Назначение наказания при повторности преступлений, не образующих совокупности

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ЧУО — БИП институт правоведения

Могилевский филиал

Курсовая работа

По дисциплине: уголовное право.

На тему: Назначение наказания при повторности преступлений не образующих совокупности

Работу выполнил:

Студент 3 курса

Заочного отделения

Группы № ПВЗ 055 Савенок П. Н.

Проверил преподаватель: Духович О. Н.

Могилев

2008 г.

План:

Введение

Глава 1. Понятие преступления

Глава 2. Категории преступлений

Глава 3. Множественность преступлений

Глава 4. Проблемы квалификации повторности преступлений

Раздел 1. Одновидовая повторность

Раздел 2. Однородная повторность

Глава 5. Понятие наказания и общие начала назначения наказаний

Глава 6. Назначение наказания при повторности преступлений, не образующих совокупности

Глава 7. Виды наказаний

Заключение

Введение

Вопросы справедливости установления уголовной ответственности за повторное совершение преступления были рассмотрены в журнале «Юстиция Беларуси» Х°8/2005. Теперь проанализируем научную обоснованность законодательной регламентации квалификации повторных преступлений.

В этой курсовой работе речь пойдет о проблемах множественности преступлений, её квалификации, назначении наказания лицам, повторно совершившим преступление по той же статье, уголовного кодекса по которой они уже отбыли наказание. Изложенный материал соответствует последним разработкам белорусского и российского законодательства (как союза государств) в области назначения наказания.

Глава 1. ПОНЯТИЕ ПРЕСТУПЛННИЯ

преступление повторный уголовный ответственность

Лица, совершившие преступление равны перед законом и подлежат уголовной ответственности независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств.

1. Преступлением признается совершенное виновное общественно опасное деяние (действие или бездействие) характеризующееся признаками, предусмотренными настоящим Кодексом, и запрещенное им под угрозой наказания.

2. Преступление признается оконченным с момента совершения деяния.

3. Преступление, связанное с наступлением последствий, указанных в статьях особенной части настоящего Кодекса, признается оконченным при фактическом наличии этих последствий.

4. Не являются преступлением действие или бездействие, формально содержащие признаки какого-либо деяния предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности, не обладающие общественной опасностью, присущей преступлю. Малозначительным признается деяние, которое не причинило и по своему содержанию и направленности не могло причинить существенного вреда охраняемым уголовным законом интересам. Такое деяние, в случаях предусмотренных законом, может повлечь применение мер административного или дисциплинарного взыскания.

1. Преступление -- это не только уголовно-правовое, но и социальное понятие, потому что оно совершается в обществе и посягает на существующие в нем общественные отношения, причиняя им определенный вред. В статье 11 дается материально-правовое определение понятия преступления содержащее не только указание на юридические (противоправность деяния), но и на социальные (общественная опасность) признаки деяния..

2. Преступление -- это, прежде всего деяние (поведение) человека, выражающееся в совершении действия или бездействия. Под общественно опасным действием понимается активное поведение виновного, совершение им таких поступков, которые запрещены уголовным законом (завладение чужим имуществом; распространение заведомо ложных, позорящих другое лицо измышлений; незаконное изготовление огнестрельного оружия и т. п.).

3. Общественно опасное бездействие выражается в пассивном поведении, в невыполнении тех действий, которые виновный должен был и мог совершить. Обязанность действовать в конкретном случае может вытекать из уголовного закона, других нормативных актов, договорных, служебных, родственных отношений и т. д.

Понятие «общественно опасное деяние» (действие или бездействие) включает в себя не только определенные телодвижения лица, но и использования им при этом орудий и предметов, сил природы, животных, компьютерной техники и т. д.

Для признания общественно опасного деяния (действия или бездействия) преступным необходимо, чтобы оно было результатом выражения воли лица. Если же общественно опасное деяние совершается в результате действия непреодолимой силы (землетрясения, наводнения и т. д.), физического, а в некоторых случаях и психического принуждения, то такое деяние не выражает волю лица и не может быть признано преступлением. Уголовный закон, что следует из содержания статьи 11, называет черты признака преступления: общественная опасность, противоправность, виновность наказуемость.

4. Общественная опасность как признак преступления заключается в опасности деяния для общественных отношений, в причинении или угрозе причинения и определенного вреда, В концентрированном виде эти общественные отношения перечислены в статье 2.

Общественная опасность преступления, хотя и не поддается чувственному восприятию, существует объективно, независимо от нашего сознания и может быть познана путем выяснения вредного влияния данного деяния на общественные отношения.

Характер и степень общественной опасности того или иного преступления определяются, прежде всего, его объектом, т. е. теми общественными отношениями, на которые посягает общественно опасное деяние. Чем важнее защищаем уголовным законом общественные отношения, тем выше степень общественной опасности совершенного преступления. Так, преступления против государства (ст. ст. 356--361) более опасны, чем преступления против правосудия (ст. ст. 388--42с) Убийство более опасно, чем причинение телесного повреждения любой тяжести.

5. Вторым признаком преступления является противоправность общественно-опасного деяния.

Противоправность как признак преступления означает, что данное деяние запрещено уголовным законом под угрозой применил уголовного наказания. Одни уголовно правовые нормы Особенной части запрещают совершать определенные действия (например, тайное похищение имущества -- (кражу) -- ст. 205), другие же обязывают лицо выполнять указанные в законе действия, и не совершение таких действий влечет уголовную ответственность (например, неоказание помощи больному -- ст. 161).

Противоправность деяния по существу является юридическим выражением общественной опасности действия или бездействия. Ни одно деяние не может быть признано преступлением, если оно не предусмотрено уголовным законом. УК дан исчерпывающий перечень преступлений.

Третий признак преступления -- виновность -- предусмотрен не только в части 1 статьи 11, но и в статье 10, где устанавливается, что уголовной ответственности подлежит только лицо, виновное в совершении преступления. Данный признак преступления выражается в том, что общественно опасное деяние совершается лицом умышленно или по неосторожности, т. е. виновно. Ни одно деяние, какую бы общественную опасность оно не представляло и какие бы тяжкие последствия им не были вызваны, не может быть признано преступлением, если оно совершено невиновно, поскольку уголовное право Республики Беларусь (ст. 10 и 11) исключает объективное вменение, т. е. ответственность за деяние без вины.

Преступление немыслимо без наказания. Поэтому четвертым признаком преступления является наказуемость. В части 1 статьи 1 предусмотрено, что угодное законодательство устанавливает наказания, подлежащие применению к лицам, совершившим преступлении. Конкретные наказания за совершение того или иного преступления предусмотрены в санкциях статей Особенной части, иды и размеры наказаний зависят от общественной опасности преступления.

Наказуемость как признак преступления вовсе не означает, что абсолютно во всех случаях совершение общественно опасного деяния должно влечь за собой наказания. Наказание -- основное средство достижения целей уголовной ответственности. В тех случаях, когда эти цели могут быть достигнуты другими средствами, отпадает и необходимость реального применения уголовного наказания. Часть 1 статьи 117 предусматривает, что, если лица, совершившего в возрасте до 18 лет преступление, не представляющее большой общественной опасности, возможно без применения наказания, суд может применить к нему принудительные меры воспитательного характера, не являющиеся уголовным наказанием. Возможность неприменения наказания при наличии определенных оснований предусмотрена также статьей 79.

8. Совершение общественно опасного деяния возможно в виде оконченного преступления, приготовления к совершению преступления либо покушения на совершение преступления.

9. Преступление с формальным составом считается юридически оконченным с момента совершения общественно опасного деяния, т. е. действия или бездействия (оставление в опасности -- ст. 159; оскорбление -- ст. 189). Объективная сторона некоторых составов преступлений этого вида предусматривает необходимость совершения двух взаимосвязанных действий, и поэтому оконченным преступление будет признано лишь с момента совершения обоих действий. Например, спекуляция будет оконченным преступлением в случае скупки товаров и других предметов и перепродажи их с целью наживы (ст. 256).

В отдельных составах преступлений объективная сторона характеризуется систематичностью совершения действий. Так, для ответственности за истязание (ст. 154) необходимо систематическое нанесение побоев. Под систематичностью понимается совершение лицом более двух тождественных или однородных правонарушений (см. ч. 15 ст. 4). Следовательно, оконченным в данном случае преступление будет с момента нанесения побоев в третий раз.

В некоторых составах при характеристике объективной стороны законодатель указывает на совершение альтернативно нескольких действий, например в части 1 статьи 236 предусмотрена ответственность за заранее не обещанные приобретение, хранение или сбыт материальных ценностей, заведомо добытых преступным путем. Для признания преступления оконченным, в таких случаях достаточно совершения любого из указанных в законе действий.

10. Преступление с материальным составом признается юридически оконченным с момента наступления общественно опасных последствий, указанных в статьях Особенной части. В отдельных статьях предусматривается альтернативно несколько общественно опасных последствий. В этих случаях преступление является оконченным при наступлении любого из них. Например для признания злоупотребления властью или служебными полномочиями оконченным преступлением достаточно наступления одного из последствий, в диспозиции части 1 статьи 424: причинение ущерба в крупном размере, существенного вреда правам и законным интересам граждан либо государственным или общественным интересам. При совершении большинства преступлений общественно опасные последствия наступают вслед за совершением лицом общественно опасного деяния. Однако разрыв во времени между совершенным деянием и наступлением общественно опасных последствий иногда может быть довольно продолжительным и исчисляться часами, днями, неделями и даже месяцами. Например, в судебной практике встречаются случаи, когда смерть потерпевшего наступает через несколько месяцев после причинения ему умышленного тяжкого телесного повреждения.

11. Выше были рассмотрены различные случаи момента юридического окончания преступления в зависимости от конструкции составов преступлений. Однако при совершении некоторых преступлений в силу особенностей конструкции их составов момент юридического окончания преступления не совпадает с его фактическим окончанием, и разрыв во времени в этих случаях может быть весьма значительным. Особенно наглядно это проявляется при совершении так называемых длящихся и продолжаемых преступлений.

Длящееся преступление начинается с момента совершения преступного действия или бездействия и затем продолжается в непрерывном выполнении состава определенного преступления (например, укрывательство преступлений -- ст. 405, недонесение о преступлении -- ст. 406, дезертирство -- ст. 446 и др.). Юридически оконченным длящееся преступление признается с момента совершения общественно опасного действия или бездействия, а фактически оконченным -- с момента реального прекращения преступного деяния (вмешательство правоохранительных органов, явка с. повинной и т. д.).

Продолжаемое преступление считается юридически оконченным с момента совершения первого из числа нескольких тождественных действий, образующих одно преступление, а фактически оконченным -- с момента совершения последнего преступного действия (например, при обмане потребителей -- ст. 257, в ряде случаев хищения имущества и др.).

12. Общественная опасность -- признак любого преступления. Отсутствие общественной опасности, присущей именно преступлению, означает, что совершенное деяние не может быть признано преступным. Это положение закреплено в части 4 статьи. Деяние, не представляющее общественной опасности, присущей преступлению, в силу малозначительности,-- это такое действие (бездействие), которое не причинило и по своему характеру не способно было причинить существенного вреда общественным отношениям, охраняемым уголовным законом. Отсутствует общественная опасность деяния в соответствии с частью 4 статьи 11 например в следующих случаях: кража малоценного имущества (коробка спичек, карандаша, бутылки минеральной воды и т. д.), единичный случай обмана покупателя на незначительную сумму, умышленное уничтожение или повреждение имущества, причинившее незначительный материальный ущерб и т. п. Такие деяния, если это предусмотрено другими нормативными актами, могут влечь за собой административную или дисциплинарную ответственность.

Преступление представляет собой особый вид правонарушения. Оно отличается от административных, дисциплинарных и иных правонарушений специфическими, присущими только ему признаками. Всё правонарушения общественно опасны. Поэтому они признаны законом правонарушениями и за их совершение предусмотрены соответствующие меры воздействия. Однако степень общественной опасности преступления и других правонарушений различна. По сравнению с другими правонарушениями преступление имеет большую общественную опасность, что обусловливается целым рядом объективных и субъективных признаков.

На степень общественной опасности правонарушения значительное влияние оказывает причиненный вред. Для преступления характерно причинение общественно опасным деянием существенного (значительного) вреда. Так, самовольные действия, не причинившие существенного вреда гражданам либо предприятиям, учреждениям или организациям, образуют административное правонарушение (ст. 167 КоАП). Эти же действия, причинившие существенный вред гражданам, государству или обществу, являются преступлением (ст. 383).

Иногда правонарушения признаются преступлением только тогда, когда причинен крупный или особо крупный ущерб. Так, уничтожение либо повреждение имущества по неосторожности, повлекшее причинение ущерба в особо крупном размере, рассматривается законом как преступление (ст. 219), а те же действия, не повлекшие указанных последствий, влекут административную, дисциплинарную или гражданско-правовую ответственность.

Некоторые деяния, совершенные впервые, рассматриваются законодателем как административное или другое правонарушение, а совершенные повторно (неоднократно, систематически) как преступление. Так, мелкое хищение имущества, совершенное впервые, является административным правонарушением (ст. 51 КоАП). В случаях же совершения его в течение года после наложения административного взыскания за такое же деяние оно признается преступлением и влечет уголовную ответственность по статье 213.

Значительное влияние на степень общественной опасности оказывают и субъективные признаки: форма вины, наличие или отсутствие мотива, цели. В некоторых случаях деяние признается преступлением лишь тогда, когда оно совершено умышленно. Совершение такого же деяния по неосторожности образует иное правонарушение. Так, причинение легкого телесного повреждения, повлекшее кратковременное расстройство здоровья, является преступлением только тогда, когда оно совершено умышленно (ст. 153).

Преступление во всех без исключения случаях -- это виновное деяние. Без вины нет преступления. Абсолютное большинство других правонарушений также предполагает наличие вины. Вместе с тем, некоторые деяния признаются правонарушением и при отсутствии вины. Например, гражданско-правовая ответственность иногда допускается и в тех случаях, когда вред был причинен без вины (п. 2 ст. 933 ГК).

Преступление отличается от других правонарушений и своими юридическими последствиями. Осуждение лица за совершение преступления влечет за собой судимость, которая связана с различными ограничениями. Такие последствия для лица, совершившего иное правонарушение, не наступают.

Признание того или иного общественно опасного деяния преступлением или иным правонарушением зависит от воли законодателя.

Глава 2. КАТЕГОРИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

Преступления в зависимости от характера и степени общественной опасности подразделяются на преступления, не представляющие большой общественной опасности, менее тяжкие, тяжкие и особо тяжкие.

К преступлениям, не представляющим большой общественной опасности, относятся умышленные преступления и преступления, совершенные по неосторожности, за которые законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок не свыше двух лет или иное более мягкое наказание.

К менее тяжким преступлениям относятся умышленные преступления, за которые законом предусмотрено максимальное наказание в виде лишения свободы на срок не свыше пяти лет, а также преступления, совершенные по неосторожности, за которые законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет.

К тяжким преступлениям относятся умышленные преступления, за которые законом предусмотрено максимальное наказание в виде лишения свободы на срок не свыше десяти лет.

К особо тяжким преступлениям относятся умышленные преступления, за которые законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше десяти лет, пожизненного заключения или смертной казни.

Глава 3. МНОЖЕСТВЕННОСТЬ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

Множественность преступлений (без употребления данного термина) УК регулирует в трех нормах -- ст. 16, 17 и 18. Первая посвящена определению неоднократности, вторая -- совокупности, третья -- рецидиву преступлений. Единым свойством множественности является количество преступлений -- не менее двух. Различаются три разновидности множественности: по однородности преступлений и по факту судимости за них.

Норма о неоднократности впервые стала нормой Общей части УК. В прежнем законодательстве о ней говорилось в Особенной части как признаке конкретных составов преступлений. При этом употреблялась разная терминология: повторность -- вторичное совершение преступления, неоднократность -- два и более, систематичность -- вид деятельности с неконкретизированным, большим количеством преступлений, промысел-- деятельность по совершению преступлений, которая являлась единственным либо существенным источником дохода для виновного лица (например, скупка краденого имущества в виде промысла -- ч. 4 ст. 208 УК 1960 года).

Настоящий УК от столь многозначного обозначения повторности и судимости отказался. В Особенной части в качестве элементов составов называются лишь неоднократность и судимость.

Количественный признак неоднократности -- минимум два преступления. Качественный -- идентичные преступления, предусмотренные одной статьей или частью либо однородные преступления, предусмотренные разными статьями или частями статей. В последнем случае, который является исключением из общего правила о единстве статей при неоднократности, неоднократность признается лишь если это предусмотрено Особенной частью. Такая однородная неоднократность предусмотрена в корыстных имущественных преступлениях, криминальном наркотизме, незаконном обороте оружия. Отбор однородной неоднократности производился законом, исходя из криминологических показателей рецндивоопасных и профессиональных преступлений. В ст. 17 отрегулировано правило квалификации неоднократных преступлений, которая вызывала трудности на практике и разноречия в теории. При совершении лицом второго преступления, состав которого предусматривает в виде квалифицирующего признака неоднократность, оба преступления квалифицируются по. одной статье с признаком неоднократности. Например, в ч. 2 ст. 159 предусмотрен состав мошенничества, квалифицированный по признаку неоднократности (п. «б»). При совершении лицом мошенничества в первый раз и во второй, его деяние квалифицируется только по п. «б» ст. 159: Иная квалификация, то есть по первой части данной статьи pi по второй п. «б» означала бы нарушение принципа, запрещающего дважды наказывать за одно и то же преступление (см. ч. 2 ст. 6 УК 1995 года).

Совокупность преступлений предполагает, так же как и другие виды множественности преступлений, совершение минимум двух преступлений, но предусмотренных разными статьями или частями статей УК. Различие статей отграничивает совокупность преступлений от неоднократности преступлений.

В отличие от прежнего УК (ст. 40) вносится существенное уточнение по постоянно спорному в теории и на практике вопросу, а именно о наличии совокупности преступлений, если они предусмотрены разными частями статей. Следовательно, если в статье несколько частей с разными составами по признаку квалифицирующих элементов, то налицо совокупность преступлений (например, кража по ч. 2 ст. 158 и по ч. 3 той же статьи). Для совокупности требуется, чтобы разные статьи содержали самостоятельные ' составы преступлений с санкциями за них. Альтернативно перечисляемые способы совершения преступлений (например, убийства) либо квалифицирующие элементы, в УК единообразно обозначаемые буквами, входят в единые составы и потому совокупности не образуют УК впервые сконструировал законченный институт Общей части -- рецидив преступлений. До этого в Общей части регламентировалась ответственность лишь особо опасного рецидивиста. О судимости, как квалифицирующем элементе составов преступлений, говорила Особенная часть УК. Рецидив в ст. 18 подразделяется на три вида: простой, опасный и особо опасный. Критерии дифференциации -- категории умышленные признаваться неоднократным в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК. Реальная совокупность преступлений означает совершение двух или более преступных деяний, предусмотренных различными статьями или частями статьи Особенной части УК, ни за одно из которых лицо не было осуждено (ч.1 СТ. 17УК). При реальной совокупности каждое из преступлений, входящих в совокупность, совершается самостоятельным действием или бездействием. Предположим, лицо совершает вначале кражу чужого имущества (ст. 158 УК), а затем хулиганство (ст. 213 УК). Рецидив является разновидностью повторности: это совершение умышленного преступления лицом, имеющим судимость за ранее совершенное умышленное преступление.

Различаются четыре вида рецидива: простой, опасный, особо опасный и специальный. Простым рецидивом признается совершение любого умышленного преступления лицом, имеющим судимость за любое ранее совершенное умышленное преступление. В соответствии с ч.2 ст. 18 УК РФ рецидив признается опасным:

а) при совершении лицом умышленного преступления, за которое оно осуждается к лишению свободы, если ранее это лицо два раза было осуждено к лишению свободы за умышленное преступление;

б) при совершении лицом умышленного тяжкого преступления, если ранее оно было осуждено за умышленное тяжкое преступление.

Рецидив признается особо опасным: а) при совершении лицом умышленного преступления, за которое оно осуждается к лишению свободы, если ранее это лицо три или более раза осуждалось к лишению свободы за умышленное тяжкое преступление или умышленное преступление средней тяжести; б) при совершении лицом умышленного тяжкого преступления, если ранее оно дважды осуждалось за умышленное тяжкое преступление или было осуждено за особо тяжкое преступление; в) при совершении лицом особо тяжкого преступления, если ранее оно было осуждено за умышленное тяжкое или особо тяжкое преступление (ч. З ст. 18 УК).

Специальный рецидив предполагает повторное (после осуждения за первое) совершение не любого умышленного преступления, а определенного. Так, в соответствии с ч. 2 ст. 123 УК квалифицированный состав этого преступления образует совершение незаконного аборта лицом, ранее судимым за такое же преступление. Второй формой множественности преступлений является идеальная совокупность преступлений. Идеальная совокупность преступлений имеет в виду совершение одного действия (бездействия), содержащего признаки преступлений, предусмотренных двумя или более статьями УК-(ч.2 ст. 17 УК). Например, во время изнасилования виновный заражает потерпевшую венерической болезнью. Совершение одного деяния в этом случае образует два самостоятельных состава преступления, квалифицируемых по ст. 131 УК и по ст. 121 УК.

Повторностью преступлений признается совершение одним лицом двух или более преступлений, предусмотренных одной и той же статьей (тождественная повторность) или, в специально предусмотренных случаях,-- разными статьями Особенной части Уголовного кодекса (однородная повторность), если предшествующие преступления не утратили своего правового значения. Преступление не признается повторным, если за ранее совершенное преступление лицо было освобождено от уголовной ответственности либо судимость за это преступление была погашена или снята в установленном законом порядке.

Совокупностью преступлений признается совершение двух или более преступлений, предусмотренных различными статьями Особенной части настоящего Кодекса, ни за одно из которых лицо не было осуждено. При этом лицо несет уголовную ответственность за каждое совершенное преступление по соответствующей статье настоящего Кодекса. Если преступление предусмотрено различными статьями Особенной части настоящего Кодекса, из которых одна норма является общей, а другая специальной, совокупность преступлений отсутствует и уголовная ответственность наступает по специальной норме.

Рецидивом преступлений признается совершение умышленного преступления лицом, имеющим судимость за умышленные преступления.

Глава 4. ПРОБЛЕМЫ КВАЛИФИКАЦИИ ПОВТОРНОСТИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

Раздел 1 ОДНОВИДОВАЯ ПОВТОРНОСТЬ

Из содержания ст. 71 УК вытекает, что при одновидовой тождественной повторности, если совершены два преступления, подпадающие под признаки одной и той же части статьи, применяется только эта часть и каждое из преступлений не оценивается самостоятельно. В тех же случаях, когда повторность преступлений предусмотрела в качестве квалифицирующего обстоятельства, все совершенные не более тяжкие преступления квалифицируются только по части статьи, предусматривающей наказание за повторность преступлений. Данное положение почитается самоочевидным, однако его самоочевидность является кажущейся, когда речь идет о квалифицирующей повторности. В такой квалификации одновидовой тождественной повторности содержится противоречие, при котором само правило полностью исключает возможность его применения.

Если совершены, например, две кражи, каждая из которых подпадает под признаки ч. 1 ст. 205 УК, то применяется только ч. 2 ст. 205 УК РБ содеянное квалифицируется как кража, совершенная повторно. Но с точки зрения формальной логики, первое такое преступление подпадает под признаки ч. 1 ст. 205 УК, а второе — под признаки ч. 2 ст. 205 УК. Коль скоро ответственность за каждое из преступлений установлена различными частями одной я той же статьи Особенной части, то в данном случае следует усматривать повторность преступлений, не образующих совокупности (ст. 71 УК), при которой каждое из этих преступлений должно было бы оцениваться самостоятельно. Таким образом, при наличии квалифицирующего обстоятельства «совершение преступления повторно», нет юридически тождественных преступлений, поскольку первое из них подпадает под действие части первой, а второе ~ части второй статьи. Но если они не тождественны, то нельзя применять к ним правило квалификации тождественных преступлений (квалифицировать только по части второй статьи). Следовательно, квалифицирующая повторность одновидовых тождественных преступлений оказывается неприменимой, если следовать логике понятий. На это обращал внимание при анализе неоднократного убийства, которое не может быть одноименным с ранее совершенным, поскольку ранее совершенное иногда не будет именоваться неоднократным. Кроме того, обозначение повторности в нормах Особенной части противоречит указанному положению Общей части. При квалифицирующей повторности законодатель определяет признаки состава преступления как деяние, предусмотренное менее квалифицированными составами, совершенное повторно. Применительно к краже повторное преступление обозначено в ч. 2 ст. 205 УК буквально как «кража, совершенная повторно». Повторно совершенная кража и две кражи — это никоим образом не одно и то же. Повторно совершенная кража — это все же одна кража, хоть Я вторая, а не две кражи. Следовательно, состав этого преступления включает в себя одно действие и одно последствие. Среди признаков этого состава преступления нет никаких признаков первого преступления. Более того, в этом составе есть признак повторности, под который первая кража никак не подпадает, ведь она первая, а не повторная. Это означает, что по ч. 2 ст. 205 УК квалифицируется только одна вторая кража. Тогда на каком основании в число признаков состава включена первая кража? Если же считать, что она не включена в ч. 2 ст. 205 УК и преступлением признана только вторая кража, то тогда дерзая кража вообще пропадает л перестает быть преступлением. Но если первая кража — не преступление, то вторая кража становится первой и так до бесконечности, а в итоге — неприменимость повторности.

В российском уголовном законодательстве вместо термина «повторность использовался термин «неоднократность». До принятия нового У К России термин «неоднократность» применялся для обозначения повторности, не сопряженной с судимостью за ранее совершенное преступление, что позволило некоторым ученым отнести неоднократно совершенные преступления к единичным преступлениям со сложным составом. С таким мнением можно было бы согласиться, если бы термин «неоднократность» не приобрел в новом У К России новое содержание, которое полностью соответствует содержанию термина «повторность» в У К Беларуси. Иными словами, «неоднократность» и «покорность» стали тождественными понятиями, то есть с заменой термина возникла новая коллизия, сродни вышеописанной.

Для устранения отмеченного противоречия з юридической литературе предлагалось признавать повторность-совокупность тождественных преступлений и квалифицировать первое преступление самостоятельно, а второе и все последующие — как неоднократно совершенные. Однако реализация такого предложения, хотя и будет соответствовать нормам Особенной части, войдет в противоречие с нормами Общей части УК.

Но 'даже в том случае, когда имеется некоторая противоречивость в избранном положении, его применение должно быть единообразным. Между тем, если изложенный порядок квалификации одновидовой тождественной повторности используется, например, применительно к хищениям, то в отношении квалификации убийства применяется иной порядок. В абзаце 2 п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 17 декабря 2002 г. № 9 сказано, что если виновный не был осужден за ранее совершенное убийство, подпадающее под действие ч. I ст. 139 УК, то это деяние подлежит самостоятельной квалификации, а последнее преступление следует квалифицировать по п. 16 ч. 2 ст. 139 УК. Это разумный подход к квалификации, а именно такой порядок должен был бы быть предусмотрен в законе. Но закон иной. И остается вопрос: почему для квалификации убийства используется повторность-совокупность, а для квалификации хищения — одновидовая тождественная повторность?

Следующая проблема заключается в том, что на основании квалификации юридически будут считаться тождественными преступления, которые никак нельзя признать таковыми. Если ранее группой лиц совершена кража, подпадающая под признаки ч. 2 ст. 205 УК, а затем простая кража, которая предусмотрена ч. 1 ст. 205 УК, то формально обе эти кражи подпадают под признаки разных частей одной статьи, и в данном случае также следовало бы усматривать повторность преступлений, не образующих совокупности (ст. 71 УК), при которой каждое из этих преступлений оценивается самостоятельно. Однако в этом случае вторая кража по признаку повторности подпадает под ч. 2 ст. 205 УК. А поскольку оба преступления подпадают под признаки. 2 ст. 205 УК, постольку не будет повторно преступлений, не образующих совокупности (ст. 71 УК), и каждое из этих преступлений не должно оцениваться самостоятельно. Таким образом, хотя простая кража и кража группой лиц являются существенно различными преступлениями, они при любой последовательности их совершения не будут оцениваться самостоятельно, гак как подобные случаи не относятся к повторности, не образующей совокупности.

Аналогичная ситуация возникает и при квалификации хищений по другим частям соответствующих статей. Сравним три вида разбоя: 1) разбой с целью завладения имуществом в значительном размере, сопряженный с угрозой опасным насилием и совершенный организованной группой; 2) разбой с целью завладения имуществом в крупном размере и совершенный с причинением тяжкого телесного повреждения; 3) разбой с целью завладения имуществом в особо крупном размере (не организованной группой я без причинения тяжких телесных повреждений). По своим объективным признакам, по размеру причиняемого основному и дополнительному объектам вреда все три вида имеют существенные различия. Но юридически это тождественные преступления, поскольку все они подпадают под признаки ч. 3 ст. 207 УК, устанавливающей ответственность за разбой, совершенный организованной группой, либо с причинением тяжкого телесного повреждения, либо с целью завладения имуществом в особо крупном размере.

Таким образом, юридическое тождество повторных преступлений одного вида оказывается весьма относительным. И если тождественность преступлений возвести в принципе, то мы получим необходимость выделить еще один вид повторности, когда преступления предусмотрены одной и той же частью статьи, но содержат различные квалифицирующие обстоятельства, и тем самым уменьшим объем одновидовой тождественной повторности.

Раздел 2. ОДНОРОДНАЯ ПОВТОРНОСТЬ

Однородная повторность также порождает ряд существенных вопросов. Так, если простому грабежу предшествовала простая кража максимальное наказание до 3 лет лишения свободы), то грабеж рассматривается как совершенный повторно и влечет максимальное наказание в виде лишения свободы на срок до 6 лет. Содеянное будет квалифицироваться по совокупности преступлений и наказание за их совершение может быть назначено до б лет лишения свободы. Если же простой краже предшествовал простой грабеж (максимальное наказание до 4 лет лишения свободы), то кража считается совершенной повторно и влечет максимальное наказание в виде лишения свободы на срок до 4 лет. Содеянное также будет квалифицироваться по совокупности преступлений, а наказание за их совершение может быть назначено только в пределах самой строгой санкции, то есть не более 4 лет лишения свободы.

Таким образом, при повторности в сочетании кража — грабеж максимальное наказание составляет до б лет лишения свободы, а при сочетании грабеж — кража — до 4 лет лишения свободы. Такая большая разница (в 1,5 раза) вряд ли может быть признана обоснованной. Ведь выбор способа хищения может быть обусловлен не уменьшением опасности личности, а ситуационно складывающейся обстановкой.

Можно предположить, что законодатель руководствовался таким принципом,

что если степень общественной опасности преступлений идет по нарастающей, то ответственность усиливается, если по убывающей — не усиливается. Тогда как объяснить, что если, например, вымогательству предшествовала кража, то максимальное наказание составит не более 10 лет лишения свободы, а если вымогательству предшествовал более опасный разбой, то максимальное наказание также составит не более 10 лет лишения свободы?

Однородная повторность различных по способу хищений имущества

квалифицируется и наказывается по совокупности преступлений. Однако если похищаются специфические предметы (оружие, радиоактивные материалы, наркотические средства и др.), то повторность их хищения, например, в сочетании кража — грабеж не образует совокупности, а будет рассматриваться как одновидовая тождественная повторностъ: кража и грабеж признаны преступлением одного вида.

Обратим внимание на употребление признака повторности в составе хищения огнестрельного оружия, боеприпасов или взрывчатых веществ (ст. 294 УК). В этом составе признак повторности (ч. 3) усиливает уголовную ответственность за хищение огнестрельного оружия любыми способами, кроме разбоя или вымогательства, поскольку ответственность за хищение путем разбоя или вымогательства предусмотрена ч. 4 ст. 294 УК. То есть законодательно не усилена ответственность за повторное хищение наиболее опасными из всех способов, в то время как за повторное хищение наименее опасным способом (путем кражи), максимальное наказание возрастает с 7 лет (ч. 1) до 12 лет лишения свободы (ч. 3), что всего лишь на 3 года меньше максимума за хищение путем разбоя (ч. 4), то есть максимума ответственности по ст. 294 УК (15 лет лишения свободы).

В связи с рассматриваемой статьей следует указать еще на два обстоятельства. Вряд ли следует объяснять огромнейшую разницу между гласностью оружия массового поражения и опасностью огнестрельного оружия. Между тем. по СТ. 294 УК равно наказуемы две кражи пистолетов и две кражи ядерных или химических бомб. Или чем обосновать, что хищение оружия массового поражения путем грабежа наказуемо менее строго, чем хищение охотничьего оружия путем вымогательства? Кроме того, ч. 4 устанавливает. в частности, ответственность за действия, предусмотренные ч. 3 этой статьи, совершенные путем разбоя или вымогательства. Часть 3. в свою очередь, устанавливает ответственность, в том числе и за повторное совершение действий, указанных в ч. 1 этой статьи, то есть за хищение огнестрельного оружия, например, путем кражи. Таким образом, подставив значение описанных в каждой из частей действий, мы получаем предусмотренную законом нелепость следующего вида: повторное хищение огнестрельного оружия путем кражи, совершенное путем разбоя пли вымогательства.

Как известно, законодатель при формулировании квалифицированных составов преступлений использует родственные, но различно обозначенные признаки, что порождает дополнительные трудности не только в связи с установлением мало обоснованной конкуренции уголовно-правовых норм, но и при правовой оценке повторности. Так, п. 7ч. 2 ст. 147 УК предусматривает ответственность за умышленное причинение тяжкого телесного повреждения из хулиганских побуждений. По сути данное преступление представляет собой хулиганство, сопряженное с причинением тяжкого телесного повреждения, однако юридически оно не считается хулиганством. В результате совершение простого хулиганства лицом, ранее совершившим предусмотренное а. 7 ч. 2 ст. 147 УК преступление, будет считаться повторным, как и учиненное лицом, которое ранее совершило убийство из хулиганских побуждений (п. 13 ч. 2 ст. 139 УК). Указанные действия будут квалифицированы по ч. 1 ст. 339 УК именно как простое хулиганство (основной состав). Так, стремление усилить ответственность путем перенесения акцента на повышенную охрану более ценного объекта. Фактически приводит к ослаблению ответственности за повторение преступлений. Вполне очевидно, что виновный в причинении тяжких телесных повреждений или в убийстве из хулиганских побуждений и после совершивший простое хулиганство, подлежит более строгой ответственности за второй случай хулиганских действий, чем лицо, которое дважды совершило простое хулиганство.

Не менее проблемной является ситуация и с таким квалифицирующим признаком, как причинение тяжких телесных повреждений. Повторное причинение тяжкого вреда здоровью согласно ч. 3 ст. 147 УК влечет наказание в виде лишения свободы на срок от 5 до 15 лет, то есть по степени общественной опасности почти равно простому убийству. Между тем в определенных случаях лицо, ранее фактически причинившее тяжкое телесное повреждение и вновь причинившее такой же вред, юридически будет считаться причинившим тяжкое телесное повреждение впервые и будет подлежать ответственности по ч. 1 ст. 147 УК. Подобное предположение кажется невероятным. Допустим, что вначале лицо совершило разбой с причинением тяжкого телесного повреждения. Ответственность за это преступление предусмотрена ч. 3 ст. 207 УК. В ч. 3 ст. 147 УК прямо указано, что причинение тяжкого телесного повреждения считается повторным, если ранее лицо совершило «деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи», то есть ст. 147, но не ст. 207 УК. Как отмечалось в литературе, причинивший тяжкий вред здоровью в процессе разбоя, «был судим (или будет судим) за разбой и по всем учетам будет значиться как судимый за разбой».

Можно возразить, что в ст. 147 УК говорится э причинении тяжкого телесного повреждения и потому не имеет значения, в какой статье указано данное преступление. На такое рассуждение нас наталкивает аналогия с квалификацией убийства, совершенного лицом, ранее совершившим убийство. В соответствии с п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь 17 декабря 2002 г. № 9 повторным признается убийство, если ему предшествовало совершение преступления, составной частью которого являлось убийство (например, убийство работника милиции — ст. 362 УК, террористический акт — ВТ. 359 УК и др.). В отношении аналогичного разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации А. Вершинин сделал заключение, что Пленум вышел за пределы своей компетенции. Отметим, что Пленум дал разъяснение в соответствии со здравым смыслом и духом закона, однако ч. 2 ст. 3 УК обязывает чтить букву закона: «Нормы Кодекса подлежат строгому толкованию. Применение уголовного закона по аналогии не допускается». Думается, что законодатель не имеет права ставить правоприменителя перед выбором между духом и буквой закона.

Если применительно к причинению тяжкого телесного повреждения в процессе разбоя совпадают хотя бы названия признаваемых повторными деяний, то даже такого совпадения нет, когда речь идет о преступлениях, квалифицирующим признаком которых является насилие, опасное для жизни или здоровья. Данный признак, по мнению большинства ученых и практиков, включает в себя причинение тяжкого телесного повреждения. Что в таком случае является правовым основанием для признания последующего причинения тяжкого телесного повреждения повторным? В качестве выхода из подобной же правовой коллизии предлагается вменять совокупность преступлений, чтобы в последующем можно было вменить признак повторности. Так появляется несправедливое двойное усиление ответственности.

Еще одна проблема — возможность или, скорее, невозможность учета повторности совершения преступления применительно к составным преступлениям. Если повторно совершено посягательство на основной объект, то повторность будет учтена. Но как быть, если преступление против основного объекта совершено впервые, а ранее лицо уже совершило посягательство на дополнительный объект? Ведь составное преступление в этом случае не будет считаться повторным. И на каком основании будет усилена ответственность за последующее повторное посягательство на дополнительный объект, если в соответствующем однообъектном преступлении предусмотрена квалифицирующая повторность?

Применительно к составным преступлениям есть и еще один вопрос. Однородная повторность в этих преступлениях связывается с однородностью основного объекта, а возможная квалифицирующая повторность дополнительного объекта игнорируется. Так, если разбою с причинением тяжких телесных повреждений предшествует кража, то разбой считается совершенным повторно. Но если такому же разбою предшествовало причинение тяжкого телесного повреждения, го разбой не считается повторным, хотя вполне очевидно, сочетание каких преступления является более общественно опасным. Возражение, что предшествующее разбою причинение тяжкого телесного повреждения будет усиливать наказание по совокупности преступлений. — аргумент весьма слабый, если не забывать о повторности, сопряженной с осуждением за ранее совершенное преступление.

Аналогичная проблема существует и применительно к многообъктным преступлениям, не являющимся составными. Например, сокрытие банкротства индивидуальным предпринимателем путем подделки документов квалифицируется только по ст. 239 УК. Подделка документов в этом случае не требует дополнительной квалификации по ст. 380 УК за подделку документов. Но если ранее это лицо совершило подделку документов, то повторение такого действия должно влечь усиление ответственности за повторность по ч. 2 ст. 380 УК. Однако такое усиление не может быть осуществлено в рамках ст. 239 УК, поскольку в ней вообще нет квалифицирующей повторности.

Выделение повторности преступлений, не образующих совокупности, сделано, в том числе и для учета при квалификации стадий преступления и соучастия в преступлении. Однако такое выделение оказалось весьма далеким от совершенства.

Обратим внимание на регламентацию разновидности данной повторности, а именно: совершение в одном, случае оконченного, а в другом неоконченного такого же преступления. Определенное обоснование выделения самостоятельной квалификации подобных случаев может быть сделано путем ссылки на дополнительное включение в квалификацию неоконченного преступления соответствующих норм Общей части УК, что делает преступления юридически не тождественными. А как быть, если оба преступления не окончены? Подобная ситуация в законе не прописана. Очевидно, такие случаи следует квалифицировать соответственно как приготовление к совершению преступления повторно или как покушение на повторное совершение преступления. Но такая квалификация означает, что второе преступление прервано на стадии приготовления или покушения, и совершенно не указывает стадию первого преступления. Кроме того, сами стадии неоконченного преступления могут также различаться, что должно было бы отражаться в квалификации, если следовать логике выделения данного вида повторности, поскольку приготовление и покушение юридически не тождественны, и более того, каждое из них является полноценным самостоятельным основанием ответственности. Но тогда и совершение двух неоконченных преступлений следовало бы считать повторностью преступлений, не образующих совокупности, и квалифицировать содеянное соответственно как приготовление к преступлению и покушение на повторное совершение преступления.

Подобные проблемы возникают и при квалификации повторности преступлений, не образующих совокупности, когда в одном случае лицо является исполнителем преступления, а в другом — иным соучастником такого же преступления. Случаи, когда в обоих преступлениях лицо являлось иным соучастником такого же преступления, в законе не прописаны. Роль виновного в совершении преступления может выражаться как в незначительном пособничестве, так и в организации преступления. Ни юридически, ни фактически такие случаи не являются тождественными. Руководствуясь необходимостью учитывать при квалификации степень опасности различных стадий и соучастия, надо было бы и в случае соучастия в двух преступлениях давать не просто часть вторую по признаку повторности со ссылкой на соучастие, а часть первую и статью Общей части о соучастии и по совокупности часть вторую и статью Общей части о соучастии с указанием различных частей статьи о соучастии.

Но применительно к соучастию и повторности существует еще один не решаемый в рамках существующего законодательства вопрос. У ft выделяет три самостоятельные формы соучастия: совершение преступления группой лиц (соисполнительство), организованную группу и преступную организацию. Участники организованной группы и преступной организации признаются исполнителями независимо от их роли в совершенных преступлениях. Действия исполнителей и соисполнителей квалифицируются по статье Особенной части без ссылки на нормы Общей части о соучастии. Именно поэтому факт совершения преступления в соучастии в указанных формах не найдет должного отражения в квалификации, если, конечно, формы соучастия не предусмотрены в качестве квалифицирующих признаков. Действия лица, совершившего первое преступление индивидуально и второе в соучастии в указанных формах, будут квалифицированы только по одной статье Особенной части, хотя ни фактически, ни юридически они не являются тождественными. Согласно п. 9 ст. 16 УК соучастники несут повышенную ответственность, если преступление совершено группой лиц, непосредственно принявших участие в его совершении (соисполнительство), либо организованной группой, либо преступной организацией. Это означает, что совершение преступления в таком соучастии признается более общественно опасным, совершение преступления с различными видами соучастников. Однако согласно ст. 71 УК менее опасная форма соучастия оценивается самостоятельно, в то время как более опасная форма соучастия поглощается. Вряд ли такое положение можно признать справедливым.

Раскрытые в ст. 71 УК случаи повторное преступлений, не образующих совокупности, не исчерпывают всех возможных комбинаций соотношения нетождественных преступлений. Помимо описанных выше следовало бы регламентировать и ситуации, когда в одном случае лицо совершило неоконченное преступление, а в другом — являлось соучастником (не исполнителем) преступления; соотношение соучастия и соучастия в неоконченном преступлении и тому подобное.

Кроме того, если принципиально необходимо учитывать особенности каждого преступления, то это положение должно применяться ко всем случаям наличия особенностей. Но подлежащие учету при назначении наказания особенности есть в каждом из сочетаний преступлений, в том числе при повторности оконченных и подпадающих под действие одной и той же части статьи преступлений. Разве не отличаются квалифицируемые по одной и той же части статьи кража, совершенная в силу стечения тяжелых семейных обстоятельств, и кража, совершенная для приобретения наркотиков, кража на сумму 11 базовых величин и кража на сумму 249 базовых величин? Конечно же, отличаются и весьма существенно. На это указывают и пределы наказаний, предусмотренных за тождественные преступления. Так, простая кража может быть наказана штрафом в размере тридцати базовых величин, но может быть наказана и лишением свободы на срок до 3 лет. Разве не существенно различаются по строгости эти наказания? А это означает, что и тождественные преступления разительно отличаются по степени общественной опасности. Почему же тогда законодатель не требует оценивать такие преступления самостоятельно?

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой