История этнографического изучения народов Кавказа

Тип работы:
Контрольная
Предмет:
Краеведение


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

История этнографического изучения народов Кавказа

В начале XIX века было совершено последнее, предпринятое Академией наук и порученное иностранцу, путешествие в целях изучения Кавказа -- путешествие Генриха-Юлиуса Клапрота. В 1804 году он был приглашен русской Академией наук, где состоял сначала адъюнктом, а с 1807 года стал экстраординарным академиком. В том же году Клапрот был командирован на Кавказ для историко-филологических и этнографических исследований. Имея научные познания в самых различных областях, Клапрот с успехом справился со стоящими перед ним на Кавказе сложными научными задачами. В частности, ему принадлежит заслуга подробного описания «племенного состава населения» Северного Кавказа, этнографии горских народов, их хозяйства, социально-политического строя, нравов и обычаев.

Первым десятилетиям XIX века принадлежит создание и выход в свет двух кавказоведческих работ общего характера, внесших значительный вклад в этнографию Кавказа, -- это сочинения С. Броневского и И. Дебу. «Новейшие географические и исторические известия о Кавказе, собранные и пополненные Семеном Броневским» -- это первое в русской литературе обширное и разностороннее сочинение о Кавказе, в частности, первое собрание соответствующих этнографических сведений. Труд Броневского основан на литературных и архивных источниках, а также на личных наблюдениях. Содержание его составляют исторические и географические сведения о Кавказе, характеристика общественного строя его народов и краткие этнографические данные по ряду народов: абхазам, ногайцам, кумыкам, и более подробные -- по адыгам и кабардинцам.

Книга Броневского получила широкую известность, большое распространение и стала надолго главным источником сведений о Кавказе, чему в немалой степени способствовало то обстоятельство, что труд Бларамберга не был опубликован в свое время.

Определенное значение для своего времени имела и сводка Иосифа Дебу, француза по происхождению, состоявшего на военной службе в России. С 1810 года он служил на Кавказе, где командовал сначала Левым, а затем Правым флангом Кавказской линии. Этнографическое содержание его сочинения состоит из замечаний о ногайцах, чеченцах, карачаевцах, адыгах, абазинах и кабардинцах.

Начиная с 1821 года кавказоведческие этнографические темы вошли в крут интересов русских столичных журналов, материалы по этнографии Кавказа печатают газета «Кавказ», «Отечественные записки», «Литературная газета», «Военный журнал», «Северная пчела», «Вестник Европы», «Пантеон», а также «Журнал Министерства внутренних дел».

В начале 1828 года император Николай I отдал приказ военному министру графу А. И. Чернышеву о необходимости составления свода материалов о горских и кочевых народах Кавказа. Военный министр через Главный штаб передал этот приказ главнокомандующему Отдельным Кавказским корпусом И.Ф. Паскевичу-Эриванскому, а тот, в свою очередь, назначил четырех офицеров -- Зубова, Бартенева, Искрицкого и Новицкого для сбора сведений в различных областях Кавказа, а полковнику Галямину было поручено систематизировать весь собранный материал.

В силу целого ряда причин выполнение этого приказа растянулось на несколько лет, да так и не было завершено. Бларамберг же, имея склонность к научной работе, во время своей службы при Генштабе Отдельного Кавказского корпуса, пользуясь возможностью непосредственно наблюдать жизнь горских народов, бывая в экспедициях и командировках в различных районах Кавказа, широко собирал этнографический материал.

Клапрот приводит следующие сведения о черкесах и кабардинцах: «В Восточном Приазовье живут прианапские жанеевцы (в ряде источников они известны под именем хегаки или шегаки.). Племя „азге“, живущее у истоков Убуха — притока верхнего течения Шагваши (Белой), называется аланами. До 1808 г. могущество черкесских князей распространялось на осетин, чеченцев, абазин и татарские племена, жившие в высоких горах у истоков Чегема, Баксана, Малки и Кубани, но их могущество ослабло в результате занятия этих районов русскими. У Владикавказа кончается степь, известная под именем Малой Кабарды. Малая Кабарда ограничена на севере Тереком, на востоке -- Сунджей (Сунжа), а на юге -- ручьем Кумбалей и на западе -- рекой Лескен, которая, соединившись с Аргу-даном, впадает слева в Терек. Западная часть называется Талостани (по-татарски Тау-Султан -- „горный господин“) и принадлежит князю. Он живет в деревне Пши-Ткау у небольших рек Псипша, или Черная вода, а вторая деревня также называется Талостани, а у русских -- кабаки Тау-Султана. Анзори называют деревни богатого узденя между левым берегом Терека и рекой Лескен. Две цепи узких гор, которые у русских называют „гребень“, а у черкесов „арак“ или „арек“, простираются с запада на восток через долину Малой Кабарды, параллельно текущему Тереку, а также направлению Главного хребта».

Сведения Дебу и Зубова не представляют собой законченного исследования. Наиболее подробную этнографическую классификацию народов Кавказа даёт Броневский. Вот она:

«Закубанские черкесы разделяются на множество колен (племен), из коих знатнейшие (начиная от устья Кубани вверх по левой стороне сей реки) суть следующие:

1. Шегаки или шегачи, -- малозначащее колено, живущее на речке Быгур около Анапы. Шегаки крайне разорены и в числе своем умалены как от соседей своих натухажцев, так и от бывшей у них чумы. В 1791 г. владелец их Магмет-Гирей-Зан-ал-Одум присягнул на подданство России.

2. Натухажцы или правильнее нахт-окаже, -- сильное колено, живут на нижнем скате Черных гор, частью примыкающих к Черному морю повыше Анапы и частью подающихся на севере до Кубани. Земли их сопредельные с Большою Абхазиею, начинаются в 20 вестах на юг от Суджук-Кале (Новороссийск) по западной стороне Кавказа и по берегам Черного моря, простираясь во внутренность гор около 100 верст по следующим речкам: Атакум (здесь живет род Куйчука), Бакан (Харзеков род), Цемес. В горах, идущих на север до Кубани, земли натухажей простираются вдоль по сей реке на 40 верст расстояния с запада на восток по следующим речкам: Тазипш (здесь живет Щубаков род, имеющий старшину Навруза), Джуп (род Газан-Шукши), Прибебс (род Ислам-Шукши), Щупш (тот же род), Непиль (деревни старшины Шумако-Кашо), Псиф (прежде здесь был город темиргойского владельца по имени Синд-гир Шанджир), Кудако (деревни родов: Немера, При-Мурзы и Шупаш-Хаши). Натухажи состоят во вражде со всеми своими соседями, кроме жанинцев.

3. Шапсуги, сапчуги, -- живут на лесистых горах, имеющих протяжение к западу, по речкам: Антигир, Бугундур (на коих лежат селения, принадлежащие роду Абатовых), Абин, Оп, Чебик, Садта, Жинз. В их же владении частично состоят речки: Убиг, Ильгапс, Шебши, Афибс или Кара-кубан, Обун и Кучубав. Управляются старшинами рода: Абатовы, Кугош-Шеншлуговы и Арслан Гирей-Аркашевы. Числом их полагают до 10 000 семей.

4. Жанинцы, жанины, бжана, -- живут против Талызиной переправы в шести деревнях, из которых четыре лежат на Атакуме, а две -- на лимане или озере. Они жили прежде на правом берегу Кубани повыше Копыла (Славянск-на-Кубани), но в 1778 г. ушли на левый берег, спасая себя от Российских войск. В 1802 г. Черноморские казаки в отмщение за беспрестанные их шалости, разорили жанинцев совершенно, побили и забрали в плен. Владельцы их, оставшиеся за Кубанью с 20 или 30 семьями, называются: Альхос-Мал-гирей и Мега-Гуко.

5. Гатухай, хатукай или гатукайцы, -- живут у подошвы Черных гор до самых кубанских болот, определяемых с южной стороны рекою Ямансу по следующим речкам:

а) Кара-Кубань, черкесами называемая Афибс; на ней лежат деревни Беци и Падиз;

б) Убин, -- ручей, впадающий в Кара-Кубань. На нем деревня Пзушахай;

в) Гиль, или Иль, на коей лежит деревня владельца Шеретуха;

г) Ашипс, на коей лежит деревня Савбай. Всех гатукайцев числится не более 400 семей. Старший владелец у них Арелан Гирей-Керекапов.

6. Абадзехи -- многолюдное колено, коего жилища расположены на Кубани повыше бжедухов и на восток от шапсугов на северной стороне Кавказа по Черным горам, начиная от вершин Лабы и Шаг-Ваши (Белой), по речкам:

а) Кучибс, -- приток Шаг-Ваши;

б) Пшага, или Пса;

в) Пшекупс;

г) Суп, отделяет их от шапсугов.

Абазехи весьма многочисленны и занимают пространство земли вдоль по Черным горам от запада на восток до 200 верст в длину и до 100 верст в ширину. Число всех жителей, принадлежащих к сему колену, полагают до 15 000 семей. Их не почитают за коренное черкесское колено, но происшедшее от смешения абхазов и черкесов. Не имеют владельцев, а знатнейшие старшины суть: Едик, Ена-Моков, Анчоков и Жангатов.

7. Бжедухи (может быть, Страбоновы скептухи) живут у подошвы Черных гор ближе к Кубани, против Усть-Лабинской крепости по речкам:

а) Пшиша, на коей лежат деревни: Едепсухай, принадлежащая узденю Батуге и Карагусу;

б) Мат, или Пчахомат; на ней деревни узденя Нешуха, называемые Габухай и Нетухай или Нешухай;

в) Пшекупс; на ней Лахчукай, Хатугуй, Мамрюкай, принадлежащие владельцу Кельмышеву;

г) Унабат, на коей лежат деревни, называемые Зугуркай;

д) Чеби, на ней деревни князя Кельмышева: Ширги и Тугуркай;

е) Суп; на ней деревня Уем.

8. Адемей, -- небольшое колено, живет далее на восток и заключает в себя несколько деревень, расположенных по р. Шаг-Вашу и речкам Пшага и Пшиша, смежно с темиргойцами и в зависимости от оных.

9. Темиргойцы или комюргеекеммир, -- знатное черкесское колено, заключающее в себе до 5000 семей; живут по р. Шаг-Вашу и речкам, в нее впадающим; граничат с адемеями и мухошами; от первых отделяются р. Пшага, от последних ручьем Арим, на коем лежит темиргойская деревня Черикай, населенная егерекойцами и принадлежащая князьям Арслан-Беку и Атажук-Ейтеку. Сему последнему князю принадлежит еще на р. Булансу, впадающей в Лабу, егерекойская деревня Ратазай; на Шаг-Ваше деревни: Минбулатай, Псинаок и знатная армянская деревня Гаур-Габль. Всех же деревень более 40.

Темиргойцы состоят в родственных и дружественных связях с бесленейцами, мухошами и бжедухами, с коими вместе поставить могут до 5000 человек конно-вооруженных. Неприятели их абхазские колена, прилегающие к ним тубинцы и убыхи, с коими беспрерывно происходят у них захваты и кровомщения.

Между темиргойцами есть княжеский род Довкжиев, достойный примечания: к оному принадлежат предки царицы Марии Темрюковны, второй супруги царя Ивана.

10. Мухоши, махаш, мухошевцы,--у подошвы Черных гор. Во владении их состоят речки от востока на запад:

а) Шимблонах и Шограг, впадают в левый берег Лабы;

б) Псефир, на коей деревни Мербери и Кургукан; сия река служит границей между мухошами и бесленейцами.

в) Псехуш, на ней три деревни узденя Недерби, принадлежащего владельцу Салат-Гирею Багарсукову. Оба сих ручья впадают в р. Ямансу;

г) Фарз или Зузарука, имеет на себе три деревни;

11. Беслене, бесленейцы, -- живут по Малой и Большой Лабе и частью между оными, а также по речкам: Хоц, впадающей в левый берег Лабы, и Псефирь, впадающий в Ямансу. Граничат смухошами, с абазинцами шестиродными и на юг — с абазинскими коленами: баракаевцами и кызилбеками. Происходят от одного с Малою Кабардою родоначальника Кануки и состоят с кабардинцами в родственных связях. Живут в больших деревнях до 1500 семей. Старший княжеский род Канаков.

Некоторые черкесские колена, как-то: натухажи, шапсуги и абазехи смешались с абазами и частью с татарами-ногайцами, почему иные причисляют их к черкесам, иные -- к абхазам. Может быть, теснота мест, обитаемых абхазами, или междоусобные распри побудили их в древнейшие времена совокупно с татарами переселиться на черкесские земли, которые были малонаселенными в то время, когда черкесы жили большей частью на правом берегу Кубани, на острове Тамане и далее по берегам Азовского моря.

Для населения «области Кабардинской» Броневский даёт следующую классификацию:

1. Балкары или малкары, получившие название от р. Малки, живут повыше Большой Кабарды на юг в Черных горах и по верховьям тех же рек, на коих расположены кабардинцы. А именно: по Череку (всего здесь числится 1236 дворов).

2. Чегемы, гигви или джики.

3. Карачай, карачаевцы, живут на возвышенной равнине у северной подошвы Эльбруса около верховьев Кубани, в числе 200 семей. Граничат к западу с Урупом и башилбайцами, к югу со сванетами, к востоку с кабардинцами, к северу с абазинцами-шестиродными.

4. Мансуры, числом 450 семей, живут на р. Б. Зеленчук и по Урупу между абазинцами шести-родными. Так называются по имени знатнейшего рода Мансуровых; находятся в связях с абазинскими коленами Лов и Дударука, а также с башилбайцами.

5. Наврузы, -- отделение Белогородской орды (Аккермен), кочуют по равнине, лежащей напротив крепостей Кавказской и Усть-Лабинской по р. Лаба. Составляют 650 семей и управляются Кара-Мурзой Ибашевым. Наврузы подвластны бесленейским и темиргойским князьям. Кроме того, между закубанскими черкесами проживают многие рассеянные отрасли кипчаков, мангит, касай-аула и других племен, смешавшихся с черкесами или им подвластных".

Сегодня актуальна политологическая трактовка «нации», наиболее приемлемая для взаимосвязи науки и практики, в частности российской. Нельзя рассматривать нацию как однозначно определенную социально-биологическую данность. Осознать себя как нацию возможно только в сравнении «своих» и соседей. Самосознание нации структурно состоит из сопоставлений и противопоставлений. В той степени, в какой изменяется окружающая среда, меняется и самовосприятие нации. Это значит, что нация мобильна и всегда является результатом взаимосвязи в обществе.

Способность этноса к саморазвитию предполагает рассмотрение трансформации его системообразующих связей. Иными словами, речь идет о процессуальной природе этнической системы. Здесь мы сталкиваемся с рядом трудностей. С одной стороны, в процессе исторического времени этнос меняется, с другой — несмотря на это, остается неизменной некая основа, позволяя говорить об устойчивости этнической системы. Свой вариант решения этой проблемы предложил основоположник отечественной теории этноса академик Ю. Бромлей. Динамику этнических общностей он рассматривал исходя из марксистской методологии материалистического понимания истории и ее формационной периодизации, но при этом выделял стабильное ядро этноса, сохраняющееся на всем протяжении истории, — этникос. К этникосу Ю. Бромлей относит совокупность культурных элементов, а именно язык, материальную культуру, нормы поведения, психический склад, самосознание и самоназвание. Этническая общность шире этникоса, она представляет собой этносоциальное образование, которое включает основные социальные группы, присущие обществу соответствующей формационной принадлежности. Социально-экономические, политические формы этносоциального организма, являющиеся «внешними» для этникоса, от него не зависят, но под их влиянием могут изменяться его черты. Как это происходит?

Важнейшей характеристикой этникоса, роль которой не оспаривается среди теоретиков, является этническое сознание, которое изменяется в процессе исторического развития. Процессы, обусловленные изменениями этнического сознания, получили название этнических. Их объединяют в две группы — этноэволюционные и этнотрансформационные. Различие между ними в том, что в первом случае при всех объективных изменениях этноса не меняется его самосознание, — во втором же — изменения столь глубоки, что меняется этническая самоидентификация. С социологической точки зрения эти процессы проявляются как этнообъединительные или этноразделительные. К числу наиболее распространенных в настоящее время объединительных процессов относятся этническая консолидация, этническая ассимиляция и межэтническая интеграция.

Этническая консолидация — это внутреннее сплочение достаточно значительного по количеству этноса, при котором сглаживаются различия между имеющимися в нем локальными группами или объединяются ранее территориально разрозненные части. Консолидироваться могут и «несколько близких по культуре и языку соседних этносов, объединяющихся в один, нередко превращаясь при этом в части этого нового этноса — субэтносы. Чаще всего это происходит, когда все они оказываются в пределах одного «геосоциального организма». Этот процесс протекает при активизации этнического самосознания и поэтому является этноэволюционным.

Этническая ассимиляция — процесс, при котором ранее самостоятельный этнос (или его часть) растворяется в среде более крупного этноса. Для ассимилируемого народа этот процесс протекает с изменением этнического самосознания и является этнотрансформационным. Этническая ассимиляция наиболее характерна для современных развитых стран, где она протекает при размывании групповой этнической солидарности, чему способствуют культивирование ценностей буржуазного индивидуализма и развитие транснациональных тенденций в экономике.

Этноразделительные процессы протекают по двум типам. Это может быть разделение ранее единого этноса на несколько частей, каждая из которых осознает себя как некая новая общность. Такой процесс получил название этнической парципации, или дивергенции. Но даже при сохранении этноса от него может отколоться какая-то часть, потенциально способная перерасти в самостоятельный этнос. Этот процесс сегодня более распространен и называется этнической сепарацией.

Принципиально важной чертой этнических процессов является изменение (или сохранение) содержания этнического самосознания. Оно реализуется прежде всего в изменении самоназвания. «Именно самосознание и выражающее его самоназвание вычленяют, выделяют конкретный этнос как результат взаимодействия различных социальных факторов». С момента достаточно единодушного в рамках группы признания данного самоназвания становление этноса (этногенез) считается в целом завершенным, но это не означает прекращение развития этноса, его истории. В последующем в его состав могут включаться отдельные иноэтничные группы, от него могут откалываться и переходить в состав иных этносов отдельные группы. Но даже при сохранении конфигурации этноса в нем могут происходить процессы консолидации или, наоборот, ослабления внутриэтничных связей. Таким образом, этнические процессы — это процессы, связанные с изменениями компонентов этникоса. Их активизация и развитие обусловлены множеством факторов, в числе которых большую роль играет развитие социальных процессов.

По мнению большинства исследователей, и, в частности, Ю. В. Бромлея, несмотря на то, что этническая специфика наиболее наглядно проявляется в традиционной материальной культуре, в обычаях и обрядах, в народном творчестве, в первую очередь она сосредоточена всё же в традиционной части повседневной, бытовой культуры.

В современности этническая специфика явно дольше удерживается в интерьере жилища (больше, чем в самом жилище), в украшениях одежды (больше, чем в самой одежде); очень устойчива в пище. Таким образом, разумно полагать, что этническая специфика складывается в большей мере не в утилитарных свойствах вещей, а в непосредственной связи с их чувственным восприятием. При этом, важна как прямая, так и обратная связь определенной культуры и этнического самосознания. По мнению Бромлея. Это придает этническую значимость предметам материальной культуры, где, тем не менее, преобладают тенденции к унификации, в отличие от культуры духовной, практически в полной мере сохраняющей свой этнический колорит.

Это наглядно проявляется в обрядах. Например, связь с этнической традицией выражается в национальных песнях, видах спорта, музыке, танцах, в национальной кухне, в старинных и возможно утративших уже исконный смысл обрядовых действиях. Таким образом, вновь следует указать на то, что этническая специфика обычно проявляется не столько в области рационального, сколько в эмоциональной сфере. Достаточно колоритно этническая специфика проступает в народном искусстве. Для современности, как ни парадоксально, характерны не только его исчезновение или унификация отдельных элементов, но и возрождение ряда традиций.

Как указывает Бромлей, современные изделия народных художественных промыслов сохраняют этническую специфику, связанную с передачей традиций художественного мастерства, сложившегося в рамках соответствующего этноса. Примечательно, что в глазах представителей других этносов такие изделия (возможно, из всего многообразия самые примитивные) превращаются в своеобразные этнические символы, причем необязательно конкретного этноса. Вполне возможна и некоторая унификация образа и соотнесение его с целой группой этносов-народов. Например, не секрет, что в современности своеобразным символом русского народа (и большинства других этносов, населяющих нашу страну) является матрешка, что подтверждает правильность этого вывода. Поскольку у современных народов этническая специфика из сферы материальной культуры перемещается в сферу духовную, то в материальном срезе она сохраняется лишь в издавна сложившихся компонентах и их изучение имеет преимущественное отношение к познавательным задачам науки.

броневской этнический консолидация интеграция

Заключение

Подводя итог работы, можно сказать, что вполне справедливо отмечал кавказовед М. О. Косвен: за первую четверть XIX века этнографические сведения по Кавказу хотя и приумножились, но оставались еще весьма неудовлетворительными. Между тем осуществление тех довольно обширных планов политического и экономического овладения Кавказом, которые замышлялись русским правительством, требовало разносторонних и подробнейших сведений об этом регионе. Представителями высшей власти на Кавказе был предпринят ряд соответствующих мер в этом направлении. Было выполнено довольно большое количество работ по описанию Кавказа, в основном военно-топографического характера, однако в описаниях уделялось значительное место этнографии.

Список использованной литературы

1. Итс Р. Ф. Введение в этнографию. СПб: Питер, 2002 — 432 с.

2. Этнология /под ред. Г. Е. Маркова и В. В. Пименова. М.: Наука, 1994 — 383 с.

3. Денисова Г. С., Радовель М. Р. Этносоциология. Ростов-н/Д: Изд-во ООО «ЦВВР», 2000. — 280 с.

4. Эфендиев Ф. С. Этнокультура и национальное самосознание Нальчик: Эль-Фа, 1999 — 329 с.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой