Искусство Московского царства XVI-XVII веков

Тип работы:
Контрольная
Предмет:
Культура и искусство


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

http: ///

Искусство Московского царства XVI—XVII вв.еков

План

  • 1. Иконопись и храмы XVI- начала XVII веков
  • 2. Культовое и гражданское зодчество конца XVII века: стилистические особенности
  • Список использованных источников

1. Иконопись и храмы XVI- начала XVII веков

Шатровый храм Вознесения в селе Коломенском был воздвигнут на высоком холме над Москвой-рекой в XVI веке, в правление Василия III. В своем торжественном величии и устремлении ввысь храм и поныне поражает зрителя своей строгой красотой, монументальностью, обладая при этом определенной символикой своего времени.

У русского царя Василия III, правившего с 1505 по 1533 гг., наследник появился только после его женитьбы на Елене Глинской. Это был его второй брак, от первого брака детей не было. Рождение долгожданного царевича Ивана IV — столь торжественное и значимое событие — стало фактом не столько личным, сколько политическим, утверждавшим систему престолонаследия, принятую в нарождающемся централизованном государстве.

В честь этого события в 1532 году в царском селе Коломенское был построен шатровый храм Вознесения Господня, как символ возвеличивания царской власти, ее единоначалия.

Храм Вознесения был необычен для современников. Вместо пятиглавого, четырехстолпного молельного храма с рядом стоящей колокольней они увидели большой одностолпный шатровый храм равноценный скульптурному памятнику, почти обелиску.

В плане он имел форму равноконечного креста с толстыми стенами (до 3 м), крайне малую полезную площадь (8,5 кв. м при высоте 40 м) и предназначался только для царской семьи. Однако основные принципы древнерусского строительства здесь сохранялись: храм был поставлен на солидный подклет; по традиции на четверик был водружен восьмерик, на который опирался высокий восьмигранный шатер, заканчивающийся барабаном с плоской главкой с крестом. Кроме того, весь храм был окружен галереей -гульбищем, без которого строительство храмов на Руси не считалось законченным.

Отделка храма килевидными закомарами и кокошниками характерна для русских храмов. Главной особенностью шатровых храмов-монументов была их высота. Поэтому их вертикальную устремленность подчеркивали множеством приемов. В храме Вознесения отсутствуют явные горизонтальные членения, произошло слияние отдельных ярусов и самого шатра, вытянута кверху форма арок гульбища, протяженные пилястры (полуколонны) дополнены узкими уступами по всей высоте и т. д.

Основной элемент архитектурной композиции церкви в селе Дьякове, расположенном рядом с Коломенским и бывшем также подмосковной царской усадьбой, составляет восьмигранная башня в центре, увенчанная плоским куполом на высоком, окруженном кокошниками барабане. Группировка пяти отдельных башен по диагоналям плана составляет существенное композиционное новшество плана дьяковской церкви и предвосхищает будущую группировку башен Покровского собора в Москве. Средняя башня дьяковской церкви господствует над четырьмя меньшими, ее окружающими, вследствие чего композиция здания имеет несомненную связь с архитектурной композицией Старицкого собора и традиционным пятиглавием. Благодаря контрастному сопоставлению главной и четырех малых башен достигнуто впечатление большой монументальности. Преобладание средней башни подчеркнуто и тем, что ее широкий и массивный барабан окружен восемью мощными полуцилиндрами.

Внутри здания система перехода от верхних барабанов к стене представляет собой воспроизведение навесных бойниц-машикулей крепостной архитектуры. Формы крепостного зодчества нашли свое отражение и во внешней архитектуре здания, где те же декоративные машикули обрамляют основание центральной главы и полукруглые контрфорсы барабана. Кроме элементов крепостного зодчества, здесь можно видеть также переработку в камне некоторых формы, свойственных деревянному зодчеству. Как и в храме Вознесения в Коломенском, в архитектурном образе дьяковской церкви мы видим смелое нарушение древних традиций культового зодчества, создание новой архитектурной композиции, резко отличающейся от композиции кубических одноглавых и пятиглавых храмов, вызванное стремлением сильнее подчеркнуть мемориальный, т. е. по существу светский характер сооружения. Хотя точная дата постройки церкви неизвестна, есть основание полагать, что храм Иоанна Предтечи в Дъякове построен в ознаменовании принятия в 1547 г. Иваном IV Грозным царского титула. Пышный и торжественный образ храма-памятника вполне соответствует величию исторического события в жизни Русского государства, которое он был призван увековечить.

Памятник русской архитектуры эпохи Ивана Грозного, возведенный в память покорения Казанского ханства.

Архитектурная композиция Покровского собора складывается из девяти самостоятельных церквей, утвержденных на едином основании, предоставлявшем возможность переходить из храма в храм. Каждая церковь получила освящение в связи церковными праздниками, на дни которых приходились важные события Казанского похода. Центральный столпообразный храм, увенчанный шатром, назван в честь Покрова Пресвятой Богородицы (высота 47,9 м). Восемь храмов-приделов, окружающих центральный столп, были освящены в честь Св. Троицы, Входа Господня в Иерусалим, Николы Великорецкого, свв. Киприана и Устиньи, Трех патриархов Александрийских, святителя Григория Армянского, преподобных Варлаама Хутынского и Александра Свирского.

Первоначальная композиция Покровского собора была уникальна для древнерусского зодчества. Наружный объем собора был составлен из четырех больших восьмигранных столпов, ориентированных по сторонам света, четырех квадратных в плане церковок, расположенных между столпами, и центральной башни, перекрытой шатром. Основным композиционным элементом являлся столпообразный храм, прототипом для которого послужила колокольня Ивана Великого в Московском Кремле. В целом здание собора выглядело группой башен, симметрично расставленных вокруг средней, играющей роль центральной оси всей композиции. Композиционная роль западной башни была подчеркнута при помощи направленных к ней лестничных всходов. Этот прием превращал западную часть здания в его переднюю лицевую сторону, выявляя главное значение оси запад-восток, по которой расположены храмы-приделы Входа в Иерусалим, Покрова и Троицы. Целью направленного движения становился восточный Троицкий столп, который, таким образом, принимал на себя роль алтаря всего собора, тогда как западный придел Входа в Иерусалим служил «преддверием» Покровского собора. Восьмигранные храмы-столпы были поставлены прямо на землю, тогда как малые кубические приделы покоились на открытом гульбище, стоящем на арках. Благодаря этому приему создавалось впечатление, будто они парили в воздухе. Перед малыми приделами были образованы более широкие площадки галереи. Широкие части галереи, поставленные на арки, сменялись узкими отрезками, расположенными над компактными частями нижних ярусов столпов. Лестничные марши вели к порталам столпообразных храмов, каждый из которых имел четырехъярусную структуру. Все столпы уменьшались снизу вверх четырьмя небольшими уступами. Нижний ярус был глухой, цокольный. Стены второго яруса были прорезаны дверными проемами, ведущими внутрь приделов. Третий ярус был выделен остроконечными фронтонами, в полях которых размещены крупные окна. Четвертый ярус был образован восьмигранным барабаном под куполом и отделен от третьего яруса зоной декоративных кокошников. Несмотря на обилие декоративных деталей, первоначальный облик собора был строгим. Его стены были расписаны «под кирпич», а главы покрыты белой жестью.

Уже в конце 16 в. первоначальный облик собора претерпел первые изменения. Строгие шлемы церквей-башен были заменены вычурными фигурными главками. В 1588 в северо-восточном углу собора возвели церковь над могилой погребенного там знаменитого московского юродивого Василия Блаженного (название этого придела впоследствии перешло на весь собор). В 1672 симметрично ему построили церковь в честь другого юродивого по прозванию Иоанн Большой Колпак. В 1680-е годы трехпролетная звонница собора приобрела вид обычной для 17 в. шатровой колокольни. Открытое гульбище покрыли сводами, а лестницы и крыльца — рундуками. К 17 в. относится и полихромная раскраска стен собора. Последняя в сильной степени ослабила строгую структуру форм первоначального храма.

В 1918 Покровский собор одним из первых был взят под государственную охрану. В 1920 храм был передан обновленческой церкви. В 1923 он получил статус музея, несмотря на то, что до 1929 в нем еще совершались службы. В 1928 Покровский собор стал одним из филиалов Государственного Исторического музея.

иконопись архитектурный храм зодчество

2. Культовое и гражданское зодчество конца XVII века: стилистические особенности

От 17 столетия сохранилось значительное количество светских построек. Среди них первое место занимают Кремлевские терема (1635 — 1636), выстроенные А. Константиновым, Б. Огурцовым, Т. Шарутиным и Л. Ушаковым. Внутренние помещения теремов, дающие хорошее представление о покоях боярских хором, невелики и уютны. Их стены и своды были некогда покрыты нарядной декоративной росписью, исполненной под руководством Симона Ушакова.

Симон (или Пимен) Фёдорович Ушаков (1626--1686) -- знаменитый московский иконописец. Будучи всего 22-х лет от роду, был принят в царские «жалованные» (то есть получавшие постоянное содержание) мастера Серебряной палаты при Оружейном приказе. Здесь его прямыми обязанностями было делать рисунки для разных предметов церковной утвари и дворцового обихода, преимущественно для золотых, серебряных и эмалированных изделий, расписывать знамёна, сочинять узоры для рукоделий, чертить карты, планы и т. д. Усердно исполняя подобные работы, он писал образа для двора, церквей и частных лиц, причём приобрёл вскоре известность лучшего на Москве иконописца.

Икон, писанных Ушаковым, дошло до нас довольно много, но, к сожалению, большинство их искажено позднейшими записями и реставрациями. Как на сохранившиеся лучше других и особенно любопытные, можно указать на иконы: Благовещения, в которой главное изображение окружено композициями на темы акафиста Пресвятой Богородицы (находится в церкви Грузинской Божьей Матери, в Москве), Владимирской Богоматери с московскими угодниками (там же), св. Феодора Стратилата (у могилы царя Фёдора Алексеевича, в Архангельском соборе), Нерукотворенного Спаса (в соборе Троицко-Сергиевской лавры), Сошествие Св. Духа (там же) и на икону-портрет царей Михаила Фёдоровича и Алексея Михайловича (в Архангельском соборе). Эти произведения, равно как и другие работы У. свидетельствуют, что он был человек весьма развитый по своему времени, художник талантливый, прекрасно владевший всеми средствами тогдашней техники и старавшийся вывести русскую живопись из застоя и рутины, в которых она находилась до его появления.

Оставаясь на почве исконного русско-византийского иконописания, он не относился равнодушно к западному искусству, веяние которого вообще уже сильно распространилось в XVII веке на Руси, писал и древним пошибом, и в новом так называемом «фряжском» стиле, улучшал первый заимствованиями из второго и, вместо рабского повторения одних и тех же типов икон, вместо изображения окоченелых, неестественных фигур, изобретал новые композиции, присматривался к западным образцам и к натуре, стремился сообщать фигурам характерность и движение, хотя достигал всего этого, конечно, лишь настолько, насколько было ему доступно при тогдашней зависимости искусства от церкви и от требований русского быта. В круг занятий У. входило изготовление рисунков для граверов. Д. Ровинский в своём «Подробном словаре русских граверов» указывает на два офорта, исполненных им самим. В общем облике теремов сказалось влияние народной деревянной архитектуры, формы которой широко использовались в дворцовом строительстве этой эпохи. Свидетельством этого является сложный и пышный ансамбль деревянного царского дворца в Коломенском, который состоял из множества различных по своему облику хором. Построенный в 1667—1668 гг. С. Петровым и И. Михайловым и частично переделанный в 1681 г. С. Дементьевым, Коломенский дворец отличался исключительной живописностью, богатством декоративной отделки, причудливым разнообразием архитектурных форм.

Нарядный характер светской архитектуры 17 в. имел аналогии в храмовом строительстве. Блюстители церковных догм запретили строить шатровые храмы и требовали пятиглавия. Но зодчие 17 в. нашли способы богато и по-новому использовать канонизированные церковные формы. С наибольшей определенностью новые черты проявляются в памятниках середины и второй половины столетия. Яркий пример — храм Рождества в Путниках в Москве (1649−1652). Пять венчающих его шатров образуют сложную и живописную композицию. Характерно, что четыре шатра — чисто декоративные. Декоративный момент в облике храма сказывается в богатой отделке оконных наличников, в обилии ступенчатых арок и различных украшений сложных шатровых завершений. Похожая на отделанную с ювелирной тщательностью игрушку, Путинковская церковь как нельзя лучше характеризует прихотливые вкусы своего времени.

По образцу посадской Путинковской церкви в середине века было сооружено много храмов. Однако в каждом случае архитекторы умели придавать храму такое своеобразие, что трудно найти абсолютно похожие сооружения: церковь Николы на Берсеневке (1656) непохожа на церковь Троицы в Никитниках (1628−1653), а обе они решительно отличаются и силуэтом и общим характером от Путинковского храма.

В середине и второй половине 17 столетия возводились многочисленные церкви и в провинции. Сохранились весьма интересные и своеобразные храмы в Костроме, Муроме, Рязани, Великом Устюге, Горьком, Саратове, Угличе, Суздале и во многих других городах. Порой в них живы традиции зодчества 16 в., но в целом — самым различным образом преломляются новые художественные идеи.

Общий подъем национальной культуры, вызванный укреплением русского национального государства, получил выражение и в развитии архитектуры. Ко второй половине XVII в. относится сооружение ряда замечательных памятников архитектуры: царского дворца в Коломенском, грандиозного и оригинального комплекса архитектурных сооружений так называемого Нового Иерусалима в подмосковном Воскресенском монастыре, церквей Грузинской Божьей Матери в Москве и Покрова в Филях, многих интереснейших произведений гражданской и церковной архитектуры в Звенигороде, Ярославле, Вологде и других городах. Характерными чертами, присущими различным по назначению и художественной форме произведениям архитектуры, являлись нарядная пышность, эффективная декоративность, красочность и богатство отделки, хорошо передающие общий жизнеутверждающий характер быстро развивавшегося русского национального искусства XVII в.

Гражданское зодчество Москвы для нас почти погибло, так как деревянная Москва -- a она вся, за исключением кремля, была деревянной -- выгорела, и кроме теремного дворца, нескольких зданий более позднего времени да кое-каких остатков в провинции до нас не сохранилось гражданских построек эпохи расцвета Москвы. Гораздо лучше обстоит дело с строениями характера крепостного, к которым надо отнести древние стены укрепленных городов с их башнями и воротами и ограды монастырей, бывших, в сущности, такими же крепостцами, a иногда, как Троице-Сергиевская лавра, и могучими крепостями. Памятников этого характера сохранилось много, и среди них есть немало сооружений, могущих соперничать с однородными сооружениями современной Западной Европы как по своим конструктивным особенностям, так и по красоте общей композиции. Среди гражданских построек совсем особое по своему значению место занимает кремлевский Теремной дворец, свидетельствующий о больших технических знаниях и незаурядном вкусе его зодчих. Что касается внешнего облика старой Москвы, то обилие рисунков, оставленных нам наезжавшими сюда в 17-м веке иноземцами, и исследования последнего времени дают возможность воссоздать довольно близкую к былой действительности картину этой странной жизни, так непохожей на всю западную жизнь и так поражавшей всякого путешественника.

17 столетие — период решительного столкновения исключающих друг друга художественных устремлений. Архитекторы, живописцы, мастера других видов искусства сосредоточились в Приказе каменных дел и в Оружейной палате в Кремле. Последняя стала своеобразной школой, где объединялись лучшие художественные силы. Для всех русских земель Москва была непререкаемым авторитетом в области искусства.

Именно из Оружейной палаты исходили всяческие новшества, именно в кремлевских мастерских появлялись произведения, сводившие на нет строгую опеку и регламентацию. Здесь работали украинские, белорусские, литовские, армянские мастера, нередко знакомые с искусством Запада, и иностранные художники, получившие образование в Европе. Здесь развертывалась деятельность Симона Ушакова — крупного русского живописца, стремившегося порвать с традициями древнего искусства.

Пять столетий минуло с первого упоминания об Оружейной палате Московского Кремля. Но ещё в 1339 году в духовной грамоте Ивана Калиты говорилось о ценностях, положивших начало созданию великокняжеской сокровищницы. С конца XV века Москва превращается в центр художественных ремесел, где русские мастера создают множество превосходных памятников искусства.

Внешнеполитические успехи московских князей и военные победы щедро пополняли кремлевскую сокровищницу. Многочисленные иноземные посольства доставляли в Москву роскошные дары, и в период правления Ивана III казна разрослась настолько, что для её хранения в 1485 году в Кремле было специально возведено двухэтажное каменное здание с глубокими подвалами для драгоценностей.

Кремлевская сокровищница была разграблена польскими интервентами в Смутное время, однако быстро пополнилась во времена бурного экономического роста и расцвета ремесел при первых царях династии Романовых, а при Петре Великом — за счет военных трофеев. Значительную часть ценностей составляли изделия мастеров ведущей кремлевской мастерской — Оружейной палаты, которой и обязан своим названием музей, располагающийся сегодня в здании, воздвигнутом архитектором К. А. Тоном в 1844 году. Оружейная палата хранит древние государственные регалии, парадную царскую одежду и коронационное платье, облачения иерархов русской православной церкви, крупнейшее собрание золотых и серебряных изделий работы русских мастеров, западноевропейское художественное серебро, памятники оружейного мастерства, собрание экипажей, предметы парадного конского убранства.

Церковь Покрова в Филях — выдающийся памятник русской архитектуры, единый ансамбль, включающий архитектуру, декоративное искусство и живопись. Это -- один из красивейших московских храмов постройки конца XVII века, ярчайший образец так называемого московского или «нарышкинского барокко». Собор Богоявленского монастыря, Церковь Воскресения в Кадашах, башни Новодевичьего и Донского монастырей -- вот некоторые примеры этого стиля, являвшего собой попытку совместить черты шатровых церквей (запрещенных к строительству патриархом Никоном) с традиционными пятиглавыми храмами. Невиданные дотоле компактные формы легко узнаются по колокольне, поставленной наверху, над главной частью храма. Строились они по почину родственников жены царя Алексея Михайловича -- Нарышкиных, особенно же брата царицы, дяди Петра I, Льва Кирилловича. Он и возвел храм Покрова в Филях в своей подмосковной усадьбе. Строил его Яков Бухвостов, крепостной архитектор. Удивительно праздничное ощущение нарядной пышности создается изысканным сочетанием белого с красным в окраске фасадов здания. В XVIII веке вокруг храма был разбит парк (площадью 6 га).

Долгое время церковь с прекрасно сохранившимся подлинным интерьером была филиалом Музея им. Андрея Рублева. Музей гордился уникальными резными иконостасом, царской ложей и клиросами. Над иконостасом работали царские иконописцы XVIII века, здесь есть иконы работы Кирилла Уланова и Карпа Золотарева. Первоначальный интерьер первого этажа здания не сохранился, поскольку был разграблен и осквернен французами в период войны 1812 года. Убранство нижней церкви храма относится к XIX в. Нижний храм исторически был приходским, а верхний до 1783 г. — домовым, у него было свое сверхштатное духовенство.

В 1991 году при нем была образована православная община во главе со священником Борисом Михайловым. С 1991 г. община верующих предпринимает попытки открыть для богослужения нижний храм, однако до сих пор он не возвращен Церкви. С 2000 г. в храме стала служиться Литургия. Богослужения совершаются по согласованию с музеем. По воскресным и праздничным дням — Литургия в 10 час. В апреле 2000 года Церковь Покрова в Филях, после долгой борьбы между Министерством культуры и Московской Патриархией, была передана верующим. Интересно, что она никогда раньше не являлась приходским храмом, ибо была вотчинной церковью Нарышкиных.

Храм Ильи Пророка в Ярославле — памятник архитектуры и монументальной живописи. Этот четырехстолпный пятиглавый храм соборного типа строился в 1647−50 годах иждивением богатейших купцов Скрипиных на их хозяйственном подворье. Он заменил сразу две деревянные церкви — Ильинскую и Покровскую. Илья Пророк был особо почитаем ярославцами, ведь считалось, что город был основан в праздник именно этого святого. По своему удачному расположению огромный храм хорошо просматривался из различных частей города и потому был выбран в 1778 центром новой городской планировки. В настоящее время этот памятник воспринимается как главный символ Ярославля.

Подобно другим храмам раннего периода ярославского зодчества, Ильинская церковь с двух сторон обстроена двухъярусными закрытыми галереями, на которые ведут массивные крыльца на ползучих арках. К северо-западному углу паперти примыкает четырехъярусная шатровая колокольня, а с северной стороны композиция храма осложнена небольшим шатровым приделом, состоящим из нескольких ярусов кокошников. Вскоре после освящения церкви из Москвы была прислана в Ярославль высокочтимая святыня — частица ризы Христовой. Специально для ее хранения к западной галерее был пристроен новый придел, Ризоположенский, завершен он был стройным глухим шатром, удачно перекликающимся с шатром колокольни. Сложная композиция Ильинского храма, таким образом, была уравновешена по приципу коромысла: с запада (т.е. спереди) храм воспринимается как симметричный, однако в силу индивидуальной трактовки фасадов в каждом новом ракурсе силуэт его меняется до неузнаваемости.

Декоративное убранство Ильинской церкви было столь необычно по своему богатству, что после ее постройки между различными слободами города возникло своеобразное соревнование, призванное перещеголять ее по пышности и разнообразию декора. Наиболее ярко были украшены резным кирпичом, изразцами и белокаменными деталями те части здания, на которых в первую очередь останавливается глаз, — галереи, приделы, крыльца. Наружные стены были покрыты яркой полихромной росписью. В интерьерах храма можно видеть интереснейшие образцы деревянной резьбы 16−17 веков: царские врата, иконостасы, надпрестольную сень, а также особые места для царя Алексея и патриарха Никона. Практически все иконы древние, многие из них были выполнены специально для Ильинского храма придворным изографом Федором Зубовым.

Роспись интерьеров храма выполнена в 1680 году ярославскими мастерами под руководством двух костромичей — Гурия Никитина и Силы Савина. Поражает в этих фресках радостное, светлое настроение, необузданная динамика, ощущение полноты жизни, необычайная чистота и яркость колорита. Без всякого сомнения, фрески Ильинской церкви — лучший стенописный ансамбль 17 века и одно из высших достижений древнерусского искусства. Галереи храма были расписаны несколько позднее, в 1716 году, но в той же оптимистичной и динамической манере.

Отличительной особенностью монументальной живописи церкви Ильи Пророка, как отмечает большинство исследователей, является синтез двух традиций:

1. исконно русской, веками формировавшейся под влиянием Византийской культуры. В этом смысле система росписей храма (особенно центрального куба) достаточна традиционна: в центральной главе — композиция «Отечество», в простенках барабана — архангелы, ниже — праотцы, на сводах — двунадесятые праздники и т. д. ;

2. «нововременной», заявившей о себе с приходом XVII века.

Церковь Троицы в Никитниках построена в 1628—1651 гг. по заказу купца Григория Никитникова на месте сгоревшей в 1626 г. церкви Никиты Мученика «на Глинищах» (уцелевшая при пожаре местная икона «Никита Воин с житием» 1579 г. была перенесена Г. Никитниковым во вновь отстроенную церковь, южный придел которой был посвящен Никите Мученику). Храм был возведен рядом с двором Г. Никитникова. В 1904 г. в подклете центрального четверика был устроен придел во имя Богоматери Грузинской, икона которой (1654) хранилась в храме, отчего Троицкую церковь иногда называли церковью Грузинской Богоматери.

Вход в церковь оформлен шатровым крыльцом (впервые в храмовом зодчестве), настолько полюбившимся в XVII в., что такие «хоромные» крыльца стали пристраивать и к более древним памятникам. Близость форм декора крыльца, крытой галереи, наличников двух главных окон южного фасада и внутренних порталов церкви к декору кремлевского Теремного дворца (1635−1636) и его Верхнего Золотого крыльца заставляют предполагать, что не все элементы этого сложного комплекса храма были отстроены одновременно. Завершенная в 1634 г. церковь, находившаяся при усадьбе Г. Никитникова, по-видимому, имела вход со стороны двора (входной западный портал восходит к северному порталу Благовещенского собора Кремля, но без его декора, и, вероятно, был отделан до внутренних порталов северного и южного приделов, украшенных пышной белокаменной резьбой, иначе трудно объяснить его скромные формы).

Южный придел, который был родовой усыпальницей Никитниковых, сообщался только с храмом и также не имел входа со стороны улицы, хотя и выходил на нее своими фасадами. В дальнейшем церковь была «выведена» на улицу тогда, надо думать, и были сооружены шатровое крыльцо, галерея, возможно, трапезная северного придела и усилена пышность декора южного, ставшего теперь главным фасада за счет двух сложно скомпонованных резных наличников.

Богатое декоративное убранство фасадов церкви, приделов и колокольни представляет соединение старых и новых форм: ярусы кокошников уживаются с развитым антаблементом и сдвоенными полуколонками, подчеркивающими поэтажное членение; в чрезвычайно разнообразных обрамлениях окон сосуществуют традиционные формы полуколонок с кокошниками, фронтончатые наличники и «хоромные» наличники с пышным растительным орнаментом; в белокаменный декор вводятся цветные изразцы. Хорошо сохранившаяся роспись церкви была выполнена в 1652—1653 гг.

Список использованных источников

1. Вагнер Г. К., Владышевская Т. Ф. Искусство Древней Руси. — М.: Искусство, 2003. — 234 с.

2. История России с древнейших времен до конца XVII века /Под ред. Сахарова А. Н., Новосельцева А. П. — М., 2006. — 351 с.

3. Ракова М. М., Рязанцева И. В. История русского искусства. — М.: Изобразительное искусство, 2007. — 235 с.

4. Энциклопедия мировой живописи / Сост. Петровец Т. Г., Садомова Ю. В. — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2007. — 431 с.: ил.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой