Падение Боярской думы XVI – начала XVIII вв

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
История


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Падение Боярской думы 16 — начала 18 вв.

Введение

Актуальность работы. Эволюция российской государственности от сословно-представительной монархии к абсолютизму была исторически неизбежна и оправдана. Это естественное историческое развитие страны, переход от феодализма к буржуазным отношениям. Преобразования претерпевает и общество. В этом смысле нам интересна судьба правящего сословия, а именно боярства. Именно на таких переломных этапах истории происходит смена политических элит. Эта картина неоднократно наблюдается в истории любой страны при переходе на другой уровень государственности. В России это исследуемый нами период XVI — начало XVIII вв. или же переход от царской России к Советской России, или же от социалистического государства к демократическому федеративному правовому государству с республиканской формой правления. На каждом подобном этапе происходила смена элит и политических учреждений. Данная работа посвящена рассмотрению процесса постепенного падения такого политического института, как Боярская дума и соответственно падение роли боярства, как высшего правящего сословия. Цель работы: выявить этапы, причины ослабления и падения боярства и Боярской думы в Московском государстве XVI-XVII вв. Достижение данной цели предполагает решение следующих задач: 1) рассмотреть изменения, произошедшие с боярством в период Ивана Грозного; 2) исследовать потери, которые претерпело боярство во время Смуты; 3) выявить изменения, произошедшие с боярством при первых Романовых; 4) рассмотреть, как повлияла отмена местничества на положение боярства и Боярской думы; 5) найти ответ на вопрос, как все вышесказанные изменения и преобразования Петра I предрешили судьбу Боярской думы и боярства.

Предмет: боярство и Боярская дума.

Объект: ослабление и падение боярства и Боярской думы в Московском государстве.

Хронологические рамки: Начиная с правления Ивана Грозного, а именно реформ Избранной рады до правления Петра I и его указа о создании правительствующего сената.

Историографический обзор. Историография конца XVIII — начала XIX веков. История Боярской думы и боярства является в отечественной историографии слабо изученным вопросом. Кроме В. О. Ключевского данным вопросом никто не занимался. В своих исторических трудах многие авторы обращаются к вопросу о Боярской думе в аспекте изучения государственного устройства и управления, хотя эти работы лишь поверхностно касаются истории Боярской думы. Главный труд по этому вопросу принадлежит В. О. Ключевскому «Боярская дума древней Руси». В этой работе он выделил главную причину падения Боярской думы. Принцип работы Думы во все времена держался на обычае, традиции, «как на основе политического значения Думы», которая не имела юридического обоснования и со временем его не приобрела. Еще одним важным фактором он считал вымирание знатнейших и могущественных боярских родов: «ряды родословной знати страшно поредели ко времени воцарения новой династии, что многие большие роды «без остатку миновались». Все остальные работы посвящены изучению истории опричнины и Смуты, в контексте которых можно увидеть выводы и гипотезы авторов, относящихся к падению роли боярства и Боярской думы.

С.М. Соловьев выделяет концепцию борьбы родового и государственного начала, где важное место занимает представление о борьбе боярства против центральной власти. Он считал, что правление Ивана Грозного — это время окончательной победы государственных начал, при этом опричнина была последним решающим ударом по родовым отношениям, носителем которых выступало боярство. Вместе с тем рассматривается падение такого средневекового института, как местничество, что и «положило конец верховенству боярскому». Н. М Карамзин, в ходе обзора истории России, излагал, что власть боярства и Боярской думы была номинальной: «никто государя не мог ни судить, ни жаловать: всякая власть была излиянием воли монаршей», боярство неотъемлемый элемент Думы, который уже не несет всей полноты власти. С. Ф. Платонов в ходе работы по истории Смуты, также коснулся проблемы изменения в боярском сословии, где он показывал перетасовки в аристократическом ряду в связи с вымиранием знатнейших родов и самых влиятельных. Уцелевшие «худородные» роды уже реальной власти иметь не могли. В советской научной литературе, в контексте работы со средневековым периодом, Р. Г. Скрынников уделил внимание падению роли Боярской думы. Начнем с того, что цель опричнины он видел в стремлении верховной власть уменьшить влияние княжат-бояр. С другой стороны он выделил объективные исторические процессы по формированию новой элиты государственной власти и постепенное увядание старой и вхождение ее в новые ряды: «трансформация старого боярства… в служилое дворянское сословие…». П. А. Садиков выявил, что боярство после опричнины было подорвано и уже не являлось политически опасным для самодержавия. Слабость боярства была экономической, связанная с земельными конфискациями: «экономический кризис оказал сильное действие на боярские и служилые состояния, уронив одни и подняв другие». Е. В. Анисимов видел в падении роли боярства и Боярской думы объективные исторические предпосылки перехода от сословно-представительной монархии к абсолютизму, т. е. переход государства «на более высокий уровень».

Методы исследования:

I. Общенаучные методы:

1. Исторический метод, суть которого заключается в воспроизведении процесса развития с собственными и неповторимыми чертами;

2. Логический метод, суть которого заключается в обобщении всего исторического процесса в теоретической форме (выводы и обобщения);

3. Метод классификации. Данный метод позволяет выделить общее и особенное в явлениях, также способствует теоретическим обобщениям и выявлениям новых законов;

II. Собственно исторические методы:

1. Сравнительно-исторический метод (установление общих тенденций, присущих сходным процессам, определение происшедших изменений);

2. Ретроспективный метод (восстановление процесса по его выявленным типическим свойствам, выявление закономерностей его развития).

III. Историко-генетический метод (раскрытие свойств и функций, изменений изучаемого объекта в ходе исторического явления, раскрытие динамики процессов).

IV. Описательный метод.

V. Анализ исторической литературы.

Приемы исследования:

· Анализ

· Индукция (от фактов к обобщению в выводах)

· Дедукция (от выводов к фактам)

· Аналогия

Структура

Первая глава посвящена рассмотрению изменений произошедших в период правления Ивана Грозного, а именно последствия земской реформы 1555−1556 гг. и опричнины.

Вторая глава полностью посвящена периоду междуцарствования и влияния так называемой Смуты на Боярскую думу и боярство в целом. Третья глава рассматривает, какие новые элементы вошли в Думу, и, какое место они там заняли, а также выявляет, как отмена системы местничество предрешила судьбу Боярской думы и боярства как сословия. Четвертая глава посвящена нововведениям Петра I, которые и завершили эпоху деятельности Боярской думы и боярства.

В заключении подводится итог по исследуемому вопросу и выявлены объективные исторические процессы, которые привели к установлению абсолютной монархии и смене политических элит.

1. Борьба с боярством при Иване грозном

Иван Грозный в своей внутренней политике планомерно шел к утверждению самодержавия в Московском государстве. Это прослеживается в нескольких направлениях, результатом которых является уменьшение влияния Боярской думы. Царю необходимо было укрепить свою власть. Русское дворянство было особо заинтересовано в проведении реформ, которые были разработаны И. С. Пересветовым. Необходимость перемен он изложил царю в двух челобитных (прошение, заявление, жалоба в Русском государстве XV — начале XVIII в.): идея сильной царской власти, обуздания боярского самоуправства, опора на служилых людей (дворян). Эта программа была поддержана царем. Проведена земская реформа 1555−1556 гг., одним из результатов которой была ликвидация кормлений. Сборы на содержание кормленщиков преобразованы в особый налог в пользу казны — «кормленый окуп». Некоторые авторы не согласны с тем, что отмена системы кормлений была наступлением на боярство. «Кормления вовсе не были, как часто полагали, системой боярской власти на местах, а их отмена не была ударом по феодальной аристократии». Н. Е. Носов тщательно проанализировал состав кормленщиков «последнего призыва» и пришел к обоснованному выводу, что они отнюдь не были только представителями крупных боярских родов, а рекрутировались из всего состава государева Двора в целом. Но, не смотря на данные выводы, большая часть кормленщиков все, же происходила в целом из среды феодальной аристократии. И это в полной мере можно назвать шагом на пути ограничений и ущемлений прав бояр, в данном случае наблюдаются экономические потери, т. е. «корм». Кроме приговорах о кормлениях правительство принимает в 1556 г. ряд других важных указов, регулирующих служебные обязанности землевладельцев. Устанавливается единая норма военной службы с земельных владений: с каждых 170 га земли «в одном поле» должен был идти в поход один вооруженный человек. «Реформы Ивана Грозного узаконили положение, при котором все члены феодального сословия были обязаны нести службу, как с поместий, так и с вотчин». «Все феодалы землевладельцы независимо от размера своих владений становились служилыми людьми государства». Таким образом, в какой-то степени уравнивалось положение бояр и дворян в служебной повинности перед государством. Следующий шаг — это изменения внутри самой Думы. Чтобы умерить в Думе значение бояр — княжат, царь Иван стал назначать туда людей незнатных, но знающих дело и зависевших в своем благополучии не от «породы», а от него — великого государя. Таких незнатных, но нужных ему людей царь Иван жаловал чином думных дворян. Они заседали в Думе вместе с боярами и окольничими. Преследуя знать и стараясь держать ее по возможности дальше от непосредственного участия в делах, царь Иван и в приказы назначал по-прежнему на первые места бояр, а в товарищи им давал дьяков, людей простых, выслуживавшихся только своим знанием дела. Дьяки являются в XVI в. собственно настоящими правителями приказов и в этом звании оказывают сильное влияние на дела в Боярской думе, участвуя в ее заседаниях в чинах думных дьяков. Таким образом, с конца XVI в. Боярская дума перестает быть советом исключительно знати, княжат, потомков удельных князей при государе всей Руси, и в среду ее начинают проникать новые люди, незнатные, в чинах думных дворян и думных дьяков. Одновременно с политическим авторитетом боярства, стало колебаться и боярское землевладение, во-первых, под тяжестью ратных служб и повинностей, которые на него ложились с особенной силой во время войн Грозного, а во-вторых, от недостатка рабочих рук, вследствие того, что рабочее население стало с середины XVI в. уходить со старых мест на новые земли. Продавая и закладывая часть земель капиталистам того времени — монастырям, бояре одновременно должны были принимать меры против того, чтобы не запустошить остальных своих земель и не выпустить с них крестьян за те же монастыри. Таким образом, сверху, от государей, боярство не встречало полного признания того, что считало своим неотъемлемым правом; снизу, от своих «работных» оно видело подрыв своему хозяйственному благосостоянию; в духовенстве же оно находило в одно и то же время и политического оппонента, который стоял на стороне государева «самодержавства», и хозяйственного соперника, который отовсюду перетягивал в свои руки и земли и земледельцев. В этот период Дума еще сильна, сильно боярство и его экономический и политический вес. В начале 1560-х гг. царь отстранил от власти прежнее правительство и казнил нескольких видных бояр. Все это вызвало протест Думы. В России отношения власти и подданных всегда регулировались не, сколько законами, сколько не писаными нормами и традициями. Нельзя было просто отрубить голову боярину, надо было предъявить обвинения и заручиться поддержкой Думы. Но «опричнина нанесла удар по Боярской думе». Р. Г. Скрынников выдвинул гипотезу о том, что опричнина пережила два этапа: на первом (в 1565—1566 гг.) ее основной удар был направлен против княжеско-боярской оппозиции (его результатом были начавшиеся казни и ссылки в Казанский край множества феодалов), а на втором, во время массового террора (1567−1572 гг.) пострадали в первую очередь представители старомосковского боярства. В этот период, когда царь получил право казнить всех «изменников» начинается планомерное истребление членов родовитых княжеско-боярских фамилий. Опричнина не только не только физически уничтожала бояр и княжат, это мера коснулась в первую очередь экономической составляющей боярского благосостояния — землевладения (вотчины). Опричнина ликвидировала крупное княжеское и боярское землевладение со всеми его привилегиями. «Уничтожение политической роли крупного феодального владения путем ликвидации его экономической базы — конфискации земли» — это путь, по которому боярство было поставлено «в еще большую зависимость от монархии». Оппозицию царь разгромил — в целом цель, которую поставил перед собой Иван Грозный, была достигнута. «Княжеско-боярская аристократия если и не была уничтожена ею (опричниной) целиком, „всеродне“, то во всяком случае разгромила так, что не являлась уже политически опасной для самодержавной власти московского царя». Правление Ивана Грозного — это время окончательной победы государственных начал. На данном этапе на первый план выходит второстепенный феодальный класс — поместный дворянин и сын боярский, который и станет в последующем хозяином в политике.

2. Боярство и Боярская дума периода Смуты

Опричнина привела не только к физическому уничтожению людей, но и к тяжелым экономическим последствиям, к разрушению моральных ценностей и устоев общества. Практически все историки видят в опричнине один из факторов, подготовивших Смуту начала XVII века. Нарушив «старину», грубо поправ казавшиеся безусловными обычаи, растеряв во время опричнины результаты, достигнутые во время реформ 1550-х гг., власть обрекла себя на нестабильность. Кризис возник в 1598 г., когда встал вопрос о новом царе. В этой ситуации необходимо было согласовать интересы различных социальных групп. Политическая борьба и интриги претендентов на русский престол выдвинули на первые ряды Бориса Годунова. «На более высоком уровне политической жизни наметились попытки ограничения самодержавной власти царя». По сообщению М. Татищева, в 1598 году, не желая повторения кровавых репрессий Грозного, бояре потребовали, чтобы новый Борис «государству по предписанной грамоте крест целовал». Годунов крест целовать не стал, вместо этого он поднял над головой рубаху в знак того, что готов поделиться с народом всем, что у него есть. Таким образом, Годунов никаких уступок думцам не предоставил, все оставалось как прежде, т. е. роль боярства и Боярской думы шла по пути снижения, наметившегося еще при Грозном. Годунов чувствовал себя на троне не слишком уверенно и, опасаясь заговоров, поощрял доносы, затевал интриги, прибегал к открытым репрессиям. Однако стремление единолично властвовать не позволили Борису вовремя сделать необходимые уступки социально-политическим интересам различных общественных групп и сословий. Оттолкнув одних он не приблизил к себе других, его власть не нашла опоры на какую-либо социальную группу общества. Колебания и нерешительность властей стали гибельными для новой династии, которая не устраивала все сословия. Такая же ситуация постигла их и при Лжедмитрии I, самостоятельная политика нового царя, его нежелание считаться с Боярской думой опрокинули все их планы. Добиться ограничения царской власти удалось спустя семь лет. Боярский заговор и мятеж москвичей привели к тому, что на троне оказался один из выходцев заговора — Василий Шуйский (1606−1610), заслуживший репутацию боярского царя. Вступая на престол, Шуйский произнес клятву народу и дал обещание, что наиболее важные судебные дела будут рассматриваться совместно с Боярской думой; обещал не подвергать опале бояр без согласия Думы. Эти заверения Шуйского стали первой попыткой построения государственной власти на основе ограничения самодержавия. Хотя по замечанию В. О. Ключевского, «все обязательства, принятые на себя царем Василием по этой записи, были направлены исключительно к ограничению личной и имущественной безопасности подданных от произвола сверху, но не касались прямо общих оснований государственного порядка не изменили и не определили точнее значения, компетенции и взаимного отношения царя и высших правительственных учреждений». Это показывает на отсутствие какой-либо сословной солидарности, каждый думает только о своих интересах. В этом смысле требования Боярской думы не ограничение самодержавия, а попытка самосохранения: себя, своего имущества, политического положения. Показательна в этом отношении фигура «боярского» царя В. Шуйского, которого Н. Костомаров характеризует как самое жалкое лицо, когда-либо сидевшее на московском престоле (не исключая и слабоумного Федора), готового чередовать ложные клятвы под присягой с их нарушением; готового войти в любые политические союзы и предать всех и вся во имя сохранения власти. Против этого «боярского царя» поднялись средние служилые люди и крестьянство, т. е. те слои населения, которые больше других терпели от боярского засилья. Царь Василий недолго усидел на царстве. После свержения Василия Шуйского 17 июля 1610 года к власти пришла Боярская дума. Фактически всё управление государством осуществляла группировка из семи наиболее влиятельных членов Думы (Ф.И. Мстиславского, И. М. Воротынского, А. В. Трубецкого и других). Это боярское правление получило у современников наименование «семибоярщины». Боярство окончательно уронило свое значение в народе после того, как согласилось на избрание в цари московские и всей Руси польского королевича Владислава. Здесь примечателен «Тушинский проект» Михаила Салтыкова в начале 1610 года. Проект договора об условиях передачи московского престола 15-летнему сыну Сигизмунда III Владиславу. Царская власть ограничивалась Боярской думой и Земским собором. Это в очередной раз показывает слабость боярства, которые не смогли преодолеть взаимное соперничество, какие-то эгоистические моменты и выбрать из своей среды нового царя, который бы устраивал всех и радел за дело ограничения власти самодержца. В этом в какой-то степени виновато христианство с ее теорией о божественном происхождении власти и о помазаннике божьем. Местническая система боярства, которая в какой-то степени консолидировала сословие, но и держало его замкнутым (вряд ли было возможным выдвижение царя без ропота части боярства, а точнее их враждующих группировок). Наличная Боярская дума выдержала, правда, не совсем по своей воле осаду Кремля вместе с польским гарнизоном, когда на выручку Москвы пришло ополчение низовых городов. Политическое влияние боярства упало в это время так, что, когда началось избрание нового царя, избирательный собор предложил думцам уехать в их деревни, и они были позваны в Москву после того, как наметилось избрание нового государя. Этому падению политического значения княжьего боярства очень способствовало то обстоятельство, что после мер Грозного царя и событий Смутного времени ряды знатного княжеского боярства сильно поредели. Как отмечал С. Ф. Платонов, «Для московской аристократии время Смуты было тем же, чем были войны Алой и Белой Роз для аристократии Англии: она потерпела такую убыль, что должна была воспринять в себя новые, демократические, сравнительно, элементы, чтобы не истощиться совсем». И ко второй половине XVII в. как замечает Котошихин, «Прежние болшие роды, князей и бояр, многие без остатку миновалися». Угасли фамилии князей Милославских, Шуйских, Воротынских, и место их заняли другие, менее родовитые люди.

3. Боярская дума при первых Романовых

дума исторический боярский местничество

Изменения в составе Боярской думы

И при новых царях Боярская Дума по-прежнему является советом наиболее знатных и родовитых людей при государе, но теперь, в XVII в., эта знать не так знатна, если можно так выразиться, как она была знатна в XVI в. По мнению исследователей, аристократический уклад Боярской думы был сломлен бурями эпохи опричнины и Смутного времени. Новая династия сама создавала свой боярский совет, лишь отчасти по традиции считаясь с вниманием к «родословным» людям: «Боярство XVII в. ближе по типу к вельможным верхам» случайных «людей XVIII столетия, чем к своим историческим предкам времен старой династии. Мало в его рядах кровной знати. Зато оно доступно не только людям „меньших родов“, но даже приказным дельцам и простым провинциальным дворянам, вовсе не родословным, но возвышенным царскою милостью и собственной выслугой. Боярская дума царей Михаила и Алексея — чиновный и сановный совет при государе, далекий от того, чтобы иметь собственный общественный вес, свои традиции и притязания. Лишенная какого-либо определенного отпечатка, она — покорное орудие верховной власти». В Думе увеличивается ее неродовитая часть, а именно число думных дьяков. В начале века было 2−3 думных дьяка, во второй половине (в 1677 г.) их число увеличилось до 11 человек. Таким образом, «к концу XVII в. Дума превращается в своеобразный совещательный орган приказных судей». Боярство уже не противопоставляло себя самодержавию, не пыталось оказывать давление на монарха или оспаривать его решения. Царь предпочитал выбирать людей умных и даровитых, возвышать по способностям, а не только по знатности рода. Так, его любимейший боярин, начальник посольского приказа А.Л. Ордин-Нащекин происходил из бедной семьи псковских служилых людей. «Ордин-Нащекин…прошел большой, длительный и тернистый путь — от захудалого провинциального дворянина до лица, облеченного высшей правительственной властью, осыпанного всеми почти возможными наградами, отличиями, почестями». И таких вот выходцев из низов служилых людей с каждым годом в Думе было все больше и больше. Важные отрасли делопроизводства в Думе, такие как дипломатия, финансирование полностью переходят под контроль нетитулованной и неродовитой части Боярской думы. По существу боярство находилось в Думе по традиции сложившейся веками, а не по заслугам или иным личностным качествам. На заседаниях Боярской Думы царь зачастую присутствовал сам, руководил совещаниями, заранее записывал на листочке бумаги вопросы, о которых нужно было посоветоваться с боярами. Выслушав советы, решения принимал самостоятельно, если согласия не находил. Но чаще всего бояре соглашались с царем. Внутри самодержавие укрепилось. Никто государе не мог ни судить, ни жаловать. Жизнь, имущество, имение зависело от произвола царей. И, несмотря на то, что писали: «Государь указал, бояре приговорили», но сия законная пословица была на Руси… панихидой на усопшую аристократию боярскую".

Отмена местничества

Институт местничества возник на рубеже XV—XVI вв., как следствие централизации государства и ликвидации удельной системы, т. е. со времени превращения бояр в обязательно-служилых людей. «Местничество как система, замещения должностей и служебного функционирования высших рангов служилого сословия в государстве — чинов государева двора». К середине XVI века местническая система приняла незыблемый характер. С ней вынуждены были считаться и великие князья, и последовавшие за ними цари. В начале царствования Ивана Грозного была составлена официальная родословная книга «Государев родословец», в которой содержалась поимённая роспись основных аристократических родов по поколениям. Перечисленные в этом документе фамилии стали называть родословными. Родословец позволял четко определить старшинство лиц одного рода при назначении на должности. С. Долгое время попытки ограничить местничество успехов не имели, так как назначение любого представителя рода на низшую должность, чем ему положено по заслугам предков, автоматически понижала места в служебной иерархии для всех его потомков. Поэтому бояре и окольничие готовы были подвергаться жестокой опале и даже идти на плаху, но место «не по отечеству» занимать категорически отказывались. Во второй половине XVII в. местничество выглядело вредным анахронизмом, и самодержавная власть по собственной инициативе решила пресечь этот давний обычай. Побудительным толчком послужила война с Турцией, закончившаяся в 1681 г. Бахчисарайским миром, условия которого не могли удовлетворить Россию. Возник вопрос о преобразовании войска. Еще в царствование Михаила Федоровича не только были приглашены иностранцы в русскую военную службу, но из русских людей были составлены полки, обученные иностранному строю. Теперь же возник вопрос о необходимости преобразования в целом состава русского войска. Поскольку, как говорилось в царском указе, «неприятели показали новые в ратных делах вымыслы», выборные из военных чинов должны были помыслить о том, как «прежде бывшее воинское устроение, которое показалось на боях не прибыльно, переменить на лучшее». С. Совещание возглавил князь Василий Васильевич Голицын один из знатнейших бояр, человек образованный и просвещенный. Голицын, обсуждая с выборными служилыми людьми переустройство военной силы Московского государства, предложил «для лучшего устроения государевых ратных и посольских всяких дел» оставить и искоренить все счеты с местами. Его предки готовы были пойти в ссылку и в тюрьму за местнические привилегии, однако князь В. В. Голицын, один из самых просвещенных людей своего времени, видел необходимость преобразований. К тому же разочарование в неудачных для России результатах войны было настолько сильным, что выборные люди, посовещавшись, объявили то, о чем раньше никто не осмеливался заявлять вслух. Служилые люди предложили отказаться от местничества. Сначала речь шла только о военной сфере, но раз высказанная мысль получила свое логическое завершение, и через несколько дней от имени выборных была подана челобитная, в которой ставился вопрос об упразднении местничества вообще. М. Царь Федор Алексеевич и его ближайшее окружение были готовы к такому повороту событий и поощряли его. 12 января 1682 г. царь Федор Алексеевич обсуждал этот вопрос на соборе из думных чинов, дворян и духовенства. Царь обратился к собравшимся с речью, в которой указывал, как со времен деда его, царя Михаила, началась постепенная отмена неприкосновенности местничества, как при его отце, царе Алексее, тоже во многих походах «все чины были безместны во время того безместия, при помощи Божьей, славные над неприятелем победы учинились. А которые бояре, презрев его государское повеление, вчинили тогда места, и тем чинено наказание и разорение отнятием поместий и вотчин»… Затем царь отметил, что когда в других походах «между бояр и воевод, для случая отечеств их, многие были несогласия и ратным людям теснота, и того их несогласия многий упадок ратным людям учинился, а именно — под Конотопом, под Чудновым и в иных многих местах». Возникновение местничества государь приписывал лукавству «злокозненного супостата общего дьявола» и объявлял, что желает «эти разрушающие любовь местничества разрушить и от такого злокозньства разрозненные сердца в мирную и благословенную любовь соединить». Патриарх отвечал царю речью, в которой резко порицал местничество, как «источник горчайший всякого зла и Богу очень мерзкий, а царственным делам вредный», и хвалил за доброе намерение, «за премудрое благоволение». Царь обратился тогда к боярам и просил их, чтобы каждый из них высказал «чистосердечно свою мысль без всякого зазора». Бояре, окольничие, все думные люди единогласно отвечали: «чтобы великий государь указал учинить по прошению патриарха и архиереев и всех их — быть им в военных чинах без мест для того, что в прошлые годы во многих ратных, посольских и всяких делах чинились от местничества великие напасти, нестроения, разрушения, неприятелям радость, а между ними самими было противное дело: великие продолжительные вражды». Выслушав этот ответ, государь приказал принести разрядные книги и сказал: «Для совершенного искоренения и вечного забвения те все прошения о случаях и о местах записки изволяем предать огню, чтобы та злоба и нелюбовь совершенно погибла и впредь не памятна была и соблазна и преткновения никто никакого не имел. И от сего времени повелеваем боярами нашими и окольничими, и думными, и ближними, и всяких чинов людьми на Москве, в приказах и у расправных дел, и в полках у ратных, и у посольских, и везде у всяких дел быть всем меж себя без мест, и впредь никому ни с кем никакими прежними случаями не считаться и никого не укорять». Все собравшиеся отвечали на это: — «Да погибнет в огне это богоненавистное, враждотворное, братоненавистное и любовь отгоняющее местничество и впредь да не вспомнится вовеки!» В тот же день разрядные «записки о местах» были преданы огню в сенях дворца. Боярин князь Долгорукий, думный дьяк Семенов, митрополиты и архиепископы «при том стояли, пока те книги совершенно все сгорели». Так прекратила свое существование главная опора первенствующего положения знати в правительстве Московского государства. М. На место «породы» теперь при служебных назначениях становится основой царская милость и заслуга. Пока знать была сильна, было крепко и местничество, ослабла знать — и оно пало легко, без борьбы, как «зяблое дерево». В конце XVI в. бояре говорили: «то им смерть, что им без мест быть», а в конце XVII в. она жгут записки о местах по единогласному приговору. Так как местничество основано было на связи политического положения родовитого человека с значением его предков, следовательно на предании, a это предание часто не имело никакой опоры ни в экономическом положении, ни в личном значении родовитых потомков, то московское боярство царя Алексея можно назвать в полном смысле слова «аристократией воспоминаний». Но эта аристократия понесла столько потерь в своем генеалогическом составе, так разбилась, растворяясь в массе дворянства, что стало трудно поддерживать местнический порядок, высчитывать отечество каждого, и в конце века сами наличные остатки боярства принуждены были согласиться на отмену того, за что, как выразился один боярин царя Алексея, «прежде наша братия помирали». Так не боярство умерло потому, что осталось «без мест», чего оно боялось в XVI в., a «места» исчезли потому, что умерло боярство и некому стадо сидеть на них. М. Если прежнее время правительство не могло обойтись на службе только одними знатными людьми, то в XVII в., когда государственная жизнь так усложнилась и требования ее стали так разнообразны, обходиться в высшем правительстве только одной знатью стало совсем невозможно. Понадобились люди «студированные», особенно в ведомствах, финансовом и иностранных деле, где, при тогдашних обстоятельствах, требовался большой навык и опытность в делах, приобретаемые долговременной службой, любовью к делу, умом и изобретательностью. Эти качества — «промысел» и «рассмотрение» — не всегда совмещались с родовой знатью.

4. Окончательное падение боярства и Боярской думы при Петре I

После отмены царем Федором Алексеевичем в 1682 году местничества и сожжения разрядных книг значение Боярской думы окончательно падает. Царская власть, эволюционировавшая в сторону абсолютизма, уже не нуждалось в сословном учреждении, являвшемся цитаделью крупной феодальной аристократии. М. Окончательно Боярская дума прекратила свою деятельность при Петре I. Уезжая за границу в 1697 г., Петр приказал всем боярам и начальникам приказов съезжаться к правителю Преображенского приказа князю Ф. Ромодановскому и «советовать, когда он похочет». Этот «злой тиран, пьяный по вся дни», по выражению князя Куракина, «скудный в своих рассудках человек, но великомочный в своем правлении», по отзыву Курбатова, облеченный чрезвычайными полномочиями по политическим розыскам, стал главою кабинета, председателем Думы, хотя не имел думного чина, был только стольником. Старая законодательная формула «государь указал и бояре приговорили» могла бы теперь замениться другой: Т. Стрешнев или князь Ф. Ромодановский указал, и бояре смолчали. М. Другая тенденция, точнее, нужда отразилась на правительственном ведомстве самой Боярской думы. Донимаемый на каждом шагу новыми расходами, Петр хотел ежеминутно знать свои наличные средства, рассеянные по многочисленным приказам. Для этого в 1699 г. восстановлен был Счетный приказ, или Ближняя канцелярия. Это — орган государственного контроля: сюда все приказы обязаны были доставлять еженедельные и ежегодные ведомости о своих доходах и расходах, об управляемых ими людях и зданиях и т. п. По сродству дел контрольная палата стала собственной канцелярией и обычным местом заседаний Боярской думы. Так постепенно изменялись состав, круг дел и характер деятельности боярского совета. Этот совет, издавна составлявшийся из родовитых людей, теперь, с разложением боярства, перестал быть боярским, превратился в тесный комитет с разрушавшимся генеалогическим составом и с иным значением. «В годы самостоятельного правления Петра I Боярская дума изменила весь свой облик и превратилась в чисто бюрократический орган». Боярская дума привыкла действовать при государе и вместе с ним, под его председательством, и имела законодательное значение. Теперь, действуя без государя, то и дело отлучавшегося, она могла сохранить только распорядительное значение, решая текущие дела из приказов, а также практически разрабатывая и приводя в исполнение наскоро данные особые поручения государя по внутреннему управлению. М. Попытки боярства превратить Боярскую думу в орган, ограничивавший царскую власть, запоздали и реального значения иметь не могли. К моменту прихода Петра традиционная система властвования не отлилась в устойчивые правовые формы. Боярская дума не стала ни палатой лордов, ни высшим бюрократическим институтом, хотя уже складывалась практика работы её отделений: палат, комиссий; формировалось делопроизводство — верный признак организационного начала. И в других сферах правовой обычай не получил формы писаного закона и поэтому был сметён как разновидность «старины». «По мере усиления самодержавия Боярская дума, как узкий сословный совет, утрачивала свое значение, чтобы в начале XVIII века исчезнуть в потоке времени». М. Всё это накрыла война (Северная война 1700−1721 годов), которой воспользовался Пётр, чтобы окончательно разрушить старую систему властвования, резко сузить круг людей, причастных к выработке стратегических решений. В некотором смысле мы имеем дело со своеобразной «новой опричниной». Война требовала чрезвычайности, отсутствия царя в Москве. Это парализовало работу Боярской думы и всей старой системы управления. При этом старая система чинов, на которой держалась власть, как бы зависла в воздухе с обрубленными корнями, ибо Пётр стал проводить своеобразный «перебор людишек»: прекращается пожалование в думные чины и ближние стольники и за десять лет Боярская дума уменьшается в десять раз. Человек ближайший к царю и потом сильнейший из вельмож, Александр Данилович Меньшиков, не имеет ни одного из старых чинов; то же самое и Апраксин, и Ромодановский, и другие люди, пользовавшиеся особенным доверием государя. Таким образом, можно было ожидать, что старые бояре и окольничие мало-помалу вымрут без преемников, и старые чины исчезнут сами собой, без торжественного упразднения. М. Нарождающаяся система чинов (отлившаяся потом в Табель о рангах) никак не синхронизируется со старой чиновной системой. Всё это происходит на фоне резкого усиления единоначалия, расцвета института чрезвычайных комиссаров. Гвардейцы и иные порученцы, как новые опричники, начали в грубых формах осуществлять власть и надзор во всех сферах управления. Сведения о заседаниях Думы обрываются где-то около 1704 года, хотя уже с 1701 года ее функции как высшего правительственного органа стала выполнять так называемая «Консилия министров» — совет начальников важнейших правительственных ведомств, среди которых было немало небояр. А. В 1711 году царем был создан новый орган — Сенат: «Указ объявить последующий. Определили быть для отлучек наших правительствующий сенат для управления…». «Около старого здания возведено уже новое, перед которым старое не преминет исчезнуть». Необходимость в думе окончательно отпала. Петр I перестал присваивать думские чины, и за счет естественной убыли членов Боярской думы она окончательно исчезла. Последний российский боярин князь Иван Трубецкой скончался 16 января 1750 года. Падение родовитого боярства, как первенствующего правительственного класса, и появление у власти людей неродовитых, выдвинутых вперед службой, замеченной великим государем, изменило сам характер правительства. Из прежнего аристократического, самодержавно-боярского, правительство Московского государства превращается в концу XVII в. в правительство самодержавно-приказное и дворянское. Р. Двор, служба при дворе, личная известность государю становятся теперь ступенями к занятию высших должностей в стране. Можно заметить, как рядом с таким ходом дела прежние названия — служилый человек, сын боярский, обозначавшие людей по преимуществу занятых на государственной службе, все более вытесняются новым — дворянин. Двор царя является теперь средоточием всего управления, царская милость и гнев решают судьбу служилого человека; чтобы продвинуться вперед по службе, ему нужно быть своим при дворе, нужно быть дворянином.

Заключение

Установление абсолютизма сопровождалось постепенным отмиранием средневековых представительных учреждений, которые действовали наряду с царской властью. К такому учреждению относится и Боярская дума. В течение более полутора века роль Боярской думы неукоснительно падала. Это было связано с постепенным переходом российской государственности от сословно-представительной монархии к абсолютизму. На протяжении всего рассмотренного периода огромное значение на развитие России оказали русские самодержцы-реформаторы Иван IV и Петр I. Они провели, каждый в свое время, радикальные преобразования всей политической системы России, выводя ее на все более высокий уровень. В 1520—1570 годах появилась серия законов, направленных на ограничение прав и привилегий боярства в пользу «служилого сословия». Это в основном касается землевладения. Начинается процесс постепенного сращивания вотчины и поместья, как в служебном плане, так и в правовом. Все землевладельцы независимо от размера своих владений становились служилыми людьми государства. Тогда и бояре становятся дворовыми слугами и дворяне землевладельцами на равных правах. Дальнейшие шаги на пути ограничения политической роли боярства и боярской думы в целом это опричнина. Рядом с земельными перемещениями шли опалы, ссылки и казни, обращенные, прежде всего на тех же княжат, то уверимся, что в опричнине Грозного произошел полный разгром удельной аристократии. Правда, она не была истреблена «всеродно», поголовно: вряд ли это и входило в политику Грозного, как склонны думать некоторые ученые, но состав ее значительно поредел, и спаслись от гибели только те, которые умели показаться Ивану Грозному политически безвредными, как Мстиславский с его зятем «великим князем» Симеоном Бекбулатовичем, или же умели, как некоторые князья — Скопины, Шуйские, Пронские, Сицкие, Трубецкие, Темкины, — заслужить честь быть принятыми на службу в опричнину. Политическое значение класса было бесповоротно уничтожено, и в этом заключался успех политики Грозного. Тотчас после его смерти сбылось то, чего при нем так боялись бояре-княжата: ими стали владеть Захарьины да Годуновы. К этим простым боярским семьям перешло первенство во дворце от круга людей высшей породы, разбитого опричниной. Период Смуты многие историки рассматривают, как попытку боярства ограничить власть. Подобные предположения слабо аргументированы. Скорее всего, это была попытка самосохранения и защиты своего имущества на данном переломном этапе. После смерти Федора Иоанновича бояре требовали присяги на имя Боярской думы. Впрочем, вся новость таких попыток боярства заключалась лишь в том, что допущение бояр к участию во власти становилось для царя обязательным формально. С первой половины XVI в. великий князь начал вводить в думу людей «худородных» — простых дворян, которые и получили титул думных дворян, что тоже превратилось в чин. Ко времени борьбы с боярским элементом относится появление в думе и думных дьяков. При усилении письменного делопроизводства естественно было ожидать и появления канцелярии при думе. Лишь в производстве в думные дворяне и думные дьяки воля государя ничем не стеснялась. В думные дьяки производились из дворян, гостей и подьячих. Все это способствовало отходу от чисто аристократической Думы, теперь «служилые люди» стали неотъемлемой частью думских заседаний. Но эта тенденция имела продолжение и еще большее развитие, т. е. число бояр в Думе постепенно уменьшалось. Этот факт один из основополагающих факторов потери политической власти бояр и выдвижение на первый план «служилых людей», нового сословия дворянства. Еще одним ударом по боярству является отмена местничества. К этому времени феодальная аристократия понесла столько потерь в своем генеалогическом составе, так разбилась, растворяясь в массе дворянства, что стало трудно поддерживать местнический порядок, высчитывать отечество каждого, и в конце века сами наличные остатки боярства принуждены были согласиться с отменой местничества. Здесь необходимо отметить, что боярство XVII века это не боярства времен Ивана Грозного, которое было родовито, экономически благополучно. К этому времени сохранились лишь остатки боярского сословия, так называемые «худородные» фамилии. Так не боярство умерло потому, что осталось «без мест», чего оно боялось в XVI в., a «места» исчезли потому, что умерло боярство и некому стадо сидеть на них. Прекратила свое существование главная опора первенствующего положения знати в правительстве Московского государства. С отменой местничества значение Боярской думы окончательно падает. Царская власть, эволюционировавшая в сторону абсолютизма, уже не нуждалось в сословном учреждении, являвшемся цитаделью крупной феодальной аристократии. На этом фоне выделяется дворянство, которое во многих правах было уравнено с боярством, а кое-где и значительно выигрывало. Земельное хозяйство дворянина было построено на труде зависимых от него крестьян. Находясь в такой политической и экономической обстановке, дворянство в XVII в. достигает ряда улучшений в своем быте. С одной стороны, с вымиранием и упадком старого боярства верхним слоям дворянства открывается доступ к высшим государственным должностям. Во второй половине XVII в. многие первостепенные правительственные лица выходят из рядов простого дворянства (Ордин-Нащекин). С другой стороны, экономическое положение дворянства лучше обеспечивается: законодательным путем крестьянство окончательно прикрепляется к земле и лицу землевладельца. (Уложением крестьяне прикрепляются окончательно к земле; в 60-х годах XVII в. побег крестьянина считается преступлением и за него назначается законная кара, а практика в течение всего XVII века развивает обычай, показывающий, что крестьянин прикреплен не только к земле, но и к лицу владельца; этот обычай — продажа крестьян без земли). Вместе с тем права дворян на поместья постоянно растут, расширяется право распоряжения поместьем, поместье делается наследственным владением и очень сближается с наследственной собственностью — вотчиной. Наконец, военная служба перестает быть исключительно повинностью дворян, образуется солдатское войско (рейтарские, драгунские и солдатские полки), состоящие из иностранцев и русских людей низших классов, в этом войске дворяне являются офицерами, и этим войском часто заменяются дворянские ополчения. Петр Великий уже застает дворянство в качестве высшего класса русского общества, из которого выходит весь состав высшей и низшей администрации. Прежний же высший класс — боярство — не дожил до Петра в старом родовитом составе и правительственном значении. Петру не пришлось бороться с «сильным» боярством, как Ивану Грозному (хотя меры принимаемые Петром некоторые историки считают второй опричниной). Боярская Дума, как узкий сословный совет, утрачивает свое значение, чтобы в начале XVIII века исчезнуть в потоке времени. Здесь нет преувеличения — никакого указа о ликвидации Боярской думы не сохранилось, а скорее всего, его даже и не было. Петр поставил Думу в безвыходное положение, прекратив пожалования в думные чины. Боярство поглощается и объединяется в служилый люд «по отечеству» и получает в законодательстве Петра одно общее название, притом двойное, польское и русское: его стали звать шляхетством или дворянством. А вместо Боярской думы в 1711 г. был создан новый орган — Сенат. Таким образом, можно выделить несколько основных причин падения боярства. Прежде всего, низкий уровень сословной солидарности обусловлен доминированием «служебного» принципа рекрутирования: члены «служебной» элиты рассматривают друг друга в качестве конкурентов в борьбе за первенство в Думе (местнические споры). Другой причиной слабой сплоченности элиты были меры верховной власти, направленные на деконсолидацию правящего слоя. И это произошло из-за неэффективности правящей элиты в противостоянии с верховной властью. Следствием этого является проникновение в состав Думы «чуждых» элементов, что в последующем и предрешит судьбу боярства и Боярской думы.

Список литературы:

1. Альшиц Д. Н. Начало самодержавия в России: государство Ивана Грозного. Л., 1988.

2. Анисимов Е. В. Время петровских реформ. Л., 1989.

3. Базилевич К. В., Богоявленский С. К., Чаев Н. С. Царская власть и Боярская дума // Очерки истории СССР. Период феодализма. XVII в. М., 1955. С. 49 — 58.

4. Брикнер А. Г. История Петра Великого: В 2 т. Т. 2. М 1996.

5. Буганов В. И. Афанасий Лаврентьевич Ордин-Нащекин // Вопросы истории. 1996. № 3. С. 60 — 81.

6. Быстренко В. И. История государственного управления и самоуправления в России. М., 1997.

7. Карамзин Н. М. Записка о древней и новой России. СПб., 1914.

8. Ключевский В. О. Боярская дума древней Руси. М., 1994.

9. Ключевский В. О. Сочинения том II. Курс русской истории часть 2. М., 1957.

10. Кобрин В. Б. Власть и собственность в средневековой России. М., 1985.

11. Коваленко Г. Печальная выгода Смутных времен // Родина. 1994. № 4. С. 45 — 49.

12. Костомаров Н. И. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей. М.: Мысль, 1993.

13. Котошихин Г. О московском государстве [Электронный ресурс], Интернет-портал «Библиотека Гумер» — Режим доступа: http: //www. gumer. info/bibliotek_Buks/History/kotosh/index. php, свободный. — Загл. с экрана.

14. Носов Н. Е. Становление сословно-представительных учреждений в России. Л., 1969.

15. Павлов А. П. Земельные переселения в годы опричнины // История СССР. 1990. № 5. С. 89 — 104.

16. Платонов С. Ф. Очерки по истории Смуты в Московском государстве XVI—XVII вв. М., 1937.

17. Пресняков А. Российские самодержцы. М., 1990.

18. Садиков П. А. Очерки по истории опричнины. М., 1950.

19. Скрынников Р. Г. Василий III; Иван Грозный. М., 2008.

20. Скрынников. Россия в начале XVII в. «Смута». М., 1988.

21. Соловьев С. М. История России с древнейших времен. М., 1960. Кн. II. Т. 3 — 4.

22. Соловьев С. М. О местничестве. М., 1951.

23. Татищев В. Н. История Российская. Т. VII. Л., 1968.

24. Эскин Ю. М. Местничество в России XVI—XVII вв.: Хронологический реестр. М., 1994.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой