Исследование влияния тревожности на достижение успехов в спорте

Тип работы:
Дипломная
Предмет:
Спорт и туризм


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Исследование влияния тревожности на достижение успехов в спорте

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ТРЕВОЖНОСТИ У СПОРТСМЕНОВ

1.1 Современное представление о тревоге

1.2 Тревожность и выступление спортсменов на соревнованиях

1.3 Повышение эмоционального возбуждения как фактор улучшения соревновательной деятельности

Выводы по 1 главе

ГЛАВА 2. ОПЫТНО — ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНАЯ РАБОТА ПО ИЗУЧЕНИЮ ВЛИЯНИЯ ТРЕВОЖНОСТИ НА ДОСТИЖЕНИЯ В СПОРТЕ

2.1 Структура, методы и организация исследования тревожности у спортсменов

2.2 Анализ полученных результатов

2.3 Рекомендации по снятию тревожности у спортсменов

Выводы по 2 главе

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

ВВЕДЕНИЕ

В современном спорте высших достижений сложилась такая ситуация, что на передний план выходит проблема психической устойчивости спортсменов к физическим и нервным перегрузкам. Поэтому особую роль играет способность личности к регуляции своего психоэмоционального состояния и предотвращение развития стресса, как фактора, негативно влияющего на успешность спортсмена.

У многих людей имеется высокая тревожность, т. е выраженное эмоциональное свойство личности, предрасполагающее к частым проявлениям состояния тревоги (беспокойства) в самых различных жизненных ситуациях, в том числе и таких, которые к этому не предрасполагают Ч. Д. Спилбергер [56], .В. С. Мерлин [41] определяет тревожность как высокую эмоциональную возбудимость в угрожающей ситуации. По определению С. И. Изаак [39], тревожность понимается как комплекс отрицательных эмоций: страха, гнева и печали. Некоторые авторы А. М. Прихожан [66], В. В. Суворова [72] говорят не об общей тревожности, а о частной, специфической, связанной с постоянным реагированием состоянием тревоги только на определенные ситуации. Когда тревожность рассматривается как состояние, мы обычно имеем в виду ситуационную тревожность или тенденцию испытывать беспокойство только в специфических ситуациях. Кроме того, у некоторых есть склонность испытывать тревожность только в чрезвычайных и специфических ситуациях, например перед очень важной игрой до-конце сезона. При этом обычно игрок не испытывает такого уровня тревожность перед менее важными встречами. В спорте нет исследований, в которых сопоставлялись бы отношение спортсменов к возможности получить физическую травму и социальное осуждение группы из-за неудачи. Однако можно с достаточным основанием предположить, что в напряженных видах спорта с наличием физического контакта тревожность участника чаще связана с последующим социальным неодобрением или похвалой, чем с опасением получить травму. Поэтому уровень тревожности, который может мешать деятельности, по-видимому, связан с отношением человека к успеху и неудачи и с его общей потребностью в достижении.

На основании вышесказанного возникает противоречие между значимостью изучения характера влияния тревожности на результативность спортивной деятельности, а также методов регуляции психического состояния спортсмена, и не разработанностью данной проблемы в теории и практике физического воспитания.

Целью исследования выявление влияния уровня тревожности на достижение успехов в спорте (на примере тяжелой атлетики).

Гипотезой исследования послужило предположение о том, что оптимальный уровень тревожности напрямую влияет на достижение достижение успехов в спорте.

Объект исследования — тревожность в структуре личности спортсмена.

Предмет исследования — взаимосвязь уровня тревожности и достижение успехов в спорте.

Задачи исследования:

1. провести теоретический анализ психолого-педагогической литературы по проблеме исследования;

2. организовать опытно-экспериментальную работу, направленную на изучение влияния уровня тревожности на достижение успехов в спорте;

3. разработать рекомендации по снятию тревожности у спортсменов.

ГЛАВА 1. Теоретические основы тревожности у спортсменов

1.1 Современное представление о тревоге

Интерес к проблеме тревожности нашел отражение в работах многих ученых как в отечественной психологии (Н.А. Аминов, В. М. Астапов, В. А. Бакеев, В. К. Вилюнас, Ю. М. Забродин, Н. В. Имедадзе, Н. Д. Левитов, О. Г. Мельниченко и др.), так и за рубежом (Х. Айзенк, Р. Кеттелл, Е. Левитт, О. Маурер, У. Морган, К. Спенс, Ч. Спилбергер, Дж. Тэйлор, З. Фрейд, К. Эликсон и др.). Они придают большое значение исследованию состояния тревоги, являющемуся универсальной формой эмоционального предвосхищения неуспеха, которое участвует в механизме саморегуляции, способствуя мобилизации резервов психики и стимулируя поисковую активность (А.Е. Ольшанникова, И.В. Пацявичус). С другой стороны, известно, что за границами оптимальных значений тревога оказывает негативное влияние на поведение и деятельность индивида (В.А. Бодров, Е. А. Калинин, О. С. Никитина, Ч. Спилбергер, Б.А. Вяткин). Хроническое переживание тревоги как неравновесного состояния и постоянная готовность к его актуализации формируют новообразование личности — тревожность (А.И. Захаров, Л. В. Макшанцева, А. М. Прихожан, А. О. Прохоров и др.). Доказано, что завышенная тревожность является негативной характеристикой и неблагоприятно сказывается на жизнедеятельности человека (Г.Ш. Габдреева, Х. Граф, Н. В. Имедадзе, У. Морган, Дж. Саразон, Дж. Тэйлор и др.). Это обуславливает необходимость создания эффективных методов коррекции высокой тревожности еще в дошкольном возрасте. Если учесть, что тревожность как устойчивая характеристика диагностируется уже в трехлетнем возрасте (Макшанцева, 1998), то тема работы, связанная с разработкой и изучением эффективности интегративной игровой коррекции личностных проблем дошкольников, в частности, тревожности, стоит в ряду особо актуальных.

По определению Р. С. Немова [57], «тревожность — свойство человека приходить в состояние повышенного беспокойства, испытывать страх и тревогу в специфических социальных ситуациях».

А.М. Прихожан [66] указывает, что тревожность — это переживание эмоционального дискомфорта, связанное с ожиданием неблагополучия, с предчувствием грозящей опасности. Различают тревожность как эмоциональное состояние и как устойчивое свойство, черту личности или темперамента.

По определению В. В. Суворова [69] «тревожность — переживание эмоционального неблагополучия, связанное с предчувствием опасности или неудачи». Е. В. Савина [64] считает, что тревожность определяется как устойчивое отрицательное переживание беспокойства и ожидания неблагополучия со стороны окружающих.

В отличие от страха, который порождается конкретными причинами и связан главным образом с угрозой самому существованию человека как живого существа, тревожность обычно имеет неопределенный характер и возникает при угрозе (нередко — воображаемой) человеку как личности. Иногда ставится знак равенства между страхом и тревожностью. В тоже время полагают, что тревожность, тревога предшествуют страху, который возникает, когда опасность уже осознана и конкретизирована Захаров А. И [25].

Таким образом, понятием «тревожность» психологи обозначают состояние человека, которое характеризуется повышенной склонностью к переживаниям, опасениям и беспокойству, имеющей отрицательную эмоциональную окраску.

Значительные проблемы связаны с соотношением понятий «тревожность» («тревога») и «страх». Разграничение явлений тревоги и страха, закрепленное в соответствующих понятиях (Angst — нем., anxiety — англ., angiosse — фр. — безотчетный страх — тоска в отличие от Fureht — нем., fear — англ. — конкретный, эмпирический страх — боязнь), произошло лишь в начале XIX века и связано с именем С. Кьеркегора [23], последовательно разводившего конкретный страх (Fureht) и неопределенный, безотчетный страх — тоску (Angst). До этого времени все, что сегодня относится к явлениям тревоги и страха, описывалось и обсуждалось под общим понятием «страх».

Сегодня наиболее распространена точка зрения, рассматривающую страх как реакцию на конкретную, определенную опасность, а тревожность — как переживание неопределенной, смутной, безобъективной угрозы преимущественно воображаемого характера. Согласно другой позиции, страх испытывается при угрозе витальной, когда что-то угрожает целостности или существованию человека как живого существа, человеческого организма, а тревожность — при угрозе социальной, личностной, когда опасность грозит ценностям человека, потребностям «Я», его представлению о себе, отношениям с другими людьми, положению в обществе. В некоторых исследованиях страх рассматривается как фундаментальная эмоция, а тревожность — как формирующееся на его основе, часто в комбинации с другими базовыми эмоциями, более сложное эмоциональное образование.

С 1950 года в мировой научной литературе появилось более 5000 статей и монографий по вопросам исследования тревожности как личностного свойства и тревоги как состояния.

В.В. Суворова [19], в своей книге «Психофизиология стресса» определяет тревожность, как психическое состояние внутреннего беспокойства, неуравновешенности и в отличие от страха может быть беспредметной и зависеть от чисто субъективных факторов, приобретающих значение в контексте индивидуального опыта. И относит тревожность к отрицательному комплексу эмоций, в которых доминирует физиологический аспект.А. М. Прихожан [66], определяет тревожность, как устойчивое личностное образование, сохраняющегося на протяжении достаточно длительного периода времени. Она имеет свою побудительную силу, константные формы реализации поведение с преобладанием в последних компенсаторных и защитных проявлениях. Как и любое комплексное психологическое образование, тревожность характеризуется сложным строением, включающим когнитивный, эмоциональный, и операционный аспекты, при доминировании эмоционального. Нужно заметить, что тревожность может возникнуть уже в новорожденном состоянии или точнее сказать, одна из составляющих тревожности — страх. «Страх — это эмоция, возникающая в ситуациях угрозы биологическому или социальному существованию индивида и направленная на источник действительной или воображаемой опасности» Головин С. Ю. [7]. В целом, тревожность — это субъективное проявление неблагополучия личности, ее дезадаптации. Тревожность как переживание эмоционального дискомфорта, предчувствие грядущей опасности, является выражением неудовлетворения значимых потребностей человека, актуальность при ситуативном переживании тревоги и устойчиво доминирующих по гипертрофированному телу при постоянной тревожности.

Следовательно, тревожность — это черта личности, готовность к страху. Это состояние целесообразного подготовленного повышения внимания сенсорного и моторного напряжения в ситуации возможной опасности, обеспечивающее соответствующую реакцию на страх. Так как, страх — самая главная составляющая тревожности, она имеет свои особенности. Функционально страх служит предупреждением о предстоящей опасности, позволяет сосредоточить внимание на ее источнике, побуждает искать пути ее избегания. В случае, когда он достигает силы аффекта, он способен навязать стереотипы поведения — бегство, оцепенения, защитную агрессию. Если источник опасности не определен или неопознан, в этом случае, возникающее состояние называется тревогой. Тревога — это эмоциональное состояние, возникающее в ситуациях неопределенной опасности и проявляющееся в ожидании неблагоприятного развития событий. Л. И. Божович [5], определила тревогу, как осознаваемую, имевшую место в прошлом опыте, интенсивную болезнь или предвиденье болезни. В отличие от Л. И. Божович [5], Н. Д. Левитов [13], дает следующее определение: «Тревога — это психическое состояние, которое вызывается возможными или вероятными неприятностями, неожиданностью. Изменениями в привычной обстановке, деятельности, задержкой приятного, желательного, и выражается в специфических переживаниях (опасения, волнения, нарушения покоя и др.) и реакциях».

Психодинамический подход рассматривает тревожность следующим образом. Согласно З. Фрейду [58]: «страх — это состояние аффекта, т. е. объединение определенных ощущений ряда „удовольствие — неудовольствие“ с соответствующими иннервациями разрядки напряжения и их восприятия, а также, вероятно и отражение определенного значимого события». Страх возникает из либидо, согласно З. Фрейду, и служит самосохранению, является сигналом новой, обычно внешней опасности. З. Фрейд выделил 3 типа тревоги: реалистическую, невротическую и моральную. Он полагал. Что тревога играет роль сигнала, предупреждающего «Эго» о надвигающейся опасности, исходящей от интенсивных импульсов. В ответ «Эго» использует ряд защитных механизмов, включая: вытеснение, проекцию, замещение, рационализацию и др. Защитные механизмы действуют несознательно и искажают восприятие реальности индивидом.

Согласно, Ч. Д. Спилбергеру [56], различают тревогу — как состояние и тревожность — как свойство личности. Концепция Ч. Д. Спилбергера находится под влиянием психоанализа, переоценивая влияние родителей в детстве на возникновение тревожности, недооценивая роль социального фактора. Различия в оценке, равных практических ситуаций у людей с разной тревожностью, приписывают, прежде всего, влиянию опыта и детства и отношением родителей к ребенку. Сходную точку зрения имеет функциональный подход в изучении состояния тревоги. В. М. Астапов [27], утверждает, что для развития общей теории тревоги, как приходящего состояния и личностного свойства, необходимо выделить и проанализировать функции тревоги. Функциональный подход позволяет рассматривать состояние тревоги, не только как ряд реакций, характеризующих состояние, но и как субъективный фактор, влияющий на динамику протекания деятельности.

Вопрос о психологических функциях часто затрагивает обсуждение таких традиционных проблем, как генетические корни тревоги, условия и ситуации ее возникновения, влияние тревоги на деятельность и др. Исходно функциональная характеристика тревоги выделяется в большинстве направлений интерпретации этого состояния. Речь идет, по мнению В. М. Астапова [27], об утверждении, что состояние тревоги предвосхищает тот или иной вид опасности, предсказывает нечто неприятное, угрожающее и сигнализирует индивиду об этом. З. Фрейд [58], усматривает в характере предвосхищаемой опасности признак для дифференциации страха, вызываемого конкретной угрозой и тревоги, как реакции на предоставленную угрозу. Поэтому, тревогу иногда определяют, как инерализированный, неопределенный, беспредметный страх или как состояние, вызываемое не наличием опасности, а отсутствием возможности ее избежать, в том случае, если она вдруг появиться. Действие тревоги часто распространяется далеко за рамки реальной ситуации, перенося субъекта, как в будущее, так и в прошлое время. Исход из этого можно увидеть существование особой, частично неадекватной тенденции во влиянии тревоги, навязывающей субъекту «свое» видение ситуации. Форма реализации функции поиска и обнаружения может появиться в этом случае в виде так называемой «надситуативной активности». Субъект по собственной инициативе выходит за рамки предложенного ему задания, сам организует процесс постановки новых целей и способов их достижения, нередко вступая в противоречия с ведущими целями и мотивами осуществляемой деятельности. Отвлечения внимания на поиск угрозы может влиять на характер деятельности. Именно активно — поисковая направленность тревоги, как говорит В. М. Астахов [27], характеризуется с содержательной стороны, фиксацией внимания на «стрессовых элементах» среды, а с динамической — длительностью и устойчивостью: может быть положено в основу «беспорядочного поведения» дезорганизирующего влияния тревоги на деятельность, которой известно как характеризуется ее особенность. Осуществляемое тревогой побуждение к поиску опасности имеет, по — видимому, непосредственное отношение и к патологическим нарушениям, при которых наблюдается постоянный поиск опасности и нахождение угрозы в других людях (бред ущерба), в собственном теле (ипохондрия), в результате собственных действий (психастения) и др. Активность появляется в поисковой деятельности навстречу угрожающему объекту, есть путь уменьшения тревоги — условного определения опасности.

Фельдштейн Д.И. [63] отличал, что свобода здорового индивида означает фактически то, что он может выбрать между альтернативами, добиться возможности для преодоления трудностей в новой окружающей среде. Также В. М. Астапов [2], выделяет еще одну функцию тревоги, функция оценки склонившейся ситуации. При этом первостепенное значение имеет то, какой смысл ей придается. На эту особенность указывает Н. И. Наенко [15]: «…психофизиологическая специфика состояния напряженности зависит не от внешних воздействий, но от личностного смысла цели деятельности, оценки ситуации, в которой он находится». Традиционно выделяются три формы поведенческой реакции на опасную ситуацию: бегство, оцепенение, агрессия. Каждая из них по своему модифицирует направленность поведения субъекта: бегство — через устранение самой возможности столкновения с угрожающим объектом; агрессия — через уничтожение источника опасности; оцепенение — через полное свертывание какой-либо активности. Следует подчеркнуть, что отрицательно окрашенные переживания тревоги возникают тогда, когда индивид оценивает ситуацию как опасную и не располагает готовыми и достаточно надежными, на его взгляд, способами ее разрешения. Таким образом, на основании функционального подхода к изучению тревоги можно определить это состояние как результат сложного процесса, включающего количественные, аффективные и поведенческие реакции на уровне ценностей личности. Тревожность имеет ярко выраженную специфику, обнаруживающуюся в ее источниках, содержании, формах проявления, компенсации и защиты. Для каждого возрастного периода существуют определенные области, объекты действительности, которые вызывают повышенную тревогу большинства детей вне зависимости от наличия реальной угрозы или тревожности как устойчивого образования. Эти возрастные пики тревожности являются следствием наиболее значимых социальных потребностей.

Рассмотренные теории тревожности и само определение понятий «тревога» и «тревожность», позволяет сделать вывод о том. Что эти состояния обнаруживают связь с историческим периодом жизни общества, что отражается в содержании страхов, характере возрастных пиков тревоги, частоте распределения и интенсивности переживания тревоги, значительном росте тревожности детей и подростков в нашей стране в последнее десятилетие.

1.2 Тревожность и выступление спортсменов на соревнованиях

тревожность спортсмен соревнование эмоциональный

Тревожность влияет на успешность деятельности спортсменов. Как установлено, тревожность способствует деятельности в достаточно простых для индивида ситуациях и мешает — в сложных, при этом существенное значение имеет исходный уровень тревожности человека.

Как показали исследования, в спортивной деятельности переживание состояния тревоги имеет свои особенности. Устойчивая личностная тревожность возникает у спортсменов с такими чертами, как ранимость, повышенная впечатлительность, мнительность. Этот вид тревожности выступает как реакция на угрозу чего-то несуществующего, не имеющего ни названия, ни четкого образа, но грозящего человеку потерей себя, утратой своего «Я». Такая тревога у спортсмена обусловлена внутренним конфликтом между двумя противоречащими друг другу стремлениями, когда что-то важное для него одновременно отталкивает и притягивает. Спортсмен становится социально дезадаптированным и поэтому он уходит в свой внутренний мир. Он становится хамелеоном по принципу: «Я (как и внутренний мир) как все». Он может стать и агрессивным, потому что агрессивность снимает тревогу. В поведении это проявляется повышенной грубостью, ершистостью и т. д. При усилении тревоги у спортсмена появляется ощущение неотвратимости надвигающейся катастрофы, невозможности избежать опасности. Наиболее высокий уровень тревоги — тревожно-боязливое возбуждение, которое выражается в потребности двигательной разрядки, паническом поиске выхода и ожидании помощи. Если спортсмен не получает этой помощи, то дезорганизация поведения и деятельности достигает своего максимума. Подобная тревожность может порождаться либо реальным неблагополучием спортсмена в наиболее значимых соревнованиях. Либо существовать как бы вопреки объективно благополучному положению, являясь следствием определенных личностных конфликтов, неадекватного развития самооценки и т. п. Подобную тревожность часто испытывают спортсмены, которые часто выступают на соревнованиях, ответственно относятся к тренировкам, общественной жизни, спортивной дисциплине. Однако это видимое благополучие достается им неоправданно большой ценой и чревато срывами, особенно при резком усложнении деятельности. У таких спорсменов отмечаются выраженные вегетативные реакции, неврозоподобные и психические нарушения. Тревожность в этих случаях часто порождается конфликтностью самооценки, наличием в ней противоречия между высокими притязаниями и достаточно сильной неуверенностью в себе. При таком конфликте спортсмены вынуждены стремиться к тому, чтобы добиться успеха во всех сферах, но он не мешает им правильно оценить успехи, порождая чувство постоянной неудовлетворенности, неустойчивости, напряженности. Это ведет к гипертрофии потребности в достижении. Отмечается перегрузка и перенапряжение, выражающиеся в нарушениях внимания, снижении работоспособности, а также повышенной утомляемости. Тревожные спортсмены — не вполне благополучный контингент: их спортивные результаты могут быть крайне низкими, у них может развиться невроз. Чрезмерно высокий уровень, как и чрезмерно низкий, — дезадаптивная реакция, проявляющаяся в общей дезорганизации поведения и деятельности и требующая различных способов коррекции.

Следует также обратить внимание на спортсменов, характеризующихся, условно говоря, «чрезмерным спокойствием». Подобная нечувствительность к неблагополучию носит, как правило, компенсаторный, защитный характер и препятствует полноценному формированию личности. Спортсмен как бы не допускает неприятный опыт в сознание. Эмоциональное неблагополучие в этом случае сохраняется вследствие неадекватного отношения к действительности, отрицательно сказываясь на продуктивности деятельности.

Психодиагностические исследования спортсменов показало, что повышенная тревожность вызывает переутомление, т. е. временное снижение работоспособности под влиянием длительного воздействия нагрузки. Энергия расходуется не на спортивную деятельность, а на подавление тревожности, вследствие чего истощаются внутренние ресурсы индивида, и если проблема не решается, то это может привести к развитию невротического состояния.

Также у 20% спортсменов высокая тревожность приводит к отгороженности, т. е. невротической потере чувства реальности, утрате своей индивидуальности, а также агрессивному поведению, направленному на нанесение физического или психологического вреда и сопровождающимся эмоциональными состояниями гнева, враждебности и ненависти.

Таким образом, безусловно, существование отчетливых различий в содержании, характере переживания тревоги и стрессов и влиянии тревожности на результаты деятельности.

Можно также выделить ряд функций тревоги.

Во-первых, наличие «пиков» тревоги указывает на значимость ее переживания для удовлетворения ведущих потребностей, характеризующих спортсменов определенного возраста и пола. Это служит подтверждением представления о ее сигнальной и мобилизующей функциях, а также свидетельствует в пользу представлений о связи тревожности (и как состояния, и как свойства) с неудовлетворением значимых потребностей.

Во-вторых, говоря о функции тревоги в спортивной деятельности, следует подчеркнуть, что вплоть до старшего подросткового возраста она в основном оказывает отрицательное влияние, особенно в условиях тренировок. В дошкольном и на протяжении всего школьного возраста влияние тревоги на спортивную деятельность оказывается опосредованными особенностями поведения тернера и создаваемой им атмосферой в команде. Именно последнее, существенно увеличивая аффективную насыщенность ситуации, отрицательно сказывается на эффективности деятельности спортсменов.

В-третьих, взаимодействие в системе «тревожность как состояние-свойство» усиливается с увеличением возраста спортсменов, хотя на него также во многом оказывает влияние позиция и поведение тренера.

Однако из рассмотрения результатов исследований и наблюдений за деятельностью спортсменов следует, что:

— наряду с действительными состояниями тревоги существуют и состояния симулируемые;

— успешно действовать могут и те спортсмены, состояние которых определяется как неприятное, неудобное, т. е. состояние тревоги;

— уровень психической напряженности у отдельных спортсменов не является постоянной величиной, на него влияет ситуация;

— оптимально действовать могут спортсмены с разным уровнем тревоги;

— выводы исследований нередко противоречивы;

— более углубленные размышления подводят к допущению довольно сильной зависимости между эмоциональностью человека и эффективностью его деятельности;

— состояние тревоги в спорте бывает также состоянием субъективно желательным, и это, по нашему мнению, один из наиболее интересных моментов [23].

Хорошо подготовленный спортсмен находится перед выполнением задания как бы в состоянии «перед взрывом энергии». Говорят, что тревожный спортсмен «сгорает до начала борьбы». Старт ожидается с нетерпением, и этого состояния субъективно желает большинство спортсменов, но «сгорает» в предстартовой лихорадке лишь неопытный и со слабой нервной системой. С точки зрения предстартовых переживаний спортсменов с сильной нервной системой можно с большим приближением утверждать, что напряженность и стресс для них связаны с ощущением «комфорта психологического функционирования». Условия этого «комфорта» создают механизм сознательного контроля своей тревоги. В спортивной деятельности исключительно сильны внешние влияния и управление. «Суровый климат» спорта требует скорее давления сильных сигналов, чем «свободного климата, независимости, благосклонности». Такой климат, согласно Божович Л. И [7], благоприятствует творчеству людей с волевыми чертами характера.

Регуляция извне касается нескольких сфер управления: от простого обучения до сложных индивидуальных решений. Функционирование в спорте трактуется не только как личная деятельность спортсмена, но и как групповая, командная, социальная деятельность. Мотивация достижения успеха в спорте ориентирована на общественное признание личности спортсмена и личности его тренера.

Проблема сознательной локализации контроля тревоги у спортсменов только начинает разрабатываться в психологии спорта. Можно выделить несколько интересных фактов. Готовность поддаться манипуляции и се ожидание спортсменами со стороны соперников составляют в спорте определенный феномен в связи с базовыми чертами спорта — свободой и независимостью соревнующейся личности. Подчинение спортсмена внешнему руководству, например, тренеру в команде, создает лишь видимость «комфорта психологического функционирования», что также должно уменьшать силу влияния ситуаций, вызывающих напряженность и тревожность, т. е. служат нейтрализации в восприятии угрозы и являются теми факторами, через которые мы попытаемся определить состояние стресса [38].

В спортивной деятельности сосуществуют два «мира»:

— реалистический мир: ситуация, задание, закодированная программа действий, адекватная поведению спортсменов;

— нереалистический мир: «мир субъективно созданной тревоги». Спортсмен своим умом и мышлением сам строит ситуацию угрозы, что зависит от особенностей его восприятия реальных ситуаций, — один видит в ней угрозу, другой — нет. В связи с тезисом о «построении ситуации угрозы» могут появиться гипотезы, касающиеся «пластов переживания», потому что «субъективно построенная угроза» может иметь различную длительность и значимость для спортсмена. Опуская здесь множество утверждений, касающихся стресса в спорте и его влияния на результат, вдумаемся в сущность стресса, используя нетрадиционный подход [4].

Целостную характеристику стресса в спорте можно дать через:

— описание явления на основе избранной общей теории;

— описание процесса поведения спортсменов на основе существенных элементов, содержащихся в избранной концепции стресса.

Принимая второй из этих способов, рассмотрим:

— нормальное поведение и генезис нарушений;

— возникновение и место угрозы в ситуации;

— проблему преодоления стресса и «психологическую цену» нарушений [20].

В естественных условиях спортсмен включен в систему взаимодействий, подготавливающих его к выполнению задания. При этом доминирует действие, ориентированное на выполнение задания. Это устранение помех, возобновление попыток. Это также возрастание интенсивности реакции, улучшение ориентационных процессов.

Наряду с поведением, специфичным для спортивного действия, возникают состояния и реакции, прямо не связанные с реализацией задания или цели соревнования. Это, прежде всего усиленные процессы антиципации, приписывание угрожающего влияния разным ситуациям, создающим тревогу и эмоциональную напряженность Ханин Ю. Л. [71]. Проявляется и поведение, сходное с защитными реакциями, что ухудшает самочувствие спортсмена.

Приведение в действие защитных механизмов по типу вытеснения или подавления тревоги характеризуется двумя различными «регуляционными плоскостями», или «уровнями регуляции». Один из них затрудняет выполнение задачи, другой облегчает, чтобы выдержать ситуацию, помогает приступить к действию, несмотря на затруднения.

В общем, можно утверждать, что защитные реакции (до известной степени их интенсивности) выступают лишь как «явления сопутствующие». Они «лишь сопутствуют» до тех пор, пока в сфере деятельности не возникает состояние «действительной угрозы» [11].

Допускается такое, что порог персептивной устойчивости означает пропорцию между насыщением образа ситуации:

— факторами, касающимися достижения действительного задания (хорошо подобранного).

— факторами, касающимися других состояний и объектов (разного типа оценок, предвидения последствий, приписывания характеристик соперникам и др.). Преобладание в образе задания элементов «вне задания» или недостаток элементов задания создает ситуацию недостатка концентрации на задании или ее минимальный размер [9].

Угроза описывается как утрата безопасности, некоторая деформация, т. е. как обстоятельства, предвещающие нежелательные воздействия или лишение чего-либо. Иначе говоря, понятие угрозы является сигналом о возможных неприятностях. Для спорта такие ситуации весьма характерны.

Не описывая подробно подготовку спортсмена к старту, которая в связи с указанными категориями действий и признаками ситуации в последовательных этапах подготовки к старту формируется картина будущего задания и его общей ситуации. Картина эта развивается или сокращается по мере получения информации и ожиданий. Актуализация этой картины сопряжена с моторной активностью. Этот сокращенный мыслительный образ сигнализирует о том, что возможно «волнообразное ощущение угрозы». Точнее говоря, независимо от спортсмена появляется «волнообразное ощущение угрозы» [26].

Отмечено, что во всех видах спортивных соревнований, различающихся по структуре двигательных действий (критерий оценки — максимизация усилия спортсмена в процессе реализации всей программы действий), общим моментом является «приостановка» восприятия угрозы или его «износ» при условии автоматизации деятельности. Если в этих условиях автоматически выполняемое действие нарушается сознанием, есть основание искать причины этого нарушения в психике спортсмена [19].

Особенности деятельности во многих видах спорта прекрасно поддерживают состояние угрозы, что привлекает в эти виды спорта людей, жаждущих этих острых угрожающих переживаний, — например, парашютный спорт, фристайл, автогонки и пр. Таким образом, вряд ли некоторые из защитных реакций, могут ликвидировать у них ощущение угрозы.

1.3 Повышение эмоционального возбуждения как фактор улучшения соревновательной деятельности

Согласно данным отечественных и зарубежных исследователей в современном мире наблюдается рост количества тревожных людей вне зависимости от половых, возрастных и других характеристик. Более того, тревожность принимает форму глубинной тревоги, т. е. может проявляться в психической неустойчивости, невротических реакциях, в меньшей степени поддается коррекции.

Рассмотрим факторы, влияющие на выраженность предстартового эмоционального возбуждения.

Уровень притязаний спортсмена. Именно он, а не официальный ранг предстоящих соревнований определяет качество и степень возникающих реакций. Если уровень притязаний высок (например, спортсмен хочет попасть в сборную команду города, страны), то предстартовое волнение будет выражено сильнее. Важно, однако, чтобы уровень притязаний был адекватным имеющимся возможностям, то есть не превышал их, но был бы и не ниже, что наблюдается у лиц с эмоциональной неустойчивостью. Эмоционально стабильные спортсмены оценивают свои возможности выше среднего уровня.

Обстановка соревнования. Торжественность и праздничность соревнования, присутствие многочисленных зрителей усиливают предстартовое волнение спортсмена, вызывают бодрость, воодушевление.

Наличие сильных конкурентов. Сильные соперники ожесточают спортивную борьбу, уменьшают уверенность спортсмена в успехе, а это вызывает дополнительные волнения. Однако если разрыв в уровне мастерства между спортсменом и другими участниками соревнований велик, то у него будет меньшее предстартовое эмоциональное возбуждение.

Личные или командные соревнования. Предсоревновательное волнение у многих спортсменов выражено сильнее, если спортсмен выступает за команду.

Вид спорта. Предстартовые сдвиги у представителей разных видов спорта не одинаковы, хотя имеются и общие для всех моменты. В видах спорта, которые требуют от спортсмена хорошего концентрирования и моментального напряжения (прыжок в высоту и гимнастические упражнения на снарядах), показатели концентрации внимания значительно выше, чем перед плаванием или гонкой на лыжах. Показатели переключения внимания были более высокими у лыжников.

Опыт спортсмена тоже обусловливает особенности предстартового волнения. Польский психолог В. Навроцка нашла, что у большей части из 800 опрошенных спортсменов предстартовое волнение уменьшалось в ходе спортивной карьеры и только у незначительной части увеличивалось. Однако оценка степени предстартового волнения опытных и неопытных спортсменов должна происходить с учетом выбираемого показателя. У опытных спортсменов по сравнению с неопытными при предстартовом волнении наблюдается меньшая частота сердечных сокращений, но более высокие показатели тремора, вариативности двигательного темпа и концентрации внимания. Это свидетельствует о необходимости дифференцированного подхода в выборе показателей при оценке предстартовых изменений с учетом уровня подготовленности спортсменов.

Выявлено, например, что у одних спортсменов более выражены изменения со стороны сердечно-сосудистой системы (эти спортсмены чаще имеют сильную нервную систему) и в меньшей степени — со стороны двигательной системы, у других сдвиги больше касаются двигательной системы и в меньшей степени — вегетативной системы (эти реакции характерны для спортсменов со слабой нервной системой). Очевидно, эти различия связаны с тем, что ограничение мышечных проявлений эмоций (за счет волевой регуляции) делает более выраженным их вегетативный компонент.

Но и вегетативные показатели изменяются у разных людей по-разному, в связи с чем введено понятие «индивидуальный реактивный стереотип», то есть предрасположенность реагировать определенным образом на стрессовые ситуации. Так, один спортсмен может постоянно реагировать повышением кровяного давления без изменения частоты сердечных сокращений, другой среагирует учащением пульса и снижением кровяного давления, у третьего не обнаружатся изменения этих показателей, но показатели кожно-гальванической реакции (КГР) будут повышены.

Возрастные особенности. У юных спортсменов (14−18 лет) предстартовое повышение пульса, артериального давления и мышечной силы выражено больше, чем у взрослых.

Индивидуальные особенности спортсменов. Эмоционально возбудимые спортсмены демонстрируют большее предстартовое эмоциональное возбуждение, чем эмоционально невозбудимые. Поскольку эмоциональная возбудимость у женщин выше, чем у мужчин, есть основания ожидать, что предстартовое эмоциональное возбуждение у спортсменок будет выше, чем у спортсменов. Данные, полученные на гимнастах и гимнастках, подтверждают это [24].

Время возникновения предстартового возбуждения тоже зависит от многих факторов: специфики деятельности, мотивации, стажа в данном виде деятельности, пола и даже от развития интеллекта. Выраженное предстартовое возбуждение у квалифицированных спортсменов точнее приурочено к началу работы, чем у новичков.

Раннее предстартовое волнение возникает чаще у женщин, чем у мужчин, у юных спортсменов, чем у взрослых, у спортсменов с более высоким образованием, чем у спортсменов, имеющих среднее и восьмилетнее образование. Последнее связано с тем, что с развитием интеллекта повышается способность к прогностическому анализу предстоящей деятельности, а это сопровождается появлением эмоций [71].

Очевидно, что слишком рано возникающее предстартовое возбуждение приводит к быстрой истощаемости нервного потенциала, снижает психическую готовность к предстоящей деятельности. Например выявлено, что у боксеров, проигравших бои, предстартовое волнение более ярко развивалось уже в день первого взвешивания, когда до боя оставались 1−2 дня. У победителей предстартовое возбуждение развивалось более своевременно (в основном перед боем). Конечно, раннее появление предстартового напряжения может возникать и вследствие того, что спортсмены плохо тренированы и чувствуют себя неуверенно. Неуверенность приводит к раннему напряжению, а раннее напряжение — к «перегоранию» и проигрышу [41].

Сложность применения известных точек зрения к анализу страха и тревоги у детей, как подчеркивалось неоднократно, связана, по крайней мере, с двумя обстоятельствами. Во-первых, разграничение внешней и внутренней, определенной и неопределенной угрозы возникает в онтогенезе довольно поздно. Во-вторых, разграничение «витальной» и «социальной» угрозы часто достаточно искусственно, во всяком случае для детей.

Продуктивен подход к пониманию тревожности и проблеме различения тревоги и страха с позиции введенного известным отечественным психиатром Ф. Б. Березиным понятия «явления тревожного ряда». Этот подход позволяет провести различия между конкретным страхом как реакцией на объективную, однозначно понимаемую угрозу, и иррациональным страхом, возникающим при нарастании тревоги и проявляющимся в опредмечивании, конкретизации неопределенной опасности. При этом объекты, с которыми связывается последний, не обязательно отражают реальную причину тревоги, действительную угрозу. В этом плане тревога и страх представляют собой разные уровни явлений тревожного ряда, причем тревога в собственном смысле слова предшествует иррациональному страху.

В состав тревожности входят понятия: «тревога», «страх», «беспокойство». Рассмотрим сущность каждого. Страх — аффективное (эмоционально заострённое) отражение в сознании человека конкретной угрозы для его жизни и благополучия. Тревога — эмоционально заострённое ощущение предстоящей угрозы. Тревога в отличие от страха — не всегда отрицательно воспринимаемое чувство, так как она возможна и в виде радостного волнения, волнующего ожидания [40].

Объединяющим началом для страха и тревоги является чувство беспокойства. Оно проявляется в наличии лишних движений или, наоборот, неподвижности. Человек теряется, говорит дрожащим голосом, либо совсем замолкает.

Разные исследователи выделяют различные виды и уровни тревожности: устойчивая тревожность в какой-либо сфере — ее принято обозначать как специфическую, частную, парциальную — и общая, генерализованная тревожность, свободно меняющая объекты в зависимости от изменения их значимости для человека.

Основной вопрос здесь — как соотносятся общая тревожность и ее частные виды. Другими словами, являются ли частные виды тревожности — школьная, арифметическая, межличностная, тестовая, компьютерная и т. п. — отдельными, замкнутыми на «своей» сфере переживаниями, или они представляют собой лишь способ выражения общей тревожности, зафиксировавшейся на данной сфере как на наиболее значимой в тот или иной период. Этот вопрос очень важен прежде всего для практики, так как предполагает во многом различную работу психолога.

Как представляется, продуктивными для понимания этой проблемы являются идеи Л. И. Божович об адекватной и неадекватной тревожности. Согласно этой точке зрения, критерием подлинной тревожности выступает ее неадекватность реальной успешности, реальному положению индивида в той или иной области. Только в таком случае она может рассматриваться как проявление общеличностной тревожности, «зафиксировавшейся» на определенной сфере [6].

Однако этот показатель не подвергался специальной экспериментальной проверке. Кроме того, при его использовании возникает ряд существенных проблем, связанных с определением адекватности того или иного вида частной, специфической тревожности, особенно когда речь идет о сопоставлении нескольких ее видов. Остается открытым вопрос о том, насколько распространение тревожности на разные сферы действительно свидетельствует о генерализованной тревожности. Не говорит ли это об одновременном наличии у человека нескольких частных видов тревожности.

Все эти сомнения указывают на недостаточность подобного «количественного» подхода. Заслуживает специального анализа вопрос о том, как общая тревожность, которая может и не иметь определенной области выражения, проявляясь в переживании некоторой безобъектной угрозы, соотносится с тревожностью, характеризующей конкретные сферы действительности. Этот вопрос тесно связан с проблемой диагностики тревожности, соотношением ее различных эмпирических показателей.

В настоящее время тревожность диагностируется преимущественно по методикам двух типов. В одном из них тревожность, определяемая по прямой или проективной когнитивной оценке ситуации или области, подразумевает наличие конкретного объекта и оценивается как показатель частных, парциальных видов тревожности, а суммарная оценка — как показатель некоторого общего уровня тревожности.

Во втором тревожность диагностируется по подтверждению испытуемым наличия у него определенных симптомов. Такая тревожность исходно рассматривается как безобъектная, или, точнее, «внеобъектная».

Наряду с определением исследователи выделяют различные виды и уровни тревожности.

А.И. Захаров обращает внимание на то, что в старшем дошкольном возрасте тревожность ещё не является устойчивой чертой характера, имеет ситуационные проявления, так как у ребёнка именно в период дошкольного детства происходит становление личности [11].

А.М. Прихожан выделяет виды тревожности на основе ситуаций, связанных: с процессом обучения, учебная тревожность; с представлениями о себе — самооценочная тревожность; с общением — межличностная тревожность. Помимо разновидностей тревожности, рассматривается и её уровневое строение [66].

И.В. Имедадзе выделяет два уровня тревожности: низкий и высокий. Низкий необходим для нормального приспособления к среде, а высокий вызывает дискомфорт человека в окружающем его социуме.

Б.И. Кочубей, Е. В. Новикова выделяют три уровня тревоги, связанной с деятельностью: деструктивный, недостаточный и конструктивный. Тревожность как психологическая особенность может иметь разнообразные формы [4].

Ч. Спилбергерг выделяет два вида тревожности: личностная и ситуативная (реактивная). Под личностной тревожностью понимается устойчивая индивидуальная характеристика, отражающая предрасположенность субъекта к тревоге и предполагающая наличие у него тенденции воспринимать достаточно широкий «веер» ситуаций как угрожающие, отвечая на каждую из них определенной реакцией. Как предрасположенность, личная тревожность активизируется при восприятии определенных стимулов, расцениваемых человеком, как опасные для самооценки, самоуважения. Ситуативная, или реактивная, тревожность как состояние характеризуется субъективно переживаемыми эмоциями: напряжением, беспокойством, озабоченностью, нервозностью. Это состояние возникает как эмоциональная реакция на стрессовую ситуацию и может быть разным по интенсивности и динамичности во времени [56].

Высокая тревожность является негативной личностной чертой и неблагоприятно сказывается на жизнедеятельности человека, снижает уровень умственной работоспособности, вызывает неуверенность в своих силах, является условием формирования отрицательного статуса личности и конфликтных отношений, создает предпосылки для агрессивного поведения. Тревожность может повышать активность, способствовать предвидению возможной опасности, а может порождать ощущение беспомощности и неуверенности [16]. Тревожность как переживание эмоционального дискомфорта, предчувствие грозящей опасности является выражением неудовлетворения значимых потребностей человека, актуальных при ситуативном переживании тревоги и устойчиво доминирующих по гипертрофированному типу при постоянной тревожности.

Поскольку высокая тревожность, играет отрицательную роль в регуляции поведения и деятельности человека и ухудшает адаптацию индивида к ряду жизненных ситуаций, — cтепень адаптации во многом зависит от объективных и субъективных условий, целей жизни, способа их достижения, враждебного или комфортного восприятия реальности, — нам представляется целесообразным изучение зависимости характерологического портрета личности (далее -характер личности) с уровнем тревожности.

Личностная тревожность проявляется не обязательно непосредственно в поведении, она имеет выражение субъективного неблагополучия личности, создающего специфический фон её жизнедеятельности, угнетающий психику.

Выделим основные негативные стороны высокого уровня личностной тревожности.

— Личность с высоким уровнем тревожности склонна принимать окружающий мир как заключающие в себе угрозу и опасность в значительно большей степени, чем личность с низким уровнем тревожности.

— Высокий уровень тревожности создаёт угрозу психическому здоровью личности, способствует развитию предневротических состояний.

— Отрицательно влияет на результаты деятельности. Отмечается зависимость тревожности со свойствами личности, от которых зависит учебная успеваемость.

— Тревожность оказывает влияние на профессиональную направленность. Сопоставление профессиональной направленности с индивидуально-психологическими особенностями выявило существенное влияние этих особенностей на характер профессиональной направленности.

Форма тревожности — особое сочетание характера переживания, осознания, вербального и невербального его выражения в характеристиках поведения, общения и деятельности. Форма тревожности проявляется в стихийно складывающихся способах ее преодоления и компенсации, а также в отношении ребенка, подростка к этому переживанию [22].

Личности, относящиеся к категории высоко тревожных, склонны видеть в широком диапазоне ситуаций угрозу для их самооценки и жизнедеятельности. На такие ситуации они реагируют выраженным состоянием напряжённости. На физиологическом уровне реакции тревоги проявляются в:

— усилении сердцебиения;

— учащении дыхания;

— увеличении минутного объёма циркуляции крови;

— возрастании общей возбудимости;

— снижении порога чувствительности.

На психологическом уровне тревога ощущается как:

— напряжение;

— озабоченность;

— нервозность;

— чувство неопределённости;

— чувство грозящей опасности, неудачи;

— невозможность принять решения и др.

Ф.Б. Березин отметил, что состояние тревоги (тревожности) — это эмоциональные состояния, закономерно сменяющие друг друга по мере возрастания, и выделил 6 уровней состояния тревоги:

1) Первый уровень — наименьшая интенсивность тревоги, выражается в переживаниях напряжённости, настороженности, дискомфорта. Это ощущение не несёт признака угрозы, а служит сигналом скорого наступления более выраженных проявлений тревоги. Данный уровень тревоги имеет наиболее адаптивное значение.

2) На втором уровне ощущение внутренней напряжённости сменяют гиперестезические реакции или же они присоединяются к нему. Ранее нейтральные стимулы приобретают значимость, а при усилении отрицательную эмоциональную окраску.

3) Третий уровень — собственно тревога. Проявляется в переживании неопределённой угрозы, чувства неясной опасности.

4) Четвёртый уровень — страх. Возникает при нарастании тревоги и проявляется в опредмечивании, конкретизации неопределённой опасности. При этом объект, с которым связывается страх, не обязательно отражает реальную причину тревоги, действительную угрозу.

5) Пятый уровень — ощущение неотвратимости надвигающейся катастрофы, которое возникает в результате постепенного нарастания тревоги и выражается в чувстве ужаса. При этом данное переживание связано не с содержанием чувства, а лишь с нарастанием тревоги. Подобное переживание может вызвать неопределённая, но очень сильная тревога.

6) Наиболее высокий уровень — тревожно-боязливое возбуждение, которое выражается в потребности двигательной разрядки, паническом поиске помощи. Дезорганизация поведения и деятельности вызывается тревогой, достигает при этом своего максимума.

Выявление причины эмоционального возбуждения спортсмена или обоснованное предположение часто помогает наметить подходы или методы, которые могут снизить тревожность до желательных уровней. Это не означает, что тренер должен считать себя психиатром или психологом. Однако он должен выявлять признаки чрезмерного эмоционального возбуждения у спортсменов и уметь определить, кому из них необходима небольшая помощь, которую он может оказать сам, а кто нуждается в квалифицированном совете психолога или психиатра [30].

У большинства спортсменов, если они рассчитывают хорошо выступить, перед соревнованием обычно наблюдаются различные физиологические сдвиги. У них могут чрезмерно потеть ладони, учащенно биться сердце, напрягаться мышцы. Это — положительные признаки активации, однако они часто ошибочно интерпретируются как признаки чрезмерной тревожности. Поэтому важно помочь спортсмену понять, что эти проявления на самом деле ему полезны и не означают слабости.

Этот процесс представил Прихожан А. Н. [66] следующим образом:

Однако этот процесс можно изменить, если научить спортсмена понимать симптомы и признаки, которые у него наблюдаются перед соревнованием. Клинические психологи и психиатры применяли несколько методов для снижения чрезмерной тревожности, у индивидов с жалобами на наличие страхов в различных ситуациях. Одним из таких методов является десенсибилизация (снятие чувствительности). Этот метод предлагает составление перечня предметов, людей и ситуаций, которые вызывают у человека состояние тревожности даже в незначительной степени. Затем этот перечень ранжируется в последовательности от факторов, которые вызывают значительные опасения и страхи, до факторов, вызывающих небольшую тревогу. Такой перечень «тревожностной иерархии» может иметь следующий вид:

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой