Компенсация морального вреда

Тип работы:
Дипломная
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость новой

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Содержание

  • Введение
  • 1. Общие положения о моральном вреде
  • 1.1 Понятие морального вреда
  • 1.2 Субъекты права на компенсацию морального вреда
  • 1.3 Случаи компенсации морального вреда
  • 1.3.1 Нарушение права на жизнь и здоровье
  • 1.3.2 Нарушение права на честь, достоинство и деловую репутацию
  • 1.3.3 Нарушение прав потребителей
  • 2. Основания наступления ответственности за причинение морального вреда и критерии определения размера его компенсации
  • 2.1 Общие условия гражданско-правовой ответственности за причинение морального вреда
  • 2.1.1 Наличие морального вреда
  • 2.1.2 Неправомерное действие, нарушающее неимущественные права и нематериальные блага личности
  • 2.1.3 Причинная связь между неправомерным действием и моральным вредом
  • 2.1.4 Вина причинителя вреда
  • 2.2 Компенсация морального вреда независимо от вины причинителя вреда
  • 2.3 Критерии определения размера компенсации морального вреда
  • Заключение
  • Список использованной литературы

Введение

Жизнь современного человека устроена таким образом, что очень часто ему приходится претерпевать обиды и лишения как по своей вине, так и по вине окружающих его людей. Врачебная ошибка, влекущая потерю трудоспособности, инвалидность, наступившая в результате проведенной операции; унижение части и достоинства; опорочение деловой репутации, повлекшее разрыв связей с деловыми партнерами, а также целый ряд других правонарушений могут стать причиной нравственных переживаний и физических страданий.

Компенсация морального вреда является одним из способов защиты нарушенных гражданских прав. Она осуществляется в денежной форме, что отнюдь не является эквивалентом утраченного нематериального блага. Она имеет целью сгладить причиненные страдания, поскольку многие из нематериальных благ невозобновимы. Еще в семнадцатом веке выдающийся голландский юрист Гуго Гроций указывал: «…возможно также причинение ущерба чести и доброму имени, например, нанесением ударов, оскорблением, злословием, проклятием. Насмешкой и другими подобными способами. При них не в меньшей мере, чем при воровстве и иных преступлениях, необходимо отличать порочность поступка от его последствий… Ибо первой соответствует наказание, последней — возмещение причиненного вреда путем признания своей вины, оказания знаков уважения, удостоверения невиновности и тому подобными способами. Хотя и деньги при желании потерпевшего тоже могут оплатить такого рода причиненный достоинству ущерб, потому что деньги есть общее мерило полезности вещей…» Эрделевский А. М. Компенсация морального вреда в России и за рубежом. М.: Форум-Инфра — 2007. С. 6.

Институт компенсации морального вреда приобретает в наши дни особое значение. И потому, что раньше категория «морального вреда» была нашим гражданам, в общем-то неизвестной, и потому, что теперь ею стали оперировать довольно часто, не всегда, однако, понимая в чем он заключается.

Не только простые граждане, но иногда и юристы недостаточно хорошо знакомы с тонкостями такого сложного правового института, каковым является компенсация морального вреда. Нередко участники судебного разбирательства имеют очень поверхностное представление о том, что же скрывается под термином «моральный вред», не знают причиненный каким правонарушением моральный вред может быть компенсирован, допускают ошибки в выборе лица, несущего материальную ответственность за причиненные моральные страдания.

Необходимо отметить, что в действующем законодательстве, регулирующем компенсацию морального вреда, акцентируется внимание только лишь на одном условии наступления ответственности за причинение морального вреда — вине причинителя вреда. Что касается других условий — наличия морального вреда; неправомерного действия, нарушающего неимущественные права личности; причинной связи между неправомерным действием и моральным вредом, то они попросту не упоминаются. Бесспорно, что вина причинителя вреда является важным условием наступления ответственности, но все же, без указанных выше условий перечень оснований наступления ответственности за причинение морального вреда не будет полным, что и объясняет причину выбора данной темы дипломной работы.

Работа ставит перед собой задачи по изучению теоретических положений выбранной темы, а также практики применения законодательства.

компенсация моральный вред размер

1. Общие положения о моральном вреде

1.1 Понятие морального вреда

Под вредом понимается повреждение, порча, убыток вещественного или нравственного блага, нарушение прав личности, законное или незаконное (В.И. Даль).

Незаконное причинение вреда возникает в результате правонарушения — общественно опасного вредоносного виновного деяния, противоречащего норме объективного права и поражающего субъективные права (блага) граждан, юридических лиц, интересы государства. Правонарушение отрицательно воздействует на личность потерпевшего (травмирует его психику) и во многих случаях посягает на имущественную сферу. Поэтому оно всегда причиняет нравственный (моральный, психический, словом — нематериальный) и часто имущественный (экономический) вред, влечет за собой юридическую ответственность, имеющую своей целью защиту прав потерпевших, наказание правонарушителя, предупреждение правонарушений. Малеин Н. С. О моральном вреде // Государство и право. -2003. -№ 3. -С. 32

Под вредом в гражданском праве понимаются неблагоприятные изменения в охраняемом законом благе, которое может быть как имущественным. Так и неимущественным. Эрделевский А. М. Моральный вред: соотношение с другими видами вред//Российская юстиция. 2008. № 6. -С. 19.

В Конституции Р Ф и в Гражданском кодексе РФ дан перечень охраняемых законом неимущественных благ, который не является исчерпывающим: жизнь, здоровье, честь, достоинство, доброе имя, свобода, личная неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна; причем в Конституции Р Ф подчеркивается, что этот перечень не должен толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод личности. Согласно п. 2 ст. 150 ГК РФ эти права и блага защищаются в предусмотренных гражданским правом случаях и порядке, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских право (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального блага и характера последствий этого нарушения. Эрделевский А. М. Моральный вред: соотношение с другими видами вреда//Российская юстиция. -2008. -№ 6. -С. 19.

Необходимо отметить, что категория морального вреда появилась в российском законодательстве недавно — с начала 90-х годов. В отечественной судебной практике 20-х годов иногда встречались иски с требованием возмещения морального вреда, однако, такие иски не удовлетворялись. Считалось, что возмещение морального вреда чуждо социалистическому правосознанию и праву, поскольку унижает человеческое достоинство, и к тому же практически невозможно оценить моральный вред в денежном выражении. Юридический словарь. М., Юридическая литература. -1953. -С. 83. Высказывалась и иная точка зрения — о возможности компенсации морального вреда в принципе или в некоторых случаях, например при повреждении здоровья потерпевшего, Малеин Н. С. Возмещение вреда, причиненного личности. М., Юридическая литература. -1965. -С. 13 но это не учитывалось законодателем вплоть до последнего времени.

Доводы, выдвигавшиеся против возмещения морального вреда, не являются убедительными. Действительно, нельзя подвергнуть моральный вред точной денежной оценке. Но ведь целью возмещения морального вреда — является не эквивалентное денежное возмещение, а компенсация, которая могла бы хоть в какой-то мере облегчить положение потерпевшего, сгладить его нравственные страдания.

Если говорить о том, что компенсация морального вреда «чужда» отечественному правосознанию и праву, то это еще раз показывает то, насколько сильно было заидеологизировано наше право и пренебрегались интересы личности. Практика СССР шла по пути предъявления исков о возмещении морального вреда лишь в тех случаях, когда, например, повреждение здоровья или причинение смерти советского гражданина произошли в капиталистической стране и рассматривались судом по законодательству места совершения правонарушения («принцип» приносился в жертву во имя получения валюты). Малеин Н. С. О моральном вреде//Государство и право. -2003. -№ 3. -С. 33

Важно отметить, что сам термин «моральный вред» употреблялся в юридической лексике и ранее, но его характеристика полярно отличалась от нынешней. «Денежное возмещение неимущественного или так называемого морального вреда, — отмечалось в „Юридическом словаре“ 1953 года, — как унижающее достоинство советского человека, согласно действующему законодательству не может иметь места…» и далее, в другой словарной статье: «…денежное возмещение неимущественного вреда, как унижающее человеческое достоинство, советскому праву чуждо. ГК не знает нормы о денежной компенсации за нравственные переживания и т. п., тогда как в гражданском законодательстве многих буржуазных государств такого рода компенсация — обычное явление». Казанцев В. Возмещение морального вреда//Российская юстиция. -2006. -№ 5. -С. 48 И через тридцать лет после издания этого словаря в юридической литературе по-прежнему утверждалась такая же компетенция.

Так, достаточно знающие юристы В. Смирнов и А. Собчак категорически указывали, что моральный вред (причем слово «моральный» бралось ими в кавычки) лишен экономического содержания и не подлежит материальному возмещению (Смирнов В.Т., Собчак А. А. Общее учение о деликтных обязательствах в советском гражданском праве. Л. 1983). Казанцев В. Возмещение морального вреда//Российская юстиция. -2006. -№ 5. -С. 48 Постепенно, однако, и в общественном сознании, и в подходе законодателя к решению этого вопроса произошел перелом. Вначале в специальных нормативных актах, рассчитанных на отдельные случаи, а затем в актах общего кодификационного характера категория морального вреда была узаконена. Гражданское право/Под ред. А. П. Сергеева. Ю. К. Толстого. М.; Проспект. 2008. -С. 323

Согласно ст. 151 ГК РФ под моральным вредом понимаются физические или нравственные страдания, вызванные действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом. Вдовенков В. Широков В. Компенсация морального вреда//Российская юстиция. -2006. -№ 7. -С. 43 Моральный вред затрагивает нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона (жизнь, здоровье, деловая репутация, личная и семейная тайна и др.)

Кроме того, в результате причинения морального вреда могут нарушаться личные неимущественные либо имущественные права гражданина (право на пользование своим именем, право авторства на созданное произведение и т. д.) Научно-практический комментарий к ГК РФ / Под ред. Т. Е. Абовой. А. Ю. Кабанкина. М., БЕК, 2006. -С. 268−269 Термин «страдания» является ключевым в определении морального вреда и говорит о том, что действия причинителя морального вреда обязательно должны проявиться в сознании потерпевшего, вызвать определенную психическую реакцию. При этом вредоносные изменения в охраняемых благах выражаются в сознании в форме ощущений (физические страдания) и представлений (нравственные страдания). Эрделевский А. М. Моральный вред и компенсация за страдания. М., БЕК, -2007. -С. 1

Более подробное понятие морального вреда дал в своем Постановлении Пленум Верховного Суда Р Ф от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» с целью обеспечения правильного и единообразного применения законодательства, регулирующего компенсацию морального вреда, а также полной и быстрой защиты интересов потерпевших.

В нем говорится, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием) посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т. п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и др.)

Пленум Верховного Суда разъяснил также, что моральный вред может заключаться и в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, или иным повреждением здоровья в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Хотя Верховный Суд Р Ф не дал общего определения страданий, из сказанного выше следует, что суд раскрывает содержание одного из видов морального вреда — нравственных страданий. Очевидно, что суд понимает под нравственными страданиями переживания человека. Говоря о том, что моральный вред может заключаться в переживаниях в связи с заболеванием или болью, перенесенной в результате нравственных страданий, Верховный Суд Р Ф, таким образом, допускает возможность компенсации вторичного морального вреда. Эрделевский А. М. Моральный вред: соотношение с другими видами вреда//Российская юстиция. -2008. -№ 6. — С. 19 Примером в данном случае может служить ситуация, когда в связи с распространением сведений, порочащих честь и достоинство гражданина, он испытывает нравственные страдания и, как следствие, переносит инфаркт, сопровождающийся болью, а, следовательно, физическими страданиями.

Рассматривая понятие морального вреда нельзя не сказать о том, что аналог данного института присутствует и в праве зарубежных государств. Во многих из них уже накоплен большой опыт в применении аналогичных правовых институтов. Так, согласно праву Великобритании и всех штатов США, аналогом морального вреда в смысле ст. 151 ГК РФ является «психологический вред» (psychological damage), который определяется как «физические и психические страдания» (physical and mental sufferings), причем под психическими страданиями англо-американская судебная практика понимает негативные эмоциональные реакции (emotinal reactions). Эрделевский А. М. Моральный вред и компенсация за страдания. М., БЕК 2007. С. 2

Вариации определений психического вреда в праве Англии и США многочисленны — «psychjljgical injury» (психический вред), «psychiatric injury» (психиатрический вред), «nervous shock» (нервный шок, нервное потрясение), «ordinary shock» (обыкновенный шок, обыкновенное потрясение). Такое количество терминов отражает не столько различные доктритальные подходы к институту компенсации психического вреда, сколько иное, по сравнению с законодательством РФ, правовое регулирование обязательств из причинения вреда. Эрделевский А. М. Компенсация морального вреда в России и за рубежом. М., Форум-Инфра-М. 2007. С. 11 Для российского законодательства характерен разный подход в регулировании возмещения убытков, причиненных ответчиком ненадлежащим исполнением своих обязательств по договору, и деликтных обязательств, вытекающих из причинения вреда неправомерным действием, но в рамках обязательств из причинения вреда их правовое регулирование является единым и не зависит от вида вины правонарушителя. Англосаксонское право устанавливает существенно разные основания ответственности в зависимости от причинения вреда в форме умысла или неосторожности. Различается также и цель возмещения причиненного вреда — она носит компенсационный характер в случае причинения вреда по неосторожности и штрафной характер в случае умышленного причинения вреда. Российское же законодательство не устанавливает таких различий в основаниях ответственности за причинение психического вреда, а штрафной характер ответственности проявляется в ст. 151, 1101 ГК РФ в указании учитывать степень вины причинителя вреда при определении размера компенсации. Эрделевский А. М. Компенсация морального вреда в России и за рубежом. М., Форум-Инфра-М. 2007. С. 12−13 Аналог российской компенсации морального вреда присутствует также и в законодательстве Германии. Ему посвящен § 847 Германского гражданского уложения, где он носит название «Schmerzengeld», т. е. «денежная компенсация за страдания».

Под нематериальным вредом в Германском праве понимается умаление неимущественных прав и благ, принадлежащих личности. Объектами правовой защиты путем взыскания компенсации за страдания в § 847 Германского гражданского уложения названы тело, здоровье и свобода, т. е. эта норма предусматривает компенсацию за страдания, если они возникли как следствие нарушения телесной неприкосновенности, причинения вреда здоровью или незаконного лишения свободы. Эрделевский А. М. Компенсация морального вреда в России и за рубежом. М., Форум-Инфра-М. 2007. С. 12−13

В Германском гражданском уложении не указаны иные права и блага, нарушение которых порождает право на компенсацию за страдания (в этом проявляется сходство со ст. 150 ГК РФ, где перечень личных неимущественных прав и нематериальных благ также не является исчерпывающим). Но судебная практика, путем толкования ст. 1 и 2 Конституции ФРГ, признала наличие иных правовых благ, за нарушение которых предоставляется правовая защита путем компенсации за страдания. К их числу можно отнести: нарушение тайны переписки и записей конфиденциального характера; разглашение о частной жизни лица; использование имени лица в рекламных целях без его разрешения и др. Эрделевский А. М. Компенсация морального вреда в России и за рубежом. М., Форум-Инфра-М. 2007. С. 14

Таким образом, можно сказать о том, что наличие в российском законодательстве такого института, как «компенсация морального вреда», является существенным шагом вперед. Данный институт имеет схожие черты с аналогичными институтами государств англосаксонской и романо-германской правовых систем, имеющих значительный, по сравнению с Россией, опыт в этой области. Его наличие в ГК РФ дает гражданам еще одну возможность компенсировать причиненный им вред.

1.2 Субъекты права на компенсацию морального вреда

В связи с тем, что компенсация морального вреда является сравнительно новым для нашего законодательства правовым институтом, его несовершенство влечет возникновение теоретических и правоприменительных проблем. И одной из них является субъектный состав лиц, имеющих право требовать защиты нарушенных гражданских прав посредством компенсации морального вреда.

Впервые эта проблема встала в связи с принятием Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик. В пункте 6 ст. 7 Основ устанавливалось, что «Гражданин или юридическое лицо, в отношении которых распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением». Автор данной работы согласен с точкой зрения А. М. Эрделевского в том, что применение понятий «честь» и «достоинство» к юридическому лицу является некорректным, поскольку юридическое лицо — искусственное образование и собственным сознанием оно не наделено. С принятием части первой ГК РФ это несоответствие было устранено, т.к. ст. 152 ГК РФ предусматривает гражданско-правовую защиту только деловой репутации юридического лица. Пунктами 1−6 ст. 152 ГК РФ регулируется защита чести, достоинства и деловой репутации гражданина, а п. 7 ст. 152 ГК РФ гласит о том, что: «Правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица» Значит ли это, что юридическое лицо, равно как и гражданин, вправе требовать компенсации морального вреда?

Из п. 1 ст. 151 ГК РФ следует, что моральный вред — это нравственные и физические страдания. Это определение применимо для граждан, но не для юридических лиц, которые не умеют страдать ни физически, ни нравственно. Значит ли это, что моральный вред может возмещаться только физическим лицам?

Авторы брошюры «Защита чести, достоинства и деловой репутации в суде» Е. Ковалев и В. Д. Шевчук считают, что: «Моральный вред — это физические и нравственные страдания, которые юридическое лицо, естественно испытывать не может. Отсюда следует, что юридическое лицо не вправе требовать и возмещения морального вреда». Ковалев Е. А., Шевчук В. Д. Защита чести, достоинства и деловой репутации в суде. Именем закона. М., Юридическая литература. -2003. -С. 30

Пленум Верховного Суда Р Ф в постановлении от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» склонился к тому, что правила о компенсации морального вреда гражданину в связи с распространением сведений, порочащих его деловую репутацию, применяются и при распространении таких сведений в отношении юридического лица. В обоснование этой точки зрения можно сослаться на то, что в п. 7 ст. 152 ГК РФ, предусматривающем защиту деловой репутации юридического лица, сделана отсылка ко всем предшествующим правилам ст. 152, в том числе и к тому, в котором речь идет о возмещении морального вреда. В этот вопрос была бы внесена большая ясность, если бы в последнем из трех случаев, в которых ст. 1100 ГК предусматривает компенсацию морального вреда, так же как и в двух предыдущих, говорилось о гражданине. Но указание на гражданина в этом случае как раз опущено. Сергеев А. П., Толстой Ю. К. Гражданское право. М., Проспект. 2009. С. 9

Комментируя п. 5 Постановления Пленума, заместитель Председателя Верховного Суда России В. Жуйков указал, что приведенное разъяснение дано в связи с тем, что на практике возникли сомнения в возможности возмещения морального вреда юридическому лицу, поскольку оно не может испытывать физических или нравственных страданий (ст.: Жуйков В. М. Возмещение морального вреда. Комментарий российского законодательства. Вып.1.М., 1995 с. 53). Боннер А. Л. Можно ли причинить моральный вред юридическому лицу?//Российская юстиция -2006. -№ 6. -С. 44

Такие сомнения в судебной практике, действительно возникали и возникают, что видно из следующего примера. Боннер А. Л. Можно ли причинить моральный вред юридическому лицу?//Российская юстиция -2006. -№ 6. -С. 44−46 Одна из московских газет опубликовала 9 июня 2003 года корреспонденцию, в которой утверждалось, что из крупнейшего российского музея «пропало сто тысяч экспонатов». Через некоторое время в Савеловский межмуниципальный (районный) народный суд г. Москвы поступило «исковое заявление о защите чести и достоинства музея». А в дополнительном исковом заявлении ставился вопрос о взыскании с редакции газеты ста миллионов рублей «в возмещение морального вреда, причиненного публикацией».

При рассмотрении дела по существу народный суд установил, что в газетной публикации действительно содержался ряд неточностей и бездоказательных утверждений, а потому иск «о защите чести и достоинства музея» судом в основном был удовлетворен. Одновременно народный суд частично (в размере 50 млн. рублей) удовлетворил иск, касавшийся возмещения морального вреда.

Редакция газеты подала кассационную жалобу, в которой ставился вопрос о невозможности взыскания каких-либо сумм в возмещение «морального вреда», причиненного юридическому лицу. В частности, обращалось внимание на, по существу, полное отсутствие какой-либо мотивировки в решении суда как принципиальной возможности компенсации морального вреда, причиненного юридическому лицу, так и обоснования необходимости взыскания с ответчика конкретной суммы.

По данному поводу в судебном решении было записано следующее: «Согласно ст. 7, п. 6 Основ гражданского законодательства Союза СССР и республик, применяемых на территории РФ с 03. 08. 92., гражданин или юридическое лицо, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненного их распространением. При определении размера морального вреда суд принимает во внимание конкретные обстоятельства дела и, в частности, характер распространенных ответчиком сведений и те последствия, которые повлекла публикация статьи, а также степень распространения сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию истца.

Как полагает суд, нравственной обязанностью редакции являлось особо осторожное отношение к распространению подобной информации, которая умаляет не только престиж музея, но и престиж Российской Федерации. С учетом всех указанных обстоятельств суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в возмещение морального вреда 50 млн. рублей".

В заседании судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда судьей-докладчиком представителям истца был поставлен вопрос, в чем конкретно заключались физические и нравственные страдания, понесенные музеем в связи с публикацией в газете. Вразумительного ответа не последовало. Частично отменяя решение народного суда, коллегия указала следующее: «…решение суда в части взыскания морального ущерба в размере 50 млн руб. с редакции в пользу истца подлежит отмене, поскольку противоречит требованиям ст. 7 ГК РСФСР, ст. 62 Закона РСФСР «О средствах массовой информации», которыми предусмотрено возмещение морального вреда, причиненного гражданину в результате распространения средством массовой информации не соответствующих действительности сведений, порочащих его честь и достоинство, а не юридическому лицу.

Судом ошибочно применена норма п. 6 ст.7 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик … поскольку к правоотношениям, возникшим между сторонами по настоящему делу, применяются нормы законодательства Российской Федерации (ст. 7 ГК РФ и ст. 62 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации»).

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Р Ф от 22 декабря 1992 г. «О некоторых вопросах применения Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик на территории Российской Федерации «не применяются положения Основ в части, противоречащей Конституции Р Ф и законодательным актам РФ, принятым после 12 июня 1990 года», а норма, регулировавшая возможность возмещения морального вреда по делам о защите чести и достоинства именно гражданина, была включена в ст. 7 ГК РСФСР в виде ее 7-ой части Законом РСФСР от 21 марта 1991 г., т. е. Законом РСФСР, принятым после 12 июня 1990 г (Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР 1991 № 15 стр. 494). На основании п. 4 ст. 305 ГПК РСФСР комиссия вынесла в указанной части новое решение, которым в иске музею было отказано.

В связи с изложенным можно сказать, что содержащаяся в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда России от 20 декабря 1994 г. ссылка на п. 6 ст.7 Основ гражданского законодательства требует уточнений, поскольку данная норма в соответствии с Постановлениями Верховного Совета Российской Федерации от 14 июля 1992 г. и от 3 марта 2003 г. в период до 3 августа 1992 г. не применяется к обязательствам по возмещению морального вреда, если они возникли в связи с деятельностью средств массовой информации. Это противоречило бы ст. 62 Закона «О средствах массовой информации» от 27 декабря 1991 г. Боннер А. Л. Можно ли причинить моральный вред юридическому лицу?//Российская юстиция. -2006. -№ 6. -С. 46

Таким образом, в российской цивилистике на сегодняшний день сформировалось две диаметрально противоположные точки зрения на проблему субъектного состава круга лиц, имеющих право на компенсацию морального вреда. С одной стороны, из смысла статей ГК РФ и разъяснений, даваемых Пленумом Верховного Суда Р Ф вытекает, что юридическое лицо, в случае распространения порочащих его деловую репутацию сведений, вправе требовать компенсации морального вреда. С другой стороны, доводы противников компенсации морального вреда юридическим лицам, которые руководствуются прежде всего логическим анализом и систематическим толкованием статей 151, 152, 1101 ГК Р Ф Эрделевский А. М. Моральный вред и компенсация за страдания. М., Юридическая литература. -2007 С. 9−10; Он же О компенсации морального вреда юридическим лицам//Хозяйство и право. 2006 № 11. -С. 105−106 представляются для автора данной работе весьма убедительными.

Во-первых, определение морального вреда, даваемое в ст. 151 ГК РФ, предполагает, что «нравственные и физические страдания» могут быть причинены только физическому лицу, поскольку в противном случае следовало бы полагать, что физические и нравственные страдания может претерпевать и юридическое лицо. В свою очередь, для этого наверное необходимо, чтобы оно обладало психикой и было способно испытывать эмоциональные реакции в виде страданий и переживаний, а это допущение уже явно выходит за пределы здравого смысла.

Во-вторых, если считать, что понятие «моральный вред» применительно и к юридическому лицу, и к гражданину не совпадает, то мы столкнемся с явно новой категорией, не предусмотренной законодательством. Нарижний С. В. Компенсация морального вреда в уголовном судопроизводстве России. М., С-Пб: «Издательский дом Герда». -2001 -С. 118

В-третьих, в соответствии с п. 7 ст. 152 ГК РФ сформулированные в ней правила о защите деловой репутации гражданина соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица. В частности, юридическое лицо точно так же как и гражданин, вправе требовать по суду опровержения порочащих его деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. По требованию заинтересованных лиц, например, правопреемника ликвидированного юридического лица, его бывшего собственника либо его наследников, допускается защита деловой репутации юридического лица и после прекращения его существования. Если сведения, порочащие деловую репутацию юридического лица, распространены в печати, то они должны быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации. Так же к защите деловой репутации юридического лица применяются и другие правила, п. п. 2−6 ст. 152 ГК РФ.

Но из смысла ст. ст. 151−152 ГК вытекает следующее исключение: правила, касающиеся компенсации морального вреда, не могут быть применены к защите деловой репутации юридического лица, т.к. это находилось бы в явном противоречии с понятием морального вреда, содержащимся в ч.1 ст. 151 ГК РФ (в ней он определяется как физические и нравственные страдания). А на основании ч.2 ст. 152 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Боннер А. Можно ли причинить моральный вред юридическому лицу?//Российская юстиция. -2006. -№ 6. -С. 46

В-четвертых, с ныне действующим законодательством полностью согласуется разъяснение, содержащееся в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Р Ф от 20 декабря 1994 г. В нем говорится: «При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда. размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных и физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств…» Таким образом, данное разъяснение, допускающее компенсацию морального вреда только гражданину, находится в явном противоречии с п. 5 указанного постановления Пленума Верховного Суда Р Ф. Нарижний С. В. Компенсация морального вреда в уголовном судопроизводстве России. М., С-Пб. Издательский дом Герда 2001. -С. 118. Анализируя приведенные доводы, можно сделать вывод о том, что юридическое лицо вправе требовать только опровержения сведений, порочащих его деловую репутацию и возмещения убытков, причиненных распространением таких сведений.

Автор данной работы полагает, что законодатель поступил несколько необдуманно, включая «как бы заодно» в ст. 152 пункт 7, где говорится, что правила о защите деловой репутации гражданина соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица. Думается, что правильнее всего было бы создать отдельную норму, которая регулировала бы возможность компенсации неимущественного вреда, причиненного деловой репутации юридического лица и это избавило бы правоприменителей от возникающих сложностей.

1.3 Случаи компенсации морального вреда

Под нематериальными благами (в том числе и правами) понимаются лишенные имущественного содержания блага, неразрывно связанные с их обладателем — человеком. Гражданское право/Под ред. С. П. Гримаева. М.: Юристъ. 2009. С. 474−475 Эти права и блага провозглашаются Конституцией Р Ф и перечисляются в ст. 150 ГК РФ — жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места жительства и пребывания, право на имя, право авторства и другие права и блага.

Необходимо иметь ввиду, что приведенный перечень нематериальных благ не является исчерпывающим, и причинение морального вреда в связи с нарушением других нематериальных благ также порождает право на компенсацию морального вреда. Поэтому целесообразно будет остановиться лишь на отдельных случаях компенсации неимущественного вреда.

1.3.1 Нарушение права на жизнь и здоровье

Жизнь человека — высшая социальная ценность, которая имеет абсолютное значение. Право на жизнь является одним из основных естественных прав человека. Конституция Р Ф провозглашает человека высшей ценностью и возлагает на государство обязанность признания, соблюдения и защиты его прав и свобод (ст. 2), в том числе и права на жизнь (ст. 20 Конституции Р Ф и ст. 150 ГК РФ), которое занимает главенствующее место среди основных прав и свобод человека и гражданина, неотчуждаемых и принадлежащих каждому от рождения.

Согласно статьи 17 Конституции Р Ф «Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения». Можно предположить, что в данном случае имеется ввиду физическое появление человека на свет. Нарижний С. В. Компенсация морального вреда в уголовном судопроизводстве России. М., С-Пб.: Издательский дом Герда, -2001. -С. 55 В настоящее время, как в российском, так и в зарубежном законодательстве сложилась такая ситуация, что законодательного определения понятий жизни и рождения нет, хотя они присутствуют в законодательстве. На сегодняшний день преобладающим в российской правовой доктрине считается подход, согласно которому под моментом рождения человека понимается момент физического отделения организма плода от организма матери и переход его к автономному физиологическому функционированию, начинающемуся с момента первого вздоха ребенка, свидетельствующего о возможности самостоятельного кислородного обмена в его организме. Эрделевский А. М. Моральный вред и компенсация за страдания. М., БЕК, -2007. -С. 72

Более четко определен в современном законодательстве второй предел физического существования человека. А именно, однозначное определение момента смерти содержится в Законе Р Ф «О трансплантации органов и (или) тканей человека» от 22 декабря 1992 года. В статье 9 этого закона говорится о том, что наступление смерти определяется на основе констатации необратимой гибели всего головного мозга (смерть мозга), установленной в соответствии с процедурой, утвержденной Министерством здравоохранения РФ.

Особое значение для человека имеет и конституционное право на охрану здоровья (ст. 41 Конституции РФ). Право на здоровье непосредственно связано с правом на жизнь и зафиксировано в статье 150 ГК РФ как неимущественное право, принадлежащее гражданину от рождения, неотчуждаемое и непередаваемое иным способом.

Здоровье — правильная, нормальная деятельность организма, его полное физическое и психическое благополучие (С.И. Ожегов. Толковый словарь русского языка. М., 1997 с. 227). Всемирная организация здравоохранения определяет здоровье аналогично.

В связи с этим можно сказать, что посягательством на здоровье являются не только действия. Нарушающие анатомическую целостность человека, но и деяния, нарушающие социальное и психическое благополучие человека.

На сегодняшний день иски о компенсации морального вреда в связи с и нарушением права граждан на жизнь и здоровье являются одной из самых распространенных категорий среди всех исков о компенсации морального вреда. Очень показательными в этом отношении являются иски о компенсации морального вреда, причиненного гражданам радиационным загрязнением окружающей природной среды, что особенно актуально в связи с пуском в нашем регионе Ростовской атомной электростанции. В зарубежных странах с развитой системой защиты общественных экологических интересов подобные иски уже не редкость, но в России решение, о котором пойдет речь, стало первым. Васильева М. И., Яковлева О. А. Особенности компенсации морального вреда, причиненного радиационным загрязнением окружающей природной среды (по материалам суд. дела)//Государство и право: 2008 -№ 3. -С. 38−42

Фабула дела такова. В 1992 году в семье Н., проживающей ныне в г. Челябинске, родился ребенок с тяжелыми врожденными пороками развития костной системы. Предположив генетическую обусловленность пороков, а именно: связь их с проживанием двух предшествующих поколений ребенка и по материнской, и по отцовской линиям на территориях, подвергшихся в прошлые годы радиоактивному загрязнению со стороны ПО «Маяк», — родители еще в 1995 г. обратились в суд.

26 февраля1996 г. в суд было подано исковое заявление о возмещении морального вреда (дополнительное), всесторонне обосновывающее понесенные истцом нравственные и физические страдания (психологический шок, связанные с рождением больного ребенка, физическая боль при пользовании протезом; осознание родителями — а в будущем и самим ребенком — его неполноценности и др.), факты проживания всех предков мальчика в первом и втором поколениях на территориях, загрязненных вследствие сбросов радиоактивных отходов в реку Теча и аварии 1957 г., а также причинную связь врожденной патологии с генетическими отклонениями у членов семьи, вызванными в свою очередь общеизвестными фактами радиоактивного загрязнения. К заявлению прилагались результаты генетической экспертизы, проведенной Институтом общей генетики им. Н. И. Вавилова, а также заключение экспертов Института цитологии и генетики Сибирского отделения РАН: выявленные первичные радиационные повреждения генетического аппарата клеток у членов семей Н. в первом поколении и сформировавшиеся состояния повышенной генной нестабильности и иммунной недостаточности у их детей второго поколения привели к рождению в третьем поколении ребенка с врожденными пороками развития верхней и нижней конечностей и явлениями вторичного иммунодефицита. Исследовав материалы дела, суд счел иск подлежащим удовлетворению, но по сумме требований — лишь частично, взыскав с ответчика 50 млн. рублей вместо заявленных 500 млн. рублей.

В кассационной жалобе ответчик просил областной суд отменить решение по ряду оснований. Во-первых, оспаривались представленные заключения о наличии причинной связи как выданные учреждениями, не наделенными законодательством правом установления причинной связи заболеваний, инвалидности и смерти лиц, подвергшихся радиационному воздействию. Таким органом, по мнению ответчика, является Межведомственный экспертный совет. Кроме того, право назначения экспертов предоставлено суду, а не самим заинтересованным лицам. Во-вторых, ответчик ссылается на постановление Пленума Верховного суда РФ от 20 декабря 1994 г., в пункте 6 которого говорится, что если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен, и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы (п. 1 ст. 54 Конституции РФ).

Из смысла же ч.2 п. 6 постановления следует, что моральный вред подлежит компенсации в случае, если противоправные действия ответчика начались до и продолжаются после введения в силу закона, устанавливающего ответственность за причинение морального вреда. По мнению ответчика, ПО «Маяк» прекратило сброс радиоактивных отходов в реку Теча с 1956 г. и нарушений нормативов по охране окружающей среды не допускает.

Истцы в объяснениях на жалобу в порядке ст. 291 ГПК РСФСР уточнили, что вопрос назначения экспертизы является правом, а не обязанностью суда. В соответствии со ст. 78 ГПК РСФСР заключение экспертизы для суда не обязательно и оценивается судом в соответствии со ст. 56 ГПК, как и другие доказательства, по внутреннему убеждению, основанному на беспристрастном, всестороннем и полном рассмотрении доказательств в их совокупности. Таким образом суд оба заключения оценил как письменные доказательства и не нашел оснований сомневаться в их объективности. Кроме того, межведомственный экспертный совет не является органом, уполномоченным решать вопросы о причинах возникновения генетических нарушений (мутаций) в связи с воздействием радиации. Истцы считают, что их случай не охватывается положениями Закона Р Ф «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие аварии в 1957 году на ПО „Маяк“ и сбросов радиоактивных отходов в реку Теча» от 20 мая 2003 г.

Вторая группа возражений истца касается обоснованности применения ст. 89 Закона РСФСР «Об охране окружающей природной среды» от 19 декабря 1991 г. и ст. 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик 1991 г., поставленных под сомнение ответчиком. Суд установил, что деятельность ПО «Маяк» оказала неблагоприятное воздействие на окружающую природную среду, а генетические нарушения у ребенка находятся в прямой причинной связи с неблагоприятным воздействием природной среды (воздействием радиации) на два поколения прямых родственников. В ст. 17 Конституции установлено, что основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. Суд правильно в соответствии с требованиями постановления Пленума Верховного суда РФ «О некоторых вопросах применения судами Конституции Р Ф при осуществлении правосудия» от 31 октября 1995 г. решил вопрос применения законодательства в конкретном деле. Так как федеральный закон по конкретной ситуации отсутствует, суд при рассмотрении дела применил принцип Конституции, в соответствии с которой права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими, они определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием. Решение суда отвечает и требованиям ст. 2 Конституции Р Ф, согласно которой человек и его права являются высшей ценностью. Кроме того, истец заметил, что ст. 54 Конституции Р Ф находится в гл. 2 «Права и свободы человека и гражданина» и потому п. 1 ст. 54, на который ссылается ответчик в своей жалобе, не распространяется на юридическое лицо, каковым является ответчик. Челябинский областной суд, таким образом, оставил решение Озерского городского суда без изменения. При причинении вреда здоровью правом на компенсацию морального вреда пользуется сам потерпевший.

Более сложной является ситуация, когда результатом совершенного преступления явилась смерть человека. В этом случае его близкие, безусловно, испытывают нравственные, а зачастую и физические страдания, будучи лишенными возможности общения с ним, то есть фактически в результате умаления неимущественных благ и прав.

Пленум Верховного Суда Р Ф в своем постановлении № 10 от 20 декабря 1994 г., уже упоминавшемся ранее, разъяснил, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. Но остается неясным, какая степень родства имелась ввиду в данном случае. Неопределенность такого рода позволяет как необоснованно расширять, так и сужать круг родственников, которые могли бы претендовать на компенсацию причиненного им морального вреда. Нарижний С. В. Компенсация морального вреда в уголовном процессе. М., С-Пб Издательский дом Герда, 2001. -С. 60

Автор данной работы поддерживает в этом отношении точку зрения Эрделевского А. М., что к числу лиц, имеющих право претендовать на компенсацию морального вреда можно отнести: супругов, родственников первой и второй линии; усыновителей и усыновленных; фактических воспитателей и воспитанников; лиц, находящихся в фактических брачных отношениях, если они совместно проживали и вели общее хозяйство. Отчим, мачеха, пасынок и падчерица могут быть отнесены к числу лиц, имеющих право на компенсацию морального вреда лишь в случае если они одновременно являлись, соответственно, фактическими воспитателями или воспитанниками потерпевшего, поэтому в состав членов семьи их включать нецелесообразно. Такой подход позволяет предоставить право на компенсацию морального вреда лицам, психическая связь которых с потерпевшим является наиболее тесной, и вместе с тем позволяет избежать необоснованного расширения круга таких лиц.

Так, включение в перечень сожителей обоснованно потому, что психическая связь между такими лицами не менее тесна, чем между супругами; наличие же государственной регистрации брака юридически значило лишь для возникновения правовых последствий брака, предусмотренных законодательством, поэтому для целей компенсации морального вреда, причиненного смертью сожителя, отсутствие государственной регистрации брака должно признаваться юридически безразличным. Эрделевский А. М. Компенсация морального вреда третьим лицам. Переход и зачет права на компенсацию. //Законность. -2008 -№ 2 -С. 18

В данном случае целесообразно возникает вопрос: возможен ли переход права на компенсацию морального вреда по наследству? Право на компенсацию морального вреда как полноценное имущественное право наступает в полном объеме только после вступления в силу решения суда. До обращения в суд с иском о компенсации морального вреда у потерпевшего есть лишь предпосылки для приобретения полноценного имущественного права, но не само имущественное право. Потерпевший вправе обратиться в суд, и тогда приобретение полноценного имущественного права станет неизбежным (исходя из наличия всех необходимых оснований для удовлетворения требования), но он может и не предъявлять иск — в этом случае предпосылки для возникновения имущественного права, которое можно было бы наследовать, так и не приведут к его возникновению. Если лицо не обратилось в суд до момента своей смерти, наследники реализовать это право уже не смогут, так как право на судебную защиту не переходит по наследству. Объекта наследования в этом случае не возникает. Если же потерпевший обратился в суд, совершив, таким образом, все необходимые действия для возникновения полноценного имущественного права, то для целей перехода по наследству возникает количественно неопределенное имущественное право, которое уже может быть включено в наследственную массу. Таким образом, право на компенсацию морального вреда может переходить по наследству с момента предъявления потерпевшим соответствующего иска в судебные органы. В случае заключения причинителем вреда и потерпевшим соглашения о добровольной компенсации морального вреда вытекающее из него имущественное право может переходить по наследству с момента вступления такого соглашения в силу. Эрделевский А. М. Компенсация морального вреда третьим лицам. Переход и зачет права на компенсацию//Законность. -2008 -№ 2. -С. 21

В Германии вопрос о наследовании права на компенсацию морального вреда стоит несколько иначе. До 1990 г. (данная норма отменена Законом от 14 марта 1990 г. — Bundesgesetzblatt 1990 I, s. 478) согласно § 847 I предл.2 Германского гражданского уложения, право на выплату в возмещение нематериального вреда не могло быть передано другому лицу и не переходило по наследству, если иное не было установлено договором или дело еще до момента смерти потерпевшего находилось в судебном производстве. Содержание этой нормы объяснялось сугубо личным характером требования о возмещении нематериального вреда. На деле это приводило к тому, что опекун или иной законный представитель потерпевшего старались успеть до его смерти подать иск о возмещении морального вреда, так как только в этом случае соблюдалось требование закона о необходимости нахождения дела в производстве, и право на выплату могло перейти к родственникам умершего.

С отменой данной нормы право на денежное возмещение нематериального вреда стало наследуемым. Допускается также передача прав требования. В этом случае от потерпевшего не требуется какого-либо волеизъявления в отношении дальнейшей судьбы выплаты. Более того не имеет значения ни сам момент смерти потерпевшего, ни тот факт, контролировал ли он свои действия или нет. Например, 17-летней девушке, которая умерла на месте в результате нанесения 11 ножевых ранений, была назначена компенсация за нематериальный вред в размере 11 тысяч марок, перешедшая по наследству к ее родственникам (LD Heilbonn-Monatsschrift fur Leutshes Recht, 94, 1193). Френкель Э. Б. Возмещение морального вреда по законодательству Германии//Журнал российского права. 2008 № 7. -С. 141

1.3.2 Нарушение права на честь, достоинство и деловую репутацию

В соответствии с Конституцией Р Ф достоинство личности охраняется государством и ничто не может быть основанием для его умаления (ст. 21 Конституции РФ), а также каждый имеет право на защиту своей чести (ст. 23 Конституции РФ).

Право на честь, достоинство и деловую репутацию — это право на самооценку и социально значимую оценку моральных, деловых и иных черт и свойств гражданина или юридического лица (организации), от которых зависит их положение в обществе. Существует объективная и субъективная оценка этих качеств, и каждая из них имеет право на существование, если она основывается на фактах, соответствующих действительности. Гражданское право/Под ред. А. П. Сергеева Ю.К. Толстого. М.: Проспект. 2008. С. 317

Показать Свернуть
Заполнить форму текущей работой