Литературная деятельность В.К. Кюхельбекера в Акше

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Литературоведение


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Муниципальное общеобразовательное учреждение

Средняя общеобразовательная школа,

с. Акша,

Акшинского района, Забайкальского края.

Исследовательская работа

«Литературная деятельность В. К. Кюхельбекера в Акше»

Выполнила

ученица 10 «а» класса

Фильшина Алена

Руководитель: учитель истории

Десятых Л.И.

Акша 2014 год

Оглавление

Введение. «Пускай горит строка…».

1. Начало литературной деятельности.

1.1 Учёба в лицее.

1.2 В кругу друзей своих.

1.3 В творческом порыве.

2. «Друзья за сотни верст…».

3. В. К. Кюхельбекер в Акше.

3.1 Новый этап жизни.

3.2 Литературный подъём.

3.3 Новые знакомства.

3.4 Отъезд из Акши.

Заключение. Выполнил свой долг до конца.

Примечания (ссылки).

Список использованной литературы.

Введение «Пускай горит строка…».

О жизни и деятельности декабристов написано очень много. Немало исследований посвящено жизни декабристов в Сибири и в Забайкалье. Но, несмотря на это, декабристоведческая тема всегда актуальна, а как писал Е. Д. Петряев — исследователь, краевед, занимавшийся серьёзно изучением жизни декабристов в Сибири: «…всё же связи сибиряков с «пионерами свободы» раскрыты лишь частично"1. Работая в прошлом году по теме «Гражданский и нравственный подвиг В.К. Кюхельбекера», я попыталась дать общую оценку жизни и деятельности В. К. Кюхельбекера. Но мне захотелось больше узнать о литературной деятельности этого замечательного поэта, друга А. С. Пушкина, который волей судьбы оказался в Сибири, в Забайкалье и в нашей далёкой Акше.

В фондах Акшинского музея хранится картина, написанная нашей местной художницей Любовью Ивановной Стаховской «На диком берегу Онона я сидел». Есть у В. К. Кюхельбекера стихотворение «Три тени», в котором он пишет о себе, о прожитых годах, вспоминает своих друзей: Александра Грибоедова, Антона Дельвига, Александра Пушкина. «Был душевный порыв, когда я прочитала это стихотворение, появился образ», — вспоминает Любовь Ивановна. Написана замечательная картина и сейчас её могут увидеть многие посетители музея.

Наши замечательные местные поэты — Б. К. Макаров, В. Т. Кобисский, работники музея, а особенно Щалпегина А. Г., проработавшая много лет заведующей музеем, собирают по крупицам материал, связанный с жизнью и творчеством декабристов, исследуют эту тему.

В 1986 году в газете «Забайкальский рабочий» Борис Константинович Макаров опубликовал стихотворение, посвящённое Вильгельму Карловичу Кюхельбекеру.

Кюхельбекер в Акше

И сыро, и серо,

Ударит ветер в стены —

Мигнёт свеча,

Задержится перо

И кажется, во всей большой вселенной

И сыро, и серо.

И сыро, и серо…

Осенний жухлый край,

Угрюмые заборы.

Глухой вороний крик.

Дворняг осипших лай.

Назойливые мелкие заботы.

Осенний жухлый край.

Осенний жухлый край…

Друзья за сотни верст,

Дороги развезло.

Зачитанный журнал

Давно по кругу пущен.

Дросида вся в себе,

В глазах немой вопрос:

За что он так её?

Друзья за сотни верст.

Друзья за сотни верст…

И всё же надо жить

Всему наперекор.

Не кончен разговор

И бой ещё не кончен.

И плеть ещё визжит,

И рабства жжет позор.

Бегут, бегут вдоль гор.

В Сибирь жандармов кони.

И всё же надо жить.

И всё же надо жить.

Попробуй, отступи —

Раздастся визг и свист.

— Сломался декабрист,

Зашелся в громком плаче!

Нельзя, нельзя сойти

С нелёгкого пути.

Могилами друзей

Сей гордый путь, означен.

Попробуй, отступи.

Попробуй, отступи…

Не дрогни же, рука

Не дрогни же, рука!

Пускай горит строка

И освещает дали,

И пусть она пройдёт

Сквозь годы и века,

И людям силы даст

В дни горя и печали.

Не дрогни же, рука

Не дрогни же, рука!

Все эти сведения о В. К. Кюхельбекере, прочитанная книга Ю. Тынянова «Кюхля» и другие источники, конечно, вызвали интерес, и захотелось больше узнать о В. К. Кюхельбекере — человеке, поэте, гражданине.

1. Начало литературной деятельности

Литературная деятельность В. К. Кюхельбекера началась в Лицее, учёба в котором оставила неизгладимый след в жизни Кюхельбекера. Ведь именно там он встретит своих друзей, останется верным этой дружбе на всю жизнь.

Первые стихи Кюхельбекера в лицее были встречены с иронией, его называли «метроманом"2, то есть рифмоплётом, ему писали многочисленные эпиграммы. Например:

Немчин наш гимнами лишь дышит,

И гимнами душа полна —

Да кто ж ему-то гимн напишет?

— А «Гимн глупцам» Карамзина.

Было обидно, но Кюхельбекер настолько жаждал знаний. Желание писать было огромно, его не оставляло поэтическое вдохновение. Опыт пришел позднее.

Пушкин, Пущин, Дельвиг — близкие по духу, наставники и друзья.

«Добрая душа был этот Кюхель… упоение поэзией Пушкина и глубочайшее изумление гению,…остались у Кюхельбекера всегда…"1 — писал Антон Дельвиг.

Кюхельбекер всю свою жизнь будет учиться у А. С. Пушкина. Кюхельбекер стал поэтом и поддерживал в сердце своём поэтический огонь долгие годы, прежде всего, под влиянием А. С. Пушкина.

Вот несколько строк из стихотворения «19 октября» А. С. Пушкина, находящегося в ссылке, стихи, написанные к лицейской годовщине — 19 октября 1825 года:

Я пью один, и на брегах Невы

Меня друзья сегодня именуют…

Но многие ль и там из вас пируют?

Ещё кого не досчитались вы…

Чей глас умолк на братской перекличке?

Кто не пришел? Кого меж вами нет?

И вот стихи Кюхельбекера, написанные к лицейской годовщине — 19 октября 1837 года, стихи, которые больно читать:

А я один средь чуждых мне людей

Стою в ночи, беспомощный и хилый,

Над страшной всех надежд моей могилой,

Над мрачным гробом всех моих друзей.

В тот гроб бездонный, молнией сраженный,

Последний пал родимый мне поэт…

И вот опять Лицея день священный;

Но уж и Пушкина меж вами нет!4

В этих строках Кюхельбекер — прямой преемник Пушкина, и в ситуации и в лицейской традиции.

Но и Пушкин и Дельвиг ещё в юности именно от Кюхельбекера услышали вдохновенные слова о великом предназначении поэта — пророка, голоса души народа, увидели в чудаке Кюхле пример гордого самоотречения во имя поэзии в высшем смысле этого слова. Ю. Тынянов писал, что первое напечатанное стихотворение Пушкина «К другу стихотворцу», обращено, именно, к Кюхельбекеру.

В 1817 году Кюхельбекер окончил Лицей с серебряной медалью. Перед ним и его друзьями открывалось блестящее будущее.

Служа в Министерстве иностранных дел, ведя преподавательскую деятельность, давая частные уроки, Кюхельбекер оставался поэтом, продолжая писать оды, послания, стихи, трагедии. Его литературная деятельность была многоплановой и разносторонней.

Поездка за границу, встреча с немецким поэтом Гёте, бурлящая Европа — всё это оставило неизгладимое впечатление у Кюхельбекера.

В 1840 году, находясь в Акше, он вспоминал Париж и называл себя человеком, которому:

…Рукоплескал когда-то град надменный,

Соблазн и образец, гостиница вселенной…5

2. «Друзья за сотни верст…»

Творческий поиск, неуемная энергия, неутомимость давали темы для литературной деятельности. Дружба и встречи с Александром Грибоедовым (вначале на Кавказе, затем в Петербурге) повлияли на формирование мировоззрения Кюхельбекера — поэта-декабриста. Они переписывались, советовались, прислушивались к мнению друг друга. Весной 1825 года в Петербурге была их последняя встреча.

Не случайно В. К Кюхельбекер оказался на Сенатской площади 14 декабря 1825 года. «Революционный"6 дух Лицея жил в нём всегда.

Вильгельм Карлович был осужден по 1-му разряду к смертной казни, в дальнейшем, «по милости монарха"7, заменённой на одиночное заключение сроком на 10 лет и вечное поселение в Сибирь. Поселение в Сибири оказалось действительно вечным: он умер за 10 лет до амнистии, объявленной Александром II.

Но дух Кюхельбекера в заточении не был сломлен. Вначале были письма, затем появилась возможность писать. 30 тысяч стихотворных строк написал Кюхельбекер за время заключения: поэмы «Давид», «Сирота», «Юрий и Ксения» и другие, сатирическая драма «Иван — купеческий сын», стихи, проза.

«Только одна мысль владела им, только одна забота оставалась в жизни — напечатать написанное, вернуться в литературу, пусть безымянным, но вернуться…». 8

3. В. К. Кюхельбекер в Акше

14 декабря начинается новый этап в жизни В. К. Кюхельбекера — освобождение из заключения. Кюхельбекер «определён навечно"9 в Сибирь.

С декабря 1835 года до лета 1839 года В. К. Кюхельбекер жил на поселении в Баргузине. Это был для него непростой период: ему не разрешали печататься, материальные проблемы приводили в уныние, поэтому, когда появилась возможность уехать, он согласился.

Летом 1839 года в Баргузин приехал комендант Акшинской крепости А. И. Разгильдеев и предложил Вильгельму Карловичу место учителя для своих дочерей Анны и Вассы с содержанием 800 рублей в год. Одной из причин переезда в Акшу было то, что Вильгельм Карлович надеялся, что в Акше он сможет заняться и литературным трудом, что было главным смыслом его жизни.

В октябре было получено разрешение Бекендорфа на переезд в Акшу. Надо было распорядиться урожаем, подготовиться в трудную дорогу. 19 января семья Кюхельбекера отправляется в Акшу, заехав по пути в Селенгинск и Кяхту для встречи с Бестужевыми.

1 февраля 1840 года семья прибыла на поселение в Акшу. О жизни, творчестве в Акше поселенец полно и подробно оповещает в своём удивительном документе-дневнике. В нём есть всё: стихи, критика, талантливые рецензии на прочитанные произведения, сообщения о делах семейных и хозяйственных.

Акшинский период Вильгельм Карлович считает самым светлым, самым благоприятным периодом своей невольной жизни. Здесь он обрел друзей: весьма расположенные к нему семьи братьев Разгильдеевых Николая, Евграфа, Василия и Александра Ивановичей, детей которых на выгодных условиях для него, обучал Вильгельм Карлович. Его учениками были и дети казачьего офицера Истомина, Прокопий и Петр. У него обучалась дочь Елизаветы Ивановны (сестра Разгильдеевых), а также обучались дети Д. М. Кандинского. В общей сложности Вильгельм Карлович давал уроки словесности, истории, географии и французского языка постоянно и периодически двенадцати ученикам. За обучение декабрист зарабатывал в год 3−4 тысячи рублей, что дало ему возможность расплатиться с баргузинскими долгами.

Благодаря поддержке и дружеским творческим связям с образованными людьми Забайкалья В. К. Кюхельбекер получал большое количество изданий, в том числе и литературные новинки.

У декабриста радостное событие: в Акшу привезли новые книги. В дневнике запись: «Приехал сюда новый вахтер и привез мне поклон от Шапошникова. потчевал он своими книгами, а именно: «Милодором Георгом», «Венциеном». 10

6 мая 1841 года Кюхельбекер записал в своём «Дневнике»: «Я получаю теперь здесь письма из Петербурга, Неаполя и книги, посланные из Дармштадта (от Жуковского)…Теперь в Даурии играют на рояле, проходят литературу, знают Расина, Шиллера, Байрона, говорят даже немного по-французски, а ведь недавно человек, который умел читать, здесь почитался чудом». 11

В Акше Кюхельбекер познакомился с А. А. Мордвиновым (1813−1872 г. г.) — литератором, педагогом, который преподавал в Нерчинском уездном училище и успешно практиковал обмен книгами среди декабристов. Основной темой их беседы, конечно же, была литература. Прощаясь, декабрист посвятил гостю такие строки: «Прощай, приятель! Не забудь отшельника. В его больную грудь ты пролил утешение». 11

22 июня этого же года Кюхельбекер записывает в дневнике: «Провел неделю, в которой отстал от своих занятий, зато познакомился с очень милым человеком, М.А. Дохтуровым» (речь идет о Нерчинском докторе). Кюхельбекер характеризовал его так: «…пишет стихи, рисует, стреляет метко из пистолета… умен, любезен, вспыльчив, благороден, скуп — словом, европеец». 12

Дохтуров, покидая Забайкалье, ответил строками, которые Кюхельбекер записал в своём дневнике (1840):

Минута жизни, но удалой,

Отрадней многих тяжких лет,

И лучше гибнуть, но со славой,

Чем прозябать без бурь и бед.

О, не жалей же о свободе,

Ни о былом, знакомец мой,

Ты вечен в памяти народа,

А я всё в гроб возьму с собой. 13

В Акше у декабриста в гостях побывал Николай Пущин — чиновник Министерства юстиции, брат И. И. Пущина. Здесь состоялись встречи Кюхельбекера с чиновниками управления Восточной Сибирью: И. С. Сельским, А. Н. Таскиным — горным инженером из Нерчинска, Л. Ф. Львовым — петербургским чиновником, А. В. Пятницким — Иркутским гражданским губернатором, Н. И. Любимовым — начальником миссии в Китае.

Еще в Баргузине у декабриста завязались польские связи. В Акше же он знакомится с двумя поляками — революционерами -Константином Савичевским и Александром Краевским. С последним связывала педагогическая деятельность в семье Е. И. Разгильдеева, кроме того, Кюхельбекер консультировал Александра во время перевода «Фауста» Гете на польский язык.

Савичевский и Кюхельбекер сблизились в Акше сразу. У них были общие ученики, первый преподавал музыку. 7 октября 1840 года запись в дневнике: «Истомин для нас затеял семейный бал, и представьте себе, я, старый хрыч, плясал без отдыха кадрили, мазурки, вальсы и бог знает что еще.». 14

Константин Осипович Савичевский стал первым слушателем драмы «Итальянец», трех глав «Ижорского», он же был первым критиком поэта. Благодаря Савичевскому декабрист не потерял интереса к польской культуре. Польскому другу поэт посвящает драматическую сказку «Иван — купеческий сын», и в «Посвящении» называет его «истинным ангелом-утешителем». 30 ноября в дневнике запись: «Расстался я со своим милым Константином… увы! С последним другом расставанье!». 15

Записи в дневнике говорят о связях с издателями высокопоставленных лиц: «Руперт (генерал-губернатор Восточной Сибири) принял посвящение моих „Шуйских“ и хлопочет о том, чтоб их напечатать», «а губернатор (А.В. Пятницкий) очень милый человек, он мой старый знакомец и помнит, как мы обедали вместе в дворцовом карауле. «, 16 — записал В. К. Кюхельбекер 28июня 1840 года.

В Акшу ему писал воспитатель царских детей, «отец русского романтизма» — Василий Андреевич Жуковский. «Кюхельбекер в Акше получил письмо от Жуковского из Дармштадта… Сверх того, он прислал мне свои и Пушкина сочинения…», 17 — гласит запись от 9 ноября 1840 года.

Интересные встречи, поток литературы, письма, литературное творчество… Здесь он закончил «Ижорского», принялся за роман, который задумал ещё в крепости. Пошли лирические произведения, которые были посвящены своей ученице Аннушке Разгильдеевой — 15-ти летней девушке, в которую он был влюблен:

Если путник утомлённый

Обретёт в степи сухой

Цвет душистый и смиренный,

Воскресает он душой:

Обещает цвет прекрасный

Вечер сладостный и ясный

После тягостного дня.

«Ждёт меня ручей прохладный,

Роща под твой щит отрадный

Примет он с утра меня", —

Так шепнул пришлец усталый

И сорвал цветочек алый

И к устам его прижал.

Друг! и я было устал:

Горьки были испытанья,

Ношу тяжкого страданья

Средь пустынь, и тундр, и скал

Я влачил в краю изгнанья, —

Вдруг ко мне порхнула ты,

Будто с горней высоты

Ангел мира, ангел света,

Из-за грозных чёрных туч

Мне мелькнул весёлый луч,

Луч радушного привета:

Дол угрюмой темноты

Вкруг меня ты озарила

Блеском детской красоты.

Мне дана обратно сила,

Я с судьбой мирюся вновь:

Здесь знакомым чем-то веет,

Здесь семьи моей любовь

Душу труженика греет.". 18

Юрий Тынянов в своем романе «Кюхля» трогательно и лирично описал этот период жизни поэта.

31 декабря 1842 года Вильгельм Карлович печалился: «Я не могу похвалиться счастием: люблю жену всей душою, но мои поступки часто её огорчают, потому что она нередко их совершенно превратно толкует. Впрочем, она добра, и я должен с нею поступать как с ребёнком, потому что у неё ум истинно младенческий. Да укрепит её Господь перенесть жизнь и судьбу, так тесно связанную с моей. Здешних она почти никого не любит: своих Баргузинских слишком, хотя те вовсе не более достойны любви. По нелюбви к здешним жителям она почти всегда одна, никуда не ходит, между тем как я, по занятиям своим проводить ѕ дня вне дома». «Друзья мои, вам жаль поэта?». 19

27 марта 1842 г. — умер рожденный в Акше сын Иван, в 1843 году родилась дочь Юстина. Семья Разгильдеевых переезжает в Кяхту. После их отъезда, Кюхельбекер лишился основного дохода от преподавательской деятельности. Жизнь семьи становилась трудной. Грустный прогноз сложился у Вильгельма Карловича.

«В 1843 и 1844 годах сделался неурожай, в 43-м не выходил с серпом в поле: всё дотла выжгло; в 44-м не воротил я своих семян. После отбытия Разгильдеевых каждая книжка в Акше стала явлением, какою-то кометою; её завозил разрозненную, растрёпанную и засаленную какой-нибудь пьяный заседатель». 20

Кюхельбекер, обеспокоенный материальным положением семьи, а так же ухудшением здоровья стал подавать прошение о переводе его в Кяхту. Но последовал отказ.

7 июня 1844 года пришел ответ от графа Бенкендорфа о том, что разрешено «Вильгельма Кюхельбекера переселить в Смоленскую слободу, Курганского уезда Тобольской губернии». 21

Закончилась еще одна страница жизни Кюхельбекера. Этот период в Акше он считал самым счастливым и плодотворным. Но обстоятельства опять оказались сильнее. Результатом прошений стал перевод Вильгельма Карловича в Западную Сибирь.

кюхельбекер поэт декабрист акшинский

Заключение. Выполнил свой долг до конца

В. К. Кюхельбекер, несомненно, сыграл большую роль в общественном и культурном развитии Забайкалья, моей малой родине — Акше. Под его влиянием оживились культурные, литературные интересы. Его литературное творчество в Сибири — результат личного мужества, напряженного труда, который не смогли сломить жесточайшие условия жизни.

Работая над данной темой, я как бы окунулась в ту далёкую эпоху, познакомилась с творчеством В. К. Кюхельбекера, прочитала многие его литературные произведения, много узнала о жизни этого бесстрашного человека. С большим желанием и интересом я могу передать свои знания другим. Но, думаю, на этом изучение жизни и творчества В. К. Кюхельбекера я не могу закончить. У меня появилось столько вопросов, пожалуй, больше, чем я узнала: дружба с А. С. Пушкиным, лицейский период, подготовка восстания и многое-многое другое — с чего начиналось, как происходило. Я нашла много источников — монографий, статей, воспоминаний и свою исследовательскую работу я хочу продолжить.

Проследив судьбу Вильгельма Карловича Кюхельбекера, убеждаемся в правоте слов Юрия Тынянова о том, что: «Поэтическая судьба Кюхельбекера — это, быть может, наиболее яркий пример уничтожения поэта, которое произвело самодержавие». 22 И не только как поэта, но и литератора, критика, переводчика. Как бы ни старалось самодержавие, «убивая» его морально своими отказами печатать произведения поэта, литературные труды Кюхельбекера не были утрачены.

На протяжении всего срока наказания, включая и крепостное заключение, нигде не отмечается что-либо об изменении его политических взглядов. Кюхельбекер никогда не просил о помиловании, всё это заслуживает уважение. К тому же одну из установок декабристов — нести просвещение в народ, Вильгельм Карлович выполнил в полной мере.

Как гражданин и как поэт Кюхельбекер заслуживает, чтобы о нём знали и помнили. Он выполнил свой долг служения Родине.

Жива и неизгладима память в Акше о декабристах. В Акшинском музее собраны значительные материалы, интересные документы о жизни и деятельности декабристов в нашем крае. Одна из улиц Акши переименована в улицу Декабристов, другая с 26 ноября 1983 года носит имя В. К. Кюхельбекера.

Интерес к теме «Декабристы» не иссякает. Это наша история, это наша память. И мы благодарны этим людям, декабристам, за их беспримерный подвиг во имя жизни и счастья других.

Примечания (ссылки)

1. Е. Петряев. «Живая память», Москва, «Молодая гвардия», стр. 58.

2. Сб. «Сибирь в поэзии декабристов», Иркутск, Вост-сиб. изд., стр. 62.

3. Дельвиг А. А., Кюхельбекер В. К. «Избранное», Москва, 1987, стр. 229.

4. Сб. «Сибирь в поэзии декабристов», стр. 84.

5. Е. Петряев. «Живая память», стр. 85.

6. Йосифова Б. «Декабристы», Москва, изд. «Прогресс», стр. 112.

7. Коржов С. Н. Узник Кексгольма. «Сибирь и декабристы», выпуск 5, стр. 64.

8. Васильев А. «С надеждою быть России полезным…», Свердловск, 1986, стр. 109

9. Баганова Е. В. «В. К. Кюхельбекер на поселении в Сибири», Улан-Удэ, 2001, стр. 96.

10. Дельвиг А. А. Кюхельбекер В.К. «Избранное», стр. 279.

12.Е. Петряев. «Исследователи и литератора старого Забайкалья», Чита, 1957 г., стр. 101.

11,14−16,19 — там же, стр. 540−543

20. Из книги А. Г. Щалпегиной «Наш отчий край — земля Акшинская», Чита, 2003, стр. 17.

21,22. Тынянов Ю. «Кюхля, Москва, изд. «Сов. Россия», 1975 г., стр. 118,211.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой