Курская битва

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

МОУ гимназия № 4

Реферат

По истории

На тему:

Курская битва

Выполнил:

Дурбан О.

г. Сургут 2005 г.

Содержание

Введение

1. Перед битвой

2. Враг не прошёл

3. Сокрушительный удар

4. В чём состоят военные итоги Курской битвы?

5. Каково международное значение победы советских войск в Курской битве?

Заключение

Список литературы

Приложение

Введение

В июле 1943 г. внимание человечества, как и в предыдущие два года войны, было приковано к советско-германскому фронту. Здесь на одном из его участков, в районе Курского выступа, развернулись жесточайшие сражения, в которых советский народ, его Вооруженные Силы под руководством Коммунистической партии добились выдающейся исторической победы, определившей дальнейший ход и исход второй мировой войны в пользу антигитлеровской коалиции. Советская Армия разгромила мощную группировку немецко-фашистских войск, состоявшую из лучших по тому времени дивизий вермахта. Последние надежды и попытки нацистского политического и военного руководства повернуть ход воины в свою пользу позорно провалились. Фашистская Германия оказалась перед реальной перспективой поражения и расплаты за свою авантюристическую политику, за все преступления против человечества.

Курская битва стоит в ряду величайших битв второй мировой войны. В ней участвовали огромные массы войск, разнообразной боевой техники. Достаточно сказать, что в сражение с обеих сторон было последовательно вовлечено более 4 млн. человек, в нем участвовало свыше 69 тыс. орудий и минометов, 13,2 тыс. танков и самоходных орудий, свыше 11 тыс. боевых самолетов. Это наложило отпечаток на характер борьбы. На Курской дуге развернулись невиданные до тех пор крупные танковые и воздушные сражения.

В ходе боев советские войска разгромили 30 вражеских дивизий, в том числе 7 танковых. Немецко-фашистские войска потеряли около 0,5 млн. солдат и офицеров, 1,5 тыс. танков, 3 тыс. орудий, свыше 3,7 тыс. самолетов. «Гигантская битва на Орловско-Курской дуге летом 1943 г., -- говорил Л. И. Брежнев, -- сломала хребет гитлеровской Германии и испепелила ее ударные бронетанковые войска. Всему миру стало ясным превосходство нашей армии в боевом мастерстве, в вооружении, в стратегическом руководстве».

Битва под Курском знаменовала собой новый этап борьбы за коренной перелом в войне с фашистской Германией, борьбы, которая была начата в сражениях под Москвой и с особым напряжением продолжалась под Сталинградом. Этот коренной поворот в войне явился закономерным результатом огромной организаторской деятельности Коммунистической партии на фронте и в тылу, героических подвигов Советских Вооруженных Сил, возросшего мастерства командного и начальствующего состава, а также беспримерного подвига тружеников советского тыла.

Под Курском стратегическая инициатива была окончательно закреплена в руках Советской Армии. Наступательная стратегия фашистского руководства потерпела полное банкротство. Вместе с ней окончательно была похоронена и идея завоевания мирового господства.

1. Перед битвой

После ожесточенных сражений зимой 1942−1943 гг. на советско-германском фронте наступило затишье. Воюющие стороны навлекали уроки из прошедших боев, намечали планы дальнейших действий. Войска пополнялись людьми и техникой, накапливали резервы, производили перегруппировки.

Обе стороны всемерно добивались расширения и развития военного производства.

Неуклонно крепла военная экономика СССР. Советские люди, окрыленные победами Красной Армии, под руководством Коммунистической партии трудились самоотверженно, стремясь ускорить окончательный разгром немецко-фашистских захватчиков. Продолжало наращивать выпуск продукции большинство важнейших отраслей промышленности. Валовая продукция всей промышленности в 1943 г, по сравнению с 1942 г. выросла на 17%. Успешно осуществлялось военное производство. (Выпуск основных видов боевой техники в 1942--1943 гг. см. в приложении, табл. 1).

При этом повышалось качество боевой техники и вооружения. Так в этот период было завершено переоснащение авиации самолетами новых типов.

Учитывая возросшую техническую оснащенность войск, высокие требования к ведению современного боя, рост военного искусства командных кадров, советское командование провело дальнейшую реорганизацию объединений, соединений и частей Красной Армии. Летом 1943 г. был в основном завершен переход стрелковых войск на корпусную систему, что намного улучшило управление войсками и использование их в бою. Создавались крупные соединения артиллерии резерва Главнокомандования -- артиллерийские пушечные дивизии и артиллерийские корпуса прорыва. Формировались новые танковые части, соединения и армии, обладавшие высокой маневренностью и большой ударной силой. Произошли изменения также в организации авиации. Войск ПВО, Тыла Красной Армии.

Еще больше укрепился моральный дух советских воинов, еще более повысилась их политическая зрелость. Этому способствовала партийно-политическая работа в войсках, формы и методы которой непрерывно совершенствовались. 24 мая 1943 г. ЦК ВКП (б) принял постановление «О реорганизации структуры партийных и комсомольских организаций в Красной Армии и усилении роли фронтовых, армейских и дивизионных газет». Теперь первичные партийные организации создавались не в полках, а в батальонах. Полковое же бюро по своим правам приравнивалось к партийному комитету. Партийное бюро батальона могло конкретнее руководить ротными организация ми.

Вместо секретарей парторганизаций был введен институт назначаемых парторгов рот, батальонов и полков. В результате проведенной перестройки было создано более 20 тыс. новых первичных организаций.

Кроме того, Центральный Комитет обязал Главное политическое управление повысить роль фронтовых, армейских, дивизионных газет в политическом, воинском и культурном воспитании личного состава, во всей политической работе в частях и подразделениях. Расширялась сеть газет, укреплялись их кадры. Усилилась роль красноармейской газеты как агитатора, пропагандиста и организатора масс воинов. Эти меры партии способствовали усилению партийно-политической работы, являвшейся одним ил важнейших условий роста боеспособности Советских Вооруженных Сил.

Коммунистическая партия приняла меры по улучшению партийного руководства партизанским движением. Укреплялись существовавшие партийные организации и создавались новые. В тыл врага направлялись большие группы опытных партийных работников. Все это ускоряло рост партизанских сил, увеличивало размах их борьбы.

В результате побед Красной Армии все более повышался международный авторитет Советского Союза. Его связи с другими государствами продолжали расширяться. По-прежнему он являлся ведущей и решающей силой антифашистской коалиции.

Таким образом, военно-политическое положение Советского государства к лету 1943 г. еще более укрепилось. Значительно возросла его военная мощь. Это привело к дальнейшему изменению соотношения сил па фронте в пользу Красной Армии. Советский народ, как и прежде, был твердо уверен в полной победе над врагом и делал все необходимое для ее скорейшею достижения.

Иная обстановка складывалась в фашистской Германии. В результате поражений зимой 1942/43 г. немецко-фашистская армия на советско-германском фронте вынуждена была оставить территории, захваченные в 1942 и частично в 1941 гг. Гитлеровцы расплачивались теперь за свою военную авантюру кровью миллионов солдат и офицеров. По данным немецкого генерального штаба, вооруженные силы Германии с июня 1941 г. по июнь 1943 г. потеряли убитыми, пропавшими без вести, ранеными и больными свыше 4 126 тыс. человек. На советской земле нашли могилу более 1 млн. немецких, румынских и итальянских солдат и офицеров. Поля недавних битв были усеяны тысячами разбитых вражеских танков, орудий, самолетов. Огромные потери в людях и боевой технике подрывали моральный дух армии и населения Германии.

Однако, несмотря на крупные поражения, немецко-фашистское руководство считало, что война далеко еще не проиграна и что тяжелое положение можно поправить. Чтобы улучшить моральное состояние армии и народа, предотвратить распад фашистского блока и восстановить военный и политический престиж Германии, гитлеровские политики и стратеги решили провести на советско-германском фронте большое летнее наступление. Они надеялись в ходе его разгромить главные силы Красной Армии, снова захватить стратегическую инициативу и добиться изменения хода войны в свою пользу. 10 мая 1943 г. на совещании в имперской канцелярии начальник штаба верховного главнокомандования вооруженных сил фельдмаршал Кейтель заявил: «Мы должны наступать из политических соображений».

С весны 1943 г. Германия и ее сателлиты развернули усиленную подготовку к наступлению. Чтобы восполнить людские потери и восстановить разбитые многочисленные дивизии, фашистские правители снова прибегли к тотальной мобилизации. Все мужчины в возрасте от 17 до 50 лет, способные носить оружие, были брошены в огонь войны. Разбронировалось и призывалось в армию около 1 млн. высококвалифицированных рабочих. В результате в 1943 г. в вермахт было мобилизовано на 2 млн. человек больше, чем в 1942 г. Недостаток рабочей силы в промышленности и сельском хозяйстве гитлеровское руководство пыталось восполнить привлечением более 2 млн. иностранных рабочих и военнопленных. Всего в 1943 г. в Германии их работало свыше 7 млн. Одновременно фашистские главари принимали меры, чтобы увеличить выпуск военной продукции, восполнить потери в боевой технике и вооружении, создать необходимые запасы (см. приложение, табл. 2). При этом особое внимание уделялось производству новых танков типа «пантера» и «тигр», а также новых штурмовых орудий типа «фердинанд». Авиационная промышленность стала выпускать более совершенные самолеты.

К лету 1943 г. вермахт по-прежнему представлял собой большую силу. Он насчитывал (без войск СС) 6 600 тыс. человек, в том числе в действующей армии -- 5 300 тыс. Из них на советско-германском фронте находилось около 4 800 тыс. человек, то есть почти 72%. Кроме того, в действовавших здесь армиях сателлитов было 525 тыс. человек. Следовательно, всего на советско-германском фронте гитлеровское командование держало 5 325 тыс. человек. Однако соотношение сил па фронте складывалось уже не в пользу Германии. К июлю 1943 г. в советской действующей армии было 6 012 тыс. бойцов и командиров, то есть по людям она превосходила противника к 1,2 раза. Еще большее преимущество советские войска имели в боевой технике: орудий и минометов в них насчитывалось 105 000 (без 50-мм минометов и реактивной артиллерии) против 54 300 вражеских, танков и самоходных орудий -- 10 199 против 5850, боевых самолетов -- 10 252 против 2980. Надо, однако, иметь в виду, что свыше половины находившихся тогда на вооружении Красной Армии орудий были 76-мм и столько же -- 82-мм минометов, почти одну треть бронетанковой техники составляли лешие танки.

Линия фронта к началу летне-осенней кампании 1943 г. проходила от Баренцева моря к Ладожскому озеру, далее по реке Свирь к Ленинграду и далее на юг; у Великих Лук она поворачивала на юго-восток и в районе Курска образовывала огромный выступ, глубоко вдававшийся в расположение вражеских войск; далее от района Белгорода пролегала восточнее Харькова и по рекам Северский Донец и Миус тянулась к восточному побережью Азовского моря; на Таманском полуострове она проходила восточнее Темрюка и Новороссийска.

Наиболее крупные силы сторон были сосредоточены на юго-западном направлении, на участке от Новосиля до Таганрога.

На морских театрах соотношение сил также начало складываться в пользу Советского Союза, в первую очередь благодаря количественному и качественному росту флотской авиации.

Немецко-фашистское командование пришло к выводу, что самым удобным участком для нанесения решительного удара является выступ в районе Курска, получивший название Курской дуги. С севера над ним нависали войска группы армий «Центр», создавшие здесь сильно укрепленный орловский плацдарм. С юга выступ охватывали войска группы армий «Юг». Противник рассчитывал срезать выступ под основание и разгромить действовавшие там соединения Центрального и Воронежского фронтов. Немецко-фашистское командование учитывало также исключительно большое стратегическое значение выступа для Красной Армии. Занимая его, советские войска могли наносить удары по тылам и флангам как орловской, так и белгородско-харьковской группировок противника.

Разработку плана наступательной операции гитлеровское командование завершило уже в первой половине апреля. Он получил условное название «Цитадель». Общий замысел операции сводился к следующему: двумя одновременными встречными ударами в общем направлении на Курск -- из района Орла на юг и из района Харькова на север -- окружить и уничтожить на Курском выступе войска Центрального и Воронежского фронтов. Последующие наступательные операции вермахта ставились в зависимость от результатов сражения на Курской дуге. Успех этих операций должен был послужить сигналом для наступления на Ленинград.

К проведению операции враг готовился тщательно. Пользуясь отсутствием второго фронта в Европе, немецко-фашистское командование перебросило из Франции и Германии в район южнее Орла и севернее Харькова пять пехотных дивизий. Особенно большое внимание оно уделяло сосредоточению танковых соединений. Стягивались также крупные силы авиации. В результате противнику удалось создать сильные ударные группировки. Одна из них, состоявшая из 9-й немецкой армии группы армий «Центр», находилась в районе южнее Орла. Другая, включавшая 4-ю танковую армию и оперативную группу «Кемпф» группы армий «Юг», располагалась в районе севернее Харькова. Против западного фаса Курского выступа была развернута 2-я немецкая армия, входившая в состав группы армий «Центр».

К участию в операции «Цитадель» германское командование привлекало 50 дивизий (в том числе 16 танковых и моторизованных), 3 отдельных танковых батальона и 8 дивизионов штурмовых орудий. Эта вражеская группировка насчитывала свыше 900 тыс. солдат и офицеров, до 10 тыс. орудий и минометов, до 2700 танков и штурмовых орудий, свыше 2 тыс. самолетов. Бывший начальник штаба 48-го танкового корпуса, участвовавшего в операции, генерал Ф. Меллентин свидетельствует, что «ни одно наступление не было так тщательно подготовлено, как это».

Активно готовились к наступательным действиям и советские войска. Ставка намечала в летне-осенней кампании разгромить группы армий «Центр» и «Юг», освободить Левобережную Украину, Донбасс, восточные районы Белоруссии и выйти на линию Смоленск, река Сож, среднее и нижнее течение Днепра. В этом большом наступлении должны были участвовать войска Брянского, Центрального, Воронежского, Степного фронтов, левого крыла Западного фронта и часть сил Юго-Западного фронта. При этом предполагалось главные усилия сосредоточить на юго-западном направлении с целью разгромить вражеские армии в районах Орла и Харькова, на Курской дуге. Операция в этом районе готовилась Ставкой, Генеральным штабом, военными сонетами фронтов и их штабами со всей тщательностью.

8 апреля Г. К. Жуков, находившийся в то время по заданию Ставки в районе Курского выступа, изложил свои соображения о замысле предстоя предстоящих действий советских войск Верховному Главнокомандующему. «Лучше будет, -- докладывал он,-- если мы измотаем противника на нашей обороне, выбьем его танки, а затем, введя свежие резервы, переходом в общее наступление окончательно добьем основную группировку противника». А. М. Василевский разделял эту точку зрения.

12 апреля в Ставке состоялось совещание, на котором было принято предварительное решение о преднамеренной обороне. Совещание пришло к выводу, что, в условиях когда враг сосредоточил севернее и южнее Курска крупные силы, переход в наступление приведет к тяжелым затяжным боям и победа может быть достигнута слишком дорогой ценой. Вопрос о способе действий советских войск на Курской дуге обсуждался еще не раз. Окончательное решение о преднамеренной обороне было принято И. В. Сталиным в начале июня. Советское Верховное Главнокомандование, донимая значение Курского выступа, принимало соответствующие меры. Оно не только заблаговременно обнаружило группировки немецко-фашистских войск, но и определило примерные сроки готовившегося ими наступления.

Отражение удара противника из района южнее Орла возлагалось на Центральный фронт, оборонявший северную и северо-западную части Курского выступа, а наступление врага из района Белгорода должен был сорвать Воронежский фронт, оборонявший южную и юго-западную части дуги. Каждый из этих фронтов имел пять общевойсковых, одну танковую, одну воздушную армии и два танковых корпуса, В полосе Воронежского фронта действовала также 17-я воздушная армия соседнего Юго-Западного фронта. Центральный и Воронежский фронты на Курской дуге насчитывали свыше 1 336 тыс. человек, 19 100 орудий и минометов. 3444 танка и САУ и 2900 самолетов. За ними в тылу располагались войска Степного военного округа (позже Степного фронта), находившиеся в резерве Ставки (пять общевойсковых, одна танковая, одна воздушная армии, один стрелковый, три танковых, три механизированных и три кавалерийских корпуса -- всего 573 тыс. человек; около 3400 орудий. 4000 82-мм и 120-ми минометов и 1550 танков и САУ). Их задача состояла в том, чтобы в случае прорыва противником обороны на Курском выступе остановить и совместно с войсками Центрального и Воронежского фронтов решительным контрнаступлением разгромить его.

Координация действий фронтов на месте возлагалась на представителей Ставки маршалов Г. К. Жукова и А. М. Василевского.

Оценив обстановку и определив район возможного удара противника, командование Центрального фронта (член Военного совета генерал К. Ф. Телегин, начальник штаба генерал М. С. Малинин) сконцентрировало главные усилия в полосе 13-й и частично 70-й армий, прикрывавших направление через Поныри на Курск. Здесь же располагались второй эшелон (2-я танковая армия) и резерв фронта (9-й и 19-й танковые корпуса).

Командование Воронежского фронта (командующий генерал армии Н. Ф. Ватутин, член Военного совета Н. С. Хрущев, начальник штаба генерал С. П. Иванов) считало, что вероятнее всего, главный удар противника последует из района западнее Белгорода на Обоянь и от Белгорода на Корочу. Здесь, на левом крыле фронта, занимали оборону закаленные в огне Сталинградской битвы 6-я и 7-я гвардейские общевойсковые армии. На правом крыле, на участке в 130 км, оборону держали 38-я и 40-я общевойсковые армии. Во втором эшелоне за 6-й и 7-й армиями находились 69-я и 1-я танковая армии, а в резерве -- 35-й стрелковый, 2-й и 5-й гвардейские танковые корпуса.

Военные советы и штабы фронтов и армий, командиры, штабы и политорганы соединений сосредоточили свое внимание на создании прочной обороны: определялись расположение оборонительных полос и организация системы огня, обеспечивалось тщательное оборудование позиций. Воины рыли траншеи, строили блиндажи и укрытия различного типа, готовили основные, запасные и временные позиции для артиллерии и минометов. Создавались противотанковые районы и опорные пункты, устанавливались многочисленные противопехотные и противотанковые заграждения, оборудовались командные и наблюдательные пункты, приспосабливались к круговой обороне населенные пункты, организовывалось прикрытие оборонительных полос огнем всех видов оружия. Главная полоса обороны состояла в основном из двух-трех позиций. Всего было подготовлено восемь полос и рубежей, связанных промежуточными и отсечными позициями. Общая глубина инженерного оборудования местности достигала 250--300 км. Никогда еще за время войны советские войска не создавали столь мощной и грандиозной обороны. Ее инженерное оборудование достигло высокого совершенства. Был осуществлен повсеместный переход от очаговой обороны к позиционной с применением системы непрерывных траншей. Создание противотанковых опорных пунктов и районов, противотанковых артиллерийских резервов и подвижных отрядов заграждений, глубокое эшелонирование и предусматривавшаяся высокая активность войск сделали оборону непреодолимой для врага. Она полностью соответствовала замыслу советского командования: в упорных боях измотать и обескровить ударные группировки врага, подготовить условия для перехода в контрнаступление. Однако предусматривался и другой вариант: переход к активным действиям, если противник отложит операцию «Цитадель».

Неоценимую помощь войскам в сооружении оборонительных рубежей оказало население освобожденных прифронтовых районов Курской, Орловской, Воронежской и Харьковской областей. Так, на Курском выступе в оборонительных работах участвовало: в апреле 105 тыс., в июне -- 300 тыс. человек.

В подготовительный период создавались также необходимые запасы материальных средств. Фронтам было подвезено 141 354 вагона грузов.

Особенностью построения обороны па Курской дуге явилось наличие во вторых эшелонах фронтов крупных танковых соединений и объединений, что несомненно, сыграло в ходе сражения важную роль в осуществлении маневра силами и средствами как глубины, так и вдоль фронта.

В ходе подготовки к оборонительным боям продолжалась упорная борьба за завоевание господства в воздухе. Началась она еще в апреле 1943 г. на Кубани. Более двух месяцев шло там воздушное сражение, в котором с каждой стороны принимало участие около 1 тыс. самолетов. Враг потерял в этих боях сотни машин, много опытных летчиков. В мае и июне борьба в воздухе все более усиливалась. По указанию Ставки были проведены две крупные воздушные операции, Удары наносились по аэродромам противника в полосах групп армий «Центр» и «Юг». Наиболее крупные воздушные бои происходили в начале июня в районе Курска. Понеся большие потери, немецкая бомбардировочная авиация отказалась от дневных налетов и переключилась на ночные действия. Словом, к началу летнего наступления противника силы его авиации оказались подорванными.

Одновременно с выполнением огромного объема фортификационных работ войска напряженно занимались боевой подготовкой. Воины настойчиво овладевали эффективными способами борьбы с танками, на которые враг делал главную ставку, учились правильному сочетанию оборонительных действий с решительными контратаками.

Учились все -- от рядового до генерала: предстояла борьба, требовавшая от каждого всесторонней подготовки, колоссального напряжения моральных и физических сил.

Напряженную работу в этот период вели политорганы, партийные и комсомольские организации. Они подчиняли все свои усилия мобилизации воинов на тщательную подготовку к предстоящим боям. Усилению партийно-политической работы способствовала перестройка структуры армейских партийных и комсомольских организаций, закончившаяся в июне 1943 г. Возросло их количество в войсках Воронежского и Центрального фронтов. Были подобраны и утверждены парторги и комсорги рот и батарей. К июлю по сравнению с апрелем 1943 г. число коммунистов в войсках, действовавших на Курском выступе, увеличилось на 26%, комсомольцев -- на 54%. В поле партийные организации Воронежского фронта приняли кандидатами в члены партии 12 378 человек, а Центрального -- 14 087 человек. Состав комсомольских организаций на этих фронтах тогда же увеличился более чем на 26 тыс. человек. В результате коммунисты и комсомольцы составили более одной трети личного состава войск на Курской дуге.

К началу июля советские войска были полностью готовы к отражению наступления противника.

2. Враг не прошёл

Лето вступало в свои права, а немецко-фашистское командование все откладывало начало операции. Миновал и еще один назначенный срок -- середина июня. В чем же дело? Как выяснилось позже, враг готовился обрушиться на советские войска мощной танковой лавиной. «…Гитлеру хотелось,-- вспоминал генерал Типпельскирх, -- применить в этой операции большое количество танков „пантера“, которые незадолго перед тем были пущены в серийное производство и на которые он возлагал особенно большие надежды». Танки «пантера», «тигр», штурмовые орудия «фердинанд» в те дни непрерывно прибывали на восточный фронт, в район предстоящего сражения. 1 июля Гитлер вызвал к себе основных руководителей операции и объявил окончательное решение начать ее 5 июля.

Фашистское командование особенно заботилось о достижении внезапности и сокрушительности удара. Этому, по его расчетам, должно было способствовать применение большого количества новых танков и штурмовых орудий. Однако замысел противника не удался: советское командование своевременно раскрыло намерения гитлеровцев и поступление на фронт его новых технических средств, а также довольно точно установило дату начала операции «Цитадель». 2 июля Ставка сообщила командующим Центральным и Воронежским фронтами, что противник может перейти в наступление на Курской дуге в период 3--6 июля. Это предположение подтвердили «языки», захваченные в ночь на 5 июля. Они показали, что наступление назначено на 3 часа 5 июля. На основании полученных данных командующие Центральным и Воронежским фронтами приняли решение провести заранее спланированную артиллерийскую контрподготовку, обрушить огневой удар по районам сосредоточении основных группировок врага, чтобы ослабить его первоначальный натиск, нанести ему тяжелый урон еще до того, как он бросится в атаку.

Перед наступлением Гитлер издал два приказа: один, 1 июля, по офицерскому составу, другой, 4 июля, по всему личному составу войск, участвовавших в операции. В обращении к офицерам говорилось: «Значение первой наступательной операции этого года исключительно велико. Эта… операция не только укрепит наш собственный народ, произведет впечатление на остальной мир, но и прежде всего придаст самому немецкому солдату новую веру. Укрепится вера наших союзников в конечную победу, а нейтральные государства будут вынуждены соблюдать осторожность и сдержанность. Поражение, которое потерпит Россия в результате этого наступления, должно вырвать на ближайшее время инициативу у советского руководства, если вообще не окажет решающего воздействия на последующий ход событий…» Другое обращение, оглашенное в войсках накануне наступления, также было пронизано самоуверенным тоном: «Сегодня вы начинаете великое наступательное сражение, которое может оказать решающее влияние на исход войны в целом. С вашей победой сильнее, чем прежде, во всем мире укрепится убеждение в тщетности любого сопротивления немецким вооруженным силам… Могучий удар, который будет нанесен по советским армиям, должен потрясти их до основания. И вы должны знать, что от исхода этого сражения может зависеть все…»

Но враг жестоко просчитался. 5 июля на рассвете войска 13-й армии, 6-й и 7-й гвардейских армий Воронежского и Центрального фронтов обрушили мощный артиллерийский удар по его боевым порядкам, огневым позициям артиллерии, командным и наблюдательным пунктам. Началась одна из самых крупных битв Великой Отечественной войны. В ходе артиллерийской контрподготовки, в которой участвовало 2460 орудий, минометов и боевых машин реактивной артиллерии, противнику были нанесены серьезные потери, особенно в артиллерии. Боевые порядки гитлеровских частей и подразделений были в значительной степени дезорганизованы. В стане врага произошло замешательство. Немецко-фашистское командование для восстановления нарушенного управления войсками было вынуждено отложить начало наступления на 2,5--3 часа.

В 5 часов 30 минут после артиллерийской подготовки противник перешел в наступление в полосе Центрального фронта и в 6 часов -- в полосе Воронежского. Под прикрытием огня тысяч орудий и минометов, при поддержке множества самолетов в атаку устремились массы фашистских танков и штурмовых орудий. За ними следовала пехота. Южнее Орла и севернее Полгорода на земле и в воздухе начались ожесточенные сражения.

По войскам Центрального фронта в полосе 40 км гитлеровцы нанесли три удара. Главный из них был предпринят в полосе 13-й армии генерал-лейтенанта Н. П. Пухова в направлении на Ольховатку. Один вспомогательный удар наносился на Малоархангельск по правому флангу этой же армии, а другой -- на Гнилец по правофланговым частям 70-й армии генерала И. В. Галанина.

На направлении главного удара враг бросил в бой до 500 танков и штурмовых орудий, чтобы мощным тараном сломить оборону советских войск. Первыми в атаку пошли тяжелые танки «тигр» группами по 10--15 машин. Их сопровождали штурмовые орудия «фердинанд». За ними спустя некоторое время двинулись на большой скорости группами по 50--100 машин средние танки. В боевых порядках танков на бронетранспортерах следовала пехота.

Противник был уверен, что ему удастся быстро вклиниться в боевые порядки советских войск. Но его главный удар пришелся по самому сильному участку обороны советских войск, и поэтому с первых же минут сражение стадо развертываться не так, как планировали гитлеровцы. Враг был встречен шквалом огня из всех видов оружия. Заранее разработанная советским командованием тактика и подготовленные средства борьбы с «тиграми» дали свои результаты. Артиллеристы, нередко подпуская вражеские танки вплотную, расстреливали их в упор прямой наводкой, саперы выдвигались вперед и быстро устанавливали перед стальной лавиной противотанковые мины, истребители танков искусно применяли противотанковые ружья, гранаты и бутылки с зажигательной смесью. С воздуха живую силу и технику противника уничтожали летчики 16-й воздушной армии генерала С. И. Руденко.

Четырежды в течение дня немецко-фашистские войска пытались прорвать оборону советских войск и каждый раз вынуждены были откатываться назад Быстро росло количество подбитых и сожженных вражеских машин, тысячами трупов гитлеровцев покрывались поля. Несли потери и советские войска. А накал сражения все более нарастал. Фашистское командование бросало в бой новые и новые танковые и пехотные части. Против действовавших на главном направлении (левый фланг 13-й армии) двух советских дивизий (81-й генерала А. Б. Баринова и 15-й полковника В. Н. Джанджгавы) наступали до 4 пехотных дивизий и 250 танков. Их поддерживали около 100 самолетов. Лишь к исходу дня после пятой атаки гитлеровцам удалось вклиниться в оборону советских войск на 6--8 км на очень узком участке и выйти ко второй оборонительной полосе. Это было достигнуто ценой огромных потерь. Только артиллерия 13-й армии уничтожила до 15 тыс. фашистских солдат и офицеров и 110 танков. Не добился противник существенного успеха и на правом фланге этой армии, где занимали оборону 8-я стрелковая дивизия полковника П. М. Гудзя и 148-я стрелковая дивизия генерала А. А. Мищенко.

Ночью войска 13-й армии закреплялись на своих позициях и готовились к очередной схватке. Командиры и политработники, пользуясь затишьем в беседах с бойцами, подводили итоги боев за день, рассказывали об отличившихся, разъясняли новые задачи. В 6-й гвардейской дивизии, которой предстояло 6 июля вступить в бой, во всех подразделениях прошли партийные собрания. «Коммунисты клянутся с честью выполнить призыв Военного совета, наказ Родины,-- говорилось в резолюции, принятой на партийном совещании 8-й роты 25-го гвардейского полка. -- Враг не должен пройти и не пройдет там, где сражаются коммунисты. Собрание обязывает каждого члена и кандидата партии личным примером воодушевлять личный состав на решительную борьбу с врагом, на героические подвиги».

Ранним утром 6 июля 17-й гвардейский стрелковый корпус 13-й армии, 16-й танковый корпус 2-й танковой армии и 19-й отдельный танковый корпус при поддержке авиации нанесли контрудар по главной группировке противника. Обе стороны сражались с необыкновенным упорством. Вражеская авиация, несмотря на большие потери, группами по 80--100 самолетов непрерывно бомбила боевые порядки советских частей. В результате двухчасовой схватки враг был оттеснен к северу на 1,5--2 км.

Не сумев прорваться на вторую полосу обороны через Ольховатку, противник решил сосредоточить свои основные усилия па другом участке. С рассветом 7 июля 200 танков и 2 пехотные дивизии, поддержанные артиллерией и авиацией, нанесли удар в направлении на Поныри. Здесь держала оборону 307-я дивизия генерала М. Л. Еншина. Советское командование срочно перебросило сюда крупные силы противотанковой артиллерии и реактивных минометов. Пять раз в течение дня гитлеровцы предпринимали яростные атаки, и все они заканчивались безуспешно. Все поле перед Понырями было усеяно трупами вражеских солдат и офицеров, подбитыми и сожженными танками. Лишь в конце дня противник, подтянув свежие силы, ворвался в северную часть Понырей. Но па следующий же день он был выбит оттуда. Захваченные в плен гитлеровцы заявляли: «Под Понырями мы поняли, как далеки наши войска от Курска».

8 июля после мощной артиллерийской и авиационной подготовки враг возобновил наступление на Ольховатку. На небольшом участке в 10 км он ввел в бой еще две танковые дивизии. Теперь в сражении участвовали почти все силы ударной немецко-фашистской группировки, наступавшей на Курск с севера.

Ожесточенность боев нарастала с каждым часом. Особенно сильным был натиск врага в стыке 13-й и 70-й армий в районе населенного пункта Самодуровка. Сражавшиеся здесь стрелковые и артиллерийские части отражали за день по 13--16 атак. Исключительное мужество проявили бойцы, командиры и политработники 3-й артиллерийской истребительной противотанковой бригады. Вот что писал командир этого соединения полковник В. Н. Рукосуев в боевом донесении: «Противник занял Катару, Кутырку, Погорельцовы, Самодуровку, в направлении Теплого подтягивает 200 танков и мотопехоту и готовится ко второй атаке… 1-я и 7-я батареи мужественно и храбро погибли, но не отступили ни на шаг. Уничтожено 40 танков. В первом батальоне противотанковых ружей -- 70% потерь. 2-ю и 3-ю батареи и 2-й батальон ПТР приготовил к встрече противника. Связь с ними имею. Будем драться. Или выстоим, или погибнем».

И советские воины выстояли. Враг, хотя и продвинулся ценой исключительно больших потерь еще на 3--4 км, прорвать советскую оборону не смог. Это был его последний натиск.

За четыре дня кровопролитных боев в районе Поныри, Ольховатка немецко-фашистской группировке удалось вклиниться в оборону войск Центрального фронта всего лишь в полосе шириной до 10 км и в глубину до 12 км. На пятый день сражения она наступать уже не могла. Потеряв 42 тыс. солдат и офицеров и 800 танков, гитлеровцы вынуждены были перейти к обороне на достигнутом рубеже.

Навстречу этой группировке, пытавшейся выйти к Курску с севера- стремились пробиться вражеские войска с юга. Оборонительные рубежи Воронежского фронта штурмовали 4-я танковая армия генерала Гота и оперативная, группа «Кемпф». Общее руководство ими осуществлял командующий группой армий «Юг» фельдмаршал Манштейн. Все они были основательно биты Красной Армией зимой под Сталинградом и теперь горели страстью взять реванш. Особенно старался восстановить свой изрядно подмоченный престиж Манштейн, считавшийся среди фашистских генералов выдающимся полководцем. Фельдмаршал рассчитывал добиться этого еще в феврале и марте 1943 г., когда его войска, перейдя в контрнаступление, пытались окружить советские войска в Донбассе и южнее Харькова. Но тогда эти расчеты не оправдались. Теперь же он твердо надеялся на успех. «…Командование группы „Юг“,-- признает Манштейн в книге „Утерянные победы“, -- во всяком случае было убеждено в том, что наше наступление будет хотя и трудным, по успешным».

Главный удар противник наносил из района западнее Белгорода в общем направлении на Курск. Входившие в ударную группировку два танковых корпуса наступали в полосе около 30 км: 48-й -- из района северо-западнее Томаровки на Черкасское, Обоянь, а 2-й корпус СС -- из района севернее Томаровки на Грезное. В эту группировку враг включил основную массу танков и авиации.

Бои на обоянском направлении вылились в крупнейшее танковое сражение, которое окапало существенное влияние на весь ход и исход событий на южном фасе Курского выступа. Гитлеровцы намеревались с ходу протаранить первую и вторую полосы обороны действовавшей на этом направлении 6-й гвардейской армии генерала И. М. Чистякова. Обеспечивая главный удар с востока 3-й танковый корпус врага наступал из района Белгорода на Корочу. Здесь оборону занимали войска 7-й гвардейской армии генерала М. С. Шумилова.

С утра 5 июля, когда противник перешел в наступление, исключительно сильный натиск противника пришлось выдержать частям 52-й гвардейской дивизии полковника И. М. Некрасова и 67-й гвардейской дивизии полковника А. И. Баксова, которые входили в 6-ю гвардейскую армию. На их боевые порядки гитлеровцы обрушили огонь тысяч орудий и минометов. Сотни самолетов с душераздирающим воем пикировали на советские позиции, сбрасывая огромное количество бомб и обстреливая из пулеметов. Затем при поддержке артиллерии и авиации в атаку двинулись танки. Они шли группами от 70 до 200 машин с «тиграми» впереди, за ними следовала пехота. Уже в первый день наступления в боях участвовало до 700 танков. Но советские воины не дрогнули. Враг повсюду попадал под прицельный ураганный огонь орудий и минометов, реактивной артиллерии и всех видов стрелкового оружия. На участке 67-й гвардейской дивизии 5-й гвардейский минометный полк дал по вражеским танкам два дивизионных залпа. Огонь советской артиллерии, особенно реактивной, наводил ужас на гитлеровцев. Захваченный в плен старший гренадер из 332-й пехотной немецкой дивизии 0. Вульф заявил: «Я воевал во многих странах, но такой артиллерии, как у русских, не встречал».

Большой урон противнику наносили летчики, саперы. Авиация бомбила его боевые порядки, вражеские танки и пехота подрывались на многочисленных минных полях.

Однако, несмотря на огромные потери, гитлеровцы продолжали атаки. Наиболее жестокие бои разгорелись в районе населенного пункта Черкасское. Здесь 67-я гвардейская дивизия отбила несколько яростных атак вражеской пехоты, в которых участвовало по 70--100 и более танков. К вечеру врагу удалось вклиниться в главную полосу обороны дивизии и окружить 196-й гвардейский стрелковый полк. Но и в окружении советские воины продолжали упорно сражаться. Приковав к себе значительные силы против_жен, они замедлили его продвижение. В ночь на 6 июля полк получил приказ вырваться из окружения и отойти на новый рубеж. Его отход на одном из наиболее ответственных участков прикрывал взвод автоматчиков под командованием младшего лейтенанта Г. Ф. Алеко. Несколько часов 15 храбрецов сдерживали бешеный натиск врага. Сотни снарядов и мин выпустил он по их позициям. Ряды бойцов таяли. Держаться становилось все труднее и труднее. В эти тяжелые минуты командир взвода обратился к бойцам с призывом: «Гвардейцы! Умрем, но не отступим!» И они выстояли, обеспечив организованный отход полка на новый оборонительный рубеж.

В первый день наступления 48-й танковый корпус и 2-й танковый корпус СС вклинились в расположение советских войск на двух узких участках на глубину 8--10 км. В ночь на 6 июля командующий Воронежским фронтом выдвинул на вторую полосу обороны 6-й гвардейской армии 1-ю танковую армию генерала М. Е. Катукова, а также 2-й и 5-й гвардейские танковые корпуса. Сюда же были переброшены новые истребительно-противотанковые артиллерийские соединения и части. Танкистам было приказано закопать свои боевые машины в землю и с места расстреливать танки врага.

Во второй день сражение продолжалось с неослабевающим напряжением. Противник бросал в атаки все новые и новые силы. Стремясь прорвать оборону, он не считался с огромными потерями. Советские воины стояли насмерть. В этих боях в числе многих героев особенно отличился командир танкового взвода лейтенанта Г. И. Бессарабов. Его танк Т-34 в течение одного дня уничтожил три фашистских «тигра».

Большую помощь наземным войскам оказали летчики. Советская штурмовая авиация в борьбе с танками впервые успешно применила противотанковые авиационные бомбы, которые с большим эффектом прожигали вражеские машины. Летчики дрались дерзко, самоотверженно. В воздушном бою бессмертный подвиг совершил летчик-истребитель гвардии лейтенант Л. К. Горовец. Действуя решительно и умело, он атаковал 20 вражеских бомбардировщиков и 9 из них сбил. Такого результата в одном бою до него не добивался никто в мире. Участник многих воздушных схваток над Курской дугой дважды Герой Советского Союза генерал А. В. Ворожейкин пишет: «Девять самолетов сбить в одном воздушном бою! Мы еще не знали такого. Простой расчет показывал, что для этого нужно было произвести не менее девяти длинных очередей, и столько же раз исключительно точно прицелиться. На все потребуется по крайней мере 10 -- 15 мин. А противник ведь не на привязи, маневрирует и защищается. Однако факт -- упрямая вещь; Горовец сделал то, что теоретически считалось невыполнимым…» Гвардии лейтенант А. К. Горовец погиб в этом бою. За выдающийся подвиг Советское правительство присвоило ему высокое звание Героя Советского Союза.

К исходу второго дня сражения 2-й танковый корпус СС, наступавший на правом фланге ударной группировки, вклинился на очень узком участке фронта во вторую полосу обороны. Действовавший левее его 48-й танковый корпус был остановлен перед второй полосой. 7 и 8 июля гитлеровцы предпринимали отчаянные попытки расширить прорыв в сторону флангов и углубить его в направлении Прохоровки.

Не менее ожесточенные бои разгорелись и на корочанском направлении. До 300 вражеских танков наступали от района Белгорода на северо-восток. За четыре дня боев 3-му танковому корпусу врага удалось продвинуться лишь на 8--10 км на очень узком участке.

9--11 июля на направлении главного удара гитлеровцы по-прежнему прилагали отчаянные усилия, чтобы прорваться к Курску через Обоянь. Они ввели в бой все шесть танковых дивизий обоих действовавших здесь корпусов. Напряженные бои шли в полосе между железной и шоссейной дорогами, ведущими от Белгорода к Курску. Гитлеровское командование рассчитывало совершить марш до Курска за два дня. На исходе был уже седьмой день, а враг продвинулся лишь до 35 км. Встретив столь упорное противодействие, он был вынужден повернуть на Прохоровку в обход Обояни.

Упорные бои шли па корочанском направлении. Здесь войска 7-й гвардейской армии отражали в отдельные дни до 12 атак. Как и соединения 6-й гвардейской и 1-й танковой армий, они стояли твердо. В 73-й гвардейской дивизии доблестно сражались воины 214-го полка, которым командовал В. И. Давиденко. 9 июля на их позиции в районе села Крутой Лог двинулись 120 фашистских танков, в том числе 35 «тигров». За ними шли автоматчики. Двенадцать часов длился этот беспримерный бой. Гвардейцы сожгли и подбили 39 фашистских машин, уничтожили до тысячи гитлеровцев. При этом особенно отличились воины 3-го и 1-го батальонов. Но и сами они несли большие потери. В 3-м батальоне из 450 бойцов и командиров в строю осталось 150. Смертью героев пали командир батальона капитан Бельгии, его заместитель по политчасти капитан Мирошниченко, парторг лейтенант Сушков, комсорг лейтенант Степа. За мужество и стойкость, проявленные в этом бою, весь личный состав батальона был награжден ордепами и медалями, а капитан А. А. Бельгии, сержант С. П. Зорин и командир роты автоматчиков И. В. Ильясов удостоились звания Героя Советского Союза.

К 11 июля противник, продвинувшись на 30--35 км, вышел на рубеж Гостищево, Ржавец, но до цели ему было по-прежнему далеко.

Оценив обстановку, представитель Ставки маршал А. М. Василевский и командование Воронежского фронта приняли решение предпринять мощный контрудар. К его нанесению привлекались прибывшая в распоряжение фронта 5-я гвардейская танковая армия генерала П. А. Ротмистрова и 5-гвардейская армия генерала А. С. Жадова, а также 1-я танковая, 6-я гвардейская армии и часть сил 40, 69 и 7-й гвардейской армий. 12 июля эти войска перешли в контрнаступление. Борьба разгорелась на всем фронте. С обеих сторон в ней участвовала огромная масса танков. Особенно тяжелые бои вели войска 5-й гвардейской общевойсковой и 5-й гвардейской танковой армий в районе Прохоровки. Они натолкнулись на исключительно упорное противодействие частей 2-го танкового корпуса СС, непрерывно переходивших контратаки. Здесь произошло крупное встречное танковое сражение, в котором с обеих сторон участвовало около 1200 танков и самоходных орудий. Ожесточенная схватка длилась до позднего вечера. Многотонные стальные машины превращались в груды металлического лома. С танков летели башни, стволы пушек, на куски рвались гусеницы. Тучи пыли и дыма заволокли все кругом. Обе стороны понесли большие потери.

12 июля наступил перелом в битве под Курском. В этот день по приказу Ставки Верховного Главнокомандования в наступление перешли Брянск и Западный фронты. Сильными ударами они в первый же день на ряде участков орловской группировки врага взломали оборону 2-й танковой армии и стали развивать наступление в глубину. 15 июля начал наступление и Центральный фронт. В результате гитлеровское командование вынуждено было окончательно отказаться от своего плана уничтожить советские войска на Курском выступе и стало принимать срочные меры по организации обороны.

С 16 июля немецко-фашистское командование начало отводить свои войска на южном фасе выступа. Воронежский фронт и введенные в сражение 18 июля войска Степного фронта перешли к преследованию противника. К исходу 23 июля они в основном восстановили положение, которое занимали до начала оборонительного сражения.

Таким образом, и третье летнее наступление врага на восточном фронте полностью провалилось. Оно захлебнулось уже через неделю. А ведь гитлеровцы утверждали, что лето — это их время, что летом они могут по-настоящему использовать свои огромные возможности и добиться победы. Это оказалось далеко не так. Советские войска снова заставили врага испытать горечь крупной неудачи.

3. Сокрушительный удар

Кичливые гитлеровские генералы считали Красную Армию неспособной к широким наступательным действиям в летнее время. Неправильно оценив опыт предыдущих кампаний, они полагали, что советские войска могут наступать лишь в «союзе» с лютыми морозами. Фашистская пропаганда настойчиво создавала миф о «сезонности» советской стратегии. Однако действительность опровергла эти утверждения.

Советское командование, владея стратегической инициативой, в битве на Курской дуге диктовало врагу свою волю. Разгром наступавших группировок противника создал выгодную обстановку для перехода здесь в решительное контрнаступление, которое готовилось Ставкой заранее. План его был разработан и утвержден Верховным Главнокомандующим еще в мае. После этого он не раз обсуждался в Ставке и корректировался. К участию в операции привлекались две группы фронтов. Разгром орловской группировки врага поручался войскам Брянского, левого крыла Западного и правого крыла Центрального фронтов. Удар по белгородско-харьковской группировке должны были нанести войска Воронежского и Степного фронтов. Партизанские соединения Брянщины, Орловской и Смоленской областей, Белоруссии, а также областей Левобережной Украины получили задачу выводить из строя железнодорожные коммуникации, чтобы срывать снабжение и перегруппировки сил противника.

Задачи советских войск в контрнаступлении были очень сложными и трудными. Как на орловском, так и на бедгородско-харьковском плацдарме противник создал сильную оборону. Первый из них гитлеровцы укрепляли почти два года и рассматривали его как исходный район для нанесения удара на Москву, а второй они считали «бастионом немецкой обороны на востоке, воротами, запиравшими пути для русских армий на Украину».

Вражеская оборона имела развитую систему полевых укреплений. Ее главная полоса глубиной 5--7 км, а местами до 9 км состояла из сильно укрепленных опорных пунктов, которые соединялись траншеями и ходами сообщения. Перед траншеями были установлены проволочные заграждения и минные поля, прикрывавшиеся пулеметным и минометным огнем. В глубине обороны имелись промежуточные и тыловые рубежи. Основными ее узлами служили города Орел, Болхов, Мценск, Белгород, Харьков, Мерефа -- крупные узлы железных и шоссейных дорог, позволявшие противнику осуществлять маневр силами и средствами.

Контрнаступление решено было начать с разгрома оборонявших орловский плацдарм 2-й танковой и 9-й немецких армий, которые насчитывали до 600 тыс. человек, свыше 7 тыс. орудий и минометов, около 1200 танков и штурмовых орудий, более 1100 боевых самолетов. К проведению Орловской операции привлекались значительные силы и средства -- 1 286 тыс. человек, свыше 21 тыс. орудий и минометов, 2400 танков и самоходно-артиллерийских установок и более 3 тыс. боевых самолетов. Ее общий план, получивший условное наименование «Кутузов», заключался в одновременном нанесении войсками трех фронтов ударов с севера, востока и юга на Орел с целью охватить здесь вражескую группировку, рассечь ее и уничтожить по частям.

Войска левого крыла Западного фронта (командующий генерал В. Д. Соколовский, член Военного совета генерал Н. А. Булганин, начальник штаба генерал А. П. Покровский), действовавшие с севера, должны были сначала совместно с войсками Брянского фронта разгромить болховскую группировку врага, а затем, наступая на Хотынец, перехватить пути отхода противника из района Орла на запад и вместе с войсками Брянского и Центрального фронтов уничтожить его. В ударную группировку фронта входила наиболее укомплектованная 11-я гвардейская армия генерала И. X. Баграмяна.

К юго-востоку от Западного фронта подготовились к наступлению войска Брянского фронта (командующий генерал М. М. Попов, член Военного сонета Л. 3. Мехлис, начальник штаба генерал Л. М. Сандалов). Они должны были прорывать оборону противника с востока. При этом частям 61-й армии генерала П. А. Белова, наступавшим совместно с соединениями 11-й гвардейской армии на Болхов. Предстояло окружить и уничтожить закрепившегося там противника. 3-я армия генерала А. В. Горбатова и 63-я армии генерала В. Я. Колпакчи наносили удар из района Новосиля на Орел, охватывая вражеские войска с севера и юга.

Войска правого крыла Центрального фронта готовились к наступлению в общем направлении на Кромы. Им предписывалось пробиться к Орлу с юга и вместе с войсками Брянского и Западного фронтов разгромить группировку врага на орловском плацдарме.

Утром 12 июля в полосе наступления ударных группировок Западного и Брянского фронтов началась мощная артиллерийская и авиационная подготовка. Только на участке 3-й и 63-й армий Брянского фронта огонь одновременно вели свыше 4 тыс. орудий и минометов. За 15 минут до атаки войск Западного фронта бомбардировщики 1-й воздушной армии генерала М. М. Громова нанесли мощный удар по артиллерийским позициям и опорным пунктам противника. Вслед за бомбардировщиками на врага обрушились штурмовики. На направлении главного удара войск Брянского фронта авиационная подготовка проводилась 15-й воздушной армией генерала Н. Ф. Науменко. Перед самым началом атаки здесь на позиции противника было сброшено более 3500 фугасных и осколочных бомб.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой