Политическая ситуация на Руси в домонгольский период и во время ига

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Содержание

1. Введение

2. Государственное устройство Руси в домонгольский период

2.1 Владимиро-Суздальское княжество

2.2 Галицко-Волынская земля

2.3 Новгородская земля

3. Завоевание монголо-татарами Руси

3.1 Битва на реке Калке

3.2 Завоевание Северно-Восточной Руси

3.3 Разгром южной Руси

4. Политическая Ситуация на Руси во время ига

Заключение

Список использованных источников и литературы

1. Введение

русь иго княжество калка

В 1243 году Русь была превращена в улус Золотой Орды, нового государства, созданного Батыем. Так закончилась односторонняя наступательная война, которая велась монголо-татарами с 1236 по 1241 год на территории Древней Киевской Руси. Закончилась без всякого заключения мира, простым обращением Руси в бесправное, вассальное, полностью подвластное Золотой орде государство. Такое положение продолжалось для Руси в течение 240 лет.

Описание источников того периода стоит начать с «Повести о разорении Рязани Батыем» рассказывающей о жестокости монгол. Упоминания заслуживают «Ипатьевская летопись» и «Лаврентьевская летопись» как два диаметрально противоположных источника. Но, к сожалению, летописцы «замалчивали» события того периода. Примирительное отношение к татарскому владычеству, отражавшее реальную политику русских феодалов, было вообще характерно для летописцев в первые полтора века после нашествия Батыя; только в годы, когда в Орде происходили смуты, в летописях появлялись обличавшие иго записи (например, под 1262 и 1409 гг.)

Новые тенденции в оценке монголо-татарского владычества складываются в процессе борьбы русского народа за свержение иноземного ига. В московском летописании утвердилось представление о периоде монголо-татарского ига как о времени угнетения, разжигания ордынскими ханами «усобиц» и «неустроения» Руси. Это время противопоставляется и домонгольской истории Руси, и времени объединения русских земель «под рукой» великого московского князя (Казанский летописец XVI в.). С таких же позиций оценивает иго «Степенная книга» и «Синопсис» архимандрита Иннокентия Гизеля (1674 г.), выдержавший 30 изданий и надолго ставший самым популярным русским историческим сочинением.

Попытка дать общую картину событий монголо-татарского нашествия и оценить его роль в истории Руси относится к XVIII столетию (В. П. Татищев, И. Н. Болтин, М. М. Щербатов).

Эти и многие другие авторы, включая западноевропейских (Плано Карпини, Рубрука, Марко Поло) пытались осветить события тех времен. Но по сей день, споры не утихают, а археологи закрывают белые пятна того периода.

Цель данного реферата проследить, как менялся политический строй на Руси с домонгольского периода, и что с ним произошло во время, когда Русь стала вассалом Золотой орды.

Задачами данного реферата являются:

1. Показать, каково было государственное устройство Руси в домонгольский период.

2. Описать завоевание монголо-татарами Руси.

3. Изучить политическую ситуацию на Руси во время ига.

2. Государственное устройство Руси в домонгольский период

Со второй трети XII в. На Руси начался период феодальной раздробленности, через который прошли все феодальные страны Европы и Азии. Это был закономерный этап в поступательном развитии феодального производства, обусловленный завершением генезиса феодальных отношений и вступлением в феодализм в свою зрелую стадию, которая характеризуется завершением складывания и развития всех его экономических и социально-политических институтов. Феодальная раздробленность, как новая форма государственно-политической организации, сменившая раннефеодальную Киевскую монархию соответствовала новому феодальному обществу, как комплексу сравнительно небольших феодальных мирков. Натурально-хозяйственная основа русских земель определяла их экономическую самостоятельность и государственно-политический сепаратизм в рамках местных земельных союзов — княжеств и феодальных республик, которые не случайно сложились в рамках бывших племенных союзов. Их этническая и областная устойчивость к тому же поддерживалась природными рубежами и местными культурными традициями.

В результате развития производительных сил и общественного разделения труда старые племенные центры и новые города превратились в экономические и политические центры, прилегающих к ним сельских округов. С захватом князьями и боярами общинных земель и вовлечением крестьян в систему феодальной зависимости сложилось и окрепло феодально-крепостническое хозяйство. Старая родоплеменная знать, оттесненная некогда в тень киевской военной знатью, превратилась в земских бояр и образовала вместе с другими категориями светских и духовных феодалов корпорации местных земельных собственников. Опираясь на собственные вооруженные силы и дружину своего князя, местные феодалы уже могли сами подавлять сопротивление закрепощаемых и лишаемых земли крестьян, не нуждаясь в помощи далекого Киева.

В пределах небольших княжеств-государств феодалы могли более эффективно защищать свои территориально-корпоративные интересы, с которыми мало считались в Киеве, где рассматривали подчиненные ему города и области только как источник поступления дани и как столы-кормления. (Кормление — система содержания должностных лиц за счет местного населения). Превращение столов-кормлений в наследственные в одном из княжеских родов государства-княжения сопровождалось развитием новых форм поземельных и политических отношений между феодалами, оформившихся в сложную систему вассалитета и сюзеренитета. (Вассал — землевладелец феодал, зависимый от более крупного феодала. Сюзеренитет — господство сюзерена над вассалом).

Феодальная раздробленность более эффективно и гибко защищала интересы феодалов, разделенных территориально и политическими границами государств-княжеств.

Вместе с тем утрата государственного единства Руси, сопровождавшегося началом затяжных княжеских усобиц, ослабляла и разъединяла ее силы перед лицом возраставшей угрозы иноземной агрессии.

Политический строй русских земель и княжеств имел свои, местные особенности, обусловленные различиями в уровне темпах развития производительных сил, феодальной земельной собственности, зрелости феодальных производственных отношений. В одних землях княжеская власть, смогла подчинить себе местную знать и укрепиться в других не совсем.

В Новгородской земле, наоборот, утвердилась феодальная республика, в которой княжеская власть утратила рол главы государства и стала играть подчиненную, преимущественно военно-служебную роль.

С торжеством феодальной раздробленности общерусское значение власти киевских великих князей постепенно свелось до номинального «старейшинства» среди других князей. Связанные друг другом сложной системой сюзеренитета и вассалитета правители феодальная знать княжеств при всей своей местной самостоятельности были вынуждены признавать старейшинство сильнейшего из своей среды (великого князя), объединявшего их усилия для разрешения вопросов, которые не могли быть решены силами одного княжеств; или же затрагивали интересы ряда княжеств.

До середины XII в. таким главой феодальной иерархии в масштабе всей Руси был киевский князь. Со второй половины XII в. его роль перешла к местным великим князьям, которые в глазах современников были ответственны за исторические судьбы Руси.

В конце XII — начале XIII вв. на Руси определились три основных политических центра, каждый из которых оказывал решающее влияние на политическую жизнь в соседних с ними землях и княжествах:

1. Для Северо-Восточной и Западной (и в немалой степени для Северо-Западной и Южной) Руси — Владимиро-Суздальское княжество.

2. Для Южной и Юго-Западной Руси — Галицко-Волынское княжество.

3. Для Северо-Западной Руси — Новгородская феодальная республика.

В условиях феодальной раздробленности резко возросла роль общерусских и земельных съездов (снемов) князей и их вассалов, на которых рассматривались вопросы между княжеских отношений и заключались соответствующие договоры, обсуждались вопросы организации борьбы с половцами и другие совместные действия. Но попытки князей созывом таких съездов сгладить наиболее отрицательные последствия подчинения киевскому князю, связать свои местные интересы и встававшие перед ними проблемы общерусского (или обще земельного) масштаба, в конечном счете, терпели неудачу из-за не прекращавшихся междоусобиц.

2.1 Владимиро-Суздальское княжество

До середины XI в. Ростово-Суздальской землей управляли посадники, назначаемые Киевским князем. В XII—XIII вв. она переживала экономический и политический подъем, выдвинувший ее в ряд сильнейших на Руси княжеств. В ускорении хозяйственного развития и политическом возвышении этого лесного края имел быстрый прирост его населения за счет жителей южно-русских земель, бежавших сюда из-за половецких набегов. В XI—XII вв. здесь сложилось и окрепло крупное княжеское и боярское (а затем и церковное) землевладение, поглощавшее общинные земли и вовлекавшие крестьян в личную феодальную зависимость. В XII—XIII вв. возникли почти все основные города этой земли (Владимир, Переяславль-Залесский, Дмитров, Кострома, Тверь, Нижний Новгород, Городец и др.), строившиеся суздальскими князьями на границах внутри княжества в качестве опорных и административных пунктов. К 1147 г. относится первое упоминание в летописи Москвы — небольшого пограничного городка, выстроенного Юрием Долгоруким (90-е гг. XI в — 1157г). на месте конфискованной усадьбы боярина Кучки.

В начале 30-х годов XII в. Ростово-Суздальская земля обрела независимость. Княжение сына Юрия Долгорукого — Андрея Боголюбского (1111−1174, 1157−1174) отмечено началом борьбы суздальских князей за политическую гегемонию своего княжества над остальными русскими землями. Чтобы быть более независимыми от бояр, князь перенес столицу княжества из Ростова — древней боярской цитадели — сравнительно новый город — Владимир-на Клязьме, в котором имелся значительный торгово-ремесленный посад.

В XIII начался интенсивный процесс феодального дробления. Тем не менее вплоть до нашествия монголов Владимиро-Суздальская земля оставалась сильнейшим и влиятельнейшим княжеством на Руси, сохранившим политическое единство под главенством владимирского великого князя.

2.2 Галицко-Волынская земля

Галицко-Волынское княжество занимало северо-восточные склоны Карпат, а к югу от них территорию между реками Днестр и Прут. На западе оно граничило с Венгрией и Польшей, а на востоке с Киевской землей и половецкой степью. Это был один из древнейших очагов пашенной земледельческой культуры восточных славян. Высокого уровня здесь достигло ремесленное производство, отделение которого от земледелия способствовало росту городов, которых было больше, чем в других русских землях. Крупнейшими них были Галич, Владимир-Волынский, Перемышль, Львов, Хол Берестье и др.

Как и во Владимиро-Суздальской Руси здесь наблюдало значительный экономический подъем, что в известной мере служил основанием для борьбы, которую вели местные бояре и князья за независимость от киевского великого князя.

В первые годы после отделения от Киева Галицкое в Волынское княжества существовали как самостоятельные. Объединение произошло при волынском князе Романе Мстиславиче (1170−1205 в 1199 г. В 1203 г. Роман Мстиславич захватил Киев и принял титул великого князя. Образовалось одно из крупнейших государств Европы. (Римский папа предлагал даже Роману Мстиславичу королевский титул).

Преемникам князя Романа Мстиславича пришлось вести длительную борьбу за престол как с венгерскими, польскими, русскими князьями, так и с местным боярством и только в 1240 г. удалось вновь объединить Юго-Западную Русь и Киевскую землю. Однако в этом же году Галицко-Волынское княжество было захвачено монголо-татарами, а спустя 100 эти земли оказались в составе Литвы (Волынь) и Польши (Галич).

2.3 Новгородская земля

Особый политический строй, отличный от других княжеских земель, сложился в XII в. в Новгородской земле. Древнее ядро Новгородско-Псковской земли составляли земли между Ильменем и Чудским озером и по берегам рек Волхова, Ловати, Великой, Мологи и Меты, которые делились в территориально-географическом отношении на «пятины» — пять областей: Водскую — между реками Волховом и Лугой, получившую свое название (по мнению В.О. Ключевского) от обитавшего здесь финского племени води, или воти, Обонежскую — по сторонам Онежского озера, Деревскую — между реками Метой и Ловатью, Шелонскую — по реке Шелонь, Бежецкую — в направлении к Волге. В административном плане земли делились также на сотни и погосты.

Новгородские «пригороды» (Псков, Ладога, Старая Русса, Великие луки, Бежичи, Торжок) служили важными факториями на торговых путях и военно-опорными пунктами на границах земли. КОУПНЫМ городом, занимавшим особое положение в Новгородской республике («младшим братом Новгорода») был Псков, который отличался развитым ремеслом и собственной торговлей с Прибалтикой, немецкими городами. Во второй половине XIII в. Псков фактически стал самостоятельной феодальной республикой.

В XII в. Великий Новгород был одним из крупнейших городов не только на Руси, но и в Европе. Его возвышению способствовало выгодное расположение на пересечении важных для Руси и других государств Восточной Европы торговых путей, связывавших Балтийское море с Черным и Каспийским.

Торговля Новгорода опиралась на развитые в Новгородской земле ремесла и различные промыслы. Новгородские ремесленники, отличавшиеся более широкой специализацией и профессиональным мастерством, работали в основном на заказ, но часть их изделий через купцов-скупщиков поступала и на внешний рынок.

Ремесленники и купцы имели свои территориальные (уличанские) и профессиональные объединения (сотни, братчины, игравшие заметную роль в политической жизни Новгорода. Наиболее влиятельным, объединявшим верхушку новгородского купечества, было объединение купцов-вощников (Иванское сто), ведших в основном зарубежную торговлю.

Но, несмотря на преобладание в Новгороде торгово-ремесленного населения, основу экономики Новгородской земли составляло сельское хозяйство и связанные с ним промыслы.

3. Завоевание монголо-татарами Руси

Монголо-татарское нашествие и иго Золотой Орды, последовавшее за нашествием, сыграло огромную роль в истории нашей страны. Ведь владычество кочевников продолжалось почти два с половиной столетия и за это время иго сумело наложить существенный отпечаток на судьбу русского народа. Этот период в истории нашей страны является очень важным, поскольку он предопределил дальнейшее развитие Древней Руси.

Несколько слов о состоянии русского войска к моменту нашествия монголо-татар. Русские княжеские дружины были по тому времени превосходным войском. Их вооружение славилось далеко за пределами Руси, но эти дружины были малочисленны и их состав насчитывал всего несколько сот человек. Для того чтобы организовать оборону страны от хорошо подготовленного агрессивного врага это было слишком мало. Княжеские дружины были малопригодными к действию большими силами под единым командованием, по единому плану. Основную же часть русского войска составляли городские и сельские ополчения, набиравшиеся в момент опасности. Об их вооружении и профессиональной подготовке можно сказать, что они оставляли желать лучшего. Русские города со своими укреплениями не могли быть непреодолимым препятствием для мощной осадной техники кочевников. Население крупных городов составляло 20−30 тысяч человек и в случае нападения могло выставить до 10 тысяч защитников, а поскольку город, как правило, сопротивлялся в одиночку, то 60−70-тысячному войску можно было сломать сопротивление защитников в течении недели. Таким образом, Русское государство представляло собой несколько крупных княжеств, постоянно соперничающих между собой, не обладая одним большим войском, способным оказать сопротивление армаде кочевников. В 1223 году 30-тысячное войско Субдэея и Очеучи, завершив разгром государств Средней Азии, прошло по Северному Ирану, вышло на Кавказ, разрушив несколько древних и богатых городов, разбив грузинские войска, проникло через Ширванское ущелье на Северный Кавказ и столкнулось с аланами. Аланы объединились с кочевавшими там половцами, как свидетельствует персидский историк Рашид-ад-Дин, сразились сообща, «но никто из них не остался победителем». Тогда монголо-татары склонили половецких вождей к уходу из земель аланов, а затем «одержали победу над аланами, совершив все, что было в их силах по части грабежа и убийства».

3.1 Битва на реке Калке

«В 1223 году явился народ незнаемый; пришла неслыханная рать, безбожные татары, о которых никто хорошо не знает, кто они и откуда пришли, и что у них за язык, и какого они племени, и какая у них вера… Половцы не могли противиться им и побежали к Днепру. Хан их Котян был тесть Мстиславу Галицкому; он пришел с поклоном к князю, зятю своему, и ко всем князьям русским…, и сказал: Татары отняли нашу землю нынче, а завтра вашу возьмут, так защитите нас; если не поможете нам, то мы нынче будем иссечены, а вы будете завтра иссечены. «

Князья решились помочь Котяну. Поход был начат в апреле при полном разливе рек. Войска направлялись вниз по Днепру. Командование осуществлялось киевским князем Мстиславом Романовичем Добрым и Мстиславом Мстиславичем Удалым, которые были двоюродными братьями. Перед самым наступлением русских прибыли на Русь монголо-татарские послы, которые уверяли, что не станут трогать русских, если те не пойдут на помощь к своим соседям.

На 17-й день похода войско остановилось близ Ольшеня, где-то на берегу Роси. Там его нашло второе татарское посольство. В отличие от первого, когда послов перебили, этих отпустили. Сразу же после переправы через Днепр русские войска столкнулись с авангардом противника, гнались за ним 8 дней, а на восьмой вышли на берег реки Калки (ныне р. Кальчик, приток р. Кальмиус, в Донецкой области, Украина). Здесь Мстислав Удалой с некоторыми князьями сразу же перешли Калку, оставив Мстислава Киевского на другом берегу.

По данным Лаврентьевской летописи, битва произошла 31 мая 1223 года. Войска, переправившиеся через реку, были почти полностью уничтожены. Натиск храброй дружины Мстислава Удалого, который едва не прорвал ряды кочевников, не был поддержан другими князьями и все его атаки были отбиты. Половецкие отряды, не выдержав ударов монгольской конницы, побежали, расстроив боевые порядки русского войска. Лагерь Мстислава Киевского, разбитый на другом берегу и сильно укрепленный, войска Джебе и Субэдея штурмовали 3 дня и смогли взять только хитростью и коварством, когда князь, поверив обещаниям Субэдэя, прекратил сопротивление. В результате этого Мстислав Добрый и его окружение были зверски уничтожены, Мстиславу Удалой бежал. Потери русских в этой битве были очень велики, шесть князей были убиты, из воинов домой вернулась только десятая часть.

Битва при Калке была проиграна не столько из-за разногласий между князьями-соперниками, сколько из-за исторически сложившихся факторов. Во-первых войско Джебе тактически и позиционно полностью превосходило соединенные полки русских князей, имевших в своих рядах в большинстве своем княжеские дружины, усиленные в данном случае половцами. Всё это войско не имело достаточного единения, не было обучено тактике ведения боя, основываясь больше на личном мужестве каждого дружинника. Во-вторых, такому соединенному войску нужен был и единовластный полководец, признанный не только вождями, но и самими дружинниками, и осуществлявший объединенное командование. В-третьих, русские войска, ошибившись в оценке сил противника, еще и не смогли правильно выбрать место сражения, рельеф местности на котором полностью благоприятствовал татарам. Впрочем, справедливости ради нужно сказать, что в то время не только на Руси, но и в Европе не нашлось бы армии, способной соперничать с соединениями Чингисхана.

Войско Джебе и Субэдея, разгромив на Калке ополчение южных русских князей, вошло в Черниговскую землю, дошло до Новгорода-Северского и повернуло назад, неся повсюду за собой страх и разрушение. В том же 1223 году Джебе и Субэдей совершили набег на Волжскую Булгарию, но потерпели неудачу. Арабский историк Ибн-аль-Асир так описал эти события: «Булгары в нескольких местах устроили им засады, выступили против них и, заманив до тех пор пока они зашли за место засад, напали на них с тыла». Поход, продолжавшийся два с половиной года, позволил монголо-татарам непосредственно познакомиться с русскими войсками и укреплениями русских городов, от пленных получили сведения о положении внутри русских княжеств — была проведена глубокая стратегическая разведка.

3.2 Завоевание Северно-Восточной Руси

Военный совет (курултай) 1235 года объявил обще монгольский поход на запад. Великий хан Удегей послал в подкрепление Батыю, главе улуса Джучи, для завоевания Волжской Булгарии, Диит-Кинчака и Руси главные силы монгольского войска под командованием Субэдея. Всего в походе приняло участие 14 «царевичей», потомков Чингисхана, со своими ордами. Всю зиму монголы собирались в верховьях Иртыша, готовясь к большому походу. Весною 1236 года бесчисленное множество всадников, неисчислимые стада, бесконечные обозы с военным снаряжением и осадными орудиями двинулись на запад.

Осенью 1236 года их войско обрушилось на Волжскую Булгарию.

Обладая огромным превосходством сил, они прорвали линию обороны булгар, города брались один за другим. Булгария была страшно разрушена и сожжена. Весной 1237 года войска Субэдея продвинулись в прикаспийские степи и устроили облаву на половцев, большинство из которых было убито, остальные убежали в русские земли. В боях со своими быстрыми и неуловимыми противниками ханы применяли тактику «облавы»: шли по степям широким фронтом мелких отрядов, постепенно замыкая в кольцо половецкие кочевья. Походом руководили три высокородных хана: Гуюк, Манхе и Менгу. Война в половецких степях затянулась на все лето. Но в результате монголо-татары подчинили себе практически все земли междуречья р. Волги и р. Дона. Самый сильный половецкий хан Юрий Кончакович был разбит.

Другое большое войско, возглавляемое Батыем, а также ханами Орду, Берке, Бури и Кульманом воевало на правобережье Средней р. Волги в землях буратов, аржанов и мордвы. События этого похода малоизвестны. Таким образом, народы Нижнего и Среднего Поволжья оказали упорное сопротивление, что задержало продвижение Батыя и лишь к осени 1237 года он смог сосредоточить все основные силы для нашествия на Северо-Восточную Русь. Русские князья не могли не знать о готовящемся наступление. Они получали информацию от русских и болгарских купцов. Да и ситуация с завоеванием юго-восточных соседей наталкивала на определенные мысли. Но вопреки этому после битвы на р. Калке усобицы между князьями не прекратились. Следовательно, не было и единого войска под единым командованием для отражения натиска могущественного врага, и была нарушена единая система обороны южных степных границ. Многие князья надеялись на крепкие деревянные крепости, не принимая во внимание сложную осадную технику, имеющуюся у монголо-татар.

Осенью 1237 года Батый поставлен во главе соединенного войска. В декабре 1237 года встали реки. На Суре, притоке Волги, на Воронеже, притоке Дона, появились войска Батыя. Зима открывала дорогу по льду рек в Северо-Восточную Русь.

Исходя из соображений географического и демографического характера, а так же военных выкладок, можно предположить, что Батый привел на Русь 30−40 тысяч всадников. Даже такому, на первый взгляд малочисленному войску русским суверенным князьям было нечего противопоставить.

Первым городом, который стал на пути завоевателей, была Рязань. Для рязанских князей это было полной неожиданностью. Они привыкли к набегам на Русь половцев и других кочевых племен в летне-осенний период. Хан Батый, вторгнувшись в пределы княжества, предъявил ультиматум, где потребовал «десятину во всем: в князьях, в конях, в людях». Князь, чтобы выиграть время, послал к хану Батыю сына Федора с богатыми дарами, а сам тем временем начал быстро готовиться к бою. Он отправил гонцов к Владимирскому князю Юрию Всеволодовичу и к Черниговскому за помощь. Но оба они отказали Рязанскому князю. Несмотря на это рязанцы решили стоять за свою землю на смерть и на ультиматум они ответили: «Если нас всех не будет, то все ваше будет!»

Вместе с князем рязанским навстречу монголо-татарам двинулись еще несколько «подручных» князей — Пронского, Муромского и Коломенского княжеств. Но их дружины не успели дойти до укрепленных линий на степной границе. Хан Батый перебил посольство Федора и двинул свою конницу на Рязанскую землю. Где-то «близ пределов рязанских» произошла битва, описанная в «Повести о разорении Рязани». В ходе битвы погибли многие «князья местные, воеводы крепкие и воинство удалое». С немногими воинами князь Юрий Игоревич прорвался через кольцо врагов и ушел в г. Рязань, организовывать оборону своей столицы. Потерпев поражение в бою, Рязанцы надеялись отсидеться за крепкими городскими стенами. Рязань стояла на высоком правом берегу р. Оки, ниже устья р. Прони. Город был хорошо укреплен: с трех сторон его окружали рвы и мощные валы высотой до 10 метров, с четвертой стороны к р. Оке обрывался крутой берег; на валах стояли деревянные стены с многочисленными башнями. Под стены города сбежалось население из окрестных сели деревень, пришли из дальних вотчин боярские отряды. Все городское население взялось за оружие.

Осада Рязани началась 16 декабря 1237 года. Монголо-татары окружили город так, что из него никто не мог выйти. Городские стены круглосуточно обстреливались из пороков (камне метальных машин). День и ночь шли приступы на город. Меткие монгольские лучники беспрерывно стреляли. На смену убитым монголам приходили новые, а подкрепления городу так и не было. 21 декабря начался решительный штурм Рязани. Оборону города удалось прорвать сразу в нескольких метах. На улицах завязались тяжелые бои. В результате все воины и большинство жителей было зверски уничтожено. Десять дней простояло войско кочевников под Рязанью — грабили город, делили добычу, грабили соседние села.

Перед Батыем лежало несколько дорог в глубину Владимиро-Суздальской земли. Так как перед Батыем стояла задача покорить всю Русь за одну зиму, он направился к Владимиру по Оке, через Москву и Коломну. По дороге на них неожиданно напал отряд под предводительством Евпатия Коловрата — рязанца. Его отряд насчитывал около 1700 человек. Кочевники настолько растерялись, что приняли их за восставших из мертвых. Но попавшие в плен 5 воинов ответили: «Мы войны великого князя Юрия Ингоревича — рязанского, в полку Евпатия Коловрата. Посланы тебя сильного почтить и честно проводить». Батый решил отправить своего шурина Хозтоврула с полками, чтобы тот побил Коловрата. Но Хозтоврул проиграл, и тогда Батый навел множество своего войска на Евпатия. В сражении Коловрат погиб, а его голову отдали Батыю. Хан удивился храбрости русских воинов и велел отпустить пленную часть дружины.

Великий князь владимирский Юрий Всеволодович послал подкрепление к Коломне, прикрывавшей единственно удобный путь зимой на Владимир — по рекам Москве и Клязьме. Возглавил войска старший сын князя Владимирского Всеволод. Сюда же пришли уцелевшие рязанские дружины во главе с князем Романом. Летописи утверждают, что пришли даже новгородцы. Опытный воевода владимирский Еремей Глебович тоже был под Коломной. Сам город достаточно укрепили на случай, если войска потерпят неудачу в поле. По количеству войск и упорству сражения бой под Коломной можно считать одним из самых значительных событий нашествия. Соловьев пишет: «Обступили их татары у Коломны, и бились крепко; была сеча великая; убили князя Романа и воеводу Еремея, а Всеволод с мелкою дружиною прибежал во Владимир» В битве под Коломной погиб чингизид хан Кулькан — едва ли не единственный случай за всю историю монгольских завоеваний.

Разгромив владимиро-суздальские полки под Коломной, Батый пришел к Москве, которую оборонял отряд сына великого князя Юрия — Владимира и воевода Филипп Нянка. Город был взят штурмом на 5-й день. В результате Москва была полностью уничтожена. Князь Владимир попал в плен, а воеводу убили. По пути от Рязани до Владимира завоевателям приходилось брать штурмом каждый город, неоднократно биться с русскими дружинниками в «чистом поле»; обороняться от внезапных нападений из засад. Героическое сопротивление простого русского народа сдерживало завоевателей.

3 февраля передовые отряды завоевателей подошли к Владимиру. Город Владимир был окружен высокими деревянными стенами и укреплёнными мощными каменными башнями. С трех сторон его прикрывали реки: с юга — р. Клязьма, с севера и востока — р. Лыбедь. Над западной стеной города высились Золотые Ворота — самое мощное оборонительное сооружение древнего Владимира. За внешним обводом Владимирских укреплений находились внутренние стены и валы Среднего или Мономахова города. И, наконец, в середине столицы располагался каменный кремль — Детинец. Таким образом, врагам необходимо было прорвать три оборонительные линии, прежде чем они могли достигнуть центра города — Княжеского двора и Успенского собора. Но для многочисленных башен и стен не хватало воинов. На княжеском совете было решено оставить в городе сохранившиеся войско и дополнить его городским ополчением, а самому великому князю идти с ближней дружиной на север и собирать новые рати. Накануне осады Юрий уехал со своими племянниками Васильком, Всеволодом и Владимиром на р. Сить и начал собирать полки против татар. Оборону города возглавили сыновья великого князя — Всеволод и Мстислав, а также воевода Петр Ослядякович.

Монголо-татары подошли с запада. Перед этим завоеватели взяли штурмом Суздаль, причем без особых трудностей. 4-го февраля небольшой отряд подъехал и предложил сдаться. В ответ полетели стрелы и камни. Тогда монголы окружили город со всех сторон, отрезав его от внешнего мира, и началась осада города. 6 февраля началась установка тяжелых метательных орудий и обстрел. Стены удалось пробить в некоторых местах, но проникнуть в город монголы не смогли. Рано утром 7 февраля начался общий штурм г. Владимира. Главный удар был нанесен с запада. В результате обстрела деревянная стена южнее Золотых Ворот была разрушена, и монголо-татары ворвались в город. Они прорвались через Иринины, Медные и Волжские ворота к Детинцу, где почти не осталось воинов. Княжеская семья, бояре и посадские люди укрылись в Успенском соборе. Сдаться на милость победителю они категорически оказались, и были сожжены. Сам г. Владимир был полностью разорен.

Юрий Всеволодович стоял с войсками под Ярославлем. Узнав о гибели столицы и о смерти близких, князь, по словам летописи, «возопи гласом великим со слезами, плача по правоверной вере христианской и Церкви». «Лучше бы мне умереть, нежели жить на свете, — говорил он, — чего ради остался я один». Василько, подоспевший с ростовской дружиной, укреплял его на ратный подвиг.

Владимир был последним городом Северо-восточной Руси, который осаждали объединенные силы хана Батыя. Монголо-татары должны были принять решение, чтобы сразу три задачи были выполнены: отрезать князя Юрия Всеволодовича от Новгорода, разгромить остатки владимирский сил и пройти по всем речным и торговым путям, разрушая города — центры сопротивления. Войска Батыя разделились на три части: Первая двинулась на север к Ростову и далее на Волгу (Ростов сдался без боя, также как и Углич); Отдельные отряды продвинулись к р. Волге и разгромили Ярославль, Кострому, Кснятин, Кашин и др. города. Вторая часть пошла на восток по льду р. Клязьмы, разгромила г. Стародуб и вышла к средней Волге — к г. Городцу; третья двинулась на северо-запад через Переяславль-Залеский, Юрьев, Димитров, Волок-Ламский к Твери и Торжку. В результате февральских походов 1238 года монголо-татарами были разрушены русские города на территории от Средней Волги до Твери (всего четырнадцать городов).

К началу марта отряды захватчиков вышли на рубеж Средней Волги. Юрий Всеволодович, собиравший войска на реке Сить, оказался в непосредственной близости от этих отрядов. Неожиданное нападение монголо-татар предопределило исход этой битвы (4 марта 1238 г.). Мало кто из русских воинов ушел живым из этого страшного боя, но высокой ценой заплатили враги за победу. Святой Юрий был изрублен в отчаянной схватке. Василька, израненного, привели в ставку Батыя.

Татары принуждали его «следовать обычаю ногайскому, быть в их воле и воевать за них». С гневом отверг святой князь мысль об измене Родине и Православию. «Никак не отведете меня от христианской веры», — говорил святой князь, вспоминая древних христиан исповедников. «И много мучившее его, смерти предаша, повергоша его в лесу Шернском». Так предал душу Богу святой князь Василько Ростовский, уподобившись в кончине своей святому страстотерпцу Борису, первому из князей Ростовских, которому он подражал в жизни. Как и святому Борису, Васильку не было еще тридцати лет.

Епископ Ростовский Кирилл, придя на поле сражения, предал погребению погибших православных воинов, отыскал тело святого князя Юрия (только отрубленной его головы не сумели сыскать в грудах поверженных тел), перенес честные останки в Ростов — в Успенский собор. Тело святого Василька было найдено в Шернском лесу сыном священника и привезено в Ростов. Там супруга князя, дети, епископ Кирилл и весь народ Ростовский встретили с горьким плачем тело любимого князя и погребли его под сводами соборной церкви.

В конце марта 1238 года «облава» захватчиков двинулась от Волги на юг, к Новгороду. Торжок, стоящий у Батыя на пути продержался 2 недели, и был взят только 23 марта. Оттуда Батый двинулся селигерским путем дальше, но, не дойдя до Новгорода ста верст, повернул на юг (от места, которое в летописи названо «Игнач-крест») и пошел на Смоленск.

Поворот от Новгорода принято объяснять весенними паводками. Но существуют и другие объяснения: во-первых, поход не укладывался в сроки, во-вторых, Батый не смог разгромить соединенные силы Северо-Восточной Руси в одном-двух сражениях, используя численное и тактическое превосходство. Тяжелый и кровопролитный поход против северо-восточных княжеств измотал и обескровил монголо-татар. Вполне вероятно, что Батый не решился воевать с нетронутыми и полнокровными Новгородом и Псковом.

Смоленск монголам взять не удалось. На подступах к городу врага встретили смоленские полки и отбросили его. Батый решил повернуть на северо-восток и вышел к г. Козельску. В летописях нет точной даты подхода монголо-татар к этому городу и большинство ученых, утверждают, что еще в апреле 1238 года его осадили. 51 день оборонялся Козельск, но был взят. Батый назвал его «Злым городом» и приказал сравнять с землей.

Батый не дошел ни до Вологды, ни до Белоозера, ни до Великого Устюга, а за ним оставалась нетронутой вся Чудь Заволоцкая, новгородские владения.

3.3 Разгром южной Руси и восточной Европы

В 1239 г монголо-татары совершили нашествие на Южную Русь. При этом они пошли тем путем, каким делали набеги половцы. Был взят Переяславль-Южный, что до этого еще никому не удавалось. Город был хорошо укреплен: с трех сторон его окружали высокие берега р. Трубеж и р. Альты, а также высокие валы и стены. Но татарам удалось взять, разграбить город и полностью разрушить церковь святого Михаила.

Следующий удар был направлен на Черниговское княжество. Черниговский Детинец (кремль), расположенный на высоком холме при впадении р. Стрижень в Десну, был окружен «окольным градом», за которым тянулся трехкилометровый вал, прикрывавший «предгородье». К осени 1239 г. татары окружили г. Чернигов. Их встретил с войском князь Мстислав Глебович (двоюродный брат Михаила Черниговского). Был «лютый бой», но русские проиграли. 18 октября 1239 г. Чернигов был взят, после чего татары разрушили города Путивль, Глуков, Вырь, Рыльск.

Нашествие на Южную Русь и Восточную Европу Батый начал осенью 1240 года, опять собрав под свое начало всех преданных себе людей. Батый подошел к Киеву в ноябре 1240 года. «Пришел Батый к Киеву в силе тяжкой, окружила город сила татарская, и не было ничего слышно от скрипенья телег, от рева верблюдов, от ржанья коней; наполнилась земля Русская ратными.» В Киеве тогда княжил Даниил Романович Галицкий, который выехал из города, оставив для защиты города воеводу Дмитрия. Татары с той стороны, где лес примыкал к городским воротам, круглосуточно обстреливали стены из камнеметных орудий. В результате стены рухнули, и монголо-татары ворвались в город к вечеру. За ночь киевляне построили новую стену вокруг Десятиной церкви, но татары прорвали оборону г. Киева и после 9 дневной осады и штурма 6 декабря 1240 года Киев пал.

После этого основные силы Батыя двинулись дальше на запад к Владимиру-Волынскому. Города Кременец, Данилов и Холм захватчики взять не смогли. Городки-крепости были великолепно приспособлены для обороны. Владимир-Волынский был взят монголо-татарами после короткой осады. Страшному разгрому подверглись все города волынской и галицкой земли. (Подробнее см. «Жизнеописание Даниила Галицкого»).

Батый, вернувшись из неудачного похода на Запад, основал на рубежах Руси государство «Золотую Орду». В 1243 году Батый «пожаловал и утвердил «великого князя Ярослава Всеволодовича, вслед за этим князем потянулись в Орду и другие князья — углицкие, ростовские, ярославские. Установилось монголо-татарское иго.

4. Политическая Ситуация на Руси во время ига

После нашествия Батыя, Русь стала страной вассальной по отношению к Золотой Орде. Золотой Ордой на Руси называли улус Джучи. Первым в Орду в 1243 г. был вынужден поехать оставшийся главным владимиро-суздальским князем после гибели Юрия его брат Ярослав. По словам летописи, Батый его «почти великою честию и мужи его» и назначил его старшим из князей: «Буди ты старей всем князьям в русском языце».

Следом за владимирским князем потянулись и остальные. Таким образом, политическая зависимость Руси выразилась в изменении положения князей. Хотя древнерусские нормы наследования продолжали действовать, ордынская власть поставила их под свой контроль. Князья должны были отныне ездить в Орду и получать там ханские утверждения — ярлыки — на свои княжества. Хан таким образом становился источником княжеской власти. Самым привлекательным ярлыком был ярлык на великое княжение Владимирское, дававший помимо номинального старшинства над князьями Северо-Восточной Руси и ряд вполне ощутимых выгод, включая и Владимирский «домен».

Для ордынских властителей раздача ярлыков на княжение стала средством политического давления на русских князей. С их помощью ханы перекраивали политическую карту Северо-Восточной Руси, разжигали соперничество и добивались ослабления наиболее опасных князей.

Поездка в Орду за ярлыком не всегда кончалась для русских князей благополучно. Так, князь Михаил Всеволодович Черниговский, княживший в Киеве во времена Батыева нашествия, был в Орде казнен, как сообщает его житие, из-за отказа выполнить языческий обряд очищения: пройти между двумя огнями. В Орду за ярлыком съездил и галицкий князь Даниил Романович. Неудачной оказалась поездка Ярослава Всеволодовича в далекий Каракорум он был там отравлен (1246).

Главной формой зависимости от Орды был сбор дани, или, как ее называли на Руси, «ордынский выход». Дань собирали с дома-хозяйства. Для точной раскладки дани была проведена специальная перепись — «число». Сборщиками дани были баскаки, приезжавшие на Русь в сопровождении вооруженной охраны. «Великий баскак» имел резиденцию во Владимире, куда из Киева фактически переместился политический центр страны. От дани было освобождено духовенство. Татары, бывшие в это время еще язычниками, отличались веротерпимостью. Кроме того, ордынские ханы отчетливо понимали большую идеологическую роль духовенства и стремились привлечь его на свою сторону.

Народные массы сопротивлялись ордынской политике угнетения. Сильные волнения произошли в Новгородской земле. В 1257 г., когда там начали брать дань, новгородцы отказались от ее уплаты. Однако Александр Невский, который считал невозможным открытое столкновение с Ордой, жестоко расправился с восставшими. Впрочем, новгородцы продолжали сопротивление. Они отказывались «даваться в число», записываться при переписи. Их негодование вызвало также то обстоятельство, что бояре «творяху… собе легко, а меньшим зло». Положить меньших людей в число удалось только в 1259 г. Но в 1262 г. во многих городах Русской земли, в частности в Ростове, в Суздале, в Ярославле, в Устюге Великом, во Владимире, прошли народные восстания, многие сборщики дани — баскаки и купцы-мусульмане, которым баскаки передавали сбор дани на откуп, были убиты. Напуганные народным движением, ордынцы решили передать значительную часть сбора дани удельным русским князьям. Таким образом, народное движение заставило Орду пойти если не на полную отмену баскачества, то, по крайней мере, на его ограничение.

Усилению ига способствовала политика многих представителей княжеской верхушки. В наступивших после смерти Александра Невского в 1263 г. (он был великим князем с 1252 г.) междоусобиях его сыновей и родственников главным аргументом стал суд хана. Князья доносили друг на друга в Орду и использовали ордынскую рать для взаимной борьбы. Так, в 1280 г., князь Андрей Александрович «многи дары даде царю и великим князем ордынским, и всех наполни богатством, и уговори и уласка всех, и изпроси себе княжение великое Владимерское у царя под братом своим старейшим, великим князем Дмитрием Александровичем» и с ордынской ратью пришел на Русь. Однако он недолго держал княжение в своих руках, Дмитрию Александровичу удалось вернуть себе первенство. Но в 1292 г. Андрей вместе с другими князьями донес в Орду на Дмитрия Александровича, что он утаивает дань. Хан Тохта отправил на Русь своего брата Дюденю. «Дюденева рать» вместе с князьями «взяша Владимер, и церковь Володимерскую разграбиша, и сосуды священный вся поимаша, и Суздаль, и Юрьев, и Переславль, Дмитров, Москву, Коломну, Можаеск, Углече поле, всех градов взяша 14, и всю землю пусту сътвориша». Таких сообщений встречается в летописях очень много.

К концу XIII — началу XIV в. на Руси сложилась новая политическая система. Свершившимся фактом стал перенос столицы во Владимир. Галицко-Волынская земля оказалась от него независимой, хотя тоже подчинялась власти ханов. На западе возникло Великое княжество Литовское, в орбиту влияния которого постепенно попадают западные и юго-западные земли Руси. Пожалуй, только Черниговское и Смоленское княжества в какой-то степени тяготеют к Владимирскому княжению. Фактически произошло обособление Северо-Восточной Руси. Под властью великих князей владимирских, помимо территории старого Владимиро-Суздальского княжества, находились Рязанская земля и Новгород Великий.

Ордынское иго способствовало дальнейшему изменению характера политического развития древнерусских княжеств. Большинство старых городов Северо-Восточной Руси — Ростов, Суздаль, Владимир — пришли в упадок, уступив свое политическое верховенство окраинным: Твери, Нижнему Новгороду, Москве. Насильственно прерванный процесс развития княжеств принял новые формы: на смену княжеским союзам, требовавшим добровольного объединения под властью великого князя, пришла монархия, основанная на огромной личной власти князя и служении одному ему феодалов-подданных. В дальнейшем такая форма организации политической власти привела к освобождению от ордынского ига, однако увеличение военного потенциала оказалось связанным с усилением зависимости всех слоев населения от власти.

Первое время после Батыева нашествия страна постепенно залечивала раны, восстанавливалась экономика. Заселяются опустевшие села и деревни, распахиваются поля, поднимаются из пепла города, возникают новые виды ремесел. Конец XIII — начало XIV в. — время роста феодального землевладения. Многочисленными селами владеют князья. Становится все больше вотчин, как крупных, так и мелких. Основной путь развития вотчины в это время — пожалование князем земли с крестьянами. Феодалы делились на высший слой — бояр и на так называемых слуг вольных. И те и другие обладали широкими иммунитетными правами, вероятно, судили население своих сел по всем делам. Однако с конца XIV в. эти права начинает урезывать усиливающаяся княжеская власть. Сначала в ведение князя переходит суд по делам об убийстве («душегубстве»), а затем — и о разбое, а иногда и о «татьбе» — кражах.

Наряду с боярами и слугами вольными существовали и мелкие феодалы-землевладельцы — так называемые слуги под дворским (дворские — это управляющие княжеским хозяйством в отдельных волостях, которым подчинялись мелкие княжеские слуги). Они получали от князя небольшие участки земли за службу. Из их землевладения впоследствии развилась поместная система.

Однако и вотчинная система (княжеские, боярские и монастырские села и деревни), не говоря уже о еще не сформировавшейся поместной, были всего лишь островками в море крестьянских общин. Даже во второй половине XV в. в Северо-Восточной Руси преобладали еще земли так называемых черных крестьян. Они платили дань и другие налоги непосредственно, а не через своих феодалов и жили в селах, не принадлежавших отдельным феодалам. Их общины именовались волостями, потому и самих крестьян часто называли волостными.

Вопрос об их социальной природе до сих пор дискуссионнен. Одни исследователи говорят, что на Руси в XIV — XV вв. существовал государственный феодализм, а черных крестьян считают феодально-зависимыми, но не от частных собственников, а от феодального государства в целом. Дань и другие налоги, которые платили князьям черные крестьяне, они рассматривают как форму феодальной ренты. Другие исследователи полагают, что черное крестьянство — это свободное население, не втянутое еще в систему феодальной эксплуатации. Черные земли они считают полной собственностью крестьянских общин, а дань рассматривают как обычное налоговое обложение. Есть и третья точка зрения, согласно которой черные крестьяне были как бы сособственниками черных земель вместе с государством. Однако вне зависимости от того, в каких терминах современной науки определяется положение черных крестьян, ясно, что жилось им легче, чем частновладельческим.

Феодалы вели постоянное наступление на черные земли, пытались их, как тогда говорили, «обоярить».

Уровень эксплуатации крестьянства в XIV — первой половине XV в. не был еще высоким: при слабом развитии товарно-денежных отношений феодал ограничивался получением лишь тех продуктов сельскохозяйственного производства, которые он мог потребить. Поэтому натуральный оброк был основным видом феодальной ренты. Отработочная рента существовала в виде отдельных повинностей. Так, в конце XIV в. крестьяне Царе Константиновского монастыря близ Владимира должны были (по грамоте митрополита Киприана) ремонтировать монастырские постройки, пахать монастырскую пашню, ловить рыбу, варить пиво, молотить рожь, прясть лен и т. п. Работы на пашне составляли специфическую обязанность именно монастырских крестьян (монастыри не владели холопами), в вотчинах светских феодалов на господской пашне работали холопы.

В ходе восстановления экономики росло городское население и развивалось ремесло. Некоторые ремесленники работали уже не на заказ, а на рынок. И все же население городов по-прежнему составляло ничтожную часть жителей страны. Товарные связи были в основном случайными, обусловленными либо источниками сырья (например, доставка соли от места добычи или выплавка железа возле месторождений руды), либо перевозкой зерна из урожайных районов в неурожайные.

Борьба крестьянства была направлена лишь против усиления эксплуатации и ее наиболее жестких форм. Одним из видов протеста был уход крестьян на новые места в поисках более приемлемых условий для жизни и труда. Страх перед возможным уходом крестьян и запустением земли подчас удерживал феодалов от чрезмерного увеличения повинностей. Между княжеские соглашения (впрочем, далеко не всегда выполнявшиеся) предусматривали нередко выдачу ушедших в чужое княжение крестьян, запрет принимать крестьян в другом княжестве. Из уставной грамоты митрополита Киприана (1391) известно о сопротивлении крестьян попыткам усилить эксплуатацию. Крестьяне апеллировали при этом к обычаю, «старине»: незыблемость «старины» была одним из принципов средневекового правосознания, и даже ее изменения обычно пытались маскировать восстановлением нарушенного обычая.

С 1389 г. на Руси впервые появляется огнестрельное оружие, зарождается артиллерия как особый род войск. Но главное -- меняются военные замыслы и доктрины.

Реально это проявляется в последнем военном конфликте Московского государства и Орды -- в походе хана Ахмата к пограничной реке Оке и к странному для современников и историков результату этого похода -- к т. н. стоянию на Угре двух армий противников, а затем к одновременному, взаимному, почти паническому отходу обеих противных сторон от границы в глубь своих территорий без всякой попытки решить спор «решающим сражением».

Этого военно-политический феномен положил конец существованию Ордынского государства и началу внешнеполитически независимого развития Московской Руси.

Заканчивается история русско-ордынских отношений формально в 1481 г. датой смерти последнего хана Орды -- Ахмата, убитого спустя год после Великого стояния на Угре, поскольку Орда действительно перестала существовать как государственный организм и администрация и даже как определенная территория, на которую распространялись юрисдикция и реальная власть этой некогда единой администрации.

Формально и фактически на прежней территории Золотой Орды образовались новые татарские государства, гораздо меньших размеров, но управляемые и относительно консолидированные. Конечно, практически исчезновение огромной империи не могло совершиться в одночасье и она не могла «испариться» совершенно бесследно.

Люди, народы, население Орды продолжали жить своей прежней жизнью и, ощущая, что произошли катастрофические перемены, тем не менее не осознавали их как полный крах, как абсолютное исчезновение с лица земли своего прежнего государства.

Фактически процесс развала Орды, особенно на низшем социальном уровне, продолжался еще три-четыре десятилетия на протяжении первой четверти XVI в.

Но международные последствия распада и исчезновения Орды, наоборот, сказались довольно быстро и совершенно ясно, отчетливо. Ликвидация гигантской империи, контролировавшей и влиявшей на события от Сибири до Балкан и от Египта до Среднего Урала два с половиной столетия, привела к полному изменению международной обстановки не только на указанном пространстве, но и кардинально изменила общее международное положение Русского государства и его военно-политические планы и действия в отношениях с Востоком в целом.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой