История развития криминалистики

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Содержание работы

  • Введение
    • Глава 1. Криминалистика в дореволюционной России
    • Глава 2. Развитие криминалистики в советский период
    • 2.1 Формирование частных криминалистических теорий в советский период (1917 — 50-е гг.)
    • 2.2 Формирование общей теории криминалистики
    • Глава 3. Развитие криминалистики в зарубежных странах
    • 3.1 Криминалистика в странах Центральной и Восточной Европы
    • 3.2 Криминалистика в экономически развитых странах
    • Глава 4. Развитие и проблемы криминалистики на современном этапе
    • 4.1 О понятии криминалистики
    • 4.2 О системе криминалистики
    • 4.3 Методика расследования отдельных видов и групп преступлений
    • 4.4 О криминалистической характеристике преступлений
    • Заключение
    • Список литературы

Введение

Криминалистика (от лат. crimen — преступление, criminalis — преступный) — область специфических научных знаний о преступной деятельности и ее антиподе — деятельности по выявлению, раскрытию и расследованию преступлений, по установлению истины в процессе судопроизводства. Выявляя закономерности этих видов деятельности, на базе их познания криминалистика разрабатывает средства и методы борьбы с преступностью, решения вопросов, требующих специальных познаний по гражданским, арбитражным и иным делам, находящимся в производстве правоохранительных органов. Этими средствами и методами криминалистика вооружает оперативных сотрудников органов дознания, экспертов, следователей и судей. В этом заключается ее социальная функция, ее прикладной, практический характер.

Как и любая наука криминалистика проделала длительный путь развития в истории.

Становление криминалистики как науки складывалось на протяжении многих лет, формировалось представление о ней, разрабатывались новые идеи, доказывались существующие. Весь этот процесс становления ставил перед собой одну цель — создание науки, которая воплотила бы в себе нужные элементы иных наук, накопленный опыт поколений и сформировалась для одной цели — систематизировать имеющиеся знания в одну науку — криминалистику.

Исторически криминалистика возникла как наука о практических средствах и методах расследования преступлений, основанных на положениях естественных и технических наук.

Для изучения такого предмета как криминалистика необходимо в первую очередь ознакомиться с историей его развития.

Именно поэтому темой своей курсовой работы является: возникновение, становления и тенденции развития криминалистики.

Цель данной курсовой работы изучить развитие криминалистики в разные периоды истории, а также развитие криминалистики зарубежных стран и проблемы развития криминалистики на современном этапе.

Глава 1. Криминалистика в дореволюционной России

Знание основных этапов становления отечественной криминалистики помогает глубже понять ее роль в борьбе с преступностью, а также истоки и тенденции развития.

Появление криминалистических методов, средств и приемов неразрывно связано с отправлением правосудия, следственной, сыскной и экспертной деятельностью. Правда, о допросах, обысках, опознании преступников упоминается уже в таких богослужебных книгах, как Ветхий и Новый заветы, Авеста, Коран. О них говорится и в памятниках права Древнего Рима, Китая, Греции, Германии, Франции, других стран. Конечно, это были умозаключения, основанные на житейском опыте, которые реализовывались в рамках тогдашних процедур обычного права. [8]

Преступления, то есть фактически вредные, объективно опасные для общества деяния, совершаются с начала существования человечества. Уже в Библии (гл. 4) можно обнаружить одно из первых описаний умышленного причинения смерти другому человеку: «И когда они были в поле, восстал Каин на Авеля, брата своего, и убил его». Дать правовую оценку таким деяниям и квалифицировать их как преступления человечество смогло лишь с момента появления государства и права.

Преступность, как и право в целом, имеет тысячелетнюю историю развития. Она разнообразна и многолика (от простой кражи до заказных убийств; от нанесения в результате совершения преступления малозначительного ущерба до десятков погубленных жизней; от преступников-одиночек до преступных организаций и т. д.). Преступность постоянно на протяжении многих веков проникала во все слои общества и его сферы.

Начиная с первых нормативных правовых актов (древнеримские XII таблиц, древнегреческий Гортинский закон, законы царя Хаммурапи, «Русская правда» Ярослава Мудрого, Новгородская и Псковская судебные грамоты и др.) и кончая более поздними законами, законодатель безуспешно пытается дать полный перечень общественно опасных уголовно наказуемых деяний и определить меры наказания за каждое из них. Список совершаемых преступлений количественно пополняется и качественно изменяется параллельно с развитием общества.

Начиная с XVII в. в работах по уголовному судопроизводству появляются рекомендации о привлечении к расследованию и судебному рассмотрению уголовных дел лиц, сведущих в распознавании ядов и сличении почерков, обладающих медицинскими и другими специальными познаниями. В XVIII в. были предприняты первые попытки обобщения отечественной судебной практики. Так, Соборное уложение 1649 г. окончательно закрепостило крестьянство в России, ужесточило репрессии и повысило роль дворянства, а реформа патриарха Никона расколола православную веру и единую идеологию россиян. Эти и другие факторы усилили накал социальной напряженности среди населения и привели к усложнению криминальной ситуации в стране, в работе И. Т. Посошкова «О скудости и богатстве» (1724) рассматривались не только вопросы судопроизводства, но и обычные тогда приемы ведения следствия: испытание на дыбе, огнем и железом, лишением пищи и воды. [17]

В это время в России происходят народные восстания (под руководством И. Болотникова, С. Разина, К. Булавина и др.), совершаются одиночные или массовые побеги крестьян, разрастается преступная деятельность «разбойных отрядов», и, конечно, все это сопровождается грабежами, разбойными нападениями, убийствами и иными проявлениями насилия.

Развитие в начале XVIII в. в России промышленного производства (металлургических и оружейных заводов, суконных и полотняных мануфактур) привело к увеличению числа городов и их населения. В молодые города и иные поселения стали массово стекаться крепостные на оружейные заводы и суконные фабрики, а вместе с ними представители криминального мира — бежавшие от хозяев крестьяне, бывшие «служивые» и иные «гулящие люди».

В городах быстро растет количество материально обеспеченного населения и параллельно — уровень корыстно-насильственной преступности.

«Объезжие головы» с решеточными приказчиками, подьячие и стрельцы, наблюдавшие за порядком и безопасностью в городах и уездах, уже не справлялись со своими обязанностями.

Анализ судебной практики того времени показывает, что в городах усложнилась криминальная обстановка, то есть значительно увеличилось количество краж, грабежей и разбойных нападений. Появились новые разновидности преступлений и в высших слоях общества — из-за наследства совершаются заказные убийства и подделка завещаний, происходят кражи предметов роскоши и фальсификация ценных бумаг, подделка денег и крупные их хищения, контрабанда и уклонение от уплаты налогов.

Перед публичной властью остро встала проблема эффективной и качественной охраны общественного порядка и обеспечения внутренней безопасности на территориях слобод и других частей городов. В городах по указу Петра I создаются регулярная полиция, политический сыск, временные следственные комиссии или «майорские канцелярии», прокуратура и многоуровневые суды.

Эффективность и качество работы правоохранительных органов по борьбе с преступностью оставались, однако, низкими, так как государственные служащие не имели специальной подготовки, необходимой для достижения целей уголовного судопроизводства, а приемы розыска преступников и доказывания их вины в суде основывались только на житейском опыте. Полиции, следователям и судьям для достижения объективной истины по уголовным делам требовались глубокие знания современных законов, познания в области медицины, химии, техники и различных ремесел.

В середине XIX в. в России сформировались потребность и условия для исследований преступности, судебной и экспертной практики, разработки на основе результатов данных исследований методических рекомендаций и руководств для следователей и суда. Появилась закономерная необходимость в систематизации и обобщении эмпирического материала, результатов применения в практике первых научных разработок, формировании и преподавании специальной учебной дисциплины и нового научного знания — «полицейской» науки.

В эти годы своими научными трудами заложили основы данной учебной"дисциплины и «полицейской» науки практики и теоретики как из разных европейских стран. В свет выходит ряд практических руководств, содержащих криминалистические рекомендации по раскрытию и расследованию преступлений. [17]

В 1805 г. вышло в свет первое в России пособие, содержащее общие правила и тактические приемы расследования преступлений, «Зерцало правосудия», где названо несколько направлений изобличения виновного: «от лица» (потерпевшего), «от причины», «от дела» (т.е. происшествия), «от места», «от способа», «от орудий», «от времени» и пр.

Как и в других государствах, в Российской империи становление криминалистики неразрывно связано с развитием уголовного процесса. В первой половине XIX в. интерес к следственной деятельности заметно возрос: было опубликовано несколько работ, суммирующих практикуемые приемы допроса, очной ставки, обыска, иных следственных действий. В этой связи заслуживает упоминания «Опыт краткого руководства для произведения следствий» (1833) Н. Орлова. В нем говорится: «Производить следствие надлежит по горячим следам с особенным вниманием и крайней осмотрительностью, дабы ни малейших обстоятельств, особенно при начале, не было выпущено из виду». Здесь же содержатся отдельные рекомендации о тактике производства допроса свидетелей, очной ставки между ними, предъявления для опознания подозреваемых.

В работе Я. Баршева «Основания уголовного судопроизводства с применением к российскому уголовному судопроизводству» (1841) говорилось, например, что «домашний обыск должен быть производим неожиданно, со всею внимательностью и наблюдением над действиями лиц, живущих в обыскиваемом доме» или что «наилучшим должно почесть тот образ допроса, в котором делается переход от более общих вопросов к наиболее частным, чтобы таким образом дать обвиняемому повод высказать себя и обстоятельства преступления, также когда материал следующих вопросов заимствуется от ближайших ответов». Более того, описание хода и результатов осмотра места происшествия, «личного осмотра преступления и следов его» должно быть настолько подробным и точным, чтобы те, «которые должны воспользоваться этим актом, могли получить посредством него столь ясное и полное представление о предмете осмотра, как будто б они сами произвели его». Есть в этой работе и методические рекомендации по расследованию убийств, краж, должностных подлогов, злостного банкротства.

Начиная с 1864 г. вследствие коренной судебной реформы, главным достижением которой стал отказ от теории формальных доказательств, резко возрос интерес к использованию косвенных улик, приемам их собирания и оценки. Отметим, что в лекции по теории судебных доказательств, прочитанной в Санкт-Петербургском университете в 1860 г., В. Д. Спасович говорил: «…для преобразования нашей современной системы доказательств, очевидно не удовлетворяющей требованиям охранения общественного порядка, необходимо выдвинуть вперед доказательство посредством улик, предоставив судьям право приговаривать по их совокупности». [8]

Характерным примером здесь может служить труд А. А. Квачевского «Об уголовном преследовании, дознании и предварительном исследовании преступлений по Судебным уставам 1864 года». В нем анализировались способы совершения отдельных видов преступлений, подчеркивалась роль следов в установлении и изобличении преступника, подробно рассматривались порядок изучения документов, упаковки вещественных доказательств, другие приемы собирания судебных доказательств. Автор писал: «Одним из лучших указателей на известное лицо служат следы его пребывания на месте преступления, они бывают весьма разнообразны: следы ног, рук, пальцев, сапог, башмаков, лошадиных копыт, разных мелких вещей, принадлежащих известному лицу; следы бывают тем лучше, чем более дают определенных указаний, чем отличительнее они, чем более в них чего-либо особенного, например, отпечатков разного сорта гвоздей на подошвах, след копыта лошади, кованной на одну ногу; здесь точное измерение, то есть определение тождественности вещей с тождественностью лица, может повести «ко многим указаниям». [12]

Развитию криминалистических знаний в России способствовало издание переводов работ зарубежных авторов: «Руководство для судебных следователей, как система криминалистики» Г. Гросса 1892 г. Австриец по происхождению, Гросс в течение 20 лет был судебным следователем, затем стал преподавателем университета в Черновицах, а с 1902 г. — в Граце, где создал первый в истории уголовный музей., «Словесный портрет» и «Научная техника расследования преступлений» Р. А. Рейсса, «Уголовная тактика. Руководство к расследованию преступлений» А. Вейнгардта.

В русском переводе работа Г. Гросса была издана в 1895 г. В Смоленске и называлась «Руководство для судебных следователей, чинов общей и жандармерской полиции и др. «

В этой работе Г. Гросс впервые провозгласил о зарождении новой самостоятельной науки, которую он называл криминалистикой. В связи с этим он и считается основоположником западноевропейской криминалистики.

К предмету новой науки он отнес изучение:

вещественных доказательств;

поступков или явления, составляющих элементы уголовного дела;

характера, психологических особенностей, привычек и способов деятельности лиц, участвующих в уголовном процессе.

Г. Гросс указывал на две задачи криминалистики: практическую и теоретическую. Первая касается истинны в каждом уголовном деле, а вторая заключается в изучении преступника и познании преступления вообще. [5]

Также в этой работе Гросс систематизировал все известные в то время средства и приемы работы с доказательствами, разработал ряд оригинальных рекомендаций по обнаружению, изъятию и исследованию следов и иных вещественных доказательств, описал быт и жаргон профессиональных преступников, наиболее распространенные в практике способы совершения и сокрытия преступлений и сформулировал основы методики раскрытия и расследования ряда опасных преступлений.

Начиная с 1880-х гг. журналы «Право», «Вестник полиции», «Журнал министерства юстиции», «Юридическая летопись», «Журнал гражданского и уголовного права», а также «Юридическая газета» и «Судебная газета» периодически публиковали статьи иностранных и отечественных криминалистов, что весьма способствовало распространению криминалистических знаний среди юристов-практиков.

В 1894 г. в Одессе вышла в свет работа М. Шимановского «Фотография в праве и правосудии». В 1908 г. С. Н. Трегубовым подготовлена «Настольная книга криминалиста-практика», а в следующем году В. И. Лебедев опубликовал «Искусство раскрытия преступлений». Эта книга была расширена и переиздана в 1912 г. с подзаголовком «Дактилоскопия». П. В. Макалинский в «Практическом руководстве для судебных следователей» (1901) так писал об использовании фотосъемки при осмотре места происшествия: «В особенности большую пользу могла бы приносить фотография в осмотрах по делам об убийствах, виновные в которых еще не известны: здесь каждая мелочь имеет значение, а между тем часто при осмотре довольно трудно угадать, на какие именно мелочи следует обратить преимущественное внимание; фотография передаст все без упущений. Притом, как бы ни был добросовестен и тщателен осмотр, как бы он ни был ясно, последовательно, картинно и даже художественно изложен, описание никогда не может дать такого наглядного представления, как фотография». Здесь же подробно излагаются приемы изготовления гипсовых слепков со следов ног и возможности экспертизы документов.

Накопление криминалистических знаний в сфере судебной экспертизы отличалось некоторым своеобразием. Сказались особенности развития отечественного естествознания, сыграли свою роль научные учреждения дореволюционной России. Еще в XVIII в. Императорская Академия наук по ходатайствам судов и полиции решала вопросы судебно-медицинского характера, определяла содержание золота и серебра в драгоценных сплавах. С середины XIX в. в Академии наук начали подвергать анализу спорные документы.

В 1818 г. была создана Российская экспедиция заготовления государственных бумаг, одной из функций которой стало проведение экспертизы подозрительных банкнот. Фотограф экспедиции Г. К. Скамони сконструировал прибор для распознавания фальшивых ценных бумаг — верификатор. В 1878 г. в составе Русского технического общества выделился фотографический отдел. В числе его учредителей выступили известные русские химики Д. И. Менделеев и А. Н. Бутлеров, которые занимались также и экспертной деятельностью.

Д.И. Менделеев провел ряд криминалистических исследований документов и экспертиз по делам связанным с отравлениями, фальсификацией пищевых продуктов и вин, загрязнением рек сточными водами фабрик, с возможностью и причинами самовозгорания разных веществ. Ему принадлежит также ряд криминалистических исследований с целью изыскания средств предупреждения подлогов в чеках и других денежных бумагах, разработки способов, исключающих уничтожение штемпелей на почтовых знаках, гербовых марках и других погашенных штемпелями документах.

А.Н. Бутлеров исследовал возможности воспламеняемости муки и мучной пыли, самовозгорание нефти и еще ряд вопросов связанных с расследованием пожаров. [10]

Особо следует отметить труды выдающегося русского криминалиста Е. Ф. Буринского (1849−1912) которого по праву именуют «отцом судебной фотографии», создателя судебной фотографии, автора крупной монографии «Судебная экспертиза документов» (1903), создателя первой в России судебно-фотографическая лаборатория, созданная в 1889 г. Е. Ф. Буринским при Санкт-Петербургском окружном суде. Она послужила отправным пунктом в формировании системы российских экспертных учреждений. Вклад Е. Ф. Буринского в развитие отечественной криминалистики заключался главным образом в разработке новых фотографических методов исследования документов. В 1892 г. он был удостоен высокой награды Академии наук — премии имени М. В. Ломоносова за открытия в области научно-исследовательской фотографии и их практическое использование. Его «Судебная экспертиза документов» (1903) и сегодня читается с большим интересом. Немало сделал Е. Ф. Буринский и для совершенствования почерковедческой экспертизы. Он лично провел ряд особо сложных экспертиз, доказал перспективность использования в криминалистике математических и других точных методов. [12]

Многопрофильным криминалистическим учреждением стал кабинет научно-судебной экспертизы при прокуроре Санкт-Петербургской судебной палаты, открытый в 1912 г. Через два года кабинеты научно-судебной экспертизы начали действовать в Москве, Киеве и Одессе. Деятельность этих кабинетов способствовала активному внедрению криминалистических знаний в российский уголовный процесс, совершенствованию средств и методов раскрытия и расследования преступлений.

О том, что в рассматриваемый период научный и практический уровень криминалистики и судебной экспертизы в России был не ниже зарубежного, свидетельствует, в частности, высшая награда, полученная русским отделом судебно-полицейской фотографии на международной фотовыставке в Дрездене в 1909 г. В выставке принимали участие не только столичные, но также Самарское и Уфимское полицейские отделения. В русском отделе экспонировались руководства, таблицы и практические пособия по судебной фотографии, регистрационные снимки преступников и их отпечатков пальцев, фотоиллюстрации к раскрытию опасных преступлений: фальшивомонетничеств, убийств, разбойных нападений, краж со взломом. [8]

Развитие судебной медицины — научной дисциплины, первой поставленной на службу правосудию, — вызвало к жизни процессуальную фигуру сведущего лица: судебные врачи стали непременными участниками следственных дел о посягательствах на жизнь и телесных повреждениях. Затем на помощь начали призываться сведущие лица из других областей науки, техники, ремесла. Активно формируется институт судебной экспертизы, что послужило еще одним стимулом развития и использования криминалистических знаний.

Тенденция консолидации этих знаний с особенной силой проявилась в конце XIX и начале XX вв. Свое выражение она нашла в трудах целой плеяды полицейских и судебных чиновников и ученых — пионеров формирующейся науки. Эта деятельность шла по трем направлениям:

а) разработка и совершенствование средств уголовной регистрации (как тогда именовалась криминалистическая регистрация) и розыска преступников, в чем особенно были заинтересованы органы полиции;

б) разработка научных методов исследования вещественных доказательств;

в) разработка и систематизация приемов и методов организации и планирования расследования, средств, приемов и методов обнаружения, фиксации и использования доказательств.

Первое направление было представлено преимущественно исследованиями в области антропометрии, дактилоскопии, описания внешности человека, фотографии. [8]

Глава 2. Развитие криминалистики в советский период

2.1 Формирование частных криминалистических теорий в советский период (1917 — 50-е гг.)

Совершенствование криминалистики как науки в первые годы советской власти серьезно затормозилось. Такие ведущие отечественные криминалисты, как В. И. Лебедев, С. Н. Трегубов, Б. Л. Бразоль оказались в эмиграции, научно-судебные кабинеты в Киеве и Одессе были разграблены и не сразу возобновили свою работу.

В постоктябрьский период российская криминалистика продолжила свое развитие в особых исторических реалиях: механизм буржуазного государства был сломан, а органы полиции, суда и прокуратуры ликвидированы. Иными стали социально-политические ориентиры криминалистики, которая была обращена на службу партийно-государственному аппарату, использовалась для борьбы с контрреволюцией, спекуляцией, саботажем, а затем иногда и с проявлениями инакомыслия. Коренным образом изменились ее правовая и методологическая основы, поскольку уголовное и уголовно-процессуальное законодательство было пересмотрено. Все это не могло не отразиться на содержании и практическом применении криминалистических средств, методов и приемов.

Концепции зарубежных криминалистов подверглись огульной критике и ревизии, а их работы были объявлены носящими догматический, идеологизированный характер. И тем не менее советские криминалисты постепенно накапливали эмпирический материал, решали задачи развития своей науки, использовали ее рекомендации в практике раскрытия и расследования различных преступных посягательств.

Первый этап постоктябрьского развития отечественной криминалистики (1918−1940) характерен сугубо практической направленностью научных исследований. Обобщался опыт применения методов и средств, позаимствованных после соответствующей доработки из других областей знаний, а также разработанных криминалистами самостоятельно. Были продолжены переводы работ зарубежных авторов, главным образом по криминалистической технике.

Первую попытку определить предмет и содержание советской криминалистики предпринял в 1921 г. Г. Ю. Манс. Он писал, что криминалистика изучает способы совершения преступлений, быт уголовного элемента, приемы расследования преступлений и идентификации преступников. Тогда криминалистику считали одной из естественно-технических наук отграничивая ее, таким образом, от уголовного процесса.

Начальный этап советского периода развития криминалистики связан с научной и практической деятельностью И. Н. Якимова, В. И. Громова, П. С. Семеновского, С. А. Голунского, С. М. Потапова и др. Они пришли в науку, хорошо зная практику борьбы с преступностью, обобщая ее достижения в целях совершенствования средств и методов раскрытия и расследования преступлений.

В этот период были изданы такие книги, как «Осмотр», «Криминалистика», «Криминалистика, Уголовная тактика» И. Н. Якимова, «Руководство по осмотру места преступления» Б. М. Комаринца и Б. И. Шевченко (М., 1938), опубликованы статьи Б. М. Шавера и С. П. Митричева «О предмете и методе советской криминалистики» (1938), положившие начало разработке теоретических основ криминалистики, монография А. И. Винберга «Криминалистическая экспертиза письма» и статья С. М. Потапова «Принципы криминалистической идентификации» (1940). [8]

В 1935−36 гг. вышел в свет первый отечественный учебник по криминалистике, в котором имелись разделы по уголовной технике и тактике, а также методике расследования преступлений. В нем был сконцентрирован и обобщен достигнутый к тому времени уровень развития науки. В 1938−39 гг. его переиздали с некоторыми исправлениями и дополнениями. Следует отметить, что родоначальники отечественной криминалистики включали в тактику учение о профессиональном преступнике, его привычках, суевериях и жаргоне, а также другие данные, которые позднее были отнесены к предмету криминологии. До 1929 г. в тактику включались и отдельные рекомендации по расследованию краж, мошенничеств, убийств, которые затем вместе с другими частными методиками составили содержание криминалистической методики расследования преступлений.

Хотя в учебнике и в других криминалистических работах рассматриваемого этапа подчеркивалось, что все научные средства и методы должны применяться в полном соответствии с нормами действующих законов и обеспечивать установление истины по уголовным делам, практика органов НКВД и МГБ, как известно, шла по другому пути, применяя к «врагам народа» физические и психические пытки, фабрикацию «доказательств» их виновности и другие подобные «приемы».

В 1932 г. при МУРе начал работать кабинет экспертизы, преобразованный в 1935 г. в научно-техническое отделение московской милиции. В том же году открылась криминалистическая лаборатория при Московском правовом институте. Аналогичные лаборатории были организованы при Ленинградском, Свердловском, Саратовском, Иркутском, Казанском, Ташкентском и других юридических вузах. Лаборатории создавались как научно-технические базы для обучения студентов, однако в них проводились также экспертные и научно-исследовательские работы.

Обобщение богатого эмпирического материала на первом постоктябрьском этапе развития отечественной криминалистики послужило базой для формирования в 1940−60 гг. ряда криминалистических теорий и учений. В эти годы закладывались методологические основы криминалистики, разрабатывалась научная база ее составных частей. После напряженных дискуссий было сформулировано понятие предмета криминалистики как юридической науки о технических средствах и тактических приемах работы с судебными доказательствами в целях раскрытия и предупреждения преступлений.

Начавшаяся Великая отечественная война (1941−1945 гг.) приостановила фундаментальные научные исследования проблем криминалистики, но экспертная научно-исследовательская работа по отдельным частным вопросам практического значения продолжалась весьма успешно. [19]

Тяжелые военные условия 1941−45 гг. поставили перед отечественными криминалистами новые сложные задачи. Обострилась проблема разработки способов выявления фальшивых документов, изготавливаемых фашистскими спецслужбами для своих агентов, засылаемых в тыл Красной Армии. С этим вопросом тесно переплетался другой экспертиза оттисков печатей и штампов, машинописных и рукописных текстов, поскольку все документы имели такие оттиски, заполнялись от руки либо с помощью машинописи. Немалые трудности вызывали исследования поддельных продуктовых карточек и иных документов, регулирующих распределение продовольствия.

Особую актуальность приобрела разработка методик расследования различных воинских преступлений, таких, как дезертирство, неповиновение командиру, членовредительство с целью уклонения от участия в боевых действиях. Повышенные требования предъявлялись к судебной баллистике, поскольку многие преступления совершались с применением огнестрельного оружия, которое стало широко доступным. Идентификация оружия по стреляным пулям и гильзам была в те годы и осталась до настоящего времени одной из актуальнейших задач судебно-баллистической экспертизы.

В 1941 г. был издан переведенный с французского капитальный труд Э. Локара «Руководство по криминалистике», в котором подробно рассматривались вопросы дактилоскопии, пальмо- и плантоскопии, графометрии, исследования пыли, а также документов, отпечатанных на пишущих машинках.

В военные годы криминалистам-практикам очень помогла работа Б. М. Комаринца о дактилоскопической регистрации на расстоянии, вышедшая в 1937 г. Она оказалась весьма полезной, поскольку центральное уголовно-регистрационное бюро со всеми картотеками перебазировалось в Уфу, а справки наводились в основном по телефону или телеграфу. Б. М. Комаринец предложил не передавать изображения дактилоскопических узоров, что по тем временам было очень сложно и дорого, а описывать их по определенной системе. Закодированные особенности папиллярных узоров всех 10 пальцев при передаче по линиям связи сложностей не представляли.

С середины 40-х гг., по окончании войны, в отечественной криминалистике продолжился процесс формирования ее теоретических основ, сопровождавшийся развитием представлений о предмете, системе и природе криминалистики. Одновременно происходит формирование частных криминалистических теорий и учений. Закладываются методологические основы криминалистики, система криминалистики и ее методы, разрабатываются проблемы криминалистической трасологии, баллистики, фотографии и технического исследования документов, судебного почерковедения и криминалистической регистрации. Именно в этот период проходили дискуссии о предмете криминалистики (1955 г), разрабатывалась концепция криминалистической идентификации (С.М. Потапов, 1946 г., В. Я Колдин, 1957 г), были опубликованы оригинальные работы Б. И. Шевченко «Научные основы современной трасеологии» (1947 г), Б. М. Комаринца «Криминалистическая идентификация огнестрельного оружия по стреляным гильзам» (1945 г), С. М. Потапова «Судебная фотография» (1955 г), Н. А. Селиванова «Судебно-оперативная фотография» (1955 г), В. Ф. Орловой «Основы идентификации личности по почерку» (1952 г) и др. [3]

В 1946 г. вышло в свет первое издание монографии П.И. Тарасова-Родионова «Предварительное следствие». В ней рассматривался широкий круг проблем, но в особенности организационные и тактические основы, принципы и методы ведения следствия, тактика следственных действий, вопросы, разрешаемые в ходе экспертиз. Больше внимания уделялось и методикам расследования отдельных видов преступлений: хищений государственного и общественного имущества, убийств, пожаров и поджогов, транспортных происшествий.

С.М. Потапов «Судебная фотография» (1948) заложил основы теории криминалистической идентификации и установления групповой принадлежности. Большое внимание в рассматриваемый период уделялось разработке проблем трасологии и баллистики, которые получили оригинальное разрешение в трудах Б. М. Комаринца «Криминалистическая идентификация огнестрельного оружия по стреляным гильзам» (1945) и Б. И. Шевченко «Научные основы современной трассологии» (1947), Н. А. Селиванова «Судебно-оперативная фотография» (1955), В. Ф. Орловой «Основы идентификации личности по почерку» (1952) и др.

Значительное внимание уделялось совершенствованию запечатлевающих и исследовательских методов и средств судебной фотографии, разрабатывались теория и методики криминалистического исследования рукописных и машинописных документов. Дальнейшее развитие получила уголовная регистрация: сложились теоретические представления о ее научных основаниях, видах, методах использования в борьбе с преступностью.

В разделе следственной тактики формировалось учение о следственной версии и планировании расследования. С. А. Голунский, например, раскрыл интеллектуальный механизм планирования, роль в нем версий и способы их проверки. Велись исследования и в области тактики отдельных следственных действий: осмотра, обыска, допроса, выемки, освидетельствования, очной ставки и др.

Положительную роль в развитии учения о предмете криминалистика сыграло определение, сформулированное А. И. Винбергом в 1950 г. В нем говорилось: «Советская криминалистика является наукой о технических и тактических приемах и средствах обнаружения, собирания, фиксации и исследования судебных доказательств применяемых для раскрытия преступлений, выявление виновных и изыскания способов предупреждения преступления».

Велись активные изыскания и в области технико-криминалистического исследования документов. В 1949 г. была опубликована работа Н. В. Терзиева и А. А. Эйсмана «Введение в криминалистическое исследование документов» в двух частях. В первой книге, автором которой был Н. В. Терзиев, были рассмотрены в историческом аспекте вопросы исследований письменных документов в России и за рубежом, впервые введен автором термин «техническая экспертиза документов», охарактеризованы предмет и система криминалистического исследования документов, методика осмотра документов. Во второй книге, подготовленной А. А. Эйсманом, описаны технические средства, приемы и методы, используемые при технико-криминалистическом исследовании документов. Последующие работы А. А. Эйсмана в этом направлении обогатили криминалистику электронно-оптическими методами усиления контраста и преобразования невидимого инфракрасного изображения в видимое с помощью прибора ЭОП. [19]

С середины 50-х гг. активно разрабатывалось учение о версии и планировании расследования (А.Н. Васильев, С. А. Голунский, Н. А. Якубович, Г. Н. Мудьюгин).

Был опубликован ряд фундаментальных работ по тактике следственных действий. Начало было положено проф. Якимовым, который в 1947 г. защитил докторскую диссертацию на тему «Следственный осмотр». На эту же тему были выполнены пособие коллектива авторов ВШ МВД под руководством А. И. Винберга (1957 г), монография В. И. Попова «Осмотр места происшествия» (1956 г) и работа коллектива авторов ВНИИ криминалистики Прокуратуры СССР под руководством А. Н. Васильева «Осмотр места происшествия» (1960 г).

Вопросы тактики следственного эксперимента исследовались в работах Л. Е. Ароцкера (1951 г), Н. И. Гуковской (1958 г), Р. С. Белкина (1959 г). Много статей, отдельных монографических и диссертационных работ было посвящено вопросам тактики допроса, пик которых однако пришелся на последующий период (60−70-е гг.). [3]

Становление криминалистики в этот период тесно связано с формированием экспертно-криминалистических учреждений. Уже в 1919 г. при Центророзыске создается кабинет судебной экспертизы, который возглавил П. С. Семеновский. В 1922 г. кабинет был преобразован в НТО Управления уголовного розыска РСФСР. Одновременно в Петрограде был создан Научно-технический кабинет при подотделе уголовного розыска. В этот же период появляются и специальные экспертные учреждения, которые образовались на базе ранее действовавших на Украине кабинетов научно-судебной экспертизы. В конце 1925 г. кабинеты в Киеве, Харькове и Одессе были преобразованы в институты научно-судебной экспертизы. В 1929 г. был создан Научно-исследовательский институт криминалистики и судебной экспертизы в Белоруссии (Минск). В РСФСР до середины 30-х годов криминалистическая служба действовала лишь в органах милиции. Во второй половине 30-х годов криминалистические лаборатории создаются в Институте уголовной политики при Прокуратуре СССР, Верховном суде СССР и Наркомате юстиции РСФСР, а также при Московском, Ленинградском, Свердловском, Саратовском, Казанском и других юридических вузах, а в 1940 г. — в Ташкентском юридическом институте.

В 1948−51 гг. были созданы научно-исследовательские криминалистические лаборатории Министерства юстиции СССР в Ленинграде, Ростове-на-Дону, Хабаровске, Саратове, Свердловске, Новосибирске, Минске. В 1962 г. на базе Центральной криминалистической лаборатории и Московской областной НИКЛ открылся Центральный НИИ судебных экспертиз. В феврале 1949 г. был учрежден ВНИИ криминалистики Прокуратуры СССР, который обобщал следственную и экспертную практику, занимался совершенствованием научно-технических средств и методов борьбы с преступностью. В 1963 г. его переориентировали на изучение причин и разработку мер предупреждения преступности, а в 1989 г. на решение проблем укрепления законности и правопорядка. Дальнейшее развитие получили экспертные криминалистические учреждения в системе МВД.

Указанные лаборатории сыграли свою роль в развитии криминалистики. Сотрудники лабораторий институтов занимались производством криминалистических экспертиз для органов прокуратуры, суда, арбитража (главным образом исследованием документов), а также вели большую научно-исследовательскую работу, опираясь на данные экспертной практики. Накопленный эмпирический материал давал возможность для серьезных научных исследований важнейших проблем криминалистики, главным образом криминалистической техники. [3]

2.2 Формирование общей теории криминалистики

Данный этап, начавшийся в 1960-е гг., характерен нарастанием интенсивности развития отечественной криминалистики, особенно в плане формирования ее общей теории. К этому времени наша криминалистика накопила богатый эмпирический материал, послуживший основой для углубленных науковедческих изысканий. Общая теория стала той базой, которая обеспечила рост криминалистики по законам дифференциации и интеграции специальных знаний, содействовала всестороннему исследованию сущности предварительного расследования, оперативно-розыскной, судебной и экспертной деятельности, дальнейшей разработке и совершенствованию средств, методов и приемов борьбы с преступностью. Все направления криминалистической науки, ее частные теории и учения обогащались благодаря обращению к социологии, психологии, прогностике, теории вероятностей, математике, логике, кибернетике, информатике, моделированию, другим передовым направлениям научной мысли.

Для отечественной криминалистики на современном этапе, начиная с 1960-х годов, характерна глубокая разработка общетеоретических и методологических вопросов науки, формирование ее нового раздела — «Теоретические и методологические основы».

Обращение ученых криминалистов к данным вопросам — закономерный процесс развития науки, обусловленный не менее глубоким исследованием отдельных проблем в период становления и формирования науки криминалистики. В этом плане необходимо отметить появление таких фундаментальных работ, как монографии С. П. Митричева «Теоретические основы советской криминалистики» (1965), Р. С. Белкина и А. И. Винберга «Криминалистика и доказывание» (1969), цикл работ В. Я. Колдина, посвященных проблемам идентификации и ее роли в установлении истины по уголовным делам (1969, 1978), И. М. Лузгина «Методологические проблемы расследования» (1974), Н. А. Селиванова, В. Г. Танасевича, А. А. Эйсмана, Н. А. Якубович «Советская криминалистика. Теоретические проблемы» (1978), А. Л. Васильева и Н. П. Яблокова «Предмет, система и теоретические основы криминалистики» (1984), В. Я. Колдина и Н. С. Полевого «Информационные процессы и структуры в криминалистике» (1985), Р. С. Белкина — работы по проблемам теории криминалистики (1986, 1987, 1988) и др.

На основе общей теории сформировались новые направления в криминалистике — учение о навыках (Г.А. Самойлов), учение о способах совершения преступлений и сокрытия следов (Г.Г. Зуйков, И. М. Лузгин, В.П. Лавров), о криминалистической характеристике преступления (Р.С. Белкин, В. А. Образцов, Н. А. Селиванов, Н.Н. Яблоков), криминалистическая кибернетика (Н.С. Полевой) и др. [4]

Р.С. Белкин и Ю. И. Краснобаев в статье «О предмете советской криминалистики», опубликованной в журнале «Правоведение» в 1967 г. впервые высказали мнение о необходимости нового подхода к определению криминалистики. Авторы статьи пришли к выводу о том, что существенными аспектами при определении криминалистики должны быть не приемы, методы и средства собирания, исследования и оценки доказательств, а закономерность возникновения этих доказательств.

Большинство отечественных криминалистов присоединились к новой трактовке предмета криминалистики, иногда с теми или иными редакционными уточнениями или модификациями. [1]

На этой же дискуссии свое определение криминалистики предложил и профессор А. К. Васильев. В окончательном виде оно было сформулировано таким образом: «Криминалистика — это наука об организации планомерного расследования преступления, эффективном обнаружении, собирании и исследовании доказательств в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона и о предупреждении преступлений путем применения для этих целей специальных приемов и средств, разработанных на основе естественных, технических и других специальных наук и изучения механизма преступлений и формирования доказательств». Правда, сам автор предложил, что это определение может служить лишь базой для рассуждения.

Впервые концепция и структура общей теории криминалистики была изложена Р. С. Белкиным в работе «Ленинская теория отражения и методологические проблемы советской криминалистики» (1970), а затем развита им в трехтомном «Курсе советской криминалистики» (1977- 1979), в других работах.

Термин «общая теория криминалистики» вошел в научный обиход, а содержание этой теории составило первый раздел в системе науки. Впоследствии коррективы в содержание и структуру общей теории вносили А. А. Эйсман, Н. А. Селиванов и некоторые другие ученые, но в целостном виде она в их работах представлена не была.

Формирование общей теории криминалистики дало толчок к целенаправленному исследованию ее составных частей (диссертационные и монографические исследования Г. Г. Зуйкова, В. Ф. Орловой, А. А. Закатова, С. И. Цветкова, И. А. Алиева, Н. Н. Лысова, В. М. Пешкова, Л. Г. Горшенина и др.).

Современный этап развития криминалистики, помимо разработки проблем общей теории, характеризуется и углубленным исследованием общетеоретических вопросов других разделов науки.

В области криминалистической техники появились работы, содержащие анализ и характеристику технико-криминалистических средств и методов работы с доказательствами, использования специальных познаний в судопроизводстве, проблем судебной экспертизы (И.А. Селиванов,

3.М. Соколовский, В. К. Лисиченко, В. И. Гончаренко, М. В. Салтевский, Г. И. Грамович, И. Н. Сорокотягин, А. А. Леви и др.). На основе теории криминалистической экспертизы стала формироваться общая теория судебной экспертизы (А.Р. Шляхов, А. И. Винберг и Н. Т. Малаховская, Ю. Г. Корухов, И. А. Алиев, Е. Р. Россинская, T.В. Аверьянова, С.Ф. Бычкова).

В области криминалистической тактики внимание ученых было обращено на проблематику следственных ситуаций (И.Ф. Герасимов, Л.Я. Драп-кин, О. Я. Баев, В. К. Гавло, В. И. Шиканов и др.), тактических комбинаций (операций) и иных криминалистических комплексов (А.В. Дулов, Р. С. Белкин, В. А. Жбанков и др.), тактического решения и тактического риска (С.И. Цветков, Р. С. Белкин, Ю. Ю. Осипов, Г. А. Зорин).

В области криминалистической методики были сформулированы представления о концептуальных основах этого раздела науки (А.Н. Колесниченко, И. Н. Возгрин, В.А. Образцов), продолжалась разработка вопросов изучения личности обвиняемого и потерпевшего в процессе расследования (Ф.В. Глазырин, П. П. Цветков, В. В. Вандышев и др.).

На стыке между тактикой и методикой велись исследования познавательной природы расследования (И.М. Лузгин, Н. А. Якубович, В. Е. Коновалова, А. А. Эйсман и др.), организационных основ расследования и его эффективности (Л.А. Соя-Серко, А. И. Михайлов, А.Б. Соловьев), системы следственных действий (И.Е. Быховский), применения данных криминалистики в различных областях правоприменительной деятельности (Ю.Г. Корухов). [8]

В 60-е годы развивалась система государственных экспертных учреждений министерств юстиции союзных республик, в которую до ликвидации СССР входило восемь республиканских научно-исследовательских институтов судебной экспертизы и более 50 лабораторий судебной экспертизы.

Поступательное развитие российской криминалистики привело к выделению из нее в качестве самостоятельных отраслей знаний теории оперативно-розыскной деятельности и судебной психологии. Возникли новые направления, связанные с применением в криминалистике положений кибернетики, теории игр, одорологии, теории моделирования. Стали активно исследоваться общие принципы и методики, объекты, специальные средства, развиваться новые виды криминалистических экспертиз, разрабатываться приемы и методы использования специальных познаний самого широкого спектра.

Общая теория криминалистики способствовала дальнейшему развитию учения о планировании расследования и выдвижении криминалистических версий: были уточнены элементы и содержание этого учения, его понятийный аппарат. Объектом изучения стала природа следственных действий. Комплексному анализу подвергался опыт проведения следственного осмотра и эксперимента, предъявления для опознания, допроса, очной ставки, обыска, задержания. В криминалистической тактике начал разрабатываться ряд новых перспективных направлений: учение о следственных ситуациях, криминалистических операциях, тактических комбинациях.

Методика расследования отдельных видов преступлений также углубила и расширила свои основы. Полнее определены ее исходные положения, в том числе предмет, система, принципы и задачи, место в структуре криминалистики. Детально разработаны методики расследования должностных хищений, убийств, изнасилований, разбоев, краж, дорожно-транспортных происшествий и др. Завершается формирование методики расследования преступлений несовершеннолетних, лиц, отбывающих наказание, нераскрытых деликтов прошлых лет и тех, которые совершаются рецидивистами, расследования групповых преступлений и др. Большое внимание уделяется разработке информационных моделей преступлений, алгоритмизации следственной деятельности, компьютеризации методик расследования.

Криминалистическая методика развивается благодаря изучению современных способов совершения преступлений, образующихся при этом следов; разработке систем типовых следственных ситуаций и версий; совершенствованию криминалистического анализа содеянного и личности виновного; обобщению передового опыта раскрытия и расследования преступлений особенно совершаемых организованными группами и сообществами в сфере реформируемой российской экономики: с использованием компьютерной техники, мошенничеств с кредитными картами и векселями, преступных уклонений от уплаты налогов и др.

В силу своей специфической природы криминалистика в советский период менее других общественных наук была идеологизирована и легко освободилась от редких «родимых пятен» классового подхода. Можно с уверенностью! констатировать, что по своему уровню и достижениям отечественная криминалистика не только не уступает уровню этой науки в других странах, но и во многом превосходит его.

В заключение необходимо отметить, что распад СССР негативно отразился на темпах развития криминалистики. Разрушилась фактически единая система следственных, экспертных и розыскных органов, ослабли связи между криминалистами, оказавшимися в разных суверенных государствах, затормозились прикладные и теоретические исследования. Постепенно эта негативная тенденция преодолевается, в том числе за счет укрепления связей с криминалистами, работающими в индустриально развитых странах [10].

Глава 3. Развитие криминалистики в зарубежных странах

Криминалистика в европейских зарубежных странах сформировалась во второй половине XIX в. Основателем криминалистической науки считают австрийца Ганса Гросса (1847−1915), который в 1893 г. опубликовал свое известное «Руководство для судебных следователей, чинов общей и жандармской полиции». Целью его работы было, как указывал Г. Гросс, создание настольной книги, в которой были бы собраны в понятной для следователей форме все те знания, которые до тех пор можно было найти в трудах по баллистике, фотографии и т. п. Естественнонаучные знания нашли отражение в объемных главах о вещественных доказательствах, учении о тождестве, осмотре места происшествия, допросе и об отдельных видах преступлений. Труды Г. Гросса оказали существенное влияние на развитие криминалистики во всех странах, особенно относящихся к австро-германской ветви. [10]

Характерной чертой развития зарубежной криминалистики является почти полное отсутствие работ, посвященных исследованию ее методологических и теоретических основ. Вследствие этого и сейчас в большинстве капиталистических стран криминалистика не признается самостоятельной наукой, а рассматривается как вспомогательная, сугубо прикладная дисциплина либо вообще как «полицейская техника», лишенная правовой регламентации. Поэтому круг проблем криминалистики ограничивается комплексом специальных технических средств и приемов, ей отводится роль дисциплины, призванной разрабатывать чисто технические рекомендации по раскрытию и расследованию преступлений. И как следствие такого подхода, в ряде стран (в частности, в США) криминалистика преподается далеко не во всех юридических вузах. [6]

Несмотря на отмеченную «однобокость» развития, наиболее полные курсы зарубежной криминалистики обычно состоят из четырех разделов:

1) техника совершения преступлений;

2) криминалистическая техника;

3) криминалистическая тактика;

4) организация борьбы с преступностью. В первом разделе рассматриваются способы различных преступных посягательств. Два последующих посвящаются соответственно техническим и тактическим аспектам криминалистики, причем в учебниках большого объема в них выделяются особенные части, учитывающие специфику технических и тактических приемов применительно к отдельным составам преступных посягательств.

Раздел об организации борьбы с преступностью обычно состоит из двух частей. В первой освещаются внутригосударственные, а во второй — международные формы и методы уголовного преследования. В первой части описывается взаимодействие государственных и иных органов, в том числе частных сыскных бюро и агентств, организаций самозащиты граждан, союзов по защите от мошенничества в области кредитных операций и др. Значительное внимание уделяется использованию средств массовой информации и коммуникации, формированию профессиональных качеств следователя.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой