Курдский вопрос во время политического кризиса в Ираке в 2006 году

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Международные отношения и мировая экономика


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Курдский вопрос во время политического кризиса в Ираке в 2006 году

Политические процессы в Ираке, связанные с началом формирования нового парламента в начале 2006 г., усилили внутриполитическую напряженность в иракском обществе. Страну охватил новый политический кризис, обусловленный ожесточенной борьбой за власть между различными политическими группировками. Далеко не все иракцы позитивно восприняли зафиксированный в конституции федеративный принцип построения нового государства. Его считают неприемлемым как шиитская, так и суннитская части населения страны. Некоторые аналитики даже склонны констатировать, что Ирак разделен на «этнические и религиозные кантоны с различными целями и взглядами». Они аргументируют это тем, что во время парламентских выборов 9 из 10 иракцев, голосовавших в шиитском регионе, отдали свои голоса за шиитов, аналогично 9 из 10 иракцев в суннитском регионе проголосовали за суннитов, курды — за своих кандидатов, и только 9% голосовали за кандидатов, выражавших общенациональные интересы. При этом результаты выборов разочаровали американских советников, все еще рассчитывающих создать в Ираке секулярное и центристское правительство, которое будет состоять из умеренных политиков, способных обуздать выступления арабо-суннитских повстанцев против правительства. Нынешнее контролируется пока шиитами, составляющими большинство населения (60%) страны. Участие курдов в высших управленческих сферах, по их расчету, должно в какой-то степени оказать интегрирующее влияние и на курдское сообщество.

Заинтересованность курдских автономистов состоит в сохранении тех привилегий, которые предоставляет регионам (особенно Курдскому автономному району — КАР) постоянная конституция. Они стараются использовать зафиксированный в Основном законе федеративный принцип государственного устройства Ирака для обеспечения КАР «специального статуса», предоставляющего курдам право эксплуатации природных ресурсов и контроля над нефтяными доходами. Поэтому они активно участвуют в политической жизни центра. Результаты парламентских выборов оказались весьма благоприятными для иракских курдов, получивших 53 (по другим данным, 55) депутатских места. Но для создания влиятельной фракции им требуется войти в коалицию с другими политическими силами, со многими из которых их разъединяют серьезные противоречия.

Антиподами курдов являются сунниты, выступающие против федерализма центра и юга, настаивающие на формировании правительства технократов, ратующие за назначение независимого от партий главы МВД. Они хотят внести поправки в конституцию для того, чтобы не допустить шиитов и курдов к контролю над природными ресурсами. В случае их объединения с группой Аллави (так же, как и сунниты, оспорившей результаты парламентских выборов) они составят в новом парламенте блок из 80 депутатов. При этом сунниты требуют переизбрания президента страны после формирования правительства. И не исключено, что они выдвинут своего кандидата.

Однако курды не склонны предоставлять арабским суннитам какие-либо политические и экономические привилегии и допускать их избрания на высшие государственные посты. Это обусловлено тем, что их правящая верхушка во время правления С. Хусейна, занимавшая тогда доминирующее место в политической жизни, причастна к геноциду курдов. Теперь их связывают также с террористическими акциями, происходящими в Ираке. Даже в курдском городе Мосуле прогремел осуществленный террористом-смертником взрыв в переполненном завтракавшими полицейскими ресторане. Однако сами сунниты считают, что не все повстанческие действия, осуществляемые арабскими суннитами, можно отнести к террористическим. Кроме того, они утверждают, что в ряде районов на выборах были допущены фальсификации, позволившие, например, Багдаду получить 59 мест. Поэтому они требуют начала переговоров после рассмотрения всех жалоб и переголосования в ряде районов.

Дискуссии, развернувшиеся между политическими течениями, затягивают процесс формирования нового правительства. Обострение политического кризиса в ходе формирования парламента чревато весьма серьезными последствиями. В этой ситуации курды предпочли сблизиться с шиитами, возглавляемыми аятоллой А. Хакимом. Его авторитет среди курдов поддерживается памятью о его отце великом аятолле Саид Мухсин Хакиме, который в сложный для курдских автономистов период наступления арабского национализма в 1963 г. издал беспрецедентную фетву, запрещавшую шиитам, находящимся в армии, вступать в вооруженные столкновения с курдами. Их объединяет совместная борьба против суннитского клана С. Хусейна.

Теперь, несмотря на то, что аятолла Хаким и его последователи выступают за реализацию исламского принципа государственного устройства Ирака, курды предпочитают кооперироваться именно с ними. Аятолла Хаким, являющийся руководителем Верховного совета исламской революции в Ираке, и его приверженцы стремятся господствовать в южном, богатом нефтью регионе своего этнополитического доминирования. Поэтому на данном этапе им импонирует принцип федерализма. Несмотря на то, что Хаким поддерживает идею создания мусульманского государства в Ираке, что противоречит секуляристским взглядам курдов, курдский парламент в декабре 2005 г. поддержал его устремления сплотить различные политические течения. «Мы сражались вместе за свержение диктаторского режима и против сектантства и уверены в том, что наш Ирак останется целостным и свободным», — заявил Хаким в Эрбиле. Он является также руководителем милицейских формирований «Бригада Бадра», которые еще в 1991 г. после учреждения Соединенными Штатами полуавтономного курдского ареала в северном Ираке разместили там свои базы. Его сторонники могут занять 44 места в новом парламенте. В то же время Хаким не желает объединяться в коалиционный блок с секулярной группой бывшего премьер-министра А. Аллави, претендующей на 25 мест в новом парламенте, хотя курды, напротив, как будто бы и не против своего объединения с группой Аллави.

Словом, союз с группировкой Хакима предоставляет курдам и политические выгоды (первый по численности блок в парламенте), и военные, поскольку его вооруженные формирования в случае перехода политического кризиса в военный конфликт выступят совместно с курдами. При этом курды балансируют между шиитской группировкой Хакима и группировкой другого видного шиитского аятоллы ал-Садра. Между этими влиятельными шиитскими религиозно-политическими деятелями существуют определенные противоречия. Аятолла ал-Садр и его сторонники выступают против федеративного принципа государственного устройства, закрепленного постоянной конституцией и за ограничение автономных прав регионов, что обусловливается его исламской позицией по вопросу государственной структуры, а также борьбой за власть между различными политическими группировками. Обеспечив большинство в парламенте (128 или, по другим данным, 130 мест), сторонники ал-Садра намерены содействовать внесению соответствующих поправок в конституцию после завершения формирования нового парламента и правительства. Несмотря на разногласия ал-Садра с другими шиитскими лидерами, его фракция вошла в состав Объединенного иракского альянса (ОИА), стремясь занять в правительстве важные министерские должности (здравоохранения и транспорта). Она уже выдвинула своего кандидата Адел Абдул Махди на пост премьер-министра. ОИА выступает за ограничение вмешательства американских советников в политический процесс в Ираке, что отражает идейно-политические воззрения ал-Садра. Сам он дважды поднимал антиамериканские мятежи и заявлял, что если США начнут войну против Ирана, то его приверженцы выступят на иранской стороне.

Несмотря на различие позиций и противоречия между Хакимом и Садром, иракские курды предпочитают не обострять отношений с ал-Садром и даже не возразили против кандидатуры Махди, предложенной ОИА на пост премьер-министра, который вряд ли встретит радушный прием курдского сообщества. Вместе с тем осуществление американского плана государственного устройства Ирака отодвигает на неопределенный срок возможность провозглашения иракскими курдами независимости КАР.

Осмыслив то, что реализация федеративной формы государственного устройства в нынешних условиях невозможна из-за резких возражений против нее со стороны шиитов и суннитов, составляющих преимущественную часть иракского населения, можно предположить, что американские советники приняли компромиссное решение: предпринять эксперимент воплощения регионалистской (региональной) формы государства. Она занимает промежуточное положение между унитарным и федеративным государством. В отличие от унитарного государства оно состоит не из административно-территориальных единиц, а из автономных образований, которые имеют право собственного (местного) законодательства. В таком государстве не существует детального размежевания полномочий. Органам автономии предоставляется право издавать законы лишь по некоторым вопросам местного значения. В автономные образования регионалистского государства обычно назначается представитель федерации (комиссар).

Действительно, Соединенные Штаты заинтересованы в создании объединенного и светского иракского государства, в котором курды, являющиеся американскими союзниками, должны будут играть ключевую роль в правительстве, сотрудничающем с Западом. Этот союз, по мнению американских политтехнологов, обеспечит курдам автономию в Курдистане, свободную от исламских законов. За это они должны будут согласиться на установление религиозного порядка на остальной части Ирака. При этом американцы рассчитывают на сохранение целостности страны. Иракские курды же подразумевают использовать политические процессы ради выхода из состава виртуальной иракской федерации. При этом промежуточная регионалистская форма государственного устройства как бы дает им на это надежду.

Кроме того, американцы пытаются активизировать вовлечение арабских суннитов в процесс формирования нового правительства с тем, чтобы отвлечь их от повстанческой деятельности. Стабилизация внутриполитической обстановки в Ираке и установление демократии позволят Белому дому начать вывод своих войск из этой страны. Это обстоятельство чревато весьма негативными последствиями для КАР. Поэтому курдам затягивание создания нового правительства на руку, несмотря на то, что это противоречит заинтересованности США и Великобритании. Их представители настаивают на том, чтобы в новом органе власти, сформированном на последующие 4 года, ведущая роль принадлежала бы курдам, суннитам и группе секуляристов Аллави. В противном случае Соединенные Штаты грозятся прекратить помощь Ираку, поскольку правительство будет, по мнению иностранных наблюдателей, сектантским. Американская администрация высказала недовольство чрезмерным затягиванием процесса формирования нового правительства.

Вместе с тем нестабильность в Ираке способствует усилению курдского национализма, подпитывающего настроенность курдского населения на провозглашение независимости КАР. Каждое утро в школах региона поднимается курдский зелено-красно-белый флаг с солнцем в центре и ученики поют курдский гимн. Представители курдской молодежи сетуют, что, несмотря на то, что курды столько боролись за свои права, они до сих пор не имеют собственного государства. Сейчас «национализм и чувство курдского достоинства как никогда сильны в Иракском Курдистане». Действительно, националистические настроения весьма сильны среди студенчества, молодежи, женщин, племенной элиты и т. д.

Следует отметить, что среди курдской общественности распространены различные оценки достижений курдов. Одни из их представителей полагают, что достигнутый курдскими политическими организациями накануне свержения режима С. Хусейна консенсус позволил им добиться заметных политических успехов. Это признание Иракского Курдистана особой территорией, ликвидация политики арабизации Киркука и прилегающих к нему районов, а также выработка статьи временной конституции, предусматривающей включение Киркука в курдский федеральный субъект. Другим важным достижением курдов явилось, по их мнению, получение курдами 77 мест из 275 в переходной иракской ассамблее, что предоставило им возможность играть ключевую роль в парламенте, а также позволило избрать нового президента страны из числа курдов (Дж. Талабани).

Другая часть курдского сообщества, преимущественно молодежь и студенчество, отмечает противоречивость принятой конституции и выражает недовольство тем, что она не предоставляет КАР права на самоопределение с последующим выходом из состава федеративного государства. Кстати, разъяснение своей позиции по этому вопросу дал в интервью телеканалу «Аль-Джазира» президент КАР М. Барзани. Он подтвердил, что право на самоопределение является законным правом курдов и они не отступят от этого принципа. Вместе с тем на данном этапе курдский парламент принял решение, что курдский народ будет пользоваться правом на самоопределение в рамках федеративного, демократического и плюралистического Ирака в соответствии с конституцией. В связи с этим он определил и задачи руководства КАР в строительстве нового Ирака: обеспечить развитие тенденций секулярного государства, поддерживать сбалансированные отношения со всеми политическими течениями страны, участвовать в формировании национального правительства на широкой народной основе.

Со второй половины 2005 г. в КАР начался интенсивный процесс политической консолидации. Свидетельством этому явились выборы М. Барзани его президентом, создание единого парламента, который возглавил Н. Барзани. В декабре были достигнуты договоренности между руководством ДПК и ПСК об объединении двух администраций. И действительно, уже 7 января 2006 г. М. Барзани объявил о создании объединенной администрации, которая должна заняться насущными проблемами региона: борьбой с коррупцией, проблемами электрификации и водоочистки, топливными вопросами, а также восстановлением и строительством мощной инфраструктуры. Курды надеются, что объединенная администрация приложит усилия для территориального объединения районов компактного проживания курдов (Киркука, Ханакина, Махмура, Шангаля и Шейхана) в соответствии с принципами федерализма и демократии Ирака.

Как известно, уже 15 лет КАР является самоуправляющимся регионом, находящимся ныне под покровительством США. Политические процессы, происходящие в Иракском Курдистане, свидетельствуют о том, что руководство КАР стремится к приданию региону черт президентской республики: министры назначаются президентом по своему усмотрению (премьер-министр — Нечирван Барзани); регионом по существу управляет та партия, которая победила на президентских выборах (в данном случае ДПК) и т. д. Багдад слабо контролирует регион и рассматривается иракскими курдами чуть ли не как «столица иностранного государства». Сами курды полагают, что это регион с рыночной экономикой. Однако у них отсутствует налоговая система, и часть доходов отчисляется в распоряжение правительства. Экономика регулируется правительством. Поэтому население обвиняет руководство в коррупции.

Кроме того, часть курдского сообщества разделяет взгляды партии Исламский союз Курдистана, руководство которой критически оценивает политику правящего в КАР кабинета. Один из авторитетных религиозно-политических лидеров из Эрбиля, принимавший активное участие в подготовке иракской конституции Ахмед Пенджвини, например, полагает, что альянс курдов с шиитами, хотя и основанный на оппозиции к бывшему режиму С. Хусейна, вряд ли будет плодотворен, поскольку для шиитов федерализм не имеет такого значения, как для курдов. По его мнению, шииты не имеют административного опыта в сравнении с суннитами. Более того, курды не заинтересованы в создании ряда субъектов федерации, поскольку такая система противоречит задаче создания курдского независимого государства. «Мы хотим придерживаться своих традиций и пользоваться своим языком. Федерализм для шиитов сократит значимость курдов на мировой арене». Тем самым А. Пенджвини указывает на то, что в федеративном государстве КАР утратит свой «специальный статус» и встанет на один уровень с другими субъектами федерации. Поскольку М. Барзани, президент КАР, подвергается критике со стороны наиболее политически активной части курдского сообщества (студенчества, молодежи, женщин и пр.), требующей незамедлительного провозглашения независимости Иракского Курдистана, то он пытается воспользоваться затягиванием процесса формирования иракского парламента для снижения политической напряженности в КАР. Так, например, были приняты меры для поддержания в регионе социально-политической гармонии: урегулированы трения с представителями партии Исламский союз Курдистана (ИСК), отказавшимися выступить совместно с курдскими политическими организациями в едином списке на парламентские выборы. Эти противоречия вызвали даже нападки курдских автономистов на центры ИСК в ряде городов. Однако они были разрешены, и ИСК сумел выступить на выборы своим списком. Руководство КАР всячески стремится избежать конфликтов на религиозной почве. Не случайно М. Барзани заявлял, что курды никогда не пойдут на альянс с суннитами против шиитов, а также что курдо-шиитский альянс не пойдет против суннитов.

В сложившейся сложной внутриполитической обстановке М. Барзани уточнил позиции курдского руководства по некоторым острым вопросам и внутренней и внешней политики. Он, например, подчеркнул, что за всю историю курдского национального движения курды не выдвигали антиарабских лозунгов. Он отметил, что даже во время великой сентябрьской революции в Курдистане лозунгом курдов было: «Демократия Ираку и самоопределение для Курдистана». В то же время М. Барзани заметил, что когда химическая атака Ал-Анфал коснулась курдских деревень, то тогда арабы не осудили эти несправедливые и противоправные акции в отношении курдского населения. В то же время после свержения баасистского режима курды приложили все свои усилия для создания «нового федеративного, демократического и плюралистического Ирака».

Все это свидетельствует о том, что курдские автономисты стараются самоустраниться от столкновений с арабскими суннитами, а их союз с шиитами носит прагматический характер. Тактический альянс с шиитами послужит определенным сдерживающим фактором от нападок со стороны Тегерана, который негативно рассматривает стремление курдов захватить контроль над энергоресурсами северного Ирака, а также недоволен сотрудничеством иракских курдов с его врагами — США и Израилем. В связи с этим в своем недавнем интервью М. Барзани поспешил уточнить, что Запад оказывает КАР помощь, которая не противоречит иракской конституции. При этом он отметил, что специальный статус региона позволяет ему устанавливать международные отношения с другими странами, которые не ущемляют интересов Ирака. Поэтому КАР может поддерживать отношения и с Израилем, которые несправедливо осуждаются некоторыми зарубежными средствами массовой информации. М. Барзани также подчеркнул, что в КАР нет израильских вооруженных формирований, инструкторов и компаний. В то же время курды выступают против эскалации арабо-израильского конфликта и распространения гегемонии США в регионе.

По всей видимости, руководство КАР рассматривает складывающуюся в Ираке обстановку как весьма опасную для перспектив курдской автономии. Поэтому несмотря на то, что в стране осуществляется важный этап политической борьбы, связанный с формированием нового кабинета, М. Барзани счел уместным совершить поездку в США и в некоторые европейские страны (Великобританию, Германию, Австрию, Италию, Ватикан). Цель этой поездки, по словам М. Барзани, определялась заинтересованностью обеспечить признание существования курдского народа и его прав. Он встречался с представителями высших политических кругов Вашингтона и Лондона, в том числе Дж. Бушем и Т. Блэром. Его задача состояла в том, чтобы разъяснить западным лидерам позицию курдов относительно статуса Иракского Курдистана и отметить ту ключевую роль, которую сыграли курды для строительства «федеративного, демократического и плюралистического» Ирака, напомнить о вкладе курдов в создание иракской конституции, получившей одобрение большинства иракского народа. Американский президент и британский премьер заверили М. Барзани, что США и Англия будут оказывать поддержку реализации прав курдского народа в соответствии с иракской конституцией.

Очевидно, М. Барзани не был поддержан Западом относительно своевременности провозглашения независимости КАР. Его, по-видимому, убедили повременить с началом процесса сецессии КАР из состава иракского государства, что еще более осложнило бы и без того неоднозначный процесс государственного переустройства постсаддамовского Ирака.

Вернувшись из-за рубежа, М. Барзани заявил, что хотя создание нового правительства Ирака — трудный процесс, но он верит, что национальное правительство будет сформировано, а его члены станут работать во имя национальных интересов, а не только выражать волю той или иной партии. Руководство КАР также прилагает усилия и для того, чтобы обезопасить КАР от неожиданностей со стороны региональных соседей. Не случайно в последнее время стало наблюдаться смягчение позиции турецких дипломатических и военно-политических кругов к КАР. Это, очевидно, объясняется тем, что курды согласились отодвинуть решение проблемы Киркука на более поздний срок. М. Барзани заявил, что он позитивно оценивает эти тенденции, и выразил надежду, что добрососедские отношения и сотрудничество будут развиваться в интересах обеих сторон. Он также сказал, что иракские курды сочувствуют своим братьям в других частях Курдистана, но они не намерены вмешиваться во внутренние дела стран проживания курдов и их отношения с правящими режимами этих стран. Это также согласуется с интересами Тегерана и Анкары.

Таким образом, начавшийся в Ираке в начале 2006 г. сложный процесс формирования правительства выявил, что решение проблемы государственного устройства Ирака на условиях, предлагаемых американской администрацией, не согласуется с социально-политическими и религиозными особенностями иракского общества. Как оказалось, федеративная модель государственного устройства, поддержанная западными политическими кругами, не является панацеей решения многоаспектных проблем постсаддамовского Ирака. В поисках компромисса между различными соперничающими иракскими политическими течениями они предлагают еще иную, переходную схему — сохранение за КАР специального, автономного статуса и по сути введение исламского правления на остальной территории страны ради достижения только одной цели — установления хоть какой-то внутриполитической стабильности. При этом остается пока не совсем ясным механизм управления подобным государственным образованием и консолидирующий стержень его целостности. М. Барзани в Вашингтоне, видимо, пока согласился с американской администрацией о необходимости стабилизации ситуации в Ираке, поскольку нестабильность оставляет реализацию независимости КАР в подвешенном состоянии. С ним солидаризируется, в частности, Ал-Амери, возглавляющий Объединенный иракский альянс. А организация «Бригада Бадр», находящаяся под попечительством Хакима, подчеркивает, что будет бороться за целостность Ирака10. Все это свидетельствует о сохраняющемся внутриполитическом кризисе, углубление которого чревато весьма негативными последствиями как для иракского общества, так и воплощения идеи курдской независимости.

курд суннит ирак кризис

Литература

1. http: //kurdistanobserver. servehttp. com/jan06/20−1-06-kurds-nationalist-hope%20rema.

2. http: //kurdistanobserveer. serverhttp. com/jan06−10−1-06-barzani-interviewed-jazirah. htm

3. http: //kurdistanobserver. serverhttp.

4. http: //kurdistanobserver. servehttp. com/jan06/26−1-06-shia-says-fedral-south. Htm

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой