Международная купля-продажа товаров

Тип работы:
Дипломная
Предмет:
Международные отношения и мировая экономика


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Содержание

Введение 2

Глава 1. Понятие и правовое регулирование международной купли-продажи товаров 5

1.1 Понятие международной купли — продажи товаров 5

1.2 Унификация международной купли — продажи товаров 12

Глава 2. Особенности договора международной купли-продажи товаров 25

2.1 Порядок заключения международного коммерческого контракта 25

2.2 Обязательства продавца и покупателя по международным коммерческим контрактам 32

2.3 Форма, содержание и структура международных коммерческих контрактов 37

2.4 Расторжение договора и ответственность сторон за неисполнение или ненадлежащее исполнение контрактов 50

Заключение 72

Библиографический список 78

Приложения 85

Введение

Актуальность темы дипломного исследования. Договор (контракт) международной купли-продажи является наиболее распространенной юридической формой внешнеэкономической сделки. Его разработка (выработка условий и составление проекта), заключение и исполнение требуют специальных знаний и навыков, учета специфических особенностей внешнего рынка. По своему характеру этот контракт, как и все внешнеторговые сделки, связан с правом более чем одного государства, вследствие чего естественным образом усложняется нормативная правовая база, обеспечивающая его функционирование. Существенные различия между национальными законодательствами отдельных стран, сохраняющиеся несмотря на тенденцию гармонизации правовых систем государств, в том числе принадлежащих к различным правовым институтам, предопределяют предпочтительность регламентации таких сделок международными договорами. Вместе с тем относительная малочисленность и разрозненность таких актов обусловливает значительную роль коллизионных норм национального законодательства, унифицированных норм международного частного права и международных обычаев. Исследование взаимодействия этих четырех составляющих в теории и практике правового регулирования международной торговли представляет собой актуальную задачу юридической науки.

Доля России в мировой торговле остается достаточно скромной, а по структуре — носит ярко выраженный сырьевой характер. Тем не менее, из года в год наблюдается тенденция роста ее внешней торговли, увеличения числа заключаемых внешнеторговых сделок, прежде всего, договоров международной купли-продажи товаров.

Для России внешнеэкономическая деятельность ее хозяйствующих резидентов пока является фактором финансовой стабилизации, вследствие чего она и стремится обеспечить оптимальные правовые условия этой деятельности. Однако вовлечение России в процесс мировой экономической интеграции, поиск своего места в мировой системе разделения труда, ликвидация государственной монополии внешнеэкономической деятельности, свобода перемещения товаров, работ и услуг, труда и капитала, выход на внешний рынок российских коммерческих компаний уже сегодня дают основания полагать, что российский импорт перестал быть средством латания прорех во внутренней экономической политике, а экспорт — вынужденной платой за импорт. В таких условиях резко возрастает роль договора в регулировании предпринимательской деятельности.

Принятие третьей части ГК, вступление Российской Федерации в Гаагскую конвенцию по международному частному праву и принятие ее устава, наконец, предстоящее вступление России в ВТО обязывает юридическую науку еще раз обратиться к проблемам национального правового регулирования международных договоров купли-продажи, заключаемых российскими предпринимателями с точки зрения соответствия национального законодательства общепризнанным принципам международного права.

Степень научной разработанности. Наиболее обстоятельные научные работы данной проблеме посвятили Антипов Н. П., Афанасьев Д. В., Батрова Т. А., Бахин С. В., Бекяшев К. А., Белов А. П., Богуславский М. М., Вельяминов Г. М., Вилкова Н. Г., Горлов В. А., Ерпылева Н. Ю., Звеков В. П., Зыкин И. С., Кабатова Е. В., Кастрюлин Д. Ф., Комаров А. С., Кудашкин В. В., Лазарев А. А., Лукашук И. И., Медведев И. Г., Муранов А. И., Рамзайцев Д. Ф., Родионов А. А., Розенберг М. Г., Семенихин В. В., Смирнова Е. В., Фонотова О. В., Ходаков А. Г., и другие авторы.

Целями дипломного исследования является анализ правовых норм регулирующих договор внешнеторговой купли-продажи товаров.

Целевая направленность исследования обусловила необходимость решения следующих задач:

рассмотреть правовые основания заключения договора;

определить понятие договора внешнеторговой купли продажи;

раскрыть субъектный состав и существенные условия договора;

проанализировать способы защиты участников договора.

рассмотреть вопросы ответственности за ненадлежащие исполнение договора;

предложить пути совершенствования законодательства.

Объектом исследования дипломной работы являются общественные отношения возникающие в области внешнеторговой купли- продажи товаров.

Предмет исследования составляют:

нормы Гражданского кодекса Российской Федерации и других федеральных законов;

международные договоры;

материалы судебной практики применительно к проблеме исследования.

Методы исследования. Проведенное исследование опирается на диалектический метод научного познания явлений окружающей действительности, отражающий взаимосвязь теории и практики. Обоснование положений, выводов и рекомендаций, содержащихся в дипломной работе, осуществлено путем комплексного применения следующих методов социально-правового исследования: историко-правового, статистического и логико-юридического.

Структура и объем работы. Дипломная работа состоит из введения, двух глав, включающих в себя шесть параграфов, заключения, библиографического списка и приложений.

Глава 1. Понятие и правовое регулирование международной купли-продажи товаров

1.1 Понятие международной купли — продажи товаров

Международные коммерческие контракты — центральный институт международного частного права (МЧП). Объем норм, регулирующих порядок заключения, действия и исполнения таких контрактов, позволяет предположить: в рамках международного частного права формируется особая подотрасль — международное торговое право (lex mercatoria) Ерпылева Н. Ю. Понятие, предмет и система международного частного права // Адвокат. — 2004. — № 9. — С. 19. Хотя эта подотрасль имеет свой обособленный (и, конечно, более узкий по сравнению с МЧП) предмет, методы правового регулирования остаются общими для всех отраслей МЧП, принимая форму коллизионно-правового и материально-правового регулирования Ерпылева Н. Ю. Международное коммерческое право: современные тенденции в развитии // Право и политика. — 2005. — № 1. — С. 18. То же относится и к источникам международного торгового права, которые объединяют национальное законодательство, а также международные договоры и обычаи, что характерно и для МЧП в целом.

В научной литературе в отношении рассматриваемого вопроса употребляется несколько терминов: «внешнеэкономическая сделка», «внешнеторговая сделка», «международный торговый договор», «договор международной купли-продажи», «международный коммерческий контракт». Нет нужды говорить, что термин «внешнеэкономическая сделка» наиболее емок, т.к. включает в себя не только торговые, но и любые другие виды сделок с иностранным элементом (международные строительные контракты, кредитные, лизинговые соглашения и т. п.). Что же касается остальных терминов, то они — синонимы и употребляются в том же контексте Розенберг М. Г. Международная купля-продажа товаров: комментарий к правовому регулированию и практике разрешения споров (издание третье, исправленное и дополненное) — М., Статут. 2006. — С. 98.

Остановимся подробнее на характеристике источников правового регулирования международных коммерческих контрактов. Национальное законодательство представлено внутригосударственными актами, регулирующими комплекс правоотношений по международным торговым сделкам. В России к числу таких актов относится Федеральный закон «О государственном регулировании внешнеторговой деятельности» Собрание законодательства РФ. — 2003. — № 50. — Ст. 4850., цели которого — защита экономического суверенитета, обеспечение экономической безопасности РФ, стимулирование национальной экономики при осуществлении внешнеторговой деятельности и обеспечение эффективной интеграции экономики РФ в экономику мировую (ст. 1).

Закон определяет принципы и методы государственного регулирования внешнеторговой деятельности; компетенцию в ней РФ и субъектов Федерации; участников и особые режимы отдельных видов внешнеторговой деятельности; формы защиты экономических интересов РФ и ее субъектов, муниципальных образований и российских лиц в области внешней торговли.

Международные договоры как источник международного торгового права объединяют большой массив документов регионального (в рамках интеграционных группировок государств) и универсального характера. К числу региональных можно отнести заключенную государствами — членами Европейского Союза Римскую конвенцию 1980 г. о праве, применимом к договорным обязательствам, которая содержит унифицированные коллизионно-правовые нормы, позволяющие выбрать соответствующую правовую систему для регулирования контрактных обязательств сторон, включая и коммерческие сделки Бардина М. О праве, применимом к договорным обязательствам в странах ЕС // Хозяйство и право. — 1997. — № 4. — С. 114−126; Вилкова Н. Применимое право при разрешении споров и внешнеэкономических сделок // Хозяйство и право. — 1995. — № 11. — С. 103. Региональный характер имеют также и заключенные государствами — членами СНГ Ташкентское соглашение 1992 г. о сотрудничестве в области внешнеэкономической деятельности и Киевское соглашение 1992 г. об общих условиях поставок товаров между организациями этих государств. Соглашения заложили основы правового регулирования международных торговых отношений в рамках СНГ.

Важнейшим универсальным договором в области международного торгового права выступает Венская конвенция ООН 1980 г. о договорах международной купли-продажи товаров Батрова Т. А. Проблемы правового регулирования внешнеторговых сделок // Налоги (газета). — 2006. — № 45. — С. 11; Смирнова Е. Применение конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров // Российская юстиция. — 2006. — № 11. — С. 18., проект которой был разработан ЮНСИТРАЛ. Конвенция представляет собой результат истинно универсальной унификации материально-правовых норм, регулирующих коммерческие сделки. Конвенция вступила в силу 1 января 1988 г., среди ее участников уже более полусотни государств. СССР присоединился к ней в мае 1990 г., и положения Конвенции стали для него юридическими обязательствами с 1 сентября 1991 г. После распада Советского Союза участницей Конвенции в результате международного правопреемства стала Россия. Конвенция представляет собой попытку объединить подходы романо-германской (континентальной) и англосаксонской правовых систем. Именно это обусловило не всегда последовательный и одномерный характер ее норм. Следует отметить, что большая часть их диспозитивна, что означает возможность отступать от их содержания по взаимному согласию сторон конкретного коммерческого контракта. Конвенция разрешает ряд вопросов, имеющих принципиальное значение в сфере международного коммерческого оборота. К ним относятся:

юридическое понятие договора международной купли-продажи товаров (международного коммерческого контракта) Елисеев И., Митева Т. Договор международной купли-продажи товаров // Корпоративный юрист. — 2006. — № 1. — С. 18. ;

порядок заключения таких контрактов между отсутствующими сторонами;

форма контрактов;

основное содержание прав и обязанностей продавца и покупателя;

ответственность сторон за неисполнение или ненадлежащее исполнение контрактов.

Успех Венской конвенции ООН 1980 г. оказал влияние и на процесс унификации коллизионно-правовых норм в области международной торговли, что нашло отражение в разработке и принятии под эгидой Гаагской конференции по МЧП Гаагской конвенции 1986 г. о праве, применимом к договорам международной купли-продажи товаров. Конвенция 1986 г. служит дополнением Венской и определяет право, применимое к международным коммерческим контрактам, когда стороны таких контрактов имеют коммерческие предприятия на территории разных государств Бахин С. В. Унификация права международной торговли: место исполнения обязательств // Законодательство и экономика. — 2002. — № 6. — С. 17. Кроме этого, Конвенция содержит принципы регулирования трех важных аспектов, предваряющих основной вопрос о применимом праве, которые затрагивают:

наличие и материальную действительность самого соглашения сторон о выборе применимого права;

наличие и материальную действительность международного коммерческого контракта или его условий;

формальную действительность международного коммерческого контракта Вилкова Н. Унификация коллизионных норм в сфере международных коммерческих контрактов (Гаагские конвенции) // Хозяйство и право. — 1997. — № 12. — С. 139−147.

Наряду с международной кодификацией норм, относящихся к международным коммерческим договорам, которая неизбежно принимает форму юридически обязательных документов, все большее значение приобретает разработка документов, носящих рекомендательный характер и обладающих в силу этого большей гибкостью и адаптированностью. Примером могут служить Принципы международных коммерческих договоров, одобренные УНИДРУА в 1994 г. Принципы международных коммерческих договоров / Под ред. Комарова С. — М., Проспект. 1996. — С. 76. По своей природе Принципы не являются юридически обязательным документом, поэтому степень и широта их применения в первую очередь будут зависеть от их авторитетности в деловых кругах.

Преимущественно Принципы УНИДРУА отражают концепции, которые можно найти если не во всех, то в большей части правовых систем. Однако, поскольку Принципы направлены на обеспечение системы норм, специально приспособленных к потребностям международных коммерческих сделок, они включают в себя также то, что предположительно является наилучшим решением, даже если оно еще не стало общепринятым. Цель Принципов — установление сбалансированного свода норм, предназначенных для использования во всем мире независимо от правовых традиций, а также экономических и политических условий государств, где они будут применяться. Это отражено как в форме их представления, так и в общей политике, лежащей в их основе. Что касается формы представления, то в Принципах УНИДРУА намеренно сведено к минимуму использование терминологии, свойственной какой-либо одной правовой системе. Международный характер Принципов подчеркивается тем, что сопровождающие каждое их положение комментарии не содержат ссылок на национальное право. Только в тех случаях, когда норма позаимствована из Венской конвенции ООН 1980 г., дается прямая ссылка на ее источник. По своему содержанию Принципы достаточно гибки для того, чтобы учесть постоянные изменения, происходящие в результате развития технологии и затрагивающие практику международной торговли. В то же время Принципы пытаются обеспечить честность в международных коммерческих отношениях путем прямого формулирования общей обязанности сторон действовать в соответствии с добросовестностью и честной деловой практикой, с установлением в отдельных случаях стандартов разумного поведения.

В науке международного частного права не существует унифицированного определения «международный коммерческий контракт» Медведев И. Г. Международное частное право и нотариальная деятельность (2-е изд.). — М., Волтерс Клувер. 2005. — С. 113. Историческое развитие унификации права международных коммерческих контрактов, начавшееся несколько столетий назад, охватывает следующие этапы Вилкова Н. Исторические аспекты унификации права международных контрактов // Хозяйство и право. — 1997. — № 6. — С. 139−147. Первый — относящийся к средневековому праву купцов (law merchant), представлявшему собой набор международных торговых обычаев, которые регламентировали космополитическую общность купцов, путешествовавших от порта к порту, от ярмарки к ярмарке. Второй этап ознаменовался возникновением национальных правовых систем под влиянием понимания права как национального феномена и упрочением идеи национального суверенитета. Третий, современный этап характеризуется движением от национальной замкнутости к универсальной унификации, позволяющей на основе многосторонних переговоров разрабатывать и принимать единообразные коллизионные и материально-правовые нормы. Именно к третьему этапу относится появление сколько-нибудь единообразного понятия международных коммерческих контрактов. Первым шагом на этом пути стала Гаагская конвенция 1955 г. о праве, применимом к международной купле-продаже товаров Бекяшев К. А., Ходаков А. Г. Международное частное право. Сборник документов. — М., БЕК. 1997. — С. 198−201., принятая в рамках Гаагской конференции по международному частному праву. Хотя сторонами Конвенции были не более десятка государств, принадлежащих главным образом к романо-германской системе права, именно она имеет наибольшее число участников среди универсальных международных конвенций по унификации коллизионных норм. Несмотря на то, что Гаагская конвенция 1955 г. не предложила унифицированного определения международного коммерческого контракта, ее значимость состоит в признании на межгосударственном уровне факта существования международной купли-продажи товаров (ст. 1). Анализ текста ст. 3 косвенно позволяет утверждать, что под понятие международной купли-продажи по смыслу конвенции подпадали те случаи, когда продавец и покупатель находились на территории разных государств.

В качестве второго шага на пути единообразного понимания термина «международный коммерческий контракт» можно рассматривать принятие в рамках УНИДРУА двух Конвенций: Гаагской 1964 г. о Единообразном законе о международной купле-продаже товаров и Гаагской 1964 г. о Единообразном законе о заключении договоров международной купли-продажи товаров. Хотя обе конвенции, имевшие незначительное число государств-участников, утратили свое действие в связи с вступлением в силу Венской конвенции ООН 1980 г., их значение состояло в том, что они впервые ввели юридическое определение понятия «международный коммерческий контракт» (по терминологии конвенций — договор международной купли-продажи товаров). Чтобы коммерческий контракт был признан международным, необходимо наличие в совокупности двух признаков — одного основного и одного из трех дополнительных. Основной признак: расположение на территории различных государств главных коммерческих предприятий контрагентов — продавца и покупателя Лукашук И. И. Современное право международных договоров. Т. II. Действие международных договоров. — М., Волтерс Клувер. 2006. — С. 89. Дополнительный признак: на территории различных государств должны находиться пункты:

отправления и назначения проданного товара;

совершения оферты и акцепта;

заключения и исполнения договора.

Совершенно очевидно, что целая группа контрактов, относящихся к купле-продаже товаров на международных выставках и имеющих бесспорно международный характер, в силу вышеупомянутых требований Конвенций не подпадала под действие унифицированного режима правового регулирования.

Самым важным шагом в этом направлении следует считать Венскую конвенцию ООН 1980 г. Согласно ее требованиям международный характер присущ тем коммерческим контрактам, стороны которых имеют свои коммерческие предприятия на территории разных государств (п. 1 ст. 1). Ни национальная принадлежность сторон, ни их гражданский или торговый статус, ни гражданский или торговый характер договора не принимаются во внимание (п. 3 ст. 1). Таким образом, современное понимание международного характера (т.е. заключен в коммерческих целях, а не с целью индивидуального потребления) и включает в себя иностранный элемент в виде нахождения коммерческих предприятий продавца и покупателя на территории разных государств Лазарев А. А. Регулирование вопросов существенных условий в конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. // Адвокат. — 2005. — № 11. — С. 17.

1.2 Унификация международной купли — продажи товаров

Успехи в унификации права международной торговли способствовали тому, что эта область международного права стала едва ли не самой урегулированной его частью. Однако детально регламентированным право международной торговли может считаться лишь в сравнении с другими областями международного сотрудничества. При анализе проблем, касающихся порядка регламентации собственно торговых операций, правоведы подчас отмечают, что в современных условиях «проблема унификации правового регулирования международной торговли все еще остается актуальной» Комаров А. С. Международная унификация правового регулирования внешнеэкономической деятельности // Законодательство. — 1999. — № 11. — С. 28., а по более осторожным оценкам «широкомасштабная унификация регулирования международного торгового оборота… является задачей далекого будущего» Муранов А. И. Ценное пособие для всех, имеющих отношение к праву международной торговли // Московский журнал международного права. — 2001. — № 1 (41). — С. 227.

В самом деле, все еще остается немало вопросов, которые либо вообще не нашли разрешения, либо разрешены лишь отчасти в международных унифицированных актах. Кроме того, постоянно обновляясь по формам и расширяясь по объему, международная торговля требует адекватного правового опосредования, т. е. уточнения и развития действующих правовых предписаний. И эта работа может осуществляться как путем разработки новых, так и дополнения действующих унификационных инструментов.

Вполне очевидно, что ни один унификационный документ не направлен на исчерпывающую регламентацию международной торговли в целом. В практической плоскости такая задача просто — напросто неразрешима, а потому никогда и не ставилась. К тому же разработчики унификационных актов, стремясь сделать их приемлемыми для максимально широкого применения, в большинстве случаев вообще исключают из предмета регулирования проблемы, по которым не удается достичь согласия. Очевидно и то, что чем шире сфера действия унификационного документа, тем сложнее и длительнее выработка его текста. Поэтому во имя достижения согласия их разработчики осознанно идут на выработку узких унификационных регуляторов.

Так, еще при подготовке самого первого международного соглашения по унификации права международной торговли авторы проекта поставили перед собой задачу обособить регулирование купли — продажи от общей части обязательственного права. На этой важнейшей посылке базировались Гаагские конвенции о купле — продаже товаров 1964 г., а позднее — Конвенция ООН о договорах международной купли — продажи товаров 1980 г. (далее — Венская конвенция).

Ситуация изменилась существенным образом, когда унификация, выйдя на новый уровень, стала затрагивать не только изолированные юридические проблемы, но и вопросы, имеющие общее, сквозное значение. Первоначально такое широкое регулирование было предпринято в сфере коллизионного права (Римская конвенция о праве, применимом к контрактным обязательствам 1980 г., Межамериканская конвенция о праве, применимом к международным контрактам 1994 г.).

Следующим шагом в этом направлении стала унификация материально — правового регулирования контрактного права. В 1994 г. Международным институтом по унификации частного права были опубликованы Принципы международных коммерческих договоров (Принципы УНИДРУА) Принципы международных коммерческих договоров / Под ред. Комарова А. С. — М., Проспект. 1996. — С. 87., а в 1998-м Комиссия по европейскому контрактному праву ЕС обнародовала дополненную и уточненную версию Принципов европейского контрактного права (далее — Европейские принципы). В названных документах предпринята едва ли не самая широкая из когда-либо осуществлявшихся унификация общей части контрактного права. Отнюдь не случайно эти документы рассматриваются многими юристами как существенный шаг в создании единого правового регулирования одной из важнейших сфер международного сотрудничества.

Специалистам еще предстоит дать ответ на весьма непростой вопрос о правовой природе названных сводов контрактного права и порядке их применения Бахин С. В. Субправо: новые тенденции в унификации международного права (статья 1) // Правоведение. — 2002. — № 1. — С. 149−158; Бахин С. В. Субправо: правовая природа и назначение (статья 2) // Правоведение. — 2002. — № 2. — С. 149−158. В числе прочих ждет своего решения проблема соотношения существующих унифицированных регуляторов с вновь принятыми документами. Эта проблема может оказаться довольно сложной для разрешения в тех случаях, когда в международном праве уже действуют специальные акты, рассчитанные на регулирование отдельных видов сделок (Венская конвенция, Конвенция о международном финансовом лизинге 1988 г., Конвенция о международном факторинге 1988 г. и др.).

Выход на новый уровень унификации, когда затрагивается обширная область права, совершенно естественно повлиял на характер создаваемых норм. При разработке документов, относящихся, например, к купле — продаже, в них можно было с достаточной степенью детализации очертить права продавца и покупателя, требования к товару, вопросы согласования цены, перехода рисков, определить меры на случай нарушения контракта его участниками и т. д. Переход к более высокому уровню обобщения потребовал от разработчиков создания таких норм, которые подходили бы к любому внешнеэкономическому контракту. Формулируя такие общие нормы, составители должны были выводить за скобки особенности отдельных видов сделок, поэтому Принципы УНИДРУА и Европейские принципы носят чрезвычайно широкий характер.

В этих условиях неизбежно возникает вопрос о соотношении и порядке совместного применения действующих и вновь созданных унифицированных регуляторов. При этом, по всей видимости, недостаточно констатировать различия в их правовой природе. Необходим углубленный сопоставительный анализ содержания названных новых сводов контрактного права и существующих документов, рассчитанных на специальное регулирование отдельных видов сделок.

Сделки, совершаемые с иностранными контрагентами, регулируются нормами права той или иной страны. Применимое к ним право определяется по соглашению сторон контракта. Действующее в России законодательство (ст. 1210 ГК РФ), как и право большинства других стран мира, исходит из того, что стороны внешнеэкономической сделки свободны в выборе применимого права. Однако при этом возникают серьезные сложности не только у не искушенных в праве людей, но и у профессиональных юристов, которые недостаточно глубоко знают иностранное право, регулирующее коммерческие отношения. Прежде всего это вызвано тем, что имеются существенные различия в решении одних и тех же вопросов в разных системах права и национальных законодательствах, а также в практике их применения. Участнику внешнеэкономической деятельности необходимо хорошо ориентироваться в нормах права, которые регулируют этот вид договора Розенберг М. Г. Международный договор и иностранное право в практике Международного коммерческого арбитражного суда. 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Статут, 2000 — С. 64..

При отсутствии в контракте условия о применимом праве (а это часто бывает на практике) стороны могут согласовать этот вопрос впоследствии. Если же и такая договоренность не достигнута, применимое право определяется на основании коллизионной нормы. Она дает ответ на вопрос, правом какого государства должны регулироваться отношения сторон по сделке с иностранным элементом Богуславский М. М. Международное частное право: Учебник. 3-е изд., перераб. и доп. — М.: Юристъ, 1998 — С. 128.; Звеков В. П. Международное частное право: Курс лекций. — М.: НОРМА-ИНФРА-М, 1999 — С. 180. Применимые к рассматриваемому виду договоров коллизионные нормы в праве разных стран не совпадают по содержанию. Есть и международные конвенции, цель которых — унифицировать коллизионные нормы, применимые к договору международной купли-продажи товаров Вилкова Н. Г. Межамериканская конвенция о праве, применимом к международным контрактам (Конвенция Мехико, 1994 г.) // Право и экономика. — 1997. — № 4 — С. 18.

Закон о международном коммерческом арбитраже (ст. 28) предусматривает, что суд применяет право, определенное в соответствии с коллизионными нормами, которые он считает применимыми. Аналогично решен этот вопрос и в Европейской конвенции о внешнеторговом арбитраже 1961 г. Ведомости Верховного Совета СССР. — 1962. — № 20. — Ст. 210; Ведомости Верховного Совета СССР. — 1964. -№ 44. — Ст. 485. (ст. VII), в которой Российская Федерация участвует в качестве продолжателя СССР.

Согласно действующему в Российской Федерации законодательству (ст. 1211 ГК РФ) к отношениям по договору купли-продажи при отсутствии соглашения сторон применяется, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, право страны, где находится основное место деятельности стороны-продавца. Закон исходит из презумпции, что, как правило, именно продавец осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора купли-продажи.

Не во всех случаях, когда Конвенция признается применимой в качестве международного договора либо как входящая в правовую систему государства — ее участника, право которого применимо к конкретному контракту, отношения сторон контракта регулируются положениями Конвенции (или только ее положениями).

Конвенция она не затрагивает действия других международных соглашений по вопросам, являющимся предметом ее регулирования, если стороны имеют коммерческие предприятия в государствах — участниках такого соглашения. К таким актам относятся, в частности, ОУП СНГ Содружество. Информационный вестник Совета глав государств и Совета глав правительств СНГ. Вып. 4. -Минск, 1992. — С. 57., а также сохранившие нормативный характер Основные условия поставок (далее ОУП) СССР — КНР Розенберг М. Г. Указ. соч. — С. 73. и ОУП СССР — КНДР Там же.

Поэтому применимое право по вопросам поставок, не урегулированным в контрактах или в Общих условиях, определяется на основании коллизионных норм национального права. Согласно коллизионной норме китайского законодательства, если отсутствует соглашение сторон по этому вопросу, применению подлежит право страны, имеющей наиболее тесную связь с конкретным контрактом.

Если, однако, договор имеет очевидно более тесную связь с правом другой страны, суд должен применять последнее.

При наличии в контрактах ссылки на ОУП СЭВ 1968/1988 гг., ОУП СЭВ — Финляндия следует иметь в виду, что тем самым заключается соглашение сторон о применении материального права страны продавца, поскольку указанные Общие условия поставок предусматривают его применение по вопросам, не урегулированным или не полностью урегулированным контрактом или ОУП. Необходимо заметить, что все государства, являвшиеся участниками ОУП СЭВ 1968/1988 гг. (кроме Вьетнама), так же как и Финляндия и Югославия, участвуют в Венской конвенции 1980 г. Поэтому таким материальным правом по общему правилу будут положения этой Конвенции.

Таким образом, возможны два варианта применения норм национального гражданского права к отношениям по внешнеторговой купле-продаже товаров: в качестве дополнительного (субсидиарного) статута (для восполнения пробелов, имеющихся в международных договорах Российской Федерации) либо в качестве основного статута, т. е. для полного регулирования отношений сторон.

Когда применимым является российское гражданское право, следует учитывать ряд моментов Комментарий гражданского кодекса Российской Федерации. Часть вторая. / Под ред. Козырь О. М.,. Маковского А. Л, Хохлова С. А. — М.: Международный центр финансового экономического развития, 1996. — С. 284 — 300.

Необходимо прежде всего определить, какими конкретно законодательными актами регулируются отношения сторон, имея в виду изменения, произошедшие в последние годы. Основываться нужно на переходных положениях, содержащихся в соответствующих нормативных актах. К ним относятся: Вводный закон к ч. 1 ГК РФ, Вводный закон к ч. 2 ГК РФ, Вводный закон к ч. 3 ГК РФ, Постановление Верховного Совета Р Ф от 14. 07. 92 года № 3301−1 «О регулировании гражданских правоотношений в период проведения экономической реформы» Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. -1992.- № 30. -Ст. 1800., Постановление Верховного Совета Р Ф от 03. 03. 93 № 4604−1 «О некоторых вопросах применения законодательства Союза ССР на территории Российской Федерации» Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации.- 1993.- № 11. -Ст. 393. Следует также учитывать соответствующие постановления Пленумов Верховного Суда Р Ф и Высшего Арбитражного Суда Р Ф, содержащие разъяснения, даваемые в порядке судебного толкования.

Договор внешнеторговой купли-продажи товаров является внешнеэкономической сделкой. Поэтому к нему применимы специальные правила, относящиеся к внешнеэкономическим сделкам (п. 3 ст. 162 ГК РФ о последствиях несоблюдения простой письменной формы внешнеэкономической сделки Решение МКАС от 17. 02. 06 по делу № 150/2006//Арбитражная практика за 2001 — 2006 гг. — С. 177 — 182. или ст. 1209 ГК РФ о праве, подлежащем применению к форме внешнеэкономических сделок Розенберг М. Г. Указ. соч. — С. 103 — 110.

Применение тех или иных норм ГК РФ определяется видовой принадлежностью договора. Коль скоро конкретный контракт соответствует признакам договора поставки, предусмотренным ст. 506 ГК РФ, отношения сторон регулируются прежде всего правилами, содержащимися в § 3 гл. 30 ГК РФ («Поставка товаров»), а по вопросам, не решенным в этом параграфе иначе, — правилами § 1 той же главы. При квалификации контракта в качестве договора купли-продажи (а не поставки) к нему применимы общие положения о купле-продаже, содержащиеся в § 1 гл. 30 ГК РФ.

В порядке, предусмотренном законом (п. 3 ст. 420 ГК РФ), к договору внешнеторговой купли-продажи товаров применяются и общие положения ГК РФ об обязательствах. Следует также обратить внимание на то, что в ряде правил, содержащихся в § 1 и 3 гл. 30 ГК РФ, имеются прямые отсылки к конкретным положениям подраздела 1 раздела III ГК Р Ф Общие положения об обязательствах (например: в п. 1 ст. 457, п. п. 1 и 3 ст. 485, п. 3 ст. 486, п. п. 1, 2 и 4 ст. 487, п. 1 ст. 488, п. 1 ст. 523).

Применяя международный договор (в частности, Венскую конвенцию 1980 г.), необходимо руководствоваться его правилами о допустимости субсидиарного использования норм национального права. Нельзя аргументировать ту или иную позицию путем параллельных ссылок на правила международного договора и нормы национального права Решение МКАС при ТПП РФ от 14. 09. 98 по делу № 131/1996 //Арбитражная практика… за 1998 г. С. 161 — 165, 193 — 199.

В этой связи необходимо учитывать, что, хотя при подготовке проектов части первой и части второй ГК РФ были широко использованы подходы Венской конвенции 1980 г., в результате чего многие нормы российского законодательства, регулирующие отношения по договорам купли-продажи и поставки, совпадают с положениями этой Конвенции, тем не менее имеются и существенные различия по ряду вопросов.

Венская конвенция 1980 г. Конвенция вступила в силу с 1 января 1988 г. Состоит из четырех частей, включающих в общей сложности 101 статью. Она регулирует отношения по вопросам, связанным как с заключением договоров международной купли-продажи товаров, так и с их исполнением и ответственностью за неисполнение или ненадлежащее исполнение.

Текст Конвенции свидетельствует о стремлении ее участников обеспечить сбалансированность интересов сторон контракта с учетом деловой практики и норм национальных законодательств. Это, в частности, проявляется в том, что практически текстуально совпадают положения Конвенции, относящиеся к средствам правовой защиты, предоставляемой как продавцу, так и покупателю при нарушении контракта другой стороной. Гибкость формулировок норм Конвенции позволяет (при их применении) учитывать конкретные обстоятельства каждой сделки. Вместе с тем для успешного применения этого документа необходимы знания и навыки ведения коммерческих операций в условиях реальных рыночных отношений.

ОУП СНГ отличаются рядом характерных черт. Во-первых, как отмечалось выше, они распространяются на отношения между субъектами хозяйствования (независимо от форм собственности) государств — участников Содружества по межгосударственным экономическим связям и при этом в них декларирована полная автономия воли субъекта хозяйствования при заключении договора, но сделано исключение относительно поставки товаров по межгосударственным соглашениям.

Во-вторых, провозглашено, что они не распространяются на хозяйственные отношения между субъектами государств, не являющихся членами СНГ. Это положение представляется недостаточно точным. ОУП СНГ неприменимы и к хозяйственным отношениям, стороной которых являются субъекты из государств — членов СНГ, не участвующих в ОУП СНГ (Азербайджан, Грузия).

В-третьих, ОУП СНГ содержат регулирование лишь по весьма ограниченному числу вопросов.

В-четвертых, в них установлен порядок подписания договоров (руководителем субъекта хозяйствования или уполномоченными им лицами).

Наиболее широко в практике применяются разработанные Международной торговой палатой (МТП) Международные правила толкования торговых терминов (Инкотермс), Унифицированные правила и обычаи для документарных аккредитивов (UCP) и Унифицированные правила для инкассо.

Инкотермс являются плодом многолетнего обобщения международной коммерческой практики толкования условий контракта, которые определяют базис поставки. Первая редакция была принята в 1936 г. В нее вносились изменения и дополнения в 1953, 1967, 1976, 1980 и 1990 гг. В настоящее время действуют Инкотермс в редакции 2000 г. Андрианов С., Розенберг М. Новое в определении базисных условий поставок // Внешняя торговля.- 1982.- № 7, 8 — С. 23−24, 27.; Зыкин И. С. Обычаи и обыкновения в международной торговле. — М. Юрлитиздат. 1983. — С. 123.; Вилкова Н. Г. Инкотермс 2000, новые единообразные международные правила толкования торговых терминов // эж-ЮРИСТ.- № 22.- 2000 — С. 31−43. Обычно их положения применяются, если сделана прямая ссылка в контракте и в самих его условиях не предусмотрено иное. Важно знать, что ГК РФ (п. 6 ст. 1211) исходит из презумпции, согласно которой при отсутствии в договоре иных указаний, когда в нем использованы принятые в международном обороте торговые термины, считается, что сторонами согласовано применение к их отношениям обычаев делового оборота, обозначаемых соответствующими торговыми терминами. В то же время Постановлением Правления Торгово-промышленной Палаты Р Ф (далее — ТПП) от 28. 06. 2001 № 117−13 (п. 4) Торгово-промышленные ведомости. — 2001. — № 19/20. Инкотермс 2000 признаны в России торговым обычаем. И в ряде других стран отдельные правила толкования торговых терминов, содержащиеся в Инкотермс, признаются действующими и при отсутствии ссылки на них в контракте, например в Чехии. Такого же мнения, согласно публикации Польской внешнеторговой палаты, придерживаются в Польше относительно условий ФОБ, СИФ и КАФ Справочник о внешней торговле стран — членов СЭВ и СФРЮ. Польская Народная Республика. — Лейпциг, 1977. — С. 47. Некоторыми странами Инкотермс был придан нормативный характер, например Украиной, Испанией — в отношении импортных сделок и Ираком — по всем внешнеторговым сделкам Шмиттгофф К. Экспорт: право и практика международной торговли / Отв. ред. А. С. Комаров. М. Инфра. 1993. — С. 48, 414..

Инкотермс 2000 включает 13 торговых терминов. Инкотермс необходимо отличать от другого издания МТП — «Коммерческие термины», содержащего сведения о торговых обычаях, действующих по вопросам толкования контрактных условий, определяющих базис поставки. Следует иметь в виду, что для применения торгового обычая не требуется ссылка на него в контракте.

В России применяются также Принципы международных коммерческих договоров (далее — «Принципы»), разработаны при участии российских специалистов Международным институтом по унификации частного права в Риме (сокращенно называемого УНИДРУА) Принципы международных коммерческих договоров / Пер. с англ. Комарова А. С. — М.: Международный центр финансово-экономического развития, 1996. — С. 68.

При разработке «Принципов» учитывались нормы Венской конвенции: ряд их положений текстуально совпадает с соответствующими нормами Конвенции. Вместе с тем «Принципы» содержат и положения по ряду вопросов, которые были предметом обсуждения при разработке Венской конвенции, но не нашли в ней отражения. Целесообразно, в частности, обратить внимание на некоторые положения «Принципов», которые исходят из необходимости соблюдения добросовестности и честной деловой практики.

Когда в контракте сторон имеется ссылка на Принципы УНИДРУА, их содержание становится частью контракта, что не исключает применения по вопросам, в них не урегулированным или урегулированным императивными нормами соответствующего национального законодательства, норм национального законодательства, предусмотренного соглашением сторон или определенного судом путем использования коллизионных критериев.

Предписания ГК РФ о соотношении обычаев и норм законодательства соответствуют отечественной доктрине и практике, согласно которым считалось общепризнанным, что обычай применяется, если данное отношение не регулируется нормой права (императивной или диспозитивной) Рамзайцев Д. Ф. Договор купли-продажи во внешней торговле СССР. — М. Юрлитиздат. 1961. — С. 57; Зыкин И. С. Указ. раб. — С. 34. В тех случаях, когда норма права, подлежащего применению к договору, носит диспозитивный характер, обычаи могут применяться, если в договоре прямо указано на это Зыкин И. С. Указ раб. — С. 34. В настоящее время такой подход вряд ли можно признать достаточно убедительным.

Глава 2. Особенности договора международной купли продажи товаров

2.1 Порядок заключения международного коммерческого контракта

Контракт может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами. Он может быть заключен и путем обмена письмами, телеграммами, телефонограммами, телефаксами и т. п., подписанными стороной, которая их направляет. В этом случае процесс заключения контракта начинается с предложения вступить в контрактные правоотношения, которое называется офертой. Лицо, направляющее оферту, именуется оферентом. Согласие с предложением о заключении контракта (принятие предложения) называется акцептом, а лицо, от которого оно исходит, — акцептантом. Не всякое предложение, связанное с заключением контракта, считается офертой. Не признаются офертой различного рода прейскуранты, проспекты, тарифы, рекламные объявления. По нормам национального законодательства в оферте должны содержаться все существенные условия будущего контракта. Закон связывает с принятием оферты лицом, которому она адресована, совершенно определенное правовое последствие, а именно признание контракта заключенным Лазарев А. А. Существенные условия в конвенции о договорах международной купли-продажи товаров // Право и экономика. — 2005. — № 8. — С. 19. Это правовое последствие может быть достигнуто только в том случае, если принимаемое предложение уже содержит те минимальные условия, которые признаются существенными по закону или необходимы для контрактов данного вида. Однако право различных государств неодинаково определяет условия, являющиеся существенными для того или иного вида контрактов, в том числе для международных коммерческих. Если по праву некоторых государств существенными или необходимыми условиями коммерческих контрактов являются предмет, срок поставки и цена (государства романо-германской системы права), то в странах англосаксонской системы права для заключения такого контракта достаточно согласовать его предмет (что касается цены, то, если и она не согласована, покупатель считается обязанным уплатить разумную цену). ГК РФ предусматривает, что существенными условиями договора поставки служат наименование и количество товара, а также срок поставки (ст. ст. 455, 506). Такие условия, как цена и качество товара, по общему правилу, не являются существенными в силу закона. Таким образом, любая оферта должна включать в себя все существенные условия контракта и содержать окончательное решение оферента связать себя таким контрактом при условии принятия его предложения. Это требование позволяет отличить оферту от вызова на оферту, а также от предложения, в котором лицо, сделавшее его, сохраняет за собой право принять окончательное решение по получении ответа на предложение.

Согласно ст. 14 Венской конвенции ООН 1980 г., устанавливающей требования, которым должно отвечать предложение о заключении контракта, чтобы оно рассматривалось в качестве оферты, такое предложение должно быть «достаточно определенным». Оно считается таковым, «если в нем обозначен товар и прямо или косвенно устанавливаются количество и цена либо предусматривается порядок их определения». Конечно, в предложении могут содержаться и другие условия, помимо вышеупомянутых, однако при их отсутствии предложение согласно ст. 14 не будет считаться офертой, приводящей к заключению контракта в случае ее принятия адресатом.

Оферта, направленная конкретному лицу, должна быть получена адресатом оферты (п. 1 ст. 15). Из этого следует, что до тех пор, пока оферта не прибудет к контрагенту, она не влечет за собой никаких юридических последствий. Кроме того, до момента получения оферты адресатом и сам оферент юридически не связан сделанным им предложением, которое может быть им отменено. Для этого необходимо, чтобы сообщение об отмене оферты достигло контрагента ранее или одновременно с прибытием к нему оферты (п. 2 ст. 15). Полученная контрагентом оферта может быть им акцептована или отклонена. Период, в течение которого контрагент может акцептовать оферту, фиксируется в оферте или устанавливается в конкретном случае с учетом обстоятельств сделки, в частности «скорости использованных средств связи» (п. 2 ст. 18). Может ли оферент отозвать свою оферту после ее вступления в силу, но до окончания срока, предоставленного контрагенту для акцепта? В международной коммерческой практике последовательно проводится разграничение между так называемыми твердыми (безотзывными) и свободными (отзывными) офертами. Применительно к последним поставленный вопрос решается положительно, и, напротив, твердая оферта отозванию не подлежит.

Согласно Венской конвенции ООН 1980 г. оферта не может быть отозвана: если в ней путем установления определенного срока для акцепта или иным образом указывается, что она безотзывная, или если для адресата оферты было разумным рассматривать ее как безотзывную и он действовал соответственно (п. 2 ст. 16). Следовательно, своевременная отправка акцепта, не приводя к заключению контракта, имеет существенное юридическое значение: в этот момент оферент утрачивает право на отзыв оферты, иными словами, свободная оферта трансформируется в твердую. Итак, необходимо разграничивать отмену и отозвание оферты. Отменена может быть любая как твердая, так и свободная оферта, но только до ее вступления в силу. Отозвание возможно только по отношению к свободной оферте в промежутке времени между ее вступлением в силу и отправкой акцепта Вельяминов Г. М., Международное экономическое право и процесс (Академический курс): Учебник. — М., Волтерс Клувер. 2004. — С. 178.

Заключение контракта предполагает акцепт оферты. Вместе с тем акцепт юридически налицо, лишь когда ответ о согласии с офертой не содержит отклонений от нее. В противном случае не приходится говорить о том, что между контрагентами достигнуто соглашение по всем затронутым в оферте вопросам. Если же контрагент сопровождает принятие оферты оговорками, такой ответ признается отклонением оферты и в то же время новой офертой. Пункт 1 ст. 19 Венской конвенции ООН 1980 г. предусматривает, что ответ на оферту, который имеет целью служить акцептом, но содержит дополнения, ограничения или иные изменения, является отклонением оферты и представляет собой встречную оферту. Однако вслед за п. 1 идет п. 2 ст. 19, в котором установлено следующее: «ответ на оферту, который имеет целью служить акцептом, но содержит дополнительные или отличные условия, не меняющие существенно условий оферты, является акцептом, если только оферент без неоправданной задержки не возразит устно против этих расхождений или не направит уведомления об этом. Если он этого не сделает, то условиями контракта будут являться условия оферты с изменениями, содержащимися в акцепте». Даже если содержащиеся в ответе дополнительные или отличные условия не меняют существенно условий оферты, за оферентом сохраняется право по причине таких расхождений не рассматривать подобный ответ в качестве акцепта, приводящего к заключению контракта. С другой стороны, отклонение акцепта по п. 2 ст. 19 (в отличие от п. 1) происходит не автоматически, а требует определенных действий со стороны оферента, который должен для этого «без неоправданной задержки» заявить свои возражения Ерпылева Н. Ю. Понятие, форма и порядок заключения международных коммерческих контрактов // Внешнеторговое право. — 2005. — № 2. — С. 23. В случае таких возражений нельзя считать, что ответ другой стороны «является акцептом», следует признать, что он «является отклонением оферты и представляет собой встречную оферту».

Закономерно возникает вопрос: что считать существенным изменением условий оферты? Ответ на него можно найти в п. 3 ст. 19, в соответствии с которым «дополнительные или отличные условия в отношении, среди прочего, цены, платежа, качества и количества товара, места и срока поставки, объема ответственности одной из сторон перед другой или разрешении споров считаются существенно изменяющими условия оферты».

Значение этого пункта заключается главным образом в том, что, если содержащееся в ответе на оферту изменение ее условий затрагивает один из указанных вопросов, такое изменение, независимо от его содержания, должно заведомо рассматриваться как «существенное», а сам ответ как отклонение оферты и как встречная оферта, но не как акцепт. Перечень, данный в п. 3 ст. 19, носит не исчерпывающий, а открытый характер: говоря другими словами, проблема «существенности» изменения условий оферты, содержащегося в ответе о ее принятии, может возникать применительно и к любому другому вопросу, не включенному в этот перечень.

По общему правилу акцепт вступает в силу в момент, когда согласие адресата оферты получено оферентом. Однако согласие с офертой может быть выражено и путем совершения конклюдентных действий, если это предусмотрено офертой или применяется сторонами в силу сложившейся практики. Конклюдентные действия могут выражаться в отправке товара или уплате цены. Акцепт в этих случаях вступает в силу в момент совершения такого действия при условии, что оно имело место в пределах срока действительности оферты. Весьма актуальной представляется проблема возможности отмены акцепта. Дело в том, что отозвание акцепта после его вступления в силу представляло бы собой не что иное, как одностороннее расторжение акцептантом уже заключенного контракта, что признается в принципе неправомерным. Следовательно, отозвание акцепта, который вступил в силу, вообще недопустимо. Поэтому остается только возможность отмены отправленного акцепта до его вступления в силу. Но для наличия такой возможности необходим разрыв во времени между упомянутыми моментами. Если этого разрыва нет (вступление акцепта в силу приурочивается к моменту его отсылки), акцептант не вправе отозвать отправленный акцепт. Именно такой случай характерен для государств англосаксонской системы права. Воспринятая ими «теория почтового ящика» исключает возможность аннулирования акцепта после того, как он отправлен. В странах романо-германской системы права вступление акцепта в силу происходит в момент его прибытия к оференту, т. е. возникает разрыв во времени между отправкой акцепта и его вступлением в силу, а это создает потенциальную возможность отмены отправленного, но еще не вступившего в силу акцепта. Акцептант, пожелавший воспользоваться такой возможностью, должен сообщить об этом оференту до получения последним акцепта. Законодательство Р Ф исходит из того, что акцепт вступает в силу в момент его получения оферентом (ст. 433 ГК РФ), а следовательно, отмена акцепта в промежутке между его отправлением и прибытием к оференту вполне осуществима. Эта позиция воспринята и Конвенцией, согласно которой акцепт может быть отменен, если сообщение об отмене получено оферентом раньше того момента или в тот момент, когда акцепт должен был вступить в силу (ст. 22). Момент вступления акцепта в силу предопределяет и момент заключения международного коммерческого контракта. Страны романо-германской системы права увязывают заключение контракта с прибытием акцепта к оференту; в англосаксонской системе права принято считать, что контракт заключается в момент отправления акцепта Ерпылева Н. Ю. Международные коммерческие контракты в международном частном праве // Законодательство и экономика. — 2000. — № 3. — С. 18. Согласно Г К РФ договор признается заключенным в момент получения лицом, направившем оферту, ее акцепта (п. 1 ст. 433). Если в договоре не указано место его заключения, договор признается заключенным в месте жительства гражданина или месте нахождения юридического лица, направившего оферту (ст. 444).

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой