Лжепредпринимательство как общественно опасное деяние

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ОГЛАВЛЕНИЕ

  • ВВЕДЕНИЕ
  • ГЛАВА 1 ЛЖЕПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО КАК ОБЩЕСТВЕННО ОПАСНОЕ ДЕЯНИЕ И ЕГО ОБЪЕКТ
  • 1.1 Предпринимательская деятельность как составная часть экономической деятельности
  • 1.2 Объект посягательства при лжепредпринимательстве
  • ГЛАВА 2 УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ОБЪЕКТИВНЫХ И СУЪЕКТИВНЫХ ЭЛЕМЕНТОВ СОСТАВА ЛЖЕПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА
  • 2.1 Объективная сторона лжепредпринимательства
  • 2.2 Субъективная сторона лжепредпринимательства
  • 2.3 Субъект лжепредпринимательства
  • ГЛАВА 3 ПРОБЛЕМЫ КВАЛИФИКАЦИИ ЛЖЕПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА
  • 3.1 Квалификация лжепредпринимательства сопряженного с незаконной деятельностью
  • 3.2 Отграничение лжепредпринимательства от смежных составов преступлений
  • ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  • БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы дипломной работы. На современном этапе развития российского общества особое значение имеет укрепление экономических отношений и дальнейшее их развитие, в том числе и тех, что связаны с осуществлением предпринимательской деятельности.

Стихийное развитие рыночных отношений, отсутствие надлежащей законодательной базы, которая вполне объективно отстает от потребностей развивающейся экономики, привели к появлению ряда преступных деяний, совершаемых в сфере экономической деятельности и направленных на нарушение существующего порядка ее ведения. К числу таких общественно опасных деяний следует отнести лжепредпринимательство, где предоставленные законом возможности для свободного занятия бизнесом используются для неправомерного обогащения. При этом под видом образованного в соответствии с законом предприятия или организации созданная коммерческая структура либо вообще ничего не производит, используя предоставляемые предприятиям льготы и иные возможности для извлечения корыстной выгоды, либо занимается незаконной деятельностью.

С появлением новых экономических отношений в начале 90-х гг. XX в. стали 'возникать кооперативы, создаваемые вовсе не для ведения хозяйственной деятельности, а для осуществления незаконных финансовых операций или для занятия запрещенными видами деятельности. Такие действия причиняли вред интересам как отдельных предприятии, так и граждан, поскольку создаваемые организации не выполняли перед ними своих обязательств, обогащались за счет их или государства в целом, в конечном итоге прекращали свою деятельность и исчезали из сферы предпринимательства. Подобные случаи получили столь широкое распространение, что законодатель был вынужден ввести в Уголовный кодекс РФ 1996 г. специальную норму, устанавливающую ответственность за лжепредпринимательство (ст. 173 УК РФ).

В соответствии с законодательной формулировкой лжепредпринимательство заключается в создании коммерческой организации без намерения осуществлять предпринимательскую или банковскую деятельность, целью которой является получение кредитов, освобождение от налогов, извлечение иной имущественной выгоды или прикрытие запрещенных видов деятельности, если в результате этого был причинен крупный ущерб гражданам, организациям или государству.

Лжепредпринимательство характеризуется достаточно высокой степенью общественной опасности не только в силу того, что в результате причиняется крупный ущерб охраняемым законом интересам, но и потому, что оно создает благоприятную почву для иных преступлений, а в отдельных случаях прямым образом способствует их совершению. Так, лжеорганизация обналичивает денежные средства других предприятий, получая за свою деятельность определенный процент от этой суммы. В свою очередь обналиченные деньги второй организации, якобы израсходованные на производственные и прочие нужды, уходят от налогообложения и не пополняют бюджет.

Следует отметить, что состав лжепредпринимательства является достаточно сложным в плане установления и доказывания всех его признаков. Видимо, этим объясняется пока еще довольно редкое применение данной уголовно-правовой нормы. Так, по данным Минюста России, в 1997 г. по ст. 173 УК было осуждено 0,05% от числа всех лиц, осужденных за экономические преступления, в 1998 г. — 0,06%, в 1999 г.- 0,02%, в 2000 г.- 0,04%, в 2001 г.- 0,3%, в 2002 г.- 0,3%, в 2003 г. — 0,4%., в 2004 г.- 0,65%, в 2005 г.- 0,8% Долгова А. И. Криминологический прогноз начала ХХI века. М., Новый юристъ. 2005. — С. 11.

Степень научной разработанности темы. Область экономических посягательств постоянно подвергается исследованию российскими и советскими учеными. Достаточно известные работы Анашкина Г. 3., Борзенков Г. Н., Волженкина В. В., Гаухмана Л. Д., Досюковой Т. В., Егоршина В. М., Иногамовой — Хегай Л. В., Кушниренко С. П., Лопашенко Н. А., Любичевой С. Ф., Тация В. Я., Шаршеналиева А. Ш. и многих других.

Целью дипломного исследования является толкование отдельных признаков состава преступления предусмотренного ст. 173 УК РФ, относящихся к характеристике его субъекта, содержанию целей совершаемого преступления, определению понятия «крупный ущерб», имеющих существенное значение для правильного применения анализируемой уголовно-правовой нормы.

Исходя из названных целей, определены следующие основные задачи дипломного исследования:

анализ российского уголовного законодательства;

обобщение материала по проблеме лжепредпринимательства;

рассмотрение возможных путей решения возникающих проблем правоприменения статьи 173 УК РФ.

Объектом исследования дипломной работы являются общественные отношения возникающие в области экономических отношений.

В прямой зависимости от объекта находится предмет исследования, который составляют:

· нормы уголовного и гражданского законодательства предусматривающие вопросы дипломного исследования;

· практика реализации норм, предусматривающих ответственность за лжепредпринимательство;

· правовой оценке и анализу случаи квалификации лжепредпринимательства по совокупности с иными преступлениями, а также отграничение его от смежных преступлений.

· тенденции совершенствования уголовного законодательства.

Методология и методика исследования. Проведенное исследование опирается на диалектический метод научного познания явлений окружающей действительности, отражающий взаимосвязь теории и практики. Обоснование положений, выводов и рекомендаций, содержащихся в дипломной работе, осуществлено путем комплексного применения следующих методов социально-правового исследования: историко-правового, статистического и логико-юридического.

Нормативную базу работы составили: Конституция Р Ф, уголовное, гражданское, налоговое, и др. законодательство РФ, РСФСР, проанализированы материалы судебной практики.

Теоретической основой исследования явились научные труды отечественных ученых в области уголовного права, а также иные литературные источники и материалы периодической печати, относящиеся к проблемам дипломной работы, в той мере, в какой они были необходимы для возможно более полного освещения вопросов избранной темы.

Структура и объем работы соответствует целям и задачам. Дипломная работа состоит из введения, трех глав, включающих в себя семь параграфов, заключения и приложения.

ГЛАВА 1 ЛЖЕПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО КАК ОБЩЕСТВЕННО ОПАСНОЕ ДЕЯНИЕ И ЕГО ОБЪЕКТ

1.1 Предпринимательская деятельность как составная часть экономической деятельности

Принятие Уголовного кодекса 1996 г. стало важным этапом реформирования уголовного законодательства России. Существенное место среди его норм занимают нормы, направленные на охрану экономической деятельности от преступных посягательств.

Уголовное законодательство в гл. 22 разд. VIII «Преступления в сфере экономики» УК выделяет целую систему преступлений, совершаемых в области экономической деятельности. Принятый в 1996 г. Уголовный кодекс уделил необходимое внимание охране экономической деятельности от преступных посягательств в новых, неизвестных ранее проявлениях. До реформирования уголовного законодательства «реальная опасность экономической преступности… оценивалась недостаточно адекватно» Дамаскин О. Экономическая преступность и коррупция // Законность. 1996. № 6. С. 40.

При анализе этой главы УК РФ и входящих в нее общественно опасных деяний возникает вопрос не только об определении их непосредственных объектов, но и о необходимости выявления общих признаков, в связи с которыми эти преступления были помещены в одну главу; о возможности объединения их в более широкие группы по признаку однородности нарушаемых общественных отношений, с тем чтобы определить правильность построения данной главы как с точки зрения законодательной техники, так и в свете прогнозов ее развития и совершенствования Власть и бизнес: взаимная ответственность. Комментарий к законодательству (постатейный) / Под ред. Жуйкова В. М., Ренова Э.Н. М. Контракт. 2004. С. 89.

Как представляется, из всей системы экономических преступлений правомерно прежде всего выделять те, что посягают на общественные отношения, регулирующие функционирование наиболее важной составной части экономической деятельности -- предпринимательской деятельности Гусева Т. А., Ларина Н. В. Индивидуальный предприниматель: от регистрации до прекращения деятельности (издание второе, стереотипное) М. Юстицинформ. 2005. С. 165. Последняя обладает только ей присущими специфическими особенностями и лишь благодаря ей возможно возникновение и иных общественных отношений в части экономической деятельности: например, отношений в кредитно-денежной сфере, которая в определенной степени обслуживает предпринимательскую деятельность и позволяет ей расширяться или держаться на определенном уровне за счет выделения для нее денежных ресурсов Хакулов М. Х. Экономические аспекты понятия предпринимательской деятельности как объекта уголовно-правовой охраны // Российский следователь. 2006. № 1. С. 23.

Самостоятельность предпринимательской деятельности вытекает из сущности человеческой деятельности по производству материальных благ. Она в то же время является законной и необходимой для жизнедеятельности любого государства, которое не только разрешает ею заниматься, но и гарантирует возможность беспрепятственного ее осуществления, конечно, если она не причиняет вред гражданам и обществу в целом. Так, Конституция Р Ф в ст. 34 устанавливает право граждан использовать принадлежащее им имущество не только для предпринимательской, но и иной не запрещенной законом экономической деятельности.

Отличительные характеристики предпринимательства можно установить обобщением имеющихся в цивилистике определений. Предпринимательская деятельность направлена на изменение окружающего мира, на овладение объектом путем усилий человека или его воздействия Каган М. С. Человеческая деятельность. М. Юрлитиздат. 1972.С. 45−46. Ее отличает новаторский и рисковый характер, а также цель -- извлечение прибыли Предпринимательское (хозяйственное) право: Учебник Т. 1. / Отв. ред. Олейник О.М. М. Норма. 1999. С. 17; Круглова Н. Ю. Хозяйственное право. М. Инфра. 1997. С. 65; Основы предпринимательства / Авт. колл.: Баранников М. М. и др. Ростов н/Д. 1999. С. 8. Предпринимательская деятельность наряду с хозяйственной и коммерческой является одной из составляющих экономической деятельности. «Вне экономической деятельности нет деятельности предпринимательской» Предпринимательское право: Учебник / Под ред. Губина Е. П., Лахно П.Г. М. Юристъ. 2001. С. 13.

Предпринимательство связано с систематическим получением прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Однако цель получения прибыли не является первостепенной, потому что основной является «создание продукта (товара), способного удовлетворить или сформировать потребности общества, и только на основе этого извлечь прибыль Карпович О. Г. Анализ актуальных проблем противодействия законной предпринимательской деятельности в уголовном законодательстве некоторых европейских государств // Внешнеторговое право. 2005. № 2. С. 22. Более того, гражданин или организация могут не ставить своей целью извлечение прибыли, но их деятельность не перестает от этого быть предпринимательской, поскольку они производят в качестве товара определенные услуги или нематериальные блага и реализовывают их на рынке» Предпринимательское (хозяйственное) право. Т. 1. С. 22.

В предпринимательском праве обычно при анализе предпринимательской деятельности подробно останавливаются на таком ее признаке, как профессионализм Предпринимательское (хозяйственное) право. Т. 1. С. 20; Мартемьянов B.C. Хозяйственное право. Т. 1. М. Бек. 1994. С. 3. Несомненно, он имеет существенное значение, поскольку позволяет отграничить этот вид деятельности от разового совершения определенных действий, направленных на создание какого-либо продукта или оказание услуги, которые передаются от одного гражданина другому на возмездной или безвозмездной основе. Нарушения тех или иных договоренностей в связи с такими взаимоотношениями не входят в сферу предпринимательских отношений, но могут регулироваться нормами гражданского права, имеющими в качестве своего объекта либо отношения собственности, либо исполнение иных обязательств. Они также могут подлежать и уголовно-правовой охране по статьям, расположенным в иных главах УК, а не в главе о преступлениях в сфере экономической деятельности Ручкина Г. Ф. Государственный контроль за законностью осуществления предпринимательской деятельности // Государственная власть и местное самоуправление. 2005. № 7. С. 24.

М. И. Моисеев наряду с профессионализмом выделяет также и такой признак, как «подача предусмотренной законом декларации о доходах» Моисеев М. Предпринимательская деятельность граждан: понятие и конститутивные признаки // Хозяйство и право. 1997. № 3. С. 72−80. А. Дьячков предлагает в определение предпринимательской деятельности включать и такие признаки, как добровольность, имущественную ответственность, осуществление ее в организационно-правовых формах, установленных законом, ведение бухгалтерского учета и отчетности в определенных законом пределах, производство обязательных выплат в специальные фонды Дьячков А. Борьбе с мошенничеством в предпринимательстве необходим новый уголовный закон // Уголовное право. 1999. № 4. С. 11. Следует согласиться со всеми вышеизложенными характеристиками предпринимательской деятельности, поскольку они построены на анализе гражданского и налогового законодательства. Вместе с тем выявление ее особенностей можно продолжить и дальше, отметив, к примеру, что она также связана с получением лицензии в соответствии со строго установленным законодательством перечнем видов деятельности, при осуществлении которых она требуется. Более того, лицензия может выдаваться на определенный срок и в дальнейшем должна возобновляться.

Можно сказать, что предпринимательская деятельность выступает в качестве фундамента для других отношений, входящих составной частью в понятие экономической деятельности. Созданный продукт или предлагаемая на рынке услуга должны быть реализованы в сфере той же самой предпринимательской деятельности, но они протекают в рамках других общественных отношений, обеспечивающих не только деятельность соответствующих предприятий, но и качественное обслуживание населения или иных оптовых потребителей, которыми могут быть юридические лица. Денежное обращение является непременным условием функционирования предпринимательской сферы, но оно может выступать также и в качестве самостоятельного объекта охраны уголовно-правовыми средствами Горелов А. П. Недостатки уголовно-правового регулирования предпринимательской деятельности // Законодательство и экономика. 2003. № 12. С. 20. Поэтому, руководствуясь изложенным, вполне обоснованно выделять самостоятельную группу общественных отношений, регулирующих в первую очередь реализацию предпринимательской деятельности, которая должна осуществляться с соблюдением установленных правил ее ведения. Нарушение этих общественных отношений ведет к тому, что, с одной стороны, предпринимательская деятельность может претворяться ее субъектами с нарушением предъявляемых к ней требований, а с другой -- могут ущемляться и права самих предпринимателей, причем со стороны как государственных органов, так и иных участников предпринимательской деятельности Горелов А. П. Уголовно-правовая охрана отношений в сфере предпринимательства // Российский следователь. 2004. № 6. С. 26.

Как справедливо отмечают исследователи-криминологи, с одной стороны, «бизнес сам нуждается в защите как от преступных посягательств, так и неразумной (с правовой и экономической точек зрения) деятельности государственных институтов, с другой -- государство, общество в целом и отдельные граждане нуждаются в защите от бизнеса, как неэффективного, так и, от криминализованного» Егоршин В. М. Экономическая преступность и экономи-ческая безопасность современной России (теоретико-крими-нологический анализ): Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. СПб. 2000. С. 5. «Предпринимательство, -- как отмечает А. III. Шар-шеналиев, -- представляющее собой один из важнейших факторов и источников роста экономики и ее эффективности, является также и одной из основных форм прямого внедрения криминальных структур в экономику, одним из способов функционирования теневой экономики» Шаршеналиев А. Ш. Проблемы борьбы с экономической преступностью в условиях перехода к рынку: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. М. 1999. С. 9. «Сфера предпринимательства, бизнеса», по мнению В. М. Егоршина, является ключевым сегментом экономики Егоршин В. М. Указ. соч. С. 29. Перечисленные моменты являются наиболее существенными для выделения предпринимательской деятельности как самостоятельного объекта уголовно-правовой охраны. Поэтому представляется вполне обоснованным говорить об отдельной группе общественных отношений, которые регулируют и обеспечивают нормальное осуществление предпринимательской деятельности.

Понятие же экономической деятельности, фундамент которой представляет предпринимательство, является более широким. Соотношение между базовыми категориями, характеризующими рыночную экономику, можно выразить «следующим образом, „экономическая деятельность“ -- „хозяйственная деятельность“ -- „предпринимательская деятельность“ Предпринимательское право. С. 14. -- „коммерческая деятельность“. Тем самым в общей категории экономической деятельности выделяются частные ее виды, отличающиеся определенными качественными признаками, позволяющими осуществлять относительно самостоятельное правовое регулирование названных видов деятельности»2. Именно в силу того, что экономическая деятельность вбирает в себя иные виды, законодатель отказался от использования в названии главы употребляемого ранее в УК РСФСР термина «хозяйственные преступления». «Оно уже не отражало сути главы, стало ей „узко“, поскольку, кроме собственно хозяйственных, в главу были включены налоговые, валютные, таможенные и другие преступления» Лопашенко Н. А. Вопросы квалификации преступлений в сфере экономической деятельности. Саратов. 1997. С. 5.

Следует отметить, что определенные научные разработки для создания новой главы Уголовного кодекса предпринимались отечественными учеными уже в 80-х гг. ушедшего столетия. Уголовно-правовой охране экономической системы СССР было посвящено одно из расширенных заседаний Координационного бюро по проблемам уголовного права, в выступлении на котором его председатель, профессор Г. 3. Анашкин, говоря о перспективах развития уголовного законодательства, отмечал, что «представляется целесообразным ввести отдельным разделом в Уголовный кодекс раздел «Посягательства против экономической системы» Анашкин Г. 3. Об основных направлениях исследования проблем совершенствования уголовно-правовой охраны эко-номической системы СССР // Уголовно-правовая охрана экономической системы СССР. М. Юрлитиздат. 1987. С. 16; Ляпунов Ю. И. Экономическая система СССР как интегрирован-ный объект уголовно-правовой охраны // Уголовно-правовая охрана экономической системы СССР. М. Юрлитиздат. 1987. С. 22; Таций В. Я. Совершенствование законодательства об ответственности за хозяйственные преступления // Уголовно-правовая охрана экономической системы СССР. М. Юрлитиздат. 1987. С. 24−27.

Выделив предпринимательство как часть экономической деятельности, охраняемой уголовным законом от преступных посягательств, необходимо определить родовой объект этих общественно опасных деяний. В качестве такового выступают общественные отношения в сфере экономики, которые, в частности, подразумевают использование собственности как экономической категории в сфере предпринимательской и иной хозяйственной деятельности. Приведенная точка зрения на родовой объект является достаточно распространенной в науке уголовного права.

Видовым объектом исследуемых преступлений выступают общественные отношения, регулирующие порядок ведения экономической или хозяйственной деятельности, которые можно свести к следующим основным группам: «производственная, коммерческая, финансовая, консультативная» Предпринимательство: Учебник / Под ред. Горфинкеля В. Я., Поляка Г. Б., Швандара В.А. М. Бек. 1999. С. 53. Именно все перечисленные сферы возможной деятельности охраняются гл. 22 УК. Поскольку экономическая деятельность осуществляется во благо всего общества в целом и отдельных его членов, некоторые авторы в качестве видового объекта выделяют интересы государства и отдельных субъектов в сфере их экономической деятельности Уголовное право Российской Федерации: Особенная часть / Под общ. ред. Борзенкова Г. Н., Комиссарова B.C. М. Юрайт. 1997. С. 246. Данное определение, в основном, его первая часть, носит несколько общий характер и не отражает специфику тех общественных отношений, на которые осуществляется посягательство. Демократическое государство в самом широком смысле защищает и гарантирует провозглашенные им права и свободы, поэтому интересы государства в этом широком смысле могут нарушаться и при совершении иных преступлений (должностных, против правосудия, порядка управления). Поэтому правильнее было бы вычленить именно ту группу общественных отношений из всей их совокупности, которым причиняется вред или создается угроза его причинения при совершении преступлений в сфере экономической деятельности. Это тем более необходимо ввиду того, что в современных условиях главенствующая командно-административная функция государства в регулировании экономических отношений отпала Мазур С. Особенности квалификации отдельных преступлений в сфере экономики // Российская юстиция. 2003. № 4. С. 23.

Лжепредпринимательство (ст. 173 УК) посягает на общественные отношения, устанавливающие основные начала предпринимательской деятельности как меры дозволенного поведения, заключающегося в рациональном использовании собственности при производстве товаров и оказании услуг в целях удовлетворения ими как отдельных граждан, так и общества в целом и с соблюдением установленных для этого правил. Более подробно характеристики непосредственного объекта посягательства будут рассмотрены ниже. В конечном итоге предпринимательская деятельность участвует в формировании национального (валового) дохода общества. Она осуществляется с соблюдением установленных государством к предпринимательству требований, не допускающих занятия как запрещенной деятельностью, так и разрешенной, но осуществляемой без соблюдения соответствующих правил с тем, чтобы при ее ведении не нарушались интересы общества и государства в целом, а также отдельных граждан и иных хозяйствующих субъектов. Совершая действия, подпадающие под ст. 173 УК, субъект тем самым не только не исполняет обязанностей, связанных с отчислением налогов и иных обязательных платежей в бюджеты различных уровней и внебюджетные фонды, но и способствует уклонению от исполнения данной обязанности иными лицами, например, в случае легализации незаконно полученных доходов или иного имущества, а также от уплаты налогов, содействуя в получении незаконных льгот.

1.2 Объект посягательства при лжепредпринимательстве

Установление непосредственного объекта посягательства любого преступления имеет важное значение, поскольку с ним связано определение места конкретного преступления в общей системе преступных деяний, предусмотренных в Особенной части УК. Как отмечал в свое время Н. Д. Дурманов, объект преступления определяет характер преступления, его общественную опасность Дурманов Н. Д. Понятие преступления. М. Юрлитиздат. 1948. С. 43; Никифоров Б. С. Объект преступления по советскому уголовному праву. М. Юридическая литература. 1960. С. 92. На необходимости изучения объекта не только «со стороны преступления, но и как элемента состава преступления» настаивал А. Н. Трайнин Трайнин А. Н. Общее учение о составе преступления. М. Госполитиздат. 1957. С. 124.

Определение непосредственного объекта совершенного общественно опасного деяния является первым этапом процесса квалификации, на котором происходит не только поиск необходимой уголовно-правовой нормы, но и осуществляются первоначальные действия, связанные с отграничением совершенного преступления от иных, только лишь внешне схожих форм преступного поведения.

С правильным установлением объекта преступного посягательства в совокупности с установленным законом объемом причиненного вреда как выразителем общественной опасности, в том числе и ее степени, связано отграничение совершенного деяния от административного правонарушения или даже признание его если не общественно полезным, то, по крайней мере, нейтральным. Последнее исключает какое бы то ни было воздействие на субъекта со стороны уголовного или иного отраслевого законодательства. Так, например, уголовная ответственность за незаконное предпринимательство, т. е. деятельность без регистрации или с нарушением правил регистрации, без лицензии или с нарушением условий лицензирования, а равно предоставление в регистрирующий орган заведомо ложных сведений, образуют состав преступления только в том случае, если причинен крупный ущерб или доход, полученный от такой деятельности, превышает 200 минимальных размеров оплаты труда (ст. 171 УК). В случаях, когда крупный ущерб отсутствует или полученный доход меньше приведенного, наступает административная ответственность. Привлечение к ответственности за лжепредпринимательство (ст. 173 УК) возможно лишь при наличии крупного ущерба Карпович О. Г. Предпринимательская деятельность как объект уголовно-правовой охраны. // Российский следователь. 2003. № 3. С. 31.

Учение об объекте преступления в российском уголовном праве получило достаточно высокий уровень разработки. В дореволюционном периоде развития научной мысли наиболее важными представляются воззрения таких известных ученых, как Н. С. Таганцев и В. Д. Спасович, причем следует отметить, что теоретические выкладки Н. С. Таганцева получили второе рождение после вступления России в так называемый постсоветский период и принятия Уголовного кодекса 1996 г., о чем будет сказано ниже.

На протяжении семидесяти лет (начиная с установления советской власти) в науке уголовного права господствующей была точка зрения, в соответствии с которой под объектом преступления понимались общественные отношения, охраняемые уголовным законом Пионтковский А. А. Учение о преступлении по советскому уголовному праву. М. Юрлитиздат. 1961; Никифоров В. С. Указ. соч.; Трайнин А. Н. Состав преступления по советскому уголовному праву. М. Юридическая литература. 1951; Гельфер A.M. Объект преступления // Советское уголовное право: Общая часть. Вып. 5. М. Наука. 1960; Коржанский Н. И. Объект и предмет уголовно-правовой охраны. М. Юрлитиздат. 1980; Таций В. Я. Объект и предмет преступления по советскому уголовному праву. Харьков. 1982; Уголовное право Российской Федерации / Под ред. Рарога А. И. (издание второе, переработанное и дополненное) М. Юристъ. 2004; Волженкин В. В. Экономические преступления. СПб. 1999; Лопашенко Н. А. Преступления в сфере экономической деятельности: понятие, система, проблемы квалификации и наказания. Саратов. 1997. Как представляется, такая точка зрения была оправдана как с общефилософских позиций, так и воззрений науки теории права, являющейся фундаментальной для всех иных правовых наук. В соответствии с общетеоретическими рассуждениями право регулирует общественные отношения. Нельзя забывать и о том, что любое теоретическое правовое построение должно отталкиваться от законодательства. Так, в принятых в 1919 г. Руководящих началах по уголовному праву РСФСР преступление определялось как деяние, нарушающее «порядок общественных отношений, охраняемых уголовным законом».

Видимо, было бы правильным признать, что при характеристике объекта преступления можно использовать понятия: «общественные отношения», «блага», «интересы», «ценности». Все зависит от того, какое преступное посягательство мы рассматриваем. Если это убийство, то, безусловно, его объектом является жизнь человека (наивысшая ценность и благо), в противном случае, как подметил С. В. Расторопов, следовало бы признать, что уголовный закон направлен не на охрану «благ, жизни, здоровья человека и др., а, наоборот, на некие формы их проявления, те или иные формы связей между субъектами их отношений» Расторопов С. Понятие объекта преступления: история, состояние, перспектива // Уголовное право. 2002. № 1. С. 39. При нарушении тайны переписки в качестве объекта выступают общественные отношения, обеспечивающие право человека на тайну частной жизни, гарантированную Конституцией Р Ф. Как нам кажется, наиболее полно и убедительно по этому поводу в свое время высказался Н. С. Таганцев. В фундаменте нормы права, указывал он, лежит «интерес жизни, интерес человеческого общежития», которые, по мнению автора, «облекаются в значение юридических благ и как таковые дают содержание юридическим нормам и в то же время служат их жизненным проявлением, образуя своей совокупностью жизненное проявление правопорядка» Таганцев Н. С. Русское уголовное право: Лекции. Общая часть. Т. 1. М. Проспект. 1994. С. 29. Вывод, который вытекает из этих суждений, заключается в том, что уголовный закон может охранять как интерес, так и определенное отношение Москаленко И. В. Проблемы дефинитивного оформления социально вредных явлений в сфере экономических отношений // Законодательство и экономика. 2004. № 12. С. 31. Следует присоединиться к точке зрения авторов учебника по уголовному праву Московской государственной юридической академии, которые считают, что «идея правового блага как объекта преступления не вызывает каких-либо возражений с одной существенной оговоркой: то или иное правовое благо или социальная ценность имеют смысл только в рамках этих отношений, они являются элементами общественных отношений, по поводу их нерушимости указанные отношения в обществе и складываются» Уголовное право Российской Федерации / Под ред. Рарога А. И. С. 97.

Родовым объектом лжепредпринимательства, как это следует из анализа структуры Особенной части Уголовного кодекса, т. е. раздела, в котором находится анализируемое преступление, являются общественные отношения в сфере экономики.

Экономика -- это сложное явление, в своей основе имеющее собственность, которая в процессе человеческой деятельности подвергается не только использованию, но и приумножению. Этот процесс можно охарактеризовать как экономическую деятельность, при осуществлении которой необходимо для всеобщего блага соблюдать правила, обеспечивающие максимальное и рациональное использование собственности в процессе созидательной, хозяйственной деятельности. Из этого определения логически вытекает понятие непосредственного объекта. Как отмечалось выше, лжепредпринимательетво входит в группу преступлений, посягающих на предпринимательскую деятельность.

Отличительная особенность предпринимательской деятельности -- систематическое получение прибыли (ст. 2 ГК РФ) от осуществления производственной деятельности, продажи товаров или оказания услуг. Поскольку лжепредприятие создается без намерения осуществлять предпринимательскую деятельность в том или ином указанном выше варианте, то, следовательно, данное деяние нарушает основное требование, предъявляемое к ней, -- получение прибыли, отчисления от которой в свою очередь не дополняют бюджет и не используются на социальные цели.

Подходя к определению непосредственного объекта посягательства при лжепредпринимательстве, необходимо исходить из того, что возникающие в сфере предпринимательской деятельности общественные отношения должны обеспечивать ее осуществление в соответствии с целями и задачами, вытекающими из потребностей общества и государства на данном этапе его развития и определяемыми его экономической политикой.

В юридической и учебной литературе по уголовному праву существуют различные трактовки непосредственного объекта посягательства. Например, Б. В. Волженкин прямо не называет непосредственный объект посягательства при лжепредпринимательстве в своей монографии, посвященной исследованию вопросов, связанных с привлечением к уголовной ответственности за совершение экономических преступлений. Вместе с тем, давая характеристику данному общественно опасному деянию, он приходит к заключению, что «подобная деятельность противоречит самой сути предпринимательства, нарушает основные принципы предпринимательской деятельности» Волженкин В. В. Указ. соч. С. 101.

На нарушении принципов ведения предпринимательской деятельности акцентируют свое внимание и иные авторы. Отталкиваясь от видового объекта лжепредпринимательства как общественных отношений, «в рамках которых осуществляется экономическая деятельность по производству, распределению, обмену и потреблению материальных благ и услуг», они приходят к выводу, что лжепредпринимательство «посягает на принципы хозяйственной деятельности» Скорилкина Н., Дадонов С, Аненнков А. Отграничение лжепредпринимательства от мошенничества // Законность. 2000. № 10. С. 4. Представляется, что в данное определение можно внести некоторые уточнения. Во-первых, родовым объектом данных преступлений, как это следует из анализа структуры Особенной части Уголовного кодекса, т. е. раздела, в котором находится анализируемое преступление, являются отношения в сфере экономики. Во-вторых, «сферы родового объекта», о которых упоминают авторы, видимо, скорее всего, образуют видовые объекты, из определения которых должно вытекать понятие непосредственного объекта посягательства. Указанные авторы в качестве непосредственного объекта посягательства выделяют «общественные отношения, обеспечивающие интересы экономической деятельности в сфере предпринимательства» Скорилкина Н., Дадонов С, Аненнков А. Указ. соч. — С. 5−6. В такой трактовке приведенное определение представляется чрезмерно лаконичным. Направленность интересов определяется, прежде всего, теми целями, которые ставит перед собой деятельность хозяйствующих субъектов. В свою очередь эти интересы могут быть достаточно широкими и многоплановыми. Если учесть, что экономическая деятельность складывается из финансовой, внешнеэкономической и прочей, то данное определение непосредственного объекта в принципе может быть применимо к характеристике любого объекта посягательства из числа практически всех преступлений, перечисленных в гл. 22 УК. Приведенное определение является своего рода обобщающим понятием и, на наш взгляд, совершенно справедливо определяет объект посягательства, но только не непосредственный, а видовой, преступлений, содержащихся в соответствующей главе Уголовного кодекса.

При такой оценке непосредственного объекта посягательства стираются различия между преступлениями в кредитной сфере и преступлениями против собственности. Отмеченные автором объекты являются дополнительными, поскольку в первую очередь нарушаются основные требования, предъявляемые к добросовестной и легальной предпринимательской деятельности, несоблюдение которых в свою очередь влечет за собой нарушение имущественных интересов граждан, организаций и государства.

Руководствуясь отмеченным, представляется возможным следующим образом определить непосредственный объект посягательства лжепредпринимательства.

Лжепредпринимательство (ст. 173 УК) посягает на общественные отношения, устанавливающие основные начала предпринимательской деятельности как меры дозволенного поведения, которое заключается в рациональном использовании собственности при производстве товаров и оказании услуг с целью удовлетворения в них как отдельных граждан, так и общества в целом, и с соблюдением установленных для этого правил.

Рассматривая проблемы, связанные с квалификацией преступлений, совершаемых в сфере экономической деятельности, отдельные авторы высказывают мнение, что помимо так называемого основного непосредственного объекта посягательства они зачастую посягают и на дополнительные объекты. Представляется, что подобное утверждение в полной мере относится и к лжепредпринимательству.

В качестве дополнительного объекта в соответствии с формулировкой ст. 173 УК могут выступать либо интересы граждан в сфере экономической деятельности, либо организаций или государства в целом. Использование в диспозиции указанной нормы описания отмеченных признаков через запятую по правилам законодательной техники и грамматического толкования юридической нормы приводит к бесспорному выводу о том, что для наличия оконченного состава преступления достаточно установить причинение крупного ущерба хотя бы одному из перечисленных в норме возможных потерпевших (если так можно выразиться с некоторой долей условности). Таким образом, перечисленные дополнительные объекты, как это принято в теории уголовного права, относятся к так называемым дополнительным факультативным объектам.

Данный вывод обоснованно вытекает из формулировки диспозиции ст. 173 УК, в которой прямо говорится о причинении крупного ущерба. Если таковой не причинен, не нарушены интересы перечисленных субъектов, то и неправомерно ставить вопрос о наличии уголовно наказуемого деяния. Из приведенного следует очень важное заключение, которое сводится к тому, что для привлечения к уголовной ответственности за лжепредпринимательство помимо основного объекта необходимо установить один из дополнительных факультативных объектов.

ГЛАВА 2 УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ОБЪЕКТИВНЫХ И СУЪЕКТИВНЫХ ЭЛЕМЕНТОВ СОСТАВА ЛЖЕПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА

2.1 Объективная сторона лжепредпринимательства

Объективная сторона лжепредпринимательства включает создание коммерческой организации без намерения осуществлять предпринимательскую или банковскую деятельность, но для достижения своих определенных целей, если это повлекло за собой причинение крупного ущерба гражданам, организациям, государству.

В отличие, к примеру, от незаконного предпринимательства, лжепредпринимательство с формальной стороны выглядит вполне правомерной деятельностью: организация зарегистрирована в установленном законом порядке, имеет лицензию на ведение конкретной деятельности. Однако фактически такая организация либо вообще ничего не производит и не оказывает каких-либо услуг, либо занимается деятельностью, запрещенной действующим законодательством.

Диспозиция анализируемой уголовно-правовой нормы сформулирована таким образом, что создается впечатление, что уголовно-наказуемым является уже сам факт создания лжекоммерческой организации при наличии соответствующих целей, перечисленных в законе. Вместе с тем уголовная ответственность наступает только лишь в случае причинения крупного ущерба, который, естественно, не может иметь место и быть установлен лишь в момент создания лжепредприятия, необходимо, чтобы прошел какой-то промежуток времени и виновный совершил последующие действия, не только доказывающие его намерения, но и повлекшие за собой причинение конкретного крупного ущерба Карпович О. Г. Уголовная ответственность за незаконную предпринимательскую деятельность // Юрист. 2003. № 2. С. 21. Таким образом, правоприменитель должен расширительно толковать ст. 173 УК и при предъявлении обвинения доказывать не столько сам факт создания такого предприятия, сколько последующую деятельность, которая привела к получению кредитов, освобождению от налогов и т. п.

О неудачной формулировке диспозиции ст. 173 УК говорит и Б. В. Волженкин, отмечая, что «ущерб все-таки причиняют те действия, которые осуществляет данная организация, прикрываясь соответствующей предпринимательской структурой», а не сам лишь факт ее создания Волженкин Б. В. Указ. соч. С. 102.

Существующая формулировка ст. 173 УК, как считают отдельные авторы, позволяет привлекать к уголовной ответственности только за создание лжеорганизации. «Приобретение в любой форме уже созданной организации, а равно использование для целей, указанных в составе, организации, находящейся в процедуре банкротства, под ст. 173 УК не подпадает» Лопашенко Н. А. Преступления в сфере экономической деятельности: Комментарий к главе 22 УК. Ростов н/Д. 1999.С. 173; Лопашенко Н. А. О некоторых проблемах законодательной регламентации и квалификации преступлений в сфере экономической деятельности // Актуальные проблемы квалификации и расследования преступлений в сфере экономики. Самара. 2001. С. 18.

Представляется, что под термином «создание» законодатель имел в виду любые способы возникновения, образования коммерческой организации, а не только ее первоначальную регистрацию. Под созданием в данном случае следует понимать и приобретение уже существовавшей ранее организации любым способом. Например, в результате заключения договора купли-продажи юридического лица, ранее осуществлявшего предпринимательскую деятельность, с тем, чтобы использовать его в дальнейшем в качестве лжеорганизации; приобретения уже «готовой» фирмы, т. е. зарегистрированной иными лицами.

Прежде всего необходимо отметить, что в ст. 173 УК законодатель установил ответственность за создание только коммерческой организации, а не любого юридического лица. В соответствии с п. 2 ст. 50 ГК РФ коммерческие организации могут создаваться в форме хозяйственных товариществ (полное товарищество или товарищество на вере) и обществ (акционерное общество с ограниченной или с дополнительной ответственностью), производственных кооперативов, государственных и муниципальных унитарных предприятий. Таким образом, создание любой другой, т. е. некоммерческой, организации, а также регистрация в качестве индивидуального предпринимателя даже при наличии указанных в диспозиции ст. 173 УК целей и причинении крупного ущерба не может квалифицироваться как лжепредпринимательство.

Порядок создания коммерческой организации регламентируется гражданским законодательством, в соответствии с которым допускается как образование вновь создаваемой коммерческой организации, так и реорганизация юридического лица при выделении из его состава другой организации. При этом реорганизация может быть осуществлена в форме слияния, присоединения, разделения, выделения или преобразования.

Вне зависимости от способа создания коммерческой организации она считается созданной с момента ее государственной регистрации (п. 2 ст. 51 ГК). В свою очередь, в соответствии с п. 2 ст. 11 Федерального закона РФ от 8 августа 2001 г. «О государственной регистрации юридических лиц» регистрация признается оконченной после внесения регистрирующим органом соответствующей записи в государственный реестр.

Нельзя забывать и о том, что лжеорганизация потому и называется так, что она не занимается своей уставной деятельностью, если не сказать, что она не занимается никакой деятельностью вообще, поэтому использование слова «создание» представляется более уместным, чем какое-либо другое. Слово «создание» заключает в себе некий завершенный процесс, констатацию того факта, что лжеорганизация уже существует. Вся деятельность лжеорганизации, конечно, протекает в виде совершения тех или иных действий, которые выступают лишь способом реализации целей, поставленных ее созданием: обналичивание денег, сдача внаем помещений и получение от этого имущественной выгоды без производства соответствующих отчислений, но это всего лишь способ извлечения для себя любой выгоды, которая проистекает в рамках созданной лжеорганизации. Дать исчерпывающий перечень этих способов в законе невозможно и не нужно, поскольку с появлением любого нового, не указанного в законе способа, при наличии причиненного ущерба, преступников нельзя будет привлечь к уголовной ответственности. С другой стороны, толкование уголовного закона, которое имеет место при применении любой уголовно-правовой нормы, логично приводит к выводу, что помимо простого создания -- регистрации лжеорганизации, должны быть совершены иные действия, повлекшие причинение ущерба, но эти действия, повторимся, являются лишь способом достижения преступных целей.

Как отмечают авторы одного из комментариев к Уголовному кодексу, мнимое предприятие не выполняет обязанностей, «вытекающих из учредительных документов юридического лица, в течение времени, которое необходимо и достаточно для исполнения этих обязанностей в соответствии с обычаями делового оборота, как они регламентируются в ст. 5 ГК РФ» Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. Лебедева В. М., Скуратова Ю. И. М. Инфра-М-Норма. 2002. С. 437. Данное определение с некоторыми дополнениями может быть принято за основу при определении, является ли данная организация мнимой или у нее не хватает финансовых средств и организационных возможностей для начала осуществления своей деятельности.

Гражданское законодательство не устанавливает какие-либо строгие сроки, в течение которых организация должна начать осуществлять предпринимательскую деятельность.

Представляется, что это время должно быть необходимым и достаточным для исполнения обязанностей в соответствии с обычаями делового оборота. В качестве такого критерия можно, в частности, рассматривать отсутствие какой-либо предпринимательской деятельности в течение налогового периода, под которым понимается календарный год или иной период времени, по окончании которого определяется налоговая база и исчисляется сумма налога, подлежащая уплате.

Наряду с этим, основанием для признания созданного предприятия лжеорганизацией могут быть следующие обстоятельства: истечение значительного времени, прошедшего с момента регистрации; отсутствие необходимого штата работников или невыплата заработной платы при наличии таковых, что может мотивироваться невыполнением необходимой работы; отсутствие серьезного обоснования своей деятельности и перспективного плана и т. п. Свидетельством того, что созданная организация не намеревалась заниматься своей уставной деятельностью, может быть внесение в документы искаженных данных о ее учредителях, местонахождении, использование вымышленного адреса юридического лица, указание в качестве руководителя несуществующего лица, умершего гражданина или субъекта, паспорт которого был использован без его ведома или был им утерян или похищен.

Учитывая приведенные выше обстоятельства, в то же время нельзя не принимать во внимание положение гражданского законодательства (ст. 49 ГК), которое, устанавливая правоспособность коммерческих организаций, позволяет им, за исключением унитарных предприятий, заниматься любой деятельностью, даже не отраженной в уставе (естественно, кроме запрещенной).

Несомненно может иметь место ситуация, при которой учредители или руководитель коммерческой организации при ее создании хотели заниматься определенной деятельностью, но ряд неблагоприятных обстоятельств помешал этому. Например, было уничтожено или повреждено имущество, которое должно было участвовать в соответствующей производственной деятельности, как в результате злоумышленных действий посторонних лиц, так и в силу стихийных обстоятельств. Но, как представляется, подобные форс-мажорные обстоятельства можно установить и исключить преступную мотивацию в деятельности субъекта.

Определение крупного ущерба представляет собой один из наиболее сложных вопросов из тех, с которыми сталкиваются правоохранительные органы в своей практической деятельности. Как следует из анализа уголовного закона, этот критерий является обязательным признаком объективной стороны состава лжепредпринимательства.

Законодательного определения размера крупного ущерба нет ни в самой ст. 173 УК, ни в примечании к ней, где был бы разрешен данный вопрос, как это имеет место применительно к иным составам преступлений, в которых фигурирует такой признак, как крупный размер. Проблема определения крупного ущерба как оценочного понятия является достаточно актуальной для науки уголовного права. Отдельные авторы даже предлагают ввести в Общую часть УК РФ специальные статьи (под общим заголовком), которые должны будут содержать в себе основные понятия, используемые в Уголовном кодексе, или увеличить количество примечаний к статьям Особенной части, в которых должны содержаться понятия, используемые в этих статьях Кострова М. Оценочная лексика в уголовном законе: проблемы теории и практики // Уголовное право. 2001. № 2. С. 20; Иногамова-Хегай Л.В. О совершенствовании уголовно-правовых норм об ответственности за преступления в сфере экономической деятельности // Уголовно-правовые и криминологические проблемы борьбы с преступностью в сфере экономики. М. Проспект. 2001. С. 72.

Обращаясь к понятию крупного ущерба, которое являлось предметом исследования многих ученых, анализирующих данный признак применительно к тем или иным составам преступлений, следует отметить прежде всего его многомерность и различные количественные показатели в отношении разных преступлений. Причем эти различия в количественной характеристике не всегда поддаются логическому объяснению, но зачастую в первую очередь зависят от объекта посягательства, т. е. тех общественных отношений, которые нарушаются в результате совершенного преступления.

Можно констатировать, что в основе определения крупного ущерба лежит значимость объекта посягательства и степень тяжести наступивших последствий. Но если мы обратимся к статьям Уголовного кодекса, то обнаружим, что понятие «крупный ущерб» как признак преступления употребляется в основном лишь в диспозициях статей, устанавливающих ответственность за экономические преступления. Поэтому когда осуществляется посягательство на отношения в сфере экономики, где все поддается определенной материальной оценке, крупный ущерб должен выражаться в конкретной денежной сумме как универсальной мере всех материальных ценностей. В иных сферах общественной и государственной жизни в случае совершения преступлений нарушаются такие интересы, которые могут и не поддаваться денежной оценке, например ущемление прав и свобод личности при злоупотреблении должностными полномочиями (ст. 285 УК). В этих случаях единственно правильным будет употребление такого термина, как «вред», который в отдельных случаях уточняется как существенный, т. е. значительный, превышающий обычные рамки.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой