История СССР в первые послевоенные годы

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

История СССР в первые послевоенные годы

Содержание

Введение

1. Экономическое развитие СССР в послевоенные годы (1945−1953 гг.)

2. Голод 1946−1948 гг.

3. Начало Холодной войны и создание атомной бомбы

4. Политический режим в последние годы жизни Сталина

5. Развитие советской культуры в первые послевоенные годы

Заключение

Список литературы

Введение

В результате Великой Отечественной войны Советскому Союзу удалось занять почетное место «великой державы», определявшей послевоенное устройство мира на международных конференциях «большой тройки». К концу войны СССР обладал самой многочисленной армией в Европе, достигнутые между союзниками соглашения закрепляли права Советского Союза на ряд новых территорий, а также на его приобретения, сделанные в 1939—1940 гг.: Прибалтику, Западную Украину и Западную Белоруссию, Бесарабию, Северную Буковину, часть Восточной Пруссии, область Печенги, Подкарпатскую Русь, Южный Сахалин и Курильские острова.

Военная мощь и право победителя подкрепляли амбиции советского руководства, его притязания на роль равноправного партнера Запада, и в первую очередь США, в решении международных проблем.

Духовный и нравственный подъем народа, победившего в справедливой, освободительной войне, вызывал в советских людях гордость за свою страну, чувство самоуважения. Благодаря активной пропаганде и сложившемуся стереотипу мышления Победа в сознании подавляющего большинства народа связывалась с прочностью режима и гениальностью советского лидера -- И. В. Сталина, для которого было введено новое звание -- генералиссимус Советского Союза.

Казалось бы, основные трудности преодолены и, несмотря на огромные жертвы страна быстро восстановится и заживет мирной жизнью, а внутренние трудности конца 1930-х гг. и извечная борьба с «врагами» канут в прошлое. Однако, во многом этим послевоенным надеждам не суждено было сбыться и в первые послевоенные годы СССР вновь пришлось столкнуться с серией серьезнейших проблем.

История СССР в первые послевоенные годы — это огромное разнообразие событий, лиц и явлений. Поэтому в данной работе остановимся лишь на таких вопросах как экономическое развитие СССР в 1945—1953 гг., голод 1946−1948 гг., начало «холодной войны» и создание атомной бомбы, рассмотрим особенности политического режима и развития советской культуры.

1. Экономическое развитие СССР в послевоенные годы (1945-1953 гг.)

По завершении победоносной войны начался трудный для страны переход к мирному строительству. Население по очень приблизительным данным ЦСУ сократилось за период с 1 января 1941 г. по 1 января 1946 г. с 196,8 до 162,4 млн. чел., т. е. почти на 18%. Число инвалидов Отечественной войны в 1946 г. составило 2 575 694.

Огромны были и материальные потери. Полностью или частично разрушено 1710 городов и поселков, более 70 тыс. сел и деревень, около 6 млн. зданий; крова лишились 25 млн. чел. Уничтожены, отобраны или угнаны в Германию свыше 7 млн. лошадей, 17 млн. голов крупного рогатого скота. Материальный ущерб, нанесенный СССР в годы войны составил 2 трлн. 169 млрд руб. (в ценах 1941 г.), т. е. страна потеряла треть своего национального богатства.

Разруха народного хозяйства СССР была столь катастрофической, что последствия ее могли быть преодолены через многие годы. Сокращение населения и, следовательно, рабочей силы, замена на предприятиях кадров трудоспособного возраста на стариков и подростков, мужчин — женщинами, квалифицированных рабочих — новичками, снижение трудоспособности вследствие плохого питания из-за сокращения поголовья скота в стране; ухудшение жилищных условий; уничтожение или износ технического оборудования; снижение национального дохода и капитальных вложений — все это подтачивало производительность труда, уровень которой не шел ни в какое сравнение с довоенным.

Трудности восстановительного периода усугублялись большими разрушениями на транспорте, исчерпанием запасов сырья, упадком сельского хозяйства, переводом экономики Прибалтийских республик на социалистические рельсы хозяйствования, что влекло за собой ломку прежних социальных отношений и требовало немалых затрат. Война вызвала глубокие изменения в сознании и настроениях людей. Народ отдал для победы все свои физические и духовные силы, все свои сбережения, десятки миллионов жизней, надеясь, что с миром придет и облегчение. Однако бедность превалировала среди большей части населения страны.

Сказывалась и международная обстановка: в рамках проводимой США «атомной дипломатии» Советский Союз резко ускорил темпы по созданию собственного атомного оружия, что требовало громадных средств.

Большую материальную поддержку оказывал Советский Союз странам народной демократии на этапе их начального становления. Положительным моментом в сложившейся ситуации стало увеличение территории СССР за счет западных областей и на Дальнем Востоке, а также то, что в результате эвакуации предприятий из Европейской России на Восток были заложены основы для дальнейшего развития промышленной базы в азиатской части страны. Но эти «положительные итоги» не шли ни в какое сравнение с потерями, понесенными Советским Союзом в ходе фашистской агрессии, особенно если учесть число убитых, уничтоженных и искалеченных войной миллионов людей.

В труднейшем положении очутилась деревня. Непомерно тяжелая для колхозов хлебозаготовительная политика в годы войны еще более ужесточилась: хлеб забирался из хозяйств подчистую, нередко для выполнения госпоставок местные органы отнимали у колхозников зерно, выданное на трудодни или выращенное в личных хозяйствах. Острый дефицит продуктов питания, создаваемый зачастую искусственно, способствовал активизации поборов колхозного имущества, хлеба, скота со стороны чиновничьего слоя, который превратил это занятие в своеобразную систему кормленчества. Недовольство крестьян росло. К тому же деревня несла более высокие людские потери по сравнению с городом, поскольку система бронирования распространялась на весьма незначительные слои сельского населения.

Помощь международного финансового капитала (в первую очередь США) в этот период была отвергнута советским руководством из-за боязни, что Запад за кредиты потребует политических уступок. Оставался, хотя и непопулярный среди населения, но единственно возможный выход — увеличить налоги на деревню, сохранив для нее законы военного времени и в мирный период.

В марте 1946 г. Верховным Советом СССР был принят закон о 5-летнем плане восстановления и развития народного хозяйства страны на 1946−1950 гг. Первоочередными ставились следующие задачи: восстановление и развитие тяжелой промышленности и железнодорожного транспорта, обеспечение технического прогресса во всех отраслях (чтобы «превзойти в ближайшее время достижения науки за пределами СССР»); повышение обороноспособности страны и оснащение вооруженных сил новейшей военной техникой. Пятилетним планом предусматривалось восстановление довоенного уровня промышленного производства уже в 1948 г., а к концу пятилетки его превышение на 48%. Закон о первой послевоенной пятилетке вызвал широкие отклики за рубежом. Западная печать с особым пристрастием комментировала ту часть речи Вознесенского, где говорилось о том, что «Россия, используя преимущества советской системы, может опередить капиталистические страны на всех путях прогресса, включая и технологию». Не был обойден вниманием вопрос и о широком развитии исследований в области атомной энергии.

5-летний план ставил слишком трудные задачи для истощенной войной страны. Определяя их, советское руководство исходило из сложившегося на международной арене соотношения сил между двумя различными системами (социалистической и капиталистической). Чтобы не отстать от своих западных конкурентов, усилившихся экономически за годы войны, СССР приступил к восстановлению народного хозяйства на пределе возможного.

С переходом к мирному строительству произошли соответствующие изменения в правительственных структурах. 4 сентября 1945 г. был упразднен Государственный Комитет Обороны, действовавший как временный орган на период войны и чрезвычайного положения в стране.

Законом Верховного Совета СССР от 15 марта 1946 г. Совнарком и наркоматы были преобразованы соответственно в Совет Министров и министерства, поскольку как говорилось в законе, «старое наименование уже не выражает тот объем компетенции и ответственности, который возлагает Конституция СССР на центральные органы и на лиц, стоящих во главе отдельных отраслей государственного управления» Председателем Совмина СССР и министром вооруженных сил страны был избран И. Сталин. В ближайшее его окружение входили В. Молотов, А. Андреев, А. Микоян, К. Ворошилов, Л. Каганович, Л. Берия, А. Косыгин, Н. Вознесенский, Г. Маленков.

Послевоенный период развития экономики характеризуется неоднократными реорганизациями (1946, 1948, 1953 гг.) слиянием и разделением министерств, главным образом промышленных. Отчасти это объяснялось неимоверным разбуханием государственного аппарата: за 1928−1955 гг. количество управленцев в промышленности увеличилось с 300 тыс. до 2300 тыс. чел., т. е. в 7 раз, а численность рабочих — в 4,5 раза. С одной стороны, специализация отраслей промышленности вела к увеличению их числа, с другой — к нарушению сложившихся за десятилетия связей между отраслями и предприятиями.

Переключение средств и материальных ресурсов на мирные цели началось с весны 1945 г., а к июню на выпуск гражданской продукции было переведено более 500 предприятий, в том числе — оборонных. Для их перепрофилирования были преобразованы наркоматы (с марта 1946 г. — министерства): танковой промышленности — в министерство транспортного машиностроения, боеприпасов — сельскохозяйственного машиностроения, минометного вооружения — машиностроения и приборостроения. На базе действовавших в годы войны строительных организаций были созданы наркоматы по строительству предприятий тяжелой индустрии, топливных предприятий, военных объектов. Наркоматы черной и цветной металлургии, угольной и нефтяной промышленности были разделены и ведали соответственно западными и восточными регионами СССР.

Особые проблемы стояли перед предприятиями, полностью переключенными в начале войны на производство военной продукции. Работа по реконверсии социалистической экономики в 1946 г. вскоре принесла свои плоды. За первый послевоенный год заметно увеличился рост производства основных видов продукции машиностроения — турбин, паровозов, вагонов, автомобилей, тракторов, комбайнов, экскаваторов и др.

Предприятия, восстановленные в течение 4-й пятилетки, дали в 1950 г. 1/5 часть добытого в стране угля, 39% выплавленной стали и проката, 40 — чугуна; на их долю приходилась значительная часть выработанной электроэнергии, продукции машиностроения и металлообработки, химической, легкой и пищевой промышленности. На месте прежних было построено около 3200 предприятий, технически более совершенных и мощных. Восстановление ряда отраслей индустрии полностью завершилось к 1953 г. Параллельно с этим осуществлялась широкая программа нового промышленного и транспортного строительства.

Техническому перевооружению промышленности СССР в значительной степени содействовал вывоз оборудования с немецких и японских предприятий (с территории Германии, отошедшей к Польше, из Австрии, Венгрии, Чехословакии и Маньчжурии). По расчетам Особого Комитета при Совмине СССР, прибывшее в Советский Союз к декабрю 1946 г. энергетическое оборудование позволяло после его ввода в эксплуатацию «увеличить мощность действующих электростанций СССР на 32,5%» (при этом большая часть его была оснащена современной электротехнической аппаратурой, автоматическими приборами запуска и контроля за работой агрегатов). Значительно увеличивался также парк оборудования машиностроительных министерств: станкостроительной промышленности более чем в два раза (на 109%), автомобильной — на 85, машиностроения и приборостроения на 83, тяжелого машиностроения на 55%. В три раза увеличился парк оборудования радиолокационной промышленности (в том числе за счет пользующихся мировой известностью институтов и предприятии фирм «Телефункен», «Сименс» и др.). За счет немецких заводов было положено начало промышленности синтетического жидкого топлива (технология которого для производства бензина, смазочных масел и пр. была основана на базе углей).

Важнейшими объектами строек в послевоенную пятилетку стали Фархадская ГЭС на Сырдарье в Узбекистане (первая очередь станции была введена в строй в феврале 1948 г.), Нижнетуринская на Урале, Щекинская ГРЭС в Подмосковье. Особое значение имела разработка нефтяных пластов Каспийского моря (в ноябре 1949 г. была задействована первая скважина в открытом море). За счет роста добычи нефти Азербайджан вышел на первое место в СССР по объему добычи жидкого топлива. Интенсивно велось шахтное строительство в Донецком, Подмосковном, Печорском угольных бассейнах, на Урале, в Кузбассе, Караганде, Хакасии, Приморье. В первые же послевоенные годы началась разработка крупных газовых месторождений в Саратовской области и на Украине.

За относительно короткий срок республики Прибалтики, западные области Украины и Белоруссии стали постепенно превращаться в индустриально-аграрные районы. Большая доля расходов покрывалась государством.

Всего за годы первой послевоенной пятилетки было восстановлено или построено заново 6200 крупных промышленных предприятий и множество других объектов хозяйственного значения.

По официальным советским данным, 5-летний план восстановления и развития народного хозяйства СССР на 1946−1950 гг. был успешно выполнен, а важнейшие его задания значительно перевыполнены". В первую очередь это достижения черной металлургии (выплавка стали и производство проката), добыча угля и нефти, выработка электроэнергии, производство станков и машин, продукция химической промышленности. В июле 1950 г. комиссия в составе В. Молотова, Л. Кагановича, А. Микояна, М. Сабурова, И. Бенедиктова представила Сталину проект директив пятого 5-летнего плана на 1951−1955 гг. В нем предусматривалось повысить уровень промышленного производства за пятилетие примерно в 1,8 раза (при среднегодовом темпе роста валовой продукции промышленности на 12%). Для производства средств производства (группа «А») темпы роста устанавливались в размере 18%, а для производства предметов потребления (группа «Б») — 11. Вдвое должны были возрасти капиталовложения в промышленность.

Важную роль в стабилизации финансовой системы страны сыграли денежная реформа и отмена карточек на продовольственные и промышленные товары в декабре 1947 г. Правительство планировало сделать это еще в 1946 г., но помешали засуха и голод, охватившие многие районы страны.

В ходе реформы Госбанк СССР провел обмен старых денег на новые из соотношения 10:1 (металлическая монета обмену не подлежала и принималась к платежам по номинальной стоимости). Не подлежали переоценке вклады населения размер которых не превышал 3 тыс. руб. (число таких вкладчиков составляло около 80%); остальные вклады переоценивались из соотношения 3:2 (если размер вклада не превышал 10 тыс. руб.), свыше 10 тыс. руб. — из соотношения 2:1 Одновременно проводилась конверсия всех ранее выпущенных государственных займов в единый двухпроцентный 1948 года (обмен облигаций прежних займов на новый проводился по курсу 3: 1).

Таким образом, денежная реформа в СССР в 1947 г. целиком была проведена за счет интересов трудящихся. По мнению правительства, реформа позволила ликвидировать последствия войны в области денежного обращения, ликвидировать крупные накопления, образовавшиеся «у отдельных групп населения в результате высоких рыночных цен, а также спекуляции». Был значительно сокращен государственный долг по займам и уменьшены связанные с ним расходы государственного бюджета.

Проведение реформы явилось необходимым условием отмены карточной системы.

После отмены карточек (проведена в декабре 1947 г. одновременно с денежной реформой) продовольственные и промышленные товары стали продаваться в порядке открытой торговли по единым государственным розничным ценам (взамен коммерческих и пайковых цен). Например, цены на хлеб и крупы устанавливались на 10−12% ниже пайковых, на другие продовольственные товары — на уровне пайковых; на промышленные товары — повышались в сравнении с пайковыми, но были ниже коммерческих примерно в 3 раза.

После войны правительство неоднократно снижало государственные розничные цены на продукты массового потребления. Данная политика получила различные оценки в отечественной историографии — от восторженных до резко отрицательных. Нужно подчеркнуть, что снижение цен проводилось целиком за счет деревни, за счет перенапряжения ее сил и резкого ухудшения материального положения.

По идеологическим соображениям правительство не было заинтересовано в поощрении зажиточной прослойки общества, сложившейся за военные годы. Снижая после отмены карточек государственные розничные цены, власти пытались проводить политику не в направлении закрепления социального расслоения, а, наоборот, в плане уравнивания всех со всеми. Как заметил по этому поводу В. Молотов: «Никого не обижать, но и никого не баловать. Только так можно навести порядок. Тут и нужна генеральная линия».

В январе 1953 г. начальник ЦСУ В. Старовский доложил Сталину о том, что за два года пятой пятилетки среднегодовые темпы прироста в промышленности валовой продукции, а также прирост по важнейшим ее видам (чугун, сталь, прокат, электроэнергия и пр.) превышали плановые задания, но некоторое отставание в темпах прироста наблюдалось в добыче нефти, производстве крупных металлорежущих станков и по некоторым другим показателям. Эти достижения позволили СССР создать к началу 50-х годов значительные сырьевые ресурсы для успешного развития народного хозяйства страны в будущем. Так, государственные резервы хлеба на начало 1953 г. выросли в сравнении с довоенным уровнем в 4 раза, цветных металлов — в 10; нефтепродуктов — в 3,3; угля в 5,1; дров в 2,7 раза. Таким образом, стратегическая цель, о которой говорил в феврале 1946 г. Сталин, была выполнена, так как накопленные запасы были важнейшим условием гарантии СССР «от всяких случайностей».

Именно эти резервы, полученные в результате героического труда всего народа, позволили Хрущеву провести большинство своих реформ и начинаний.

2. Голод 1946−1948 гг.

В 1946 г. многие районы страны поразила засуха. Начавшись в Молдавии, она быстро распространилась сначала на юго-запад Украины, затем охватила центрально-черноземную зону, включая север Украины. Валовой сбор зерновых составил в 1946 г. 39,6 млн. т, а государственные заготовки (включая все виды поступления, в том числе возврат государству семенных и фуражных ссуд, натуроплату за работу МТС и др.) — 17,5 млн. т, что было намного ниже уровня предшествующего, а тем более довоенного года. Так, валовой сбор зерновых составил в 1940 г. — 95,5 млн. т. в 1945 — 47,3 млн. В сложившейся ситуации правительство приняло чрезвычайные меры по экономии хлеба — для ряда категорий рабочих и служащих осенью 1946 г, были снижены суточные нормы пайка, сняты с довольствия 85% сельчан, находящихся на государственном снабжении хлебом, сокращены лимиты для иждивенцев, детей и отдельных категорий работников. В октябре 1946 г. паек получали 59,5 млн. чел., из них — лишь 4 млн. жителей сельской местности, в то время как там проживало в этот период ок. 110 млн. чел. — 36,3 млн. колхозников, 3,8 млн. единоличников и некооперированных кустарей, 3,5 млн. учащихся, 10,5 млн. занятых в домашнем и подсобном хозяйстве.

Между тем напряженное положение с продовольствием ощущалось до трагедии, связанной с засухой. Уже в первой половине 1946 г. правительство вынуждено было разбронировать в связи с голодом около 3 млн. т зерна из государственного резерва — весьма небольшую часть только что отобранного хлеба. В Курскую, Воронежскую, Тамбовскую, Орловскую области из госрезерва отправлялись семена для летнего дополнительного посева; оказывалась единовременная помощь населению пострадавших районов; кое-где открывались столовые, но все это не могло удовлетворить нужды людей.

Отсутствие гарантированного заработка в колхозах, огромные налоги на личные подворья селян, наконец, голод, приводили к массовому бегству из села, ненамного лучше обстояло дело и в городах, население которых находилось на государственном продовольственном обеспечении. Общая цифра потерь от голода и связанных с ним болезней составляла за период с 1947 по 1948 г. около 3 млн. чел. (из них около 1 млн. умерли). И это только по РСФСР. Однако, если бы решающим фактором, повышающим смертность и снижающим рождаемость населения страны, была только засуха, то в 1948 г. ситуация должна была бы измениться, т. е. неурожая не было, а голод был.

Данные ЦСУ о валовом сборе зерна и его государственном резерве свидетельствуют о том, что в послевоенный период советское правительство располагало запасами, которых вполне хватало для обеспечения хлебом голодающих районов: в январе 1946 г. они составляли 10,1 млн. т, в январе 1949 — 18,8 млн.

Значит, дело было не в хлебе, а в его распределении, в отношении правительства к своему народу. В 1947 г., когда последствия засухи сказывались особенно сильно, экспорт зерна за границу вырос по сравнению с предшествующим годом с 0,4 млн. т до 2,4 млн. т. В 1946—1947 гг. делались поставки зерна в Болгарию, Румынию, Польшу, Чехословакию, Францию, Берлин и другие страны. Как писалось о поставках зерна во Францию — Советское правительство, учитывая «тяжелое продовольственное положение во Франции и просьбу Французского правительства, решило пойти навстречу Франции как своему союзнику». Политическая направленность помощи понятна — поддержать французских коммунистов и повысить их престиж на выборах. Непонятно только, почему эта «щедрость» оказывалась «союзнику» за счет голодающего населения собственной страны.

3. Начало «холодной войны» и создание атомной бомбы

Вторая мировая война привела к коренным изменениям в мире и международных отношениях. Были повержены фашистская Германия и Италия, милитаристская Япония, наказаны военные преступники, создана международная организация — Организация Объединенных Наций. Все это продемонстрировало относительную сплоченность держав-победительниц. Великие державы провели сокращение вооруженных сил: США с 12 до 1,6 млн. человек, СССР — с 11,4 до 2,5 млн. человек.

Своим вкладом в победу над фашистской Германией СССР вызвал к себе симпатии населения стран Запада, а роспуск Коминтерна в 1943 г. способствовал росту авторитета компартий. За годы войны число их членов увеличилось почти в 3 раза, и коммунисты в 1945—1947 гг. входили в правительства 13 государств Европы, Азии и Латинской Америки. С другой стороны, война стала первым открытием Запада для 6,1 млн. советских людей, побывавших в Европе в составе действующей армии, а также для 5,5 млн. репатриантов, которые собственными глазами увидели достижения западной цивилизации и имели возможность сопоставить их с советской действительностью. У них были поколеблены стереотипные представления о Западе, усилились интерес и симпатии к нему.

Война привела к резким изменениям на карте мира. Прежде всего, гигантски усилились США в экономическом, военном и политическом отношениях. Этой стране принадлежала подавляющая часть мирового промышленного производства и золотовалютных резервов. США имели первоклассную армию, превратились в лидера Западного мира. Германия и Япония были повержены, и вышли из числа ведущих стран, другие европейские страны были ослаблены войной.

Образовавшемуся социалистическому блоку стран во главе с СССР противостоял союз стран Западной Европы и Северной Америки во главе с США, который с созданием в 1949 г. НАТО оформился окончательно.

Противостояние приобретало все более опасные очертания, и в конце 1940-х годов главной ареной борьбы оказалась Германия. США стали направлять экономическую помощь в зоны оккупации западных стран, стремясь создать в них демократическое и дружественное государство. Сталин попытался сорвать этот план, опасаясь возрождения германской мощи. Он использовал уязвимость Западного Берлина, находившегося внутри советской зоны оккупации. 24 июня 1948 г., вслед за введением в западных секторах города западногерманской валюты, советские войска перерезали ведущие в Западный Берлин дороги. Целый год США и Великобритания снабжали город по воздушному мосту, пока Сталин не снял блокаду. По крупному счету блокада лишь повредила советским интересам: она способствовала переизбранию на второй срок Трумэна, проявлявшего твёрдость в отношении СССР, победе демократических партий на выборах в Западной Германии и Западном Берлине и провозглашению на этих территориях в сентябре 1949 г. Федеративной Республики Германии, образованию военного блока НАТО. Сталин, конструируя блок социалистических стран, руководствовался прежде всего имперскими, экспансионистскими планами. Он исходил из твёрдого убеждения в неизбежности военного столкновения с США. Вместе с тем, нельзя, как это сейчас стало модно, огульно обвинять только Сталина в развязывании Холодной войны. Запад во главе США в корне не устраивало многократно возросшее могущество СССР, многие политические деятели Запада высказывали идею о необходимости превентивно (пока еще не поздно) сокрушить СССР, в том числе и ядерным оружием.

В результате важнейшим делом советской науки стало создание атомного оружия. Еще в предвоенные годы, задолго до получения какой-либо информации о состоянии разработок в этой области в США, физики Я. Зельдович, Ю. Харитон и И. Курчатов провели расчеты по разветвленной цепной реакции деления урана в реакторе, а Г. Флеров и Л. Русинов экспериментально подошли к определению ключевого параметра цепной реакции — числу вторичных нейтронов. Тогда же Флеров и Петржак открыли самопроизвольное, без облучения посредством нейтронов, деление урана, а с февраля 1943 г. уже вплотную приступили к работе по созданию атомной бомбы. 20 августа 1945 г. особо секретным постановлением ГКО образуется специальный комитет (под председательством Л. Берия), в задачи которого входят все виды работ «по использованию внутриатомной энергии урана» (от научных изысканий до производства атомной бомбы). Технический совет возглавлял крупный организатор военной экономики Б. Ванников; в его состав входили академики А. Алиханов, А. Иоффе, П. Капица, И. Курчатов, В. Хлопин, Ю. Харитон, члены-корреспонденты И. Вознесенский и И. Кикоин. Комитет наделялся чрезвычайными полномочиями, располагал материальными и иными ресурсами, был полностью независим в своей деятельности. На Берия, помимо прочего, возлагалась организация «закордонной разведывательной работы по получению информации об урановой промышленности и атомных бомбах».

Летом 1948 г. под Челябинском состоялся запуск первого атомного реактора, а через несколько месяцев был принят в эксплуатацию радиохимический завод по выделению плутония из урана. Пуск этих двух объектов комплекса новых предприятий позволил приступить к испытанию первой атомной бомбы, что имело место 29 августа 1949 г. на ядерном полигоне под Семипалатинском. Большую помощь в разработке советскими учеными атомной бомбы оказала разведка: важную информацию поставлял в 1942—1949 гг. Клаус Фукс; из Англии на подводной лодке был доставлен в СССР Бруно Понтекорво; через Чехословакию были переправлены в Советский Союз два крупнейших радиоэлектронщика (американцы по происхождению), и ряд других иностранцев, работающих на советскую разведку. Однако наши ученые не копировали американскую бомбу, а создавали принципиально иную конструкцию, более сложную, с более высоким КПД — и в этом заслуга академика Харитона. Большинство агентов, передававших нам секреты чужих ядерных программ, делали это, как правило, по идейным соображениям, поскольку многие из них разделяли коммунистические убеждения и испытывали горячую симпатию к Советскому Союзу, который боролся с фашизмом.

советский послевоенный экономический политика культура

4. Политический режим в последние годы жизни Сталина

Большое влияние на политическую жизнь страны оказывала борьба за власть внутри верхушки советского руководства. Многое здесь зависело от расположения вождя к тому или иному партийному деятелю. В ноябре-декабре 1945 г., во время отдыха Сталина в Сочи, произошли события, которые положили конец дружественным отношениям вождя со своим ближайшим соратником В. Молотовым. Конфликт вырос из внешне непримечательного обстоятельства: сначала Сталин счел ошибкой публикацию в советской печати без его согласия речи Черчилля с «восхвалением России и Сталина», поскольку расценил этот факт как «угодничество и низкопоклонство перед иностранными фигурами». «Я уже не говорю о том, — писал Сталин, — что советские лидеры не нуждаются в похвалах со стороны иностранных лидеров. Что касается меня лично, то такие похвалы только коробят меня». Затем он выразил остальным членам своей знаменитой «пятерки» (так назывался ближайший Сталину круг лиц в Политбюро, который оперативно решал важнейшие вопросы внутренней и внешней политики страны) — В. Молотову, Л. Берия, Г. Маленкову, А. Микояну — серьезное недовольство в связи с появлением в иностранной прессе сообщений об ослаблении цензуры в Советском Союзе и особой роли в этом деле Молотова. Последний заявил на одном из официальных приемов американскому корреспонденту: «Я знаю, что вы, корреспонденты, хотите устранить русскую цензуру. Что бы вы сказали, если бы я согласился с этим на условиях взаимности?» Благодаря молотовскому решению об ослаблении цензуры в западной печати стали появляться острые публикации о положении дел в СССР, в частности о расстановке сил на советском политическом Олимпе.

Сталин расценил эту акцию как покушение на его личный авторитет и в ответ указал, что «никто из нас не вправе распоряжаться в деле изменения курса нашей политики», тогда как Молотов присвоил себе это право потому, что западные пасквили «входят в план его работы… лишь бы добиться популярности среди некоторых иностранных корреспондентов». «Я, -- писал Сталин, — не могу больше считать такого товарища своим первым заместителем». По существу речь шла о выражении Молотову политического недоверия, после чего он автоматически переставал быть первым среди реальных претендентов на роль сталинского преемника. И хотя после указанных событий Молотов продолжал принимать участие в принятии политических решений, сталинским доверием уже не пользовался. Об этом убедительно свидетельствуют документы Политбюро.

Окончательную точку в политических взаимоотношениях двух этих личностей поставили события 1949 г. В январе были арестованы все участники так называемого процесса Еврейского антифашистского комитета, обвиняемые в «антисоветской националистической деятельности», а в марте 1950 г. в роли обвиняемой по этому делу фигурировала уже жена Молотова — П. Жемчужина. При голосовании в ЦК предложения об исключении ее из партии, Молотов воздержался от голосования. Такая позиция могла объясняться двумя причинами. Во-первых, благородными чувствами, не позволявшими Молотову предать жену. Последующее его поведение опровергает данное предположение. Следовательно, более близким к действительности можно признать следующее объяснение: как политик советской формации Молотов мог заявить свою линию, идущую в разрез с мнением вождя, только в том случае, если рассчитывал при голосовании заручиться поддержкой других членов ЦК. Этого не произошло. Оставшись в одиночестве, он изменил свою тактику и покаялся. Но Сталин уже раскусил этот демарш Молотова и потому расценил его поведение как особую политическую линию с далеко идущими целями, а не как личную обиду, основанную на проявлении человеческого чувства. Молотов в специальном заявлении признал свой проступок «политически ошибочным» и голосовал за решение ЦК. Молотов также каялся в том, что «не удержал Жемчужину от ложных шагов и связей с антисоветскими еврейскими националистами, вроде Михоэлса», являющегося одним из главных деятелей ЕАК. Следовательно, покаяние Молотова было вынужденным, маскирующим истинные цели его политики. Тогда-то для политической дискредитации Молотова, и чтобы показать его истинное лицо, до сведения членов Политбюро, не посвященных в события 1945 г., был доведен материал переписки между членами сталинской «пятерки» в ноябре-декабре 1945 г. «Об ошибках Молотова», а также и его заявление в связи с исключением из партии Жемчужиной и осознанием собственной вины.

В марте 1946 г. секретным постановлением правительства было образовано Бюро Совета Министров (председатель Л. Берия, заместители — Н. Вознесенский, А. Косыгин). Помимо должности заместителя председателя Совмина СССР и поста руководителя атомного проекта Берия было поручено «наблюдение за работой» министерства внутренних дел, госбезопасности и государственного контроля. Существенно изменилась структура аппарата ЦК партии: после упразднения производственно-отраслевых отделов в нем остались два управления (кадров, агитации и пропаганды) и два отдела (оргинструкторский, внешней политики). На ключевом посту оказался молодой функционер А. Кузнецов, год проработавший первым секретарем Ленинградского обкома и горкома партии. К нему от Г. Маленкова перешло руководство управлением кадров ЦК ВКП (б) и работой по распределению кадров в партийных, советских и хозяйственных организациях. Кузнецов стал также членом секретариата ЦК; в сентябре 1947 г. ему поручили курирование министерства госбезопасности. В апреле 1946 г. были арестованы бывший министр авиапромышленности А. Шахурин, командующий ВВС А. Новиков, что дало основание в мае того же года вывести Маленкова, который курировал авиапромышленность в годы войны и ранее возглавлял управление кадров, из секретариата ЦК.

Прочные позиции в руководстве занимал А. Жданов — одновременно член Политбюро, Оргбюро и секретариата ЦК партии — трех высших руководящих органов. Он занимался преимущественно вопросами пропаганды и идеологии. В октябре 1946 г. Политбюро принимает следующее решение: «1. Поручить комиссии по внешнеполитическим делам Политбюро (шестерка) заниматься впредь, наряду с вопросами внешнеполитического характера, также вопросами внутреннего строительства, внутренней политики. 2. Пополнить состав шестерки председателем Госплана СССР тов. Вознесенским и впредь шестерку именовать семеркой». Отныне эта семерка — И. Сталин, В. Молотов, Л. Берия, А. Микоян, Г. Маленков, А, Жданов, Н. Вознесенский — стала определять внутреннюю и внешнюю политику страны (при бесспорном лидерстве Сталина в решении больших и «малых» вопросов этой политики). За последующие шесть лет протокольные заседания Политбюро состоялись лишь дважды (решения принимались методом устного опроса), секретариат ЦК стал фактически отделом кадров. Вся практическая работа по управлению страной сосредоточилась в Совмине СССР. В нем были созданы восемь бюро, между которыми распределялось большинство министерств и ведомств. Их председатели -- Г. Маленков, Н. Вознесенский, М. Сабуров, Л. Берия, А. Микоян, Л. Каганович, А. Косыгин, К. Ворошилов входили в Бюро Совета Министров. Теперь его возглавил Сталин, первым его заместителем стал Молотов. В последующие годы в высшем руководстве происходила перестановка ключевых фигур. Серьезным ущемлением прав отдельных членов Бюро Совмина стал перенос в Политбюро решения проблем, связанных с министерствами иностранных дел, внешней торговли, государственной безопасности и вооруженных сил.

Ряд отечественных историков считают, что члены «семерки» (затем, по мере роста этой группы лиц, «восьмерки» и «девятки») присвоили себе «неконституционное право определять судьбу страны и ее населения», что они встали над советами и над партией. Более прозаически эту сверхцентрализацию власти в государстве, которая сложилась в условиях военных лет, определил в своих воспоминаниях В. Молотов: «Сталин, его авторитет был настолько высок, что где тут собирать по каждым сложным вопросам пленумы и прочее. И если бы мы собирали по каждому вопросу демократические решения, это бы нанесло ущерб государству и партии, потому что затягивалось решение вопроса… В этих сложных условиях не всегда формальный демократизм решает дело».

Летом 1948 г. резко ослабло влияние Жданова, но укрепились позиции Маленкова. Вскоре после смерти Жданова (август 1948 г.) началось преследование той части партийно-государственного аппарата, которая была связана с ним и, по предположениям конкурентов, могла реально претендовать на власть. Секретарю Ц К ВКП (б) А. Кузнецову, председателю Совмина РСФСР М. Родионову и большому числу партийных работников, в разное время связанных с этими людьми, были предъявлены обвинения во фракционности, в попытке противопоставить ленинградскую парторганизацию всей ВКП (б), в русском шовинизме (за предложение создать Бюро Ц К по РСФСР и Компартию РСФСР). Следствие по этому так называемому ленинградскому делу МГБ вело под личным контролем и участии Маленкова. В октябре 1950 г. были приговорены к расстрелу Вознесенский, Кузнецов, Родионов, Попков, Капустин, Лазутин. После расправы над «центральной группой» в разных городах страны состоялись судебные процессы, на которых были вынесены приговоры и другим лицам, которые проходили по «ленинградскому делу».

Изменения в составе политического руководства страны были зафиксированы на XIX съезде партии. Состав высших партийных органов — Политбюро и Секретариата — был значительно расширен, что ослабляло позиции старой «сталинской гвардии» и тех, кто выдвинулся в военные и первые послевоенные годы. На высшие посты в партии пришли люди, возглавлявшие в большинстве своем местные партийные организации и сравнительно новые для аппарата ЦК (В. Андрианов, А. Аристов, С. Игнатьев, В. Кузнецов, Л. Мельников, Н. Михайлов, П. Пономаренко, Л. Брежнев, Н. Пегов и др.).

Летом 1952 г. была осуждена группа лиц, связанных с работой Еврейского антифашистского комитета (С. Лозовский, И. Фефер, П. Маркиш, Л. Штерн и др.). Все они обвинялись в проведении «шпионской и националистической деятельности». В январе 1953 г. ТАСС сообщило об аресте «врачей-вредителей» из кремлевской поликлиники. Большинство историков связывают эти политические процессы главным образом с той острой борьбой за власть, которая с особой силой разгорелась в последние годы жизни Сталина.

Реализация идеологических догм сказывалась на всех сторонах жизни советского общества, начиная с быта и кончая генной инженерией.

После войны культ Сталина достиг своего апогея — архитекторы, скульпторы, живописцы, поэты, политические деятели, ученые соревновались за право увековечить в камне, слове, музыке, живописи образ вождя, его слова и мысли. Для многих, в первую очередь фронтовиков, имя Сталина олицетворяло победу, достигнутую под руководством вождя в Отечественной войне, именно это обстоятельство играло важную роль в непомерном возвеличивании Сталина, чем он и воспользовался в полной мере. Имя Сталина приобрело глубоко символическое значение: при жизни все достижения народа и страны связывались с ним, после смерти — все ошибки, поражения и заблуждения эпохи приписывались ему.

5. Развитие советской культуры в первые послевоенные годы

На протяжении послевоенного периода правления И. В. Сталина советская интеллигенция оказалась полностью подчинена тоталитарному режиму. С одной стороны, в силу военных и идеологических потребностей, это обернулось для нее повышением социального и материального статуса. С другой — прежде всего на интеллигенцию всей тяжестью обрушились несколько волн репрессий послевоенных лет и ужесточение режима в целом.

«Железный занавес» между СССР и остальным миром стал доминантой развития послевоенного общества. Формировался он постепенно, но неуклонно. Один за другим перекрывались все каналы и источники информации, идущей с Запада. При полной государственно-партийной власти над средствами массовой информации сделать это было не очень сложно. Любые контакты с иностранцами были чреваты обвинением в шпионаже и измене Родине. В это же время ужесточились наказания за разглашение государственной тайны, к которой по Указу 1947 г. могли быть отнесены практически любые сведения. Специальное постановление ЦК (1950 г.) предусматривало меры по предотвращению разглашения государственной тайны в музейных экспозициях. Постепенно на нет сводились родственные, научные, творческие и все иные связи с лицами, живущими за границей. В 1947 г. гражданам СССР запретили браки с иностранцами. Пропагандой внушались идеи о заведомом превосходстве всего советского, что лишало смысла изучение западного опыта. Советским кинематографистам было запрещено участвовать в международных кинофестивалях в Венеции (1951 г.) и Каннах (1952 г.).

Советские учебники стали утверждать, что не Стефенсон, а Черепановы изобрели паровоз, противопоставлять работы И. В. Мичурина «реакционному учению» биологов А. Вейсмана и Т. Моргана и т. п. Любые научные теории западных авторов объявлялись буржуазными, идеалистическими, обращение к ним было возможно только с критических позиций.

В 1947--1948 гг. широко проводилась кампания против «тлетворного влияния Запада», «раболепия и низкопоклонства перед иностранщиной и буржуазной реакционной культурой» в форме так называемых «судов чести» (по типу офицерских судов в царской армии). Суды были созданы практически во всех министерствах и ведомствах, научных и учебных учреждениях, даже при Совете Министров СССР и ЦК ВКП (б). Под их юрисдикцию попало высшее и среднее партийно-государственное чиновничество, включая министров и секретарей союзных компартий, элита советской интеллигенции. Судилище было организовано над медиками -- профессорами Н. Г. Клюевой и Г. И. Роскиным, которые передали в США рукопись научной работы о биотерапии рака, генетиком академиком А. Р. Жебраком и многими другими учеными за статьи, опубликованные в иностранных журналах, переписку или встречи с иностранными учеными, ссылки в работах на западных авторов и т. п. «Суды чести» могли выразить общественное порицание или выговор, но могли и передать личное дело следственным органам. Наиболее распространенной мерой было снятие с работы, лишение воинских и иных званий, запрещение научных трудов «уличенных» в пропаганде низкопоклонства (по истории западной философии, искусства и т. п.).

И.В. Сталин понимал огромную силу воздействия на общество массовой культуры. Вождь пристально следил за журнальными публикациями, новинками литературы. В конце 40-х гг. вопросы литературы и искусства решались на уровне Секретариата и Оргбюро Ц К ВКП (б), часто при личном участии И. В. Сталина. Любое произведение пропускалось через многоступенчатый, контролируемый УПА механизм цензуры. Например, пьеса, чтобы оказаться напечатанной или поставленной на сцене должна была пройти: Главрепертком, местные и республиканские комитеты по делам искусства, Художественный совет, Главное театральное управление Комитета по делам искусства, издательство «Искусство», Главлит, военную или морскую цензуру. Регулярно создавались как рекомендательные, так и «черные» списки произведений литературы и искусства. На основании последних изымали тысячи книг из библиотек, снимали с кинопроката сотни фильмов, меняли музейные экспозиции и репертуар театров.

Направление развития культурной жизни страны задавалось властью разными способами: идеологические кампании, псевдодискуссии, прямые репрессии, с одной стороны, с другой -- ежегодные награды и премии, формирование управляемой творческой элиты. Создавалась атмосфера страха, непокорных наказывали, но зато лояльных ожидало материальное стимулирование. Одним из инструментов управления являлись творческие союзы писателей, художников, композиторов, архитекторов. Членство в союзе приносило существенные материальные льготы, возможность публиковать или демонстрировать свои работы, а исключение обрекало на лишения и положение изгоя. Правда, гарантий безопасности принадлежность к творческому союзу не давала.

Критериями при решении судьбы художественного произведения или его автора служили, прежде всего, прагматические политические оценки «полезности» или «вредности» этого произведения с точки зрения режима.

Требовалось, с одной стороны, показывать счастливую жизнь советского народа (допускались отдельные, легко исправимые недостатки), трудовые подвиги и свершения, мудрость вождя, с другой -- формировать «образ врага», рисуя страдания угнетенного народа на Западе, агрессивность империалистов, особенно США. Однако лояльные строю, исполненные патриотизма, лакирующие действительность авторы не были гарантированы от монаршего гнева. Часто решающую роль играли личные вкусы вождя, политические интриги партийных функционеров, склоки и доносы самих деятелей культуры. Так как вождь тяготел к классическому стилю, новаторские поиски в любом жанре искусства объявлялись «формализмом» и подвергались гонениям. Для малообразованной партноменклатуры важным считалось, «чтобы было понятно».

Начинались идеологические кампании с выступления вождя или идеологов партии с критикой какого-нибудь произведения или явления, затем проводились совещания в ЦК, встречи с активом, на которых речи приобретали уже погромный характер. Далее следовало постановление ЦК ВКП (б) или редакционная статья в «Правде», после чего развертывалось широкое обсуждение в печати, находились и обличались новые враги, делались оргвыводы, аресты и т. п. Верховный арбитр мог лично вмешаться, за кого-то вступиться или даже наказать слишком ретивых исполнителей. По такому сценарию разворачивались кампании в 1946 г. по постановлениям ЦК о журналах «Звезда» и «Ленинград», о репертуаре драматических театров, кинофильме «Большая жизнь».

Редакции журналов были обвинены в проповеди «гнилой безыдейности», «низкопоклонстве», антисоветских выпадах за публикацию произведений критической направленности, показывавших не героизм, а тяготы и будни войны и послевоенного быта или сугубо личные переживания человека вместо общественно значимых проблем. Особый гнев вызвали произведения М. М. Зощенко и А. А. Ахматовой. В выражениях не стеснялись: Зощенко был назван «пошляком» и «подонком», очернившим действительность на страницах детского рассказа «Приключения обезьяны», Ахматову обвинили в чуждом народу «буржуазном эстетстве и декадентстве». В результате журнал «Ленинград» был закрыт, А. Ахматова и М. Зощенко были исключены из Союза писателей, их перестали печатать.

Власть нравственно ломала и уродовала людей. В одной из книг М.Е. Салтыкова-Щедрина И. В. Сталин жирно подчеркнул понравившиеся слова: «Пишите, мерзавцы, доносы». Ему удалось создать систему, вынуждавшую людей подписывать обличительные письма, писать доносы, разгромные статьи и т. п., хотя выбор всегда оставался. Мало места оставалось и для свободы творчества. Тем не менее, в эти годы продолжали писать и А. Ахматова, и М. Зощенко, и Б. Пастернак, была опубликована и получила Сталинскую премию повесть В. Некрасова «В окопах Сталинграда».

Некомпетентное, безапелляционное вмешательство партийных чиновников ощущала на себе и советская наука. Насаждалось пренебрежительное отношение к достижениям научно-технической мысли зарубежных стран, догматизм, цитатничество, целые научные направления объявлялись враждебными материализму. Высказывания вождей становились истиной в последней инстанции в любой области научного знания. Общественные науки были загнаны в жесткие идеологические и тематические рамки. Пересматривалась и фальсифицировалась отечественная и мировая история.

Борьба с космополитизмом распространилась и на ученых. Остракизму подверглись академик И. И. Минц и его «школка» за принижение роли русского народа и русского рабочего класса в отечественной истории. Был распущен старый состав редколлегии журнала «Вопросы истории», запрещен учебник Н. Л. Рубинштейна «Русская историография», гонениям подверглась еврейская профессура, занимавшаяся англо-американской новой и новейшей историей (Л.И. Зубок, И. С. Звавич и др.). За связь с «антипатриотами» распекались последние представители дореволюционной русской профессуры (А.С. Ерусалимский, Р. Ю. Виппер, Е.А. Косминский). Академик Е. В. Тарле, уже подвергавшийся аресту в 30-х гг., но позже награжденный Сталинской премией, был раскритикован за непатриотическую трактовку роли М. И. Кутузова в войне 1812 г.

«Проработка» ученых проходила в виде так называемых дискуссий, организованных аппаратом ЦК ВКП (б), в которых окончательное слово принадлежало «корифею всех наук» И. В. Сталину или одному из идеологов ЦК. В 1947 г. А. А. Ждановым была проведена дискуссия по философии на основе критики книги Г. Ф. Александрова «История западноевропейской философии». Основная идея этого мероприятия -- искоренить попытки изучения немарксистской философии, в отношении которой дозволялась только непримиримая борьба.

Попытки некоторых ученых прекратить нападки на генетику со стороны президента Академии сельскохозяйственных наук (ВАСХНИЛ) Т. Д. Лысенко и его последователей окончились неудачей. Сталин поддержал лжеученого. На сессии ВАСХНИЛ 1948 г. противники Т. Д. Лысенко подверглись разгрому. В 1950 г. разогнали школу крупнейшего физиолога академика Л. А. Орбели. «Буржуазной лженаукой» объявили кибернетику.

На очереди стояла теория относительности и теоретическая физика. Спасла их защита И. В. Курчатова и других ученых-атомщиков. Достижениям советской науки в области ядерной физики власти придавали особое значение. В 1953 г. была испытана термоядерная бомба, разработанная группой ученых и конструкторов, в том числе А. Д. Сахаровым. В целом же по многим направлениям советская наука в послевоенные годы была отброшена на десятилетия назад.

Заключение

Экономическое развитие СССР в 1945—1953 гг., несмотря на все перекосы, следует характеризовать положительно. Достижения в восстановлении и развитии народного хозяйства позволили СССР создать к началу 50-х годов значительные сырьевые ресурсы для успешного развития народного хозяйства страны в будущем. Была проведена денежная реформа, которая при всех своих недостатках, все же сумела стабилизировать финансовую систему страны. В целом можно сделать вывод, что экономика СССР в 1945—1953 гг. сделала огромный рывок вперед. Однако, экономические достижения были куплены нищетой народа, его бесправием и миллионными жертвами голода 1946−1948 гг. Причем этот голод был вызван не столько засухой, сколько близорукой и откровенно преступной и наплевательской политикой властей.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой