История психологии XIX века

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Психология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ НАУКА В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ НАУКА ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА

ВЫВОД

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

ВВЕДЕНИЕ

Наука в том смысле, в котором мы знаем ее сейчас, явление относительно новое. В сущности, она является мировоззрением буржуазии, пришедшей к власти в западном мире в XVII веке с промышленной революцией.

Когда мы сейчас говорим слово «наука», мы можем понимать под ним две вещи: поиск истины и сообщество, занимающееся научной деятельностью. До XVII века наука была только поиском истины, однако поиск истины не означает обладания ею. Поэтому история науки это история ошибок и находок которые позволяли менять направления поиска.

Автор реферата ставит перед собой цель изучить имеющиеся литературные источники и составить представление об основных направлениях развития психологии в России в XIX веке, охватить картину исторического среза единым взглядом и рассмотреть вклад в развитие психологии отдельных авторов. Выполнение данной работы позволит выяснить закономерности смены строя мышления, раскрыть взаимосвязь психологии с другими науками, изучить творческие личности ученых, создававших психологию в России.

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ НАУКА В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА

Россия XIX века была очень образованной страной. Русские люди, чтобы не быть внутренне зависимыми от Запада, просто изучали по нескольку иностранных языков, ехали в европейские университеты или приглашали европейских ученых в российские университеты. Т. е. духовная жизнь русского общества в XIX веке многое заимствовала из западной культуры и вместе с тем она отражала своеобразие социального и исторического пути развития России, оказывая существенное влияние на формирование отечественной науки.

Русский философ Н. И. Надеждин был первым, кто предпринял первую попытку осмыслить национальный характер русских людей опираясь на конкретные сведения о русском народе. В 30-х годах XIX века он издавал журнал «Телескоп» и приложение к нему «Молва», где опубликовал взбудоражившее общество «Философическое письмо» Л. Я. Чаадаева. Полное негодования против национального самодовольства и духовного застоя, оно имело и для издателя журнала, и для автора письма печальные последствия. Чаадаева объявили сумасшедшим, Надеждина выслали.

Работая в Русском географическом обществе, Надеждин предложил программу широкомасштабного описания силами самих русских людей «наблюденных и замеченных» особенностей народа всюду, «где только чуется Русь». При этом имелись в виду «разбор и оценка удельного достоинства ума и народной нравственности, как оно проявляется в составляющих народ личностях». Программа была разослана по различным губерниям, и добровольные собиратели сведений из числа учителей, лекарей, чиновников, священников направляли в Общество сотни рукописей, описывающих умственные и нравственные особенности жителей великой империи. В числе материалов были характеристики языка, быта, особенностей материальной культуры, в которых осели сведения о психическом складе русского человека, о его «идолах и идеалах».

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ НАУКА ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА

В середине XIX века, начала формироваться самобытная отечественная психология, начался поиск путей ее построения, ее методологии и собственно предмета, ее отличий от других наук и различий с европейской психологией.

Шестидесятые годы XIX века — один из самых знаменательных этапов в русской истории и русской науке, эти годы принесли общее духовное раскрепощение человеческой личности. Эти годы принесли реформы, которые давно ожидались и требовались мыслящей частью общества. Трудность преобразователей была в том, что они не находили и не могли найти готовых исторических указаний, на которые могли бы опереться в своей деятельности. Процесс реформирования затрагивал практически все общественные группы. Резкое изменение социальной ситуации, связанное с коренными реформами жизни народа, кардинальное изменение его уклада, быта с необходимостью заставило образованную часть общества задуматься и осмыслить свою историю, понять истоки традиций, былин и мифов, понять происхождение своих положительных и отрицательных качеств. Эти проблемы и стали центральными для социологии, философии и психологии того времени. Естественные и гуманитарные науки того времени имели тенденцию к созданию универсальных теорий, каждая из которых претендовала на открытие основных закономерностей развития человека и общества. Этот подход виден в концепциях А. В. Веселовского, А. А. Потебни, И. М. Сеченова, К. Д. Кавелина и других ученых того времени.

Так как просвещение, т. е. распространение знаний, происходило в России главным образом при помощи журналов, то становится ясной их исключительная роль в развитии отечественной науки и культуры. Центром либеральной интеллигенции стал журнал «Вестник Европы», с которым сотрудничали ведущие ученые и писатели того времени — И. С. Тургенев, Л. Н. Толстой, И. А. Гончаров, И. М. Сеченов, К. Д. Кавелин, А. Н. Пыпин, Н. И. Костомаров и другие. Под руководством ученого и публициста М. М. Стасюлевича этот журнал превратился в литературно-политический сборник и являлся одним из центров культурной жизни, по редакционным статьям и хроникам которого можно судить о развитии общественного сознания в России во второй половине XIX века.

Прежде всего необходимо было разработать методологию новой науки, понять, какой ей надлежит быть — естественной или гуманитарной. Из ответа на этот вопрос вытекало и то, на основе какой науки следует формировать психологию — на основе философии, с которой она и была связана главным образом до того времени, или на основе физиологии, как того требовали новые веяния науки и общественные предпочтения. Практически было предложено две концепции построения психологии.

У истоков каждой из них стояли выдающиеся мыслители. У первой — Николай Чернышевский, у второй — Памфил Юркевич и Владимир Соловьев. Они заложили в России традиции человекопознания исходя из противостоявших друг другу способов осмысления природы личности.

К антропологическому принципу Чернышевского восходит русский путь в науке о поведении — от И. М. Сеченова до И. Л. Павлова и А. А. Ухтомского. К теологическому принципу В. С. Соловьева восходит апология «нового религиозного сознания» в трудах Н. А. Бердяева, С.Н. и Е. Н. Трубецких, С. Л. Франка и др. И новое учение о поведении, и апология «нового религиозного сознания» являлись плодами русской мысли, двух ее мощных течений — естественнонаучного и религиозно-философского.

Теперь, когда историческая ситуация в целом описана, рассмотрим подробнее вклад отдельных ученых того времени в психологию.

Николай Гаврилович Чернышевский (1828−1889). В 1842 г. поступил в Саратовскую духовную семинарию, время пребывания в которой использовал в основном для самообразования: изучал языки, историю, географию, теорию словесности, русскую грамматику. Не окончив семинарию, в 1846 г. поступил в Петербургский университет на историко-филологическое отделение философского факультета. За годы учёбы в университете были выработаны основы мировоззрения, Чернышевский сознательно готовит себя к революционной деятельности, делает первые попытки писать художественные произведения. В 1850 г. окончив курс кандидатом, получает назначение в Саратовскую гимназию и весной 1851 г. приступает к работе.

В 1860 г. Чернышевский тайно, без подписи опубликовал в «Современнике» свою главную философскую работу — «Антропологический принцип в психологии». А Юркевич, тогда еще доктор философии в Киевской Духовной Академии, написал ответ, благодаря которому разгорелись те споры шестидесятых, из которых родился терроризм, и было выкинуто из жизни понятие о душе, а психология стала разделом физиологии.

Психология Чернышевского строилась на основе принципов философского материализма в его антропологической форме. Согласно Чернышевскому, суть антропологического принципа составляет такой подход, в соответствии с которым «на человека надобно смотреть как на одно существо, имеющее только одну натуру, чтобы рассматривать каждую сторону деятельности человека как деятельность или всего его организма от головы до ног включительно, или, если она оказывается специальным отправлением какого-нибудь особенного органа в человеческом организме, то рассматривать этот орган в его натуральной связи со всем организмом» (21, с. 103). В то же время в человеке два рода явлений: материальные (человек ест, ходит) и нравственные (он думает, желает). Чернышевский выступает против дуализма в психологии. Антропологизм Чернышевского близок Фейербаху, но в отличие от созерцательного характера теории последнего у него вся философия подчинена задачам революционной борьбы.

Чернышевский требовал причинного подхода в психологии. Научная психология должна выйти за пределы сознания в целях познания его причин. Решение этой задачи продолжил позже И. М. Сеченов.

В понимании психики Чернышевский выступил против функционального подхода, закреплявшего психологический атомизм. Мышление, память, воображение принадлежат личности и должны рассматриваться в связи с деятельностью человека в соответствии с определенной потребностью. Чернышевский развивает мысли о специфике человеческих потребностей, в которых в отличие от биологических потребностей животных интересность органического процесса отходит на задний план. Подчеркивается мысль о производстве потребностей в жизни, в активной деятельности.

Чернышевский различал характер и темперамент. Характер определяется условиями жизни, воспитанием и поступками человека. Темперамент обусловлен природными факторами, но даже и он подвержен влиянию социальных условий. Мысли о социальной природе характера выводят Чернышевского за границы антропологического принципа в понимании человека как органического существа. Он разрабатывает также понятие «народного характера» как совокупности умственных и нравственных качеств различных народов. В то же время изучение национальной психологии народов Западной Европы приводит его к выводу, что национальные различия стираются в условиях классовых и профессиональных разделений общества.

Владимир Сергеевич Соловьев (1853−1900). Влияние, которое оказал Соловьев на виднейших ученых своего времени, не ослабло и после его смерти. После защиты докторской диссертации в 1880 г. он начал работать в Петербургском университете. Но в 1881 г. он вынужден был уйти. Отставка была связана с тем, что Соловьев считал неприемлемой смертную казнь, высказав убеждение в необходимости ее отмены для всех преступников, в том числе и для цареубийц. С этого времени началась активная публицистическая деятельность Соловьева. Им созданы такие значительные произведения, как «Смысл любви», «Оправдание добра», «Три разговора».

Свою философию Соловьев называет мистицизмом, т. е. таким воззрением, которое признает недостаточность эмпиризма и рационализма и, не отвергая их относительной истинности, требует дополнения их другими источниками знаний, имеющимися в «цельном разуме». Этот иной источник есть вера в существование трансцендентального (выходящего за границы познания, опыта) мира. Этот трансцендентальный мир, или всеединое целое, или Бог, содержит в себе безусловную истину. Человек занимает промежуточное положение между преходящим миром, не заключающим в себе истины и безусловной истиной. В центре его концепции стоит личность Христа. Христос победил смерть и таким путем приобщил мир преходящих явлений к вечной жизни. В Христе человеческое и божественное начала получают свое высшее воплощение, и, следовательно, на основе христианства возможно восстановление изначального единства.

Человек наделен самосознанием, он является высшим звеном эволюции природы и поэтому может осознать направление и цель развития. Цель — стремление к идеальному всеединству, которое достигается через личное нравственное самосовершенствование. Для достижения цели свободная воля должна делать постоянные усилия.

Соловьев был кумиром всего последующего поколения философов начиная с двадцати пяти лет, потому что в 1878 году отчитал в Петербурге цикл публичных лекций с названием «Чтения о Богочеловечестве». Эти чтения «собирали множество слушателей и имели большой общественный резонанс» (4, с. 454), потому что Володя Соловьев уже с двадцати лет считался настоящим русским гением философии, и на него советовали сходить, чтобы потом можно было сказать, что видел живого гения.

Именно в этих чтениях была заложены главные понятия всего нового философского направления России — всеединство и софиология, которые будут развивать все самые известные и модные философы последующих поколений. Здесь же и будет дано им самое развернутое понятие о душе. В последующих работах Соловьев будет скучно использовать картезианскую точку «я» вместо души, не останавливаясь на этой избитой для него теме подробно.

Какое же понятие души используется в «Чтениях о Богочеловечестве»?

«Итак, мы имеем трех особенных субъектов бытия, из коих каждому принадлежат все три основные способы бытия, но только в различном отношении. Первый субъект представляет и чувствует лишь поскольку хочет, что уже необходимо следует из его первоначального значения. Во втором, имеющем уже первого перед собою, преобладает объективный элемент представления, определяющая причина которого есть первый субъект: воля и чувство подчинены здесь представлению, - он хочет и чувствует лишь поскольку представляет — наконец, в третьем субъекте, имеющем уже за собою и непосредственно_творческое бытие первого и идеальное бытие второго, особенное или самостоятельное значение может принадлежать только реальному или чувственному бытию: он представляет и хочет лишь поскольку ощущает. Первый субъект есть чистый дух, второй есть ум (Нус), третий, как дух осуществляющийся или действующий в другом, может быть в отличие от первого назван душою» (15, с. 108−109).

Итак, душа — это дух, осуществляющийся или действующий в другом…

Последователями Соловьева были Лопатин, Лосский, Франк.

Сергей Николаевич Трубецкой (1862−1905). Гениальный философ, ушедший из жизни раньше, чем создал все, что мог. Его черновики наполнены глубоким смыслом и вознаграждают поразительными находками. Князь Трубецкой разрабатывал одну идею, которой вдохновил его еще Владимир Соловьев и ради которой он стал лучшим в России знатоком античной философии. У Соловьева она называлась София, Трубецкой прочитал ее вслед за Платоном как Мировую душу.

Свою психологию Трубецкой дает в работе с обманчивым названием «О природе человеческого сознания». Обманчиво оно потому, что о «природе» сознания он там не говорит, а основной вопрос его звучит так: «Что прежде, что существенно: род или индивид — в природе вещей, в сознании человека, в его личной и общественной жизни?» (17, с. 486).

В его рассуждениях о психологии или сознании немалая глубина.

«Вся — так называемая — психология от простого самонаблюдения до психофизических экспериментов убеждает нас в отличии личности от сознания. Отождествляя их, мы приходим к отрицанию личности.

Личное самосознание пробуждается в нас лишь много времени спустя после нашего рождения. «Личность» исчезает, забывается во сне, в обмороке, каталепсии, при различных поражениях головного мозга, когда остается еще некоторая степень сознательности.

В явлениях — так называемого — раздвоения личности, в явлениях «душевной диссоциации», мы видим в одном и том же теле — как бы — несколько индивидуальных личностей, несколько разобщенных памятей, сосуществующих друг с другом" (17, с. 572).

Трубецкой был одним из главных деятелей того философского движения, которое вслед за Соловьевым пыталось ввести религиозные вопросы в круг философских исследований.

Против слияния веры и знания выступал инициатор становления экспериментальной психологии в России — Грот.

Николай Яковлевич Грот (1852−1899). Грот считал, что психология должна быть объективной, естественной и экспериментальной наукой. Он был активным сторонником практического использования психологии, ее связи с педагогикой, медициной, юриспруденцией. Новый этап психологии связан с объединением разных психологических теорий на основе эксперимента.

Грот считал, что главным методом психологического исследования является самонаблюдение. Самонаблюдение может быть личным и коллективным (опросники, анкеты).

Наибольшие трудности для экспериментальной психологии связаны с описанием душевного состояния субъекта и правильная интерпретация его экспериментатором. При интерпретации важно опираться не только на собственный опыт, но и на описанный в литературе.

В середине 80-х годов в творчестве Грота произошел переход от увлечения естественными науками к ориентации на философию и исследование духовного мира человека.

Грот выделял в человеке два основных стремления — отрицательное (влечение к чувственному, материальному существованию) и положительное (стремление к вечности). В норме эти идеальные стремления и есть высшие человеческие чувства, а выражением свободы личности является осознание возможности падения (стремление к жизни только материальной) и возрождения (к жизни вечной). Т.о., свобода личности представляет собой и положительное и отрицательное понятие одновременно.

Развитие личной воли возвращает человеку свободу действия или бездействия и является основой, направляющей и определяющей саморазвитие личности. Т. е. развитие личности направлено прежде всего на борьбу с опасностью ограничения воли, которая исходит как от внешнего мира, так и от тела. Т.о. он пришел к основной идее о том, что свобода личной воли есть дар единой вселенской воли, но достигаем мы ее самостоятельно, в процессе нашего индивидуального саморазвития.

Возглавляя Психологическое общество, созданное в 1885 г. при Московской университете, Грот организовал дискуссию о свободе воли. Был создан журнал «Вопросы философии и психологии», вокруг которого сгруппировались все творческие силы России того времени. Общество и журнал просуществовали до 1918 г., сыграв огромную роль в формировании психологии в России.

Его идеи были поддержаны и развиты его учеником, Г. И. Челпановым.

Памфил Данилович Юркевич (1826−1874). Точкой зрения Юркевича был свободный эмпиризм, включающий в себя и все истинно рациональное, и все истинно сверхрациональное, так как и то, и другое прежде всего существует эмпирически в универсальном опыте человечества с не меньшими правами на признание, чем всё видимое и осязаемое. Юркевич очень любил предостерегать своих слушателей от смешения абсолютного знания со знанием об абсолюте. Первое невозможно; ко второму ведут три пути -- сердечное религиозное чувство, добросовестное философское размышление и мистическое созерцание. Склонностью Юркевича к мистицизму, объясняется и отношение к спиритизму. Юркевич, как человек осторожный, не писал о спиритизме, но очень им интересовался и многого ждал от него.

Философские труды Юркевича немногочисленны; помещались по преимуществу в «Трудах Киевской Духовной Академии» и в «Журнале Министерства народного просвещения. Наиболее замечательны: «Идея» 1859 г., «Материализм и задачи философии» 1860 г., «Сердце и его значение в духовной жизни человека по учению слова Божия» 1860 г., «Из науки о человеческом духе» 1860 г., «Доказательства бытия Божия» 1861 г., «Язык физиологов и психологов» 1862 г., «Разум по учению Платона и опыт по учению Канта» 1866 г. надеждин психология юркевич

Кавелин Константин Дмитриевич (1818−1885). Кавелин был последним из тех, кто в XIX веке признавал душу предметом психологии и писал этику. Он был одним из основателей и крупнейших теоретиков российского либерализма, отразившего в своем творчестве мысли сомнения той части интеллигенции, которая пыталась смягчить болезненные последствия процесса модернизации, начатого реформами 60-х годов XIX века. В 1872 году вышел труд Кавелина под названием «Задачи психологии», в котором он размышляет о том, какой действительно должна быть подлинная наука о душе. Кавелин говорил не о физиологическом, а о культурно-историческом подходе к психологии. В 1876 году он издает свою первую этическую работу «Идеалы и принципы», а к 1884 году разрабатывает «Задачи этики». В сущности, это был выход на прикладную культурно-историческую психологию. Главная задача этики Кавелина — как русской душе выжить в научном обществе. Всей своей этикой Кавелин дает классический пример того, как психологу ставить себе задачу:

«И в самом деле, кто же из поборников науки не был, лет тридцать тому назад, непоколебимо убежден, что знание, просвещение, хорошие общественные порядки сами собою воспитают нравственность и добродетель в сознании и сердцах людей? Кому из них не думалось, что культура, основанная на знании, должна навсегда упразднить и предания, и этику, делая их ненужными?

В сознании торжествующей силы европейской цивилизации, которая захватывает все больший и больший круг людей и распространяется чуть ли не на весь мир, мы привыкли смотреть на учение о нравственности, как на россказни старых нянек, удел детского возраста и невежественного простонародья" (5, с. 900).

Кавелин, до него Лермонтов, после него Розанов, пишут о тоске, которую испытывает русское дворянство в начале XIX века и русская интеллигенция начиная с его середины. Этика Кавелина имела цель указать на мировоззренческие ловушки, пришедшие с запада, и вернуть русским людям чувство действительности. Этнографические исследования привели его к мысли о том, что анализ продуктов народного творчества может являться методом изучения национальной психологии так же, как и анализ продуктов индивидуального творчества способствует изучению индивидуальной психики. Таким образом, он приходит к выводу о возможности объективного опосредованного исследования психики, так как психическая жизнь оставляет во внешнем мире следы, представляющие собой знаки и символы, т. е. продукты культуры. Свойства национальной психики проявляются и в науке, и в религии. Таким образом, в своих этнографических и этнопсихологических исследованиях Кавелин, независимо от Вундта и Тейлора, пришел к сходным выводам.

В Задачах этики Кавелин делает очень важное наблюдение для прикладной психологической работы: мы все обладаем двумя нравственностями, двумя сводами правил поведения. Мы можем не задумываться о душе, но есть что-то, что является только нашим убеждением и что мы не предадим, потому что будем ощущать, что сломались. А есть знания о том, как вести себя, чтобы не осуждали окружающие.

Кавелин утверждал, что психология — та наука, в которой должны соединиться физиология и философия, так как в отдельности они не могут объяснить всей сложности человеческой природы, в том числе и такую важнейшую проблему, как творчество. Утверждая, что психику нельзя свести к физиологии, так как физиология — лишь условие возникновения психических явлений, Кавелин доказывал, что психическое, как несводимое к материальному, не может и подчиняться материальным законам и, главное, закону причинности, т. е. детерминизму, отрицающему свободу воли человека. По Кавелину, без свободы воли нет личности, так как она формируется в борьбе с внешними обстоятельствами. Он считал, что душа есть живая психическая реальность, вырабатывающая из себя под влиянием окружающего материального мира особый нравственный порядок, служащий образцом для преобразования материальных сочетаний. Это взаимоотношение двух порядков — материального и психического не определяется законом причинности, а потому и возможна свобода воли, свобода человеческой деятельности. Таким образом, не отрицая в принципе необходимость физиологических исследований психического, Кавелин выступил против понимания психологии только как естественной науки, доказывая необходимость ее связи с философией.

Михаил Иванович Владиславлев (1840−1890). Был профессором и ректором Петербургского университета. Благодаря ему психология стала одной из ведущих дисциплин университета. Он занимался популяризацией взглядов немецких психологов и философов, разрабатывал собственный курс опытной психологии, центральное место в котором занимали вопросы воли и нравственности.

В своей теории Владиславлев стремился соединить эксперимент с идеалистическим взглядом на душу. Применив энергетический закон к психологии, что было новинкой в 70−80-е годы XIX века, Владиславлев пытался связать энергетическую теорию с забыванием и воспроизведением, считая, что бессознательные состояния и забывание характеризуются минимумом энергии. Он разделял волюнтаристский подход Вундта, причем своеобразие психологических взглядов самого Владиславлева, изложенных в его учебнике «Психология» (1881), проявляется именно в трактовке воли и ее роли в психическом развитии человека, в формировании его этических и эстетических идеалов. Это соединение этики и эстетики не случайно и является одной из основных отличительных черт его психологии. Исходя из своей концепции психики, Владиславлев рассматривал искусство как практическую психологию и как школу нравственности. Он дал детальное описание разницы эмоционального воздействия живописи, музыки, поэзии и прозы, представляющее и сегодня значительный интерес.

Иван Михайлович Сеченов (1829−1905). В ходе экспериментов над мозгом Сеченов открывает так называемые тормозные центры, т. е. локализованные в таламической области нервные центры, раздражение которых задерживает двигательную активность. Это было великое открытие. Оно не только начинало новую главу в физиологии головного мозга, но и изменяло всю систему представлений о функциях этого органа.

Для Сеченова самым важным было доказать на опыте, что воля, веками считавшаяся исходящей от души силой, производится маленьким кусочком мозгового вещества. Ведь самый верный признак волевого поведения — умение противостоять раздражителям, задерживать нежелательные импульсы. И все эти признаки, как свидетельствовал эксперимент, зависят от деятельности центров в головном мозгу. Используя это открытие, Сеченов пишет свой первый психофизиологический трактат «Рефлексы головного мозга».

Он набрасывает эскиз мозговой машины, понимая под ней не простое передаточное устройство внешнего раздражителя на двигательные снаряды, а механизм, снабженный несколькими центральными придатками, от деятельности которых зависит конечный эффект внешнего импульса.

Один придаток — это тормозной центр, который ставит барьер на пути импульса к исполнительным органам. Другой придаток усиливает движение и служить субстратом чувств, побуждений. Третий позволяет сохранять следы прежних воздействий. Это память мозговой машины. И четвертый выполняет «предуведомительную роль»: он улавливает и усиливает раздражители, с тем, чтобы отреагировать на них, прежде чем они успеют нанести ущерб организму. Наделенная такими свойствами «машина» способна, по Сеченову, объяснить основные свойства человеческого поведения.

Сеченов построил свою психологическую систему на понятии рефлекса, как процесса отражения свойств внешнего мира.

В любой психической деятельности есть начало, как и элементарном рефлексе. Это происходит благодаря стимулу из внешнего мира. Сеченов предположил, что без стимулов извне психическая жизнь вообще невозможна. Первая причина всякого человеческого действия лежит вне его. Т. е. любое человеческое поведение суть рефлекторное явление.

Внутренние причины производны от первоначально внешних причин (идея интериоризации). «Голос совести», кажущийся внутренним, был когда-то внешним стимулом, а затем подвергся интериоризации.

В любом рефлексе есть окончание, которое выражается либо движением, либо его «торможением» (задержкой).

Из наблюдения за развитием поведения ребенка от простейших хватательных и глазодвигательных рефлексов до речемыслительных и нравственно-волевых актов Сеченов пытается показать, что мысль есть «свернутое, укороченное» действие, формирующееся в процессе вначале вполне внешнем, выражающемся вполне реальными движениями и действиями.

Сперва мысль (типа умозаключения) выражается в реальных действиях организма с предметами окружающего мира. Затем она свертывается, становится внешне незаметной, но сразу же возникает при каждой новой встрече с этими предметами.

Главными психическими элементами, по Сеченову, являются чувствование и действие, а принципом построения поведения — согласование действия с чувствованием.

Психическое понимается Сеченовым как процессы, имеющие начало, середину и конец, материально (объективно) воплощенные в процессах деятельности организма, иногда бессознательные, иногда сознательные, подлежащие вполне детерминистскому объяснению, рефлекторные по своей природе.

ВЫВОД

Просмотрев работы российских философов и психологов XIX века можно выделить несколько основных свойств, характерных для большинства отечественных психологических концепций. К этим свойствам относятся антропологизм российской науки, преобладание нравственных, этических проблем в российской психологии, стремление все исторические и социальные изменения рассматривать с точки зрения человека, его практической пользы. При этом отечественные исследователи стремились не только к решению этических вопросов, но и к изучению их истории, динамики развития. В отличие от европейской психологии, в которой сверхличным объединяющим началом было признано мышление, рациональное в душе человека, отечественная психология, не отрицая сверхличных элементов сознания, видела их прежде всего в нравственности, также разрабатываемой не отдельными личностями, а целыми народами, нациями.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Бердяев Н. А. Русская идея. Основные проблемы русской мысли XIX века и начала XX века // О России и русской философской культуре. Философы русского зарубежья. — М.: Наука, 1990.

Большой психологический словарь / Сост. и общ. Ред. Б. Мещеряков, В. Зинченко. — СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК, 2003.

Введенский А. И. Судьбы философии в России. // Введенский, Лосев, Радлов, Шпет: Очерки истории русской философии. — Свердловск: Изд-во Уральского университета, 1991.

Гайденко П. П. Соловьев B.C. // Русская философия. Словарь. — М.: Терра, 1999.

Кавелин К. Д. Задачи этики // Кавелин К. Д. Полное собрание сочинений. Т.3. — СПб., 1899.

Лазурский А. Ф. Психология общая и экспериментальная // Избранные труды по общей психологии. Психология общая и экспериментальная. — СПб.: Алетейя, 2001.

Ланге Н. Н. Психический мир: Избранные психологические труды / Под ред. М. Г. Ярошевского. — М.: Изд_во «Институт практической психологии»; Воронеж: НПО «Модэк», 1996.

Лосев А. Ф. Русская философия // Введенский, Лосев, Радлов, Шпет: Очерки истории русской философии. — Свердловск: Урал, ун_т, 1991.

Петровский А. В. Записки психолога. — М.: Изд_во УРАО, 2001

Прения по реферату Л. М. Лопатина «Понятие о душе по данным внутреннего опыта» // Вопросы философии и психологии. — Сентябрь_октябрь 1896.

Радлов Э. Л. Очерк истории русской философии // Введенский, Лосев, Радлов, Шпет: Очерки истории русской философии. — Свердловск: Урал, ун_т, 1991.

Сеченов И. М. Кому и как разрабатывать психологию // Сеченов И. М. Собрание сочинений, т.2.- М.: Моск. университет, 1908.

Сеченов И. М. Рефлексы головного мозга // Сеченов И. М. Собрание сочинений, т.2.- М.: Моск. университет, 1908

Соловьев B.C. Русская идея. — М.: Путь, 1911.

Соловьев B.C. Чтения о Богочеловечестве // Собрание сочинений под ред. Соловьева и Радлова, т. З. — СПб., 1911−1914.

Соловьев В. С. О философских трудах П. Д. Юркевича // Собрание сочинений под ред. С. Соловьева и Э. Радлова, т. 1. — СПб., 1914.

Трубецкой С.Н. О природе человеческого сознания // Сочинения. — М.: Мысль, 1994.

Трубецкой С. Н. Основания идеализма // Сочинения. — М.: Мысль, 1994.

Франк С. Л. Душа человека. Опыт введения в философскую психологию // Предмет знания. Душа человека. — Минск: Харвест; М.: Аст, 2000.

Челпанов Г. И. Психология и школа // Психология. Философия. Образование. — М.: Моск. псих. — соц. инст., 1999.

Чернышевский Н. Г. Антропологический принцип в философии. — ОГИЗ, 1948.

Ярошевский М. Г. Творческий путь Николая Николаевича Ланге как психолога // Ланге Н. Н. Психический мир: Избранные психологические труды / Под ред. М. Г. Ярошевского. — М.: Изд_во «Институт практической психологии»; Воронеж: НПО «Модэк», 1996.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой