Музыка как искусство

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Музыка


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Введение

музыка творческий эстетический искусство

Русское слово «музыка» — греческого происхождения. Музыка из всех видов искусств наиболее непосредственно воздействует на восприятие человека, «заражает эмоциями». Язык души, так принято говорить о музыке именно потому, что она обладает сильным воздействием на подсознательном уровне на область чувств человека, но нельзя исключить при этом и воздействия на область разума.

Дать одно исчерпывающе точное определение явлению (или субстанции), называемому «музыка» невозможно. Материалом музыки (с точки зрения физической) является звук, возникающий из колебания струны, столба воздуха (принцип духовых инструментов), мембраны — кожи, пузыря, дерева, металла. И с этой точки зрения звуки (так же, как и ритмы) — явление самой природы: пение птиц и голоса животных и людей, журчание воды и т. п. Таким образом, через общность звуковой природной среды устанавливается связь со звуковой природой речи человека, с психикой, эмоциональным миром и физиологией человека (известно, что ритмической пульсацией не ограничена работой сердца, каждый орган человека имеет свою частоту вибрации).

Конечно, звуки природного происхождения не есть музыкальное искусство. Звуки, из которых, как из атомов складывается музыкальное сочинение, должны обладать такими свойствами, как определенная высота (звук природы может не иметь одного основного тона), длительность, громкость и тембр.

Форма музыки — это организация отдельных звуков, звучаний, интонаций (соотносящихся друг с другом тонов — интервалов) или музыкальных тем во времени. Музыка искусство временное, разворачивающееся во времени, и ритм есть основной принцип ее временной организации. Характер интонаций, мотивов и тем, их последовательность, смена, менее и более значительные изменения, трансформации, контрастные сопоставления (движение во времени музыкальных структур) — составляют драматургию музыкального процесса, придают ему особое художественное содержание и художественную целостность. В этом смысле музыка (ее форма) всегда есть процесс (Б. Асафьев).

Музыка — это искусство. Здесь мы выходим в контекст социальной жизни. Музыка — особый вид творческой деятельности, ремесло, профессия. Однако результаты искусства (в частности музыкального) с точки зрения «здравого смысла» и пользы — не имеют утилитарной материальной ценности, как бы бесполезны. Искусство — это умение, мастерство, искусность, поэтому оно неизбежно связано с понятием ценности, качества, а также, как правило, с понятиями красоты, вдохновенности созданного. Отличие искусства музыкального от других областей нематериальной деятельности (науки, политики) и есть преобразование духовной жизни общества и человека по законам красоты, создание ценностей нравственно-духовных (способ духовного производства).

Спор о природе и содержании искусства вообще между сторонниками материалистической и идеалистической эстетик особенно затруднителен по отношению к музыке, т.к. музыка из всех искусств, быть может, самое эфемерное создание. Смысл и содержание музыкального творения больше, чем «чистая форма», но творение это и не сводимо к жизненным проявлениям, аналогам жизненных ситуаций, к человеческим эмоциям, хотя опосредованно связано с действительностью.

За имманентно-музыкальной специфичностью закрепился термин «художественное содержание». Последнее — основа всех искусств, включая понятийные (литература, театр, кино). Однако музыкальная содержательность несводима к содержательности других видов искусства, и не может быть адекватно передана каким-либо способом. Музыкальное содержание связано с определенными историческими, мировоззренческими, национальными и эстетическими идеалами того или иного времени, а также с личностью создателя. Специфика музыкального познания и мышления носит не конкретный, не понятийный характер. В музыке проявляется способность сознания сочетать в себе чувственное, психическое, духовно-созерцательное, рассудочно-интеллектуальное, интуитивное, эмпирическое, игровое, интонационно-физиологическое, телесно-моторное, фантазийное и прочие начала. Музыкальные переживания, эмоции не тождественны эмоциям бытовым, первичным. И потому смысл музыкального образца, как художественного творения, во многом сакрален и представляет собой иную реальность. Неслучайно многие умы связывают природу музыки с природой абсолютного духа.

Однако в музыкальном искусстве присутствует различная степень конкретизации содержания. Прежде всего, в т.н. синтетических жанрах (опера, балет), в музыке со словом (хоровые и вокальные жанры), а также в таком роде произведений, которые называются программной музыкой. В них есть аналогия жизненным коллизиям, ассоциации с конкретными образами, связь с литературным или театральным сюжетом или с идеей, эмоциональным настроем.

Звукоизобразительность в музыке больше всего другого приближает ее к природному миру. Это способность имитировать явления природы, такие как: пение птиц (некоторые композиторы-«орнитологи», например О. Мессиан, который изучал, записывал в нотах и передавал в новых исполнительских приемах игры на фортепиано пение, выкрики, повадки и походки разнообразного мира птиц — он содержал их у себя дома); плеск волн, журчание ручья, игру воды, брызги и всплески фонтана (музыкальные «маринисты» — это прежде всего Н. Римский-Корсаков, К. Дебюсси, М. Равель, А. Руссель); бурю, раскаты грома, порывы ветра (в Пасторальной симфонии Л. Бетховена, в симфонической поэме Ветер Сибири Б. Чайковского). Музыка может подражать и иным проявлениям жизни, имитировать, передавать с помощью музыкальных инструментов или путем введения конкретных звучащих предметов звуковые реалии окружающей нас жизни. Например, пистолетный или пулеметные выстрелы, дробь военного барабана (выстрел Онегина в опере Евгений Онегин П. Чайковского, пулеметные очереди в части «Революция» из кантаты С. Прокофьева К XX-летию Октября), бой часов, колокольный звон (в операх Борис Годунов М. Мусоргского и Испанский час М. Равеля), работу механизмов, движение поезда (симфонический эпизод «Завод» А. Мосолова, симфоническая поэма Пасифик 231 А. Онеггера).

Глава 1.

Особенности музыки как искусства слухового впечатления

Для музыки естественнее доминирование слуховых впечатлений. Известно, что нервные клетки разных анализаторов хранят получаемые ими раздражения. Органы слуха, восприняв звуковую волну, созданную музыкой, трансформируют ее в нервный процесс и передают посредством возникших импульсов в мозг. Здесь осуществляется сложный анализ и синтез раздражений и формируется ответная реакция, различная по своему характеру. Полученное возбуждение «разливается» по клеткам зрительных, двигательных, кожных и других анализаторов, затрагивая сохранившиеся в их центрах отпечатки прежних раздражений. Так возникает разветвленная система новых и старых очагов возбуждения. Эта система сигнализирует о своем содержании в другие центры мозга, вызывая ответную реакцию, которая «приводит к образованию эмоциональных, субъективно оправданных комплексных очагов возбуждения». «Кладовая следов» называется памятью, хранимые в ней богатства -- накопленным жизненным опытом. Полученные мозгом новые раздражения возбуждают клетки, хранящие старые отпечатки (154). Активизированные представления разные по характеру (эмоциональные, слуховые, зрительные и другие) значительно расширяют, обогащают воспринимаемый образ, связывают его с жизненным и эстетическим опытом человека (М.Г. Арановский, М. П. Блинова, В. Д. Остроменский и др.). Следовательно, механизм музыкального воздействия включает:

а) прямое психофизиологическое воздействие звуков музыки;

б) сложноопосредованные эмоциональные связи, складывающиеся в жизненной практике, в процессе восприятия музыки;

в) предметно-эмоциональные ассоциативные связи, которые также складываются в жизненной практике человека.

Таким образом, возникшие в процессе восприятия музыки ассоциативные представления (зрительные, слуховые, комплексные и т. д.), становятся эмоционально окрашенными образами (М.П. Блинова, А. Г. Костюк, В. Д. Остроменский, Г. Н. Кечхуашвили и др.).

Следовательно, «в механизме воздействия музыки есть общие для всех искусств и индивидуальные музыкальные свойства. Общее в воздействии музыки, как и других произведений искусства, заключается, во-первых, в осведомлении слушателя о явлениях, событиях действительности и о чувствах, отношении к ним конкретного автора; во-вторых, в формировании определенного отношения к тому, что стало содержанием музыкального образа; в-третьих, в активизации определенных эмоционально-чувственных реакций (переживаний), мыслей». При этом эмоциональная реакция является основной характеристикой восприятия музыки.

Индивидуальные свойства воздействия музыки основаны, прежде всего, на некоторых особенностях слуховых впечатлений по сравнению, например, с впечатлениями зрительными. Экспериментальным путем установлено, что слух приносит приблизительно в 30 раз меньшее количество прямой информации о внешнем мире, чем зрение. Однако психофизиологическое воздействие звуковой среды много сильнее, чем оптической, так как в структуре биологического развития человека она занимает специфическое место, господствующее при восприятии речи, музыки и других сложных звуковых сигналов (НО). Активность зрительных впечатлений слабее слуховых, так как последние психологически связываются с представлением о действии, движении, извлекающих звук. /На преимуществах воздействия звуковой сигнализации основаны особенности влияния музыки, связывающие музыку с речью, которая также в первую очередь обращена к органам слуха.

В настоящее время в науке имеется достаточно свидетельств, подтверждающих влияние музыки на речь. О взаимосвязи первой и второй сигнальных систем в процессе восприятия музыки и о доминирующей роли второй психологи высказывались неоднократно. В отечественной психолингвистике речевые функции в условиях преходящего угнетения правого и левого полушарий мозга изложены в работах А. Я. Балонова, В. Л. Деглина, Т. В. Черниговской и др. При поочередном отключении на музыкальном фоне правого и левого полушарий мозга (в патологии) зафиксированы следующие явления: при временной «нетрудоспособности» левого полушария опознание предметных звуков и мелодий не оживляет обычно спаянных с ними словесных ассоциаций, испытуемые не только не могли назвать услышанную песню, но и вспомнить слова, относящиеся к ней, хотя до эксперимента знали и мелодию, и текст. На основе данного наблюдения ученые делают важный для нас вывод о взаимосвязи правого и левого полушарий в процессе опознавания музыкальных образов и предметных звуков: правое их распознает, левое обеспечивает их словесную символизацию, а также организует понимание речи, ее экспрессивную окраску и словесную память. При отключении правого полушария обедняются словесные формулировки, описывающие интонационные оттенки речи; увеличивается время, необходимое для опознания и называния интонаций. Однако его отключение не сказывается на словарном запасе в целом, за исключением некоторого снижения разнообразия словесных определений, опознанных интонацией.

Отключение левого полушария ведет к оскудению словарного запаса. Попутно исследователям удалось установить, что словесная функция левого полушария направляется и активизируется той чувственной, образной информацией, которую поставляет ему правое полушарие. Это позволяет предположить, что содержательность, образность и интонирование собственной речи в большей степени зависит от правого полушария, которое под воздействием музыки «раскрашивает» речь экспрессией, одновременно регулируя избыточную активность речевых центров.

Анализ теоретической литературы показал, что проблема особенности воздействия отдельных музыкальных средств через ассоциативные системы еще только начинает привлекать внимание ученых. По характеру информации, которая преобладает в том или ином музыкальном средстве, все они могут быть распределены на две группы: специфически музыкальные, не существующие вне музыки, и неспецифические музыкальные. К первым относят, например, лад, гармонию; ко вторым -- запасы жизненного опыта: биологического (сенсорные, кинетические, пространственные) и социального (речевые -- шире -- коммуникационные), которые применяются не только в музыке (темп, регистр, ритм, тембр, динамика, звуковысотный рисунок).

Темп и ритм, выражающие скорость чередования музыкальных фраз, как правило, соотносятся слушателем с частотой дыхания. При этом влияние метроритмической организации музыки проявляется двояко: «учащение пульсации фраз приводит к нарастанию возбужденности, а укрупнение фраз к успокоению», так как «почти каждая эмоция обладает свойственным ей типом дыхания». Ритмическая организация музыкальной ткани, т. е. временное членение, организует и ритм восприятия, чья интенсивность находится у него в зависимости. Музыка воздействует на вегетативную систему в целом, изменяя ритмы сердечной деятельности (В.С. Мархасин, В.М. Цеханский). И в этом влиянии не предусматривается ничего необычного: физиологи, психологи и нейрохирурги давно заметили, что, например, при совершении движения расширение сосудов в мышце несколько предшествует самому движению и, следовательно, определяется не изменением в мышце, а мысленным решением совершить действие (ЮЗ).

Следовательно, ритм, являясь одним из наиболее выразительных средств воздействия музыки, стимулирует физиологические процессы организма, происходящие как в двигательной, так и в вегетативной сферах. Метр и ритм тесно взаимосвязаны. Если в ритме выражается соотношение звуков во времени, то метр служит мерилом этих соотношений. Именно рефлексы на отношения И. П. Павлов считал физиологической предпосылкой к образованию понятий, представляющих собой элементы мысли. Поэтому рефлексы на отношения и играют такую важную роль в познавательной деятельности человека. Особое воздействие через ассоциативные системы оказывает и лад -- система взаимосвязи музыкальных звуков с ведущей ролью одного из них, названного для отличия от других главным тоном, или тоникой. Так, Блинова М. П. отмечает усиление состояния возбуждения при восприятии мажорного лада и усиления процесса торможения при восприятии минора. Причину такого явления ученый усматривает в психологических особенностях, а именно, во влиянии разных соотношений процессов возбуждения и торможения на эмоциональную сферу. Например, замечено, что «в основе страха, скуки, тоски и некоторых других неприятных чувств лежит чрезмерная трудность становления тормозящего процесса». Художественное моделирование эмоций на основе механизма ассоциаций осуществляют регистр («часть диапазона музыкального инструмента или певческого голоса, которая состоит из ряда сходных по тембру звуков») и тембр («окраска звука»). Низкие звуки, особенно при их усилении, создают в клетках мозга наиболее значительные очаги возбуждения.

Взаимосвязь эмоционального опыта человека и восприятия тембра обнаружил Л. А. Мазель: «чувство ликования предполагает светлую, радостную окраску…, эмоция отчаяния предполагает … темную, мрачную окраску» звука.

Художественные, в том числе музыкальные ассоциации присваиваются с детских лет наряду с овладением словесными обозначениями интонаций, звуков, настроений и чувств, поэтому в процессе длительного общения с музыкой возникают рефлекторные дуги, связывающие музыкальную информацию и слова, на которые эта информация «переводится». Происходит закрепление ассоциативных музыкально-речевых связей в форме условного рефлекса. При последующем восприятии схожей музыкальной формы, т. е. имеющей знакомые выразительно-изобразительные средства, ритмическую организацию и т. п., слова-«сигналы» актуализируются, и человек определяет лексическими средствами известные компоненты музыкального образа, свои эмоции и чувства, ассоциативные представления. Таким образом, воспитание способности к ассоциативному мышлению, сама ассоциирующая деятельность в процессе восприятия музыки становится могучим фактором учебной деятельности (В. Тасалов), помогающая ученику, у которого восприятие искусства носит конкретно-образный характер, правильно воспринять и осмыслить содержание учебного материала.

При изучении учебной литературы по детской и возрастной психологии выяснилось, что особое внимание психологов и педагогов вызывает проблема соотношения обучения и развития, с одной стороны, и связи личности и общего развития (памяти, мышления, воображения, эмоции), с другой. Учитывая единство процессов обучения и развития (С.Л. Рубинштейн), действие которого обязательно в любых учебных ситуациях, при любых условиях обучения, имеет основание для рассмотрения возрастных особенностей детей старшего дошкольного и младшего школьного возраста в аспекте проблемы исследования.

Определение основных тенденций в развитии психических процессов в дошкольном возрасте способствовало тому, что произошло изменение представлений о психическом развитии благодаря выделению в действии двух частей: ориентировочной и исполнительной. Исследования А. В. Запорожца, Д. Б. Эльконина, П. Я. Гальперина позволили представить психическое развитие как процесс отделения ориентировочной части действия от самого действия и обогащения ориентировочной части действия. В исследовании Н. Н. Поддъякова прослежено возникновение ориентировочных действий у детей. Только в тех случаях, когда пробовательное действие приводит к результату, ребенок осуществляет исполнительное действие.

«Научение» музыке еще не означает ничего принципиально значительного. Непонятно, нужно ли всех обучать музыке, то есть сольным игре и пению. Но наблюдать ее и, наблюдая, привыкать делать выводы и обобщать — умение воспринимать. Воспринимать музыку — дело трудное. К нему необходимо подготовить внимание. Рассматривая вопрос о месте музыки в общеобразовательной школе как предмета наблюдения, следует ограничить фазу научного изучения и фазу эстетического отбора до скромной фазы наблюдения за воспринимаемым явлением.

Восприятие и наблюдение музыки могут привести к художественной оценке и к повышению уровня вкуса. Но важны не столь оценка и вкус. Опираясь только на них, трудно оправдать место и значение музыки в школе, определить границы ее использования как школьного предмета. И художественная оценка, и вкус должны вырабатываться в процессе наблюдения, но они не должны обращаться в преднамеренный замысел, в предвятую цель, на которой строится программа. Если музыка — жизненно насущное и здоровое явление, то не надо начинать восприятие его и наблюдение за ним с эстетических предпосылок. Закат солнца — красивое зрелище, но не в нем одном (то есть не в красоте зрелища) дело. Есть в созерцании заката более существенная сторона, чем простое любование. Это — наблюдение, обогащающее жизненный опыт и повышающее степень жизневосприятия и жизнерадостности. Точно так же и музыку, взятую как созерцаемое явление, можно и должно попытаться вывести за пределы гипнотического погружения в нее ради эмоционального внушения, исходящего от нее. Такое пассивное погружение — вредно, т.к. не актуально и не динамично.

Музыка — искусство слухо-моторных впечатлений. Через метрико-архитектонический метод распределения звучащего материала она лишь отчасти сближается со зрительными восприятиями и представлениями. Значит, наблюдение музыки, прежде всего, ведет к обострению слуховых впечатлений и обогащению нашего жизненного опыта, знания о мире через слух.

Напряжение слухового внимания при восприятии-наблюдении музыки дает возможность схватывания среди непрерывно протекающего музыкального движения. Схватывания связи друг с другом и взаимодействия всех обусловливающих процесс звучания элементов. Вырабатывается насущное качество восприятия, насущное именно при современной переоценке всего существующего. Восприятия — в плане соотносительности и сопряженности организующих звучащую материю элементов.

Музыка движется. Единственное средство не упустить целого за мигами звучаний и понять процесс развертывания звуков — это постигать соотношения каждого данного звучащего момента с предыдущим и последующим моментами.

Целью и задачей музыкальной педагогики в общеобразовательных школах — если только факт обогащения нашего сознания и повышения уровня жизненной интенсивности через слуховые восприятия, организованные в музыке, не вызывает в сущности никаких сомнений — является развитие звуковых навыков путем разумно поставленного наблюдения музыкальных явлений. Сперва в их число музыкальной природе, потом в связи с содержанием звуковых образов и, наконец, в пределах изъяснения музыкальной символики, выразительной и изобразительной.

Какими приемами добиться приобретения необходимейших для понимания музыки современной эпохи навыков — дело метода. При организации преподавания музыки в общеобразовательной школе ни в каком случае не следует избегать проблемы музыкальной эволюции, понимаемой как развитие своеобразного эмоционального языка, т.к. эта проблема связывает музыку с важнейшими социальными проблемами. Никогда не следует отказываться от утверждения интеллектуального начала в музыкальном творчестве и восприятии. Слушая, мы не только чувствуем или испытываем те или иные состояния, но и дифференцируем воспринимаемый материал, проводим отбор, оцениваем, мыслим.

Какие методы ни были найдены, завоевать достойное место музыки в школьном воспитании и образовании могут только сами педагоги, если выработают в себе в достаточной мере четкое сознание того, что музыке трудно научить путем формальных уроков и к тому же научить всех. Надо стремиться вызвать к ней интерес путем организованного наблюдения и не запугивать «непосвященных» схоластической премудростью.

Музыка, как один из видов искусства, оказывает огромное эмоциональное воздействие на человека. Она, непосредственно обращаясь к чувствам, вызывает независимые от воли человека, глубокие эмоциональные реакции. Музыка отражает определенные жизненные моменты и создает особое отношение к ним. Музыкальное искусство пользуется языком звуков, содержание ее составляет внутренний мир человека, его переживания, чувства. Выразительность музыки, сила ее огромного воздействия основана на активности слуховых впечатлений, на тесной связи с речью, являющейся основным средством общения людей. Полнота художественного восприятия зависит от уровня художественного развития человека. У девиантных и делинквентных подростков этот уровень довольно низок. Музыкальное образование и воспитание предполагает открытие эмоционально-личностных возможностей учащихся, их духовное становление. Музыка несет воспитывающее начало, поэтому использование музыки в целях оздоровления души и тела имеет тысячелетнюю историю.

Музыкальная педагогика считает, что музыка, основанная на классических и народных традициях, всегда стремится воплотить этико-эстетический идеал, пробудить в человеке добрые чувства.

Д.Д. Шостакович писал: «Мы не знаем ни одного музыкального произведения, воспитывающего злобу, ненависть, разбой. Может такие и создавались, но они бесследно исчезали, так как не могли быть большим искусством. Люди хранят в своей памяти только то, что помогает в борьбе за лучший мир».

Музыкальное искусство, глубоко проникая в эмоциональную сферу, призвано осуществить связь души ребенка со смыслом окружающей жизни. Задача педагога помочь ему в этом.

К осознанному восприятию музыки учениками можно подойти через интонацию. С интонацией связано воплощение художественного образа в музыке. Интонация — основа музыкального общения и мышления. «Музыкальная фраза, мелодия, целая пьеса, даже большое сочинение вырастает из одного, двух или нескольких „зерен“. В зерне-интонации содержится самое главное, что мы сразу же узнаем при повторениях и запоминаем» (Д.Б. Кабалевский «Программа по музыке»).

Глава 2. Отличие музыки от других видов искусств

Великую музыку, в отличие от шедевров других видов искусств, узнают почти всегда вовремя. Оттого, что ее стук в души людей звучен. Все чувства доступны музыке — многовековую фразу французский композитор, известный больше как автор очерков о музыке, Третри дополнил важным нюансом — за исключением плохих стихов.

Слово «музыка» происходит от греческого «mousike», которое было адаптировано в латыни как «musica». Это слово произошло от «Музы» и распространялось на все виды искусства, которым покровительствовали музы. В системе древнегреческого образования музыка рассматривалась как упражнение для души, в отличие от «гимнастики» — упражнения для тела.

В Восточной культуре, однако, существует другое объяснение происхождения слова «музыка»: по суфийской легенде Моисей услышал божественное повеление на горе Синай в словах Muse ke — «Моисей, внемли», а откровение, снизошедшее на него, состояло из тона и ритма. Во всех Восточных религиях музыка имеет божественное происхождение: например, Кришна всегда изображается с флейтой, а индусская богиня красоты и знания Сарасвати — с вИной, которую, кстати, изобрел никто иной, как Шива. На протяжении веков были известны также песни и стихи Давида.

Происхождение земной музыки на Востоке объясняется, как там заведено, через притчу: Бог создал статую из глины по образу Своему и попросил Душу войти в нее; но душа отказывалась быть заключенной в тело, потому что ее естественное состояние — свободно летать и не быть ничем ограниченной. Тогда Бог попросил ангелов сыграть ей их музыку. Когда ангелы заиграли, душа пришла в экстаз, и через экстаз, для того, чтобы сделать музыку более ясной и понятной для себя, она вошла в тело. По мнению мыслителей Востока существует пять различных опьянений: опьянение красотой, молодостью и силой; опьянение богатством; опьянение властью; опьянение знанием и опьянение музыкой. При этом опьянение музыкой — самое сильное, потому что оно затрагивает глубочайшие части человеческого существа.

В западной философии — более рациональный подход к толкованию музыки. Пифагор (около 550 до н.э.) рассматривал музыку как отрасль математики.

Платон (5−4 век до нашей эры) относил музыку к разряду этики. Он считал, что музыка оказывает очень сильное моральное воздействие на слушателей, а потому нужно подвергать ее очень строгой цензуре, чтобы нравственные устои слушателей случайно не пострадали по вине недобропорядочных музыкантов. Он считал, что чем музыка проще, тем лучше. Сложная музыка никуда не годится, потому что вызывает у людей депрессию и нервные расстройства.

Аристотель считал, что музыка способна сформировать характер человека. Он также заявлял, что оценить музыкальное исполнение могут только те, кто сами исполняют музыку. Типа, сам на баяне не играешь — в критики не лезь!

Согласно христианской доктрине, музыка должна быть подчинена словам, мелодия в церковной музыке использовалась для акцентирования текста.

Начиная с 17 века пробудился интерес ученых к музыке. Немецкий астроном Иоганн Кеплер (1571−1630) пытался связать музыку с движением планет.

Рене Декарт (1596−1650) видел основу музыки в математике. Иммануил Кант (1724−1804) ставил музыку на нижнюю ступень в иерархии видов искусства по той причине, что она лишена слов. Бессловесность музыки по Канту делает ее развлекательной, но бесполезной для высокой культуры. Но в сочетании с поэзией она, конечно, может иметь смысл.

Гегель утверждал, что музыка, в отличие от других видов искусства, не существует объективно, независимо от слушателя, и реализуется только тогда, когда ее кто-то слышит.

В 19-м веке о музыке, наконец, стали говорить сами композиторы и исполнители. Тон в музыкальной критике стали задавать Шуманн, Берлиоз и Лист.

В наше время философия музыки исходит из идей Артура Шопенгауэра (1788−1860) и Фридриха Ницше (1844−1900), которые привнесли в теорию музыки новые концепции символизма и динамизма. Музыка близка к внутреннему динамизму процесса, она не опирается на жизненные образы, и поэтому у слушателя не существует конкретных препятствий для ее непосредственного восприятия. Ницше видел в музыке Аполлоно-Дионисийскую двойственность — сочетание формы и рационализма с опьянением и экстазом.

В 20-м веке большой вклад в теорию музыки внесла американка Сюзан Лангер, эстет и философ. Ей принадлежит известное изречение music is time made audible: «музыка — это озвученное время». Это значит, что символизм музыки реализуется в форме звука и может существовать только во времени.

А теперь — собственная теория, которая будет, несомненно, менее авторитетной и более спорной. Если задумаемся, откуда произошли струнные, духовые и ударные инструменты, станет очевидно, что традиционная музыка — это в своей основе музыка охоты. По своему происхождению струна — это не что иное, как жила убитого зверя, барабан — натянутая кожа освежеванной добычи, труба — спиленный рог. Можно ли считать музыку, исполняемую на таких инструментах, музыкой высших сфер? Вопрос, конечно, риторический. Или мы принимаем за высшие сферы совсем не то, что нам хотелось бы.

При всем при том, в нашем мире практически полностью отсутствует музыка любви: чмокающие и хлюпающие звуки считаются музыкально неэстетичными. Заметьте, что в живописи обнаженное тело выступает образцом эстетики, но музыкальное воспроизведение звуков, издаваемых этим телом, недопустимо никакими канонами. Я имею в виду, разумеется, не голос, а непроизвольные звуки: храп, отрыгивание, испускание газов и так далее.

Или вот еще: людей принято хоронить под музыку. Существует множество похоронных маршей, в том числе и шедевральных, таких, как похоронный марш Моцарта, но нигде в мире нет традиции сопровождать музыкой рождение ребенка. Кроме того, у всех народов принято усыплять детей заунывными колыбельными напевами, но почему детей не будят веселой песенкой? Малыш, наверное, был бы больше рад, если бы вместо нервического трезвона будильника мама промурлыкала бы ему на ухо что-нибудь типа «вставай, вставай, дружок, с постели на горшок».

Музыкой и пением обычно сопровождается уход из этого мира, окончательный или временный. Получается, что существующая в нашем мире музыка — это музыка смерти. Кстати, когда умер Курт Кобейн, статистики посчитали среднюю продолжительность жизни рок-музыкантов. Получилось меньше 30 лет, вдвое меньше обычного. Возникает мысль: да, музыка — это кайф, это опьянение и это наркотик, но за любой кайф приходится расплачиваться, и музыка здесь не исключение. Как говорится, помирать, так с музыкой!

Музыка начинается там, где кончаются слова. Музыка, как и родная речь, исходит из человеческого сердца: прекрасная — из доброго, безобразная — из злого. И передаётся она, по словам великого Бетховена, от сердца к сердцу: от ожесточенного — к такому же, от праведного — ко всем, кто хочет обрести истинно человеческое лицо, открыв своё сердце всему прекрасному на земле, потому что не в безобразном, а «в прекрасном таится Бог» (В. Жуковский).

Тот, у кого нет музыки в душе,

Кого не тронут сладкие созвучья,

Способны на грабеж, измену, хитрость,

Темны, как ночь, души его движенья

И чувства все угрюмы, как Эреб;

Не верь такому…

В. Шекспир

В чём смысл шекспировского стиха? Если сердце не внемлет прекрасному — способно ли оно полюбить другого человека, — ведь по словам другого великого поэта Пушкина — «и любовь мелодия»? Не потому ли прекрасное искусство музыки неотъемлемо от человеческой жизни?

Говорят, что первый человек на земле, прежде чем заговорить, пел — интонировал. Да и дети, родившись, вначале поют — гулят, а потом начинают говорить. Человек уже от природы как бы носит музыку в себе. И что поразительно! — язык музыки понимают все (в той или иной степени), он не нуждается в переводе, как иностранные языки. В отличие от других видов искусства музыка действует непосредственно — в этом её сила: исцеляющая (духовная и шедевры светской музыки), либо разрушающая (музыкальная наркомания).

Чтобы у ребенка не возникла пагубная для души наклонность к музыкальной наркомании, к порножурналам, как у совращённых сверстников, начинать надо музыкальное воспитание, как и любое другое, буквально с пелёнок! Лучше — до рождения. Слушайте записи духовных песен, пойте любимые народные песни. Обязательно пойте младенцу колыбельные — малыш вначале воспринимает мир слухом, и ему так важен ваш родной голос!

Колыбельная — это продолжение благословения родителей перед сном. Поётся она очень просто — как птицы поют: «чик-чирик». Каждый сможет спеть! Но какое необходимое перед сном успокоение, утешение, а главное — защищённость даёт родной голос матери! С голосом матери ребенок связан как с «пуповиной». Это такая сила, которая дана на всю жизнь!

Человек разучился петь колыбельные, но Бог создал душу человека поющей! Что именно происходит с неумирающей душой человека — видно в пении. Человек может быть болен, что-то с голосом, слухом, но его душа непременно поёт! И это сегодня так необходимо! Мы все, и дети тоже, живём трудно, душа может быть повреждена на каждом шагу. Вдруг в пении колыбельной при нашей изувеченности современной жизнью проступает вечная нетленность, новорожденная детская душа.

Лишить человека пения — это очень большое зло. Массовая школа, внедрив программу Д. Кабалевского, заменила уроки пения слушанием музыки. Новое поколение разучилось петь. Осталось надеяться на семейные традиции домашнего музицирования, на соборное пение в храме, которое всегда исцеляло и сплачивало наш народ. Надо продолжать эти традиции, ибо, как известно, нет будущего у того народа, который не чтит память своих предков. Дети повышенно восприимчивы к звукам мира — ведь они познают слухом звучащий окружающий мир.

Музыка — это мир изображенный звуком. Подобно тому, как живопись отображает мир, наш, или непохожий на него визуально, музыка делает это с помощью звука. Но музыка далеко не всегда отображает сам звук этого мира (в отличие от других видов искусства) — все это делается с помощью различных ассоциаций.

Чтобы рассеять возможное непонимание, замечу, что этим миром, может быть все что угодно: маскарад в Рио-де-Жанейро, похороны в Венеции, завтрак в Арктике, двое влюбленных в саду на лавочке, внутренний мир отдельно взятого человека, безжизненный (или наооборот) Марс, люди, чувства, фантазии, города, реки, страны…

Если подходить с технической стороны, то получается другое определение: музыка — это последовательность ритмически связанных звуков, но это Вам говорю только для общего развития.

Музыка — это движение, выраженное в звуке. Это определение в первую очередь доводят до молодых музыкантов, и это применимо к большей части музыки.

Каждая нота каждой мелодии — это изображение какого-то движения. Музыканты не случайно говорят о скачках, прыжках — за этими терминами скрываются ощущения.

В музыке может быть изображено любое движение — физическое или душевное. К примеру, движение ног. Не случайно под хороший марш или современный дэнс хочется топать в такт. Пример — Иоганн Штраус-отец — Марш Радецкого.

Как известно, под марш обычно маршируют. То есть равномерно топают ногами — левой, правой, раз, два. Здесь такое движение изображено на протяжении всей пьесы.

Музыка, не касаясь идей, будучи совершенно независима и от мира явлений, совершенно игнорируя его, могла бы до известной степени существовать, даже если бы мира не было вовсе, чего о других искусствах сказать нельзя. Отличие музыки от других видов искусства состоит в том, что если последние лишь изображают, передают идею, то музыка сама есть Идея.

Заключение

Человек создал множество культурных ценностей за время своего существования. Многие из этих видов искусств являются мировыми и общеизвестными, другие же мало признаны, новаторски, что отнюдь не убавляет их ценность как вид искусства. Человек славен своим богатым внутренним миром. Способы его проявления весьма разнообразны. Это могут быть и картины, и прекрасные скульптуры, это могут быть замечательные книги и стихотворения. Но ничто не может сравниться с таким видом искусством как музыка. Музыка с самых древних времён являлась символом той или иной народности. Сочиняя музыку и песни, каждая народность привносила что-то новое, уникальное, тем самым закрепляя своё имя в истории. Музыка разновидна как ни что другое в мире. В нашем обществе существует множество разновидностей музыки, что говорит о бескрайнем воображении и таланте человека. Музыка как искусство имеет крайне широкую и разнообразную историю. Количество всевозможных исполнений и музыкальных инструментов исчисляется сотнями. Музыка продолжает развиваться и по сей день. С каждым новым исполнителем музыка, как вид искусства приобретает что-то новое, что-то значимое.

www.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой