Массовые беспорядки

Тип работы:
Дипломная
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Оглавление

  • Введение
  • Глава 1 Понятие массовых беспорядков
  • 1.1 Массовые беспорядки: исторический экскурс в проблематику массовых беспорядков
  • 1.2. Понятие и классификация массовых беспорядков
  • 1.3 Международно-правовые нормы и зарубежное законодательство о массовых беспорядках
  • Глава 2 Квалификация массовых беспорядков по элементам состава преступления
  • 2.1 Объект массовых беспорядков
  • 2.2 Объективная сторона массовых беспорядков
  • 2.3 Субъективная сторона массовых беспорядков
  • 2.4 Субъект массовых беспорядков
  • Заключение
  • Список источников и литературы

Введение

Актуальность темы исследования. Сложная социально-экономическая и политическая ситуация в стране, распад идеологических скреп обусловили появление в обществе на почве различий экономических, национальных, религиозных, политических и других интересов очагов напряженности и конфликтов. Складывающаяся в настоящее время ситуация накладывает определенный отпечаток на состояние борьбы с преступностью в целом и ее отдельными видами. В известной мере это касается и массовых беспорядков.

Дело в том, что в период демократических преобразований, происходящих в нашем обществе, становятся популярными явления массового характера, включая проведение различных митингов, шествий, демонстраций и т. п. В этих условиях приобретают распространенность и явления массового характера, носящие негативные оттенки, причиняющие (могущие причинить) ущерб общественному порядку и общественной безопасности. В этой связи вполне обоснованным можно считать вывод, согласно которому с учетом возрастающей интенсивности развития общества следует ожидать эскалацию такого рода преступлений, как массовые беспорядки. В отдельных регионах так и происходит.

Представляется важным отметить и то, что в условиях РФ национальные проблемы относятся к числу наиболее острых и болезненных, представляющих сегодня реальную угрозу для проводимых в ней кардинальных преобразований. Анализ экстремальных ситуаций, вызванных межнациональными конфликтами, позволяет предполагать, что данный фактор массовых беспорядков вряд ли будет преодолен в ближайшей перспективе, напротив, есть достаточные основания прогнозировать дальнейшее ухудшение положения.

Это в значительной степени определяет важность выбранной темы работы. Вместе с тем актуализация указанной темы связана и со слабой теоретической разработанностью данной проблематики.

Проблемам массовых беспорядков в дореформенный период уделялось незначительное внимание. Существовало мнение, согласно которому с построением социализма отпадала реальная почва для возникновения массовых беспорядков. Однако, несмотря на это, в стране имели место отдельные вспышки массовых беспорядков, которые не предавались широкой огласке. В этой связи научное изучение этого явления не проводилось, а в учебной литературе внимание данному преступлению уделялось лишь потому, что данная норма существовала в уголовном кодексе. Как следствие, при расследовании дел, возбужденных по фактам массовых беспорядков, практические работники и по сей день сталкиваются с трудностями в квалификации действий их участников. Несмотря на обновление и усовершенствование конструкции состава преступления, массовые беспорядки (ст. 212 УК РФ), действия, рассматриваемые в теории уголовного права как «массовые беспорядки», на практике нередко оцениваются как групповое хулиганство, групповое нарушение общественного порядка, групповой захват оружия и иные составы преступлений.

Степень научной разработанности. В процессе изложения основных теоретических выводов автор опирался, прежде всего, на труды Г. А, Аванесова, А. И. Алексеева, Б. А. Блиндера, П. Ф. Грищанина, Ю. Н. Демидова, А. Ф. Майдыкова, А. А. Абдульманова, С. А. Старостина, Л. Д. Гаухмана, И. М. Гальперина, Б. В. Здравомыслова, Н. И Загородникова, И. И. Карпеца, С. Г. Келинос, М. И. Ковалева, В. Н. Курдявцева, П. Ф. Кузнецовой, Г. М. Миньковского, и других.

Основной целью исследования является проведение уголовно-правового анализа массовых беспорядков и попытка определить пути повышения эффективности борьбы с ними, а также разработать в этом русле научно — обоснованны рекомендации законодательного и практического свойства.

Для достижения указанной цели сформулированы следующие основные задачи:

— исследование исторических этапов развития уголовно-правовой нормы и ответственности за совершение массовых беспорядков;

— раскрытие сущности и определение понятия массовых беспорядков;

— уголовно-правовой и криминологический анализ массовых беспорядков;

— выявление причин возникновения, социально — психологических признаков и особенностей, свидетельствующих о повышенной социальной опасности преступлений данного вида, и лиц их совершивших;

— изучение социально-правовой природы массовых беспорядков и иных групповых преступлений, схожих по своей внешней природе с массовыми беспорядками;

— разработка научно-практических рекомендаций по совершенствованию уголовного законодательства и иных нормативных актов в целях обеспечения эффективности уголовно-правовой борьбы с данным видом преступления.

Объектом исследования являются массовые беспорядки, уголовно — правовые и криминологические проблемы, уголовная ответственность за их совершение, социально-психологические и иные факторы, влияющие на правоприменительную деятельность правоохранительных органов, в т. ч. органов внутренних дел в сфере борьбы с массовыми беспорядками.

Предметом исследования являйся его непосредственные элементы: проблемы уголовно-правовой оценки массовых беспорядков, криминологические проблемы массовых беспорядков, уголовно-правовой анализ, правоприменительная деятельность (практика) правоохранительных органов в борьбе с массовыми беспорядками и эффективность борьбы с ними.

Методология и методика исследования базируется на общеметодологических позициях современной юриспруденции. Автором были использованы социологические, правовые и криминологические методы исследования, в том числе формально-логический, сравнительный, системный, анкетирование, интервьюирование, изучение законодательства и экспертные оценки.

Новизна исследования. Научная новизна исследования состоит в том, что на основе сравнительного изучения законодательства Российской Федерации определены исторические этапы возникновения и развития уголовному правовой нормы, установившей ответственность за массовые беспорядки, и её изменение на разных этапах развития общества; изучены исторические аспекты становления, феномена «толпы».

Теоретическая и практическая значимость исследования определяется значением развития теоретических основ уголовно-правовой нормы массовых беспорядков и эффективностью борьбы с ними.

Изложенные положения, выводы и предложения могут быть использованы деятельности правоохранительных органов, осуществляющих борьбу с этим видом преступления. Выработанные рекомендации, как он полагает, окажут методическую помощь в правильной квалификации действий участников массовых беспорядков, в организации предупреждения и профилактики этого вида преступлений, а также в их пресечении и нейтрализации.

Структура и объем работы. Дипломная работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка источников и литературы

Глава 1 Понятие массовых беспорядков

1.1 Массовые беспорядки: исторический экскурс в проблематику массовых беспорядков

Важной и необходимой составной частью изучения проблемы преступности, в том числе такого общественно опасного деяния, как массовые беспорядки, является исследование исторических этапов развития уголовно-правовых норм, направленных на борьбу с массовыми беспорядками.

Первым крупным памятником отечественного права является Русская Правда, основным источником которой выступало обычное право. Создание этого документа исследователи относят к началу XI в. Русская Правда в своих различных редакциях (Краткая, Пространная, Сокращенная Правда) обобщила отдельные законы, принимавшиеся князьями, что означало определенную систематизацию правовых норм. Краткая Правда не предусматривала нормы, карающей суровым наказанием учинение беспорядков или иных подобных действий большим числом людей. Ст. 31 упоминает лишь о наказании в случае совершения преступления несколькими лицами, что стало прообразом института соучастия.

Пространная Правда устанавливала ответственность за поджог хранилища собранного урожая — гумна или двора. По мнению исследователя А. А. Зимина, это свидетельствовало о том, что составители Правды добивались принятия норм, карающих лиц, пытавшихся открыто выступать против них Памятники русского Права / Под ред. Юшкова С. В. М., Юридическая литература. 1952. С. 175.

В условиях отсутствия единого централизованного государства и правовых актов, в том числе содержащих уголовно-правовые запреты, важную роль играли судные грамоты отдельных княжеств и феодальных республик. Так, Новгородская судная грамота, относящаяся к XV в., отражала своеобразие социально-политического устройства, особенности экономического развития этого важнейшего торгового и ремесленного центра Древней Руси. В ст. 6 названного документа 'запрещалось «наводить наводки», т. е. побуждать толпу к нападению на суд либо на противную сторону. «А истцу на истца наводки не наводить, ни на посадника — ни на иных судей» — указывается в статье. «А кто наведет наводку на посадника или на тысяцкого… или на иных судей, ино взять… на виноватом на боярине 50 рублев.» Российское законодательство Х-ХХ веков. Т. 1. / Под ред. Чистякова О. И. М., Юридическая литература. 1984. С. 304.

Новгородская судная грамота, Псковская грамота, а также Двинская уставная грамота, являясь кодифицированными актами универсального назначения, стали прообразами законодательных актов единого централизованного Московского государства. К числу последних прежде всего надо отнести Судебник Ивана III (1497 г.). Имея в своей основе ст. 7 Псковской грамоты, Судебник (ст. 9) перечисляет особо опасные преступления против государства и церкви, а также деяния, совершаемые феодально — зависимым населением против своих господ: «А государскому убойце и коромолнику, церковному татю и головному, и подымщику, и зажигалнику, ведомому лихому человеку живота не дати, казнити его смертного казнью» Владимирский-Буданов М. Ф. Хрестоматия по истории русского права. М., Статут. 2005. С. 352.

Судебник не раскрывал содержание используемых в тексте понятий. Поэтому спорным остается определение многих субъектов и составов преступных деяний. Например, в досоветской исторической науке термин «подымщик» трактовался преимущественно как поджигатель дома, двора, жилого помещения (дыма), в отличие от поджигателя укреплений города — «зажигалника». Высказывались и иные точки зрения. Так, И. И. Срезневский, основываясь на текстах летописных известий, относящихся к XV в., связывает слово «подымщик» со значениями глагола «подымати» — поднимать, вооружать, возбуждать. По его мнению, «подымщик» в соответствии со ст. 9 Судебника 1497 г. есть лицо, поднимающее, возбуждающее кого-то (население или его часть) против основ правопорядка Владимирский-Буданов М. Ф. Хрестоматия по истории русского права. М., Статут. 2005. С. 275.

Новым этапом в развитии юридической практики средневековой Руси является Судебник 1550 г. В нем был приведен перечень наиболее тяжких преступлений (ст. 61). Однако здесь полностью повторена приведенная выше норма Судебника 1497 г. По-прежнему устанавливалась суровая кара «подымщиков»,"зажигальников".

Артикул воинский Петра 1 (1715 г.) устанавливал норму ответственности за тяжкое государственное преступление — возмущение и бунт, организованные многими людьми. Каждое такое деяние «без всякой милости имеет быть виселицею наказано» (арт. 137). В толковании к норме говорится: «В возмущении надлежит виновных на месте и в деле самом наказать и умертвить. А особливо, ежели опасность в медленни есть, дабы чрез то другим страх подать и оных от таких непристойностей удержать (пока не расширится) и более б не умножилось» Российское законодательство Х-ХХ веков. Т. 4. / Под ред. Чистякова О. И. М., Юридическая литература. 1986. С. 362,379. Таким образом, закон достаточно четко формулировал и опасность указанных действий, которые могут привести к более широкому их распространению, и необходимость применения суровой репрессии.

В дореволюционной России актом, регламентирующим вопросы v связанные с совершением толпой общественно опасных деяний, был Устав Благочиния или Полицейский от 8 апреля 1782 года. С этого периода перечень нормативных актов, регламентирующих вопросы общественно опасных деяний толпы, принятых в России, был значительно расширен следующими нормативными актами: «Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845, 1857, 1885 годов, «Устава о наказаниях, налагаемых Мировыми судьями»; «Устава о предупреждении и пресечении преступлений»: «Уголовного Уложения» 1903 года. Устав благочиния (или как его называли «полицейский») 1782 г. ввел в сферу уголовно-правового реагирования такое деяние, как «учинение сходбища, скопа». Статья 272 Устава гласила: «Кто учинит сходбище подозрительное» либо скоп, либо взлом оград, либо «несильное завладение недвижимого имения, того имать под стражу и отослать к суду» Российское законодательство Х-ХХ веков. Т. 5. / Под ред. Чистякова О. И. М., Юридическая литература. 1987. С. 384−385. В тексте Устава не раскрывается содержание понятий «сходбище» и «скоп», поскольку явно подразумевается совершение каких-либо действий толпой. Обращение к словарям русского языка свидетельствует, что «скопище» означают «толпа», «сборище», «все вместе», «сообща».

Применительно к общественно опасным деяниям, совершаемым толпой, в законодательстве этого периода используются такие понятия как «скопище», «смута», «бунт».

В юридической литературе начала XIX века «скопище» определяется как «публичное скопление многих в явном намерении защищать соединенными силами свою частную волю против объявленной государственной воли». «На последовавшие приказания начальства разойтись по своим домам, они останутся на месте собранными и неразлучными» Фейербах П. И. Уголовное право в 3-х книгах. Книга 2. М., Статут. 2004. С. 42.

Согласно Своду законов уголовных 1832 года, понятие бунта раскрывалось как «восстание скопом или заговором многих подданных против Верховной власти». Сюда же были отнесены и беспорядки, не преследовавшие такой цели, однако, говоря языком законодателя, «результатом которых явилось потрясение коренных, основных учреждений государства» Российское законодательство Х-ХХ веков. Т. 6. Законодательство первой половины XIX века. / Под ред. Виленского Б. В. М., Юридическая литература. 1991. С. 183.

В Уложении 1845 года прямо было указано на направленность умысла при совершении бунта: «…ниспровергнуть правительство во всем государстве или некоторой его части, или же переменить образ правления, или же изменить установленный порядок наследия престола». Таким образом, беспорядки, не имеющие умысла указанного в законе, не могли признаваться бунтом, и относились к преступлениям против порядка управления.

С принятием Уложения 1903 года была введена такая категория, как «смута» (как особый вид государственных преступлений). С. В. Познышев дал следующую характеристику смуты: «В общеупотребительном смысле смута означает тревожное состояние общества, брожение умов, распространившееся на многих недовольство, негодование или какое другое беспокойное состояние» Познышев С. В. Учебник уголовного права. Общая часть. М., Юриздат Наркомюста. 1923. С. 311.

В ст. 289 Уложения указывалось, что если «зачинщики или участники в преступном против властей восстании… учинят сами либо по их распоряжению или возбуждению будет учинено смертоубийство или зажигательство», то они должны подвергнуться самому суровому (за исключением смертной казни) наказанию — лишению всех прав состояния и ссылке в каторжные работы на рудниках без срока.

Дальнейшее развитие отечественное законодательство об ответственности за преступления, направленные против общественного спокойствия и порядка управления, получило в Уголовном уложении от 22 марта 1903 г. Этот законодательный документ, являясь логическим продолжением ранее разработанного Уложения (1885 г.), расширил сферу уголовного права относительно рассматриваемых преступлений. Так, в гл. 5 «О смуте» была законодательно определена система норм (ст. 120−123 Уложения) о преступном участии и организации публичного скопища.

К группе преступлений, вызывающих и сопровождающих так называемую смуту внутреннюю, относилось, прежде всего, участие в преступных скопищах, грозящих причинением или наносящим вред государственной либо общественной безопасности. Состав уголовно наказуемого деяния образовывали действия, когда «виновный не оставил публичного скопища, от коего заведомо потребовано было полицейской властью, чтобы оно разошлось». В таких случаях данное лицо могло быть подвергнуто аресту на срок не свыше трех месяцев (ст. 120). Если для рассеяния скопища была признана вооруженная сила, то лицо, не покинувшее толпы после предъявленного требования разойтись, наказывалось заключением в тюрьму.

Самостоятельный состав преступления образовывали действия участников скопища, подстрекавших других лиц к «ослушанию предъявленному требованию разойтись» (ч. 4 ст. 120). Таким образом, преступное деяние считалось совершенным при двух условиях: наличии факта требования указанного характера и не удалении виновного из толпы по его инициативе.

Ответственность участников публичного скопища согласно ст. 122 Уложения возрастала, если они соединенными силами совершили действия" предусмотренные ст. 269−1 Уложения 1885 г., либо оказали сопротивление или вызвали принуждение, определенные статьями 142, 145 Уложения 1903 г. Квалифицированный состав преступления образовывали действия лица, «устроившего или руководившего при учинении предусмотренных сею статьей деянии, или подстрекавшего к их учинению или продолжению, или употребившего при учинении оных оружие» (ст. 122 Уложения).

А.В. Лохвицкий пишет: «…в этих бурных движениях, обыкновенно» к нескольким зачинщикам пристает масса людей, отчасти не знающих настоящей цели движения, отчасти даже просто из-за любопытства, и чем далее, тем более растет толпа: шумное движение имеет притяжательную силу, в особенности, для праздных людей. Наконец, правительству не может быть желательно, подвергать тяжким наказаниям массы граждан, такое наказание приносит вред государству, разоряя местности, производя множество беспомощных сирот, сохраняя в памяти потомства день и причины движения, словом, порождая неприязненные силы" Лохвицкий А. В. Курс русского уголовного права. М., Спарк. 1995. С. 385.

В Уголовное Уложение Законом от 9 декабря 1891 года была введена новая статья 269. В ней перечислялись побуждения, которыми руководствовались участники скопища и которые являлись исчерпывающими по мнению редакторов нового Уложения. Однако, в разъяснении Правительствующего Сената по делу Ивлева и др. (1906r.N 23) было указано, что «значение поводов, указанных в ст. 269−1(прим), нельзя признать исчерпывающим», и был указан такой повод как «слухи, волнующие общественное спокойствие» Добровольский В. И. Предметно-алфавитный Свод решений Уголовно-кассационного департамента Правительствующего сената с 1893 по 1907. М., Статут. 2003. С. 565.

После Октябрьской революции 1917 года законодатель отнес массовые беспорядки к категории контрреволюционных преступлений, которые карались по всей строгости революционного времени. Как правило, массовые беспорядки в тот период возникали в результате недовольства, порой самых широких слоев населения, теми или иными преобразованиями, вносимыми новой властью.

В 1922 году с принятием первого УК РСФСР впервые сформулирован состав преступления массовые беспорядки (статьи 75,77), помещенные во 2-ой раздел главы «О преступлениях против порядка управления» «Государственные преступления».

В УК 1922 года ответственность была дифференцирована в зависимости от характера и степени участия виновных в совершении преступления. В соответствии со ст. 75 УК того периода определялась ответственность за участие в массовых беспорядках при отягчающих обстоятельствах, которыми являлись вооруженность участников и совершение ими погромов, убийств, оказание вооруженного сопротивления властям. При этом различалась ответственность организаторов, подстрекателей, непосредственных исполнителей погромов и других преступлений; лиц, оказавших вооруженное сопротивление властям, прочих вооруженных участников беспорядков, а также пособников и укрывателей.

Статья 77 УК предусматривала ответственность за участие в массовых беспорядках без отягчающих обстоятельств, В этом случае различие проводилось между организаторами и подстрекателями, с одной стороны, и всеми другими участниками беспорядков (исполнителями, пособниками, укрывателями) — с другой. Признавались уголовно наказуемыми агитация и пропаганда, содержащие призывы к массовым беспорядкам (ст. 83), Согласно ст. 82 их участники, не V совершившие тяжких преступлений (прежде всего предусмотренных ст. 75) и вовлеченные в беспорядки по малосознательности и невежеству, могли быть приговорены к условному наказанию.

1-го января 1927 года вступил в действие Уголовный кодекс РСФСР (1926г.), который без существенных изменений воспроизвел соответствующие статьи УК РСФСР 1922 года. Новый У К не содержал главы, называвшейся «Государственные преступления». Глава 1 называлась «Контрреволюционные преступления», а глава 2 — Преступления против порядка управления". Таким образом, положение о государственных преступлениях состояло из двух разделов:

1. «О преступлениях контрреволюционных» и «Об особо для СССР опасных преступлениях против порядка управления». Новый У К несколько смягчил санкции.

Положение «О преступлениях государственных» предусматривало ответственность за массовые беспорядки в статье 16, которая была помещена в разделе «Особо опасные для Союза ССР преступления против порядка управления». Массовые беспорядки перестали считаться контрреволюционным преступлением. Была исключена уголовная ответственность за агитацию и пропаганду, содержавших призывы к совершению массовых беспорядков. Из числа квалифицирующих был исключен признак вооруженности.

Часть I статьи 16 Положения предусматривала ответственность за массовые беспорядки, сопровождавшиеся погромами, разрушением железнодорожных путей или иных средств сообщения и связи, убийствами, поджогами и другими подобными действиями.

Законодатель провел разграничение между организаторами, руководителями и участниками" совершающими указанные действия или оказавшими вооруженное сопротивление власти. Выделялась также отдельная категория лиц — «не совершившие указанных действий», т. е. пособники и укрыватели.

В части 2 статьи 16 устанавливалась ответственность за совершение действий, не отягченных погромами, разрушениями и т. п. Единственными условиями применения этой нормы остались оказание явного неповиновения законным требованиям властей, а также противодействие исполнению последними возложенных на них обязанностей или понуждение их к исполнению явно незаконных требований.

Таким образом, как и ранее, законодательные органы тщательно определяли санкцию в соответствии с характером и степенью общественной опасности преступления и личности виновного, устанавливали различные меры и сроки наказания, в необходимых случаях вводили альтернативные санкции, предоставляя судам широкую возможность индивидуализации наказания в пределах санкции закона.

Уголовный кодекс РСФСР 1926 г. (ст. 59−2), союзное Положение о преступлениях государственных 1927 г. (раздел «Особо опасные для Союза ССР преступления против порядка управления»), которое действовало вплоть до 1959 г., делили массовые беспорядки на два вида Собрание законов СССР. 1927. № 12. Ст. 123, 286. Часть 1 ст. 16 Положения предусматривала ответственность за массовые беспорядки, сопровождавшиеся погромами, разрушениями железнодорожных путей или иных средств сообщения и связи, убийствами, поджогами и другими подобными действиями. При этом разграничивалась ответственность организаторов, руководителей и тех участников, которые непосредственно совершили указанные действия или оказали вооруженное сопротивление власти, и ответственность других участвовавших в беспорядках лиц, не совершивших названных действий.

Часть 2 ст. 16 Положения устанавливала ответственность за массовые беспорядки, не отягченные погромами, разрушениями и иными подобными действиями, но сопряженные с явным неповиновением законным требованиям властей, или с противодействием исполнению последними возложенных на них обязанностей, или понуждением их к исполнению явно незаконных требований.

Законом бывшего СССР от 25 декабря 1958 года «Об уголовной ответственности за государственные преступления (ст. 16), а затем УК РСФСР 1961 года (ст. 79 и аналогичные статьи УК бывших союзных республик) уголовно-правовой состав рассматриваемого преступления был определен как «организация массовых беспорядков, сопровождавшихся погромами, поджогами, разрушениями и другими подобными действиями, а равно непосредственное совершение их участниками указанных выше преступлений или оказание ими вооруженного сопротивления власти».

В Уголовном кодексе РСФСР 1960 г. не раскрывались признаки состава преступления, определяемого как массовые беспорядки, что значительно усложнило правильную квалификацию противоправных действий, совершаемых в ходе групповых нарушений общественного порядка, и отграничение массовых беспорядков от смежных составов преступлений (например, от злостного хулиганства, посягательства на жизнь и здоровье сотрудников правоохранительных органов).

Принятие четвертого в истории России У К, вступившего в силу с 1 января 1997 года ознаменовало собой новый этап в развитии российского уголовного законодательства.

1.2 Понятие и классификация массовых беспорядков

Для более полной характеристики массовых беспорядков требуется разделить процессы их зарождения, протекания и ликвидации, поскольку во временном плане удобно выявить и проследить их характерные черты на каждом этапе, выработать стратегию и тактику действий органов внутренних дел.

Это важно еще и для более полного раскрытия состава рассматриваемого преступления, прогнозирования его развития. Однако следует оговориться, что жесткое деление здесь вряд ли уместно, т. к. зачастую конфликты развиваются стремительно, и невозможно с достаточной четкостью определить ту или иную стадию.

И, тем не менее, на первой стадии, как правило, определяются противоборствующие стороны. Основой их разделения могут быть различия в национальности, вероисповедании, политической ориентации и т. д., когда интересы и цели одной стороны категорически не приемлемы другой, создается образ врага, возрастает напряженность между сторонами. Обстановка может ухудшаться вследствие возникновения проблем в социально-экономической сфере, роста преступности, усиления роли неформальных объединений и др. причин.

Значительно повышают напряженность недостатки в деятельности органов государственной власти и местного самоуправления, отсутствие информации об обстановке, низкая профилактическая работа органов внутренних дел.

На второй стадии стороны обычно переходят к активным действиям. В связи с этим быстрыми темпами возрастает количество совершаемых преступлений, происходят нападения на органы внутренних дед с целью завладения оружием.

Характерным признаком третьей стадии является выход ситуации из-под контроля. Учащаются нападения на ОВД, воинские формирования, целью преступников становится не только завладение оружием, но и захват заложников. Объектом нападения становятся здания органов государственной власти и местного самоуправления. В конфликт втягиваются новые участники, увеличивается число жертв среди населения, не участвующего активно в беспорядках.

Характеризуя описанные этапы возникновения массовых беспорядков, следует отметить некоторые особенности каждого из них Петров С. В. Рекомендации по организации деятельности ОВД в условиях межнациональных конфликтов. М., Академия МВД РФ. 1997. С. 9−13. Прежде всего, необходимо обратить внимание на временные рамки, продолжительность. Отдельные из них могут протекать длительное время. Наиболее продолжительными являются первый и третий этапы. Начало первого определить достаточно сложно. Можно лишь предполагать, что на этом этапе обозначились противоборствующие стороны и причины массовых беспорядков. О начале второго этапа свидетельствуют возросшая активность толпы, проявление позиций противоборствующих сторон, начало столкновений" рост напряженности. Третий этап характеризуется началом массовых беспорядков. Его окончание — снятие напряженности и ликвидация причин их возникновения.

Неотъемлемый элемент массовых беспорядков — толпа — скопление людей, объединенных каким-либо интересом. Существует ряд особенностей, социально — психологических феноменов, рождающихся в толпе. Обобщая их, выделим наиболее существенные.

Во — первых, это повышенная внушаемость людей. Поведение толпы оказывает сильное воздействие, как на поведение отдельных ее участников, так и на реакцию государственных органов. Люди верят любой информации, их критичность в оценках резко падает. Логика, здравый смысл, предвосхищение последствий, совесть, страх оказываются подавленными, поведение людей подчиняется импульсу «быть как все».

Во — вторых, в толпе человек утрачивает свою индивидуальность, в массе людей он деперсонализируется, его интеллектуальный уровень снижается. Толпа обеспечивает анонимность, тем самым личная ответственность каждого перекладывается на толпу в целом, т. е. создается впечатление, что ее участник ни за что не отвечает. Именно этим качеством толпа привлекает людей — вседозволенностью при минимуме ответственности.

В — третьих, жестокость толпы. Известен эффект Латейна, названный по имени исследователя, впервые его описавшего. Вероятность помочь человеку, копавшему в беду, находится в обратной зависимости от числа свидетелей его трудностей. Повышенная эмоциональность и чувство безопасности толкают толпу на проявление агрессии в отношении даже того, к чему обычно относятся сдержанно.

В — четвертых, лидерство. Толпа готова последовать за любым человеком, дающим властным тоном четкие распоряжения. Опытный агитатор может подтолкнуть толпу к насилию, превратить группу обиженных людей в агрессивное, мстительное сборище. С другой стороны, даже один человек своим предложением, командой может успокоить толпу и увести ее в другом направлении.

В — пятых, паника. Она возникает, когда толпа чувствует близость опасности, а единственное спасение — бегство, когда путь спасения только один, а другие — заблокированы, запружены, движение по ним остановлено. Предполагается этот путь открыть, и толпа силой прокладывает себе дорогу, давя и сметая впереди идущих.

Учитывая эти факторы, можно сделать вывод, что в нормальной обстановке толпа может быть безопасной — не нарушает законов, не угрожает общественному порядку, людям. Основания беспокойства появляются, когда толпа выходит за эти нормальные рамки. Массовые беспорядки возникают тогда, когда толпа: а) собирается с целью открыто выразить свое недовольство по определенным вопросам, а затем переносит свой гнев на людей, имеющим к этим вопросам какое-то отношение и не согласных с толпой, б) бесконтрольно разрастается за счет любопытных наблюдателей, в) подстрекается опытными агитаторами к противоправным действиям, г) состоит из двух или более групп с противоположными взглядами и позициями.

Исследование массовых беспорядков показало, что они, являясь опасным преступлением, подрывают основы общества, дестабилизируют обстановку, нарушают нормальную жизнь граждан, работу предприятий, учреждений и организаций. К сожалению, в процессе их протекания наблюдается известная инертность и негибкость со стороны государственных органов, недостаточная активность в борьбе с ними. Как правило, отсутствует достоверная информация о числе участников, масштабе противоправных действий, материальных последствиях, что значительно затрудняет возможности борьбы с этим видом преступлений.

До последнего времени массовые беспорядки преподносились как деликты, направленные в основном против социалистического строя.

Такой подход, очевидно выгоден руководителям страны, поскольку, не вдаваясь в суть проблемы, не исследуя причин явления, различного рода беспорядкам давалась антисоветская, антисоциалистическая оценка.

Основные усилия направлялись на поиски виновных и решение второстепенных задач. Фактически игнорировалось предположение, что в обществе в результате накопления недостатков социально-политического, экономического, этнического, идеологического, экологического характера массовые беспорядки могут быть средством разрядки накопившегося насильственного потенциала.

Таким образом, с учетом сказанного, массовые беспорядки можно определить как действия толпы, представляющие реальную угрозу для общественного порядка и личной безопасности граждан и общественной безопасности и выражающиеся в совершении насилия, погромов, поджогов, в уничтожении имущества, применении огнестрельного оружия, взрывчатых веществ и устройству также вооруженного сопротивления власти, повлекшие нарушение нормального функционирования государственных, общественных организаций, учреждений и предприятий, транспорта, восстановление которого невозможно без применения неотложных, специальных мероприятий и привлечения дополнительных сил и средств.

Глубина исследования того или иного явления во многом зависит от всестороннего изучения его свойств, что в свою очередь достигается широким подбором критериев (признаков), характеризующих это явление. Понять природу массовых беспорядков можно лишь с помощью тщательного их анализа, который, по нашему мнению, должен начинаться с классификации.

Некоторыми практическими работниками органов внутренних дел была предпринята следующая классификация массовых беспорядков. В качестве критерия классификации взяты характер и их последствия. С учетом этого выделены два типа деликтов: общий и особенный. Общий составляют беспорядки, которые выражаются в погромах учреждений, магазинов, киосков и т. д., уничтожении транспортных средств, поджогах и других подобных действиях. Особенный — беспорядки, выражающиеся в погромах квартир граждан Майдыков А. Ф. Управление органами внутренних дел при предупреждении и пресечении массовых беспорядках в населенных пунктах. Лекция. Академия МВД СССР. М., 1985. — С. 5−7. К обоим типам беспорядков авторы относят и совершенные сопутствующие преступления. К первому типу они относят беспорядки в Душанбе, Андижане, ко второму — в Баку, Сумгаите.

Другие авторы классифицируют массовые беспорядки по целевому содержанию Демидов Ю. Н. Массовые беспорядки: уголовно-правовой и криминологический аспекты. М., Норма. 2004. С. 68. Это беспорядки, явившиеся результатом политических мероприятий (митинги, демонстрации и т. п.), беспорядки, возникшие случайно или спонтанно в результате конкретных конфликтов на национальной, расовой почве и, наконец, беспорядки на почве групповых хулиганских действий и массовых нарушений общественного порядка.

Однако эти классификации не могут вместить в себя всего многообразия массовых беспорядков. Поэтому возникает необходимость их конкретизации и упорядочения. Среди различных критериев классификации наиболее существенными" на наш взгляд, являются: причины возникновения, характер, наступившие последствия, место возникновения, продолжительность и число участников массовых беспорядков.

Большую часть преступлений (с учетом сказанного выше) составляют массовые беспорядки в населенных пунктах. Они обычно возникают в тех местах или в непосредственной близости от тех мест, которые являются источником конфликта, вызывают недовольство людей или против которых это недовольство направлено, это могут быть правительственные здания, поскольку протестующая группа придает им символическое значение, ощущает их связь с политикой, с которой она не согласна, предполагает, что люди, там работающие, могут устранить причину их недовольства; такими объектами могут быть здания органов внутренних дел, органов местного самоуправления.

Нередко массовые беспорядки возникают в местах значительной концентрации людей: на площадях, проспектах и т. д.

Если в основу классификации массовых беспорядков положить причины их возникновения, то можно определить массовые беспорядки политического, экономического, социального, этнического, религиозного, экологического характера, а также беспорядки, вызванные неправомерными действиями работников милиции.

Иллюстрацией массовых беспорядков этнического характера являются события 19−21 февраля 1990 г. в Ферганской долине. Агрессия толпы была направлена против турок — месхетинцев. Массовые беспорядки 3 марта 1990 года в Ташкентской области возникли из-за недовольства местного населения деятельностью государственных органов по размещению турок — месхетинцев в доме отдыха на территории района. Начавшийся у здания администрации области митинг перерос в массовые беспорядки, повлекшие тяжкие последствия: три человека погибли, 131 человек получили телесные повреждения, сожжено 14 автомашин и здание отдела внутренних дел.

Известны случаи возникновения массовых беспорядков, характеризующихся антимилицейскими настроениями. Так, 23 августа 1984 года в г, Лениногорске (Татария) беспорядки возникли во время похорон 16-летней девушки, погибшей в результате наезда на нее и ее сестру милиционера-водителя отдела вневедомственной охраны. Аналогичные случаи имели место и в других регионах (Тамбовской области, г. Комсомольске-на-Амуре и др.).

Вместе с тем следует отметить, что неквалифицированные, порой преступные действия работников органов внутренних дел являются поводом, а не причиной возникновения массовых беспорядков. Органы внутренних дел зачастую сами становятся объектом нападения. Так был в Кишиневе 10 ноября 1989 г.

Положив в основу классификации продолжительность, можно выделить длительные и эпизодические массовые беспорядки. Анализ показывает, что массовые беспорядки, возникающие на почве у межнациональных отношений, являются, как правило, длительными.

Массовые беспорядки следует различать по наступившим последствиям. Очевидно, что между массовыми беспорядками, совершенными в г. Кишиневе, где телесные повреждения различной тяжести подучили 93 человека и был нанесен незначительный материальный ущерб, и массовыми беспорядками в Ошской области, где погибло 238 человек, телесные повреждения получили 1371 человек, а материальный ущерб составил, примерно, 80 млрд руб., нельзя ставить знак равенства. Представляется также необходимым различать массовые беспорядки, повлекшие и не повлекшие смерть людей.

Классифицируя массовые беспорядки по числу их участников, приходится сталкиваться с проблемой отличия этого преступления, например, от злостного хулиганства.

Разграничение данных деликтов, как отмечалось ранее, происходит главным образом по объекту преступления, на который они направлены. Отличительный признак массовых беспорядков — это преступная форма проявления недовольства деятельностью (бездеятельностью) органов власти или управления, направленная против этих органов.

Подводя итог, обозначим следующую схему классификации массовых беспорядков Старостин С. А. Управление органами внутренних дел при чрезвычайных ситуациях (правовые и организационные аспекты). М., БЕК. 1994. С. 32., предложенную в своей работе С. А. Старостиным которой автор полностью солидарен.

1. По причинам возникновения:

а) политические, б) экономические, в) социальные, г) этнические, е) религиозные, ж) экологические, з) по причине неправомерных действий работников милиции.

2. По характеру:

а) общего характера (выражаются в погромах учреждений, магазинов, киосков и т. д., поджогах и других подобных действиях).

б) особенного характера (выражаются в погромах квартир граждан).

3. По тяжести наступивших последствий:

а) повлекшие смерть людей, б) с телесными повреждениями различной тяжести, в) с причинением значительного материального ущерба.

4. По месту возникновения:

а) в населенных пунктах, б) в исправительных учреждениях.

5. По продолжительности:

а) длительные, б) эпизодические.

6. По числу участников:

а) до 100 чел, б) до 1000 чел, в) до 10 000 чел, г) более 10 000 чел.

Массовые беспорядки как сложное социальное явление требуют специального и глубокого изучения причин и поводов их возникновения, генезиса, форм и методов предупреждения и борьбы с ними органов внутренних дел. На наш взгляд, особенность преступления «массовые беспорядки» заключается в специфике причин, как правило, социально-экономического характера; психологии участников противоправных действий и политико-правовых последствиях.

Массовые беспорядки в той или иной форме возможны в любом обществе, независимо от его политического устройства. Более того, это одна из форм проявления отношения определенных групп людей к этому обществу, следовательно, причины массовых беспорядков как социально — политического явления надо искать в основах самого общества, государственного устройства, экономическом положении, взаимоотношениях различных этнических групп и слоев населения.

Анализ понятия «массовые беспорядки» включает определение таких составляющих его понятий, как «массовый», т. е. совершаемый большим количеством людей Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., Русский язык. 2003. С. 343., проявляющийся не в единичных случаях, являющийся не единичным Словарь русского языка в 4-х томах. Т. 2. / Под ред. Евгеньевой А. П. М., Русский язык. 1987. С. 261. и слова «беспорядок» — отсутствие, нарушение порядка Ожегов С. И. Указ. соч. С. 51.

В литературе, при исследовании различных аспектов массовых беспорядков, большинство авторов Дьяков С. В., Игнатьев А. А., Карпушин М. П. Ответственность за государственные преступления. М., Юрлитиздат. 1988. С. 109. определяет их понятие через соответствующую норму уголовного закона, предусматривающую ответственность за организацию и активное участие в массовых беспорядках.

Так, Григорьев В. Н. попытался определить массовые беспорядки следующим образом массовые беспорядки — это умышленные действия, совершаемые большой группой людей — толпой, посягающие на основы общественного порядка и безопасности и сопровождающиеся погромами, разрушениями, поджогами и другими подобными действиями или оказанием вооруженного сопротивления власти Григорьев В. Н. Расследование массовых беспорядков в условиях чрезвычайного положения. М., Юрайт. 2008. С. 5.

Необходимо отметить и такую особенность массовых беспорядков: возникшие на основе одного социального конфликта, они могут превратиться в другой, и наоборот. Может произойти «наслоение» одного основания на другое.

По ныне действующему уголовному законодательству термин «толпа» не используется. Представляется, что употребляемый законодателем термин «массовые беспорядки» означает — беспорядки, совершаемые большим количеством людей Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., Русский язык. 2003. С. 376. или, иными словами, совершаемые толпой. Этот термин широко применяется в юридической литературе Дьяков С. В., Игнатьев А. А., Карпушин М. П. Ответственность за государственные преступления. М., Юрлитиздат. 1988. С. 109−111; Григорьев В. Н. Расследование массовых беспорядков в условиях чрезвычайного положения. М., Юрайт. 2008. С. 5−14. при анализе уголовно-правовых аспектов массовых беспорядков, этим и определяется, на наш взгляд, объективность обозначения названного феномена в аспекте исследуемой проблемы.

Используется этот термин и в социологии Войтоловский А. Очерки коллективной психологии. М., Госиздат. 1925. С. 198. Однако исследование феномена толпы не проводилось. К этому вопросу обратились в начале 70-х годов, когда происходило становление отечественной науки социальной психологии. В социологии же прочно утвердился термин «толпа», который ныне используется в литературе. Не подвергая сомнению существующую точку зрения, представляется возможным использование определения толпы, которое имеется в социологической литературе: как «контактной» внешне неорганизованной общности, отличающейся высшей степенью конформизма составляющих ее индивидуумов, действующей крайне эмоционально и единодушно" Социальная психология / Под ред. Предвечного Г. П., Шерновина Ю. А. М., Наука. 1975. С. 283.

В социальной психологии существует классификация основных видов толпы: повстанческая, агрессивная, спасающаяся, стяжательская, экстатическая Социальная психология / Под ред. Предвечного Г. П., Шерновина Ю. А. М., Наука. 1975. С. 288. Предложенная научная классификация не является исчерпывающей и носит условный характер, свойственный любому аналогичному определению, отражая в общих чертах присущую данному явлению сущность.

Анализ произошедших массовых беспорядков за период с 1987 по 1998 годы показывает, что толпе присущ агрессивный Неклюдов В. Совершенствование деятельности ОВД и ВВ по предупреждению и пресечению массовых беспорядков М., Академия МВД. 1991. С. 91. характер, иногда с националистической ориентацией.

Основными мотивами вступления людей в толпу являлись: ложное понимание интересов нации, корысть, месть. При анализе мотивации действий участников массовых беспорядков выявляется своеобразная особенность: толпа с агрессивной ориентацией возникает, как правило, на базе отрицательных эмоций некоторой части населения, недовольной условиями жизни, политикой, проводимой руководством области, республики. Состояние недовольства может трансформироваться в ненависть, которая определяет агрессивность поведения ее участников Там же. С. 91.

Другие исследователи рассматривают это определение как слишком узкое, ибо оно не включает в себя иные типы поведения, которые обычно рассматриваются (могут рассматриваться) как агрессивные, хотя имеют иное целевое назначение.

Хотя эти истолкований, агрессии как межиндивидуального. поведенческого феномена характеризуются определенными различиями, общим для них является то, что агрессия так или иначе связывается непосредственно с нанесением вреда другому объекту. К межиндивидуальной агрессии относят различные поведенческие реакции, причиняющие вред другим Алиев Р. Х. Насильственная преступность в России: состояние и проблемы предупреждения // Общество и право. 2008. № 1. С. 23−25.

Агрессивность взбудораженной толпы увеличивается в несколько раз ввиду ее многочисленного и разнородного состава. В этом заключается повышенная социальная опасность массовых беспорядков. Действия, предусмотренные диспозицией статьи УК, предполагают именно агрессию. Совершить массовые беспорядки без использования элементов агрессии невозможно, поэтому законодатель подразумевает этот признак в объективной стороне состава преступления.

Большинство авторов определяет массовые беспорядки как преступление, выражающееся в совершении конкретных действий, предусмотренных в диспозиции статьи 212 УК Р Ф Арипов Э. А. Предупреждение массовых беспорядков // Российский следователь. 2008. № 8. С. 20. Однако в ходе массовых беспорядков совершаются деяния, которые содержат признаки составов других преступлений. Массовые беспорядки являются особым конгломератом различных преступных деяний. В состав массовых беспорядков входят такие самостоятельные составы преступления, как поджоги, погромы, уничтожение имущества, причинение вреда личности и т. п., а вместе указанные в законе деяния подобного рода называются массовыми беспорядками, т. е. совокупности определенных преступлений, преступных действий, включая и их организацию.

С социологических позиций массовые беспорядки — это организованное группой лиц или отдельным лицом действие (совокупность действий) с участием толпы, направленное на нарушение общественного порядка и общественной безопасности, нарушение национального и расового равноправия, совершаемые с целью дестабилизации обстановки и выселения неугодных определенным кругам этнических групп из мест постоянного проживания.

В рассматриваемом преступлении толпа не может быть пассивной, не является простым сборищем любопытных или просто зрителей. Уголовная ответственность в законе дифференцирована в соответствии с содеянным каждым из числа организаторов, исполнителей, подстрекателей и пособников.

1.3 Международно-правовые нормы и зарубежное законодательство о массовых беспорядках

«Основу стабильности государства и международного сообщества могут составлять лишь гарантированные права человека» Мелешников А. В. Права человека и международно-правовая ответственность за их нарушение // Государство и право. 1992. № 3. С. 95. Использование правоохранительных органов для пресечения массовых беспорядков или, как их чаще называют, гражданских беспорядков не должно противоречить международным правовым нормам. Известно, что далеко не каждое публичное выступление вызывает силовое противодействие властей.

Например: в соответствии с Международным пактом о гражданских и политических правах признается право каждого человека на мирные шествия и собрания. Пользование этим правом не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые необходимы в интересах государственной или общественной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод других лиц. Статья 4 этого пакта определяет, что меры, применяемые государством, не должны влечь за собой дискриминацию на основе расы, цвета кожи, пола, языка, религии, социального положения. Ст. 21 определяет право любого человека на свободу мирных собраний или ассоциаций Международный пакт от 16. 12. 1966 г. «О гражданских и политических правах» // Бюллетень Верховного Суда Р Ф. 1994. № 12. С. 45. Сила должна применяться только как крайняя мера. Весь вопрос в том, как и когда это делается и какие при этом преследуются цели. Если цель — защита конституционного строя, законности, правопорядка, то пропорциональное угрозе, сдержанное применение силы оправдано не только с точки зрения международного права, оно находит понимание и у граждан.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой