Мотивация достижения подростков из неблагополучных семей

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Психология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

Учреждение образования

«Гомельский государственный университет

имени Франциска Скорины"

Факультет психологии и довузовской подготовки

Кафедра социальной и педагогической психологии

МОТИВАЦИЯ ДОСТИЖЕНИЯ ПОДРОСТКОВ ИЗ НЕБЛАГОПОЛУЧНЫХ СЕМЕЙ

Курсовая работа

Исполнитель:

студентка группы ПС-23 Кохно Ольга Васильевна

Научный руководитель:

ассистент: Новак Наталья Геннадьевна

Гомель 2006

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

1. Мотивация достижения в структуре мотивационной сферы личности

1.1 Понятие мотивационной сферы личности

1.2 Особенности мотивации достижения в структуре мотивационной сферы личности

2. Особенности мотивации достижения подростков из неблагополучных семей

2.1 Характеристика и виды неблагополучных семей

2.2 Особенности мотивации достижения подростков из неблагополучных семей

Заключение

Список использованных источников

ВВЕДЕНИЕ

В данной работе изучается мотивация достижения подростков из неблагополучных семей.

Мотивация достижения является одной из актуальных проблем в психологии. Её исследование имеет важное значение как для теории психологии, так и для общественной практики. Актуальность данной работы в том, что в настоящее время проблема неблагополучных семей достаточно широко распространена. Подростки — члены криминогенных групп. Большинство преступлений совершается подростками из неблагополучных семей.

Проблемы мотивации достижения достаточно широко рассматриваются в трудах зарубежных психологов (Мюррей, Хекхаузен), а также отечественными психологами- Эйлер и др.

Важность разработки проблемы мотивов для теории психологии связана с тем, что она относится к важнейшему разделу психологической науки --психологии личности, являясь в ней стержневой проблемой. Недостаточная её разработанность сдерживает и развитие исследований психологии личности в целом, путей формирования «гармонично развитой, общественно активной личности, сочетающей в себе духовное богатство, моральную чистоту и физическое совершенство».

Целью данной работы является изучение особенностей формирования основных мотивов, входящих в структуру мотивации достижения у подростков из неблагополучных семей.

Объект исследования: мотивация достижения подростков из неблагополучных семей.

Предмет исследования: особенности мотивации достижения подростков из неблагополучных семей.

Задачами курсовой работы являются:

1) анализ литературных источников по проблеме особенностей мотивации достижения подростков из неблагополучных семей.

2) изучение особенностей мотивации достижения подростков из неблагополучных семей.

3) формулирование выводов.

Мотивация — одна из центральных и вместе с тем мало исследованных проблем общей теории психологии. Уточнение и развитие положений, связанных с мотивацией, — необходимое условие развития психологической науки в целом.

1. МОТИВАЦИЯ ДОСТИЖЕНИЯ В СТРУКТУРЕ ЛИЧНОСТИ

1. 1Понятие мотивационной сферы личности

Впервые понятие «мотивация» употребил А. Шопенгаур в статье «Четыре принципа достаточной причины». Затем этот термин прочно вошёл в психологический обиход для объяснения причин поведения человека.

В настоящее время мотивация как психическое явление трактуется по-разному. В одном случае- как совокупность факторов, поддерживающих и направляющих, т. е. определяющих поведение, в другом случае- как совокупность мотивов, в третьем — как побуждение, вызывающее активность организма и определяющее его направленность. Кроме того, мотивация рассматривается как процесс психической регуляции конкретной деятельности, как процесс действия мотива и как механизм, определяющий возникновение, направление и способы осуществления конкретных форм деятельности, как совокупная система процессов, отвечающих за побуждение деятельность.

Отсюда все определения мотивации можно отнести к двум направлениям. Первое рассматривает мотивацию со структурных позиций, как совокупность факторов или мотивов. Например, согласно схеме В. Д. Шадрикова, мотивация обусловлена потребностями и целями личности, уровнем притязаний и идеалами, условиями деятельности (как объективными, внешними, так и субъективными внутренними — знаниями, умениями, способностями, характером) и мировоззрением, убеждениями и направленностью личности. С учётом этих факторов происходит принятие решения, формирование, намерения. Второе направление рассматривает мотивацию не как статичное, а как динамичное образование, как процесс, механизм.

Однако и в том и другом случае мотивация выступает как вторичное по отношению к мотиву образование, явление. Больше того, во втором случае мотивация выступает как средство или механизм реализации уже имеющихся мотивов: возникла ситуация, позволяющая реализовать имеющийся мотив, появляется и мотивация, т. е. процесс регуляции деятельности с помощью мотива. Например, В. А. Иванников считает, что процесс мотивации начинается с актуализации мотива. Такая трактовка мотивации обусловлена тем, что мотив понимается как предмет удовлетворения потребности, т. е. мотив дан человеку как бы готовым его не надо формировать, а надо просто актуализировать (вызвать в сознании человека его образ).

В.Г. Леонтьев выделяет два типа мотивации: первичную, которая проявляется в форме потребности влечения, драйва, инстинкта, и вторичную, проявляющуюся в форме мотива. Следовательно, в данном случае тоже имеется отождествление мотива с мотивацией. В. Г. Леонтьев полагает, что мотив как форма мотивации возникает только на уровне личности и обеспечивает личностное обоснование решения действовать в определённом направлении для достижения определённых целей, и с этим нельзя не согласиться.

Таким образом, ни в понимании сущности мотивации, её роли в регуляции поведения, ни в понимании соотношений между мотивацией и мотивом нет единства взглядов. Выход из создавшегося положения видится в том, чтобы рассматривать мотивацию как динамический процесс формирования мотива (как основания поступка) [1, с. 34].

Процесс формирования мотива может иметь индивидуальные особенности в зависимости от свойств личности. Так, К. Обуховский отмечает, что психостеники предъявляют необычайно высокие требования к своему моральному облику, поэтому у них в формировании мотива непременное участие должен принимать такой мотиватор, как нравственный контроль. У других же лиц такие проблемы не возникают, так как при обосновании принимаемых решений они руководствуются иными ценностями, например, личной преданностью руководителю, начальнику [2, с. 157].

В зарубежной психологии имеется около 50 теорий мотивации. В связи с таким положением В. К. Вилюнас высказывает сомнение в целесообразности с обсуждения вопроса, что такое «мотив». Вместо этого он предлагает сосредоточить внимание на более отчётливом обозначении и описании отдельных феноменов, принимаемых в качестве побудителей активности [3, с. 52].

Другой подход предлагает В. А. Иванников: нужно сузить содержание понятия «мотив» до какой то одной реальности, а для обозначения других ввести новые понятия. Термин «мотив», по его мнению, нужно закрепить за устойчивыми образованиями мотивационной сферы в виде опредмеченных потребностей, а для обозначения конкретного ситуативного образования, непосредственно инициирующего деятельность, использовать термин «побуждение».

Таким образом, различные соотношения между мотивом и побуждением, декларируемые разными авторами, можно представить в виде следующих схем:

Мотив > побуждение > ?действие (Х. Хекхаузен)

Побуждение (мотив) ?>? действие (В.И. Ковалёв)

Побуждение > ?мотив > действие (А.А. Файзуллаев)

В зависимости от того, на какой стадии остановился мотивационный процесс, какова степень осознанности (понимаемости) причин возникающего побуждения, а также степень удовлетворения потребности (достижения цели, запланируемого результата), мотивационные образования могут иметь не только разную структуру, время существования, но и разные названия.

В психологических работах часто можно встретить понятие «мотивационная сфера личности». В отличие от направленности личности, которая связана с доминирующими потребностями и интересами, под мотивационной сферой личности понимают всю имеющуюся у данного человека совокупность мотивационных образований: диспозиций (мотивов), потребностей и целей, оттитюдов, поведенческих паттернов, интересов. С точки зрения развитости её характеризуют по широте, гибкости и иерархизированности.

Под широтой мотивационной сферы понимается качественное разнообразие мотивационных факторов. Чем больше у человека разнообразных мотивов, потребностей, интересов и целей, тем более развитой является его мотивационная сфера.

К такому пониманию широты мотивационной сферы необходимо сделать ряд уточнений. Вряд ли можно напрямую связывать развитие мотивационной сферы человека с количеством имеющихся у него разнообразных потребностей, склонностей, интересов. Конечно, плохо, когда сфера интересов человека слишком заужена и ограничена только одним — двумя видами развлечений, аспектами профессиональной деятельности. Но вряд ли можно приветствовать и другую крайность, когда человек проявляет интерес ко всему, серьёзно ничем не занимаясь. Дилетанство и его пороки известны, исвязывать с ним уровень развития мотивационной сферы, стремиться к такому её развитию вряд ли разумно [1, с. 235].

Кроме того, мотивационную сферу как подструктуру личности — по В. И. Ковалёву — составляют не столько актуальные потребности и актуальные мотивы, сколько устойчивые латентные мотивационные образования (направленность личности, желания, интересы), которые он называет потенциальными мотивами. Следовательно, мотивационная сфера личности сама является латентным образованием, в котором конкретные мотивы как временные функциональные образования появляются лишь эпизодически, постоянно сменяя друг друга [4, с. 78].

Гибкость мотивационной сферы характеризуется, по Р. С. Немову разнообразием средств, с помощью которых может быть удовлетворена одна и та же потребность, т. е. речь идёт фактически о замещении одной цели другой.

Целенаправленное формирование мотивационной сферы личности — это, по существу, формирование самой личности, т. е. в основном педагогическая задача по воспитанию нравственности, формированию интересов и привычек.

В формировании мотива выделяют несколько стадий. Первая стадия- принятие подростком стимула, формирование потребности и первичного мотива. Для того, чтобы нужда (органическая потребность) превратилась в потребность личности, надо, чтобы человек принял этот стимул, сделал его для себя значимым. А для этого необходимо, во — первых, чтобы стимул был осознан человеком; во — вторых, чтобы это чувство достигло по интенсивности некоторого порога, за которым начинается беспокойство человека по поводу возникшего дискомфорта, переживание этого чувства (чаще как неприятного); в — третьих, чтобы человек захотел избавиться от этого неприятного переживания. Возникновение этого побуждения и означает, что сформировалась потребность личности, которая как аккумулятор заряжает энергией всю дальнейшую поисковую активность человека.

Вторая стадия — поисковая активность (внутренняя и внешняя), связанная с перебором возможных средств удовлетворения потребности в данных обстоятельствах.

Внутренняя поисковая активность связана с мысленным перебором конкретных предметов и условий их достижения. Он осуществляется с учётом многих факторов: конкретных внешних условий (место нахождения человека, средств, находящихся под рукой), имеющихся у человека возможностей (наличия определённых знаний, умений, качеств, финансовых средств), нравственных норм и ценностей (наличия определённых убеждений, идеалов, установок, отношения к чему — либо), предпочтений (склонностей, интересов, уровня притязаний).

Третья стадия — выбор конкретной цели и формирование намерения её достичь. После рассмотрения различных вариантов удовлетворения потребностей человек должен на чем — то остановиться, выбрать конкретную цель и путь её достижения.

Таким образом, на третьей стадии заканчивается формирование конкретного мотива, т. е. преобразование стимула в сознательное, преднамеренное побуждение к достижению поставленной цели. При этом цель характеризуется не только содержанием, но и уровнем (какой результат мне нужен — высокий или низкий, какое качество исполнения меня удовлетворит). Поэтому принятие решения часто предполагает планирование и уровня результата. Отсюда разная мобилизация человека, его старание, настойчивость, разная стимулирующая роль мотива. Отсюда и связь мотива с самооценкой возможностей и уровнем притязаний.

Формирование намерения приводит к возникновению побуждения к достижению реальной и конкретной цели. При этом побуждение как аккумулятор энергии мотива реализуется лишь при наличии инициации, т. е. самоприказа и волевого усилия.

Если намерение остаётся не осущёствлённым по ряду причин (получаемый результат не всегда идентичен идеальный цели, на пути достижения цели встретились непреодолимые в даны момент препятствия, не найден предмет удовлетворения потребностей при внешней поисковой активности), у подростка происходит возврат мотива на предыдущую стадию его формирования, т. е. он снова переходит просто в осознанное побуждение. Таким образом, мотивационная установка может обладать, в зависимости от своей устойчивости, свойством многократного своего использования без предшествующего формирования всей структуры мотива, т. е. без прохождения всех описанных выше стадий.

Такие психологические феномены, как желание, хотение, влечение, страсть, необходимость, могут быть отнесены к потребностному блоку мотиваторов, формируемому на первой стадии. Перебор тех или иных целей и путей их достижения связан со склонностями, интересами, уровнем притязаний, с идеалами, убеждениями, установками, ценностями. А такие психологические феномены, как побуждение к достижению цели, стремление, намерение, связаны с третьей стадией формирования мотива.

Таким образом, все перечисленные психологические феномены могут влиять на формирование мотива, обусловливая его структуру, но ни один из них не в состоянии подменить мотив в целом. Только при их наличии в большинстве случаев мотив может осуществлять свои функции: побудительную, направляющую, смыслообразующую, стимулирующую. Так изъятые потребности (или любого другого мотиватора из потребностного блока) из мотива делает непонятным, откуда появилось побуждение найти и достичь цель; изъятие цели делает непонятным, почему побуждение направлено именно на этот объект; изъятие феноменов, через которые на второй стадии осуществляется фильтрация средств и путей достижения цели, делает непонятным, почему предпочтена именно эта цель и именно этот путь и какое значение для человека имеет то или иное действие или поступок.

При рассмотрении стадий формирования мотива, т. е. процесса мотивации, можно выделить три блока: потребностный, «внутренний фильтр» и целевой

В потребностный блок входят такие компоненты, как социальные и биологические потребности, долженствование и мотивационная установка; в блок «внутреннего фильтра» — нравственный контроль, оценка внешней ситуации и своих возможностей, предпочтений интересов склонностей; в целевой блок — потребностная цель, опредмеченное действие и процесс удовлетворения потребности.

Компоненты первого блока должны объяснять, почему у человека возникло побуждение что — то сделать, компоненты второго блока — почему это побуждение стало реализоваться именно так, а компоненты третьего блока должны дать ответ, для чего совершается данное действие или поступок, каков их смысл.

Среди нескольких потребностей, побуждающих к достижению одной и то же цели, одна может занимать ведущее положение, в то время как другие — соподчинённое, лишь подкрепляя ведущую.

Особую роль в организации индивидуально — своеобразной модели социальных навыков подростка играет степень осознанности структуры мотива конкретного поступка. Поэтому осознанность поступков может быть определена как точность интерпретации подростком тех побудительных причин (мотиваторов), которые явились основанием для конкретного поступка.

Психологическое решение вопроса о формировании мотива конкретного поступка тесно связано с проблемой потребностей подростка и целей его деятельности.

Современная психология рассматривает бессознательное в мотивации как один из факторов, оказывающих существенное влияние на поведение подростка, его отдельные поступки. Неосознаваемая детерминация поступков — это такая детеминация, которая осознаётся смутно или даже не осознаётся вовсе. Однако это не означает, что она не может быть осознана индивидом, репрезентация в сознании бессознательного часто приводит к изменению поведения человека, его отношения к внешнему миру и к себе. И нужда, и цель, и причины выбора цели и пути её достижения — всё это осознаваемо. Осознаванию всех компонентов структуры мотива мешает ряд обстоятельств:

1) психологическая защита, которая срабатывает при углубленной саморефлексии (нежелание подростка выглядеть плохим в собственных глазах);

2) «обслуживание» одной и той же целью сразу нескольких потребностей или достижение сразу нескольких целей при удовлетворении одной потребности [5, с. 62].

При достижении запланированного результата и удовлетворении потребности мотив теряет свою актуальность и как побуждение «здесь и сейчас» утрачивает свою энергию, но закрепляется в долговременной памяти как опыт. Мотив становится «знаемым», как и его компоненты — потребности и цели, а также пути их достижения. По мере развития личности возникает своеобразный «банк данных», хранящий в долговременной памяти основные и регулярно возникающие потребности.

Субъекты, с преобладанием мотива соперничества высоко оценивают свою предприимчивость и волю. Они рассчитывают на свою энергию, напор, доказательством чему является жестокость их поведения — доминантность и агрессивность.

Те же, кто более всего стремится к достижениям значимой деятельности, склонны выделять свои деловые качества, такие, например, как практичность, организованность, предприимчивость, воля, предусмотрительность. Реально эти самооценки подкрепляются ответственностью и деловой направленностью этих субъектов.

Имеет значение и развитие интеллекта. Как отмечает К. Обуховский, лёгкость формирования мотива наблюдается с одной стороны, у лиц с примитивным мышлением, с другой — у лиц высокой духовной культуры. Утончённые, привыкшие постоянно контролировать себя, испытывают трудности в выборе целей и средств их достижения.

Часто, однако, цель не достигается, и потребность остаётся не удовлетворённой. Причинами этого могут быть блокирование путей достижения целей (запреты), отсутствие предмета удовлетворение потребности, откладывание по каким — то причинам достижения цели, насильственное прерывание деятельности, ведущей к её достижению. Всё это может приводить к трём вариантам. При первом варианте мотив «затухает» либо естественным путём (феномен забывания намерений по З. Фрейду), при втором — появляется более сильная потребность которая подавляет по механизму доминанты прежнюю при третьем варианте потребность остаётся и требует своего удовлетворения.

1.2 Особенности мотивации достижения в структуре мотивационной сферы личности

В психологии создана и детально разработана теория мотивации достижения успехов в различных видах деятельности. Основателями этой теории считаются американские учёные Д. Макклелланд, Д. Аткинсон и немецкий учёный Х. Хекхаузен [2, с. 487].

Модель Аткинсона была введена не для предсказания выбора цели, а для предсказания выбора альтернативы действия при экспериментально наперёд заданной достиженческой цели. Достиженческо — тематическая цель состоит здесь в том, что бы проявить собственную способность и применить свои усилия. Следовательно, это не модель выбора цели. Тип альтернатив действия также сильно ограничен: человек может выбирать между различными степенями трудности некоторой задачи. Речь идёт таким образом о том, при какой степени трудности испытуемый считает, что он может достичь достиженчески — тематическую цель.

Если цель определяется положительно, т. е личность стремится проявить возможно более высокую способность, то модель предсказывает выбор средних трудностей в качестве компромисса между более привлекательными, но едва ли решаемыми трудными задачами и решаемыми, но не привлекательными лёгкими задачами. При отрицательно определяемой достиженческой цели, т. е. когда личность стремится прежде всего к тому, чтобы не скомпрометировать себя неуспехом, результирующая тенденция избегания является наименьшей при лёгких задачах, когда личность едва ли рассчитывает на неуспех или когда из — за высокой трудности задачи неуспех не компрометирует личность.

Модель Дж. Аткинсона предсказывает гомократический конфликт между очень лёгкими и очень трудными задачами, однако она не содержит никаких способов решения этого конфликта. Одновременно предпочтение трудных и лёгких задач может быть представлено как колебание между двумя одинаково сильными тенденциями выбора. Предполагается, что при равенстве по силе тенденций выбора должны учитываться не только достиженческие, но и дополнительные цели личности для того, чтобы она пришла к определённому предпочтению. Так, оказывается, что люди с мотивом избегания неудачи и высоким мотивом присоединения проявляют явное предпочтение к очень трудным задачам, вероятно для того, чтобы достичь более высокого социального признания при выборе трудных задач. [6, с. 80].

В структуру мотивации достижения входят два мотива, функционально связанных с деятельностью. Это — мотив достижения успеха и мотив избегания неудачи. Поведение людей, мотивированных на достижение успеха и на избегание неудачи, различается следующим образом. Люди, мотивированные на успех, обычно ставят перед собой в деятельности некоторую положительную цель, достижение которой может быть однозначно расценено как успех. Они отчётливо проявляют стремление во что бы то ни стало добиваться только успехов в своей деятельности, ищут такую деятельность, активно в неё включаются, выбирают средства и предпочитают действия, направленные на достижение поставленной цели. У таких людей в их когнитивной сфере обычно имеется ожидание успеха, т. е., берясь за какую- нибудь работу, они обязательно рассчитывают на то, что добьются успеха, уверены в этом. Они рассчитывают получить одобрение за действия, направленные на достижение поставленной цели, а связанная с этим работа вызывает у них положительные эмоции. Для них, кроме того, характерна полная мобилизация всех своих ресурсов и сосредоточенность внимания на достижении поставленной цели.

Совершенно иначе ведут себя индивиды, мотивированные на избегание неудачи. Их явно выраженная цель в деятельности заключается не в том, чтобы добиться успеха, а в том, чтобы избежать неудачи, все их мысли и действия в первую очередь подчинены именно этой цели. Человек, изначально мотивированный на неудачу, проявляет неуверенность в себе, не верит в возможность добиться успеха, боиться критики. С работой, особенно такой, которая чревата возможностью неудачи, у него обычно связаны отрицательные эмоциональные переживания, он не испытывает удовольствия от деятельности, тяготится ею. В результате он часто оказывается не победителем, а побеждённым, в целом — жизненным неудачником.

Индивиды, ориентированные на достижение успеха, способны правильнее оценивать свои возможности, успехи и неудачи и обычно выбирают для себя профессии соответствующие имеющимся у них знаниям, умениям и навыкам. Люди, ориентированные на неудачи, напротив, нередко характеризуются неадекватностью профессионального самоопределения, предпочитая для себя или слишком лёгкие, или слишком сложные виды профессий. При этом они нередко игнорируют объективную информацию о своих способностях, имеют завышенную или заниженную самооценку, нереалистичный уровень притязаний.

Люди, мотивированные на успех, проявляют большую настойчивость в достижении поставленных целей. При слишком лёгких и очень трудных задачах они ведут себя иначе, чем те, кто мотивирован на неудачу. При доминировании мотивации достижения успеха человек предпочитает задачи средней или слегка повышенной степени трудности, а при преобладании мотивации избегания неудачи — задачи, наиболее лёгкие и наиболее трудные.

Интересным представляется ещё одно психологическое различие в поведении людей, мотивированных на успех и неудачу. Для человека, стремящегося к успеху в деятельности, привлекательность некоторой задачи, интерес к ней после неудачи в её решении возрастает, а для человека, ориентированного на неудачу, — падает. Иными словами, индивиды, мотивированные на успех, проявляют тенденцию возвращение к решению задачи, в которой они потерпели неудачу, а изначально мотивированные на неудачу — избегания её, желание больше к ней никогда не возвращаться. Оказалось также, что люди, изначально настроенные на успех, после неудачи обычно добиваются лучших результатов, а те, кто был с самого начало настроен на неё, напротив, лучших результатов добиваются после успеха. Отсюда можно сделать вывод, сто успех учебной и других видах деятельности тех детей, которые имеют выраженные мотивы достижения успеха и избегания неудачи, может быть на практике обеспечен по — разному [2, с. 488].

Модель Дж. Аткинсона не учитывает различные возможности преодоления гетерополярного конфликта между тенденциями поиска и избегания. модель допускает только одну форму реакции на гетерополярный конфликт, а именно редукцию поисковой тенденции и усиление тенденции избегания. Однако, тенденция избегания при определённых условиях вполне может усилить тенденцию поиска. Здесь явно обнаруживаются границы модели рискового выбора, которая больше направлена на описание и предсказание результатов мотивационного процесса, чем на описание самого процесса. Эта ограниченность модели значительно противоречит первоначальному представлению К. Левина, согласно которому имеются многообразные не аддитивные формы определения результирующей многих сил, воздействующих на личность [6, с. 83].

Прямой корреляции между силой мотива достижения успеха и величиной мотива избегания неудачи ожидать не приходится, так как, кроме величины и характера мотива стремления к успехам, успехи в учебной деятельности зависят от сложности решаемых задач, от достижений или неудач, которые имели место в прошлом, от многих других причин. Кроме того, непосредственная зависимость между мотивацией и достижениями успехов в деятельности, даже если она существует (при нейтрализации действий многих других значимых факторов), не носит линейного характера. Особенно это касается связи мотивации достижения успехов с качеством работы. Наилучшим оно является при среднем уровне мотивированности и обычно ухудшается при слишком слабом и слишком сильном.

Имеются определённые различия в объяснениях своих успехов и неудач людьми с выраженными мотивами достижения успеха и избегания неудачи. В то время как стремящиеся к успеху чаще приписывают свой успех имеющимся у них способностям, избегающие неудач обращаются к анализу способностей как раз в противоположном случае — в случае неудачи. Наоборот, опасающиеся неудачи свой успех скорее склонны объяснять случайным стечением обстоятельств, в то время как стремящиеся к успеху подобным образом объясняют свою неудачу. Таким образом, в зависимости от доминирующего мотива, связанного с деятельностью, направленной на достижение успехов, результаты этой деятельности люди с мотивами достижения успехов и избегания неудачи склонны объяснять по — разному. Стремящиеся к успеху свои достижения приписывают внутриличностным факторам (способностям, старанию), а стремящиеся к неудаче — внешним факторам (лёгкости или трудности выполняемой задачи, везению). Вместе с тем люди, имеющие сильно выраженный мотив избегания неудачи, склонны недооценивать свои возможности, быстро расстраиваются при неудачах, снижают самооценку, а те, кто ориентирован на успех, ведут себя противоположным образом: правильно оценивают свои способности, мобилизуются при неудачах, не расстраиваются.

Индивиды, определённо ориентированные на успех, обычно стараются получить правильную, достоверную информацию о результатах своей деятельности и поэтому предпочитают задачи средней степени трудности, так как при их решении старание и способности могут проявиться наилучшим образом. Избегающие неудачи, напротив, стремятся уклониться от такой информации и поэтому чаще выбирают или слишком лёгкие, или через чур сложные задачи, которые практически невыполнимы.

Кроме мотива достижения на выбор задачи и результаты деятельности влияет представление человека о самом себе, которое в психологии именуют по — разному: «Я», «образ Я», «самосознание», «самооценка» и т. д. Люди, приписывающие себе такое качество личности, как ответственность, чаще предпочитают иметь дело с решением задач средней, а не низкой или высокой степени трудности. Они же, как правило, обладают и более соответствующим действительным успехом уровнем притязаний.

Другой важной психологической особенностью, влияющей на достижения успехов и самооценку человека, являются требования, предъявляемые им к самому себе. Тот, кто предъявляет к себе повышенные требования, в большей мере старается добиться успеха, чем тот, чьи требования к себе невысоки.

Немаловажное значение для достижения успеха и оценки результатов деятельности имеет представление человека о присущих ему способностях, необходимых для решаемой задачи. Установлено, например, что те индивиды, которые имеют высокое мнение о наличии у них такой способностей, в случае неудачи в деятельности меньше переживают, чем те, кто считает, что соответствующие способности у них развиты слабо.

Люди с сильно развитым мотивом достижения успехов как правило, идут на конфронтацию; люди с развитым мотивом аффилиации чаще предпочитают сотрудничество; люди с преобладающим мотивом власти нередко, склоняя своего партнёра на сотрудничество, сами обманывают его и стараются извлечь максимальную пользу только для себя. Однако при увеличении размера ожидаемого выигрыша и, соответственно проигрыша эти различия во взаимном поведении сглаживаются и почти все индивиды независимо от характера их мотивации начинают проявлять склонность к соперничеству. оказалось, что оптимальным для руководителей является следующее сочетание различных мотивов: высоких мотивов достижения и власти и сравнительно низкого мотива аффилиации, причём из этих трёх мотивов менее значимой является величина мотива власти. Наиболее благоприятное для успешного руководства людьми сочетание данных мотивов образуется при среднем, а не сильно выраженном мотиве власти [2, с. 490].

В работе ученика Левина — Хоппе, посвящённой «успеху и неудаче», понятие уровня притязаний заняло важное место в исследовании мотивации и со временем проникло в обиходный язык. Под этим понятием в исследовании мотивации имеется в виду, во — первых, многообразно варьировавшаяся и весьма плодотворная экспериментальная парадигма, а во — вторых, гипотетический конструкт, служащий в теории мотивации для объяснения индивидуальных различий поведения в ситуации достижения. В последнем случае уровень притязаний означает свойство индивида, играющее решающую роль в самооценке имеющихся способностей и достигнутых результатов. Реакция самооценки определяется так называемым отклонением достигнутой цели, т. е. позитивной или негативной разницей между выработанным уровнем притязания и очередным достижением. Сдвиг уровня притязаний вверх или вниз зависит от интенсивности пережитого успеха или неудачи. Разница между последним достижением и базирующимся на нём уровнем притязаний к очередному выполнению для каждого индивида до известной степени сохраняет постоянство во времени. Для объяснения тенденции повышения уровня притязаний Хоппе ввёл понятие «я — уровень». Оно означает стремление удерживать самосознание на возможно более высоком уровне с помощью высокого личного стандарта достижений. Позднее это понятие превратилось в понятие мотива достижения. Хекхаузен определяет его как «стремление повышать свои способности и умения или поддерживать их на возможно более высоком уровне в тех видах деятельности, по отношению к которым достижения считаются обязательными, так что их выполнение может либо удаться, либо не удаться».

Помимо установления и объяснения индивидуальных различий в целевых отклонениях в исследовании уровня притязаний учитывалось множество итраиндивидуальных переменных, увеличивающих отклонение по сравнению с нормой, было установлено, что если задаче придаётся большое личностное значение, то уровень притязаний имеет тенденцию к повышению, т. е. позитивные отклонения увеличиваются, а негативные уменьшаются. Похожие явления имеют место, когда выбранная цель в какой — то степени нереально, т. е. люди руководствуются скорее желаниями, чем реалистическими ожиданиями. Введение при формировании личностного уровня притязаний стандарта достижений, референтной социальной группы может привести к конфликту между индивидуальными и социальными нормами (между собственным и чужим стандартом достижений) и тем самым оказать влияние на уровень притязаний субъекта.

Формирование уровня притязаний рассматривается как осуществляемый с элементом риска выбор между различными по трудности задачами одного типа или различными достижениями при решении одной и той же задачи. В любом случае речь идёт об альтернативах разных степеней сложности. Каждая такая степень сложности обладает позитивной валентностью в случае успеха и негативной — при неудаче. Позитивная валентность успеха возрастает с увеличением степени сложности лишь до некоторой верхней границы, по другую сторону которой успех уже не может быть достигнут и при максимальной мобилизации собственных способностей. Наоборот, негативная валентность неудачи возрастает с уменьшением степени сложности задачи. неудача тем неприятнее, чем легче была задача, это закономерность так же имеет свою границу, за которой задания воспринимаются настолько лёгкими, что неудача может быть вызвана только неблагоприятным стечением обстоятельств. Если бы каждый выбор степени сложности определялся разницей её позитивной и негативной валентности, то результирующая валентность с увеличением степени сложности задачи должна была бы монотонно возрастать: выбирались бы только самые сложные задачи.

Очевидно, наряду с валентностью играет роль еще один фактор -- ожидание успеха, субъективная вероятность успеха и неудачи. Чем труднее задача, тем заметнее возрастает одновременно с уменьшением вероятности успеха его позитивная валентность. Эту очевидную взаимосвязь экспериментально подтвердил Физер. А это значит, что наряду с позитивной валентностью успеха следует учитывать его субъективную вероятность поскольку успех при очень сложной задаче может быть не только притягательным, но и невероятным. Таким образом, скорректированная, или взвешенная, валентность успеха есть произведение валентности на вероятность ycпexa. To же самое имеет место и для негативной валентности неудачи и ее субъективной вероятности, т. е. для одной и той же задачи. Вероятности успеха и неудачи одного задания есть величины дополнительные, если вероятность успеха составляет 70%, то вероятность неудачи равняется 30%.

Для каждой альтернативы существующих градаций сложности задачи имеется такая взвешенная результирующая валентность, причем, согласно теории, выбирается задача с максимальной суммой взвешенных валентностей успеха и неудачи. Отдельные результирующие валентности соответствуют в теории поля Левина результирующим силам, наиболее интенсивные из которых и определяют поведение субъекта в ситуации выбора. В первоначальной формулировке вместо субъективной вероятности использовалось понятие «потенциал», которое в окончательной редакции соответствует, скорее, результирующей валентности.

Если для каждой альтернативы серии различных по сложности задач известны валентности успеха и неудачи, а также их субъективные вероятности, то можно предсказать уровень притязаний, который будет выбран при очередном выполнении. Уровень притязаний может как понижаться, так и повышаться. Все определяют изменения валентности успеха и неудачи в зависимости от субъективной вероятности успеха последовательности задач. Максимальная результирующая валентность находится в области сложных задач, т. е. ведет при формировании уровня притязаний к позитивному отклонению выбираемой цели.

Применение теории результирующей валентности в качестве модели для предсказания возможно только при наличии многочисленных данных, позволяющих определить динамику валентностей успеха, неудачи и субъективной вероятности успеха. He удивительно, теория результирующей валентности пригодна скорее для объяснения уже свершившегося, чем для предсказания будущего поведения. В дальнейшем Аткинсон упростил в этой теории связь между валентностью и вероятностью, одновременно дополнив ее индивидуальными различиями в мотивах. В результате возникла так называемая модель выбора риска. Её эффективность в предсказании формирования индивидуального уровня притязаний оказалась более высокой.

Неизвестно, существует ли между мотивом (тенденцией) избегания неудачи и нейровегетативными признаками (например, учащенным сердцебиением) линейная зависимость. Так, поведение при повышенной поисковой мотивации тоже может сопровождаться напряженностью и беспокойством. Наконец, еще не было попыток разделить экзаменационную тревожность на два компонента: сомнение в себе и эмоциональность, проверив каждый в качестве индикатора избегания неудачи.

При создании двух независимых ключевых категорий обработки содержания рассказов для получения показателей «надежды, на успех» и «боязни неудачи» выделил сначала условия побуждения, делающие максимальными индивидуальные различия в мотивах: нейтральная инструкция и картинки, однозначно указывающие на ситуацию достижения. На половине из 6 картинок действие развивается успешно, на других трех ситуация складывается неудачно. В качестве критерия идентификации суждений, указывающих мотивированность на успех или неудачу, использовались не вариации предварительного побуждения мотива, а поведенческий критерий--динамика выбора сложности задач.

Рассмотрим отдельные категории содержания, по которым подсчитываются показатели для «надежды на успех» и «боязни неудачи».

«Надежда на успех»:

1. Потребность достижения успеха. Эта категория отмечается, если некто устанавливает для себя позитивно сформулированную цель или чувствует себя стремящимся к такой цели (например: «Он хочет создать новый прибор»).

2. Инструментальная деятельность, направленная на достижение цели (например: «Ученик весь погружен в решение задачи»).

3. Ожидание успеха (например: «Он уверен, что его работа завершится успешно»),

4. Похвала как результат высокого достижения (например: «Мастер одобряет образцовое изготовление изделия»).

5. Позитивное эмоциональное состояние, связанное с работой достижением, успехом в осуществлении поставленной цели (например: «Выполнение домашнего задания доставляет ему удовольствие»).

6. Тема успеха как дополнительная весовая категория. Учитывается только в том случае, если тема успеха доминирует.

«Боязнь неудачи»:

1. Потребность избежать неудачи. Отмечается, когда имеет место постановка негативно сформулированной цели, явно присутствует желание событий, которые могли бы исключить неудачу, сожаление о поведении, которое привело к неудаче, или нерешительность и боязнь последствий неуспеха (например: «Он надеется, что мастер никак не прореагирует на ошибку»).

2. Инструментальная деятельность, направленная на избегание неудачи, а также ее возможных последствий (например: «Ученик прячется, чтобы учитель не вызвал его к доске»).

3. Неуверенность в успехе или в удаче (например: «Если и на этот раз не получится, я опозорен»).

4. Обсуждение и критика вследствие недостаточности успеха (пример: «Если хочешь выдержать выпускной экзамен, то тебе следует больше стараться»).

Негативные переживания, связанные с работой или достижением (например: «Я наверняка допустил бы такую же ошибку! »).

6. Неудача, если ориентированное на успех поведение терпит провал (например: «Ученик запорол деталь»).

7. Тема неудачи как дополнительная весовая категория. Учитывается, если преобладает содержание, связанное с неудачей.

Преобладание той или другой мотивационной тенденции всегда сопровождается различиями в выборе степени трудности цели.

Шмальт разработал методику так называемой решетки мотива достижения, которая позволяет различать интенсивность и экстенсивность мотива.

Конструктная валидация показателей мотива теста-решетки на уровень притязаний и выявила тесную связь с методикой по Хекхаузену: мотивированные на успех предпочитают проблемы средней трудности, а мотивированные на избегание неудачи, напротив, -- экстремальные степени трудности.

Лоуелл выявил что между силой мотива и интенсивностью стараний в выполнении заданий, как правило, неоднозначна, особенно когда интенсивность прилагаемых усилий осмысляется не сама по себе, а опосредованно через результат достижения. Достигнутые успехи не есть вопрос силы мотивации, или приложенных стараний, решающее значение имеют, прежде всего, различия в способностях, знаниях, умениях, навыках и т. п. В долгосрочных показателях, т. е. в суммарных результатах достижения, например, в школьных оценках, кроме интенсивности прилагаемых стараний сказывается их продолжительность, а продолжительность, в свою очередь, зависит от соотношения силы мотива достижения и конкурирующих мотивов.

Если подобные факторы контролируются или фиксируются, то в этом случае от природы задания зависит, улучшается ли достигнутый результат с ростом интенсивности усилий. Это происходит, когда результат зависит от физических сил или быстроты реакций; но когда на первый план выдвигаются качественные аспекты, то все усложняется. При усложняющихся требованиях качества, как это впервые описали Йеркс и Додсон, функциональная зависимость между интенсивностью усилий и достижением.

Кроме того, переживаемая трудность задания при различной силе мотива по-разному влияет на мотивацию. Сильномотивированные испытуемые, как мы уже видели, предпочитают задания средней степени трудности, а потому легкими заданиями мотивируются меньше слабомотивированных. Становится понятным, почему испытуемые, мотивированные на неудачу, в случае простых и хорошо заученных навыков наподобие тех, что используются при сложении пар однозначных чисел, работают быстрее и их результаты снижаются медленнее, чем у мотивированных на успех; при заданиях проблемного характера, требующих перспективного мышления, эти же испытуемые ухудшают работу в условиях дефицита времени, а у мотивированных на успех она улучшается.

Мотивационно — психологическое объяснение различий в достижениях связано с особыми теоретическими трудностями, поскольку субъективная вероятность успеха, требования задачи и другие ситуационные факторы (прежде всего привлекательность) образуют единую взаимозависимую структуру действия. Сила мотива и интенсивность действия непосредственно связываются между собой в тех исследованиях, в которых индикаторами центральной активирующей функции служат нейровегетативные показатели [7, с. 238].

Развитие теории мотивации в целом рассматривается в основном на примере развития теории мотивации достижения. Это обусловлено тем, что на сегодня область мотивации достижения является наиболее разработанной и именно в ней развиты формализованные модели мотивации. Мотивация достижения особое внимание уделяет исследованию переменных, определяющих, какие степени трудности задачи особенно мотивируют личность.

мотивация личность достижение неблагополучный

2. ОСОБЕННОСТИ МОТИВАЦИИ ДОСТИЖЕНИЯ ПОДРОСТКОВ ИЗ НЕБЛАГОПОЛУЧНЫХ СЕМЕЙ

2.1 Характеристика и виды неблагополучных семей

Часто приходится слышать: «Он — ребёнок из неблагополучной семьи», «У него неблагополучная семья», «Неблагополучные семьи являются источником криминогенной среды» и т. д. Закономерным является вопрос: «А что такое неблагополучная семья?», «Что это за социальное явление?». Мы много раз слышали (особенно в советскую эпоху): «Семья — ячейка общества». А как быть, если имя существительное «семья» характеризуется именем прилагательным «неблагополучная»? Тогда перефразировав, упомянутое выше высказывание получим: «Неблагополучная семья — ячейка общества». Звучит как-то настораживающе и даже противоречиво. Однако, это действительно так. Неблагополучная семья — тоже клеточка общественного организма, но только «нездоровая». По состоянию здоровья этой клеточки можно судить о здоровье всего нашего общества [14, с. 5].

Семья — база воспитания. «Даже в самых лучших, самых счастливых случаях, даже в руках талантливых и внимательных родителей воспитание единственного ребенка представляет исключительно трудную задачу». Семейное воспитание немыслимо без родительской любви к детям и ответного чувства к родителям.

Семья является сложной системой взаимоотношений, в которой каждый ее член занимает определенное место, участвует в выполнении определенных функций, своей деятельностью удовлетворяет потребности других, поддерживает приемлемый уровень межличностных взаимодействий. Нарушение семейных отношений ведет к невыполнению этих функций, происходит их смещение вплоть до искажения. При нарушении структуры и функций семьи возникает психологическая напряженность и конфликтность внутрисемейных отношений, родители не в состоянии управлять воспитанием детей, прививать им положительные социальные качества, необходимые для становления полноценного члена общества.

Неблагополучная семья — это группа близких родственников, живущих вместе; жизнь здесь постоянно сопровождается неприятностями, неудачей, неблагоприятным стечением обстоятельств и не содействует успеху, не отвечает необходимым или желательным требованиям [7, с. 80].

Неблагополучные семьи различны по своим социальным установкам, своим интересам, но сам стиль жизни этих семей, поведение взрослых, их настроенность таковы, что влекут за собой отклонения в нравственном развитии ребенка. С учетом социальных установок, превалирующих интересов, жизненного стиля и особенностей поведения взрослых психотерапевт В. В. Юстицкий выделяет такие типы семейно-брачных союзов, как «недоверчивая семья», «легкомысленная семья» и «хитрая семья». Именно этими метафоричными названиями он обозначает определенные формы скрытого семейного неблагополучия.

«Недоверчивая семья». Характерная черта такой семьи — повышенная недоверчивость к окружающим (соседям, знакомым, сослуживцам, работникам учреждений, с которыми представителям семьи приходится общаться). Члены семьи заведомо считают всех недоброжелательными или просто равнодушными, а их намерения по отношению к семье -- враждебными. Даже в обычном поступке отыскиваются некий умысел, угроза, корысть. Такая семья, как правило, слабо поддерживает контакты с соседями, а отношения членов семьи с родственниками и сослуживцами нередко приобретают остроконфликтный характер. Чаще всего это связано с мнимым ущемлением интересов кого-то из членов этой семьи.

Дети из подобных семей наиболее восприимчивы к влиянию антиобщественных групп, так как им близка психология этих групп: враждебность к окружающим, агрессивность. С такими детьми нелегко установить душевный контакт и завоевать их доверие, так как они заранее не верят в искренность и ждут какого-то подвоха.

«Легкомысленная семья» отличается беззаботным отношением к будущему. Члены такой семьи тяготеют к сиюминутным удовольствиям, планы на будущее у них, как правило, неопределенны. Даже если кто-то и выражает неудовлетворенность настоящим и желание жить иначе, то не задумывается о том, как это можно сделать. В такой семье не любят рассуждать о том, что и как следовало бы изменить в своей жизни, больше склонны «притерпеться» к любым обстоятельствам, не способны и не желают преодолевать трудности.

Здесь, как правило, не умеют, да и не стремятся интересно организовать свой досуг. Предпочтение отдается занятиям, не требующим каких-либо усилий. Главное развлечение — просмотр телепередач (смотрят невнимательно и все без разбора), вечеринки, застолье. Выпивка как наиболее легкое и доступное средство для получения сиюминутного удовольствия легко прививается в семьях такого типа.

«Легкомысленная семья» почти постоянно находится в состоянии внутреннего разлада, противоречия очень легко переходят в многочисленные конфликты. Ссоры мгновенно вспыхивают по любому пустяку.

Дети в таких семьях вырастают с недостаточным уровнем волевой регуляции и организованности, их тянет к примитивным развлечениям.

В «хитрой семье» в первую очередь ценят предприимчивость, удачливость и ловкость в достижении жизненных целей. Главным считается умение добиваться успеха кратчайшим путем, при минимальной затрате труда и времени. При этом члены такой семьи легко переходят границы допустимого поведения. Законы и нравственные нормы для них нечто относительное. Члены семьи могут заниматься различными видами деятельности сомнительной законности.

Еще одна характерная особенность такой семьи -- стремление использовать окружающих в своих целях. Эта семья умеет произвести впечатление на человека, который ей нужен, и озабочена тем, как создать себе широкий круг полезных знакомых. Нравственные оценки поступков детей в такой семье, как правило, своеобразно сдвинуты. Если ребенок нарушил правила поведения или правовые нормы, родители склонны осуждать не само нарушение, а его последствия. В результате такого «воспитательного» отношения у ребенка формируется та же установка: главное -- не попадаться [8, с. 39].

Конечно, этим перечнем не исчерпывается типология семей, в которых отрицательные черты стиля жизни выражены так ярко. Существует множество разновидностей семейного уклада, где эти признаки сглажены и последствия неправильного воспитания выступают не так отчетливо. Но все же эти негативные последствия есть. Одно из самых заметных -- это душевное одиночество детей в семье. Этот факт учтен в типологии Рихтера -- Спиваковской.

1 Внешне «спокойная семья» отличается тем, что события в ней протекают гладко. Со стороны может показаться, что отношения ее членов упорядочены и согласованны. Но в таких семейных союзах за благополучным «фасадом» скрываются длительно и сильно подавляемые негативные чувства друг к другу. Сдерживание эмоций нередко губительно отражается на самочувствии, супруги подвержены устойчивым нарушениям настроения, часто ощущают себя морально и физически уставшими, бессильными людьми. Нередко возникают длительные приступы плохого настроения, тоски, депрессии.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой