Международное гуманитарное право и СМИ

Тип работы:
Курс лекций
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Международное гуманитарное право и СМИ

Конспект лекций

Ю.В. Чемякин

1. Введение

Данный модуль предназначен для ознакомления студентов с целями и задачами курса, также в его рамках дается определение понятия «международное гуманитарное право» и разъясняется сфера его применения, подчеркивается значимость данной отрасли права для всего мирового сообщества, обосновывается необходимость данного курса для студентов-журналистов.

План модуля:

Цели и задачи курса;

Определение международного гуманитарного права;

Сфера применения МГП;

Необходимость существования гуманитарного права;

Необходимость изучения МГП и материалов данного курса для студентов-журналистов.

Цели курса «МГП и СМИ»: Познакомить студентов с основами международного гуманитарного права, исследовать специфику работы журналиста на современной войне, способствовать распространению гуманистических принципов освещения вооруженных конфликтов.

Задачи курса: Изучить историю развития и современное состояние МГП, структуру, действующие нормативные документы и основные положения международного гуманитарного права, дать представление о механизмах пресечения нарушений МГП, о соотношении гуманитарного права с законами о правах человека. Осмыслить роль МККК и других организаций красного креста и красного полумесяца в развитии и функционировании права войны. Исследовать воздействие СМИ на ход вооруженных конфликтов, изучить правила поведения журналиста в «горячей точке» и принципы освещения военных событий в средствах массовой информации.

Международное гуманитарное право (МГП) — это отрасль международного права, которая применяется в период вооруженных конфликтов с целью смягчить их последствия. МГП представляет собой систему юридических норм и принципов, которые, во-первых, ограничивают выбор средств и методов ведения военных действий, во-вторых, защищают лиц, не принимающих или переставших принимать участие в военных действиях.

Вместо наиболее распространенного в настоящее время термина «международное гуманитарное право» («МГП») иногда используют такие термины, как «право войны», «право вооруженных конфликтов», «законы и обычаи войны». В широком смысле, это синонимы. Хотя, например, «законы и обычаи войны» — несколько устаревшее обозначение, термином «право войны» предпочитают пользоваться военные, а в дипломатических и университетских кругах теперь обычно применяется именно термин «международное гуманитарное право».

МГП применяется в период различных вооруженных конфликтов: и международного, и немеждународного характера. Но именно в период вооруженных конфликтов, а не просто при беспорядках и волнениях внутри страны. В ситуациях насилия, не достигших интенсивности вооруженного конфликта, применяются положения права прав человека, а также соответствующие нормы внутреннего законодательства. Существуют специальные критерии, позволяющие констатировать, что ситуация насилия достигла интенсивности вооруженного конфликта: с одной стороны, находящиеся в конфликте субъекты должны обладать минимумом организованности и иметь вооруженные силы; с другой — их конфликтные отношения должны достичь уровня открытых и коллективных военных действий.

Сама необходимость существования права войны на протяжении истории нередко подвергалась (а некоторыми даже сейчас подвергается) сомнению. В самом деле, не лучше ли добиваться прекращения войн, а не создавать некие правила их ведения?! Ведь, казалось бы, война — это по определению попрание всех норм гуманности, всех человеческих и божеских законов! Ведь любая война — это смерть и страдания, это искалеченные судьбы, дети, оставшиеся сиротами… Как сказал в XIX в. один английский политик, «пытаться цивилизовать войну — это все равно, что цивилизовать ад!». Есть своя правда в этом. Недаром после второй мировой войны многие (в том числе дипломаты, представители ООН) считали, что нет смысла в дальнейшем развитии МГП. Ведь войны запрещены! Разрабатывая долгосрочную программу своей деятельности в 1949 г., Комиссия международного права ООН отказалась включить в эту программу право войны…

Между тем, после второй мировой в мире произошло уже более ста войн. Люди, разрабатывающие нормы МГП (в частности, представители Международного Комитета Красного Креста), прагматично исходят из того, что войны все равно ведутся. Меняется их характер, но они ведутся. Следовательно, нужно развивать МГП — для того, чтобы ограничить насилие некими рамками, чтобы защитить гражданских лиц, пленных, раненых, больных… Причем, независимо от того, какой национальности эти люди, к какой воюющей стороне они принадлежат. Поэтому международное гуманитарное право не занимается изучением причин вооруженного конфликта, выяснением того, кто ведет «справедливую», а кто — «захватническую» войну и т. д. Ведь подобные выяснения не помогут, а, наоборот, помешают оказывать помощь раненым, больным и другим жертвам конфликта. Международное гуманитарное право интересуют не причины, а средства и методы ведения войны.

Некоторые считают, что в нормах МГП нет особого смысла потому, что они все равно постоянно нарушаются. Действительно, международное гуманитарное право соблюдается далеко не всегда. Например, американцы во время войны в Ираке в 2003 г. убивали представителей Красного Креста, журналистов и других гражданских лиц, уничтожали памятники культуры, использовали запрещенные средства ведения войны. Но можно провести аналогию, например, с уголовным кодексом. Он тоже очень часто нарушается. Однако, что было бы, если бы уголовного кодекса вообще не существовало!?. Так же обстоит дело и с международным гуманитарным правом.

К настоящему времени изобретено столько мощных и изощренных средств уничтожения (химическое, бактериологическое оружие и т. д.), что если бы все они применялись, те жестокие войны, которые ведутся на планете сейчас, показались бы детскими играми. Препятствует их применению именно международное гуманитарное право.

Журналистам необходимо знать нормы этого права потому, что журналист — одно из главных действующих лиц на современной войне. Информационная составляющая играет огромную роль в современных вооруженных конфликтах. Несколько талантливых репортеров могут оказать большее воздействие на развитие конфликта, чем несколько танковых полков. Причем, воздействие это может быть как позитивным, так и негативным, как способствующим эскалации насилия, так и способствующим прекращению войны. Именно под воздействием общественного мнения, направляемого СМИ, американское правительство вынуждено было вывести войска из Вьетнама… И именно СМИ (радио) сыграло решающую роль в развязывании страшного геноцида в Руанде, унесшего жизни восьмисот тысяч человек… Это лишь два показательных примера.

Политики и военачальники прекрасно понимают, какой силой обладают средства массовой информации, поэтому стремятся использовать их в своих целях, поставить под свой контроль в ходе вооруженных конфликтов. В этой ситуации для журналиста важно не стать пешкой в чужой игре. Ведь СМИ призваны отражать интересы общества, а не штаба командования той или иной группировки. Поэтому журналист, освещающий военные события, должен в полной мере осознавать лежащую на нем ответственность, иметь представление об использовании информационных технологий в современных войнах. И, разумеется, для профессионального освещения вооруженных конфликтов журналисту необходимо иметь представление о нормах международного гуманитарного права.

Резюме. Сама история, практика жизни подтверждает необходимость существования международного гуманитарного права — права, которое ограничивает средства и методы ведения войны, защищает гражданское население и других жертв вооруженных конфликтов как международного, так и немеждународного характера. Для журналистов важно знать нормы МГП, а также правила «техники безопасности» при работе в «горячих точках» и принципы освещения вооруженных конфликтов в СМИ. Ведь средства массовой информации способны оказать большое влияние на развитие современных вооруженных конфликтов, на поведение воюющих.

2. История зарождения и развития права войны до середины XIX в.

Цели и задачи модуля: познакомить студентов с зарождением законов и обычаев войны и их развитием на протяжении веков; показать, какие факторы, какие выдающиеся личности способствовали развитию права войны, и какие формы оно приобретало в разные исторические эпохи.

План модуля:

Зарождение законов и обычаев войны в древнем мире;

Особенности развития права войны в Средние века;

Новое время, эпоха Просвещения.

Древность

Вряд ли удастся найти документальные свидетельства того, где и когда появились первые нормы гуманитарного права. Еще до появления государств возникали правила, целью которых было смягчить ужасы войны.

Конечно, на ранней стадии развития человеческого общества преобладало то, что теперь называется «законом джунглей». Триумф самого сильного или самого вероломного обычно сопровождался чудовищной бойней и невообразимыми зверствами. Но даже в тот период, особенно, среди оседлых народов, мы наблюдались попытки смягчить ужасы войны. Археологи обнаружили, что за ранеными в бою в эпоху неолита ухаживали, многие скелеты являют собой доказательства того, что уже практиковались вправления суставов и даже трепанация.

Изучение некоторых диких племен дает представление о жизни первобытного человека. В Папуа, где племена постоянно воюют между собой, противника всегда предупреждают заранее о времени начала военных действий, и война не начинается, пока оба противника не будут готовы. Наконечники стрел не имеют зазубрин, чтобы не наносить противнику излишнего вреда. Война прекращается на 15 дней, когда убивают или тяжело ранят человека, и перемирие это настолько свято соблюдается, что враждующие стороны даже не выставляют часовых.

Каково было положение вещей в великих цивилизациях древности с 3000 до 1500 гг. до нашей эры? Их экономика основывалась главным образом на рабстве, иногда приобретавшем колоссальный размах. Несмотря на то, что рабство отвратительно, оно было шагом вперед, так как означало, что жизнь захваченных в плен врагов будет сохранена.

Конечно, разные народы по-разному относились к законам и обычаям войны.

Например, в цивилизации хеттов, открытой археологами в XIX веке, существовали поразительно гуманные правила ведения войны. Они объявляли войну и подписывали мирные договоры. При капитуляции вражеских городов их население обычно не страдало. С городами, оказавшими сопротивление, обходились более жестоко, но и в этом случае очень редко устраивались массовые казни или захват людей в рабство. Такая снисходительность очень непохожа на жестокость ассирийцев, чьи победы сопровождались ужасными жестокостями.

В первом тысячелетии до нашей эры в Азии процветали новые цивилизации. В то время как индуизм призывал предоставить каждого человека его собственной судьбе, буддизм взял своим лозунгом сострадание. Лао Дзы полагал, что единственная ценность человека заключается в служении людям, а Конфуций проповедовал действенный альтруизм, основанный на солидарности и знаниях.

Практически во всех культурах древности можно обнаружить некие правила — предвестники современного гуманитарного права. Чаще всего их можно найти в важнейших литературных памятниках.

В исторических книгах Ветхого Завета много преданий о войнах. Они совершались по указанию Всевышнего, и именно он запретил идущим в Землю Обетованную любые контакты с их врагами. Но даже в то время законом талиона устанавливались пределы насилия. Некоторые разделы Библии запрещали израильтянам убивать врагов, сдающихся на милость победителя, призывали к милосердию по отношению к раненым, женщинам, детям и старикам.

Не менее важны древнеиндийские письменные источники. Эпос Махабхарата и законы, отраженные в легендах о Ману, первом человеке, явились воинскими кодексами, которые, вероятно, намного обогнали свое время. Воинам запрещалось убивать вышедших из строя врагов и тех, кто сдается. После выздоровления раненых военнопленных их предписывалось отправлять на родину. Запрещено было применять зазубренное или отравленное оружие. Существовали правила реквизиции собственности врага и правила содержания военнопленных, нельзя было объявлять войну без пощады.

Индийский император Асока, призванный «Великодушным», приказывал своим солдатам с уважением относиться к раненым врагам, а также к монахиням, которые ухаживали за ранеными.

По свидетельству Геродота, спартанцы (лакедемоняне) убивали персидских посланников и, когда направляли к персам своих послов, предполагали, что их в отместку убьют. Но персидский царь Ксеркс заявил, что не намерен «уподобляться лакедемонянам»: «Они, убив вестников, нарушили принятый во всем мире обычай, а я не буду делать то, за что осуждаю других…».

Тем не менее, побежденному врагу в то время приходилось уповать на милость победителя. А победители слишком часто оказывались жестокими и беспощадными. Так, после подавления восстания в Пелопоннесе спартанцы перебили всех мужчин, а женщин обратили в рабство. В 185 г. до нашей эры, после подавления восстания рабов в Апулии, 7000 рабов были распяты римлянами.

Рим властвовал с помощью силы, организации и закона. Закон был поднят на небывалую высоту. Но его действие прекращалось на Римской империи. Народы (не только воины, но и мирные жители!) враждебных государств были просто вне закона. Война в древности объявлялась не только неприятельскому государству и его вооруженным защитникам, но вообще всем лицам, находящимся на неприятельской территории. Захваченные в плен солдаты и гражданское население обычно подвергались издевательствам, а после триумфального шествия их казнили. Тех, кого оставляли в живых, продавали в рабство.

Некоторые философские течения древности внесли свой вклад в пресечение чрезмерных жестокостей во время войны. Особо выделяется в этом плане стоицизм, центральное место в котором занимали гуманистические принципы. На заре Pax Romana доктрина стоиков получила широкое распространение, приобрела таких сильных сторонников, как Сенека и Цицерон, и вступила, можно сказать, в свой золотой век. Ее приверженцы провозглашали равенство всех людей и осуждали рабство. Они утверждали, что война не влечет за собой отмену всех законов. Они заменили лозунг «Человек человеку волк» на «Жизнь человека священна». Существовавшее ранее «Горе побежденному» заменили такими согревающими душу постулатами, как «Я человек и ничто человеческое мне не чуждо» и «Страдающий враг — не враг».

Однако на практике прогресс был медленным. Необходимо также отметить, что философам-стоикам принадлежит идея справедливой войны, которая затем возродилась в средние века и повлекла за собой ужасные последствия. Лучшими намерениями было продиктовано философское положение о том, что нельзя начинать войну без justa causa. Иными словами, война может быть начата только с целью защиты или для восстановления справедливости. Но захватчики всегда пытались оправдать свои завоевания религиозными и нравственными мотивами, всегда утверждали, что они ведут справедливые войны.

Средние века

Такие мировые религии, как христианство и ислам, оказали большое воздействие на развитие гуманитарного права.

Христианская религия проповедовала, что все люди созданы по образу и подобию Божьему, что все мы — дети одного Отца и все удостоены вечной жизни. Человек приобретал неизведанное до сих пор достоинство. Если все люди братья, то убийство — преступление, и рабов больше быть не должно. Эта концепция была настолько революционной, что потрясла основы древнего общества и внесла свой вклад, не меньший, чем великие завоевания, в уничтожение шатких структур старого мира.

Христос проповедовал любовь к ближнему и возвел ее на уровень всеобщего принципа.

Правда, сам Христос ничего не говорил о войне и о том, как надо ее вести. Вопрос о том, применима ли заповедь «Не убий» и указание Евангелия «Возлюби врага своего» — к войне, а не только к личной жизни верующих, горячо дебатируется на протяжении веков.

Христиане начала нашей эры отказывались сражаться в римской армии потому, что римские воины были язычниками, а также из-за притязаний императора на божественное происхождение. Ситуация кардинально изменилась в 313 г. нашей эры после объявления Миланского указа, которым Константин, перешедший в христианство, в один день превратил церковь в великую мирскую силу.

Среди последствий этого союза церкви и государства было и вынужденное согласие церковных властей узаконить войну. Это, однако, явилось потрясением для многих христиан, согласных с Тертуллианом и Оригеном в том, что кровопролитие — преступление, запрещенное Писанием.

Перед лицом таких колебаний святой Августин (Августин Аврелий) в начале V века разработал теорию, заимствованную у стоиков. Это была доктрина «справедливой войны», подхваченная впоследствии Фомой Аквинским и множеством казуистов. Эта теория дала верующим оправдание войны и ее жестокостей, предложив компромисс между нравственными идеалами и политической необходимостью. Суть доктрины «справедливой войны» такова: естественный порядок есть отражение божественного порядка. Законный правитель может устанавливать порядок на земле. Война, объявленная справедливой, ведется в соответствие с волей Бога. Противник, таким образом, — враг Господа и поэтому, естественно, ведет несправедливую войну.

Конечно, чтобы война считалась справедливой, справедливой должна быть и причина, ее вызвавшая. Соответственно, святой Августин осудил захватнические войны. Но разве была в истории война, которую бы правитель, развязавший ее, объявил несправедливой и среди целей которой не назвал бы восстановление справедливости, попранной противником?

Как утверждал святой Августин: «Справедливая война есть борьба между грехом и справедливостью, и любая победа, даже одержанная грешниками, есть унижение для побежденных, которые по Божьему приговору несут наказание за свои прегрешения». Позднее Фома Гаэтанский, великий магистр Ордена доминиканцев, писал: «За ущерб, причиненный не только воинам, но и другим жителям государства, против которого идет справедливая война, не должно чувствовать себя виновным… Незачем делить жителей на виновных и невиновных, поскольку все государство враждебно и, в силу этого, проклято и разорено».

Церковь признавала право убивать пленных, обычно считавшихся еретиками, право превращать их в рабов, даже детей и женщин.

Воюющие стороны использовали идею справедливой войны для оправдания своих жестокостей. Достаточно привести лишь один пример — крестовые походы, являющиеся, пожалуй, самым ярким примером «справедливой войны».

Крестовые походы тесно связаны с таким культурно-историческим явлением, как рыцарство. Рыцарство собрало в элитарные войска людей знатного происхождения, имевших право носить оружие и сражаться верхом.

Рыцарские кодексы и правила поведения внесли определенный вклад в развитие гуманитарного права. (В Японии подобную роль сыграли самурайские кодексы чести). Объявление войны, неприкосновенность парламентера с белым флагом, запрещение использовать некоторые виды оружия — наследство, оставленное нам эпохой рыцарства.

Правда, рыцарские правила имели очень ограниченный характер. Они касались лишь христиан, причем благородного происхождения. Некоторые исследователи считают, что эти правила существовали для блага самого рыцарского сословия. Лишь захваченный в плен дворянин имел право на сохранение жизни, и лишь он мог купить себе свободу. Ясно, что запрет арбалетов (на Втором Латранском Совете в 1139 г.) тоже был выгоден, в первую очередь, рыцарям. Разве можно было допустить, чтобы мчащийся на коне в сверкающих доспехах рыцарь был убит стрелой простого слуги?!

Характерно, что запрет на использование арбалетов, так же, как на применение ядов, не распространялся на «неверных» (под которыми подразумевались, прежде всего, приверженцы ислама).

Как и христианство, ислам оказал большое влияние на развитие права войны. Согласно традициям и указаниям Корана, военнопленных казнили или обращали в рабство. Но те, за кого вносили выкуп, а также перешедшие в мусульманство, могли остаться в живых и обрести свободу. Кодекс «Вигайят», написанный в 1280 г. во время арабского владычества в Испании, являлся настоящим сводов законов войны. Он запрещал убивать женщин, детей, стариков, сумасшедших, больных и парламентеров. Он также запрещал наносить увечья побежденным, отравлять ядом стрелы и источники воды.

Приверженцы ислама, как правило, считали необходимым даже по отношению к крестоносцам соблюдать определенные законы и обычаи войны. В то время как крестоносцы полагали, что язычники — вне закона, и договоры с ними могут быть расторгнуты в одностороннем порядке. Когда крестоносцы взяли Иерусалим в 1099 г., они вырезали все население (разительный контраст: когда Салах Ад-Дин, известный европейцам под именем Саладин, вошел в Иерусалим в 1187 г., он даже приказал выставить специальные патрули для защиты христиан; впоследствии он освободил богатых пленников за выкуп, а бедных — просто так).

В те времена в армиях не было медицинских служб. Рыцарей часто сопровождали их личные врачи. Простых раненых солдат обычно оставляли мучиться и умирать, а раненых врагов обычно добивали дубинками.

В 1027 г. христианская церковь предложила Западному миру «Божье перемирие», запрещавшие военные действия по воскресеньям, с вечера субботы до утра понедельника. Этот своего рода «военный выходной» был позднее удлинен: сначала он должен был начинаться в пятницу вечером, а потом — даже в четверг вечером. Этого перемирия, более-менее соблюдавшегося, было недостаточно для смягчения ужасов войны. С интересующей нас точки зрения средние века можно считать фанатичным и кровавым периодом в истории. Жестокое обращение с побежденными, бесцельное разрушение и истребление неприятельского имущества — обычные спутники средневековых войн. Исследователь М. Догель даже считает, что вооруженная борьба в эпоху феодализма еще менее чем в древности подчинялась каким-либо нормам права войны.

Новое время

Постепенно централизованная власть в государствах Европы пришла на смену феодальной раздробленности. Междоусобные войны прекратились. Рабство было запрещено.

В XVI веке возникает система соглашений («картелей и капитуляций») между командующими противоборствующих армий. В этих документах оговаривалось обращение с ранеными, женщинами, условия обмена пленными и т. д.

Философы-схоласты этого периода оказали благотворное влияние на развитие права войны. Испанский доминиканец Франциско де Витториа, например, если и не до конца ушел от концепции «справедливой войны», но допустил возможность того, что война бывает справедливой для обеих сторон. Витториа осудил ненужные страдания и резню тех, кого он осмелился назвать невинными.

В XVII в. большой вклад в развитие законов и обычаев войны внес голландский просветитель Гуго Гроций, которого называют отцом международного права. Он рассматривал закон уже не как некое божественное установление, а как продукт человеческого разума. Гроций был первым, кто утверждал, что «справедливая причина», которую заявляет государство, чтобы начать войну, не освобождает воюющих от обязанности соблюдать законы войны (война в его трактовке — одно из средств сохранения государства, а не «божественная кара»). Однако, как и Витториа, Гроций смотрел на население враждебной страны как на врагов, зависящих от милости победителя. В то же время он утверждал, что насилие сверх пределов, необходимых для победы, не может быть оправдано, что гражданское население, и даже солдаты, должны быть оставлены в живых, если это допускает военная необходимость. В своем основном труде «От законной войны к миру» (лат. De jure belli ac pacis) Гроций перечисляет пути смягчения ужасов войны.

Но во времена Гроция воюющие стороны редко руководствовались данными принципами. Тридцатилетняя война представляла собой последовательность позорных и кровавых деяний. Живя разбоем, одинаково на своей и на вражеской территории, солдаты грабили крестьян, издевались над женщинами. Армии того времени представляли собой по сути банды плохо оплачиваемых наемников. Только после реформ Людовика XIV и Фридриха II были созданы регулярные армии, дисциплинированные, национальные по духу и составу.

Идеи просвещения набирали силу, обретали приверженцев среди правителей, полководцев и сыграли существенную роль в развитии гуманитарного права.

В XVIII в. война в Европе превратилась в противостояние регулярных армий. Это была эпоха «войн-парадов», как назовут ее впоследствии. Гражданское население уже, в основном, не вовлекалось в военные действия. Грабеж был запрещен, так же как вероломство и излишняя жестокость. Хотя иногда эти правила и нарушались, но, в основном, все же соблюдались.

Русское военное законодательство уже в начале XVIII в. содержало ряд норм, запрещающих под страхом строгого наказания жестокое обращение с мирным населением. В разработанный Петром I Воинский артикул 1715 г., были включены положения об ответственности за грабежи и разрушение церквей, насилие над женщинами, детьми и престарелыми. В толковании к артикулу указывалось, что «убийство безоружных людей является преступлением, позорящим честь русской армии».

Как огромный шаг вперед в развитии гуманитарного права можно рассматривать трактат Жан Жака Руссо «Об общественном договоре» (1762 г.). «Война, — писал Руссо, — это отношения не между людьми, а между государствами, и люди становятся врагами случайно, не как человеческие существа и даже не как граждане, а как солдаты… Если цель войны — уничтожение враждебного государства, то другая сторона имеет право истреблять его защитников, пока они держат в руках оружие, но как только они бросают его и сдаются — они перестают быть врагами… и вновь становятся людьми, чьи жизни не позволено никому отнимать».

Руссо отверг прежнюю теорию справедливой войны, противопоставленной несправедливой войне и предложил более значимое различие: между комбатантами (людьми, принимающими участие в боевых действиях — от фр. сombatant — сражающийся) и некомбатантами (теми, кто не участвует в боевых действиях). Применять силу можно только против первых — и то только до тех пор, пока они оказывают сопротивление. Ибо целью войны, по мысли Руссо является победа над враждебным государством, но не физическое уничтожение его граждан.

Увы, с введением в ряде стран Европы всеобщей воинской повинности в конце XVIII — начале XIX вв. (впервые введена во Франции в 1793 г.), с началом массовых войн, в которых целые народы мобилизовали почти все свои ресурсы для взаимного уничтожения, гуманитарные принципы все чаще предаются забвению. Ярким примером этого могут служить войны, которые вел Наполеон Бонапарт. Еще будучи генералом, во время Египетской кампании, он хладнокровно велел убить 4000 турецких солдат гарнизона города Яффы, сдавшихся на условиях сохранения им жизни. Наполеон Бонапарт почти не заботился о раненых — ни о своих, ни, тем более, о чужих. К сожалению, примеру великого завоевателя последовали и другие европейские правители, в том числе и его племянник, Луи Наполеон (Наполеон III).

Резюме.

Итак, возникнув еще в глубокой древности, законы и обычаи войны развивались на протяжении веков под воздействием разных факторов, среди которых можно отметить, в частности, философские и религиозные учения, деятельность выдающихся личностей (Лао Дзы, Сенека, Цицерон, Гуго Гроций, Жан Жак Руссо и др). Воздействие некоторых факторов (напр., христианство, рыцарство) на развитие права войны можно признать неоднозначным. Средние века, в которые господствовала так называемая «Доктрина справедливой войны», были, в целом, очень тяжелым, кровавым периодом. В Новое время и, особенно, с наступлением эпохи Просвещения, в развитии права войны был сделан большой шаг вперед.

Литература по теме:

Гассер Ханс-Петер. Международное гуманитарное право. Введение. МККК, 1999.

Давид Э. Принципы права вооруженных конфликтов: Курс лекций юридического факультета Открытого Брюссельского университета. М., МККК, 2000.

Пикте Жан. Развитие и принципы Международного гуманитарного права. МККК, 1994.

Фуркало В.В. Международно-правовая защита гражданского населения в условиях вооруженных конфликтов. Киев, 1986.

3. Развитие гуманитарного права во второй половине XIX — первой половине XX вв.

Цели и задачи модуля:

Рассмотреть предпосылки появления, особенности и значение первой Женевской конвенции 1864 г., а также обстоятельства создания Международного Комитета Красного Креста; понять роль швейцарского бизнесмена Анри Дюнана в становлении международного гуманитарного права; исследовать развитие норм и принципов права войны и Женевского права до второй мировой войны.

План модуля:

Анри Дюнан и его книга «Воспоминание о битве при Сольферино»;

Создание Международного комитета по оказанию помощи раненым и приятие первой Женевской конвенции 1864 г. ;

Развитие Женевского права в конце XIX — начале XX в. ;

Развитие Гаагского права в конце XIX — начале XX в. Роль России.

Когда французская армия под предводительством Наполеона III столкнулось с австрийской армией в 1859 г. близ местечка Сольферино на севере Италии, тысячи раненых, оставшихся на поле битвы после этого большого сражения, оказались брошены на произвол судьбы; были оставлены умирать мучительной смертью. Разве шестеро военных врачей, имевшихся в победившей французской армии, могли оказать существенную помощь девяти тысячам раненым?!

Случайным свидетелем последствий этого сражения стал молодой швейцарский бизнесмен Анри Дюнан (его заслуженно считают основателем современного гуманитарного права и Международного Красного Креста). Увидев в городке Кастильоне огромное количество истекающих кровью раненых, он, позабыв о своих коммерческих делах, из-за которых и оказался в Италии, бросился оказывать помощь страдающим людям. Не имея специальной медицинской подготовки, он помогал раненым, чем мог: промывал им раны, накладывал повязки, подносил воду… Кроме того, ему удалось убедить местных женщин последовать его примеру — вначале те боялись ухаживать за ранеными французами, так как боялись мести австрийцев. Но Дюнан убедил их в том, что перед лицом страданий все равны.

Вместе с состраданием в сердце Дюнана растет и другое чувство: негодование. На устах раненых, от которых он не отходит ни днем, ни ночью, одни и те же горькие слова: «Что же это происходит, сударь? Мы честно сражались, а теперь… Теперь нас бросили на произвол судьбы».

По возвращении из Италии картины человеческих страданий, невольным свидетелем которых стал Дюнан, преследуют его постоянно. Он чувствует, что должен сделать что-то еще… И вот он, словно повинуясь какой-то необоримой силе, запирается у себя в комнате и пишет книгу «Воспоминание о битве при Сольферино».

Эта книга, вышедшая в свет в 1862 году, явилась настоящим шедевром, одним из лучших произведений натуралистической школы, и принесла автору всемирную славу. Со всех концов Европы Дюнану приходят бесчисленные письма, его приглашают в гости именитые особы, в том числе правители европейских государств.

Книга Дюнана, в которой он описывает последствия битвы, страдания раненых, заставляет проклясть войну. В конце книги автор выдвигает два конкретных и очень важных предложения: 1) заключить постоянно действующее международное соглашение, регулирующее некоторые аспекты ведения войны и 2) создать общество для помощи раненым на войне. Первое предложение привело к принятию в 1864 г. I Женевской конвенции, второе — к основанию Красного Креста.

С помощью своих единомышленников Анри Дюнан в октябре 1863 г. проводит международную конференцию и организует в Женеве Международный комитет по оказанию помощи раненым. (С 1880 года он стал называться Международным Комитетом Красного Креста (МККК); на протяжении всей своей истории эта организация играла (и играет) главную роль в развитии международного гуманитарного права). Согласно Решениям конференции, каждая страна должна иметь общество, которое бы в случае войны оказывало помощь медицинским службам вооруженных сил (а для этого бы в мирное время обучало медсестер, готовило медикаменты и т. д.). В Решениях конференции указано, что персонал таких обществ «во всех странах носит единообразный отличительный знак — белую нарукавную повязку с красным крестом».

В августе 1864 г. по инициативе выше упомянутого Комитета Швейцарское правительство созывает международную дипломатическую конференцию в Женеве. Это была очень представительная конференция, на которую съехались представители 16 правительств — такого успеха не ожидали и сами организаторы. 22 августа 1864 г. участники конференции подписывают Женевскую конвенцию об улучшении участи раненых и больных воинов во время сухопутной войны. Согласно этой конвенции, воюющие стороны должны оказывать помощь всем раненым и больным независимо от того, на чьей стороне они сражались. Важнейшим нововведением Конвенции явилось придание статуса нейтральности походным лазаретам и госпиталям, санитарным повозкам, военным врачам и гражданским лицам, которые оказывают помощь раненым и больным воинам. Статус нейтральности означал, что ни госпитали, ни санитарные повозки, ни врачи, ни другие люди, помогающие раненым, более не могут являться законными военными целями. Воюющие стороны не имеют право нападать на них, брать в плен врачей и медсестер. Для того чтобы можно было сразу понять, что данный объект или человек обладает статусом нейтральности, был введен защитный и опознавательный знак: красный крест на белом фоне. Таким образом, данный символ, уже существовавший с 1863 г., теперь обретал особую значимость: он должен был во время войны гарантировать неприкосновенность обозначенных им людей и объектов.

Статус нейтральности был введен по предложению Анри Дюнана — предложению, которое даже его товарищи по Комитету считали слишком смелым и необычным. Дело в том, что до этого с незапамятных времен военные медики представляли собой такие же законные военные цели, как другие офицеры и солдаты. Даже если противник и не хотел убивать врачей, трудно было понять, где врач, а где не врач, ибо никаких специальных опознавательных знаков для них не было предусмотрено.

Уже указывалось, что и до принятия Женевской конвенции существовало множество кодексов, картелей, соглашений и т. д., предоставляющих защиту определенным категориям людей, в том числе раненым и больным, регулирующих права и обязанности воюющих. Исследователи насчитывают более 500 таких документов, принятых до 1864 г. Некоторые из них не менее (или даже более) тщательно прописывают защиту жертв войны, чем I Женевская конвенция. Однако они были разовыми, действующими только в период определенного военного конфликта и/или их действие распространялось исключительно на вооруженные силы какой-то одной страны. Например, «Инструкции полевым войскам США», принятые в 1863 г., больше известные как «Кодекс Либера» (по имени их разработчика, советника президента Линкольна Френсиса Либера), затрагивали практически все аспекты ведения войны, были чрезвычайно прогрессивны и проникнуты духом гуманности. Но эти Инструкции были предназначены исключительно для армии северян, участвовавшей в гражданской войне.

Выдающееся значение I Женевской конвенции 1864 г. состоит как раз в том, что она уже представляла собой многосторонний постоянно действующий договор, открытый для присоединения всех государств. С этого небольшого, состоящего из 10 статей документа начинается все договорное право войны, а также все международное гуманитарное право в современном понимании. Именно эта конвенция лежит в основе принятых позже Гаагских и, что еще более очевидно, Женевских конвенций (за это ее называют «матерью конвенций»). В 1864 г. впервые в истории государства приняли официальный постоянно действующий документ, содержащий ограничения их могущества в интересах отдельных людей и человеколюбия.

Всего лишь через два года после ее принятия, в австро-прусской войне 1866 г., Женевская конвенция прошла боевое крещение. Пруссия ратифицировала Конвенцию и придерживалась ее. Она располагала хорошо оснащенными госпиталями, и Прусский Красный Крест был все время там, где нужна его помощь. В лагере противника ситуация была абсолютно иной, поскольку Австрия тогда еще не подписала Конвенцию, и австрийская армия оставляла своих раненых на поле боя.

В 1867 г. все ведущие (т.е. независимые в то время) державы ратифицировали Конвенцию, кроме Соединенных Штатов, которые сделали это в 1882 г. С этого времени Конвенция приобрела всеобщий характер. Первый военный конфликт, в котором ее придерживались обе воюющие стороны, была сербо-болгарская война 1885 г.

Впоследствии Конвенция несколько раз подвергалась пересмотру. Закон необходимо было конкретизировать, адаптировать к меняющемуся характеру войны, но основные принципы I Женевской конвенции, направленной на защиту жертв войны, оставались в неприкосновенности.

Международный Комитет Красного Креста инициировал и направлял это последовательное развитие гуманитарного права. С помощью международных экспертов он выдвигал предложения, законопроекты, которые впоследствии служили основой для работы дипломатических конференций.

Первый пересмотр Женевской конвенции состоялся в 1906 г., с учетом опыта нескольких войн. Количество статей было увеличено до 33, но суть Конвенции осталась прежней.

Во время первой мировой войны все положения Конвенции, в основном, применялись на практике, кроме тех, которые относились к репатриации медицинского персонала. Воюющие стороны держали значительное количество врачей и медсестер в плену, чтобы они заботились о своих раненых соотечественниках.

После войны, в 1929 г, Женевская конвенция была пересмотрена вторично. В частности, были добавлены положения, касающиеся медицинской авиации и, что очень важно, был ликвидирован пункт «на условиях взаимности». То есть теперь ратифицировавшая Конвенцию держава обязана соблюдать ее в любом случае, даже если противник не соблюдает эту Конвенцию (ранее Конвенции заключались по традиции как взаимообязывающие международные договоры; они следовали общепризнанному правилу, согласно которому невыполнение договора одной стороной давало другой стороне право на его невыполнение).

Кроме пересмотра прежней женевской конвенции, в 1929 г. была принята новая Женевская конвенция об обращении с военнопленными, которая детально рассматривала различные аспекты захвата в плен, содержания в плену и репатриации.

Параллельно с развитием Женевского права шло развитие Гаагского права (см. пояснение данных терминов в модуле 4 «Основные разделы МГП») — второго раздела гуманитарного права, который ограничивает воюющих в выборе средств и методов ведения войны. В становлении Гаагского права огромную роль сыграла Россия. Именно Россия выступила в 1863 г. с предложением запретить некоторые виды оружия, которые наносят больший ущерб противнику, чем это необходимо для военной победы. В частности, были предложения запретить разрывные пули и пули со смещенным центром тяжести, воспламеняющиеся пули и снаряды. Данные предложения, исходящие от России, другие государства зачастую воспринимали с недоверием и непониманием. Но все же в 1868 г. была принята Декларация об отмене употребления взрывчатых и зажигательных пуль («Санкт-Петербургская декларация»). Таким образом, конференция, созванная российским императором Александром II в Санкт-Петербурге, сумела запретить использование конкретных видов вооружений, поскольку такие снаряды без надобности увеличивали страдания раненых или делали их смерть неизбежной. Значение Санкт-Петербургской декларации заключается сегодня даже не столько в ее конкретном содержании, сколько в тех соображениях, которые привели к принятию этого решения. Как сказано в ее преамбуле, «единственная законная цель, которую должны иметь государства во время войны, состоит в ослаблении военных сил неприятеля», поэтому воюющие стороны обязаны ограничивать применение силы для достижения законной военной цели. Этот принцип, сформулированный, вероятно, под влиянием идей Руссо, остается до сих пор одним из главных принципов права войны.

Большим шагом вперед в регулировании средств и методов ведения вооруженных конфликтов стала Конвенция о законах и обычаях сухопутной войны, принятая первой Гаагской конференцией мира в 1899 г, а затем пересмотренная и дополненная второй Гаагской конференцией мира в 1907 г. Гаагская Конвенция впервые дала юридическое определение воюющего (комбатанта), выдвинула положение о защите гражданского населения, установила правила гуманного обращения с военнопленными и правила ведения военных действий. Исключительно важными можно считать раздел «О средствах нанесения вреда неприятелю, об осадах и бомбардировках» и правила, касающиеся оккупированных территорий. Провозгласив, что «воюющие не пользуются неограниченным правом выбора средств нанесения вреда неприятелю», Конвенция установила ряд запрещений:

А) употреблять яд или отравленное оружие;

Б) предательски убивать или ранить лиц из неприятельского населения или войск;

В) убивать или ранить неприятеля, который безусловно сдался;

Г) объявлять, что никому не будет пощады;

Д) употреблять снаряды и оружие, способные причинить излишние страдания;

Е) незаконно пользоваться парламентским или национальным флагом, военными знаками и форменной одеждой неприятеля и др.

Хотя Гаагская конвенция состояла из 56 статей, она, естественно, не могла предусмотреть всех ситуаций. Поэтому по предложению российского делегата Ф. Ф. Мартенса участники конференции внесли в Преамбулу Конвенции следующее положение: «… В случаях, не предусмотренных принятыми ими постановлениями, население и воюющие стороны остаются под охраной и действием начал международного права, поскольку они вытекают из установившихся между образованными народами обычаев, из законов человечности и требований общественного сознания». Эта знаменитая «оговорка Мартенса», являющаяся определенной правовой страховкой, прочно вошла в гуманитарное право и с незначительными изменениями содержится в ряде современных источников МГП.

Первая мировая война выявила необходимость дополнения Гаагского права. Дело в том, что во время первой мировой войны стали применяться некоторые новые средства ведения войны. Особо страшным и бесчеловечным средством был удушающий газ. Созванная Лигой Наций конференция в 1925 г. принимает Протокол о запрещении применения на войне удушливых, ядовитых или других подобных газов и бактериологических средств.

Практика обычно опережает развитие права. Воюющие стороны начинают применять в конфликте новые средства или методы ведения войны, которые оказываются слишком жестокими и/или носящими неизбирательный характер. В итоге появляются Конвенции, которые запрещают (ограничивают) применение данных средств или методов.

Колоссальное влияние на развитие МГП оказала вторая мировая война. Именно после нее формируется система норм ныне действующего гуманитарного права.

Резюме. Основателем международного гуманитарного права и Международного Комитета Красного Креста заслуженно считают швейцарского бизнесмена Анри Дюнана. Вышедшая в 1862 г. его книга «Воспоминания о битве при Сольферино» потрясла весь цивилизованный мир, заставила обратить внимание на ужасы войны, катастрофическое положение раненых и больных на поле боя. Недаром уже в 1864 г. представители шестнадцати ведущих держав принимают Женевскую конвенцию об улучшении участи раненых и больных воинов во время сухопутной войны. Это был первый многосторонний постоянно действующий договор такого рода, открытый для присоединения всех государств. В дальнейшем Женевская Конвенция пересматривалась и дополнялась (1906, 1929 гг.). Параллельно шло развитие Гаагского права, регулировавшего средства и методы ведения войны (1868, 1899, 1907, 1925 гг.). Большая заслуга в развитии этой отрасли права принадлежит российским государственным деятелям и ученым-юристам, таким, в частности, как Федор Федорович Мартенс.

Литература по теме:

Гассер Ханс-Петер. Международное гуманитарное право. Введение. МККК, 1999.

Дюнан Анри. Воспоминание о битве при Сольферино. МККК, 1995.

Пикте Жан. Развитие и принципы Международного гуманитарного права. МККК, 1994.

Пустогаров В. В. Международное гуманитарное право. Учебное пособие. М., 1997.

Раскин А. В. Основы международного гуманитарного права // Журналистика и право, 1999, вып. 16.

4. Основные разделы МГП

Цели и задачи модуля:

Дать представление об основных разделах МГП, рассмотреть их цели, особенности и сферу применения; показать, что в настоящее время деление на право Женевы и право Гааги носит в значительной мере условный характер.

План модуля:

Цели и особенности Женевского права;

Цели и особенности Гаагского права;

Практическое «слияние» двух отраслей после 1977 г.

Международное гуманитарное право состоит из двух основных разделов. Первый — это Женевское право (право Женевы), второй — Гаагское право (право Гааги). Женевское право также называют «собственно гуманитарным правом», а термин «право войны» чаще всего применяют именно по отношению к Гаагскому праву.

Женевское право охраняет:

вышедших из строя раненых и больных;

лиц, потерпевших кораблекрушение во время военных действий на море;

военнопленных;

лиц, не принимающих участие в боевых действиях (гражданское население).

Гаагское право:

регулирует права и обязанности воюющих:

ограничивает воюющих в выборе средств и методов нанесения ущерба противнику;

ограничивает насилие, не обусловленное военной необходимостью.

Женевское право имеет чисто гуманитарный характер и нацелено на защиту человека во время вооруженных конфликтов. Женевское право было разработано исключительно в интересах жертв войны, оно, в отличие от Гаагского права, не дает государствам никаких прав в ущерб индивидууму.

Создатели текстов Гаагского права также вдохновлялись идеалами гуманизма. Однако цель этого права — регулировать военные действия, и в соответствии с этим оно частично основано на понятии военной необходимости и сохранении государства.

Отправным пунктом для формирования Женевского права явилась первая Женевская конвенция 1864 г., которая затем была пересмотрена и дополнена в 1906 и в 1929 гг.

Основой для создания Гаагского права послужили Гаагские конвенции, принятые в 1899 г., пересмотренные затем в 1907 г.

Достаточно долгое время право Женевы (Женевские конвенции) и право Гааги (Гаагские конвенции) рассматривались на Западе как две отдельные отрасли международного права. Объединивший их термин «международное гуманитарное право» («гуманитарное право») закрепился лишь в последней четверти XX в.

Между тем, уже в упомянутых договорах, принятых в конце XIX — начале XX вв., наблюдается определенное пересечение и смешивание Гаагского и Женевского права. Так, например, в Гаагских конвенциях 1907 г были разделы, относящиеся к статусу военнопленных, раненых и лиц, потерпевших кораблекрушение во время боевых действий на море. Эти разделы логически следует отнести к Женевскому праву (позже они и были включены в Женевские конвенции 1929 и 1949 гг.).

После второй мировой войны происходит все большее пересечение норм Гаагского и Женевского права. Особенно показательны в этом отношении два Дополнительных протокола к Женевским конвенциям, принятые в 1977 г. Эти документы содержат положения, традиционно относившиеся к Гаагскому праву, например, о поведении комбатантов (участников боевых действий). Поэтому в настоящее время деление на Женевское и Гаагское право носит несколько условный характер. (Между тем, из действующих нормативных документов МГП, четыре Женевские конвенции 1949 г. и два Дополнительных протокола к ним обычно относят к Женевскому праву, а конвенции 1954, 1972, 1980, 1993, 1997 гг. — подробнее о них будет сказано ниже — к Гаагскому праву).

Резюме.

Право Женевы и право Гааги на начальных стадиях своего существования развивались параллельно, не слишком пересекаясь друг с другом. Каждая из этих отраслей права создавалась с гуманными целями и внесла свой вклад в смягчение ужасов и страданий, причиняемых войнами. Женевское право (или «собственно гуманитарное») защищает раненых, пленных и других жертв вооруженных конфликтов, а Гаагское право ограничивает воюющих в выборе средств и методов ведения войны. Однако с момента принятия двух Дополнительных протоколов 1977 г. нормы Женевского и Гаагского права тесно переплелись, и теперь это разделение на две отрасли носит в значительной мере условный и теоретический характер.

Литература по теме:

Пикте Жан. Развитие и принципы Международного гуманитарного права. МККК, 1994.

Нахлик С. Е. Краткий очерк международного гуманитарного права. МККК, 1993.

МККК. Международное гуманитарное право. Отвечаем на ваши вопросы. Женева, 1999.

Кальсховен Ф. Ограничения методов и средств ведения войны. М.: МККК, 1999.

Пустогаров В. В. Международное гуманитарное право. Учебное пособие. М., 1997.

5. Основные источники современного гуманитарного права

Цели и задачи модуля:

Рассмотреть основные документы действующего международного гуманитарного права, выяснить их значение, выявить предпосылки создания, «степень признанности» международным сообществом; дать представление о юридической проблеме, связанной с возможностью применения ядерного оружия.

План модуля:

Четыре Женевские конвенции 1949 г. — основа современного гуманитарного права;

Дополнительные Протоколы 1977 г., причины, приведшие к их принятию;

Другие важнейшие документы МГП;

Юридическая проблема, связанная с правомерностью (или неправомерностью) применения ядерного оружия

Фундамент современного международного гуманитарного права составляют четыре Женевские конвенции 1949 г.: «Об улучшении участи раненых и больных в действующих армиях» (Конвенция I), «Об улучшении участи раненых, больных и лиц, потерпевших кораблекрушение, из состава вооруженных сил на море» (Конвенция II), «Об обращении с военнопленными» (Конвенция III), «О защите гражданского населения во время войны» (Конвенция IV).

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой