Предмет, задачи и структура юридической психологии

Тип работы:
Курс лекций
Предмет:
Психология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Темы лекций:

Актуальность и место юридической психологии.

Предмет, задачи и структура юридической психологии. Междисциплинарные связи.

Методология и методы юридической психологии.

История юридической психологии.

Правовая психология и правосознание.

Психология юридического труда. Психология следователя. Профессиональная деформация.

Основы общей психологии. Отдельные психологические вопросы: агрессивность, психологические защиты.

Основы социальной психологии.

Криминальная психология: причины преступности, психология личности преступника.

Криминальная психология: типологии личности преступников.

Криминальная психология: психология преступного деяния, феномен преступных групп, психология несовершеннолетних преступников.

Психология предварительного следствия: психология расследования преступлений, психология обвиняемого, потерпевшего, свидетеля.

Психология следственных действий: психология допроса (коммуникативный контакт, приемы правомерного психологического воздействия, основные стадии, психологический анализ результатов).

Психология следственных действий: психология осмотра места происшествия, очной ставки, следственного эксперимента, обыска и опознания.

Судебно-психологическая экспертиза, ее отдельные виды (примеры).

Психология судебного процесса.

Исправительно-трудовая (пенитенциарная) психология.

Лекция 1. Актуальность и место юридической психологии

Научные представления о связи юридической практики и психологии возникли в связи с работой следователей и вообще в связи с проблемами судопроизводства, поэтому в начале этого столетия стали именоваться «судебной психологией». Только в 60-х гг. профессором А. Р. Ратиновым было предложено новое название «юридическая психология», официально включенное в 1969 г. в перечень научных специальностей. Новое название означало новое понимание сущности и возможностей психологии в юридической практике, ее применение во всех областях юридической деятельности, а не только в рамках судопроизводства. Сразу следует оговориться о том, что впервые термин «юридическая психология» ввел швейцарский психолог Эдуард Клапаред в 1906 г.

В настоящее время практически ни у кого не вызывает сомнений необходимость использования психологических знаний в правоохранительной деятельности, несмотря на до сих пор присутствующее недоверие к юридическим психологам и ограничение их допуска к практике. По всей видимости, имеются две основные причины такого недоверия: во-первых, часто недостаточная компетентность юридических психологов, скорее даже недоказанная компетентность, а во-вторых стремление юристов оградить свою область деятельности от посягательства «не-юристов». В то время как социальные психологи на основе исследований утверждают о том, что в подавляющем большинстве ситуаций сотрудничество является оптимальной стратегией деятельности, наиболее верно приводящей к ее успешности.

Как бы там ни было, в современном мире и в России, в частности, ведущей тенденцией развития становится разработка и внедрение научных интенсивных технологий. Этот способ возник на рубеже 50-ых гг. и его олицетворением стала Япония, которая вдруг начала скупать по всему миру патенты на научные открытия и разработки. Вначале над ними посмеивались («дескать своего ума не хватает»), а когда Япония в считанные десятилетия вышла в передовые высокоразвитые страны, то ее пример не остался без последователей. Таким образом, союз с наукой, в особенности с прикладной ее стороной, становится насущной потребностью, на основе которой начинают активно возникать новые, стыковые, научные области. И юридическая психология, в частности, тому пример.

Следует еще сказать, что в самом праве на сегодня происходит определенная переориентация: все больше привлекает внимание аспект борьбы не с человеком, а за человека. Здесь имеются в виду правовое воспитание, развитие правосознания, профилактические работы по предупреждению преступности и т. д. Очевидно, что решение этой задачи невозможно без учета психологии человека, без ее изменения и воздействий на нее.

Как известно, в ходе развития наук действуют два диалектически взаимосвязанных процесса, проявляются две противоположные тенденции: к интеграции знаний и к дифференциации знаний; первая ведет к взаимопроникновению наук, вторая — ко все большей их специализации. С одной стороны, происходило все большее сближение психологии и права за счет привлечения юристами данных психологии к решению правовых вопросов и включения психологами вопросов юриспруденции в сферу своего исследования. С другой стороны, полученные в этой пограничной области знания, возрастая по объему и приобретая внутреннее единство, увязывались друг с другом, объединялись в одной системе и выделялись в особую отрасль науки. Поскольку принцип развития исключает возможность резких разрывов между науками, образуя постепенные переходы от одной к другой и более того, именно этими переходами порождая новые науки, постольку можно говорить о месте юридической психологии. Так, Ратинов в связи с этим пишет: «…судебная психология… по методам исследования и научного объяснения психических явлений тяготеет к общей психологии как ее частная отрасль, а по кругу изучаемых проблем и практической направленности неразрывно связана с юридическими науками, главным образом с криминалистикой и с уголовным процессом. А зоной их наиболее широких и плавных переходов служит следственная тактика.» И провозглашает, таким образом, принцип нашего курса «от проблем следственной, судебной деятельности — к их психологическому разрешению».

Между психологами и юристами существует давний и не прекращающийся по сей день спор о принадлежности юридической психологии как научной дисциплины: принадлежит ли она к сфере общепсихологической науки или же является составной частью правоведения. Так, Васильев В. Л. (заведующий кафедрой правовой психологии Санкт-Петербургского юридического института Генеральной прокуратуры РФ) считает, что психология в равной мере принадлежит как психологии, так и юриспруденции. Вообще большинство юристов склонны разделять эту точку зрения. Психологи же считают, что это сугубо психологическая дисциплина, развивающаяся на базе общепсихологической теории и методологии и, таким образом, кадры психологи, а не юристы. К слову говоря, в 1982 г. на факультете психологии сейчас уже СПбГУ была создана специализация «Юридическая психология». С точки зрения психологов первичным является человеческое бытие («не человек существует для закона, а закон для человека»).

Упомянутый выше Васильев В. Л. вводит, на мой взгляд, очень важное понятие, которое может прояснить этот спор. Это понятие психологической культуры юриста. Уже Ганс Гросс, известный австрийский ученый-криминалист конца прошлого и начала 21 века, настаивал на том, что изучение психологических законов — это просто долг добросовестности для юриста. Итак, психологическая культура юриста — это комплекс психологических знаний, включающий психологию личности и деятельности, психологию юридического труда и психологические характеристики отдельных юридических профессий, навыки и приемы использования этих знаний в профессиональных ситуациях в процессе общения. Потребность в элементарной психологической грамотности несомненна и не только у юриста. И именно поэтому юридическая психология со всем комплексом предметов в нее входящих должна являться составной частью юридического образования.

Вместе с тем, нельзя не признать, что существует экспертная область, в которой требуется конкретный специалист, безусловно, знающий и учитывающий специфику правовой ситуации. И не беда психологии, что ее компетентность в отношении правовых ситуаций много шире, чем той же, например, психиатрии, ограничивающейся экспертизой вменяемости. Что значит «ее компетентность много шире»? Это значит, что привлечение профессионального психолога не ограничивается лишь проведением судебно-психологической экспертизы, а это и психологические консультации в органах внутренних дел, это и участие в деятельности ИТУ, инспекции несовершеннолетних, и я уже не говорю о том, что профотбор, профориентация, т. е. все, входящее в предмет психологии юридического труда, является исключительной прерогативой профессионального психолога. Поэтому кадры здесь прежде всего (юридические) психологи, а что касается юристов, больше занимающихся психологической стороной правовой деятельности, то, на мой взгляд, они должны иметь дополнительное психологическое образование.

Итак, в свете вышесказанного упомянутый спор теряет свои очертания, поскольку практически юридическая психология в равной мере принадлежит и психологии (экспертная область), и юриспруденции (психологическая культура юриста), а теоретически это дисциплина общепсихологической науки и кадры здесь действительно психологи. Возникает, таким образом, проблема грамотной подготовки юридических психологов, их внедрения в повсеместную практику, преодоления противодействующей инерции современных юристов, во многом, кстати, основанной на недостаточном понимании концептуальных основ работы психологических служб в правоохранительных органов.

Лекция 2. Предмет, задачи и структура юридической психологии. Междисциплинарные связи

Юридическая психология — научно-практическая дисциплина, которая изучает психологические закономерности системы «человек-право», разрабатывает рекомендации, направленные на повышение эффективности этой системы.

Если право в первую очередь выделяет в человеке правонарушителя, то юридическая психология исследует человека в правонарушителе, в свидетеле, потерпевшем и т. д. (здесь мы условно уравниваем понятия личность и человек).

Существует несколько определений предмета юридической психологии.

Так, А.Р. Ратинов (видный отечественный ученый в области юридической психологии и правоведения) в качестве предмета юридической психологии определяет психические явления, механизмы, закономерности, связанные с возникновением, изменением, исполнением, нарушением и применением права.

В.Л. Васильев предметом юридической психологии называет психологические основы личности и деятельности в условиях правового регулирования, систему «человек-право». Главным звеном в этой системе является человек или личность как субъект деятельности.

Наконец, Ю.В. Чуфаровский предметом юридической психологии считает не сумму предметов психологии и юриспруденции, то есть не психические явления, процессы, состояния плюс государственно-правовые явления, не отдельные фрагменты действительности в психологической окраске, а психологию государственно-правовых явлений как целостность, в которой нельзя механически отделить психологическое от юридического, а возможно лишь выделение психологической и юридической подсистем, находящихся в движении, развитии, непрерывной связи.

Юридическая психология не изучает какие-то особые, уникальные психологические явления, поскольку все психические состояния протекают не иначе как подчиняясь общепсихологическим и психофизиологическим законам. Специфика предмета юридической психологии заключается в своеобразии видения этих состояний, оценивания с позиции права.

Из предмета юридической психологии проистекают ее задачи:

-обеспечение юридических работников необходимыми научно-психологическими знаниями и навыками;

-изучение психологических механизмов формирования отношения личности к нормам права (формирование правосознания личности), разработка рекомендаций по повышению эффективности мероприятий по правовому воспитанию;

-изучение психологических аспектов причин правонарушений и преступности, конкретных механизмов преступного поведения;

-исследование психологических аспектов судопроизводства, то есть проявления психологических явлений и закономерностей у участников судебного процесса (психология обвиняемого, психология потерпевшего, свидетелей, психология судебного процесса);

-разработка психологических основ перевоспитания осужденных;

-проведение судебно-психологической экспертизы, психологические консультации;

-наконец, задачи из области психологии юридического труда (профотбор, профессиограммы, подбор кадров, разработка практических рекомендаций по организации труда и т. д.), которую В. Л. Васильев предлагает выделить в отдельную (от юридической психологии) научную дисциплину.

Таким образом, синтез психологии и юриспруденции в научных дисциплинах — юридическая психология и психология юридического труда — должен привести к взаимному обогащению этих наук, разрешению одной из наиболее актуальных проблем в этой стыковой области — повышению эффективности правоохранительной деятельности.

Что касается структуры. Психологические закономерности в области правоприменительной деятельности делятся на две большие категории: деятельность правопослушную и деятельность, связанную с теми или иными нарушениями. В связи с этим структуру юридической психологии можно обозначить следующим образом.

Междисциплинарные связи. Поскольку юридическая психология является дисциплиной общепсихологической науки, постольку основные ее междисциплинарные связи — это связи с другими психологическими дисциплинами. А именно:

а)с социальной психологией. Правовые нормы связаны с межличностными отношениями, отношениями личности и общества. изучение психологических механизмов формирования отношения личности к праву невозможно без учета социально-психологических факторов;

б)с медицинской психологией, которая изучает закономерности, свойственные болезненно измененной психике. А мы знаем, что большую часть преступлений против личности совершают лица с психопатией и др. отклонениями;

в)с возрастной и педагогической психологией;

г)психологией труда и инженерной психологией (трудовые конфликты, нарушение правил эксплуатации техники, ДТП);

д)с политической психологией (психология управления).

Вместе с тем, понятно, что юридическая психология не может развиваться в отрыве от права, так как ее задачи и цели диктуются как раз юридической практикой. Отсюда, соответственно, ее тесные связи прежде всего с криминалистикой и уголовным процессом, а также с любым другим разделом юриспруденции, поскольку категория права психологична в своей основе (но (!) не является психологической категорией как таковой). Право не существует как данность, абстрактно, безлико, вне человека. Именно человек создает, развивает, изменяет его и, в конце концов, конституирует в виде того же государственного аппарата, правоохранительных органов и т. д. Безусловно, при этом правовая система приобретает известную долю самостоятельности. Однако человек остается главной ценностью, и право не может представлять самоценность само по себе, а лишь в преломлении через психику человека, в приложении к его жизнедеятельности. Именно в этом суть утверждения, что категория права психологична в своей основе.

Лекция 3. Методология и методы юридической психологии

Проблемы методологии в юридической психологии разработаны слабо.

Как вы знаете, методология — это учение о принципах построения, формах и способах познания. В ней воплощен весь опыт эмпирического и научного познания действительности людьми. Система знания настолько научна, насколько прочен ее методологический фундамент. Существует уровень общенаучной методологии, который является основой любого познания. Он включает:

принцип объективности

принцип детерминизма (причинности, каузальности)

принцип взаимосвязи и взаимодействия

принцип системности

принцип развития

Психологическая методология добавляет к этому:

принцип взаимосвязи психики и деятельности, поскольку именно через деятельность, при оперировании с объектами мира, действуя, человек обнаруживает свою сущность, раскрывает свойства этих объектов. Более того, в деятельности психология человека не только проявляется, но и изменяется («эффект подмоченных штанов»). Важно отметить, что этот принцип, в свою очередь, предполагает личностный подход. И если говорить в рамках нашего предмета, то юридическая психология всегда имеет объектом исследования личность, поскольку именно к ней адресована система правовых норм.

Что касается специальных методологических принципов юридической психологии, то здесь можно обозначить следующее:

принцип психологической специфичности, который требует исследовать прежде всего психологическую составляющую

принцип юридической специфичности, который обязывает помнить, что вскрывается именно юридическая специфика психологического, его изменения под влиянием юридической реальности и обратное влияние на эту реальность

принцип психологической целостности, развивая первый и второй принципы, выражает необходимость полного исследования мира как индивидуально-психологических, так и групповых явлений при изучении практически каждого юридическо-психологического вопроса, аспекта или проблемы. В сущности, это есть уже обозначенный выше принцип системности, или системного подхода. Преступление — всегда личностный акт, в котором обнаруживается весь внутренний мир человека, поэтому ошибочно полагать, что наличие какого-то качества (неуравновешенность, вспыльчивость и т. д.) является причиной преступления. Например, агрессивностью обладают миллионы людей, но только малый процент их совершает преступления.

принцип конструктивности полагает практическую полезность полученных результатов исследования

принцип гуманности и законности, определяемый самой сущностью права.

В целом специфика методологии юридической психологии в том, что личность изучается в динамике правонарушения, в процессе его реконструкции по материалам следственного и судебного дела. Это дает уникальную возможность познания целого ряда психических закономерностей, наблюдать и исследовать которые в иных условиях невозможно или крайне затруднительно (например, действия человека, когда его жизни угрожает смертельная опасность, в криминогенных конфликтах и т. п.) Это обстоятельство позволяет широко использовать данные юридической психологии в смежных психологических дисциплинах.

Методы. В своей основе методы юридической психологии соответствуют общепсихологическим. Специфической особенностью применения психологических методов для решения задач юридической психологии является их постоянная нацеленность на освещение психологических явлений с точки зрения права, выяснение их правового значения, их сопоставление с нормами права. На нормы права должна быть ориентирована не только содержательная часть психологических исследований. В полном соответствии с ними должны находиться и организационно-методические аспекты юридической психологии.

Итак, методы. Их можно классифицировать как по целям, так и по способам исследования. По целям исследования методы юридической психологии делятся на:

(1)методы научного исследования

(2)методы психологического воздействия на личность

(3)методы судебно-психологической экспертизы.

По способам исследования:

(1)метод наблюдения

(2)метод эксперимента (лабораторный/естественный)

(3)анкетный метод

(4)метод интервью (беседы)

(5)компьютерная психодиагностика.

Несколько слов отдельно по методам судебно-психологической экспертизы. Основные методы здесь это:

(1)метод психологического анализа материалов уголовного дела

(2)анамнестический (биографический) метод

(3)методы наблюдения и естественного эксперимента

(4)инструментальные методы изучения индивидуально-психологических особенностей личности (различные варианты метода эксперимента, анкеты, тесты, опросники).

Лекция 4. История юридической психологии

В ряде учебников по юридической психологии ее истоки прослеживаются аж с античных времен на основе анализа тенденций в генезисе правового мировоззрения. Однако современные исследователи считают такой подход слишком расширительным, поскольку при этом происходит смешение трех различных по содержанию значений термина «психология»: житейского (донаучного), философского и конкретно научного. Поэтому мы будем считать отправной точкой эпоху Просвещения, 18 век. Именно в этот период в научных дискуссиях закладывались основы рационалистического подхода к объяснению причин преступности, а также осуществлялся сбор эмпирического психологического материала по деятельности суда и мест лишения свободы. Именно в это время французские философы-гуманисты Д. Дидро, Ж. Руссо, Вольтер и др. провозгласили идеи о том, что право должно быть не волей правителей, а осознаваемой обществом мерой социальной справедливости, должно базироваться на идеях свободы личности и соблюдения ее естественных прав. В целом историю юридической психологии можно условно разделить на три этапа:

(1 этап) Ранняя история юридической психологии — 18 — первая половина 19 вв.

Первыми монографическими работами по юридической психологии традиционно считают публикации немецких ученых К. Эккартегаузена «О необходимости психологических познаний при обсуждении преступлений» (1792 г.) и И. Х. Шауманна «Мысли о криминальной психологии» (1792 г.), хотя уже и до них высказывались интересные психологические идеи, относящиеся к области права.

Интересна схема французского ученого-математика Лапласа как первая попытка создать научную методику оценки свидетельских показаний («Опыты философии теории вероятностей», 1814 г.). Он считал, что элементы вероятности того, что данное показание соответствует действительности, слагаются:

— из вероятностей самого события, о котором повествует свидетель;

— из вероятности четырех гипотез в отношении допрашиваемого:

свидетель не ошибается и не лжет

свидетель лжет, но ошибается

свидетель не ошибается, но лжет

свидетель и лжет, и ошибается.

Лаплас, понимая всю сложность оценки достоверности, подчеркивал лишь вероятность выводов из своей схемы.

Среди отечественных ученых 18 века интересные и плодотворные психологические идеи содержались в работах И. Т. Посошкова (классификация преступников по «степени испорченности»), М. М. Щербатого (важность знания законодателями «человеческого сердца»), Ф. В. Ушакова (трактат «О праве и цели наказания»), В. К. Елпатьевского, П. Д. Лодии и др.

Особенностью первой половины 19-го века является рост публикаций о преступности и личности преступника, опирающихся на достижения естественных наук (анатомии, психиатрии и т. д.). В это же время большую популярность получила френологическая (от греч. френ — ум) теория австрийского врача-анатома Франца Галля, пытавшегося доказать прямую зависимость между психическими явлениями и внешними физическими особенностями строения головного мозга человека (например, по впадинам).

После судебной реформы 1864 г. в России значительно возрос интерес к судебно-психологическим проблемам. Публиковались работы Л. Е. Владимирова, А. А. Фрезе, Д. А. Дриля, И. Я. Фойницкого, А. Ф. Кони, С. Н. Познышева и др. В зарубежных странах после становления психологии в качестве самостоятельной науки (1879 г., лаборатория В. Вундта) многие теории стали активно привлекаться для объяснения причин преступности. В связи с чем следует упомянуть идеи Густава Лебона о психологии толпы и Габриэля Тарда, считавшего, что люди могут обучаться преступному поведению в обществе на основе психологических механизмов «подражания» и «научения» (преступники — «социальный экскремент»).

(2 этап) Первоначальное оформление юридической психологии как науки в конце 19-начале 20 вв.

Как уже было сказано в первой лекции, впервые термин «юридическая психология» ввел французский психолог Э. Клапаред, который читал курс лекций по судебной психологии в Женевском университете. П. И. Ковалевский в 1899 г. поставил вопрос о разделении психопатологии и юридической психологии и введении этих наук в курс юридического образования. В целом в начале 20 века во многих университетах мира юристам стали читать спецкурсы по юридической психологии в целом или по ее отдельным отраслям.

Конец 19 — начало 20 вв. знаменательны тем, что появился ряд фундаментальных психолого-юридических трудов. Среди них, например, обстоятельный труд австрийского ученого-криминалиста Ганса Гросса «Криминальная психология» (1898 г.), где были использованы результаты общепатологических экспериментальных исследований ряда психологов.

Получили известность работы отечественного юриста А. Ф. Кони (например, «Память и внимание»). В конце 19-го века начинается научная деятельность крупнейших русских психиатров и психологов В. М. Бехтерева, С. С. Корсакова, В. П. Сербского. В 1908 г. по инициативе Бехтерева и Д. А. Дриля был создан научно-учебный психоневрологический институт, в рамках которого годом позже был создан Криминологический институт. Судебной психологией стали заниматься профессиональные психологи, и с этого времени она стала развиваться как самостоятельная прикладная отрасль психологии.

В 1902 г. немецкий психолог В. Штерн проводил эксперименты по определению степени достоверности свидетельских показаний. Основной его вывод был о том, что свидетельские показания принципиально недостоверны (забывание, сила искажения в виду индивидуальных особенностей). Эта идея имела много сторонников в России. Ее же оппонентом выступил А. Ф. Кони, который утверждал, что имеют место не непроизвольные ошибки, а сознательная ложь свидетелей.

Помимо проблемы свидетельских показаний, значительное количество работ было посвящено исследованию психологии личности преступника (Л.В. Владимиров, Г. С. Фельдштейн и др.).

Второй особенностью этого этапа была деятельность школ. Так, в конце 19 — начале 20 вв. в России формируется психологическая школа права, родоначальником которой стал юрист и социолог П. И. Петражицкий, полагавший, что науки о праве и государстве должны базироваться на анализе психических явлений. Однако социальную обусловленность права он подменил психологической обусловленностью (социально-исторические образования — проекции психических процессов; влияние Фрейда). Несмотря на общую несостоятельность психологической школы права, она привлекла внимание юристов к психологическим аспектам права.

Апофеозом в развитии биологизаторского подхода к личности преступника явилось издание итальянским тюремным психиатром Чезаре Ломброзо монографии «Преступный человек, изученный на основе антропологии, судебной медицины и тюрьмоведения» (1876 г.). Ломброзо и стал основателем антропологической школы уголовного права, постулирующей концепцию «прирожденного преступника».

Противоположных взглядов придерживалась другая, социологическая школа права, видевшая детерминанты преступности в социальных условиях. Как вы понимаете, правда где-то по середине. Вопрос о соотношении биологических и социальных факторов относительно преступности в целом при ее конкретном научно-практическом анализе трансформируется в вопрос о соотношении этих факторов в регуляции поведения отдельного человека, а еще конкретнее в вопрос о соотношении социального и биологического в личности. При чем это соотношение, по словам Б. Ф. Ломова, «многомерно, многоуровнево и динамично».

(3 этап) История юридической психологии в 20 столетии, а точнее в советское и постсоветское время.

До 30-ых гг. в СССР бурное развитие имела не только судебная психология, но и практически все другие научные отрасли. В 20-ые гг. во многих городах были организованы специальные кабинеты (или секции) судебной психологии. В 1925 г. в Москве был впервые в мире открыт Государственный институт по изучению преступности и преступника. Среди наиболее значительных монографических работ того периода следует отметить труды К. Сотонина «Очерки криминальной психологии» (1925 г.), С. В. Познышева «Криминальная психология: Преступные типы» (1926 г.), Л. Брусиловского «Судебно-психологическая экспертиза» (1929 г.), работы Лурия, Бехтерева, Тагера, Кони и других. На состоявшемся в 1930 г. первом съезде по изучению поведения человека уже полноценно работала секция юридической психологии. В целом судебно-психологические исследования в 20−30-ые гг. носили многопрофильный характер. Наряду с, наконец, признанным статусом нельзя не отметить и волну негатива со стороны юристов в адрес юридических психологов. В силу молодости психологической науки многие исследования имели массу погрешностей, которые, конечно же, сказывались на восприятии компетентности юридических психологов. Как бы там ни было, практическую ценность психологических знаний в юриспруденции никто сегодня не оспаривает.

После 30-ых гг. в силу политических причин прекращено развитие юридической психологии, и лишь в 1965 г. в программу подготовки юристов был введен курс «Психология (общая и судебная)». Были, наконец, возобновлены прикладные исследования. Среди имен ученых, способствовавших возвращению надлежащего научного статуса юридической психологии, имена А. Р. Ратинова, А. В. Дулова, П. М. Корнеевой и др.

Современная юридическая психология характеризуется многоплановостью исследований, достаточным багажом научно-практических достижений, которые уже заслуживают самого пристального внимания современных юристов. Но самая главная цель юридической психологии, как уже было сказано в первой лекции, это формирование психологической культуры юриста или, говоря словами Еникеева, «формирование гуманистического правосознания будущих юристов». А это уже, в свою очередь, будет способствовать повышению эффективности деятельности правоохранительных органов.

Лекция 5. Правовая психология и правосознание

Для того, чтобы жить в праве, необходимо,

чтобы право жило в нас.

русский правовед А.С. Алексеев

Верная мысль правоведов, что недооценка «человеческого субстрата» ущербна для юридической практики, отражает в некотором смысле положение правовой психологии. Лишь 20 лет назад российским ученым В. В. Лазаревым была предпринята теоретически оригинальная и полемически острая попытка обосновать необходимость правовой психологии. Сегодня признается, что в ряду с существующими разделами теории права, отражающими разный уровень изучения права, должна занять достойное место и психология права как раздел ее.

Какие здесь есть подходы? Прежде всего следует определиться с понятием правовой психологии, отделить это понятие от правосознания, о котором мы будем говорить далее. И правовая психология, и правосознание близки в своей соотнесенности с психологическими реалиями, стоящими за ними. В широком смысле это весь правовой опыт поведения личности, группы, общества; это отражение в психике людей правозначимых сторон действительности и психическая регуляция человеком своего правозначимого поведения. Вместе с тем, понятие правовой психологии по психологическому значению шире правосознания, включает его и предполагает участие во взаимоотношениях с правовой сферой всей психики человека, всех ее явлений, не только осознаваемого, но и мало осознаваемого, неосознаваемого, бессознательного. Правовая психология это своеобразный «дух права» в обыденном сознании народа и в государственных структурах, степень реальной жизни правовых идеалов и ценностей, действительной авторитетности права.

Известно, что в системе социального регулирования важное место занимает правовое регулирование. Главным источником силы права, «юридической энергии» выступают механизмы права и его норм, к которым теоретики права относят собственно правовой, социальный механизмы и психологический механизм. Понятно, что правовые средства выполнят свое регулирующее предназначение, если наряду с другими свойствами будут обладать и психологическим свойством. Речь идет о том, что при подготовке правовых установлений и норм следует определять, как они будут восприняты теми, кому адресуются, какой психологический отклик вызовут, как сделать так, чтобы они повлияли должным образом. Никакими правовыми регулятивными воздействиями невозможно психологически адаптировать граждан к не приемлемым для них законам, не адекватным их психологическому менталитету, историческим национальным традициям, актуальным чаяниям и ожиданиям. Не действенно и опасно и забегание вперед, издание так называемых прогрессивных законов, не учитывающих уровень развитости общественного сознания, его демократический и правовой опыт. История показывает обреченность попыток силой закона, только правотворчеством решать проблемы правопорядка.

Ю.В. Кудрявцев, говоря о действии социальных норм, пишет: «…нормы информируют, ориентируют людей, организуют и стабилизируют социальные связи». Важно, чтобы человек усваивал эту положительную функцию права, а не только негативную, запрещающую. А это усвоение связано, в свою очередь, с информационно-ценностным аспектом норм, адекватным существующим «неофициальным» нормам (традициям, обычаям и т. п.) и конкретным жизненным реалиям.

Таким образом, уровень развитости правовой системы в значительной мере определяется ее соотнесенностью с насущными потребностями общества, психологическими особенностями человеческого поведения.

Вследствие этого необходима разработка теории эффективности норм права, разработка критериев и показателей эффективности норм права, разработка с учетом социально-психологических механизмов нормативного поведения.

В целом психологический аспект правового регулирования должен быть связан с предметом-системой «право-психология группы-психология личности», в которой две последние психологические реальности должны рассматриваться во взаимосвязи.

Правосознание. Одним из центральных понятий правовой психологии является понятие правосознания. Правосознание — это сфера общественного, группового и индивидуального сознания, отражающая правовую действительность в форме юридических знаний, оценочных отношений к праву и практике его применения, правовых установок и ценностных ориентаций, регулирующих поведение человека в юридически значимых ситуациях. Специфика этой сферы общественного сознания является правовое опосредование и осознание социальных явлений, соотнесение их с правовыми требованиями, с представлениями о необходимости и границах правового регулирования, с правовыми оценками и отношениями. Оно отражает общественные отношения, которые регулируются или должны быть урегулированы нормами права. Правосознание является, таким образом, ориентировочной основой правозначимых действий. При этом здесь имеет место не столько знание многочисленных правовых норм, сколько осознание и принятие тех социальных ценностей, которые находят свое отражение в праве. В целом, психологические аспекты правосознания выполняют концептуальную роль и являются стержневыми для юридической психологии в общем и отдельных ее разделов.

Выделяют три основные функции правосознания: познавательную, оценочную, регулятивную (таблица).

Можно говорить также о двух уровнях правосознания: правосознание обыденное и правосознание теоретическое. Первое носит эмпирический характер, порождается повседневными условиями жизни, ограничивается непосредственными нуждами. Правосознание теоретическое стремится проникнуть в сущность явлений, выразить их в системе взглядов, концепций, теорий.

В структуру правосознания входят четыре основных типа оценочных отношений:

-отношение к праву (его принципам, институтам и нормам);

-оценочные отношения к правомерному или противоправному поведению -окружающих;

-к правоохранительным органам и их деятельности;

-к собственному правовому поведению (правовая самооценка).

Сами по себе эти оценочные суждения носят лишь интеллектуально-эмоциональный характер. Собственно практическую реализацию они получают при наличии волевого компонента, который формирует готовность действовать в определенном направлении, и тогда мы имеем дело с установкой. Под установкой понимается сформированная на основе прошлого опыта предрасположенность воспринимать и оценивать какой-либо объект определенным образом и готовность действовать в отношении его в соответствии с этой оценкой. Когда объектом установки служат различные правовые ценности, мы говорим о правовых установках. В совокупности установки организуются в систему ценностных ориентаций — «ось сознания» (по Ядову), непосредственно формирующие внутренний план, программу деятельности в юридически значимых ситуациях. Таким образом, регулятивная функция правосознания осуществляется посредством правовых установок и ориентации, синтезирующих и стабилизирующих все иные источники правовой активности.

В результате проведенных исследований было установлено, что у лиц, совершивших преступления, наличествуют разнообразные дефекты правосознания. В связи с этим часто употребляется понятие «антиобщественная установка». В дальнейшем, говоря о причинах преступности и, главное, о личности преступника, мы еще раз обратимся к сфере правосознания.

Правосознание формируется в течение всей жизни индивида, в процессе социализации. В связи с этим, как часть общего процесса социализации личности мы можем выделить правовую социализацию, которая, таким образом, входит в круг вопросов правовой психологии. Суть правовой социализации — в усвоении личностью правовых ценностей, превращении их в нормы своей жизни и поведения, в личные качества и особенности психологии.

Помимо правосознания, правовой социализации правовая психология исследует также правовую психологию общностей, правовую психологию личности, факторы, влияющие на правовую психологию населения, влияние СМИ на правовую психологию, рассматривает психологию личной безопасности человека и психологию уголовной ответственности.

Несколько слов о психологии уголовной ответственности. Это особое направление юридической психологии (частная теория), обслуживающее потребности уголовного законодательства (в том числе в разработке точных дефиниций) и формирование практики его применения, комплекс научных положений о механизмах включения психологических знаний в процесс правотворчества и правоприменения. В основе этого направления лежит стремление к индивидуализации наказания, максимальному учету особенностей и состояний личности. В связи с этим направлением правовой психологии рекомендуется книга Ситковской О. Д. Психология уголовной ответственности. — М.: Изд-во НОРМА, 1998.

Таким образом, принимая решение по внутреннему убеждению, юрист должен быть уверен не только в том, что он правильно использовал категории формального права, но и в том, что учел законы человеческого бытия, социально-психологические механизмы взаимодействия людей.

Лекция 6. Психология юридического труда. Психология следователя. Профессиональная деформация

Ученость без добродетели —

все равно, что золотое кольцо

в носу у свиньи.

чешский педагог Ян Амос.

Как справедливо отмечает Васильев В. Л., психология юридического труда является самостоятельной психологической дисциплиной, равно как и юридическая психология. Такое положение обусловлено, прежде всего, различным практическим направлением этих дисциплин: если первая направлена на повышение психологической надежности сотрудников и более полное использование их психологического потенциала, то вторая — на оказание психологической помощи сотрудникам в решении оперативно-служебных задач.

Психология юридического труда исследует психические закономерности правоприменительной деятельности и разрабатывает психологические основы профессиограммы юридических профессий; рассматривает вопросы индивидуального стиля и мастерства; воспитания профессиональных навыков и умений; подбора и расстановки кадров; стиля и руководства правоохранительной деятельностью; профессиональной ориентации, профессионального отбора, профессионального воспитания и формирования личности работников правоохранительных органов; профессиональной деформации и ее предупреждения; организации рабочего времени, рабочего места; диагностики морально-психологического климата в коллективе; участия в аттестации сотрудников и т. д. Одним словом, основная задача психологии юридического труда — выявление рациональных соотношений между личностью и требованиями, которые ей предъявляются профессией.

Системообразующий фактор личности, ее ведущее психологическое свойство есть направленность, в которой представлена вся система побуждений к жизни и деятельности, которая определяет избирательность отношений, позиций и активности. В связи с этим можно говорить о профессиональной направленности юриста. Профессиональная направленность юриста — это особая система его побуждений к применению всех своих сил и способностей в укреплении законности и правопорядка. Всякая профессиональная направленность базируется на общей направленности личности, отражающей человеческие, гражданские позиции, понимание ею смысла жизни, своего места в ней, особенности мировоззрения, идеалов, стремлений, планов и т. д. Она служит предпосылкой развития профессиональной направленности у сотрудников правоохранительных органов, подлежит изучению и учету при профессиональном отборе. Правильно развитая направленность личности — обязательное условие пригодности к работе в правоохранительных органах. Никакие административные способы контроля и ужесточения не изживут нарушения законности, пока не будет задействован самый строгий и непрерывно действующий страж законности — внутренний контроль самого сотрудника, юриста, его высокая личная моральность.

Специфика правоохранительной деятельности определяет специфику приоритетов при профессионально-психологическом отборе. Так, например, трудности космонавта связаны с нагрузками на организм, а потому первостепенное внимание уделяется определению психофизиологических качеств при оценке способности быть космонавтом. Юридическая же деятельность — это социальная деятельность, осуществляемая в режиме права. Специфика ее требований в принципиально ином: в требованиях социальности, строгой законности, высокой моральности. Поэтому приоритетными для оценки способностей конкретного гражданина к правоохранительной деятельности выступает изучение и оценка его мотивационных качеств, правосознания и морально-психологических особенностей. В этом и находит выражение специфика профессионально-психологического отбора в правоохранительные органы. Негативная оценка их — безусловное противопоказание для такой деятельности.

Мастерство юриста как специалиста, как человека, профессионально искушенного в юридических делах, складывается из специально-юридической обученности и профессионально-психологической подготовленности. Последнее обусловлено тем, что его мастерство связано с искусством общения, работы с людьми, воздействий на них. Оно несводимо к безукоризненному выполнению юридически значимых действий по ведению юридических дел. Нельзя представлять юридические дела так, словно они состоят лишь в процедурно правильном совершении юридически значимых действий (вызов свидетеля, осмотр места происшествия и т. д.), составлении юридических документов, проведения экспертиз и др. Из них невозможно изъять человека, игнорировать зависимость успешности их ведения от понимания и учета его психологии, индивидуальности, активности.

профессиональное мастерство юриста

профессионально- профессионально-

психологическая педагогическая

подготовленность подготовленность

специально-юридическая обученность

Психологическая структура профессионального мастерства юриста.

Собственно под профессионально-психологической подготовленностью профессионала юридического органа понимается его подготовленность к пониманию и учету психологических аспектов при осуществлении своей профессиональной деятельности, к преодолению психологических трудностей на пути решения профессиональных задач. Она органически дополняет его специально-юридическую обученность и способствует приобретению подлинного профессионального мастерства.

Психология следователя. Мы ограничимся рассмотрением психологии следователя, точнее даже рассмотрим структуру профессиограммы этой юридической профессии. Мы не будем здесь затрагивать психологию судьи, прокурора, адвоката и др. юридических работников, поскольку профессия следователя является «типично юридической» и дает возможность выявить психологические закономерности в той или иной мере характерные вообще для юридической деятельности.

Итак. Что такое професиограмма, точнее психологическая профессиограмма? Психологическая профессиограмма — это портрет идеального или типичного профессионала, сформулированный в терминах необходимых индивидуально-психологических свойств, предъявляемых конкретной деятельностью. Почему мы говорим именно о психологической профессиограмме? Потому что целостная профессиграмма может включать также технологические характеристики, медико-санитарные и медико-физиологические условия с показаниями и противопоказаниями и т. д.

Каждая из сторон профессиограммы отражает, во-первых, определенный цикл профессиональной деятельности, а во-вторых, в ней реализуются личностные качества, навыки, умения, а также знания, которые обеспечивают профессиональный успех на этом уровне деятельности.

Структура профессиограммы следователя.

социальная деятельность

реконструктивная деятельность

организационная деятельность

удостоверительная деятельность

коммуникативная деятельность

поисковая деятельность

В основе профессиограммы лежит поисковая сторона деятельности, которая заключается в сборе первичной, исходной информации для решения профессиональных задач. Здесь важны такие качества следователя как высокая наблюдательность, выражающаяся в навыках выделения опорных точек и построения контура событий; любознательность, устойчивость и концентрация внимания. Немаловажно для результативности наблюдения — широкая эрудиция в разнообразнейших сферах жизни (Шерлок Холмс). Наблюдение развивается из определенной установки, превращаясь в профессиональную наблюдательность.

Деятельность следователя социальная, принадлежит группе профессий «человек-человек», поэтому очевидна и роль коммуникативной стороны деятельности. Соответственно важны такие качества как коммуникативность, эмоциональная устойчивость, умение слушать, умение применять правомерные психологические приемы воздействия. В психологии допроса мы подробно рассмотрим этот аспект деятельности.

Далее, удостоверительная деятельность. Сущность ее в переводе полученной информации в новую, преимущественно письменную форму. При этом следователь должен обладать развитой письменной речью, аккуратностью. Понятно, что основная функция удостоверительной деятельности — фиксация доказательств в процессуально обусловленной форме. Вместе с тем, в последнее время психологи высказывают мысль о том, что знаки играют двоякую роль в деятельности человека: с одной стороны, они участвуют в управлении преобразованием объекта, с другой — организуют психическую, мыслительную деятельность субъекта.

Следующий аспект — организационная деятельность. Здесь выделяются два момента. Во-первых, организаторские способности в общении (умение укомплектовать и скоординировать группу на месте осмотра и т. п.), которые, как правило, формируются в условиях профессиональной деятельности. Во-вторых, умение организовать рабочее время.

Реконструктивная деятельность предполагает развитое практическое (!) мышление, общий и специальный интеллект, хорошее воображение, креативность, интуицию. В значительной степени умение видеть мелочи, умение работать с информацией, важна также способность сомневаться (Аристотель: «Сомнение есть начало мудрости») и способность к рефлексии. Специфика следственного воображения и мышления заключается в выдвижении целого ряда взаимоисключающих предположений (версий) в рамках реальной ситуации и реального результата. В ситуациях сложных следственных задач первостепенную важность обретает способность следователя к креативности, т. е. к творчеству. Несколько слов об интуиции. Философский энциклопедический словарь определяет интуицию (от лат. пристально смотрю) как «способность постижения истины путем прямого ее усмотрения без обоснования с помощью доказательств». Понятно, что психология как наука не может довольствоваться такой констатацией этого психического феномена. Из существующих исследований мы обратимся пожалуй к одним из наиболее интересным исследованиям Пономарева Я. А. Исследователь Пономарев Я. А. в своем труде «Психика и интуиция» приходит к выводу, что выделение неосознаваемого продукта действия и есть то зерно, из которого возникает интуиция. Его исследования показали, что если дать подсказку до задачи, то подсказка не помогает, если же после, а затем вновь задачу, то задача решается. Действительно, неосознанный продукт или точнее незамеченное свойство вещи, явления при подробном анализе оказывается подсказанным другой ситуацией, явлением. Часто интуитивное решение кажется неожиданным. Однако на деле человек сознательно и активно способствует поддержанию поисковой доминанты (перебирает все возможные варианты, что-то из них пробует и т. п.) (пример ученых, Ньютон открыл притяжение, пронаблюдав падение яблока). Итак, в итоге реконструктивной деятельности следователь восстанавливает картину происшедшего, увязывает ее в логических связях, подкрепляя доказательствами.

Что касается социального аспекта деятельности, то имеется в виду работа с общественностью, профилактические мероприятия, правовая пропаганда, а также речь здесь идет о профессиональной этике. Как известно, следователь обладает широкими властными полномочиями и процессуальной самостоятельностью, что налагает на него соответствующие требования ответственности и самоорганизованности. Более того, постоянные эмоциональные нагрузки должны находить выход, иначе происходит профессиональная деформация. Выход — это чувство удовлетворения результатами своего труда (социальные мотивы и установки: стремление к справедливости, удовлетворение от приношения пользы кому-либо и т. д.) Может быть интеллектуальное удовлетворение от раскрытия сложного дела. Кроме того, несмотря на самообладание следователя, его выдержку и прочее в этом духе, эти эмоциональные нагрузки сказываются, по меньшей мере, в мышечном напряжении. Поэтому очень важен активный отдых: туризм, спорт и т. п., который снимает это самое мышечное напряжение

Необходимо сказать несколько слов о типологических различиях личности следователя. Исследования показали, что у следователя в силу личностных особенностей, способностей, может доминировать какой-то из аспектов профессиограммы. Так, например, есть следователи-организаторы, следователи-«мыслители» (с доминирующей реконструктивной деятельностью), есть следователи с прекрасными поисковыми способностями, которые преимущественно достигают успеха расследования на начальных его этапах, в ходе осмотра места происшествия и обыска. У многих следователей имеются «любимые» следственные действия (например, следователи, «влюбленные» в допросы и соответственно блестяще их проводящие). Выделение индивидуальных типов следователей дает возможность правильнее решать кадровые и производственные вопросы. Так, в случае следователя-организатора хорошо использовать его в качестве руководителя следственной группы.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой