Исторические формы общности людей

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Социология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Оглавление

  • Введение
  • Глава 1. Изучение особенностей формирования исторических форм общностей людей
  • Глава 2. Основные исторические формы общности людей
  • Заключение
  • Список использованной литературы

Введение

Социальная структура общества предполагает рассмотрение общества как целостной системы, имеющей внутреннюю дифференциацию, причем различные части этой системы находятся в тесной взаимосвязи между собой.

Вопросам изучения социальной структуры общества уделяли большое внимание ученые разных времен и поколений. Анализируя накопленный опыт можно выделить четыре измерения социальной структуры.

Первое, наиболее изученное, измерение социальной структуры — то, которое было в центре интереса Э. Дюркгейма и представителей классической школы функционалистов. Это нормативное измерение: сеть характерных для общности норм, ценностей и институтов. В этом контексте рассматриваются внешние, объективизированные, принудительные для всех членов общества социальные факты и коллективные представления, которые можно истолковывать как реальные, конкретные действия людей.

Второе, идеальное измерение, изучали феноменологи, начиная от М. Шеллера до А. Шюца. В разрезе этого измерения рассматривалась связанная с коллективом и распространенная в нем совокупность идей, убеждений, взглядов, образов. В отличие от норм и ценностей, они не обладают принудительной силой, но являются категорическими, устанавливающими. Убеждения и взгляды, независимо от истинности создают специфический для данного общества мыслительный горизонт, влияющий на совершаемые людьми действия.

Третье измерение анализировал Г. Зиммель и сторонники теории обмена (социального бихевиоризма). Здесь происходит осмысление интеракционного измерения — связанных с данной общностью и типичных для нее взаимно ориентированных действий. Интеракционная структура определяет то, с кем и относительно кого члены общества предпримут действия.

Четвертое, оказалось в центре исследований К. Маркса и М. Вебера и исследователей классов, социального расслоения и власти. Суть такого измерения состоит в том, что оно неизбежно порождает иерархические неравенства между людьми, из-за чего и возникают социальные конфликты.

Помимо измерений, необходимо рассмотреть концепции социальной структуры. К ним относится большинство ведущих социологических концепций, за исключением «гуманистического направления», представители которого делают упор на изучение сознания человека, методов понимания и интерпретации действий других людей. В противоположность этому направлению концепции социальной структуры носят антипсихологический, объективистский характер, стремятся объяснить поведение индивида или группы с точки зрения их места в социальной структуре. С этим же связана и другая особенность — признание детерминирующей роли социальной структуры по отношению к составляющим ее элементам. Для современной концепции характерно также понимание структуры не как застывшей конфигурации, а как динамичного целого, обладающего эмерджментным характером, т. е. порождением закономерностей системы взаимодействием составляющих ее элементов.

Глава 1. Изучение особенностей формирования исторических форм общностей людей

В начале ХХ века немецкий философ Освальд Шпенглер (1880−1936) разработал свой вариант философии истории, основные положения которого были изложены в книге «Закат Европы». Философ утверждал, что бессмысленно говорить о человечестве в целом, надо изучать отдельные, глубоко отличные друг от друга индивидуальные культуры. Общество и его история — это не поступательный и прогрессивный процесс, а история сосуществования и чередования народов и их культур.

Культура каждого народа не похожа на другие, культурно-исторический тип уникален, неповторим и замкнут в себе. Культуры в трактовке Шпенглера — это своего рода живые организмы. Они зарождаются, расцветают и гибнут. В существовании народов можно выделить две стадии — зарождения и расцвета, когда создаются все великие достижения народа в сфере духа (эту стадию философ и обозначал собственно термином «культура»), и упадка и гибели, когда происходит лишь деятельность в сфере техники и организации на базе достижений первой стадии (ее философ называл стадией «цивилизации»). В цивилизации происходит как бы окостенение органической жизни культуры. На этой стадии не может возникнуть ничего принципиально нового, процесс развития сменяется застоем, который заканчивается гибелью. См. Шпенглер О. Закат Европы. — М. 1993

Таким образом, жизнь народа отождествляется с жизнью биологического организма, а история общества представляет собой своего рода круговое, циклическое движение. При этом Шпенглер при характеристике культуры народа главное значение придавал специфике ее души. Он писал: «Культура рождается в тот миг, когда из прадушевного состояния вечно-младенческого человечества пробуждается и отслаивается великая душа… Она расцветает на почве строго отмежеванного ландшафта, к которому она остается привязанной чисто вегетативно. Культура умирает, когда эта душа осуществила уже полную сумму своих возможностей в виде народов, языков, вероучений, искусств, государств, наук и таким образом снова возвратилась в прадушевную стихию… Каждая культура обнаруживает глубоко символическую и почти мистическую связь с протяженностью, с пространством, в котором и через которое она ищет самоосуществления. Как только цель достигнута и идея, вся полнота внутренних возможностей, завершена и осуществлена вовне, культура внезапно коченеет, отмирает, ее кровь свертывается, силы надламываются — она становится цивилизацией» Шпенглер О. Закат Европы. — М. 1993., стр. 264. Согласно Шпенглеру, история человечества включает в себя восемь великих культур (и, соответственно, цивилизаций): египетскую, вавилонскую, индийскую, китайскую, мексиканскую (майя), греко-римскую, византийско-арабскую и европейскую. Последнюю философ характеризовал как находящуюся в стадии цивилизации, т. е. упадка и грядущей гибели.

В концепции английского историка и социолога Арнольда Тойнби (1889−1975) выделяется уже двадцать одна цивилизация, образующие всемирную историю. Совокупность цивилизаций не может быть выстроена в единый ряд, ведущий к современному состоянию, поэтому, по мнению мыслителя, стеблевидную схему истории надо заменить на древовидную, в которой цивилизации уподоблены многочисленным ветвям большого дерева.

Характеризуя цивилизации как «динамические образования эволюционного типа», Тойнби так же, как и Шпенглер, выделяет следующие основные фазы их существования: возникновение, рост, надлом, упадок и разложение. Первые две фазы связаны с «жизненным порывом», а две последние обусловлены «истощением жизненных сил». Согласно Тойнби, цивилизации возникают как ответ на различные вызовы природной и социальной среды. Поскольку общество трактуется в основном как совокупность отношений между индивидами, а не социальными группами, постольку именно благодаря порывам гениев и творческих меньшинств цивилизация и может давать ответ на вызовы среды. Эти творческие личности воплощают в себе закон Бога-спасителя, и только их деятельность может спасти, сохранить цивилизацию.

Основанием для различения цивилизаций у философа служит религиозный признак. Уникальность каждой цивилизации обусловлена своеобразием ее ответов на вызов истории. Замкнутость и обособленность цивилизаций не исключают их духовного взаимодействия, и смысл всемирной истории Тойнби видит в религиозной эволюции и духовном совершенствовании человечества.

В советском обществознании цивилизационное видение истории игнорировалось, и только в последнее время цивилизационная концепция начала активно разрабатываться. Можно использовать следующую формулировку: «Цивилизация есть собственно социальная организация общества, характеризующаяся всеобщей связью индивидов и первичных общностей в целях воспроизводства и приумножения общественного богатства» Чебоксаров Н. Н. Проблемы типологии этнических общностей в трудах советских ученых, — Советская этнография, 1967, № 4..

В этом определении фиксируется качественное своеобразие цивилизации как сложившегося, достаточно развитого общественного устройства. На этапе цивилизации социологические законы сформировались и стали проявляться в наиболее полном, развернутом виде, развитие общественного производства обусловило переход от родовых и узколокальных связей между людьми к функциональным и более широким территориальным связям в рамках государства, а также привело к созданию общезначимых материальных и духовных ценностей.

Классификация (или типологизация) этнических общностей — одна из наиболее важных в методологическом отношении проблем этнографической науки, основным объектом изучения которой именно эти общности являются. Установление соотношения между многочисленными и очень разнообразными, существовавшими в прошлом и существующими ныне этническими общностями, или, проще говоря, народами (в этнографическом смысле этого слова), группировка общностей, сходных по тем или иным признакам, и отделение классификационных групп друг от друга — все это не только упорядочивает и закрепляет уже накопленные научные результаты, но является одним из основных путей дальнейшего познания существа этнических процессов и закономерностей их развития во времени и в пространстве. В ряде случаев при выборе системы классификации приходится учитывать не только ее теоретическое, но и практическое значение.

Общественные явления и процессы отличаются большой сложностью, и не удивительно, что в гуманитарных науках научная разработка классификационных систем развернулась позже, чем в естественных науках, охватила лишь часть объектов гуманитарных наук и в настоящее время еще не окончена. Решение проблемы классификации этнических общностей усложнялось тем, что оно, кроме этнографии, затрагивало также философию, социологию и ряд других наук, а потому шло довольно медленно. Классификация эта, как будет показано далее, может идти по нескольким направлениям. Главным среди них представляется исторически-стадиальный подход, нацеленный на выявление основных этапов развития этнических общностей в ходе истории. Однако такой диахронный подход никак не исключает синхронного, тем более что некоторые важные признаки этнической общности, прежде всего культура, с трудом поддаются историческому ранжированию. Необходимость сочетания этих двух подходов особенно ощущается применительно к этнической ситуации в развивающихся странах, где некоторые исторические стадии оказались сдвинутыми, а их признаки нечеткими или смешанными.

Многообразие систем классификации этнических общностей затрудняет их исторический обзор. Касаясь пока лишь стадиального и непосредственно связанного с ним подходов, отметим, что в 20−30-х годах, насколько можно судить по имеющейся литературе, в качестве основных типов этнических общностей фигурировали «племя» и «нация». В 1941 г. И. В. Арский попытался ввести в науку понятие «национальности» как вида этнической общности, характерного для начального периода формирования наций, но это его предложение не было поддержано. В конце 40-х годов сложилась, а затем закрепилась практика вести типологизацию этнических, или — как их тогда называли — «исторических» общностей с учетом общественно-экономических формаций; для обозначения типичных общностей первобытнообщинной формации применялся термин «племя», для общностей рабовладельческой и феодальной формаций — термин «народность», для общностей капиталистической и социалистической формаций — термин «нация». Каждому из выделенных типов этнических общностей приписывались особые виды внутренних связей: племени — «кровнородственные», народности — «территориальные», нации — «экономические». В качестве своего рода подтипов выделялись рабовладельческая, феодальная, капиталистическая и социалистическая народности, капиталистическая и социалистическая нации.

Попытка несколько отступить от принятой типологии была сделана в 1964 г. С. А. Токаревым, который пришел К выводу, что рабовладельческой формации свойствен особый тип этнической общности, по своей социальной структуре резко отличающийся от феодальной; для обозначения выделенных им типов этнических общностей рабовладельческой и феодальной формации он предложил названия соответственно — «демос» и «народность». Это предложение по некоторым причинам не получило широкой поддержки. В ходе развернувшейся в середине 1960-х годов дискуссии вокруг определения понятия нации, ведшейся главным образом на страницах журнала «Вопросы истории», классификационным вопросам, к сожалению, почти не уделялось внимания; заметим, что это, несомненно, ослабило результаты всей дискуссии, так как познать полностью сущность нации без всестороннего сопоставления ее с другими родственными и неродственными ей общностями вряд ли возможно.

Несколько плодотворнее в этом отношении была начатая немного позже дискуссия о понятии этнической общности. В ходе ее были отчасти подвергнуты критическому анализу существующие принципы типологизации этнических общностей и внесены новые предложения. Н. Н. Чебоксаров высказал предположение, что основным типом этнической общности для первобытнообщинной формации следует считать не племя, а союз племен. Ю. В. Бромлеем было предложено выделять «этникосы» и «этносоциальные организмы»; под первыми понимаются все, в том числе и территориально рассредоточенные этнические общности, под вторыми — относительно компактные общности, объединенные в «социально-потестарном» отношении См.: Бромлей Ю. В. Этнос и этносоциальные организмы. — Вестник Академии наук СССР, 197'0, № 8; он, же. К характеристике понятия «этнос». — В кн.: Расы и народы. М.: Наука, 1971, вып. 1.

В конце 1972 г. появилась статья Ю. В. Бромлея, посвященная целиком вопросам типологизации этнических общностей и предлагающая новые пути их решения6. Кроме уже упомянутого выделения «этникосов» и «ЭСО», автор ввел разграничение по «уровням этнической иерархии», предложив понятия: а)"основные этнические подразделения", или «этносы», — совокупности людей, обладающих наибольшей интенсивностью этнических свойств; б)"элементарные этнические единицы", или «микроэтничеокие единицы», — те наименьшие составные части основного этнического подразделения, которые представляют предел делимости последнего; в) «макроэтнические единицы» — этнические общности, охватывающие несколько основных подразделений". Соединение этих принципов с бытующей стадиальной типологизацией этнических общностей было представлено в виде оригинальной таблицы. Табличная форма классификации при всей ее наглядности несколько огрубляет сущность явлений, и видимо потому в своих последующих работах автор уже не использовал ее, сохранив, однако, положенный в ее основу структурно-стадиальный подход к проблеме и основные связанные с ним выводы Ю. В. Бромлей. Этнос и этнография. М.: Наука, 1973, с. 125−152..

Из числа других появившихся в последнее время работ ученых, имеющих отношение к проблеме классификации этнических общностей, следует отметить статьи С. А. Арутюнова и Н. Н. Чебоксарова о применении признака «плотности информации», а также С. И. Брука и Н. Н. Чебоксарова о надэтнических или метаэтнических общностях, к числу которых относятся лингвистические, культурно-хозяйственные, конфессиональные, политические и некоторые другие объединения этносов. Отметим также, что в зарубежной науке из-за общей слабой разработанности там теории этнических общностей проблемы классификации этих общностей в полном объеме не ставятся и обычно затрагиваются лишь попутно.

Исходной базой классификации этносов или этнических общностей должно быть, несомненно, понятие этнической общности, отделяющее ее от других социальных образований; авторы, игнорирующие такую базу, получают большую свободу для классификационных манипуляций, однако научная ценность их построений сразу же оказывается проблематичной. Разработка понятия этноса, или этнической общности, еще не вполне завершена, но основные стороны его уже достаточно установлены. Этническую общность можно определить как особую исторически возникшую форму социальной группировки людей. Основными условиями ее возникновения является общность территории и языка, обычно выступающих затем и в качестве признаков этнической общности. Нередко, например при сложении наций Америки, общность языка достигалась в ходе развития хозяйственных, культурных и других связей между разноязычными компонентами, т. е. представляет собой не столько предпосылку, сколько результат этногенеза.

В качестве дополнительных условий или факторов сложения этнических общностей может выступать общность религии, а также близость компонентов этноса в расовом отношении или образование значительных переходных групп между резко различными в расовом отношении компонентами, как произошло, например, при формировании бразильцев, кубинцев и других латиноамериканских наций.

В ходе этногенеза под влиянием различных факторов, в том числе особенностей природных условий этнической территории, складываются характерные для этнической общности черты материальной и духовной культуры, быта, групповых психологических характеристик; наряду с этим вырабатывается этническое самосознание, появляется основное общее самоназвание — этноним; все эти элементы этнической общности могут быть также использованы в качестве ее признаков. Сформировавшаяся этническая общность выступает как социальный организм, самовоспроизводящийся путем преимущественно этнически однородных браков и передачи новому поколению языка, культуры, традиций, этнической ориентации и т. д.; для более устойчивого своего существования она стремится к созданию своей социально-территориальной организации.

С течением времени отдельные части сформировавшейся этнической общности могут разобщиться территориально, члены ее, переселившись в другие природные, социально-экономические и политические условия, могут изменить многие стороны культуры и быта, перейти на язык другой этнической общности, однако пока у них сохраняется этническое самосознание, представление об общности происхождения, специфические рудименты культуры и традиций и т. п., они считаются принадлежащими к прежней этнической общности Козлов В. И. Динамика численности народов М.: Наука, 1969, гл. 1, 3..

В основу классификации этнических общностей могут быть положены почти все элементы этнической общности — язык, территория, культура и др., а также ее так называемые параметры — численность, половозрастной состав, и т. д. Почти каждый из таких классификационных признаков может выступать в синтезирующей и в аналитической роли, отражать в той или иной степени диахронный и синхронный подход.

Начиная с классификации этносов по языку, отметим, что среди нескольких применяемых лингвистами классификаций языков для этнических целей наиболее подходит генеалогический принцип, по которому родственные по своему историческому происхождению языки объединяются в языковые группы и семьи. Такая классификация, применяемая, например, для группировки народов на этнических картах, имеет ряд достоинств. Главное из них состоит в объективности и этнической важности языкового признака; кроме того, в большинстве случаев языковое родство народов указывает на близость их происхождения, на сходство их культуры и т. д. Впрочем, нередко языковая близость не совпадает с этнокультурной; так, венгры, объединенные в одну-угорскую, группу языков с обитающими в долине Оби хантами и манси, резко отличаются от них по культуре да и по антропологическим признакам, приближаясь в этом отношении к своим европейским соседям — австрийцам, румынам и др. В свою очередь, австрийцы имеют мало общего с объединенными с ними в одной германской группе англоавстралийцами или либерийцами, а румыны — с говорящими на языках романской группы народами Южной Америки. Будучи обращенной в прошлые лингвистические связи, эта классификация не вполне учитывает языковую эволюцию; так, ирландцы до сих пор включаются в кельтскую группу, хотя подавляющее большинство их уже давно полностью перешло на английский язык.

Особо подчеркнем, что само соединение народов в лингвистические группы, даже после прибавления приставки «этно», еще не приводит к превращению таких групп в этнические подразделения. Этническую общность не образуют даже народы, говорящие на одном и том же языке; тем более ее не образуют народы, говорящие на различных языках. Выдвигавшиеся в прошлом в политических целях лозунги «пангерманизма», «пантюркизма», «панславизма» и т. п. не имели под собой, как известно, реального этнического объединения народов.

Кроме рассмотренной классификации этнических общностей по языку, могут быть применены и такие, в которых язык выступает не в синтезированном лингвистами виде, а в своих реально бытующих среди частей этнической общности вариациях. При таком подходе можно выделить монолитные в языковом отношении народы и — отдельно — народы с сильными языково-диалектными различиями; могут быть выделены народы моноязычные, а также народы, внутри которых широко распространено двуязычие, и народы, в значительной степени перешедшие на язык соседнего, более крупного этноса (например, уэльсцы — на английский язык, фриулы — на итальянский язык и др.) и т. д.

Достаточно объективным классификационным признаком является и территория. В обобщающих этнографических очерках и на учебных картах народов наиболее часто применяется объединение народов по крупным географическим и историко-географическим областям, например «народы Поволжья», «народы Кавказа», «народы Южной Азии» и т. п. Такая группировка этнических общностей отражает не только сходство природных условий их жизни, но часто и близость их исторических судеб, значительное сходство в типе хозяйства и в культурно-бытовой сфере (особенно в материальной культуре). Следует учесть, однако, что территориальный принцип группировки народов, обычно подчеркивающий особенности их современного размещения, как и языковый, указывающий на более или менее давние связи, может иногда создать превратное представление об их этнической близости; достаточно показательны в этом отношении африканеры (буры), которые в географическом отношении принадлежат к «народам Южной Африки», резко отличаясь в языково-культурном и антропологическом отношении от коренных бантуязычных этносов. Такие недостатки территориальной и языковой классификации существенно нивелируются при их параллельном применении.

В последнее время, главным образом в связи с исследованием этнических процессов, стала разрабатываться классификация народов по видам их этнических территорий и особенностям расселения. Компактность территории и сравнительная плотность заселения ее одним и тем же народом, подобно языковой монолитности, во многом способствует его этнической целостности. Редкое расселение (например, при кочевом скотоводстве или охотничьем типе хозяйства) тормозит процесс укрепления этнических связей и национальную консолидацию; утрата целостности этнической территории, смешение с другими этническими общностями и особенно полный территориальный отрыв групп людей от основного этнического ядра, превращение их в этнические меньшинства, подобно двуязычию и перемене языка (с которыми эти процессы часто сопрягаются), почти неизбежно приводит со временем к этнической ассимиляции этих групп. На этих принципах сравнительно легко построить типологический ряд с той или иной степенью детальности.

Классификация этнических общностей по признаку культуры, очевидно, из-за разносторонности и некоторой неопределенности понятия «культуры» до сих пор почти не разработана; применявшееся в прошлом деление народов мира на «цивилизованных» и «дикарей» и подобные им ошибочные или неточные группировки, конечно, в счет не идут. Вряд ли можно уложить в какой-то классификационный ряд и развитие культуры в ходе исторического процесса; к тому же в этом случае культура уже очень сильно отрывается от этноса. Более объективный вид имела группировка этнических общностей по отдельным элементам их культуры, например «письменные» и «бесписьменные» народы, «промышленные» и «аграрные» общества и т. д. Сильное — особенно в прошлом — влияние, оказываемое религией на духовную культуру и быт людей, позволило в ряде случаев довольно успешно применять группировку этнических общностей по признаку религиозной принадлежности Брук С. И., Чебоксаров Н. Н. Метаэтнические общности, с 23 — 24. Заметим, однако, что в этом случае некоторые этносы делятся на части. Последнее, впрочем, относится не только к религии, но и к материальной и духовной традиционной культуре, не всегда совпадающей с этносом. В литературе отмечены многочисленные случаи сильной дифференциации элементов и даже комплексов материальной культуры внутри одного и того же народа, особенно внутри крупных наций, части которых обитают в различных природных условиях, и, напротив, — сильное сходство их у различных, чаще всего соседних народов. При описании многих народов мира обычно отмечается наличие внутри них особых этнографических групп, отличающихся своеобразными элементами материальной и духовной культуры, а нередко и самоназваниями. К сожалению, единые принципы выделения таких групп еще не разработаны, и использовать их для целей классификации этносов по степени их внутренней этнографической дробности крайне затруднительно.

В последние десятилетия этнографами разрабатывается и довольно широко применяется понятие «хозяйственно-культурного типа» как исторически сложившихся особенностей хозяйства и культуры, характерных для народов, находящихся примерно на одинаковом уровне социально-экономического развития и живущих в сходных естественногеографических условиях. Однако прослеживаемые в этой типологии природно-хозяйственно-культурные связи вполне определенны и более или менее закономерны главным образом для сравнительно ранних этапов развития общества. Кроме того, при применении ее в целях этнической классификации даже небольшие этносы (например, чукчи и коряки, часть которых занимается кочевым оленеводством, а часть — морскими промыслами) оказываются рассеченными; еще более нелегко применять ее для группировки крупных этнических общностей, отличающихся многоукладностью хозяйства и разнообразием культуры. Трудность применения этой типологии для современности обусловлена тем, что еще с развертыванием промышленно-технической революции, исторически совпавшей со становлением капитализма, хозяйственно-культурные типы предыдущих эпох начинают разрушаться, на их месте складываются новые экономико-географические комплексы, связи которых с традиционной культурой очень сложны и не всегда определенны.

При попытках использования для классификации этносов те или иные психологические характеристики, входящие в понятие общности психического склада или национального характера, признаваемого до сих пор некоторыми авторами в качестве обязательного признака этноса (особенно нации), трудности по сравнению с использованием культурных характеристик многократно возрастают. Значительно проще обстоит дело с использованием в классификационных целях вариаций этнического самосознания, частично отражающихся в этнонимах. Могут быть выделены, в частности, этносы с моноэтническим самосознанием и еще не вполне консолидировавшиеся этносы, внутри которых имеются группы: с двойным самосознанием; можно выделить также народы с одним этнонимом и народы, у которых самоназвание не совпадает с названиями, данными ему соседними народами и. т.п.

Среди параметров этнических общностей наиболее объективными и простыми в классификационном отношении являются демографические характеристики, прежде всего численность. Отметим в связи с этим, что численность народа не только характеризует его размеры, но и отражает в какой-то степени его этническую историю. Количество нередко и здесь переходит в качество; формирование и развитие крупных народов обычно значительно отличается от формирования и развития мелких этнических общностей; взаимодействие народов и обусловленное им развитие этнических процессов также во многом определяется численным соотношением контактирующих групп. При исследовании этнических процессов количественные соотношения обычно рассматриваются в тех или иных территориальных рамках. Количественный критерий учитывается не только при выделении так называемых национальных или этнических меньшинств, но и имеет значение для более широкой типологизации; намечается тенденция использовать его, например, для отчленения «наций» как крупных этнических общностей от предшествовавших им в историческом развитии племенных и других образований. Классификация этнических общностей по другим демографическим показателям, например по особенностям возрастного состава на «молодые» и «стареющие» народы, почти не применяется.

Этнические общности являются социальными образованиями, поэтому при классификации их ведущее значение нередко придается политическим и социально-классовым параметрам, прежде всего наличию или отсутствию своей социально-территориальной организации и особенностям социально-классового состава.

Некоторые замечания вызывает и сам термин «этносоциальный организм». Выше уже отмечалось, что любая этническая общность, пока она существует и воспроизводит себя, может именоваться «социальным организмом». Привязка понятия «социального организма» только к потестарным общностям несколько обедняет его содержание. Кроме того, наметившееся типологическое противопоставление «этнического» «этносоциальному» может нарушить сложившееся представление об этносе как о социальном образовании. Более точным и — главное — более отвечающим духу предложения Ю. В. Бромлея был бы, вероятно, термин «этнопотестарный организм».

Таким образом, при классификации этнических общностей могут быть выделены в первом приближении этносы, не имеющие и имеющие свои ЭПО, а внутри имеющих их — собственно ЭПО и части этнической общности, оставшиеся за его рамками

Большая значимость типологии этнических общностей по социально-классовой структуре, обусловленной общественно-экономическими формациями, была отмечена С. А. Токаревым. Вполне логичной в этой связи выглядит и его идея о выделении для рабовладельческой формации особого по социальной структуре типа этнической общности, отличного от общностей феодальной формации, хотя данная им характеристика сущности этих типов этнической общности представляется неточной Козлов В. И. Динамика численности народов, с. 65−66). Не менее логичным, однако, представляется здесь и типологическое отделение этносов капиталистической формации от этносов социалистической (как стадии коммунистической) формации, тем более что специфичная, лишенная эксплуататорских классов социальная структура последних действительно требует этого. Для обозначения выделенных типов этнической общности, видимо, нецелесообразно применять «собственные» термины — «демос», «народность» и т. п.; учитывая формационный принцип их выделения, следует назвать их соответственно: «этнос с первобытнообщинной структурой», «этнос с рабовладельческой структурой» и далее — феодальной, капиталистической и социалистической структурой, или сокращенно — ЭПС, ЭРС, ЭФС, ЭКС, ЭСС.

Основные проблемы, встающие при классификации этнических общностей по социальной структуре, связаны с практическим применением этой классификации. Имеющиеся здесь серьезные трудности обусловлены тем, что в отличие от рассмотренных выше классификаций, в основе каждой из которых обычно лежал лишь один признак, определяя социальную структуру той или иной формации, мы пользуемся особыми комплексами признаков, причем, толкование одних и тех же признаков неоднозначно:

рабочий класс при социализме, например, существенно отличается от рабочего класса (пролетариата) при капитализме. Кроме того, положенные в основу этой типологизации «классические» случаи социально-классовой структуры трудно совмещаются с многообразной исторической действительностью; так, понятие ЭРС как типа этнической общности, характеризующегося наличием класса рабовладельцев и рабов, может оказаться неприменимым и для многих этнических общностей, существовавших в так называемых «восточных деспотиях», где класс рабовладельцев был немногочисленным, а основную массу составляли юридически свободные сельские общинники. Да и в настоящее время ряд развивающихся стран по их социально-экономическим особенностям трудно отнести полностью к капиталистическим или к социалистическим. Поэтому данная типологизация этносов требует разработки и уточнения.

Обращаясь в заключение к анализу бытующей в нашей литературе классификации этнических общностей по их так называемым историческим типам — «племя"-"народность"-"нация», отметим сразу же, что лежащие в основе этого типологического ряда классификационные признаки в целом довольно неопределенны. Имеющиеся попытки уточнить эту типологию, сделать ее более «работоспособной», к сожалению, пока недостаточно удачны.

Выше уже говорилось о важности тех систем классификации этнических общностей, которые отражают историзм их развития. Историческим материализмом установлено, что основные стадии развития человеческого общества составляют пять общественно-исторических формаций. Каждая из этих формаций отличается от других рядом признаков, основные из которых связаны с исторически определенным способом производства. В этом случае возьмем ли мы за основу классификации особенности социальной структуры или другой значимый формационный признак, мы неизбежно получим пять исторических типов этнических общностей, а не три. Какими же реальными обстоятельствами определяется выделение таких «исторических типов», как племя, народность и нация?

Глава 2. Основные исторические формы общности людей

Первой исторической формой общности людей является род — организация первобытного общества, основанная на кровном родстве, коллективном владении средствами производства, общности элементов первобытной культуры, языка, традиций и т. д. Потребность в устойчивом коллективе людей, способных к согласованным действиям, к непрерывному ведению хозяйства была порождена необходимостью развития производительных сил и поддержания существования рода. Первобытному способу производства лучше всего отвечала родовая организация людей. На этой стадии развития общества производственный коллектив мог образоваться лишь на основе естественного родства и род, в отличие от первобытного стада, стал таким устойчивым коллективом. Формой более широкой этнической общности, свойственной первобытнообщинному строю, является племя, которое, как правило, состояло из нескольких родов. Племена основывались также на родовых отношениях, кровнородственных связях людей. Принадлежность человека к племени делала его совладельцем общей собственности и обеспечивала участие в общественной жизни. Поэтому племя обладало теми же признаками, что и род. Каждое племя имело собственное имя, территорию, общность экономической жизни, языка, обычаев, нравов, культовых обрядов. Следует отметить, что родоплеменные отношения имели широкое распространение не только в период развития первобытнообщинного строя. Многие черты, присущие таким отношениям сохранились в той или иной форме и в современную эпоху среди многих народов Азии, Латинской Америки и Африки. Исторический процесс развития производительных сил и производственных отношений привел к разрушению родоплеменных отношений. Разложение первобытного и появление классового общества способствовало появлению новой исторической общности — народности. Народность как общность людей формируется с возникновением частнособственнических отношений. Развитие частной собственности, обмена, торговли разрушило былые родоплеменные связи, породило новое разделение труда и классовое расслоение. Кровнородственный принцип объединения людей уступил место территориальному. Народность складывается из близких по происхождению и языку племен. Известно, например, что немецкая народность сложилась из различных германских племен, польская — из славянских и т. д. Для народности как исторически сложившейся общности людей характерны такие признаки, как общность территории, экономические связи, единый язык и культура и т. д. Возникнув в рабовладельческом и феодальном обществе, народности сохраняются и даже формируются вплоть до наших дней. Но история общества развивается дальше, развитие материального производства приводит к тому, что на смену натуральному хозяйству приходит товарное производство, ликвидируется экономическая раздробленность, укрепляются экономические и культурные связи между народностями. Все это способствовало тому, что в период развития капиталистических отношений появилась новая историческая общность людей — нация для которой наряду с другими признаками (общая территория, язык, нравы, традиции и т. д.), главным является общее экономическое пространство, развитая экономика и культура. Нации образуются из многих или нескольких народностей. Так, хорошо известно, что русская нация сложилась из нескольких славянских народностей. Это же можно сказать о многих нациях, населяющих различные материки и континенты земного шара. Если для родоплеменной общности главным признаком является кровнородственный, для народности — общая территория, то для нации — экономическая жизнь. Именно экономическая жизнь объединяет народности в нации. Итак, нация — это такая историческая общность людей, которая имеет общую территорию, язык, культуру и, главное, общую экономику. Такие исторические общности людей, как народности и нации, играют большую роль в жизни общества, когда они обретают самосознание и сплачиваются во имя определенной цели. При этом важно иметь в виду, что хотя национально-освободительное движение выступает одним из мощных факторов общественного прогресса, но оно не только не отодвигает на задний план борьбу классов, но часто выступает в союзе с ней. То, что национальные проблемы отчетливо обнаружились в нашей стране как в годы перестройки, так и в последнее время объясняется целым рядом причин. Развитие демократизации и гласности позволило в полный голос говорить о тех проблемах и противоречиях, которые существовали давно во взаимоотношениях между определенными нациями и народностями. И хотя долгое время считалось, что в национальном вопросе все давно решено и нет никаких проблем, что между нациями навеки утвердились дружественные отношения, жизнь опровергла эти утверждения.

Заключение

Среди различных концепций выделяют два основных направления: теоретическое и эмпирическое. Представители первого описывают и анализируют социальную структуру, исходя из определенных теоретических допущений о функционировании и развитии общества, сторонники второго направления включают в содержание социальной структуры только наблюдаемые и фиксируемые эмпирическими методами образцы социального взаимодействия.

В сфере теоретической социологии условно можно выделить две основные модели социальной структуры — нормативно-ценностную и категориальную.

Первая представлена структурным функционализмом и примыкающими к нему концепциями. Главной ее особенностью является аналитическое разделение социальной и культурной систем. Социальную структуру образуют различного рода нормативно-ценностные образования — социальные институты, ролевые статусные отношения. Предполагается, что источником изменений социальной структуры выступает система культуры, в которую включаются ценности, значения, верования, символы.

Категориальная модель социальной структуры представлена в настоящее время неомарксизмом и различными версиями технологического детерминизма, которые в качестве компонентов выделяют классы, социальные слои, профессиональное группы. Сторонники неомарксизма подчеркивают обусловленность социальной структуры господствующим способом производства и обращают внимание на противоречия в социальной структуре, тогда как представители концепции технологического детерминизма источником изменения считают технологические инновации и полагают, что технический прогресс способен разрешить все противоречия.

Эмпирические концепции социальной структуры имеют множество вариаций, из которых отчетливо выделяются две основные модели: дистрибутивная и сетевая. Первая представляет социальную структуру в виде систем взаимосвязанных социальных позиций, обладающих различными измеряемыми признаками: профессия, возраст, доход, образование. Вариации поведения индивидов и групп объясняются занимаемой ими социальной позиции. В центре внимания исследователей стоят вопросы социальной мобильности и интегративные аспекты социальной дифференциации. Сетевая модель объясняет поведение индивида и группы различными конфигурациями социальных сетей, в которые они включены. Главными компонентами системы социальных сетей выступают «блоки» и «узлы» связей, отличающиеся интенсивностью и плотностью.

Под социальной структурой общества понимается исторически сложившаяся относительно устойчивая система связей и отношений между элементами общества. В литературе, социальная структура рассматривается с позиций четырех фундаментальных идей: с точки зрения отношения, зависимости, связи между элементами; используя идею регулярности, закономерности, повторяемости, устойчивости; идея глубинного, скрытого, существенного измерения; идея детерминирующего, определяющего, контролирующего влияния в отношении эмпирических явлений.

Помимо этого социальную структуру можно понимать в широком и узком смысле. В широком смысле она включает в себя различные виды структур и представляет собой объективное деление общества по различным, жизненно важным признакам. Наиболее важными разрезами структуры в этом смысле являются социально-классовая, социально-профессиональная, социально-демографическая, этническая, поселенческая. Социальная структура в узком смысле слова — это социально-классовая структура, совокупность классов, социальных слоев и групп, которые находятся в единстве и взаимодействии. В историческом плане социальная структура общества в широком смысле слова появилась значительно раньше, чем социально-классовая. Так, в частности, этнические общности появились задолго до образования классов, в условиях первобытного общества. Эту систему мы и рассмотрим подробнее в данной работе. Социально-классовая структура начала развиваться с появлением классов и государства. Но так или иначе на всем протяжении истории существовала тесная взаимосвязь между различными элементами социальной структуры. Более того, в определенные эпохи различные социальные общности (классы, нации или другие общности людей) начинали играть ведущую роль в исторических событиях. Социальная структура общества носит конкретно-исторический характер. Каждой общественно-экономической формации свойственна своя социальная структура, как в широком, так и в узком смысле слова, в каждой из них те или иные социальные общности играют определяющую роль.

форма общность социальный цивилизация

Список использованной литературы

1. Брук С. И., Чебоксаров Н. Н. Метаэтнические общности, — М.: Наука., 1986.

2. Гачев Г. Национальные образы мира. — М. 1988.

3. Исследования по общей этнографии / Под ред. Ю. В. Бромлея. М., 1979.

4. Козлов В. И. Динамика численности народов М.: Наука, 1969, гл. 1, 3.

5. Поппер К. Открытое общество и его враги. — М. 1992.

6. Современная западная социология. Словарь. — М. 1990.

7. Тойнби А. Постижение истории. — М. 1991

8. Философский энциклопедический словарь. — М. 1983.

9. Чебоксаров Н. Н. Проблемы типологии этнических общностей в трудах советских ученых, — Советская этнография, 1967, № 4.

10. Шпенглер О. Закат Европы. — М. 1993

11. Юнг К. Г. Архетип и символ. — М., 1991.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой