Ислам в западной Европе.
История и современность

Тип работы:
Дипломная
Предмет:
Религия и мифология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Содержание

Введение.

Глава I. Основные предпосылки и исторические условия формирования мусульманских общин на территории Западной Европы.

1.1 История ислама. Распространение в Западной Европе.

1.2 Образ мусульман в крестовых походах.

1.3 Формирование мусульманских общин.

Глава II. Анализ Современной тенденции развития ислама в Западной Европе.

2.1 Современное положение мусульманских общин в Западной Европе.

Франция

Германия

Великобритания

2.2 Интеграционные стратегии основных государств Западной Европы по отношению к мусульманским общинам.

Стратегия Франции

Стратегия Германии

Стратегия Великобритании

2.3 Политическое участие мусульман в общественной жизни Западной Европы

2.4 Факторы роста мусульманского населения Европы

2.5 Мусульманские инициативы на пути к сближению

Глава III. Ислам и христианство. Конфликт цивилизаций?

3.1 Современное состояние ислама и Запада.

3.2 Карикатурная война.

3.3 «Фултоновская речь» Бенедикта XVI

Заключение

  • Список использованной литературы.
  • Введение
  • Грань XX-XXI столетий ознаменовалась в Европе быстрым ростом общин иммигрантов. Если до середины минувшего века Западная Европа представляла собой регион с преимущественно христианским населением, то к настоящему моменту ситуация изменилась: ислам — самая молодая мировая религия — демонстрирует бурный рост количества своих последователей не только на Ближнем Востоке, в Африке и Азии, но и в странах Европейского Союза.
  • Сегодня в государствах Западной Европы, по различным подсчетам, проживает от 15 до 20 миллионов мусульман. Новая газета. 29. 09. 1991. с. 2 Хорошо известно, что когда численность инородной общины в процентном отношении к населению страны проживания невелика, иммигранты стараются усвоить местные обычаи и ассимилироваться. Но как только их число достигает определенной критической точки, они стремятся подчеркнуть свою культуру, самобытность и идентичность. Барьеры между коренным и пришлым населением начинают возрастать. В последнее время государства Европейского Союза столкнулись с проблемой, которая еще 30−40 лет назад вообще не рассматривалась, однако в настоящий момент стала одной из ключевых и требует неотлагательного решения: проблемой аккультурации мусульманских общин в Европе.
  • В настоящее время существующие в государствах Западной Европы мусульманские общины и организации, часто получающие значительную финансовую поддержку из-за рубежа, играют существенную роль, как в экономике, так и в социальной и политической жизни европейских стран. Подчас сложные отношения могут складываться между самими европейскими мусульманами, например, между курдами и турками, между выходцами из разных арабских стран, представителями разных политических сил и религиозных направлении, что, в целом, создает дополнительную напряженность.
  • Однако страны ЕС до сих пор не смогли выработать какого-либо единого подхода как к решению проблемы иммиграции вообще, так и к вопросам проживания на территории ЕС мусульманских общин в частности. Политика по отношению к мусульманам проводится на основе стратегии, выбранной данным государством ЕС. Национальные стратегии по отношению к мусульманам-иммигрантам значительно отличаются, а иногда и противоречат друг другу, что существенно осложняет решение возникших проблем.
  • 1991 год, год распада СССР, обозначил принципиально новый этап в развитии системы международных отношений. Многие старые угрозы безопасности, существовавшие в период холодной войны, все больше стали отходить на второй план, но в то же время некоторые проблемы обострились. Одной из важнейших среди современных угроз безопасности являются этнические и религиозные конфликты, проявившиеся в 1990-е гг. в полной мере в Европе. Соболев В. Г. Мусульманские общины в государствах Западной Европы в 1990-е годы. Спб., 2004
  • В статье «Мусульмане — иммигранты на Западе» З. И. Левин указывает, что в 1990-е гг. новые черты приобретает мусульманская иммиграция в Западную Европу: иммигрантами из мусульманских стран становятся не только, и даже не столько наемные рабочие, сколько беженцы, ищущие политического убежища. Это, в свою очередь, зачастую приводит к изменению взаимоотношений между мусульманским меньшинством и европейским большинством. Само количество мусульман в Западной Европе к 1990-м гг. становится столь значительно, что заставляет считаться с ними при принятии целого ряда решений. Неслучайно, именно на 1990-е гг. приходится целый ряд крупных взаимных инициатив европейских правительств и мусульманских общин, которых не наблюдалось в предыдущие годы. Мусульмане на Западе (сборник статей) М., 2002, с 10

Глава I. Основные предпосылки и исторические условия формирования мусульманских общин на территории Западной Европы

1.1 История ислама. Распространение в Западной Европе

Ислам — это не просто религия. Об исламе можно писать как о цивилизации, как об истории мусульманской общины, как о социально-политической системе, наконец, как об образе жизни.

Ислам, подобно таким теистическим религиям как христианство и иудаизм, сложился среди народов Ближнего Востока Ислам. Краткий справочник. М. 1983. С. 26. Среди арабов в доисламский период наряду с культом племенных божеств бытовали различные религиозные верования. Христианство (в форме монофизитства и несторианства) восприняли арабские племена, поселившиеся в Сирии, Палестине и Двуречье. Его влиянием были затронуты и некоторые племена севера и запада Аравии. С христианством конкурировал иудаизм, также распространившийся в некоторых оазисах северо-западной Аравии. В 517 г. иудаизм был даже провозглашен официальной религией Химьяритского царства в Йемене, но вскоре был практически подавлен в связи с захватом Йемена христианами-эфиопами, а потом персами-зороастрийцами.

Помимо иудеев и христиан, в Аравии были также поклонники новой формы монотеизма — ханифизма. Ханифы жили в основном в земледельческой Йемаме — области на востоке Аравии. Испытав влияние христианства и иудаизма, они противопоставляли многобожию Мекки и окружавших ее племен свою веру в единого бога — рахмана («милостивого») Ланда Р. Г. История арабских стран. М. 2005. С. 19. Осуждая политеизм и идолопоклонство мекканцев, ханифы в то же время проповедовали естественный для крестьян бедной страны пустынь аскетизм как бы в укор богатым купцам, ростовщикам и землевладельцам Мекки. Кроме того, они выражали идею общеарабской религии в противовес местничеству и раздробленности племенных культов. Их влияние росло и распространялось постепенно и на запад Аравии. В этих условиях в роли основателя и пророка новой религии выступил Мухаммед, сын небогатого торговца Абдаллаха из рода Хашим. Родившись около 570 г. Сулейман ибн Абр Ра-Захман аль-Хукайль. Жизнь шейха Муххамада ибн Абд аль-Ваххаба / пер. с араб. М., 2003. С. 27., Мухаммед в 6 лет остался сиротой и в детстве пас овец своего дяди Абу Талиба, а в юности стал погонщиком верблюдов, не раз сопровождавшим караваны в Сирию и Палестину Доктор Рахман. Краткая история ислама, 2002. С. 21. Много странствуя, он часто встречался и беседовал о религии с представителями самых разных общин. Особенно известны его встречи с христианским монахом Бухейрой, судя по имени — арабом, в Бусре на юге Сирии. Оставшись на всю жизнь неграмотным, Мухаммед, тем не менее, обладал блестящей памятью и хорошо запоминал многое из того, что видел и слышал. Женившись на богатой вдове Хадидже, он стал материально независим. Это дало ему время и возможности для выработки нового учения, с проповедью которого он выступил около 610 г.

Мухаммед объединил в учении знания обо всех монотеистических религиях, попытавшись применить их к обществу, в котором он жил. Его учение называлось «ислам» (покорность), а его сторонники — «муслимун» (мусульмане). Символом ислама стала «шахада» (свидетельство веры): «Нет божества кроме Аллаха и Мухаммед посланник Аллаха». Тем самым он утверждал принцип единобожия, отвергая всякое идолопоклонство и культ племенных фетишей. Сам Мухаммед признавался пророком, но не единственным, «ибо он — посланник, до которого были посланники» (Коран 3: 138). Кроме того, Мухаммед на первых порах старался сплотить всех сторонников единобожия — христиан, иудеев, ханифов — против всех язычников и идолопоклонников. Мухаммед называл Бога не «рахманом», а Аллахом, т. е. именем племенного божества курейшитов, а слово «рахман» (в значении «милостивый») оставил в качестве одного из главных эпитетов Аллаха (как и слово «рахим», т. е. «милосердный»).

Пророк излагал свое учение обычно в форме откровений, ниспосланных ему Аллахом. Последователи заучивали их наизусть, много раз повторяя и декламируя. Потом их стали записывать на пальмовых листьях, камнях и костях. Впоследствии, уже после смерти Мухаммеда, они составили священную книгу мусульман — Коран. По убеждению верующих мусульман, Коран существовал вечно и был продиктован Мухаммеду в течение 22 лет через ангела Джабраила.

Несмотря на ряд уступок мекканской верхушке, в целом новое учение было отвергнуто знатью курейшитов во главе с богатейшим кланом Омейя Гольдциер И. Лекции об исламе. Спб., 1912. С. 54. Глава этого клана Абу Суфьян опасался, что сама по себе проповедь единобожия и осуждение идолопоклонства подорвут значение Каабы, вызовут упадок паломничества в Мекку (совершавшегося бедуинами к их племенным божествам), а, следовательно, подорвут ее авторитет и торговые интересы. Кроме того, богатым курейшитам не нравилось осуждение в откровениях Мухаммеда (впоследствии зафиксированное в ранних сурах) практики ростовщичества, обмеривания и обвешивания покупателей. Но Мухаммед, сам будучи небогатым торговцем, а тем более в юности, страдал от этой практики и знал, как относились к ней бедуины, торгово-ремесленный люд и городская беднота Мекки.

Преследования со стороны родовых старейшин Мекки сделали невозможным пребывание в городе небольшой общины сторонников пророка. Мухаммед, убедившись в этом, переселился со своими последователями в Ясриб, где он нашел поддержку двух земледельческих племен, издавна враждовавших с мекканскими купцами и ростовщиками. Бартольд В. В. Культура мусульманства. М. 1998. С. 23. Кроме того, мать Мухаммеда — Амина была родом из Ясриба. Переселение — хиджра — произошло 8-го числа месяца раби аль-авваль (по мусульманскому лунному календарю), т. е. 20 сентября 622 г. С этого дня началось мусульманское летосчисление (по календарю хиджры). Пришедшие вместе с пророком мекканцы стали называться мухаджирами («переселенцами»), а гостеприимно принявшие их — ансарами («помощниками, сторонниками»). Сам Ясриб с этого момента стал именоваться Медина, т. е. «Город пророка». Все более увеличивавшаяся община мусульман (умма) становилась более организованной, ее члены асхабы («соратники, последователи»), непосредственно общавшиеся с пророком, составили в дальнейшем (после смерти Мухаммеда) элиту арабо-мусульманского общества Ислам. Энциклопедический словарь. М. 1991. С. 101.

В Медине была построена первая мечеть, которая служила не только для молитв, но и для собраний общины, приемов знатных гостей и послов. Были установлены часы для ежедневных молитв, упорядочена выплата налога закят, средства которого тратились на нужды уммы. Обязанности имама обычно выполняли сам Мухаммед и наиболее близкие к нему мухаджиры Абу Бекр и Омар ибн аль-Хаттаб, на дочерях которых он был женат.

Постепенно Мухаммед стал полновластным главой Медины. Сначала он обратил в ислам два языческих племени, но еще долго боролся с тайно действовавшими среди новообращенных «мунафиками» («лицемерами, сомневающимися»). С тремя другими племенами, исповедовавшими иудаизм, он заключил договор. Однако их нежелание принять новую религию и признать ее пророка, а также прямая или косвенная поддержка мекканцам, с которыми Мухаммед с 623 г. фактически вел войну, постепенно привели к открытой вражде. Житие Пророка Мухаммада. М., 1992., С. 46. Два племени были выселены из Медины в 624 г., их земли — переданы мусульманам. Третье племя, обвиненное в прямом сообщничестве при осаде Медины мекканцам в 626 г., постигла более тяжелая участь: его мужчины были казнены, женщины и дети проданы в рабство. После этого обогатившаяся верхушка уммы решила пойти на компромисс с мекканцами.

Постепенно мусульмане в 628−630гг. достигли согласия с мекканцами. Последние решили принять ислам, но при условии превращения Мекки в центр новой религии и признания паломничества к храму Каабы (хадж) одной из главных обязанностей мусульман. Тем самым обе стороны достигали своих целей: мусульмане — дальнейшего распространения ислама на Мекку и бедуинов окрестных племен, мекканцы — сохранения и даже умножения своих доходов от паломничества.

Лично Мухаммед не стремился к богатству и роскоши, даже к власти, оставаясь формально идеологом новой религии Ибн Саад. Биография мухаммада, его спутников и позднейших хранителей ислама. / Пер. А. Глебова. М., 1908. С. 69. Но фактически он продолжал руководить из Медины борьбой за распространение ислама по всей Аравии. Хотя он не принял титула «малик» (царь, властитель), пятая часть любой военной добычи мусульман (хумс) должна была идти на содержание его семьи и родственников, а также вдов и сирот воинов, погибших в священной войне за веру (джихад). Умер Мухаммед 8 июня 632 г Ибн ишам. Жизнеописание Пророка Мухаммада / Пер. Н. А. Гайнуллина. М. 2003. С. 63. Его гробница в Медине стала второй после Каабы в Мекке святыней ислама и объектом паломничества.

Ислам продолжал развиваться и после смерти его основателя.

Но первоначально в целостном виде он сложился именно в Медине, восприняв многие элементы других монотеистических религий. Он предписал верующим единобожие, признание пророческой миссии Мухаммеда, ежедневно пятикратную молитву, паломничество (хадж), пост в месяц рамадан, отчисление в виде закята 1/40 дохода от ремесла, торговли и скотовладения. От иудеев и христиан было взято учение о пророках, которыми признавались Адам, Нух (Ной), Ибрахим (Авраам), Муса (Моисей), Иса (Иисус Христос) и Мухаммед. Мало чем отличаются от христианских и представления мусульман об ангелах, о воскрешении умерших и Страшном суде, о загробном воздаянии за добрые и злые дела. Но заметны и наметившиеся с самого начала отличия мусульман от других «ахль аль-китаб» (людей Писания): ориентация на арабский быт, арабский язык (на котором изложен Коран), на исключительную роль Мухаммеда и некоторые доисламские обычаи арабов (хадж, поклонение храму Каабы), на чувственные представления о райском блаженстве. Важное значение приобрело и учение о джихаде, родившееся в разгар сражений с язычниками и иудеями Медины Ислам. Историографические очерки. М., 1991. С. 104. Практика дележа военной добычи, освященная Кораном, стала дополнительным стимулом участия мусульман в войнах с неверными. При преемниках Мухаммеда учение о джихаде стало идейным обоснованием арабских завоеваний. Наконец, в Медине, под непосредственным руководством пророка, сложился принцип исламской теократии, предусматривавший неразделимость светской и духовной власти, религии и права, мусульманской общины и мусульманского государства.

После смерти основателя ислама возник Арабский халифат, ибо преемники пророка именовались халифами («заместитель, помощник» по-арабски). Первые четверо из них назывались «праведными халифами» (аль-хулафа ар-рашидун), т. е. как бы наиболее адекватно следовавшими заветам пророка. Это были уже упоминавшиеся Абу Бекр (632−634), Омар ибн аль-Хаттаб (634−644), Осман ибн Аффан (644−656), Али ибн Аби Талиб (656−661). На самом деле они, руководившие начавшимися еще при Мухаммеде арабскими завоеваниями, многое вынуждены были менять и в исламе, и в управлении разраставшимся государством. По ходу этих перемен нарушались многие сложившиеся ранее обычаи арабов. Кое-какие заветы пророка группы и течения, возникавшие внутри уммы, интерпретировали по-разному.

После смерти Мухаммеда его преемником стал Абу Бекр, который продолжил политику распространения ислама среди племен Аравии, следствием чего стали многочисленные войны и конфликты. Основной причиной активной внешней политики была надежда на то, что в ходе завоеваний (а это добыча, в том числе и рабы, и новые земли) сгладятся межарабские противоречия, снизится социальная напряженность, и решатся многие связанные с этим проблемы. Следствием политики завоеваний стали захват Сирии, Палестины, Ирака, Ирана Роллин Армур. Ислам и христианство: непростая история. М. 2004. С. 71. Неоднократно принимались попытки подчинить себе Северную Африку, которые провалились, хотя формально страны Магриба контролировались арабами. Несмотря на кризисы и междоусобицу внутри халифата, вызвавшие снижение темпов завоеваний, насаждение ислама с помощью войн продолжилось. Следует захват Сицилии, Кипра, войска доходят до Индии и Китая, где также появляются мусульманские общины. Арабы высаживаются на Пиренейском полуострове, захватывают его.

Конечно, отдельные случаи проникновения ислама на территорию Западной Европы происходили не раз, начиная с раннего средневековья. Однако, отсчет, наверное, следует вести от высадки мусульманского войска на южной оконечности Пиренейского полуострова в 711 году.

Первые крупные и полномасштабные контакты мусульман с западноевропейскими странами относятся к периоду арабских завоеваний, а точнее к VIII- IX вв. — времени арабского завоевания Пиренейского полуострова и Сицилии. Арабо-мусульманское присутствие на Пиренеях продлилось вплоть до конца XV столетия и оставило заметный след в развитии как европейской, так и арабо-мусульманской культуры. Следующий этап интенсивных взаимоотношений между миром ислама и Западной Европой был инициирован европейской стороной. Крестовые походы на Ближний Восток, осуществлявшиеся с конца XI до конца XIII в., стали не только катализатором торговых и экономических связей в Средиземноморье, но и заметно обогатили и ускорили развитие европейской культуры. Варьяш И. И. правовое пространство ислама в христианской Испании XIII- XV вв. М., 2001

1.2 Образ мусульман в крестовых походах

Одним из следствий Крестовых походов стало создание определенного образа мусульман в сознании жителей Средневековой Европы.

Образ мусульманина прежде всего создавался хронистами, ведущими описание Крестовых походов. В своих трудах хронисты рисовали образ Другого Лучинская С. И. Образ другого: мусульмане в хрониках крестовых походов. 2001, С. 346. и образ этот создавался на основе противопоставления привычного образа христианина, его традиций и обычаев, и образа чуждого европейцам другого мира.

Известно, что для христианской системы миросозерцания вообще характерно рассматривать представителей иной религии как язычников или еретиков. Ведь в Средневековье именно религия была основным критерием «инаковости». «Чужие» В Средние века — это прежде всего нехристи — христиане-схизматики, иудеи, иноверцы, язычники и, следовательно, уже по определению идолопоклонники. В контексте христианской концепции Другого не оставалось места для какой бы то ни было характеристики, кроме демонологической. Другой, стало быть, всегда воплощение греха и сатаны, и только в таком контексте оппозиция «свои-чужие» приобретает специфическое значение Лучинская С. И. Моральный портрет мусульман в хрониках Крестовых походов. // Христиане и мусульмане: проблемы диалога. / Сост. А. Журавский. М. 2000. Концепция Другого в эпоху христианского Средневековья — это по существу онтология демонологии. Таковы общие представления, характерные для этой эпохи.

Образ мусульман создается хронистами при помощи различных лингвистических средств. В частности, для обозначения иноверцев хронисты применяют разнообразную специфическую лексику: Мусульмане именуются «врагами Господа» «inimici Domini»), «спутниками дьявола» «sateIlites Diaboli»), «врагами Бога и святого христианства» «inimici Dei et sanctae Christianitatis»). Им противопоставлены «народ Божий» «popult1s Dei»), рыцари Христовы" «Christi milites»), «паломники» «peregrini»), «племя Христово» «gens Christiana»), «сыны обетования» «filii adoptionls et promissionis»), «народ христиан» «Christianort1m popt11t1s»).

Семантические оппозиции пронизывают весь текст хроник: все свое свои конфессия и культура — оценивается положительно, все чужое наделяется отрицательным смыслом. Антитеза «свои-чужие» всегда эмоционально окрашена, поэтому мусульмане для хронистов «самые враждебные варвары» «iniqt1issimi barbari», «варварское племя» «gens barbara», «непристойные, вне брака рожденные турки», «нечестивое племя» «gens nefaria», «отлученный от церкви род» «excommt1nicata generatio», «племя презренное, выродившееся, служащее демонам» «gens spreta, degener et daemonum ancilla», «самый воинственный народ турецкий» «gens feroccisima Тшсоrtlm», Племя нечестивое и жестокое" («gens impia et crudelis») Лучинская С. И. Образ другого: мусульмане в хрониках крестовых походов. 2001, С. 41.

Таким образом, в хрониках противопоставляются, с одной стороны, христиане, «народ Божий», и с другой — мусульмане, т. е. Другие.

В хрониках крестовых походов, отражающих конфликты мусульманского и христианского миров, содержится немало фантастических рассказов о религиозном культе ислама, религиозных обычаях и традициях мусульман.

Искаженное изображение мусульманского культа могло возникнуть на пересечении нескольких культурных влияний. Традиция отождествления Мухаммада с Антихристом имеет в средневековой культуре давнее происхождение. Средневековая апокалиптическая мысль испытала расцвет в Испании в IX в. Христианские писатели Евлогий и Альвар из Кордовы в своих сочинениях рассматривали Мухаммада как воплощение Антихриста и интерпретировали его появление как свидетельство наступления конца света.

Искажение образа ислама — монотеистической религии — проявляется в том, что мусульманам часто приписывается многобожие. Хронисты недостаточно четко различают идолопоклонничество и многобожие, и изображают мусульман поклоняющимися многим богам.

В хрониках можно выделить целый ряд фантастических сюжетов, в которых дается оценка моральных качеств мусульман. Особо порицался якобы имевшийся у мусульман грех гордыни. Главный в системе христианских ценностей грех чаще всего приписывался военным предводителям мусульман.

Главную роль в создании образа сарацин играла, конечно, церковная традиция, — в соответствии с ней мусульмане изображаются как язычники со всеми присущими им грехами. Следует отметить, что в хрониках в основном речь идет обо всех мусульманах в целом. Смысл такого изображения заключался в том, чтобы показать читателю, что мусульмане — язычники и несут коллективную ответственность за свои грехи. Такая традиция изображения уходит корнями еще в ветхозаветные традиции, где язычники всегда изображались дурными людьми. Кроме того, мусульманам приписывалась причастность к экзотической восточной традиции, занятие магией, способность к прорицаниям и пророчествам.

Необходимо отметить, что для хронистов мусульмане были прежде всего военными врагами, что соответственно нашло свое отражение на страницах хроник Дози Р. Очерк истории ислама. СПб., 1904. С. 52. Описание военных маневров и вооружения мусульманских воинов занимает немалое место в хрониках крестовых походов. Лучинская С. И. Образ другого: мусульмане в хрониках крестовых походов. 2001, С. 201 В этих рассказах очень четко прослеживается резкое расхождение между обычаями христиан и мусульман.

Важно подчеркнуть, что подробное описание манеры ведения боя, вооружения мусульман выступало одним из способов обозначения их инаковости, чуждости христианскому мировоззрению. Если в хрониках превозносится добродетельный образ благородного рыцаря, сражающегося в честном поединке, то мусульманам в описании хронистов дается исключительно негативная оценка. Так, мусульмане не признают рыцарских правил ведения боя, представлявшего собой целый ряд рыцарских поединков лицом к лицу, а воюют хаотично, беспорядочно, ведут бой с помощью метательного оружия и не признают мечи. Хронисты рисуют военную тактику мусульман по принципу антитезы христианской тактике — стремление мусульман избегать открытого сражения. Различия в военной тактике между мусульманином и христианином осмысляются в моральных категориях. Таким образом, рыцари предстают честными воинами, сражающимися при помощи мечей и копий, а мусульмане стараются избежать открытого боя, проявляя трусость.

Образ сарацин наделяют и таким качеством как жестокость. Гвиберт Ножанский пишет: «У язычников есть такой обычай: они имеют обыкновение, отрубив головы противнику, забирать их в знак победы и выставлять напоказ». Лучинская С. И. Образ другого: мусульмане в хрониках крестовых походов. 2001, С. 211.

Проанализировав изображение мусульман и христиан в хрониках, можно прийти к очевидному выводу, что христиане наделялись добродетелями, в то время как образ Другого создавался преимущественно из отрицательных качеств.

Мусульмане резко противопоставляются христианам Крымский А. Е. История мусульманства. М., 2003. С. 92.: так, святилище мусульман (fanum) оказывается профанным (profanum), истинной вере (fides) у христиан противопоставляется идолопоклонство (idolatria) у мусульман, религиозному культу (religio) у христиан — языческое суеверие (superstitio) у иноверцев. По такому же принципу контраста в хрониках крестовых походов рассказано об основателе ислама Мухаммаде: истинному пророку христиан противопоставлен лжепророк мусульман, истинному учению Христа — ложь и обман, на котором основан закон Мухаммада. Точно так же хронисты рассказывают о моральных качествах мусульман: смирению (humilitas) христиан противопоставляется гордыня (superbia) мусульман, добродетели (virtus) крестоносцев — грех (vitium) иноверцев. Таким же смыслом наделяется описание военной тактики мусульман, вероломной с точки зрения христиан и противопоставляемой правилам благородного рыцарского боя у крестоносцев.

Однако, несмотря на такой искаженный образ мусульманина в хрониках, необходимо отметить, что Крестовые походы вызвали среди европейских ученых рост интереса к Исламу как религии. Конечно, некоторые сведения об Исламе доходили и раньше — частично из византийских источников, частично благодаря контактам христиан и мусульман в Испании. Однако эти сведения неизбежно было смешано с неверными данными. Сарацин рассматривали как язычников, поклоняющихся Мухаммаду. Самого Мухаммада либо считали колдуном, либо даже дьяволом. Полагали, что мусульманская религия одобряет сексуальную свободу и распущенность.

Средневековое представление об Исламе отличается от современного непредвзятого учения в следующих четырех пунктахУ. Монтгомери Уотт, Влияние ислама на средневековую Европу. М. 1972, С. 27.: а) мусульманская религия — ложь и сознательное искажение истины; б) это религия насилия и меча; в) это религия потворства своим страстям; г) Мухаммад — Антихрист.

Остановимся на каждом из этих четырех пунктов:

а) Ислам — ложь и сознательное искажение истины.

Библейская концепция Бога и человека настолько доминировала в представлениях средневековых европейцев о природе, что они просто не представляли себе возможности других взглядов. Соответственно во всех тех случаях, где мусульманское учение отличалось от христианского, оно считалось ложью.

Фома Аквинский и большинство других авторов удовлетворялись заявлениями, что Мухаммад смешивает истину с ложью, однако некоторые шли дальше, заявляя, что если он и говорил когда-либо правду, он смешивал ее с ядом, искажая ее. Следовательно, истинные моменты сами по себе приравнивались к меду, добавляемому, только чтобы прикрыть яд.

б) Ислам — как религия меча и насилия.

Даже такие ученые как Фома Аквинский, полагали, что Мухаммад распространял свою религию с помощью военной силы. Непременным правилом религии сарацин считалось также стремление грабить, забирать в плен, убивать врагов их Бога и их пророка, преследовать и уничтожать их всячески Педро де Альфонсо. Один слишком рьяный апологет Крестовых походов, Гумберт Романский дошел даже до утверждения, что они так ревностны в своей религии, что, где бы они ни захватывали власть, безжалостно обезглавливают всех, не исповедующих их веры.

В этом отношении европейское представление об Исламе далеко от истины Бернард Луис. Ислам и Запад. М., 2003. С. 47. На самом деле выбор между Исламом и мечом не ставился ни перед иудеями, ни перед христианами или представителями другой известной религии, он был применяет только для идолопоклонников и вообще был редко применяем за пределами Аравии. Военная активность мусульман, описаниями которой полны все исторические труды, вела лишь к политической экспансии, обращение же в Ислам производилось с помощью проповеди или общественного давления.

в) Ислам как религия потворства своим страстям.

В глазах средневековых европейцев Ислам был именно такой религией, особенно в вопросах пола. Многоженство занимало видное место в представлениях об Исламе. Часто считалось, что для мусульманина единственным ограничением количества жен служило его материальное положение. Авторы, которые не могли не знать, что число разрешенных Исламом жен не превышает четырех, тем не менее, говорят о семи или о десяти. Стихи Корана часто переводились неверно, чтобы внести предосудительный сексуальный оттенок там, где его заведомо не было.

Этот аспект представлений об Исламе подразумевал, что христиане не предаются своим страстям. Действительно, христианский идеал выражался в моногамном браке длиною в жизнь, что касается половой близости, то она, по общему мнению, даже в браке не считалась большой добродетелью — человеческие средства воспроизводства существуют для продолжения рода, а отнюдь не для наслаждения.

г) Мухаммад как антихрист.

Некоторым европейским исследователям Ислама мало было заявления, что в Коране много лжи, а Мухаммад вовсе не пророк. Петр Достопочтенный принял идею некоторых византийских теологов, что Ислам — христианская ересь. Он утверждал, что Ислам еще хуже ереси и что мусульман следует приравнять к язычникам. Основой христианских воззрений по этому поводу служило следующее рассуждение: поскольку Мухаммад, не будучи пророком, все-таки основал новую религию, значит, он откровенно поощрял зло; следовательно, он является либо орудием, либо посланцем дьявола. Таким образом, Ислам оказывался абсолютно противоположным Христианству.

По мнению У. Монтгомери Уотта, искажение образа ислама было необходимо Европе, чтобы компенсировать то чувство неполноценности, которое испытали европейцы при соприкосновении с мусульманской цивилизацией. У. Монтгомери Уотт, Влияние ислама на средневековую Европу. М. 1972, С. 36.

Необходимо отметить, что при более тесном столкновении с мусульманским миром Европа открыла для себя не только новую религию, но и новые знания.

После занятия Толедо христианами (1085) многие мусульмане и арабоязычные евреи продолжали там жить. Раймунду, занимавший пост архиепископа Толедо с 1125 г. до своей смерти в 1151 г., понимал, какие великие возможности открывает сложившаяся ситуация, и поощрял ученых приезжать в Толедо. Он встречался с Петром Достопочтенным, когда тот посетил Испанию в 1142 г., и, возможно оказывал помощь переводчикам. Конец XIII в. знаменовал завершение великой эры переводов с арабского на латынь, хотя отдельные переводы появлялись еще в XVI и даже в XVII в. Именно благодаря этим ранним переводам арабская наука и философия оказали столь большое влияние на интеллектуальное развитие Западной Европы.

Но знакомство Европы с арабами началось не с переводов, а с техники мореходства и кораблестроения, хотя арабы сами приобщились к ней лишь в ходе арабских завоеваний. Арабы передали европейцам треугольный (впоследствии несправедливо названный «латинским») парус и научили их пользоваться «латинской» каравеллой, способной двигаться против ветра. Морские карты для Европы были впервые составлены генуэзцами на основе карт мусульманских мореплавателей, и особенно 70 карт, приложенных к знаменитому труду аль-Идриси. Логично, что при этом соответствующая терминология мореходства, начиная со слова «адмирал» (от арабского «амир аль-умара», Т. е. эмир эмиров, главнокомандующий), почти во всех европейских языках — арабского происхождения Бартольд В. В. Ислам и культура мусульмантсва. М., 1992. С. 93.

В хозяйственной деятельности арабы больше всего про извели впечатление на Европу своей техникой ирригационных сооружений и выращиванием новых, ранее неизвестных культур, таких как сахарный тростник, рис, артишоки, лимоны, баклажаны, хлопок. Не случайно, что названия всех этих культур, как и водяных колес «нория» и прочей техники орошения, в большинстве европейских языков — арабского происхождения. На Иберийском полуострове, на юге Италии и островах Средиземноморья арабы внесли значительный вклад в архитектуру и градостроительство, что также отразилось в словарном составе местных языков, особенно — испанского и португальского.

Арабские города поражали европейцев более высоким качеством жизни, ее зажиточностью и утонченностью. Значительная часть ремесленников производила предметы роскоши — изделия из сукна, шелка и парчи, а также — из золота, серебра, хрусталя, перламутра, Слоновой кости. Частью этой жизни были книги и музыка.

Огромным авторитетом в Европе пользовались арабские врачи и их труды по медицине. Особенно популярен был Ибн Сина (Авиценна). Джерардо из Кремоны, именно в Италии начавший заниматься процветавшей на мусульманской Сицилии греко-арабской медициной, познакомил с ней впоследствии Францию и Испанию. При этом он опирался на переводы работ арабских медиков, математиков и астрономов, которые во многом помогли развитию медицинской школы в Салерно, от которой уже в 1137 г. отпочковалась такая же школа в Монпелье, где тогда проживало немало арабов (мусульман и христиан). Даже в XIII в. эта школа поддерживала контакты и с мусульманами Аль-Андалуса, и с арабами, проживавшими в христианских королевствах Испании.

Важной частью культурного влияния арабов на Европу была передача ими европейцам культурных достижений Ирана, Индии, Китая, причем — в синтезированном и усовершенствованном виде. Раскинувшийся от Пиренеев до Тибета арабо-исламский мир был как бы естественным посредником между европейским Западом и азиатским Востоком Ланда Р. Г. История арабских стран. М. 2005. С. 99.

В дальнейшем трудно было проследить, кто конкретно был посредником между наукой и культурой арабов и Европы, так как это посредничество, особенно на Иберийском полуострове и юге Франции, издавна связанных в политическом и культурном отношении, носило массовый характер. Бродячие поэты (хуглары) Гибб Х.А. Р. Арабская литература: Классический период. М., 1960. С. 84. и певцы, торговцы и моряки, представители немусульманских общин (иудеи, мосарабы), еще до начала их преследованийАльморавидами часто выезжавшие за пределы Аль-Андалуса, беглые рабы и военнопленные, христианские наемники (особенно каталонцы), служившие в армии Аль-Андалуса со времен Аль-Мансура («Альманзара»), все они свободно перемещались от Севильи и Гранады до Лангедока и Прованса, связанных в X—XV вв. С Каталонией, Наваррой и Арагоном, и все они, будучи в той или иной степени носителями замечательной культуры Аль-Андалуса, знакомили с ее достижениями каталонцев, кастильцев, наваррцев, араганцев, лангедокцев, провансальцев.

После успехов реконкисты в XI—XII вв. то же самое относилось к мудехарам (от арабского «мудаджжан» — прирученный), Т. е. к мусульманам, оставшимся на завоеванных христианами землях и продолжавшим (до рубежа XV—XVI вв.) жить там своими общинами (альхамами), соблюдая свои обычаи и сохраняя свою религию и культуру. Совместное с ними проживание наложило глубокий отпечаток на жизнь, обычаи, культуру и искусство испанцев, особенно в Арагоне и Каталонии. Как отмечают британские ученые У. Монтгомери Уотт и П. Какиа, культура всех жителей Испании тогда была единой, «мусульманской настолько же, насколько христианской». И они же указывают, что «сегодняшние художники и ремесленники Испании до сих пор черпают вдохновение из мусульманских источников». То же самое можно сказать о мастерах Португалии.

Влияние арабов, таким образом, шло по многим направлениям. Оно играло важную роль в истории Европы, став серьезным фактором культурного взаимодействия и межцивилизационных контактов.

1. 3 Формирование мусульманских общин

Влияние ислама на Европу происходило не только путем обмена культурными, научными и техническими знаниями. Постепенно в Европе стали появляться и оседать мусульмане, создавая общины, в которых они могли безболезненно сохранить и развить свои традиции и обычаи. Естественно процесс появления мусульманских общин в Европе не был одномоментным и занял определенный временной отрезок.

Вплоть до середины XX в. в Западной Европе ислам был представлен лишь некоторыми именитыми гостями, немногочисленной прислугой, завезенной из колоний бывшими военнослужащими, для которых во второй половине XIX — начале XX вв. были построены первые европейские мечети. В Париже, например, первая мечеть действовала со второй половины XIX в.

Начало значительному присутствию мусульманских общин в Западной Европе было положено крушением колониальной системы Соболев В. Г. Мусульманские общины в государствах Западной Европы в 1990-е годы. Спб., 2004. С. 58. При развитии отношений между колониями и метрополиями на рубеже XIX- XX вв. и после обретения независимости некоторыми мусульманскими государствами (в частности, Ливаном и Египтом еще до начала второй мировой войны) в бывших метрополиях начинают появляться первые мусульмане-иммигранты, не желавшие по тем или иным причинам оставаться в своих родных странах. Во Францию переезжают мусульмане Магриба и Ливана, а также жители мусульманских стран — французских колоний — южнее Сахары, прежде всего Сенегала. В рядах французских и английских войск уже в первую мировую войну сражалось множество мусульман. Так, французские мусульманские подразделения, военнослужащие которых были мобилизованы главным образом в Алжире и Тунисе, приняли самое активное участие военных действиях на территории Европы. Некоторые из мусульман-ветеранов первой мировой после войны оставались во Франции. Кирей Н. И. Алжир и Франция 1962−1971гг. М., 1973

Для Великобритании особым толчком развития отношений с ее мусульманскими колониями стало открытие в 1869 г. Суэцкого канала. В конце XIX — начале XX в. в английских портах Кардифе, Ливерпуле, Лондоне работало около 30−40 тыс. мусульман-йеменцев, чей опыт в мореходном деле и обслуживании портов оказался востребованным. В Англии нередко поселялись и трудились гражданские служащие из мусульманских стран, привлеченные по той или иной причине на работу на Британские острова. В первой половине XX в. появляется относительно большое количество мусульман — выходцев из Ост-Индии, современной Индии, Бангладеш и Пакистана; иммигрируют также мусульмане индийского происхождения из африканских стран, находившихся под властью английской короны Журавский А. В. Ислам. М.: Издательство «Весь Мир», 2004. С. 58. К этой категории иммигрантов относятся и голландские индонезийцы и суринамцы, и португальские африканцы из Анголы и Мозамбика, многие из которых переселились в Европу еще до начала второй мировой войны и осели в этих странах. Эти наиболее «старые» иммигранты и их потомки в настоящий момент давно обрели гражданство своих бывших метрополий и пользуются на их территории всеми гражданскими правами.

К концу второй мировой войны во всей Западной Европе проживало немногим менее 1 млн. мусульман. (Эта цифра не учитывает южноевропейских мусульман того времени — боснийцев, албанцев и др.) Однако вплоть до середины XX столетия Западная Европа представляла собой преимущественно государства-нации с христианским вероисповеданием.

Принципиально новая ситуация стала складываться после второй мировой войны. Страны Западной Европы понесли значительные материальные и людские потери, особенно среди мужчин. Казалось, что восстановить национальное хозяйство и восполнить людские ресурсы невозможно. Правительства стран-победительниц предложили демобилизующимся воинам, набранным в колониях, поселиться в метрополиях. Вслед за этим началось и трудовая иммиграция в Западную Европу. Франция импортировала рабочую силу преимущественно из стран Магриба — Алжира, Туниса, Марокко, Англия — из Пакистана и Индии, Германия — из Турции и некоторых стран Северной Африки. Мусульмане, привлеченные в страны ЕС в качестве рабочей силы на протяжении 1960−1980-х годов, а также их потомки и родственники, и составляют в настоящий момент самую крупную группу иммигрантов-мусульман. Старченков Г. И. рост исламской диаспоры в странах Запада// Ислам и политика (взаимодействие ислама и политики в странах Ближнего и Среднего Востока, на Кавказе и в Центральной Азии). М., 2001 с 264

Помимо мусульман, приехавших в европейские страны в поисках работы, в государствах ЕС существует и еще одна группа иммигрантов из исламского мира, хотя и значительно уступавшая до недавнего времени по численности «гастарбайтерам». Кирей Н. И. Алжир и Франция 1962−1971гг. М., 1973 Это беженцы и те, кто искал и находил в Европе политическое убежище из-за религиозных или политических преследований (мнимых или реальных) у себя на родине.

В европейских странах, в частности в Германии и Швеции, нередко оседали и беженцы-курды. Количество беженцев-мусульман резко увеличилось в странах Западной Европы с началом гражданской войны в Югославии. (В настоящий момент в некоторых европейских странах боснийские мусульмане и албанцы составляют почти половину всех мусульман-иммигрантов.) Такое явление особенно характерно для Италии и стран Северной Европы, активная мусульманская иммиграция в которые началась как раз в 1990-е годы, когда все труднее становилось иммигрировать в западноевропейские страны.

Начиная с 1960-х годов, иммиграционная политика западноевропейских стран претерпела ряд изменений. Поток трудовых иммигрантов из стран мусульманского мира сменился потоком беженцев и политэмигрантов, которым, предоставлялось политическое убежище. Многочисленные международные организации, фонды, созданные при непосредственном участии крупнейших мусульманских экспортеров нефти — Саудовской Аравии и Ирана — стали оказывать все большее влияние на жизнь мусульман в европейских странах. Меньшую, но также важную роль, играл в распространении ислама в Европе демографический фактор, т. е. быстрый и опережающий европейский рост мусульманского населения.

Однако именно в 1990-е гг. происходит значительное увеличение роли мусульманских общин в общественно-политической жизни европейских государств. Количество мусульман, оказавшихся к 1990-м гг. по тем или иным причинам в государствах Западной Европы, позволяет мусульманам выставлять определенные требования к правительствам стран ЕС. Присутствие в Западной Европе мусульман вызывает целый ряд проблем, как общего, так и частного характера. Современный этап движения мусульман против Запада (и Западной Европы в частности) — третий по счету — вслед за арабскими завоеваниями VII—VIII вв. и завоеваниями турок-османов. Западная Европа, в свою очередь, столкнулась с совершенно новым для себя явлением — присутствием крупных мусульманских общин на своей территории, с влиянием которых на политическую жизнь и социальные отношения в государствах ЕС уже нельзя не считаться. Соболев В. Г. мусульманские общины в странах европейского союза: Проблемы и перспективы — Спб., Изд-во С. -Петерб. ун-та, 2003 с13

В последнее время численность европейских мусульман стремительно растет. Этому способствует высокая рождаемость в мусульманских семьях, в которых среднее количество детей как правило не ниже четырех. Многодетность мусульманских семей контрастирует с кризисом традиционных семейных ценностей у коренных европейцев. Важнейшим демократическим завоеванием современной западной цивилизации провозглашена свобода гомосексуальных отношений, причем в ряде стран (Голландия, Бельгия, Канада, Испания и Швейцария, а также ряд штатов США) были законодательно разрешены однополые браки. Наряду с ростом численности сексуальных меньшинств сокращению коренного (атеистического или номинально-христианского) населения Западной Европы способствует сознательный отказ от рождения детей, так как многие европейцы считают, что дети станут для них помехой в карьере или попросту помешают вести привычную и комфортную жизнь. Семьи, которые имеют одного ребенка, редко решаются на рождение второго. Играет роль и воинствующая феминистская пропаганда, утверждающая, что дети препятствуют женщине занять достойное место в обществе. Отказ от традиционных семейных ценностей и нравственный кризис общества способствует росту популярности ислама даже в среде коренного населения Европы. Во Франции численность белых французов-мусульман уже превышает 50 тысяч человек и это значительно превосходит число русских мусульман в России.

В течение нескольких десятилетий трудности демографического и экономического характера вынуждали страны Евросоюза легализовать и даже пропагандировать иммиграцию из мусульманских стран. Европейские политики считали неприличным даже задавать вопрос, совместимы ли в принципе современная Европа и ислам? Они проповедали идеи толерантности и мультикультурализма, которые были несовместимы с взглядами Сэмюэля Хантингтона, который в своей нашумевшей книге «Столкновение цивилизаций» С. Хантингтон «Столкновение цивилизаций» http: //www. aldebaran. ru утверждал, что Европа и Ислам — это два антипода, две изначально враждебные антагонистические цивилизации. Наоборот, господствовало мнение, что интеграция мусульманской диаспоры в европейское общество будет способствовать сближению христианской и исламской цивилизаций. Обоснованием подобных оптимистичных представлений служили примеры, когда вчерашние малограмотные гастарбайтеры или их потомки успешно вписывались в европейскую действительность, делали успешную карьеру и даже становились депутатами Европарламента. Но широко пропагандировавшиеся примеры подобного рода были единичными, они не отражали реальной картины и лишь дезориентировали общество, да и саму политическую элиту Западной Европы.

Основная проблема состояла в том, что процесс культурной интеграции мусульман в европейское общество был сильно затруднен из-за их приверженности исламским ценностям Крылов А. Исламский бунт. http: //www. novopol. ru. Причем в отличие от иммигрантов первой волны, неприятие окружающей действительности в среде мусульман второго и третьего поколения постоянно нарастало и приобретало все более радикальные формы. Исламизации духовной способствовала Саудовская Аравия, ежегодно выделявшая на пропаганду Корана и строительство мечетей 30 миллионов франков. В результате число мечетей во Франции достигло 3 тысяч. Уже во второй половине 1990-х годов молодые мусульмане Европы начали проявлять все большую нетерпимость к таким европейским ценностям, как сексуальное равенство, свобода религии, свобода слова, обеспечение прав сексуальных меньшинств и т. д.

До конца 1990-х исламистские политические партии в Европе не существовали. Сейчас они появились во Франции и Бельгии. Пока они немногочисленны и не представлены в парламенте. Но уже есть первые успехи: в Бельгии в мае 2003 г. «Parti de la Citoyennete et Prosperite» (PCP, Партия гражданства и процветания), которая проповедует радикальный ислам, набрала более 8 тысяч голосов на выборах в Брюсселе. С 2000 г. число антисемитских выступлений в Европе резко возросло. За последние четыре года в городах были зарегистрированы сотни актов агрессии со стороны мусульманской молодежи.

В начале третьего тысячелетия европейские мусульмане превратились в активную политическую силу. Весной и летом 2001 г. массовые акции были проведены британскими мусульманами в фабричных городах средней Англии. В 2002 г. во время парламентских выборов во Франции массовые демонстрации французских мусульман в значительной мере парализовали активность правоэкстремистского Национального Фронта. Европейские мусульмане во многом способствовали выработке Европой самостоятельной позиции по вопросу войны в Ираке в 2003 г. Зимой 2003/2004 гг. были проведены широкомасштабные акции европейских мусульман, которые были направлены против запрета французским Министерством образования ношения хиджаба в школах. В европейских городах постоянно проходят массовые марши в поддержку народа Палестины, против политики США и Израиля. Европа уже стала ареной деятельности исламских террористов, организовавших взрывы в Мадриде 11 марта 2004 г. и убийство голландского режиссера Тео Ван Гога в Амстердаме 2 ноября 2004 г.

За несколько десятилетий ислам превратился в важнейший фактор европейской общественной жизни. Без учета этого фактора невозможен сколько-нибудь серьезный прогноз будущего развития Европы, да и всего современного мира. Большинство мусульман Европы так и не интегрировалось в европейскую действительность и сознательно отказывается принимать западноевропейский образ жизни, мораль и ценности. Отказываясь от европейской идентичности, они делают выбор в пользу «чистого» ислама в его аравийской разновидности и ощущают себя в первую очередь частью всемирной мусульманской общины численностью более 1 млрд. человек. Сложившаяся демографическая ситуация укрепляет мусульман в уверенности, что рано или поздно Западная Европа станет частью исламского мира. Некоторые аналитики утверждают, что уже в недалеком будущем именно Франция станет первой исламской страной Западной Европы. Вряд ли события будут развиваться в столь стремительном темпе. Но тенденция роста влияния ислама очевидна: ее наглядным и уродливым по своей форме проявлением стал нынешний бунт мусульманской молодежи в городах Западной Европы. И чем дольше местные власти будут закрывать глаза на исламскую проблему, тем сложнее будет найти адекватные методы ее решения.

Глава II. Анализ Современной тенденции развития ислама в Западной Европе

2.1 Современное положение мусульманских общин в Западной Европе

На современное положение мусульман в отдельных европейских странах серьезное влияние оказывает историческое прошлое. Колониальная и империалистическая политика не только сама по себе стала одной из причин миграций с мусульманского Востока в западноевропейские страны во второй половине XX века, но и во многом определила этнический состав мусульман в этих странах, отношение к мусульманам европейского большинства и, наоборот, собственное позиционирование мусульман-иммигрантов, а также выбор стратегии интеграционной политики по отношению к иммигрантам Соболев В. Г. Мусульманские общины в странах европейского союза: Проблемы и перспективы — Спб., Изд-во С. -Петерб. ун-та, 2003. С. 57.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой