Медико-социальные аспекты демографии

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Социология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ

ПЕНЗЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

МЕДИЦИНСКИЙ ИНСТИТУТ

КАФЕДРА ГИГИЕНЫ, ОБЩЕСТВЕННОГО ЗДОРОВЬЯ И ЗДРАВООХРАНЕНИЯ

Медико-социальные аспекты демографии

Выполнила: студ. 5 курса,

гр. 07лл2

Кожевникова Т.С.

Преподаватель: к.м.н., доцент

Зубриянова Н. С

Пенза

2011

Содержание

Введение

Из истории развития науки

Проблемы воспроизводства населения России

Проблема нежелательной беременности и социального сиротства в современной России

Качество рождающегося потомства и репродуктивные потери

Меры по оптимизации репродуктивного процесса

Медико-демографическая характеристика населения трудоспособного возраста

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Показатели демографической обстановки являются важнейшими индикаторами социально-экономических процессов в стране. Исследование таких демографических показателей, как рождаемость, смертность и естественное движение населения страны, позволяет как в среднесрочной, так и в долгосрочной перспективе не только спрогнозировать изменения возрастно-половой структуры населения, но и определить экономические и социальные последствия естественного прироста или убыли населения. Экономические и социально-политические преобразования в России за последнее десятилетие значительно повлияли на социально демографическую ситуацию в стране. Именно с осуществляемыми в стране реформами связаны процессы количественного, качественного, структурного и географического движения населения, а также изменения в экономическом положении, производственной мотивации и общие установки и устремления значительных групп населения. Поэтому в последние годы отмечается определенный всплеск исследований и внимания к проблемам демографии,

социально-экономического положения, социальной и демографической политики.

Тесная функциональная взаимосвязь между экономическим развитием общества и уровнем здоровья различных групп населения не вызывает сомнения. Динамика изменения здоровья и особенности патологии человека рассматриваются как функциональный элемент единой антропоэкологической системы. Ухудшение геоэкологической ситуации неблагоприятно воздействует на человеческий вид, как одно из звеньев экосистемы, и приводит к формированию устойчивых тревожных тенденций: снижение темпов рождаемости, рост смертности и, как следствие — сокращение естественного прироста населения. Особенно тревожная ситуация складывается в России: устойчивая депопуляция в результате кардинального изменения динамики демографических процессов — падения рождаемости при сверхвысоком уровне смертности населения [2; 4; 7; 18]. Численность населения России сократилась с 147,7млн. человек в 1990 г. до 142,0 в 2008 г., или на 3,8% - т. е. за последние 17 лет исчез из популяции (не родился или умер) каждый 26-й житель нашей страны! Крайне опасным является демографическое старение населения России — преобладание доли лиц старше трудоспособного возраста (21,0% в 2008 г.) над населением младшего возраста до 17 лет (15,8%), в то время как в 1990 г. соотношение было обратным (соответственно 18,7% и 24,5%) В связи с вышеизложенным необходимо проанализировать сложившуюся ситуацию и в срочном порядке принять меры по пути выхода из неё. В данной работе будут рассмотрены изменения основных динамических показателей и возможные причины, влияющие на рождаемость и смертность населения России, а также факторы и мероприятия, необходимые для изменения демографической ситуации в лучшую сторону.

Из истории развития науки

Корни демографической науки уходят вглубь тысячелетий. В древнем мире и во времена средневековья знания и представления о народонаселении формировались бессистемно в общей массе недифференцированных научных знаний: кое-где проводились отдельные попытки регулировать семейное поведение, рождаемость. В то же время мыслители (Конфуций, Платон, Аристотель) обращали внимание на взаимосвязь численности населения и ее общего развития. В XVIII в. были предприняты первые попытки наблюдать изменение числа умерших, родившихся и численности населения в отдельных странах. В конце XVIII — начале XIX в. в США были заложены основы современной переписи населения (1790 г.), был налажен текущий учет населения. В России в середине XVIII в. М. В. Ломоносов первый обратил внимание на проблемы «сохранения и умножения российского народа». Большое внимание Ломоносов уделял проблеме прироста и сбережения народа, справедливо полагая, что от этого зависит процветание и могущество государства. В XIX в. встал вопрос о роли и месте демографии в социально-экономическом развитии. Повышается описательный характер,

рассматриваются состав и движение населения. В середине XIX в. предпринимаются попытки изучения социальной дифференциации рождаемости и смертности такими учеными, как Г. Ф. Кнапп (Германия), Л. А. Бертильон (Франция).

Центральным объектом изучения в демографии становится воспроизводство населения, в связи с чем в ряде стран принимаются различные законы, касающиеся народонаселения. Исследователи второй половины XIX в. подходят к трактовке воспроизводства населения как единого взаимосвязанного процесса. В. Борткевич начал, а Р. Бек и Р. Кучинский завершили разработку показателей, характеризующих результат воспроизводственного процесса.

Наконец, в 1855 г. появляется термин «демография» в названии книги французского ученого А. Гийяра «Элементы статистики человека, или сравнительная демография». 19−22 сентября 1853 г. в Брюсселе состоялся созванный по инициативе Кетле 1-й международный статистический конгресс. Гийяр был в числе его участников, прибывших в частном порядке. Был поставлен вопрос о разработке единой номенклатуры причин смерти, применимой во всех странах, об учете при переписи фактического населения

вместо юридического, намечена программа регистрации рождений, смертей, браков и разводов. В русский язык термин вошел с 1870-х гг. в связи с работами 8-й сессии Международного статистического конгресса в Петербурге 1872 г., а первоначально употреблялся как синоним статистики населения. В 20−30-е гг. ХХ в. были сделаны шаги к международному

сотрудничеству. Предпринимаются первые попытки вести демографические исследования во взаимосвязи с другими общественными явлениями. Демография утверждается в роли общественной науки. В XX столетии становление и развитие демографии в России нашло отражение в трудах К. Германа, П. Семенова-Тяньшаньского, А. И. Чупрова. Ю. А. Янсона. До начала 1930-х гг. в СССР велись активные демографические исследования. Были организованы в 1919 г. Демографический институт АН УССР в Киеве и в 1930 г. Демографический институт АН СССР в Ленинграде. Исследовались проблемы воспроизводства населения: закономерности смертности и рождаемости, причем большое внимание уделялось социальным факторам рождаемости, тенденциям формирования и развития семьи. Развивалась методология демографического прогнозирования. Отечественная демография

в этот период связана с именами Б. Ц. Урланиса, С. А. Новосельского, В. В. Паевского, О. А. Квиткина, С. Т. Струмилина, М. В. Птухи, С. А. Томилина и др. В связи с глобальными историческими потрясениями, которые Россия переживает с 30-х по 50-е гг. ХХ столетия, развитие демографической науки в России приостанавливается, значительно сокращается объем работ по демографическим проблемам. Возрождение отечественной демографии началось лишь в конце 1950-х гг., когда возникла потребность во всестороннем изучении населения. Изучение закономерностей воспроизводства населения, а также взаимосвязи роста населения и социально-экономического развития позволило демографии оформиться в самостоятельную общественную науку. С конца 1950-х до начала 1960-х гг. стал очевиден объективный процесс необходимости комплексного изучения широкого круга проблем народонаселения, осуществляемого наряду с демографией целым рядом других наук и научных направлений. Огромный вклад в разработку теоретических проблем взаимо-связи наук внес коллективный труд под редакцией Д. И. Валентея «Система знаний о народонаселении», изданный в 1976 г. В нем впервые был сформулирован предмет системы знаний о народонаселении: познание закономерностей развития народонаселения, в т. ч. и демографического воспроизводства. В настоящее время крупными центрами изучения демографии в России являются кафедра социологии семьи и демографии социологического факультета МГУ, Институт демографических исследований, центр по изучению проблем народонаселения при экономическом факультете МГУ, институт социально-экономических проблем народонаселения РАН. Демография имеет свой четко очерченный предмет исследования — народонаселение. Демография изучает численность, территориальное размещение и состав населения, закономерности их изменений на основе

социальных, экономических, а также биологических и географических факторов. Единицей совокупности в демографии является человек, который обладает множеством признаков — пол, возраст, семейное положение, образование, род занятий, национальность и т. д. Многие из этих качеств меняются в течение жизни. Поэтому население всегда обладает такими характеристиками, как численность и возрастно-половая структура, семейное состояние. Изменение в жизни каждого человека приводит к изменениям в населении. Эти изменения в совокупности составляют движение населения:

брачность, рождаемость, смертность — естественное движение населения и миграционное движение населения, т. е. территориальные перемещений населения, социальное движение населения, т. е. переход людей из одних социальных групп в другие.

Проблемы воспроизводства населения России

Очевидно, что стратегия демографической безопасности страны обеспечивается необходимым уровнем рождаемости. Обеспечение самовоспроизведения населения есть непреложное условие не только развития, но сохранения популяции; именно репродуктивный процесс и его эффективность как в количественном отношении (число деторождений), так и в качественном (здоровье родившегося потомства) определяет жизнеспособность нации и демографическую безопасность страны.

Основным демографическим феноменом 90-х годов в России явилось сокращение рождаемости до небывало низкого уровня (с 13,4 на 1000 населения в 1990 г. до 8,3 в 1999 г., или на 38,1%). Суммарный коэффициент рождаемости (среднее число детей, рожденных женщиной за свою жизнь) прогрессивно снижался в России с 1,89 в 1990 г. до 1,17 в 1999 г. Именно снижение рождаемости в 90-е годы при одновременном увеличении смертности («русский крест») обусловило процесс депопуляции в России в 90-е годы.

Проведенный статистический мониторинг репродуктивно-демографического процесса в России выявил двухфазную его динамику в течение постсоветского периода — ухудшение показателей в 1991—1999 гг. с последующей тенденцией к их нормализации в 2000-х годах. Первая фаза — негативная (1991−1999 гг.) характеризовалась значительным ухудшением количественных и качественных показателей воспроизводства населения в условиях падения качества жизни населения: уменьшение рождаемости в стране сопровождалось ростом невынашивания беременности и пренатальных потерь в результате вынужденных прерываний беременности на фоне катастрофических темпов роста экстрагенитальной и акушерской патологии беременных, а также ухудшением здоровья рождающегося потомства. Основными факторами, обусловившими падение репродуктивного потенциала страны в 90-е годы, являются: высокий уровень материнской патологии при одновременной трансформации возрастной структуры рождаемости в сторону старшего возраста и увеличении числа родившихся вне брака; нарушение гестационного процесса (большая частота акушерской патологии на фоне высокой экстрагенитальной заболеваемости беременных), а также увеличение числа осложнений в родах. С позиций службы родовспоможения надо отметить, что 90-е годы характеризовались снижением качества акушерской помощи — ростом кровотечений (с 33,3 на 1000 родов в 1991 г. до 39,3 в 1997 г.), родового сепсиса (с 1,03 до 1,84‰ в 1998—1999 гг.), аномалий родовой деятельности (с 96,5 до 135‰ в 1999 г.), а также летальности при кесаревом сечении (с 0,12 до 0,17−0,18 на 100 оперированных в 1993—1996 гг.). Неблагоприятная динамика перинатальной патологии характеризовалась ростом антенатальной мертворождаемости (с 5,17‰ до 5,98‰ в 1997 г.), перинатальной смертности доношенных плодов и детей (с 4,16 в 1991 г. до 6,53−6,55‰ в 1996—1997 гг.), сепсиса новорожденных (с 0,46 до 0,59‰ в 1999 г.), гемолитической болезни (с 6,11‰ в 1991 до 10,4‰ в 1998 г.), частоты родовой травмы новорожденных (с 23,8‰ в 1991 г. до 32,7‰ в 1996 г.), что предопределило высокую заболеваемость детей на последующих этапах их развития.

Вторая фаза репродуктивно-демографического развития России в течение посткризисных 2000-х годов, стабилизационная, характеризуется улучшением демографических показателей — ростом рождаемости, снижением числа родившихся вне брака (с 30,0% в 2005 г. — максимальное значение показателя — до 28,0% в 2007 г.); уменьшением числа абортов и снижением числа предотвратимых «потерь беременности»; тенденцией к нормализации структуры родившихся по массе тела, а также снижению заболеваемости беременных и новорожденных, уровень которых, впрочем, до настоящего времени превышает «дореформенный» уровень.

Заболеваемость новорожденных (388,5 на 1000 живорожденных в 2007 г.) двукратно превышает исходный уровень (173,7). Сохраняющееся превышение доли маловесных детей (5,75%) над числом недоношенных (5,35%), имеющее в основе своей неблагоприятные условия внутриутробного развития плода, означает, что часть доношенных детей сегодня рождается массой тела менее 2500 г., и является объективным подтверждением низкого уровня репродуктивного здоровья женщин и социального неблагополучия населения. Характеризуя динамику «маловесных» детей, нельзя не отметить «подскок» показателя в 2007 г. (с 5,66% в 2006 г.) при устойчивой тенденции снижения показателя за предшествующие 7 лет — 2000−2006гг. (с 6,36% в 1999 г.). Этот факт может быть связан с началом реализации в 2007 г. «материнского капитала» и включением «новых» неблагополучных контингентов в процесс деторождения, в связи с чем повторилась ситуация 90-х годов — рост числа маловесных новорожденных в популяции.

В течение 2000-х годов отмечено увеличение рождаемости, достигшей в 2008 г. исходного уровня 1991 г. (12,1 на 1000 населения), суммарного коэффициента рождаемости (СКР) на 17,7% (с 1,17 в 1999 г. до 1,41 на 1000 женщин) и коэффициента фертильности (КФ) — числа родившихся за год на 1000 женщин репродуктивного возраста — на 29% (с 32,1 в 2000 г. до 41,4 в 2007 г. Впрочем, оба эти показателя (СКР и КФ), характеризующие интенсивность деторождения, в 2007 г. оставались ниже уровня 1990 г. на 25,7 и 25,0% соответственно

Динамика темпов изменения репродуктивных потерь, показателя рождаемости, суммарного коэффициента рождаемости (СКР) и коэффициента фертильности (КФ) в 1991—2007 гг. Вверху — погодовые темпы изменения показателейВнизу — в сравнении с 1991 г.

В 2000 гг. продолжается трансформация возрастной структуры рожающих в сторону старшего возраста, т. е. постарение рождаемости. Рост числа родившихся детей наблюдается у женщин старше 30 лет (в возрастной группе 30−34 лет — на 54,8% за 2000−2007гг., 35−39 лет — на 93,2%, 40−44 лет — на 58,3%), при том, что у молодых женщин число родившихся детей на 1000 женщин за эти годы продолжало снижаться (у 20−24 летних — на 6,5% от уровня 2000 г. и на 44,1% от уровня 1990 г.).

Рис. 1. Динамика возрастных коэффициентов рождаемости в России в 1990—2007 гг.

Проблема нежелательной беременности и социального сиротства в современной России

Одной из важнейших отечественных проблем современной демографии является проблема «социального сиротства», представляющая собой специфическую форму негативного репродуктивного поведения, снижающего демографический потенциал страны. Речь идет о детях, от которых отказались родители в родильном доме («отказные» дети"), число которых является своеобразным маркером социального здоровья рождающихся детей.

В 2008 г. (ранее эти данные не учитывались в статистической форме ГСН № 32 — «Сведения о медицинской помощи беременным, роженицам и родильницам») число новорожденных, от которых отказались родители или родственники в акушерском стационаре, составило 6614 ребенка, или 3,94 на 1000 родившихся (каждый 250-й ребенок!). Для сравнения — показатель умерших новорожденных в акушерском стационаре в том же 2008 г. составил 2,93 на 1000 живорожденных (умерло 4934 ребенка) и 3,36 с учетом умерших на 2 этапе (всего в 2008 г. умерло 5648 новорожденных первой недели жизни). Следовательно, в количественном отношении проблема «раннего социального сиротства» сегодня превышает даже проблему ранней неонатальной смертности. Надо сказать, что приведенные данные об «отказных» детях касаются только акушерских стационаров и не учитывают числа этих детей на вторых этапах выхаживания.

Поскольку речь идет об исходах нежелательной беременности, был проведен корреляционный анализ показателя числа «отказных» детей с числом абортов в регионе за 2008 г. по 80 регионам России (без учета автономных округов с числом родов менее 1000 в год). (Суханова Л.П. 2008 г ФГУ ЦНИИОИЗ Росздрава, Москва) Коэффициент корреляции числа «отказных» детей с общим числом абортов в регионе слабо положительный (r=+0,30). Более выражена (r=+0,44) связь числа «отказных» новорожденных с числом неуточненных абортов, в число которых, как известно, фактически входят криминальные аборты. Наличие прямой зависимости числа этих абортов с числом «отказных» детей отражает вполне логичную связь этих двух параметров, каждый из которых характеризует негативное репродуктивное поведение женщин — нежелание иметь ребенка — и подтверждает тезис о недопустимости отмены или даже сокращении числа абортов при нежелательной (или невозможной) беременности, в том числе аборта по социальным показаниям, поскольку это ведет к росту числа социальных сирот с рождения.

Отсутствие четкой связи числа «отказных» детей с числом криминальных абортов характеризует недостоверную (заниженную) регистрацию этих абортов, отнесенных к «критериям качества» службы планирования семьи. При этом важно отметить продолжающийся рост доли неуточненного аборта (как своеобразного «статистического эквивалента» криминального аборта) — с 3,2% в 1991 г. до 4,95% в 2008 г. в структуре всех абортов.

Проблема социального сиротства, как важная национальная проблема, является следствием затянувшихся социально-экономических преобразований в стране, приведших к ослаблению общечеловеческих и морально-этических ценностей, изменению нравственных устоев семьи, увеличению числа семей, находящихся в трудном положении по социальным и психологическим критериям; и число «отказных» детей в акушерском стационаре, как важный объективный критерий оценки социально-экономического благополучия общества и «социального здоровья» родившихся детей, должно быть целевым индикатором эффективности управления регионом. Анализ причин, обрекающих детей на социальное сиротство с рождения, должен быть основой для разработки стратегии улучшения социально-экономической и демографической ситуации на уровне популяции особенно в современных условиях нового экономического кризиса в стране и очередного ухудшения уровня жизни населения.

Сохраняющееся большое число абортов остается традиционной медико-социальной проблемой в репродуктивном процессе современной России.

Динамика числа родов и абортов в России в 1999—2008 гг. (абс. числа)

При оценке репродуктивной ситуации в России выявлено, что в 2008 г. в сравнении с 2006 г. наблюдалось увеличение числа родившихся детей с 1 457 826 до 1 683 183, или на 15,5% больше.

В те же годы число абортов в стране уменьшилось на 12,1% и составило в 2008 г. 1 236 362, т. е. меньше числа родов. Важно отметить, что снижение числа абортов в стране произошло преимущественно за счет медицинских легальных абортов (на 14,0% - с 1 124 624 в 2006 г. до 967 497 в 2008 г.). Удельный вес медицинских легальных абортов снизился за те же годы с 79,9% от числа всех абортов до 78,3%, а число их на 100 родившихся живыми и мертвыми — с 76,7 до 57,2.

Снижение числа медицинских легальных абортов сопровождается неблагоприятным изменением структуры прерываний беременности, в частности, ростом доли спонтанных абортов с 11,9% в 2006 г. до 14,2 в 2008 г. (рис. 3).

По частоте самопроизвольных абортов самыми благополучными являются республика Алтай (2,8 на 100 родившихся) и Карачаево-Черкесская республика (2,9) при 10,4 в России. Наихудшие показатели в Ульяновской области (17,5) и Хабаровском крае (17,1) В Пензенской области этот показатель составил 8,0 на 100 родившихся.

В 2008 г. из 1,2 млн. абортов в России 111,3тыс. прерываний беременности (9,0% от общего числа абортов) зарегистрировано у девушек в возрасте менее 19 лет, из них в возрасте 15−17 лет — 32,1 тыс. (28,8% от числа абортов у всех подростков) и в 18−19лет — 78,4 тыс. (70,4%). В младшем подростковом возрасте (до 14 лет) зарегистрировано 828 абортов (0,7% от числа абортов у подростков).

Таким образом, следует отметить прежде всего высокую значимость социальных факторов и «социального нездоровья» в репродуктивном процессе современной России. Проблема нежелательной беременности, отражая, безусловно, недостаток контрацептивной культуры у населения нашей страны, в то же время требует тщательного научно обоснованного решения проблемы аборта (в том числе по социальным показаниям), его доступности и безопасности. Большое число «отказных детей», с одной стороны, бесспорно свидетельствует о дефиците «ответственного родительства» в нашем обществе и возможно недостаточной доступности аборта, с другой — является показателем «социального здоровья» рождающегося потомства в современной России, характеризуя низкое его качество, т. е. «социальное нездоровье».

Качество рождающегося потомства и репродуктивные потери

демография социальное сиротство репродуктивный

В условиях прогнозируемого нарастания депопуляции в России и демографического старения населения первоочередное значение имеет качество рождающегося поколения. Основной характеристикой жизнеспособности потомства является уровень репродуктивных потерь, наряду с параметрами физического здоровья рождающихся детей и уровнем наследственной патологии — врожденных пороков развития. Младенческая смертность, наряду с перинатальной, безусловно, относится к репродуктивным потерям, поскольку, во-первых, в течение первого года жизни ребенок не является вполне самостоятельным организмом и физиологически зависим от организма матери, а, во-вторых, в большинстве случаев причиной смерти младенцев являются патологические состояния перинатального периода. Для суммарной оценки репродуктивных потерь в течение перинатального периода и младенческого возраста было введено понятие «фетоинфантильные потери», включающее число мертворожденных и умерших детей в течение первого года жизни.

К истинным («физическим») репродуктивным потерям плода и ребенка считают целесообразным относить прямые потери при несостоявшейся желательной или невозможной (по объективным причинам) беременности:

1. пренатальные (ранние) «потери плода» — до 27 недель беременности (согласно отечественным критериям перинатального периода) — в результате самопроизвольных и «вынужденных» абортов по медицинским и социальным показаниям;

2. фетоинфантильные потери (с 28 недель беременности до 365 дня постнатальной жизни), включающие мертворождаемость и младенческую смертность. Понятно, что перинатальная смертность (мертворождаемость с 28 недель гестации и ранняя неонатальная смертность в течение первой недели жизни) включается в фетоинфантильные потери.

Суммарные данные о числе

родившихся и репродуктивных потерях в России в 1991—2007 гг.

Показатель

Абсолютное число (сумма за 1991−2007гг.)

На 1000 родившихся живыми

Число родившихся живыми детей массой тела 1000 г и более

23. 693. 259

Число родившихся мертвыми массой тела 1000 г и более

169. 059

7,14

Число умерших на 1 году жизни

365. 109

15,4

Самопроизвольные выкидыши

3. 076. 489

129,9

Аборты по медицинским пказаниям

760. 625

32,10

Аборты по социальным показаниям

461. 985

19,50

Общие репродуктивные потери

4. 833. 267

204,0

В т.ч.: — фетоинфантильные потери (ФИП) (мертворожденные массой тела 1000 г и более и умершие на первом году жизни)

534. 168

22,6

— пренатальные потери (в сроке гестации менее 28 недель) — сумма абортов спонтанных, по социальным и медицинским оказаниям

4. 299. 099

181,45

-из их числа — в сроке гестации 22−27 недель

286. 959

12,11

За период 1991—2007 гг. в стране произошло 23. 684. 905 родов; родилось живыми 23. 693. 259 детей, мертвыми 169. 059; умерли в течение первого года жизни 365. 109. Таким образом, фетоинфантильные потери (ФИП) составили по среднегодовому показателю за 17 лет 22,6 на 1000 родившихся живыми, или каждый 44-й жизнеспособный ребенок рождался мертвым или не доживал до 1 года. Число пренатальных потерь в сроке менее 28 недель гестации (самопроизвольных и вынужденных абортов) за 17-летний период составило суммарно 4. 299. 099 (181,4 на 1000 родившихся живыми или 152,7 на 1000 всех закончившихся беременностей), т. е. каждая 7-ая беременность в сроке менее 28 недель (без учета искусственных абортов по желанию) была прервана вынужденно или прервалась спонтанно.

Суммарное число общих репродуктивных потерь (ОРП (несостоявшихся беременностей, родившихся мертвыми и умерших до года) за анализируемый 17-летний период достигло 4. 833. 267, или 204,0 на 1000 родившихся живыми (20,4%!), т. е. каждая пятая желанная беременность не была реализована. В общем числе ОРП самопроизвольных абортов было 3. 076. 489, или 129,9 на 1000 родившихся живыми (12,99 на 100 живорожденных), вынужденных абортов в сроке менее 28 недель 1 222 610, или 51,6 на 1000 родившихся живыми (абортов по медицинским показаниям 760. 625 и по социальным — 461. 985), мертворожденных (массой тела свыше 1000г) 169. 059 (7,14 на 1000), умерло на первом году жизни 365. 109 детей (15,4 на 1000 родившихся живыми по среднегодовому показателю за 17 лет).

В структуре суммарных ОРП за 1991−2007 гг. преобладают самопроизвольные аборты, составившие 63,7%; аборты по медицинским показаниям — 15,7%, по социальным — 9,6%. Доля умерших детей первого года жизни составила 7,6%, родившихся мертвыми в сроке гестации «28 недель и более» и массой тела «1000г и более» — 3,5%. Пренатальные суммарные потери (менее 28 недель) составили при этом 88,9%, ФИП (при сроке гестации 28 недель и более) — 11,1%.

При анализе структуры репродуктивных потерь в динамике — при общей положительной тенденции показателя — выявлено повышение удельного веса пренатальных потерь в сравнении с фетоинфантильными потерями — соотношение их увеличилось в 1,5 раза — с 6,0 в 1991 г. до 9,1 в 2007 г. Следовательно, в настоящее время определяющим фактором в снижении репродуктивных потерь является снижение их на пренатальном этапе — прежде всего за счет самопроизвольных абортов.

При этом следует отметить, как неблагоприятный факт, что распространенность самопроизвольных абортов в расчете на 1000 женщин фертильного возраста в последние годы не только не снижается, но имеет тенденцию к росту с 4,26 в 2003 г. до 4,45 в 2007 г. Это свидетельствует об ухудшении репродуктивного здоровья современных женщин и снижении их фертильности как способности воспроизводить потомство. Вероятно, это явление связано с тем, что в процесс деторождения вступают женщины, чей период полового созревания пришелся на неблагоприятные 90-е годы. Негативная динамика самопроизвольных абортов на 1000 женщин фертильного возраста обусловила рост показателя общих репродуктивных потерь среди женщин детородного возраста с 5,99 в 2005 г. до 6,11 в 2007 г.

При оценке перинатальной и младенческой смертности как критерия эффективности репродуктивного процесса надо отметить существенную долю предотвратимых причин смерти плода или ребенка, достигающих 70−84%, т. е. потеря плода в большинстве случаев может быть предотвращена (за исключением наследственных причин невынашивания). Следовательно, репродуктивные потери характеризуют не только биологические и социальные факторы неблагополучного исхода беременности, но и медико-организационные дефекты оказываемой акушерско-гинекологической или неонатальной помощи. Однако с демографических позиций для интегральной оценки эффективности репродуктивного процесса важен конечный результат — число «нереализованных» беременностей (неродившихся или невыживших детей) в результате действия комплекса эндогенных или экзогенных причин.

(При этом уместно привести рассуждение, приписываемое Аристотелю о том, что человек имеет ту меру здоровья, которую ему способно предоставить общество; и это в максимальной степени относится к рождающимся детям, на здоровье и смертность которых влияет сложный комплекс взаимосвязанных причин и факторов, сформировавшихся в данном социуме. Уровень медицинской помощи беременной и рожающей женщине, как и рождающемуся ребенку, определяется по большому счету уровнем экономического состояния и политического устройства нашего общества, определившего такие приоритеты развития.)

Говоря о значимости репродуктивных потерь в демографическом процессе, важно отметить, что обычно они недооцениваются демографами, которые учитывают младенческую смертность лишь количественно, и с этих позиций доля умерших детей в возрасте до 1 года действительно ничтожна — за 8 лет 2000−2007гг. число их составило 0,8% от всех умерших за эти годы (138,3 тыс. из 18 024,7 тыс.), причем в динамике показатели уменьшаются: в 2007 г. доля умерших младенцев снизилась до 0,7%.

Материнская смертность (МС), строго говоря, к репродуктивным потерям как «потере продукта зачатия» не относится, и число случаев материнской смерти за 8 лет (2000−2007гг.) составило 3344 случая, т. е. 0,018% среди всех умерших за эти годы, однако МС является важнейшим показателем, прежде всего, качества оказываемой медицинской помощи при беременности и в процессе ее прерывания (в родах и при аборте).

Необходимо отметить существующую зависимость уровня смертности плодов и младенцев от экономической ситуации в регионе. Подтверждением зависимости младенческой смертности от материального положения в регионе является положительный коэффициент корреляции между уровнем младенческой смертности с числом лиц с доходами ниже прожиточного минимума (от r=+0,56 в 2003 г. до r=+0,43 в 2007 г.). Для перинатальной смертности связь по тем же 80 регионам с уровнем бедного населения составила за те же годы r=+0,39 и r=+0,35, а для материнской смертности r=+0,38 и r=+0,42. Следовательно, репродуктивные и материнские потери стабильно выше в бедных регионах.

На уровне популяции рождаемость является результирующей составляющей единого многокомпонентного репродуктивного процесса населения и не может быть изменена изолированно от других составляющих, прежде всего, от предшествующих этапов развития плода. Это подтверждается взаимосвязью рождаемости и показателей эффективности внутриутробного развития, клиническим маркером которой являются пренатальные потери (невынашивание беременности) и ФИП. Соответственно, для повышения рождаемости как конечного результата многоэтапного репродуктивного процесса необходимо повышение эффективности каждой его составляющей, основными из которых являются:

1. здоровье женского населения (физическое, репродуктивное, а также социальное) как главное условие рождения здорового потомства;

2. репродуктивное поведение как система действий и отношений, опосредующих рождение или отказ от рождения, т. е. определяющих выбор женщины (рождение — нерождение — отказ от ребенка);

3. характер гестационного и родового процесса, эффективность которого определяет здоровье рождающегося потомства, в т. ч. уровень репродуктивных потерь;

4. качество жизни населения и уровень медицинской и социальной помощи женщине (семье) как фактор, обусловливающий репродуктивный выбор и исход беременности для женщины и плода (ребенка).

Признаками нарушения репродуктивного процесса (соответственно последовательным этапам его) являются:

— патология зачатия (бесплодие, эктопическая беременность, врожденные пороки развития и хромосомные нарушения плода, отражающие наследственную патологию генетического аппарата половой клетки);

— патологическое течение беременности (невынашивание, клиническим эквивалентом которого являются спонтанные аборты; фетоплацентарная недостаточность и задержка развития плода, внутриутробное инфицирование, гипоксические нарушения и т. д.);

— патология родов (интранатальные повреждения плода — травматические, гипоксические и т. д.); репродуктивные потери (пренатальные, перинатальные и младенческие — их уровень и структура);

— неонатальная и младенческая заболеваемость и смертность, а также детская инвалидность.

Индикаторами репродуктивного процесса являются показатели интенсивности деторождения (причем более информативным и достоверным является коэффициент фертильности — число живорожденных на 1000 женщин фертильного возраста, чем коэффициент рождаемости на 1000 населения), структура и уровень абортов, исходы родов, параметры здоровья матери, а также уровень и структура репродуктивных потерь (как показатель жизнеспособности рожденного потомства и качества медицинской помощи).

Эффективность репродуктивного процесса определяется соотношением благоприятных и неблагоприятных репродуктивных исходов и уровнем репродуктивных потерь, включая ранние потери. Необходимым условием эффективного процесса воспроизведения является должный уровень репродуктивного здоровья родителей, в том числе, отсутствие наследственной патологии, и благоприятные условия жизни населения, включая социальные, экологические и экономические факторы.

Критерием эффективности репродуктивного процесса является не только число рожденных детей, но и качество рожденного потомства, важнейшими индикаторами которого являются:

1. уровень репродуктивных потерь (внутриутробных и постнатальных), характеризующих степень жизнеспособности рождающегося потомства (наряду с качеством медико-социальной помощи);

2. параметры физического развития родившихся детей (число «маловесных» детей в популяции, характеризующее условия внутриутробной жизни плода, а также число врожденных пороков развития);

3. «социальное здоровье» рожденного потомства (уровень раннего социального сиротства, определяемое по числу «отказных» детей).

Оценивая репродуктивную ситуацию в современной России, следует выделить две проблемы воспроизведения потомства: с одной стороны, медицинскую, ответственную преимущественно за качество рождающегося поколения и число репродуктивных потерь, и социальную, определяющую число деторождений, т. е. репродуктивное поведение женщин (в т.ч. число абортов при нежелательной беременности), а также уровень «социального здоровья» и «социального сиротства»

К сфере ответственности здравоохранения и медицинской помощи относятся предотвратимые репродуктивные потери преимущественно в перинатальном периоде, а также утрата жизни или здоровья ребенка в результате осложнений в процессе или после рождения. Основными факторами риска при несостоявшейся беременности (спонтанных и вынужденных абортах) являются социальные и экономические причины, в т. ч. материальные условия, условия труда и т. д.

Социальные факторы в репродуктивных потерях не так тщательно анализируются, как медицинские, но они не менее важны и должны учитываться при обсуждении проблемы улучшения демографической ситуации и оптимизации процесса воспроизведения населения. Как отмечено выше, анализ уровня потерь в сопоставлении с долей бедного населения в регионе выявил положительный коэффициент корреляции между уровнем младенческой, материнской и перинатальной смертности с числом лиц с доходами ниже прожиточного минимума. Следовательно, репродуктивные и материнские потери стабильно выше в бедных регионах, что определяет значимость экономических факторов в снижении репродуктивного потенциала населения.

Репродуктивная демография как основная проблема воспроизводства населения России

Репродуктивный процесс, зависимый от разных сфер жизнедеятельности общества (исходное здоровье родителей, социально-экономические условия жизни, этнические нормы и устои, психологические и поведенческие реакции, уровень медицинской помощи и т. д.), анализируется с разных точек зрения, в разных аспектах исходя из задач и возможностей соответствующей сферы деятельности или отрасли науки.

В здравоохранении, ответственном за сохранение здоровья населения, основополагающим является анализ и обеспечение качественных характеристик репродуктивных контингентов — здоровья рожающих женщин и рождающихся детей, а также квалифицированной доступной медицинской помощи. Главной задачей клинической медицины является устранение нарушений репродуктивной функции женщин (в меньшей степени — и мужчин) на всех этапах гестации, начиная с зачатия (лечение бесплодия); обеспечение оптимального течения беременности с выявлением патологии внутриутробного развития и оказанием необходимой антенатальной помощи, рациональное бережное родоразрешение, исключающее развитие предотвратимых осложнений; снижение перинатальной и материнской заболеваемости и смертности, а также качественная педиатрическая помощь.

Наиболее важной проблемой сегодня является проблема нежелательных беременностей и репродуктивного поведения женщин. Насколько своевременны и правильны меры по сокращению социальных показаний к прерыванию беременности (Приказ Минздравсоцразвития от 14 октября 2003 г. № 484) [14], насколько изучены результаты принятых мер с точки зрения медицинских и социальных исходов как для матери, так и для рожденных детей в условиях сокращения показаний к нежелательной и невозможной беременности. Насколько рациональна в условиях современного кризиса проводимая политика в отношении социальных абортов, которые фактически устранены за счет предельного ограничения показаний к ним (4 позиции вместо 13!). То же относится к абортам по медицинским показаниям (Приказ МЗСР РФ от 03. 12. 2007 г. № 736) [13], согласно которому например «физиологическая незрелость» как показание к прерыванию беременности у юных женщин ограничена возрастом 14 лет.

Очевидно, что в условиях устойчивой депопуляции в России и весьма пессимистичных прогнозов численности и структуры населения страны, репродуктивная демография должна стать неотъемлемой составной частью не только демографии, но и социологии и здравоохранения — единой медико-социально-демографической проблемой.

Меры по оптимизации репродуктивного процесса

Итак, основной особенностью репродуктивного процесса в современной России является не только низкая рождаемость, но и снижение качества здоровья рожденного потомства и сохраняющийся высокий уровень потерь плода на всех этапах раннего онтогенеза.

При определении значимости различных факторов, влияющих на эффективность процесса рождаемости, и разработке мероприятий, способствующих его оптимизации, необходимо выделить две основные группы факторов: социальные и медико-организационные.

Социальные меры: отмечая значимость фактора неблагоприятных социальных условий и бедности населения в репродуктивном неблагополучии в России, следует говорить не о помощи в каких бы то ни было частных формах (тем более однократной денежной дотации) ограниченным контингентам рожающих женщин, а о необходимости системного повышения качества жизни населения на популяционном уровне. Только улучшение социального положения и повышение экономического благополучия населения способно обеспечить демографическое развитие страны и реально улучшить качество рождающегося потомства. Для этого необходимы системные регулярные меры по повышению уровня жизни всего населения, уменьшению социального расслоения населения и устранению «социального стресса», особенно в современных условиях очередного кризиса в стране.

Основной задачей государства является обеспечение социальной защиты прежде всего, наиболее уязвимых и менее всего защищенных групп населения — женщин и детей, определяющих здоровье будущих поколений.

При оценке уровня социального благополучия населения нашей страны должен быть введен дополнительный критерий — число «отказных» детей как важный объективный критерий «социального здоровья» рожающих женщин и родившегося потомства. Данный показатель должен быть целевым индикатором социально-экономической и демографической ситуации на уровне популяции.

Медицинские меры

Основными медицинскими мерами повышения эффективности репродуктивного процесса являются совершенствование необходимой медицинской помощи при планировании семьи, при производстве аборта, особенно в поздние сроки гестации, при ведении беременности и родоразрешении — с акцентом на профилактику предотвратимой патологии матери и плода/ребенка и снижение репродуктивных потерь.

При этом главной стратегией родовспоможения, ответственного за повышение качества медицинской помощи и снижение перинатальной и материнской смертности и заболеваемости, должна быть популяционная стратегия — повышение качества медицинской помощи всем рожающим женщинам и рождающимся детям во всех учреждениях родовспоможения, а не только в перинатальных центрах.

Репродуктивные потери являются критерием качества оказываемой медицинской помощи, и прежде всего родовспоможения, и, судя по уровню перинатальной и младенческой смертности, значительно превышающей уровни потерь в странах Европы (в том числе, от предотвратимых причин), качество отечественного родовспоможения является недостаточным.

Исходя из понимания важности обеспечения комплекса социальной и медико-организационной составляющей в повышении эффективности репродуктивного процесса — повышении уровня жизни и социального положения населения, а также качества медицинской помощи на уровне популяции, особое значение имеет совершенствование механизмов взаимодействия учреждений здравоохранения и социальной защиты рожающих женщин и семей с детьми.

Таким образом, основной идеологией стратегии оптимизации воспроизводства населения должен быть системный подход к улучшению всех составляющих репродуктивного процесса. Для повышения рождаемости как конечного результата многокомпонентного репродуктивного процесса необходимы базовые меры по повышению уровня жизни населения на уровне популяции, а также повышение эффективности всех этапов, предшествующих рождению ребенка. В современных условиях нового кризиса в стране особенно важна рациональная социальная политика государства и эффективное взаимодействие учреждений здравоохранения и социальной помощи как единого организма, решающего одну задачу.

Медико-демографическая характеристика населения трудоспособного возраста

Численность и возрастная структура населения России. По данным Росстата, на 1 января 2008 г. численность населения России составила 142,0 млн. чел., из них 89,8 млн. чел. в трудоспособном возрасте. В ближайшие годы благоприятная ситуация с численностью населения рабочих возрастов в стране ухудшится: в трудоспособный возраст будут вступать малочисленные когорты рождения 1990-х — начала 2000-х годов, а выбывать родившиеся в 1950-е — начале 1960-х годов, когда рождаемость в России была высокой за весь послевоенный период.

Возрастно-половая структура населения России на 1 января 2008 г.

В соответствии со средним вариантом перспективных расчетов, выполненных Росстатом, опережающими темпами будет сокращаться численность населения трудоспособного возраста. В то время как численность всего населения к 2026 г. уменьшится на 4,3%, численность трудоспособного — на 16,4%. Это приведет к снижению в возрастной структуре доли данной группы с 63,2% в 2008 г. до 55,1% к 2026 г. В результате общая демографическая нагрузка на 1000 лиц трудоспособного возраста возрастет с 582 до 812 чел., в том числе нагрузка детьми составит 334 чел., а лицами старше трудоспособного возраста — 478 чел. Сложившаяся демографическая ситуация в стране неизбежно вызовет в перспективе дефицит рабочей силы. Экономический кризис лишь на время ослабит проявление этого дефицита. Противоречие между повышением спроса на труд и сокращением его предложения будет усугубляться ростом среднего возраста работников, а также снижением качества трудового потенциала.

Одной из наиболее значимых качественных характеристик рабочей силы является состояние здоровья. В системе показателей здоровья, наряду с такими демографическими характеристиками, как численность и структура, важное место занимают коэффициенты естественного движения, прежде всего, показатели смертности и ожидаемой продолжительности жизни (ОПЖ), а также различных видов заболеваемости, в том числе со стойкой утратой трудоспособности (инвалидность).

Смертность населения трудоспособного возраста. Несмотря на снижение смертности в 2006—2007 гг., до сих пор не преодолены последствия ее роста, происходившего с конца 1980-х годов. Современная Россия отстает по показателю ОПЖ не только от развитых, но и от развивающихся стран Низкая продолжительность жизни населения в России формируется преимущественно за счет сверхсмертности в трудоспособном возрасте. Это подтверждается анализом темпов роста возрастных коэффициентов смертности в стране в течение двух последних десятилетий. К 2006 г. по сравнению с 1986—1987 гг. — периодом минимальной смертности в связи с антиалкогольной кампанией — в наибольшей степени возрос уровень смертности населения рабочих возрастов.

Максимум роста смертности как мужчин (в 2,0−2,5 раза), так и женщин (в 1,5−2,0 раза) приходится на возраст 25−39 лет. В детских возрастах, особенно младенческом (до года), уровень смертности существенно сократился, что замедлило снижение ОПЖ, а в группах старше трудоспособного возраста — незначительно вырос. Таким образом, по динамике показателей смертности наиболее неблагополучной оказалась ситуация со смертностью в трудоспособном возрасте: в 2006 г. в России из числа достигших 15-летнего возраста не доживали до 60 лет 43,2% мужчин и 15,8% женщин. В Японии соответствующие показатели составляли 8,9 и 4,4%, в Великобритании — 9,8 и 6,1%, Германии — 10,6 и 5,5%, Турции — 15,3 и 9,1%, Мексике — 15 и 8,9%, Панаме — 13,4 и 8,1%, Болгарии — 21,9 и 9,3%.

В 2005 г. в РФ умерли 739,9 тыс. чел. трудоспособного возраста. В 2006 г. этот показатель снизился более чем на 70 тыс. (почти на 10%), составив 668,5 тыс. чел., в том числе 534,4 тыс. мужчин и 134,1 тыс. женщин [3, с. 180]. В структуре причин смерти мужчин трудоспособного возраста в течение многих лет первое место занимают внешние причины (несчастные случаи, отравления, травмы), второе — болезни системы кровообращения, третье — злокачественные новообразования.

Первое место среди причин смерти женщин рабочих возрастов в 2005—2006 гг. занимали болезни системы кровообращения, второе — внешние причины, третье -злокачественные новообразования. Однако доли смертей от первых двух классов причин очень близки, и в течение нескольких предыдущих лет на первом месте у женщин, как и мужчин, были несчастные случаи, отравления, травмы.

Снижение удельного веса смертей от злокачественных новообразований преимущественно связано с ростом смертности от других причин. Всего на эти три класса причин смертности приходится около 75% смертей в трудоспособном возрасте как у мужчин, так и у женщин.

Несмотря на существенное снижение смертности в 2006 г., ее уровень в трудоспособном возрасте был значительно выше, чем в 1990 г., т. е. в начале реформ. Наиболее велики различия в уровнях смертности от болезней органов пищеварения — у мужчин в 2006 г. показатель был выше, чем в 1990 г. в 3,2, у женщин — в 4,2 раза; инфекционных и паразитарных болезней (соответственно в 2,7 и 4,3 раза); болезней органов дыхания (в 1,9 и 2,0 раза). Уровень смертности от основных причин (болезней системы кровообращения и внешних причин) за этот период увеличился примерно в 1,5 раза как у мужчин, так и у женщин.

Коэффициенты смертности мужчин и женщин в трудоспособном возрасте по основным классам причин смерти в 1990 г. и 2006 г.

Очень высокие темпы роста смертности населения, особенно женщин, от причин преимущественно экзогенного характера свидетельствуют о том, что страна находится на пути «обратного эпидемиологического развития». В России вновь набирают силу причины смерти, характерные для населения развивающихся стран с низким уровнем жизни и отсутствием развитых социальных институтов, ответственных за формирование и сохранение здоровья. Результатом этого регресса явилось увеличение в структуре смертности населения трудоспособного возраста совокупной доли смертей от болезней органов пищеварения, инфекционных и паразитарных болезней и болезней органов дыхания — с 9,8% у мужчин и 8,2 у женщин в 1990 г. до 15,9% и 17,9 соответственно в 2006 г.

Обращают на себя внимание более высокие темпы роста смертности женщин трудоспособного возраста от перечисленных причин. Опережающий рост смертности от болезней социального неблагополучия свидетельствует о маскулинизации смертности женского населения, т. е. о том, что женская смертность приобретает черты мужской, которая в России чрезвычайно высока. Негативные последствия этого процесса усугубляются наиболее высокими темпами роста смертности в младшем трудоспособном возрасте (до 40 лет) (см. рис. 2), что наносит более существенный ущерб продолжительности жизни.

В результате увеличения доли смертей от болезней социального неблагополучия (внешние причины смерти и перечисленные выше), имеющих более низкий средний возраст смерти, растут суммарные потери от них в интервале трудоспособного возраста. В 2006 г. они превысили потери от болезней системы кровообращения и новообразований у мужчин в 2 раза и у женщин в 1,7 раза. Кроме того, значительная часть смертей от болезней системы кровообращения также обусловлена образом жизни, наличием вредных привычек. Только на алкогольные кардиомиопатии в 2005 г. пришлось 15% потерь в этом классе причин смерти у мужчин и 20% - у женщин.

Значительная часть смертей населения в трудоспособном возрасте связана с злоупотреблением алкоголем. По данным Росстата, в 2005 г. от причин, непосредственно связанных с употреблением алкоголя, умерли 104,7 тыс. чел. В 2006 г. этот показатель снизился на 14%. Число умерших составило 89,9 тыс. чел., из них мужчины — 66,2 тыс. чел., в том числе в трудоспособном возрасте — 55,7 тыс. (84,1%), и женщины — 23,7 тыс. чел., в трудоспособном возрасте — 15,0 тыс. (63,3%). Среди причин смерти почти 90 тыс. умерших: алкогольная кардиомиопатия — 33,7 тыс. чел., случайные отравления алкоголем — 33,0, алкогольная болезнь печени — 14,2, хронический алкоголизм — 4,7, алкогольные психозы — 0,7 тыс. чел. Кроме того, дополнительно в статистику смертей, связанных с употреблением алкоголя, правомерно включить значительную часть случаев смерти от убийств, самоубийств и транспортных травм.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой