЕРТИЗА НАНЕСЕННОГО УЩЕРБА, ЭКСПЛИКАЦИЯ, АКТ БТИ, ПРОЕКТНО-СМЕТНАЯ ДОКУМЕНТАЦИЯ.

Целью выпускной аттестационной работы является закрепление теоретических знаний при освоении цикла специальных дисциплин, полученных слушателем в процессе обучения. Закрепление теоретических знаний осуществляется посредством подготовки и защиты выпускной аттестационной работы по исследованию жилого объекта недвижимости — квартиры, поврежденной заливом, с целью определения стоимости ее восстановительного ремонта и составления Заключения эксперта по форме и структуре, предъявляемой законодательством в области судебно-экспертной деятельности. Автором проведено исследование жилого объекта недвижимости — помещений квартиры, поврежденных заливом, и сделаны выводы по поставленной задаче. Заключение эксперта содержит вводную, исследовательскую и заключительную часть (выводы) по поставленной задаче.

В работе использовались расчетно-конструктивный, аналитический и статистический методы исследований.

Теоретически изучено законодательство, регулирующее судебно-экспертную деятельность, ценообразование в строительстве и сметное дело в строительстве. Практически оформлено обследование объекта и составлен акт осмотра помещений, поврежденных заливом. Определены объемы ремонтных работ и строительных материалов, составлен акт о заливе, произведена оценочная стоимость работ, выполнен расчет обоснований материалов и технологий, произведена оценка соответствия объекта проектно-сметной документации, в том числе экспертиза объемов и стоимости строительно-монтажных работ.

1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ СУДЕБНОЙ СТРОИТЕЛЬНО-ТЕХНИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ ОБЪЕКТОВ НЕДВИЖИМОСТИ

строительный экспертиза помещение стоимость

В период становления демократического общества одна из первоочередных задач государства состоит в укреплении законности и правопорядка. Решение её требует не только постоянной и активной деятельности органов дознания, следствия, прокурорского надзора и суда, но также эффективного функционирования института судебной экспертизы, которая является одним из важнейших средств доказывания при расследовании преступлений и судебном рассмотрении дел. Судебная строительно-техническая экспертиза (ССТЭ) как род судебных инженерно-технических экспертиз играет важную, а иногда и решающую роль по делам о несчастных случаях, авариях и разрушениях в строительстве, а также при разрешении гражданских споров о правильности и правомерности строительства и эксплуатации строительных объектов, о праве собственности на недвижимость жилищной и градостроительной сферы и т. д.

Строительство — наиболее древняя сфера человеческой деятельности, придающая определённую специфику системе правоотношений в обществе. Правовые проблемы сопутствовали строительству с библейских времён — упоминание о них можно найти и в Ветхом Завете, где говорится: если царю благоугодно, пусть поищут там, в Вавилоне, точно ли царём Киром дано разрешение строить сей дом Божий в Иерусалиме. Тот самый дом, который строится из больших камней, и дерево вкладывается в стены; и работа сия производится быстро и с успехом идёт.

Технические дисциплины, аккумулирующие в себе результаты исследований в области строительства, относятся к числу зрелых и теоретически разработанных. Само собой разумеется, что обращение к мнению знатоков имело место на самых ранних стадиях их развития и не всегда было связано с судебными тяжбами. Известно, что в 1472 г. при строительстве Успенского собора в Московском Кремле доведённое до сводов здание храма рухнуло и " … призванные на совет мастера-псковичи осмотрели развалины, похвалили гладкость каменной тёски, но нашли, что скрепляющий раствор был «неклеевит и жидок», булыжник, использованный как заполнитель, не мог схватиться с известью и раздал изнутри белокаменную кладку стен". Привлечение специалистов — строителей, т. е. лиц, обладающих определёнными теоретическими знаниями и практическим опытом, к производству экспертных исследований было обусловлено, прежде всего, потребностью установления причин аварий и разрушений объектов строительства и разрешения имущественных тяжб, а также отсутствием экспертных кадров соответствующего профиля. И совершенно естественно, что даваемые такими специалистами заключения часто не отвечали требованиям, предъявляемым процессуальным законом к этому виду доказательств.

Такое положение объяснялось, в первую очередь, отсутствием единого органа, который взял бы на себя обязанности по подготовке экспертов-строителей. И, наконец, пришло время реализации неоднократно высказываемых в специальной литературе предложений о создании в экспертных учреждениях подразделений (лабораторий, отделов), в задачу которых входило бы производство ССТЭ. Такое решение проблемы отражало бы потребность практики в специалистах, обладающих не только знаниями в области строительства, но и юридическими познаниями. Создание ныне действующих структурных подразделений ССТЭ было, таким образом, закономерным и отвечало насущным потребностям судопроизводства.

Сравнение исследований, проводимых в рамках ССТЭ и ведомственных расследований, связанных, например, с авариями и разрушениями строительных объектов либо проектными работами специализированных организаций позволяет выявить специфику деятельности судебного эксперта-строителя: содержание экспертных исследований обуславливается кругом вопросов, которые ставятся на разрешение правоохранительными органами; форма проведения исследования регламентируется соответствующими процессуальными нормами; результаты исследований выступают в качестве элементов системы доказательств по уголовному (гражданскому) делу. Изучение специфики использования специальных познаний эксперта в сфере судопроизводства подтверждает важность правовых аспектов деятельности сведущего лица, занимающегося производством ССТЭ. Вместе с тем, практика свидетельствует об отсутствии единого правового, организационного и методического подхода при производстве ССТЭ, случаях нарушения процессуальных норм и наличии отношений, не отрегулированных ни на законодательном, ни на организационном уровнях. До настоящего времени не определены пределы компетенции эксперта-строителя, не систематизированы объекты, типовые задачи экспертизы данного рода. Не нашли должного освещения вопросы, касающиеся организации и проведения ССТЭ на месте аварии, разрушения строительного объекта (при производстве экспертиз по уголовным делам); на месте расположения объектов недвижимости градостроительной и жилищной сферы (при производстве экспертиз по гражданским делам).

Судебная строительно-техническая экспертиза находится в стадии становления, это формирующийся род судебной экспертизы, поэтому нет ещё ни диссертационных исследований, ни монографий, в которых рассматривались бы в комплексе основные проблемы ССТЭ. Известны лишь отдельные статьи, авторы которых (Е.А. Бородина, М. С. Брайнин, А. И. Винберг, М. Н. Мамедов, Н. Н. Осокин, А. Р. Шляхов и др.) обращались в них к тем либо иным вопросам ССТЭ. Вместе с тем, существуют и требуют разрешения многие вопросы теоретического, процессуального и организационно-методического характера, связанные с проведением ССТЭ.

1.1 Понятие предмета и задачи ССТЭ

Определение предмета судебной экспертизы — одна из основных задач ее теории. Существуют различные точки зрения по данному вопросу, и только изучив их, можно раскрыть содержание понятия предмета ССТЭ.

Шляхов определял предмет экспертизы как «факты, обстоятельства уголовного или гражданского дела, подлежащие установлению с помощью специальных познаний». Позднее он уточнил это определение, заменив в нем «факты» на «фактические данные».

Н.А. Селиванов рассматривал предмет экспертизы как «факт, который реально произошел (мог произойти) в прошлом, существует (мог существовать) в настоящем», а также как «закономерности, связи и отношения, обусловливающие данный факт». Ю. К. Орлов, возражая Н. А. Селиванову, утверждает: «Закономерности любых явлений и процессов являются предметом теории, науки, но не прикладной деятельности, каковой является судебная экспертиза. В ходе экспертного исследования познаются конкретные факты прошлого и настоящего. Никаких закономерностей здесь не устанавливается». «Всякая экспертиза, — отмечает Т. В. Сахнова, — есть прикладное исследование конкретного объекта в целях достижения не собственно научного, а прикладного знания». Эти разногласия вызваны тем, что речь идет о закономерностях разного порядка. Те, что изучает наука, присущи повторяющимся явлениям природы, технической и социальной сферы, и они действительно вне поля деятельности судебного эксперта.

Закономерности, присущие конкретному явлению, процессу, могут быть установлены в ходе проведения судебно-экспертных исследований. Так, по повторяющимся признакам в цепочке следов человека эксперты-трассологи могут судить об индивидуальных особенностях его походки. С точки зрения Ю. К. Орлова, «в подобных ситуациях речь может идти именно о повторяющихся признаках какого-либо конкретного объекта (или нескольких объектов), а не об общих закономерностях, которые могут устанавливаться в ходе научного исследования» В этом справедливом утверждении можно разделить закономерности на общие и частные, и если установление первых — вне сферы деятельности судебного эксперта, то установление вторых (как в приведенном примере) следует признать неотъемлемой частью его исследований. В Словаре русского языка С. И. Ожегова слово «закономерный» трактуется как «соответствующий, отвечающий законам», приводится пример: «закономерное явление», что позволяет понимать под закономерностью нечто производное от закона, в том числе от закона, открываемого в ходе научной деятельности и подтверждающегося многократно в определенных условиях, на конкретных объектах, в том числе исследуемых судебным экспертом. Применительно к ССТЭ это может быть установление общего характера (возможно, общей причины) разрушения ряда строительных объектов, расположенных на одной территории, при выявлении закономерно повторяющихся признаков, присущих руинам каждого здания, строения или сооружения.

Заметим, что только повторения тех или иных признаков (в том числе и многократное) для вывода о наличии частной закономерности недостаточно; необходима убежденность эксперта, основанная на результатах исследования (т.е. базирующаяся на объективных началах), в неслучайности такого повторения.

Н.А. Селиванов отрицает возможность использовать при формулировании предмета экспертизы понятие «фактические данные», так как они образуют не предмет, а результаты экспертизы. Ю. К. Орлов утверждает, что оснований для противопоставления указанных терминов нет: «В ходе экспертизы устанавливаются определенные обстоятельства, факты действительности… Однако для последующих субъектов — следователя, суда — они выступают уже в качестве сведений о фактах (фактических данных), поскольку эксперт не является конечным субъектом доказывания и признать какие-либо факты установленными могут только следствие и суд. Поэтому эти понятия не являются антагонистическими, они отражают различные аспекты одного и того же — в рамках экспертизы для эксперта это будут факты, обстоятельства, а в рамках процесса доказывания в целом для других субъектов — сведения о них». Это положение отражено в ныне действующих УПК РФ (ч. 1 ст. 74), ГПК РФ (ч. 1 ст. 55), АПК РФ (ч. 1 ст. 65). Определенным исключением является КоАП (ст. 26. 2) — здесь доказательства трактуются как фактические данные. Законодателем игнорируется то обстоятельство, что факт, фактические данные должны приниматься безоговорочно, как реально существующие. Иное дело — сведения о фактах. Они могут быть истинными и ложными, достоверными и проблематичными (вероятностными). Именно так должны воспринимать дознаватель, следователь, прокурор и судья доказательства, подлежащие в конечном итоге их оценке.

Существует точка зрения, согласно которой под предметом экспертизы понимается круг вопросов, поставленных судом перед экспертом (экспертами), т. е. факты (фактические данные, обстоятельства, устанавливаемые посредством экспертизы).

Несмотря на различные мнения по этому вопросу, их объединяет то, что во всех определениях понятия предмета экспертизы авторы обращаются к его процессуальному аспекту. Некоторые из них прямо указывают, что их понимание вытекает из смысла процессуального закона. В этом понятии отражено единство процессуального и гносеологического аспектов. В. Д. Арсеньев, обращаясь к предмету судебной экспертизы, отмечает, что в данном понятии синтезируются определенные стороны объекта; задача, для решения которой исследуется объект; методы (методики) его исследования. «Предметом судебной экспертизы являются стороны, свойства и отношения ее объекта, которые исследуются и познаются средствами (методами, методиками) данной отрасли экспертизы в целях разрешения вопросов, имеющих значение для дела и входящих в сферу соответствующей отрасли знания». Такой подход к определению рассматриваемого понятия изложен и в последних наиболее значительных изданиях по проблемам судебной экспертизы. С учетом двойственной природы понятия предмета экспертизы его толкование должно быть дуалистичным, т. е., с одной стороны, это сведения о фактах (фактические данные, устанавливаемые посредством экспертизы и являющиеся элементами системы доказательств по уголовному делу, гражданскому делу, рассматриваемому в суде общей юрисдикции или арбитраже, а также по делу об административном правонарушении); с другой стороны — это свойства, стороны и отношения объекта экспертизы, определение которых имеет значение для дела. Такой утилитарный подход к определению предмета экспертизы, подчеркивающий его практическую направленность, использован в настоящей работе. С таких же позиций рассматривает предмет ССТЭ М. С. Брайнин: данное понятие «составляют фактические данные, относящиеся к установлению объема и характера выполненных строительно-монтажных работ и правильности расчетов в них; качественности строительно-монтажных работ, качества и пригодности примененных строительных материалов и т. д.».

Приведенное определение нельзя признать удачным, поскольку из него следует, что исследование направлено на процесс получения определенных данных, тогда как предмет экспертизы — сами данные. Здесь наблюдается смешение понятий предмета экспертизы и ее задач, и это не единичный случай. Аналогичную ошибку допускают Л. Е. Ароцкер и Г. М. Надгорный, ставя знак равенства между предметом экспертизы и решаемыми ею задачами (В Словаре основных терминов судебных экспертиз под задачами также понимается «научное определение предмета судебной экспертизы».

Различие предмета и задач применительно к судебной экспертизе достаточно очевидно: если «предмет» — понятие статичное, то понятие «задача», напротив, динамично, предполагает целенаправленное движение мысли исследователя, процесс экспертного познания. Так, если предмет экспертизы — определенные свойства исследуемого объекта, то установление их — задача, стоящая перед экспертом.

«Точное определение понятия задачи — сложная проблема, еще окончательно не решенная ни в психологии, ни в кибернетике, ни в других областях знаний», и «структурные свойства задач столь широки и многоплановы, что более пригодны для формирования понятий общей теории задач». Считается, что экспертам требуется «узкое и простое определение, которое позволит выделить и описать понятие задачи, возникающей в специфической ситуации экспертного исследования». Предлагается трактовать экспертную задачу в качестве «объекта экспертной деятельности, направленной на практическое преобразование потенциальной доказательственной информации, содержащейся в исходных данных, в актуальную доказательственную информацию, которая может быть использована в качестве обстоятельства для правильного разрешения дела». Существует и проблема неразрешения судебными экспертами ставящихся перед ними задач. Данному вопросу уделено достаточно большое внимание в специальной литературе. Рассмотрим применительно к ССТЭ положения работы В. Д. Арсеньева, в которой выделены основные причины неразрешения экспертных задач.

Причины, относящиеся к содержанию поставленных перед экспертом вопросов.

Неправильная постановка вопросов обусловлена недостатками профессиональной подготовки лиц, назначающих экспертизы. Данное обстоятельство формирует неполное (или неправильное) представление у них о возможностях и задачах экспертизы определенного вида. Так, судья может сформулировать вопрос, ставящийся на разрешение эксперта, следующим образом: «Каковы все возможные варианты реального раздела спорного земельного участка?». При этом не учитывается, что таких вариантов могут быть десятки тысяч, а это делает поставленный вопрос неразрешимым.

Постановка вопросов, выходящих за пределы компетенции эксперта, обусловливается рядом причин. Эти вопросы могут:

— не требовать для своего разрешения специальных знаний эксперта-строителя;

— относиться к исключительной компетенции органов (лиц), назначивших экспертизу (вопросы о виновности лиц, самовольном захвате земельных участков и т. п.).

Постановка таких вопросов — ошибка следователей и судей. К ошибочно поставленным перед экспертом-строителем относятся и вопросы, входящие в компетенцию эксперта другой специальности. Так, в ряде случаев ставятся вопросы, относящиеся к компетенции эксперта-экономиста (например, какова стоимость бизнеса действующей строительной организации или фирмы) либо требующие для своего разрешения производства комплексной экспертизы (строительно-экологической, строительно-материаловедческой и пр.). Однако в отличие от ранее рассмотренных такие вопросы не остаются без разрешения, если экспертное учреждение располагает соответствующими сотрудниками либо имеет связь с другими учреждениями (организациями) такого же профиля профессиональной деятельности.

Постановка вопросов, неразрешимость которых обусловлена отсутствием необходимой методики исследования. Например, перед экспертом-строителем может быть поставлен вопрос о давности залива квартиры или монтажа металлических конструкций при том, что методик решения такого рода вопросов в настоящее время не существует.

Причины, относящиеся к характеру объектов экспертного исследования. Выделим три причины этого вида.

1. Объективная непригодность к исследованию возникает до того, как объекты попадают в сферу судопроизводства. Например, в квартире, пострадавшей от залива, на день экспертного осмотра уже проведен ремонт, уничтоживший все следы воздействия воды на элементы отделки ее помещений; подлежащее оценке строение настолько пострадало от пожара, что в отсутствие какой-либо технической документации невозможно определить его конструктивные особенности, вид и качество отделки.

2. Недостаточная информативность объекта. Недостаточно информативный объект для исследования пригоден, но в результате его изучения не выявляется достаточное количество информации, использование которой обеспечивает возможность решить поставленный вопрос. Например, планы и эскизы зданий либо строений выполнены без детализации, необходимой для проведения расчетов, направленных на определение стоимости подлежащих оценке строительных объектов, недоступных для непосредственного исследования.

3. Недоброкачественность объектов исследования. Недоброкачественность объектов связана с несоблюдением процессуальных и технических правил их обнаружения, изъятия, упаковки и транспортировки.

Недоброкачественным объект становится в силу определенных ошибок, допущенных лицами (органами), назначившими экспертизу, ответственными за правильное изъятие и представление объектов. Основные недостатки, ведущие к недоброкачественности объектов ССТЭ:

— образцы строительных конструкций разрушившегося здания могут быть представлены без указания места их отбора, при том что поставленные перед экспертом вопросы ориентируют его на установление прочностных характеристик строительного объекта в целом;

— комплекты проектно-сметной документации направляются на исследование неполными (отсутствуют наиболее существенные для решения экспертных задач документы).

Причины, относящиеся к характеру дополнительных материалов, представляемых на экспертизу. Полнота и доброкачественность этих материалов — важное условие выполнения экспертами своих задач. К сожалению, эти требования не всегда реализуется лицами (органами), назначающими экспертизу. Так, в материалах, представленных эксперту-строителю, нередко отсутствуют данные о:

— погодных условиях — в момент события, имеющего существенное значение для дела (например, о температуре воздуха), что позволяет судить о возможности образования наледи при падении человека с высоты;

— силе ветра — при расследовании факта опрокидывания грузоподъемного крана.

Нередко в представленных дополнительных материалах (например, в протоколах допросов свидетелей несчастного случая) содержатся противоречивые данные без указания, какие из этих данных следует рассматривать в качестве исходных.

Указанное выше деление причин неразрешения экспертных задач позволяет оптимизировать работу, направленную на повышение результативности проводимых исследований. Одно из направлений — систематическое информирование органов и лиц, назначающих ССТЭ, о последствиях тех или иных упущений при подготовке документов и предметов, подлежащих направлению на экспертизу. Ставя перед собой цель разработать единую методологию решения экспертных задач, раскрыть их содержание, «теоретически обосновать то общее, что объединяет их независимо от природы исследуемого объекта» (227, с. 4), отдельные авторы полагают возможным достижение ее созданием соответствующих классификационных систем с последующим их описанием.

Систематизация задач необходима:

— для правильного определения следователем (иным лицом либо органом, назначающим экспертизу.) класса, рода, вида экспертизы;

— для сужения задачи в зависимости от конкретных обстоятельств исследуемого события;

— для четкого формулирования конкретных вопросов в постановлении (определении.) о назначении экспертизы;

— для последующего правильного и эффективного использования заключения эксперта в процессе доказывания.

В современных изданиях по проблемам криминалистики и судебной экспертизы перечень задач, решаемых экспертом, начинается с идентификационных.

Установление индивидуально-конкретного тождества, определяющего специфику идентификационных задач, не входит в сферу профессиональной деятельности судебного эксперта-строителя. В связи с этим возможно выделить из имеющегося научного материала вопросы, посвященные множеству экспертных задач, для решения которых нет необходимости в проведении идентификационных исследований.

В юридической литературе представлен широкий диапазон мнений о возможности дифференцировать указанное множество задач. Одни авторы относят их к категории диагностических, другие обосновывают закономерности распознавания криминалистических объектов по их признакам как криминалистическую диагностику. Ю. Г. Корухов и З. И. Кирсанов рассматривают вопросы, связанные с распространением положений диагностики в других науках, как неидентификационные экспертно-криминалистические. А. И. Винберг и Н. Т. Малаховская определяют эти исследования как уровень решения экспертных задач (первый уровень — идентификационные, второй — диагностические). Н. А. Селиванов и Т. А. Седова считают поиски особых диагностических средств и способов познания при установлении индивидуального тождества и групповой принадлежности бесперспективными. Критически относится к возможности распространения на все экспертные исследования, не связанные с установлением индивидуального тождества (что актуально для ССТЭ), понятия «диагностические» Ю. К. Орлов. Такое понимание представляется малопродуктивным в научном отношении. Объединение под одним названием совершенно разнохарактерных познавательных актов не способствует уяснению их специфики, следовательно, их развитию и совершенствованию, кроме того, может повлечь за собой их смешение. Не согласуется такая классификация и с правилами логики. Примеры такого несогласования отражены в работе Т. М. Пучковой: «Среди диагностических задач можно выделить установление возможности существования факта, установление причин и последствий». Неправомерность включения в число диагностических этих двух видов задач с чисто логических позиций заключается в том, что они выделяются по различным основаниям: и та и другая могут решаться в рамках одного и того же исследования (причина и следствие могут быть как действительными, так и возможными). Указанные понятия не взаимоисключающие, а пересекающиеся, поэтому они не могут входить в одну и ту же классификационную систему, иначе нарушается требование классификации по одному основанию.

Против широкой трактовки понятия «диагностическая задача» выступали также В. С. Митричев и В. Я. Колдин. Данная проблема рассматривается ими в основном применительно к криминалистическим экспертизам, ее специфика (отсутствие вопросов, связанных с установлением индивидуального тождества) представляет интерес и для ССТЭ. В связи с этим нельзя обойти вниманием классификации задач, разработанные для всего множества судебных экспертиз и отраженные в наиболее значимых (применительно к рассматриваемым проблемам) изданиях последнего времени, подготовленных коллективом авторов — ведущих специалистов в области судебной экспертизы. Диагностические задачи в них включают в себя достаточно широкий спектр исследований, направленных на установление свойств и состояния объектов экспертизы, их изменений, причин изменений и пр.

По мнению Ю. К. Орлова, под диагностическими исследованиями целесообразно понимать только исследования, направленные на установление состояния объекта (наличия или отсутствия отклонения от какой-то нормы). Такая предельно узкая трактовка позволяет четко определить границы множества этих исследований, избежать смешения разнохарактерных познавательных актов, к тому же она более соответствует этимологии данного термина, что вытекает из содержания понятия «техническая диагностика» — «выявление и изучение признаков, характеризующих состояние технических систем для предсказания возможных отклонений от рабочего состояния». Применительно к ССТЭ это существенно, ибо ее терминологический аппарат складывается из технических, логических и юридических (главным образом, принятых в теории судебной экспертизы) понятий. Несмотря на то что смысловая неоднозначность терминологии в различных отраслях знания — явление довольно обычное и в какой-то мере неизбежное, думается, что следует стремиться к снижению его степени, поскольку только при единообразии понятийного аппарата участники процесса могут правильно воспринимать ход и результаты экспертного исследования.

Разделяя точку зрения Ю. К. Орлова по данному вопросу, мы, как представляется, приближаемся к единому значению технических и судебно-экспертных терминов. Стремясь быть последовательными в решении вопросов, связанных с классификацией задач ССТЭ, мы считаем возможным использовать в качестве основы предложенное им деление рассматриваемых экспертных исследований на диагностические, классификационные, ситуалогические, атрибутивные, каузальные и нормативистские. Однако не все разделяют такой подход к трактовке рассматриваемого вопроса. Если Л. Б. Барон допускает, что «намечающаяся тенденция предельно узкой трактовки диагностических исследований позволит систематизировать задачи на другом, качественно новом уровне», то Н. П. Майлис, напротив, полагает, что «введение новых понятий: атрибутивные, каузальные задачи и др. противоречит общепринятым теоретическим концепциям».

Содержание этих противоречий ею не раскрывается, однако, с нашей точки зрения, их возможное существование не является весомым аргументом, так как в истории развития любой науки новое теоретическое положение или гипотеза, признанная впоследствии обоснованной, в период своего становления часто не согласуются со сложившимися представлениями.

Отдавая предпочтение предельно узкой трактовке каждой категории задач, при которой четко определяются их признаки и критерии разграничения, обеспечивается возможность дифференцированного подхода к решению вопроса, мы вместе с тем согласны с авторами, утверждающими, что детализация не должна выходить за разумные пределы и принимать «угрожающие» формы, при которых «дифференциация предметных экспертиз, соответственно, специальных экспертных познаний приводит к разобщению научных знаний, изоляции отдельных разновидностей экспертиз друг от друга».

Процесс экспертного исследования можно представить в виде решения системы задач, включающей общую задачу и цепочку частных задач (подзадач), обеспечивающих решение общей. Общую задачу формулирует следователь или суд, частные — сам эксперт. Решение частной задачи не имеет самостоятельного доказательственного значения. Оно только способствует решению общей задачи.

При всем многообразии общих задач, решаемых экспертом-строителем, их можно объединить в шесть групп: 1) классификационные; 2) диагностические; 3) каузальные; 4) нормативистские; 5) преобразовательные; 6) стоимостные. Следует также выделить подзадачи, решение которых направлено на достижение промежуточного результата: экзистенциальные, атрибутивные и ситуалогические.

Указав основные подзадачи и задачи, решаемые в рамках производства ССТЭ, можно предложить следующую формулировку понятия ее предмета. Предмет ССТЭ — это устанавливаемые на основе специальных знаний в области строительства фактические данные по уголовным делам, гражданским делам, рассматриваемым как в судах общей юрисдикции, так и в арбитражных судах, а также по делам об административных правонарушениях: — о принадлежности продукции строительного производства, продукции производства строительных конструкций, изделий и материалов; выполненных (выполняемых) строительных работ определенному классу, роду, типу, виду, группе;

— о стоимости строительных объектов и выполненных работ; цене объектов недвижимости промышленной, жилищной и градостроительной сферы;

— о соответствии нормативно-техническим данным продукции строительного производства; продукции производства строительных конструкций, изделий, деталей и материалов;

— о причинах, условиях, обстоятельствах и механизме аварии, несчастного случая в строительстве;

частичной или полной утраты продукцией строительного производства функциональных, эксплуатационных, потребительских, эстетических свойств и свойств безопасности;

— о соответствии действий лиц — участников события (аварии, несчастного случая в строительстве), а также лиц, ответственных за надлежащее ведение и безопасность условий производственного процесса, специальным правилам;

— о возможности преобразования строительных объектов и участков земли, функционально связанных с ними, вариантах такого преобразования (реальные разделы домовладений между собственниками; изменение функционального назначения, габаритов, этажности и других характеристик зданий, строений и сооружений).

Данное определение не претендует на исчерпывающую полноту. Оно будет углубляться и дополняться по мере появления и развития новых видов исследований в рамках ССТЭ. При создании новых классификационных систем на иных основаниях возможны другие формулировки.

2. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ СУДЕБНОЙ СТРОИТЕЛЬНО-ТЕХНИЧЕСКОЙ И СТОИМОСТНОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ ОБЪЕКТОВ НЕДВИЖИМОСТИ

Проблема судебной экспертизы стала одной из ключевых проблем развития правовой системы в РФ. Она бесконечна как по разнообразию объектов (предметов), так и по глубине задач, которые решаются в процессе экспертных исследований. В настоящих рекомендациях рассматриваются лишь некоторые задачи судебной, которые возникли в последнее время и непосредственно касаются профессиональной оценочной деятельности.

В первую очередь, речь идет о тех экспертизах, с которыми может столкнуться любой практикующий оценщик, когда суд назначает судебную экспертизу которая подменяет или заменяющую собой отчет об оценке. То есть в методических рекомендациях речь пойдет об экспертизе отчетов об оценке и предметов экспертизы, которые рассматриваются в наших отчетах.

Что касается глубины проработки, то речь идет о тех знаниях, которые необходимы опытному оценщику, чтобы принять в том или ином качестве участие в экспертизе.

Конечно, представленный материал не может претендовать на полноту проанализированных источников и на решение всех практически важных задач. Авторы скорее хотели помочь оценщикам, не имеющим опыта судебной экспертизы, войти в курс проблемы при минимальных затратах времени, а опытным людям дать возможность ознакомиться с еще одним взглядом и еще одним вариантом решения проблем.

Авторы пытались найти приемлемый компромисс между необходимостью понимания сути проблем и конкретным рекомендациям по их решению в виде алгоритмов и формул.

Первым толчком к пониманию значения судебной экспертизы в оценочной деятельности в РФ было для авторов участие в конференции «Судебная строительно-техническая и стоимостная экспертизы объектов недвижимости», которая состоялась 26 апреля 2012 в Московском Государственном Строительном Университете. На конференции была озвучена позиция Следственного Комитета Р Ф и судейского корпуса, согласно которой судебной экспертизе отдается предпочтение как доказательству по делу перед отчетом об оценке и экспертным заключениям оценщиков в рамках ФЗ 135 «Об оценочной деятельности в РФ». Из дискуссии на конференции стало ясно, что судьи и следователи не доверяют оценщиком и будут решать проблемы определения стоимости своими методами, назначая судебную экспертизу. Возникла реальная опасность вытесняя профессиональной оценочной деятельности на обочину экономической жизни. В этой ситуации возникает вопрос о том, а чем оценщики, как носители профессиональных знаний о стоимости, могут быть полезны обществу и своим заказчикам? Есть ли какие-то рациональные знания (методы) у оценщиков, которые необходимо использовать всегда, когда говорят о стоимости? Мы считаем, что в деятельности оценщиков есть некоторые смыслы. Они таковы, что любой человек, который будет проводить исследование стоимости, будет в той или иной степени использовать подходы и методы оценки и столкнется с теми же проблемами, с которыми сталкиваются профессиональные оценщики.

Из этих размышлений и родилась идея разработки, как попытки найти ответы на эти и некоторые другие важные вопросы.

В рекомендациях используются термины и нормы, содержащиеся в проекте ФЗ «О судебно-экспертной деятельности в РФ», который на момент окончания первого варианта рекомендаций прошел первое чтение в Государственной Думе.

Определения:

Судебная экспертиза — процессуальное действие, состоящее из проведения исследований и дачи Заключения экспертом по вопросам, разрешение которых требует специальных знаний в области науки, техники, искусства или ремесла и которые поставлены перед экспертом органом или лицом, имеющим право назначать судебную экспертизу, в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу, а также при проверке сообщения о преступлении;

Органы или лица, имеющие право назначать судебную экспертизу:

? Дознаватель, орган дознания (при проверке сообщения о преступлении), орган (должностное лицо), в производстве которого находится дело об административном правонарушении;

? Следователь, руководитель следственного органа (при проверке сообщения о преступлении);

? Суд, судья.

Эксперт — физическое лицо, обладающее специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла.

Судебный эксперт — физическое лицо, обладающее специальными знаниями и соответствующее требованиям, установленным законодательством, которому в процессе судопроизводства в порядке, установленном процессуальным законодательством, поручено производство судебной экспертизы;

Все процессуальные кодексы указывают только одно основание (требование) для назначения лица судебным экспертом — наличие специальных знаний (ст. 57 УПК РФ, ст. 85 ГПК РФ, ст. 55 АПК РФ). Вместе с тем, процессуальные кодексы требуют, чтобы в своем заключении судебный эксперт сообщил о своем образовании, специальности, стаже работы, о наличии ученой степени и (или) ученого звания (ст. 204 УПК РФ, ст. 86 АПК РФ).

Если выполняется (назначается) судебная экспертиза, требование о представлении экспертом сведений о своем членстве в СРО не предусмотрено законом. Судебная экспертиза осуществляется только по нормам процессуальных кодексов. Что касается компетенции эксперта, то она должна устанавливаться по существу, а не по формальным основаниям. Неправомерны требования о профильном образовании судебного эксперта.

Экспертная специальность — комплекс знаний, умений и навыков, приобретенных лицом, имеющим профессиональное образование, путем целенаправленного профессионального обучения.

Научно-методическое обеспечение судебной экспертизы — один из видов обеспечения судебно-экспертной деятельности, включающий методические материалы по производству судебной экспертизы, методы и средства судебной экспертизы, программы профессионального обучения в области судебной экспертизы. В проекте ФЗ «О судебно-экспертной деятельности» специальная статья 10 «Научная обоснованность, объективность, всесторонность и полнота экспертных исследований» подчеркивает то, что экспертиза — это исследование, имеющее научную основу. Такой или аналогичной нормы нет в ФЗ 135 «Об оценочной деятельности».

Заключение эксперта — письменный документ, отражающий ход и результаты исследований, проведенных экспертом.

Вывод эксперта — часть заключения эксперта, содержащая ответ на вопрос следователя или суда, в котором сообщаются установленные им фактические данные. Выводов (заключений) эксперта делятся по степени определенности на категорические и вероятные (предположительные, проблематичные). К последним относятся экспертизы стоимости.

Повторная экспертиза — экспертиза тех же объектов для решения тех же вопросов, проводимая ввиду сомнения в правильности и (или) обоснованности вывода (заключения) эксперта, а также при наличии противоречий в выводах эксперта или разногласий между экспертами, проводившими экспертизу комиссионно.

Дополнительная экспертиза — экспертиза того же вида, что и первичная, назначенная в случае недостаточной ясности или полноты вывода (заключения) первичной экспертизы. Разъяснение аргументации заключения первичной экспертизы — задача допроса эксперта.

Модель (в экспертизе) — подобранный или созданный объект, представляющий собой аналог (воспроизведение) объекта экспертного исследования или отдельных его свойств для выявления и использования новых знаний об объекте исследования.

Инициатива эксперта — предусмотренное законом право эксперта указать в своем заключении на имеющие значение для дела факты, по поводу которых ему не были заданы вопросы.

Комиссия экспертов — кратковременное объединение экспертов одной или разных специальностей для производства конкретной экспертизы.

Основаниями для производства судебной экспертизы являются определение суда, постановления судьи, лица, производящего дознание, следователя. Судебная экспертиза считается назначенной со дня вынесения соответствующего определения или постановления. Орган или лицо, назначившие судебную экспертизу, должны представить объекты исследований и материалы дела, необходимые для проведения исследований и дачи Заключения эксперта.

При поручении проведения экспертизы лицу, не являющемуся государственным судебным экспертом, в определении о назначении экспертизы будут указаны фамилия, имя, отчество эксперта, сведения о его образовании, специальности, стаже работы и занимаемой должности.

Самоотвод должен быть заявлен судебным экспертом до рассмотрения дела по существу.

Наряду с общими основаниями для самоотвода (отвода) участников процесса (ст. 61, 62 УПК РФ, ст. 16 ГПК РФ, ст. 21, 22 АПК РФ) существуют специфические основания для самоотвода (отвода) судебного эксперта:

? некомпетентность эксперта;

? служебная или иная зависимость, в которой находился или находится эксперт от лица, участвующего в деле;

? личная заинтересованность в исходе дела (ст. 70 УПК РФ, ст. 18 ГПК РФ, ст. 23,27 АПК РФ).

В арбитражном процессе в дополнение к этому приведено еще одно специфическое основание (ст. 23 АПК РФ) для отвода эксперта. Это проведение сведущим лицом ревизии или проверки, материалы которой послужили поводом для обращения в арбитражный суд или используются при рассмотрении дела.

Других, оснований, кроме содержащихся в упомянутых выше статьях, для отвода судебного эксперта не имеется, например: требование наличия лицензии, аккредитации,

членства в каком-то профессиональном объединении, высшего профильного образования,

высшего образования и другое.

Эксперт может быть отведен или ему рекомендуется заявить самоотвод при наличии следующих обстоятельств:

? при предыдущем рассмотрении данного дела участвовал в нем в качестве эксперта или свидетеля;

? является родственником лица, участвующего в деле, или его представителя;

? лично, прямо или косвенно заинтересован в исходе дела либо имеются иные обстоятельства, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности;

? находится или ранее находился в служебной или иной зависимости от лица, участвующего в деле, или его представителя; делал публичные заявления или давал оценку по существу рассматриваемого дела.

Основанием отвода эксперта является также проведение им ревизии или проверки, материалы которых стали поводом для обращения в суд или используются при рассмотрении дела.

Эксперту рекомендуется отказаться также от дачи Заключения эксперта, если представленные ему материалы недостаточны или если он не обладает знаниями, необходимыми для выполнения возложенной на него обязанности.

Процесс проведения экспертизы рекомендуется разделить на несколько этапов. Во-первых, это подготовительная стадия, когда эксперту необходимо ознакомиться с определением о назначении экспертизы, сформулированными вопросами, поступившими материалами, определить достаточность представленных материалов для проведения экспертизы. Во-вторых, провести исследование объекта экспертизы в соответствии с поставленными вопросами. В-третьих, сформулировать выводы. В-четвертых, написать письменное Заключение эксперта.

Необходимо иметь в виду, что эксперту предписывается проводить исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме.

В случае если при проведении экспертизы используются приборы и инструменты, и они подлежат аттестации, сертификации и поверке, то такие приборы обязательно должны быть сертифицированы, аттестованы и проверены, о чем конкретно должно быть указано в Заключении эксперта. Применительно к стоимостной экспертизе под приборами можно понимать специальные программные средства.

Лицо, назначившее судебную экспертизу (судья, следователь, дознаватель), обязаны разъяснить эксперту его права и предупредить его об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ (ст. 192, 283 УПК РФ, ст. 79, 80 ГПК РФ, ст. 82 АПК РФ).

Если определение (постановление) о назначении судебной экспертизы поступило по почте в адрес эксперта, не работающего в экспертном учреждении, или в адрес руководителя экспертного учреждения, который сам проводит эту экспертизу, то актом разъяснения прав и предупреждения об уголовной ответственности следует считать дачу ими соответствующей подписки, прилагаемой к делу, а также его отметка о предупреждении об уголовной ответственности, помещаемая во вводной части заключения (п. 5 ч. 1 ст. 204 УПК РФ, п. 4, ч. 1 ст. 96 АПК РФ).

Отказ принять заключение в подобных случаях из-за того, что никто лично не предупреждал судебного эксперта не основателен. К тому же, эксперт, давший заключение, вызванный в судебное заседание, предупреждается судьей лично, о чем экспертом дается подписка в протоколе судебного заседания (п. 7, ч. 2 ст. 153 АПК РФ, ст. 165 ГПК РФ, ст. 282, 195 УПК РФ).

Обязанности и права экспертов

Лицо, назначенное судебным экспертом, обязано:

? явиться по вызову судьи (суда) (следователя, дознавателя);

? заявить самоотвод при наличии оснований;

? принять экспертизу к производству;

? провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное Заключение эксперта по поставленным перед ним вопросам;

? составить мотивированное письменное сообщение о невозможности дать Заключение эксперта и направить данное сообщение в орган или лицу, которые назначили судебную экспертизу, если поставленные вопросы выходят за пределы специальных знаний эксперта, объекты исследований и материалы дела непригодны или недостаточны для проведения исследований и дачи Заключения и эксперту отказано в их дополнении, современный уровень развития науки не позволяет ответить на поставленные вопросы;

? не разглашать сведения, которые стали ему известны в связи с производством судебной экспертизы, в том числе сведения, которые могут ограничить конституционные права граждан, а также сведения, составляющие государственную, коммерческую или иную охраняемую законом тайну;

? обеспечить сохранность представленных объектов исследований и материалов дела. Эксперту также предписывается исполнять обязанности, предусмотренные соответствующим конкретным процессуальным законодательством.

При производстве судебной экспертизы эксперт не вправе (ст. 57 УПК РФ, ст. 85 ГПК РФ, ст. 55 АПКРФ).

? вступать в личные контакты с участниками процесса, если это ставит под сомнение его незаинтересованность в исходе дела;

? самостоятельно собирать материалы дела о предмете экспертизы для производства судебной экспертизы;

? сообщать кому-либо о результатах судебной экспертизы, за исключением органа или лица, ее назначивших;

? уничтожать объекты исследований либо существенно изменять их свойства без разрешения органа или лица, назначивших судебную экспертизу.

Эксперт не вправе также отказаться от производства порученной ему судебной экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны, на которую судом возложена обязанность по оплате расходов, связанных с производством судебной экспертизы, осуществить оплату назначенной экспертизы до ее проведения.

Эксперт имеет право:

? задавать в судебном заседании вопросы лицам, участвующим в деле и свидетелям (ч. 1,3 ст. 85 ГПК РФ);

? знакомиться с материалами дела, относящими к предмету экспертизы (необходимыми для ее производства);

? ходатайствовать о предоставлении дополнительных материалов, относящихся к предмету экспертизы;

? ходатайствовать перед судом или лицом, назначившим экспертизу, о привлечении к производству судебной экспертизы других экспертов, если это необходимо для проведения исследований и дачи заключения;

? участвовать с разрешения дознавателя, следователя, суда в процессуальных действиях и задавать вопросы, относящиеся к предмету судебной экспертизы (ст. 57 УПК РФ);

? с разрешения арбитражного суда участвовать в судебных заседаниях, задавать вопросы лицам, участвующим в деле и свидетелям (ч. 3 ст. 55 АПК РФ);

? обжаловать действия (бездействие) и решения дознавателя, следователя, прокурора и суда, ограничивающие его права;

? делать подлежащие занесению в протокол следственного действия или судебного заседания заявления по поводу неправильного истолкования участниками процесса его Заключения или показаний;

? обжаловать в установленном законом порядке действия органа или лица, назначившего судебную экспертизу, если они нарушают права эксперта.

На основании проведенных исследований с учетом их результатов эксперт от своего имени или комиссия экспертов дают письменное Заключение эксперта и подписывают его. Подписи эксперта или комиссии экспертов удостоверяются печатью организации.

Заключение эксперта

Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

В Заключении эксперта или комиссии экспертов должны быть отражены:

? время и место производства судебной экспертизы;

? основания производства судебной экспертизы;

? сведения об органе или о лицах, назначивших судебную экспертизу;

? сведения об эксперте, а именно: фамилия, имя, отчество, образование, специальность, стаж работы, ученая степень и ученое звание, занимаемая должность;

? предупреждение эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об ответственности за дачу заведомо ложного заключения, оформление им соответствующей подписки и направление ее вместе с заключением эксперта в орган или лицу, которые назначили судебную экспертизу;

? вопросы, поставленные перед экспертом или комиссией экспертов;

? объекты исследований и материалы дела, представленные эксперту для производства судебной экспертизы;

? сведения об участниках процесса, присутствовавших при производстве судебной экспертизы;

? содержание и результаты исследований с указанием примененных методов;

? оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам.

Если эксперт при проведении экспертизы установит обстоятельства, имеющие значение для дела, и по поводу этих обстоятельств ему не были поставлены вопросы в определении суда, то ему рекомендуется включить выводы об этих обстоятельствах в свое Заключение эксперта. То есть в заключении не только вопрос и ответ, но и изложение существенных обстоятельств, определивших характер заключения. Например: на рынке недвижимости Краснодара наблюдается стагнация. На торгах фонда имущества продан аналогичный объект.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой