Почему женщины менее агрессивны, чем мужчины

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Психология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Курсовая работа

на тему

Почему женщины менее агрессивны, чем мужчины

Выполнила: студентка

Килеева Виктория Вячеславовна

ВВЕДЕНИЕ

агрессия поведение женский гендерный

Актуальная во все времена социальная проблема агрессии и насилия приобретает в современном обществе новые формы и масштабы. [9,115]

Существуют ли различия между мужчиной и женщиной как потенциальными субъектами и объектами агрессивного поведения? И здравый смысл, и обыкновенное наблюдение показывают, что некоторая разница, безусловно, имеется. Во первых, принято считать, что мужчины более агрессивны, чем женщины, и более склонны в своих взаимоотношениях с другими выбирать в качестве модели поведения агрессию, особенно физическую. Во-вторых, широко распространено мнение, что, при всех равных условиях, мужчины чаще выступают в качестве мишени агрессии, нежели женщины.

Эти различия обычно относят на счет генетических или социальных факторов. С одной стороны, утверждается, что мужчины уже на генетическом уровне запрограммированы на большую склонность к агрессии, чем женщины. С другой стороны, во многих культурах считается, что представители мужского пола не только являются, но и должны быть грубее, самоувереннее и агрессивнее женщин.

Несмотря на то что утверждения о существовании важных различий между мужчинами и женщинами относительно агрессии, похоже, согласуются с наблюдениями, сделанными в повседневной жизни, что здравый смысл зачастую является ненадежным средством для точного познания природы агрессии. Таким образом, прежде чем делать какие-либо заключения, следует рассмотреть эмпирические данные, подтверждающие или не подтверждающие их правоту. Многочисленные данные действительно говорят о том, что между мужчинами и женщинами как группами существует различие относительно агрессии (Eagly & Steffen, 1986). Однако природа этих различий не столь примитивна, как предполагает здравый смысл, а причины их возникновения куда сложнее, чем предполагает общепринятая точка зрения (Eagly & Wood, 1991). [1,221]

Действительно ли мужской пол белее агрессивен женского? [12,12]

Для меня эта тема оказалась очень интересна, не только как социально-актуальная, но и насколько широко охватывает она психологические науки. Такие как: психология агрессии, психология эмоций, социальная психология, гендерная психология, психология личности и психология девиантного поведения. Предметом изучения данной курсовой работы является агрессивное поведение в гендере, субъектом выступают мужчина и женщина как, носители агрессивного поведения.

ГЛАВА 1. ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ, СУЩНОСТЬ И ПРИРОДА АГРЕССИИ

1.1 Теоретические аспекты

Агрессия (лат. Agressio — нападение) как известно, сложное явление эмоционального, мотивационного и поведенческого характера. Агрессия обусловлена множеством причин, поэтому трудно прогнозируется и подчас не поддается контролю. 5,119]

В современной отечественной психологии агрессия рассматривается как мотивированное деструктивное поведение, противоречащее нормам сосуществования людей в обществе, наносящее вред объектам нападения (одушевленным и неодушевленным), приносящее физический и психологический ущерб жертвам агрессии. [5,120]

В агрессивном поведении достаточно сильно выражен комплекс глубоких эмоциональных переживаний — грусти, раздражения, гнева, враждебности. [11,156] Гнев очень часто является результатом фрустрации. [10,41]

Согласно одному из определений, предложенному Бассом, агрессия — это любое поведение, содержащее угрозу или наносящее ущерб другим. Второе определение, предложенное, несколькими известными исследователям, содержит следующее положение: чтобы те или иные действия были квалифицированы как агрессия, они должны включать в себя намерение обиды или оскорбления, а не просто приводить к таким последствиям. Третья точка зрения, высказанная Зильманом, ограничивает употребление термина агрессия попыткой нанесения другим телесных или физических повреждений.

В настоящее время большинством принимается следующее определение: агрессия — это любая форма поведения, нацеленного на оскорбление или причинение вреда другому живому существу, не желающему подобного обращения. [18,. ]

Л. Берковиц полагал, что агрессия — специфическое действие, направленное на достижение цели -- намерение причинить кому-то вред. Он указывал на феномен «генерализации агрессии» как на сущностную характеристику людей с ярко выраженной агрессивностью. Под генерализацией агрессии, исследователь понимал: «То, что когда ситуативный стимул активизирует поведенческую склонность, эта скрытая тенденция обнаруживается в самых разных и на первый взгляд непохожих ситуациях. Генерализация агрессии включает в себя как генерализацию стимула, так и генерализацию реакций. [5,126]

Ю.Б. Можгинский разделил агрессию на непотологическую и патологическую.

Непатологическая агрессия характеризуется негрубой выраженностью, отсутствием беспричинных колебаний, способностью к компенсации. Согласно исследователю этот тип агрессии носит «характер реакции протеста, в целом не нарушает взаимоотношений с окружающими и является следствием количественного недостатка высших социально-психологических свойств личности, неверных установок поведения, слабости правосознания, искажений в системе ценностных ориентаций». Патологическая агрессия характеризуется качественными изменениями в поведении: аффективно-злобные реакции, агрессивное поведение с наличием сверхценных идей (мести, ненависти, обиды), садистические проявления агрессии.

Так что же такое агрессия? Роберт Бэром и Дебора Ричардсон дают следующее определение агрессии: «Агрессия — это любая форма поведения, нацеленного на оскорбление или причинение вреда другому живому существу, не желающему подобного обращения. По их словам на агрессивное поведение, безусловно, влияют не только социальные и психологические процессы, но и биологические (речь идет о наследственном факторе). [15,73]

Четкое определение, было предложено Бэроном и Ричардсоном (Baron & Richardson, 1994, p. 7). Они предлагают использовать термин «агрессия» для описания «любого вида поведения, нацеленного на причинение вреда или оскорбление другого живого существа, которое стремиться избежать такого обращения. Оно представляет собой минимально необходимую согласованную позицию в социально-психологических исследованиях агрессии и оставляет достаточный простор для множества дополнительных измерений, приведенных в таблице 1, применяемых для характеристики различных видов агрессии.

Таблица 1. Виды типологии агрессивного поведения

В психологии развития в последние годы чаще различают «открытую» агрессию как физическое нападение (или угрозу такого нападения) и «скрытую», манипулятивную агрессию, направленную на ухудшение репутации и взаимоотношений «мишени». [4,425]

Нередко стихийно совершаются агрессивные и аутоагрессивные поступки при делинквентном и патохарактерологическом типах девиантного поведения. [14,73]

Агрессия безусловно сопряжена с девиантным поведением.

Девиантное поведение — это действия, не соответствующие официально установленным или фактически сложившимся в данном обществе нормам и ожиданиям и приводящие нарушителя к изоляции, лечению, исправлению или наказанию. Девиантное поведение чаще всего формируется у подростков, обычно из неблагополучных семей. Склонность к асоциальным формам проявлений может привести подростков в ряды агрессивных социопатов, преступающих нормативные ожидания общества. Такая категория людей агрессивно распоряжается с предметным миром и с окружающими их людьми. [5,120] В 1981 году Мойер приводит примеры некоторых ситуаций, которые могут способствовать развитию у индивида склонности к хроническому агрессивному поведению. Он приходит к заключению, что «…человек в депривационной, стрессовой ситуации будет склонен к проявлению гнева и враждебности. С другой стороны, если этот же человек будет окружен любовью и в значительной степени защищен от жестокости и насилия, а также не будет часто провоцироваться на агрессию, он вряд ли будет склонен к агрессивному поведению» [15,74]

«…пагубные» проявления человеческого агрессивного инстинкта, для объяснения которых Зигмунд Фрейд предположил особый инстинкт смерти, основаны просто на том, что внутривидовой отбор в далекой древности снабдил человека определенной мерой агрессивности, для которой он не находит адекватного выхода при современной организации общества"

.

Согласно К. Лоренцу развитие цивилизации, способствует снижению естественных склонностей к социальному поведению человека, в то время как требования к нормативному поведению все время возрастают. Автор полагал, что моральные качества отдельного человека во многом зависят от его психического состояния: «Мораль легче всего отказывает не под действием одиночного, резкого и чрезмерного испытания, а в следствие истощающего, долговременного нервного напряжения, какого бы рода оно не было. Заботы, нужда, голод, страх, переутомление, безнадежность и т. д. -- все это действует одинаково — безусловно провоцируют то, что нервное напряжение выливается в агрессию. [5,123]

Таблица 2. Теоретические объяснения агрессии

Теоретический подход

Агрессия понимается как…

Акцент на стабильности © или изменчивости (И)

Биологические объяснения

Этология

… внутренняя энергия

С

Социобиология

… продукт эволюции

С

Генетика поведения

… наследственная предрасположенность

с

Психологические объяснения

Фрейдовский психоанализ

… инстинкт разрушения

с

Фрустрационная теория агрессии

… целенаправленное побуждение

и

Когнитивный неоассо- цианизм

… реакция на отрицательные эмоции

и

Модель переноса возбуждения

… подкрепленная нейтральным возбуждением

и

Социально-когнитивный подход

… функция переработки информации

и

Теория научения

… возникающая в результате научения через подкрепление и подражание

и

Модель социального взаимодействия

… результат процесса принятия решений

и

1.2 Возникновение и становление агрессии

Теория социального научения рассматривает агрессию как социальное поведение, включающее в себя действия, «за которыми стоят сложные навыки, требующие всестороннего научения».

Поскольку эти знания не даются при рождении, люди должны научиться вести себя агрессивно.

Биологические факторы.

Хотя в теории социального научения особо подчеркивается роль научения путем наблюдения и непосредственного опыта в усвоении агрессии, вклад биологических факторов не отрицается. Как в случае любой двигательной активности, совершение агрессивного действия зависит от основных нейрофизиологических механизмов. Проще говоря, нервная система участвует в осуществлении любого действия, включая и агрессивное. Однако влияние этих основных структур и процессов ограничено. С позиции социального научения:

Люди наделены нейропсихологическими механизмами, обеспечивающими возможность агрессивного поведения, но активация этих механизмов зависит от соответствующей стимуляции и контролируется сознанием. Поэтому различны формы, агрессивного поведения, частота его проявлений; ситуации, в которых оно развертывается, а также конкретные объекты, выбранные для нападения, во многом определяются факторами социального научения.

Таблица 3. Теория социального научения Бандуры

Примечание: эта теория объясняет усвоение, провоцирование и регуляцию агрессивного поведения. [1,49]

Позитивные стороны агрессии

Психологически агрессия может выступать как один из способов решения проблем, связанных с сохранением чувства личности, собственной ценности и самоуважения. В культурном выражении агрессия может быть социально приемлемым способом защиты человеком собственного достоинства [5,120]

К функциям агрессивного поведения, в контексте эволюции К. Лоренц отнес «распределение особей данного вида по его жизненному пространству, отбор в поединках и защита потомства…». Он указал, что это не единственные функции агрессивного поведения, подчеркивая незаменимую роль агрессии в регуляции поведения животных. 5,122]

1.3 Усвоение агрессивного поведения в семье

Дети черпают знания о моделях агрессивного поведения из трех основных источников. Семья может одновременно демонстрировать модели агрессивного поведения и обеспечивать его подкрепление. Вероятность агрессивного поведения детей зависит от того, сталкиваются ли они с проявлениями агрессии у себя дома. Агрессии они также обучаются при взаимодействии со сверстниками, зачастую узнавая о преимуществах агрессивного поведения во время игр. И наконец, дети учатся агрессивным реакциям не только на реальных примерах (поведение сверстников и членов семьи), но и на символических, предлагаемых масс-медиа.

Какие факторы, связанные с образом жизни, семьей и ранними детскими переживаниями, могут предопределить последующую агрессивность человека?

«Агрессивные дети, как правило, вырастают в семьях, где дистанция между детьми и родителями огромна, где мало интересуются развитием детей, где не хватает тепла и ласки, отношение к проявлениям детской агрессии безразличное или снисходительное, где в качестве дисциплинарных воздействий вместо заботы и терпеливого объяснения предпочитают силовые методы, особенно физические наказания"(Perry, Bussey, 1984).

Именно в лоне семьи ребенок проходит первичную социализацию. На примере взаимоотношений между членами семьи он учится взаимодействовать с другими людьми, обучается поведению и формам отношений, которые сохранятся у него в подростковом периоде и в зрелые годы. Реакции родителей на неправильное поведение ребенка, характер отношений между родителями и детьми, уровень семейной гармонии или дисгармонии, характер отношений с родными братьями или сестрами -- вот факторы, которые могут предопределять агрессивное поведение ребенка в семье и вне ее, а также влиять на его отношения с окружающими в зрелые годы.

Прежде чем обратиться непосредственно к семейным взаимоотношениям, следует отметить, что такая характеристика семьи, как «полная или неполная», представляется связанной с агрессивностью детей. Геттинг (Goetting, 1989) обнаружил, что малолетние убийцы зачастую происходят из неполных семей. Мак-Карти (McCarthy, 1974) сообщает, что малолетние убийцы, как правило, происходят из «семей, где царит атмосфера беспорядка и безмолвия, где безразличие к чувствам других часто идет рука об руку с физической жестокостью и недостаточной поддержкой и заинтересованностью» в жизни ребенка. [1,93]

Несколько исследований продемонстрировали зависимость между негативными взаимоотношениями в паре «родители — ребенок» и агрессивными реакциями со стороны ребенка. Если у детей (независимо от того, к какой возрастной группе они принадлежат) плохие отношения с одним или обоими родителями, если дети чувствуют, что их считают никуда не годными, или не ощущают родительской поддержки, они, возможно, окажутся втянутыми в преступную деятельность; будут ополчаться на других детей; сверстники будут отзываться о них как об агрессивных; будут вести себя агрессивно по отношению к своим родителям. Штайнметц (Steinmetz, 1977) сообщает, что для людей, совершавших заказные политические убийства (или покушения), характерно происхождение из распавшихся семей, где родителям было не до ребенка. Женщины, на которых в детстве их собственные матери обращали не так много внимания и которые не получили от родителей необходимой поддержки, склонны применять карательные меры воспитания (например, браниться, шлепать) и срывать гнев на своих детях.

Согласно теории привязанности, маленькие дети различаются по степени ощущения безопасности в своих взаимоотношениях с матерью. У надежно привязанного ребенка в прошлом -- надежное, устойчивое и чуткое отношение со стороны матери; он склонен доверять другим людям, имеет довольно хорошо развитые социальные навыки. Ненадежно привязанный или тревожащийся по поводу своей привязанности ребенок будет либо резистентным, либо избегающим. Тревожный избегающий ребенок в общем и целом избегает своей воспитательницы. Такие дети несговорчивы и сопротивляются контролю. Резистентный ребенок расстраивается при разлуке с матерью, а ей нелегко его успокоить при новой встрече. Такие дети проявляют физическую агрессию, импульсивны, для них характерны эмоциональные вспышки. Кон (Cohn, 1990) сообщает, что ненадежно привязанные дети оценивались своими сверстниками как участвующие в большем числе драк, чем надежно привязанные.

Также взаимоотношения ребенка с братом или сестрой являются основополагающими для научения агрессивному поведению.

Существует сильная корреляция между выраженностью агрессивных отношений между детьми в одной семье (испытуемого к брату или сестре, брата или сестры к испытуемому, братьев и сестер между собой) и прогнозом испытуемым своей собственной агрессивности, а по сообщениям о насилии испытуемого по отношению к брату или сестре можно предсказать другие аспекты агрессивного поведения. Исследователи подчеркивают важность взаимоотношений между братьями и сестрами для развития агрессии: «…исходя из этих данных представляется, что наличие насилия во взаимоотношениях между детьми в одной семье… оказывает большее, чем все прочие семейные взаимоотношения, влияние на социализацию индивида, результатом которой становится усвоение силовых моделей поведения».

Изучение зависимости между практикой семейного руководства и агрессивным поведением у детей сосредоточилось на характере и строгости наказаний, а также на контроле родителей поведения детей. В общем и целом выявлено, что жестокие наказания связаны с относительно высоким уровнем агрессивности у детей, а недостаточный контроль и присмотр за детьми коррелирует с высоким уровнем асоциальное, зачастую сопровождающимся агрессивным поведением. [1,95]

Эрон и его коллеги провели лонгитюдное исследование зависимости ряда параметров и становления агрессии. Они собирали сведения у испытуемых, их родителей и сверстников три раза -- в первый раз, когда испытуемые были в третьем классе, затем спустя 10 лет, а затем еще через 22 года.

В первом эксперименте серии участвовало свыше 800 третьеклассников (Eron et al., 1963). Уровень агрессивности того или иного ребенка определялся по отзывам одноклассников -- всех детей просили перечислить учеников, для которых характерно агрессивное поведение (например тех, «кто пихается и толкается»). Строгость наказаний измерялась по ответам родителей на 24 вопроса о том, как они обычно реагируют на агрессивное поведение своего ребенка. В целом к лояльным наказаниям относили просьбы вести себя по-другому и поощрения за изменение поведения, к умеренным -- выговоры и брань, а такие способы физического реагирования, как шлепки и подзатыльники, рассматривали в качестве строгих наказаний. Эрон и другие обнаружили, что дети, подвергавшиеся строгим наказаниям, характеризовались своими сверстниками как более агрессивные.

Воздействие наказаний представляется довольно длительным. Последующие эксперименты с теми же самыми детьми выявили, что суровость наказаний, применявшихся к детям, когда им было 8 лет, коррелировала с агрессивностью их поведения в 18- и 30-летнем возрасте. Лефковитц и другие (Lefkowitz et al., 1977) сообщают, что наименее агрессивные 18-летние юноши были как раз из числа тех, кого в 8 лет родители наказывали умеренно. «Когда родители слишком снисходительно или слишком сурово относятся к агрессивности своих сыновей, эти мальчики в позднем подростковом возрасте склонны быть более агрессивными». Эрон и Хьюсман (Eron & Huesmann, 1984) сообщают, что суровость наказаний в 8-летнем возрасте положительно коррелирует с оценкой собственной агрессивности в возрасте тридцати лет и с суровостью, с которой испытуемые наказывают своих собственных детей.

Паттерсон и Стаутхамер-Лебер (Patterson & Stouthamer-Loeber, 1984) изучали зависимость между характером семейного руководства и асоциальностью. Исследователи проанализировали взаимоотношения в семьях более чем двухсот мальчиков из четвертого, седьмого и десятого класса. Они обнаружили, что два параметра семейного руководства -- контроль (степень опеки и осведомленности о своих детях) и последовательность (постоянство в предъявляемых требованиях и методах дисциплинарного воздействия) связаны с количеством приводов ребенка в полицию и с его личной оценкой собственного образа жизни по отношению к социальным нормам. При этом сыновья родителей, которые не следили за их поведением и были непоследовательны в наказаниях, как правило, вели себя асоциально. Паттерсон и Стаутхамер-Лебер так резюмируют свои данные:

«Кажется, что родители асоциальных детей безразличны к их времяпрепровождению, к сорту их компаний и роду занятий… такие родители менее склонны в качестве наказания запрещать ребенку делать то, что ему бы очень хотелось, или не давать ему денег на карманные расходы… Если они вообще обратят на это внимание, то наиболее вероятны нотации, брань и угрозы; в любом случае эти придирки не приведут к эффективным результатам».

Наряду с прямыми поощрениями и наказаниями родители преподают своим детям урок на тему агрессивности непосредственной реакцией на детские взаимоотношения. В нескольких экспериментах изучался эффект от вмешательства родителей при агрессии между братьями-сестрами. Фельсон и Руссо (Felson & Russo, 1988) утверждают, что подобный шаг со стороны родителей может на самом деле потворствовать развитию агрессии. Поскольку младшие дети на правах более слабых могут ожидать, что родители примут их сторону, они не колеблясь вступают в конфликт с более сильным противником. Подобное вмешательство родителей приводит к тому, что младшие дети первыми выходят на тропу войны и в течение длительного времени держат осаду старших братьев или сестер. Отсюда несколько неожиданный вывод -- «без родительского вмешательства агрессивные взаимоотношения между их детьми редки по причине неравенства сил, обусловленного разницей в возрасте». Свыше трехсот учащихся начальной школы (у которых был по крайней мере один брат или сестра) и их родители были опрошены на предмет того, каким образом родители наказывают детей за драку, как часты в их семье случаи вербальной и физической агрессии и кто из детей бывает зачинщиком. Исследователи обнаружили, что младшие братья или сестры чаще начинают драку. Кроме того, дети редко ведут себя агрессивно, если родители не наказывают никого из детей, и часто проявляют агрессию, если наказывают старших. Мы снова получили свидетельства того, что наказание увеличивает вероятность возникновения агрессии. 1,97]

Олуэйз работал над проблемой причинности, используя статистический метод, раскрывающий причинную связь переменных (регрессионный анализ), чтобы выявить как влияние ребенка на поведение родителей, так и влияние родителей на поведение ребенка. Агрессивность ребенка определялась по оценкам его сверстников. При опросе родителей измерялись четыре параметра, теоретически и эмпирически связанные с детской агрессивностью: 1) негативизм матери -- враждебность, отчужденность, холодность и безразличие к ребенку; 2) терпимое отношение матери к проявлению ребенком агрессии по отношению к сверстникам или членам семьи; 3) применение родителями силовых дисциплинарных методов -- физических наказаний, угроз, скандалов; 4) темперамент ребенка -- уровень активности и вспыльчивость.

В целом возбудимые мальчики, выросшие в жесткой и неблагоприятной семейной обстановке, относительно часто оценивались сверстниками как агрессивные. Негативное отношение матери к ребёнку коррелировало с применением силовых дисциплинарных методов, которые в свою очередь вызывали агрессивное поведение ребёнка. Сходным образом темперамент ребёнка был связан со снисходительным отношением матери к проявлениям агрессии. «Импульсивный и энергичный мальчик» своими поступками может просто утомлять свою мать, поэтому она не в состоянии уделить достаточно внимания. 1,99]

Вывод

В заключение можно сказать, что агрессия — один из наиболее пристально изучаемых аспектов многих научных дисциплин, таких, как: психология, социология, педагогика, социальная педагогика, и других. Каждая из этих дисциплин рассматривает агрессию в определенном ракурсе. Но как бы проблема агрессии не изучалась и какие бы науки ее не исследовали, очевидно одно — на сегодняшний день агрессию можно назвать социальным явлением, которое распространено среди людей разных возрастных категорий и в особенности среди подростков. Мощным фактором формирования агрессивного поведения можно назвать социальное окружение, с которым каждый день взаимодействует подросток. [15, 79].

В агрессивном поведении достаточно сильно выражен комплекс глубоких эмоциональных переживаний — грусти, раздражения, гнева, враждебности. [11,156] Гнев очень часто является результатом фрустрации. (10,41)

Исследователями выявлены и сформулированы некоторые основополагающие воспитательные рекомендации: родителям с большой компетентностью и ответственностью необходимо строить взаимоотношения с детьми, учитывая их склонность к ассимилированию регрессивных форм поведения. Акцентирую внимание на недопустимости воспитания в семье, построенного на усилении тревоги ребёнка, запугивании, актуализации тревоги (прим.: умру, уйду, брошу, сдам в детдом и пр.). это прямой путь к накоплению в психике страхов, а значит и потенциальной агрессивности, которая со временем будет обращена на «обидчика» (не редко на тех же родителей). [6,260]

ГЛАВА 2. ЖЕНСКАЯ АГРЕССИЯ

2.1 Женская агрессия и внутрисемейное насилие

В настоящее время криминологи отмечают тенденцию к росту преступной активности женщин, что приближает нашу страну (Россию) к показателям преступной активности американок, где соотношение убийц-мужчин и убийц — женщин в семье равно 1,3: 1, соответственно, то есть на 100 мужей, убивших своих жен, приходится 75 жен, убивших своих мужей. Тенденцию роста насильственной преступности женщин отмечают и российские психиатры.

Внутрисемейная агрессия и насилие относятся к числу сложных междисциплинарных проблем и изучаются в рамках криминологии, социологии, психологии, медицины и других областей знания, но лишь недавно (чуть более десяти лет назад) они стали предметом анализа российской науки. Однако некоторые виды домашнего насилия, а именно крайние его формы — супружеские убийства, убийства детей и родителей в семье — довольно активно исследовались в России уже в начале и во второй половине XX в. Однако в целом в отечественной науке проблеме внутрисемейного насилия, совершаемого женщинами, уделяется очень мало внимания, несоизмеримо меньше, чем, например, преступлениям в семье, совершаемым мужчинами.

Хотелось бы восполнить этот пробел, уделив особое внимание крайней форме насилия — убийству. Последнее связано с чрезвычайно высоким уровнем насильственной преступности в России по сравнению с другими странами, с одной стороны, и с тенденцией увеличения уровня насильственной преступности, совершаемой женщинами, — с другой.

Женщины гораздо чаще убивают своих сожителей — партнеров, с которыми живут в фактическом браке, а не мужей. Исследования показывают, что преступления, совершаемые женщинами как в публичной сфере, так и в семье, чаще всего эмоционально мотивированы, импульсивны. В момент совершения преступлений в семейной сфере женщины часто находятся в состоянии депрессии, отчаяния, тревоги, злости, ревности, напряжения или беспомощности. На примере собственной трехфакторной модели (стимулы, поведенческие факторы, ситуационные факторы) С. Бен-Дэвид объясняет превалирование преступлений, совершаемых женщинами именно в семейной, а не в общественной сфере, хотя мотивы могут быть одинаковыми или похожими. Что касается первого фактора — стимулов, то в силу особенностей социализации девочек через привязанность к семье и дому, внутрисемейные отношения и близость становятся для них особой ценностью, которую они хотят сохранить. Угроза же целостности семьи исходит в основном из самой семьи (отношения с мужем, детьми, родственниками), а не из общественной сферы. И хотя агрессивность и злость подавляются в процессе социализации девочек, они наблюдают и моделируют поведение своих родителей (как самозащиту, так и нападение), агрессивную манеру воспитания детей и воспроизводят это поведение позже в своей личной, прежде всего семейной, жизни, а не в общественной сфере. Так реализуется второе условие (поведенческие факторы) для совершения насилия женщинами преимущественно в семье.

Наконец, в большинстве даже самых развитых западных обществ до сих пор присутствуют черты традиционного разделения ролей между мужчинами и женщинами, где женщины все еще идентифицируют себя с ролями жены и матери. Поэтому, когда под угрозой оказывается семья, то одновременно опасности подвергается «весь мир» женщины, ее идентичность и социальный статус. Естественно, что женщина склонна реагировать на это стрессом и тревогой. Возникшее напряжение требует разрядки, однако в общественной сфере такое снятие стресса чревато неприятными последствиями (например, есть вероятность подвергнуться насилию и пострадать от травм со стороны незнакомых или малознакомых мужчин, быть уволенной с работы, и т. д.). В семейной же обстановке женщины часто убеждены, что их дети и муж не причинят им боли, поэтому напряжение и злость можно выплеснуть на близких (ситуационные факторы). Таким образом, все три условия, необходимые для совершения насилия женщинами, представлены именно в семье, а не в общественной сфере.

Представители феминистического направления считают, что насилие в семье, совершаемое женщинами, — проблема исключительно самозащиты женщин от агрессивных доминирующих мужчин. Сторонники второго направления, в которое входят сторонники умеренно феминистических идей, полагают, что женщины в совершении насилия движимы теми же мотивами, что и мужчины, среди которых, помимо самозащиты, присутствуют и злость, и ревность, и корысть, и депрессия, и неадекватные навыки коммуникации, и раздражительность, и желание контролировать партнера, и посттравматическое стрессовое расстройство, и депрессия, и т. д. Женщины инициируют насилие в межличностных отношениях так же часто, как и мужчины, однако поскольку мужчины физически сильнее, то женщины чаще страдают от травм и становятся жертвами насилия и убийств в семье.

Теоретическим основанием для исследователей школы семейного насилия, помимо патриархальных теорий, служат теории конфликта, социального обмена, структурных социальных факторов и др. Одной из первых работ, посвященных проблеме насилия в семье, совершаемого женщинами, стало исследование Стайнметц «Синдром избиваемого мужа» (1977), где были подняты вопросы общественного высмеивания мужчин -жертв и проблемы латентной виктимизации мужчин в семье. М. Страус и Р. Геллес провели репрезентативные исследования в США (1975, 1985 гг.), которые показали, что уровень совершаемого женщинами физического насилия в семье примерно такой же, как у мужчин и даже выше. Подчеркну, что исследования в России и в других странах, например в Канаде, Германии, Тайване, Китае, Гватемале, Литве выявили туже тенденцию. В 1995 и затем в 2005 г. Страус выдвигает проблему женской преступности в семье на первый план, озаглавив свою статью «Женское насилие в отношении мужчин как социальная проблема». Тем самым он привлек внимание научного сообщества к этому вопросу и подчеркнул, что без его признания эффективных мер профилактики и снижения уровня семейного насилия выработать не удастся. [13,170]

Эти исследователи считают отношения насилия в семье результатом сложной динамики активных действий и мужчин, и женщин, а не односторонним процессом. Изучение мотивации совершения насилия и убийств женщинами в межличностных отношениях демонстрируют сложную картину. Мотивами и факторами риска служат опыт насилия, полученный женщиной в детстве, месть в момент благоприятной возможности (например, муж пьян) и насилие как способ справиться со стрессом, злость, депрессия и посттравматическое расстройство, антисоциальные и пограничные черты личности, конфликтные отношения с партнером, неумение управлять своими чувствами, доминирование в случае совершения легкого физического насилия, а также ревность и социальная изоляция — в случае совершения тяжелых форм насилия.

В исследовании насилия в межличностных отношениях, проведенном в трех городах России в 1996 г., не было выявлено гендерных различий в совершении вербальной агрессии мужчинами и женщинами, однако общая тенденция такова, что женщины оказались более склонны к ее проявлению, чем мужчины. Так, 87% жен по сравнению с 83% мужей сообщили, что «повышали голос при выяснении отношений», как минимум, однажды, при этом 24% жен и только 7% мужей делали это часто.

Оскорбляли своих супругов 47% жен и 37% мужей, при этом жен, оскорблявших мужей часто, оказалось в три раза больше. В два раза больше жен угрожали изменой мужу, в то время как в два раза больше мужей намеревались причинить боль близким людям жены. Мужья несколько чаще жен угрожали причинить боль партнеру (14% против 12%). В целом уровень вербальной агрессии был выше среди разведенных партнеров, чем состоящих в браке, а также среди молодых респондентов (18−29 лет) по сравнению с более старшими.

2.2 Факторы риска в совершении женщинами насилия в межличностных отношениях

Социологических исследований, посвященных выявлению факторов риска в совершении межличностного насилия женщинами в России, практически не проводилось, но провели исследование насилия на свиданиях между студентами университетов. Помимо уровня совершаемого насилия, измерялись также 23 шкалы, входящие в Профиль личности и отношений (Personal and Relationships Profile (PRP)) [Straus… 1999]. Личностные характеристики респондентов измерялись по следующим шкалам: антисоциальные и пограничные черты личности, история правонарушений, депрессия, гендерная враждебность, отсутствие заботы в детстве, посттравматический стресс, интеграция в общество, злоупотребление субстанциями и алкоголем, самоконтроль, стрессовые условия жизни, опыт сексуального насилия в детстве, оправдание насилия и жестокая социализация. Характеристики отношений измерялись по таким шкалам, как управление злостью, коммуникационные проблемы, конфликт с партнером, доминирование, ревность, негативная атрибуция, вовлеченность в отношения и напряженность в них.

Для выявления взаимодействия между 23 шкалами, измеряющими факторы риска, и совершением женщинами физического насилия против своего партнера в отношениях был применен метод бинарной логистической регрессии. В качестве зависимой переменной выступила дихотомическая переменная совершения или несовершения насилия, а независимой переменной — каждая из шкал. В качестве контрольных переменных в модель всегда вводилась переменная социально-экономического статуса, социальной желательности и продолжительности отношений. Результаты логистической регрессии в таблице показывают существование значимой прямой связи 11 из 23 факторов риска (48%) с совершением физического насилия на свиданиях против партнера-мужчины.

Помимо данных о значимости связи, можно также интерпретировать значение коэффициента регрессии Ехр (В) каждое увеличение на единицу по шкале фактора риска, например злоупотребления алкоголем, приводит к увеличению шансов совершения физического насилия женщинами в 1,79 раза или на 79%. В свою очередь, каждое увеличение на единицу по шкале управления злостью или самоконтроля, наоборот, снижает вероятность совершения женщинами насилия на 77 и 73%, соответственно. В целом полученные результаты позволяют сделать вывод о значимом влиянии следующих факторов риска на увеличение шансов совершения насилия женщинами: стрессовые условия жизни, антисоциальные и пограничные черты личности, злоупотребление алкоголем, конфликт с партнером, доминирование, негативная атрибуция событий и оправдание насилия. Среди факторов снижающих вероятность совершения насилия женщинами, отмечу наличие навыков управления злостью и самоконтроля, а также вовлеченность в отношения с партнером. Полученные данные согласуются с результатами других западных исследований. [13,172].

Что касается гендерных различий в агрессии было выявлено:

Первая группа испытуемых была разделена на женскую (290 чел.) и мужскую (424 чел.) подгруппы для сравнения по шкалам русскоязычной версии опросника BPAQ. Значимые гендерные различия были обнаружены по двум шкалам опросника. Мужчины отличаются высоким показателем по фактору «Физическая агрессия», что согласуется с результатами гендерных исследований западных коллег, использовавших методику BPAQ или другие методы исследования агрессии. Женщины демонстрируют более высокую склонность к реакциям гнева, что не противоречит исследовательскому опыту зарубежных ученых.

Таблица 4. Результаты логистической регрессии отношения 23 факторов риска к совершению женщинами физического насилия на свидании

Факторы риска

Ехр (В)

Критерий Вальда

Управление злостью

0,23

9,81**

Антисоциальные черты личности

6,20

14,92***

Пограничные черты личности

2,89

9 44**

История правонарушений

1,41

1,01

Конфликт с партнером

2,95

11,42**

Коммуникационные проблемы

2,01

2,30

Депрессия

1,00

0

Доминирование

2,98

6,74**

Тендерная враждебность

0,64

1,16

Ревность

1,66

3,18'

Негативная атрибуция

2,27

6,63**

Отсутствие заботы в детстве

1,66

2,20

Посттравматический стресс

1,75

2,29

Вовлеченность в отношения

0,57

4,17*

Напряженность в отношениях

1,44

1,55

Самоконтроль

0,27

11,20**

Опыт сексуального насилия в детстве

0,64

1,62

Интеграция в общество

0,48

2,84'

Стрессовые условия жизни

5,75

14,33***

Злоупотребление субстанциями

2,03

3,67'

Злоупотребление алкоголем

1,79

6,82**

Оправдание насилия

2,23

4,41*

Жестокая социализация

1,76

2,31

'р < одо, *р < 0,05, **р< 0,01, ***р< 0,001.

Неожиданным является результат, согласно которому женская подгруппа отличается от мужчин более высокой враждебностью. Данный результат представляет интерес и требует дальнейшего исследования даже несмотря на то, что различие не достигает уровня статистической значимости. Предполагается, что высокий уровень гнева и враждебности у женщин обусловлен нормами агрессии в нашем обществе. Так, изучение агрессивного поведения в 100 различных субкультурах позволило сделать вывод о том, что диапазон используемых агрессивных стратегий поведения в наибольшей степени связан с нормами агрессивного поведения в культуре определенного общества. Норма по фактору «враждебность» у женщин нашего общества является высокой, что подтверждается сравнением с женской нормой других стран: в США (М = 20. 2; SD = 6. 3); в Японии (М = 17. 6; SD = 6. 1); в Голландии (М = 18. 6; SD = 5. 6). Согласно исследованиям Фассати, итальянские женщины имеют еще более высокий уровень враждебности (М = 23. 28; SD = 6. 57), чем женщины в нашей стране. [8,122−123]

Таблица 5. Различия по шкалам русскоязычной версии методики ВРА (2 у женщин первой и второй группы испытуемых

Шкала

Женщины

Z

Р

Группа № 2

Группа № 1

«Физическая агрессия»

«Гнев»

«Враждебность»

М = 24. 54 SD = 7. 22

М = 20. 95 SD = 6. 53

М = 24. 97 SD = 6. 38

М = 21. 53 SD = 6. 49

М = 22. 62 SD = 5. 66

М = 22. 81 SD = 5. 66

1. 43 0. 93 1. 39

0. 03 0. 35 0. 04

Примечание. Группа № 2 — женщины-заключенные, 57 чел. в возрасте 18--27 лет, совершившие агрессивно-насильственные преступления; группа № I — женщины, 290 чел. в возрасте 18−25 лет, студентки и сотрудницы коммерческих организаций. 2 — критерий Колмогорова-Смирнова.

Вывод

По итогам исследования (см. таб. 4) факторами риска, увеличивающими вероятность совершения женщинами насилия в межличностных отношениях, оказались: тяжелые условия жизни (например, бедность, стресс, связанный с тяжелой работой и неуверенностью в завтрашнем дне), злоупотребление алкоголем женщинами и/или их партнерами, агрессивность, оправдание насилия, желание контролировать поведение партнера (доминирование) и др. Таким образом, следует подчеркнуть сложность мотивации совершения насилия и убийств женщинами в межличностных отношениях в отличие от более простой модели, представленной феминистически ориентированными исследователями. [13,175]

Так что же первично? Что находится в основе агрессивности общества? Общество формирует человека деструктивно — агрессивным или человек, воспитанный в атмосфере скрытой жестокости и насилия, создает такое общество? [16,158]

ГЛАВА 3. ГЕНДЕРНЫЕ СТЕРЕОТИПЫ И РАЗЛИЧИЯ ПОЛОВ

3.1 Психологические различия полов

Веками у людей складывались стереотипные представления об образе мужчины и женщины, которые до сих пор распространяются на всех представителей того или иного пола, независимо от их индивидуальных особенностей и возраста. Эти стереотипы касаются как личностных черт мужчин и женщин, так и особенностей их поведения. [9,54]

Философы мыслившие в данной парадигме, как правило, если им приходилось высказываться на эту тему, говорили просто об отличии мужской и женской природы, о том, что качества женской природы обладают собственными достоинствами, и в реакциях этих качеств только и видится ими выполнение женщиной её роли в обществе и культуре. [3,37]

За последние пятьдесят лет — не такой уж большой отрезок времени для нашей истории — гендерные роли резко изменились. В 1938 году лишь один из пяти американцев одобрял замужнюю женщину, самостоятельно зарабатывающую деньги, в то время как мужчина мог ее содержать. А в 1996 году такое поведение женщины одобряли уже четверо из пяти, хотя двое мужчин из трёх как и раньше думали, что для детей идеальная семейная ситуация, когда отец работает, а мать сидит дома и ухаживает за детьми. В 1967 году 57% американских студентов-первокурсников согласились с тем, что лучше всего, если занятия замужней женщины будут ограничиваться домом и семьей. В 1997 году с этим согласились лишь 25%. Такое изменение установок и сопровождается изменением поведения. С 1960 по 1995 год доля 40-летних замужних работающих американок в общем составе рабочей силы увеличилась ровно в два раза — с 38% до 76%. Похожая картина наблюдается в Канаде, Австралии и Великобритании. Начиная с 1970 года непрерывно растет число женщин, которые получают высшее образование. Это варьирование ролей в зависимости от культуры и от времени указывает на то, что эволюция и биология — отнюдь не единственные факторы, влияющие на гендерные роли, культура также меняет их. [19,. ]

Половые различия в эмоциональной сфере

Ряд исследований подтверждает, что половые различия в сфере выражения эмоциональных явлений социализированы в соответствии с социальными нормами каждой культуры, которые предписывают, кто, когда и где может выражать те или иные эмоции. Известно, что в рамках европейской культуры для представителей разных полов считается приемлемым выражение разных эмоций. Проявление печали, депрессии страха и таких социальных эмоций, как стыд и смущение, рассматривается как «немужские»; мужчины, проявляющие подобные эмоции, не только оцениваются более негативно по сравнению с женщинами, но их не склонны так утешать в этих случаях, как женщин. Напротив, выражение гнева и агрессии считается приемлемым для мужчин, но не для женщин. Более того, агрессивные мальчики оцениваются как более привлекательные и компетентные, чем неагрессивные. В то же время агрессивные девочки оцениваются как менее привлекательные и они обычно сталкиваются с широким кругом проблем во взаимоотношениях со сверстниками. Даже взрослые женщины беспокоятся о том, что выражение гнева и агрессии может разрушить их социальные взаимоотношения. [4,395]

Е. Маккоби и К. Джеклин на основе анализа ряда экспериментальных исследований пришли к выводу, что в первые годы жизни нет различий в частоте и продолжительности гнева и злости у мальчиков и девочек, но с возрастом их частота и интенсивность у мальчиков возрастают, а у девочек -- убывают. Авторы объясняют это тем, что девочки, имея те же агрессивные тенденции, что и мальчики, боятся проявить их из-за возможного наказания, в то время как к агрессии мальчиков окружающие относятся более благосклонно.

Другая возрастно-половая динамика выявлена М. С. Пономаревой (2001) при изучении склонности к переживанию гнева. Чем младше школьники, тем больше эта склонность выражена у лиц мужского пола, и чем старше школьники, тем больше она выражена у лиц женского пола.

Что касается тревоги и страха, то В. А. Чикер с соавторами (1998) выявили, что для девочек старших классов социальная среда оказывается более насыщенной эмоциональными событиями, имеющими стрессогенное значение, чем для мальчиков. Это подтвердилось в исследовании, проведенном на студентах. В. П. Плотников с соавторами (2001) выявили наличие психического напряжения высокой степени у 62,5% опрошенных девушек и легкой степени такого напряжения у 45,2% юношей.

Сравнение склонности к переживанию базовых эмоций у школьников и школьниц разного возраста, проведенное М. С. Пономаревой, показало, что у девочек и девушек во всех возрастных группах склонность к страху выражена значительно больше, чем у мальчиков и юношей.

По данным А. И. Захарова (1995), количество страхов (т. е. того, чего боятся) больше у девочек, чем у мальчиков. По его данным, у взрослых мужчин больше выражен страх высоты, а у взрослых женщин -- смерти родителей. У женщин в значительно большей степени выражены также страх войны, страх сделать что-либо неправильно или не успеть сделать. У девушек количество мнимых страхов в 6 раз больше, чем у юношей.

Склонность к радости, по данным М. С. Пономаревой, не обнаружила четких половых различий: в 8−9, 12−13 и 16−17 лет она выражена у мальчиков и девочек одинаково, а в возрасте 10 — 11 и 14−15 лет эта склонность выражена больше у девочек. [9,100−103]

Различия в эмоциональной экспрессии мужчин и женщин многие психологи связывают с особенностями воспитания тех и других. Согласно К. Юнгу, у мальчиков в процессе их воспитания чувствования подавляются, в то время как у девочек они доминируют. Для мужчин открытое проявление эмоций достойно насмешек и позора.

Это дает основание говорить (Ш. Берн, 2001), что эмоциональность (т. е. сила переживаемых эмоций) у мужчин и женщин одинаковая, различна же степень их внешнего выражения. Я бы добавила, что различно у мужчин и женщин и выражение разных эмоций: то, что «прилично» для женщин (плакать, сентиментальничать, бояться и т. п.), «неприлично» для мужчин, и наоборот, то, что «прилично» для мужчин (проявлять гнев и агрессию), «неприлично» для женщин.

Половые различия в проявлении эмоциональных типов

А.А. Плоткин (1983) показал, что как у мужчин, так и у женщин распространены эмоциональные типы, при которых доминирует либо радость и страх, либо радость при равенстве страха и гнева. Одинаковую предрасположенность женщин к гневу и страху можно объяснить с позиций К. Изарда (2000), считающего, что склонность к страху может уравновешивать предрасположенность к гневу, удерживая индивидов от агрессивных поступков и конфликтов или переводя их в более «мягкие» формы (например, в косвенную вербальную агрессию, которая, по данным П. А. Ковалева, преобладает именно у женщин).

У мужчин наиболее распространенной является структура, в которой гнев и радость преобладают над страхом. Эти данные согласуются с имеющимися в литературе данными о большей выраженности у мужчин прямой физической и вербальной агрессии (П.А. Ковалев, 1996).

Половые особенности эмпатийности. По некоторым данным, женщины более склонны к эмпатии, чем мужчины (J. Sidman, 1969). Во время просмотров слайдов или прослушивания рассказов реакции девочек отличались большей эмпатией (Hunt, 1990). Большую склонность девочек к сопереживанию по сравнению с мальчиками выявила и M. JI. Бутовская (1997). Женщины более склонны плакать и говорить о своих бедах в ответ на рассказы других о своих неприятностях (Eisenberg, Lennon, 1983). Меньшая эмпатийность мужчин проявилась в одном исследовании (J. Connors, P. Heaven, 1990) по отношению к больным СПИДом. Мужчины более склонны считать этих больных девиантными, некомпетентными людьми, которые недостойны сострадания и поэтому заслуживают социального дистанцирования.

Болыцую же эмпатийность женщин по сравнению с мужчинами объясняют (Tavris, 1992) их гендерными ролями (заботливость первых и властность, независимость, соперничество вторых), а также соответствующим этим ролям воспитанием детей (Block, 1973). У девочек поощряется выражение эмоций, а у мальчиков формируется установка на подавление их выражения. Игра девочек с куклами развивает эмпатийную экспрессию, а «мужские» игрушки ее не развивают. Д. Блок предполагает, что у мужчин вследствие этого имеется менее богатый опыт в сфере эмпатийной отзывчивости, и в результате они просто не знают, как реагировать на эмоциональный дискомфорт другого человека. [9,107]

Вина и совестливость. Фактор пола оказывает сильное влияние на переживание вины: у мужчин оно выражено слабее и они гораздо реже говорят о переживании вины, чем женщины. (Л.В. Куликов, 1997; В. С. Савина, 2001). [9,108]

Психотизм. По Г. Айзенку (Н. Еуsеnск, 1992) и Л. Фрэнсису и П. Пирсонсу, высокие оценки по шкале психотизма более характерны для мужчин, чем для женщин. Это значит, что мужчины более склонны к конфликтам и асоциальному поведению, а также к неадекватности эмоциональных проявлений.

Отношение к похвале. Н. Н. Обозов отмечает, что существуют различия между полами в отношении к похвале и вознаграждению. Женщина испытывает потребность в том, чтобы ее работа была отмечена окружающими. Поэтому домохозяйки и женщины, находящиеся на пенсии, часто страдают от неудовлетворенной потребности в признании, невнимания членов семьи и недооценки их труда (А. Келам и И. Эббер, 1985).

Мужчина тоже любит, когда его хвалят за работу, но в то же время если он уверен, что выполнил ее хорошо, то высокое мнение о себе он будет иметь даже в том случае, если его работа не будет признана другими. Следовательно, мужчины более независимы в своих самооценках от мнения окружающих. [9,148]

3.2 Различия агрессивности в гендере

Различия в агрессивном поведении находятся в ряду наиболее достоверных гендерных различий, но они далеко не столь велики и не настолько очевидно связаны с биологическими отличиями, как можно было бы предположить. В своем знаменитом обзоре литературы по гендерным различиям Маккоби и Джеклйн сделали вывод, что агрессия — это единственное социальное поведение, для которого существуют доказательства, говорящие о совершенно явных половых отличиях. Все три метаанализа психологической литературы, проведенные в 80 х гг., также содержали вывод о существовании гендерных различий в агрессивном поведении. Вместе с тем Игли и Штеффён пришли к заключению, что для взрослых эти различия весьма невелики (d = 0,29). В работе Хайда, содержащей большое количество исследований, проведенных на детских выборках, сделан вывод о средней величине отличия (d= 0,50). Это означает, что только от 2 до 5% всех случаев агрессивного поведения можно объяснить гендером (т.е. от 95 до 98% происходит из других источников). Отчасти наше искаженное восприятие гендерных различий в агрессии можно объяснить тем фактом, что преобладающее большинство насильников и убийц -- именно мужчины. Однако, как совершенно справедливо отмечено у Бербэнком, подобные действия совершает очень малая часть мужчин. Принимая во внимание эти крайние варианты, поведение большинства мужчин сходно с поведением большинства женщин. Другая причина, которая заставляет нас считать мужчин более агрессивными,-- это устоявшаяся в нашей культуре вера в то, что такими их делает более высокий уровень тестостерона в крови. На самом деле пока не существует убедительных экспериментальных доказательств наличия у человека связи «тестостерон — агрессия». [2,109]

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой