Проблема смысла жизни человека в классической и современной философии

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Философия


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Министерство образования Республики Беларусь

Учреждение образования

«Белорусский государственный университет транспорта»

Кафедра «Философия, история, политология»

РЕФЕРАТ

по дисциплине «Философия и методология науки»

«Проблема смысла жизни человека в классической и

современной философии"

2013

Оглавление

смысл жизнь бытие любовь

Введение

1. Смысл жизни как философская проблема

1.1 Понятие смысла жизни. Цель жизни. Поиск смысла жизни. Судьба

человека

2. Проблема смысла жизни в классической философии

2.1 Категорически — императивный смысл жизни по И. Канту

2.2 Познание абсолютного духа Г. Гегеля как смысл человеческой жизни

2.3 Деятельность человека как смысл жизни по И. Г. Фихте

2.4 Л. А. Фейербах о любви как вечном смысле человеческого бытия

3. Проблема смысла жизни в современной философии

3.1 Смысл бытия Мартина Хайдеггера

3.2 «Пограничные ситуации» Карла Ясперса как ключ к раскрытию экзистенции

3.3 Смысл жизни современного человека

Заключение

Список использованных источников

Аннотация

Введение

Одной из традиционных проблем философии является определение места человека в жизни, смысла его бытия.

Актуальность темы исследования связана с тем, что вопрос о смысле и цели жизни находится в центре социального и индивидуального сознания здравомыслящих людей на протяжении многих веков. Вопросы о смысле жизни задавали и задают люди до сих пор, выдвигая соперничающие между собой гипотезы, философские, теологические и религиозные объяснения. Потребность искать, находить, понимать и переживать смысл своего бытия в ряду себе подобных и других существ является основой духовного бытия человека. При этом важно, что проблема не ограничена обретением смысла жизни, человек еще должен его осуществить 11, с. 3.

Цель исследования состоит в выявлении специфики смысла жизни человека в XVIII? XIX вв., а также в условиях глобальных проблем современности (XX в). Представленная цель конкретизируется и достигается в решении взаимосвязанных задач исследования, среди которых следующие:

привести определение понятиям «смысл жизни», «цель жизни», а также выявить их различия, описать поиск смысла жизни человеком, отразить взаимосвязь смысла жизни с судьбой;

рассмотреть понимание смысла жизни в классической немецкой и современной западной философии;

описать смысл человеческого существования в современном мире.

Тема реферата является приоритетным направлением, которое развивается в соответствии с современными реалиями и продолжает мировую историю философии.

Согласно данной работе, проблема смысла жизни подвергалась исследованию в немецкой классической и современной западной философии. Философы XVIII? XIX вв. и XX в. произвели огромную работу по обоснованию своих концепций и решению проблемы смысла жизни. Данный реферат выполнялся на основании трудов И. Канта? «Основы метафизики нравственности», Г. Гегеля? «Феноменология духа», И. Фихте? «Факты сознания. Назначение человека. Наукоучение», Л. Фейербаха? «Мысли о смерти и бессмертии», «Сущность христианства», М. Хайдеггера? «Бытие и время», К. Ясперса? «Духовная ситуация времени».

Глава 1

Смысл жизни как философская проблема

Смысл жизни человека — философские размышления о цели и предназначенности такого дара человека, как жизнь. Смысл жизни? осознаваемая ценность, которой человек подчиняет свою жизнь, ради чего ставит и стремится осуществить заданные им цели в зависимости от событий и обстоятельств, влияющих на бытие. Вместе с тем это регулятивное понятие, помогающее человеку достойно и осмысленно прожить свои годы. В любой развитой мировоззренческой системе существуют свои представления о том, что такое жизнь и каков ее смысл 6, с. 3.

1.1 Понятие смысла жизни. Цель жизни. Поиск смысла жизни. Судьба человека

Смысл жизни? философская и духовная проблема, имеющая отношение к определению конечной цели существования, предназначения человечества, человека как биологического вида, одно из основных мировоззренческих понятий, имеющее огромное значение для становления духовно-нравственного облика личности.

Вопрос о смысле жизни также может пониматься как субъективная оценка прожитой жизни и соответствия достигнутых результатов первоначальным намерениям, как понимание человеком содержания и направленности своей жизни, своего места в мире, как проблема воздействия человека на окружающую действительность и постановки человеком целей, выходящих за рамки его жизни. В этом случае подразумевается необходимость найти ответы на следующие вопросы:

«В чём состоят жизненные ценности?»;

«Что является целью (чьей-то) жизни?» (либо наиболее общей целью жизни человека как такового, человека вообще);

«Зачем (для чего) мне жить?"[18].

Рассматривая данный вопрос, следует четко различать понятия «смысл жизни» и «цель жизни». Когда перед человеком стоит цель стать, например, врачом, ученым, инженером, то в этом еще нет ответа на беспокоящий его вопрос о смысле жизни (во всяком случае, ответ ощущается им лишь интуитивно, в чисто эмоциональном ключе). Человек в своих размышлениях идет дальше: для чего нужно стать врачом, инженером, ученым? Таким образом, если цель указывает на то, к чему человек стремится, то смысл жизни говорит о том, во имя чего он это делает.

Цель «задает» целостность деятельности. Если это цель жизни, то она определяет целостность жизни. У человека, не имеющего цели жизни, и жизнь не реализуется как органическое целое в биосоциальном, т. е. человеческом смысле. «Жизнь без цели — человек без головы» — гласит народная мудрость.

Не всякий человек ставит перед собой цель жизни, но если ставит, то этим человек полагает ее как целенаправленную деятельность.

В реальной жизни существует целое дерево целей. Цель жизни — это главная или общая цель жизни. Помимо нее существуют либо подчиненные, промежуточные, либо побочные цели.

Подчиненные и промежуточные цели — это цели, осуществление которых открывает путь к главной цели жизни, приближает к ней.

Побочные или параллельные цели — это цели, которые формируют всю «кухню» жизни, обусловливают полноценное гармоническое развитие человека. В своей сумме они не менее важны, чем главная цель жизни (например, цель укрепить здоровье средствами физической культуры, построить дом, различные увлечения, хобби). В некоторых ситуациях возникает конфликт между главной целью жизни и побочными целями. Этот конфликт может завершиться либо победой главной цели жизни, либо победой побочных целей.

Главная цель жизни — это цель, осуществление которой оправдывает жизнь человека в целом, как личности, субъекта, стоящего где-то наравне с обществом, осознающего свои цели как цели человека вообще или цели того или иного сообщества людей. В главной цели жизни по логике вещей сливаются воедино стремления человека как индивидуума и цели общества.

Проблема определения цели жизни близка к проблеме выбора профессии. Более того, первая является, как правило, продолжением второй. В формировании цели жизни «участвуют» и случайность, и необходимость, и внешние обстоятельства, стимулы, и внутренние побуждения, мотивы.

В некоторых случаях бывает и так, что человек не останавливается на выборе какой-то одной цели жизни (яркий пример: две жизни А. П. Бородина как композитора и химика).

Если цель поставлена, то она становится законом деятельности, категорическим императивом, необходимостью, которой человек подчиняет свою волю.

Таким образом, можно видеть две стороны сознательной жизнедеятельности: целеполагание (поиски цели, выбор цели) и целенаправленность (целеустремленность, движение к цели, вернее, от цели к результату). Обе стороны важны для человека в равной степени.

Отдавая отчет в важности цели и связанных с ней целеполагания и целеустремленности, не следует, однако, абсолютизировать ее. Жизнь в некотором смысле есть единство цели и бесцельности, т. е. единство организованности и неорганизованности, труда и отдыха, напряжения и расслабления. Бесцельность реализуется прежде всего в том, что наряду с главной целью жизни существует множество побочных целей. Поиск и реализацию побочной цели (и вместе с тем отвлечение от главной цели) можно интерпретировать как бесцельность. Говорят же, что нельзя все время работать, думать об одном, что нужно отвлечься, развлечься, отдохнуть, снять напряжение, переключиться на другой род деятельности. Не случайно современный человек все больше внимания уделяет побочным занятиям, хобби, интуитивно сознавая, что напряжение труда, главной цели, главного дела жизни может просто уничтожить его.

Нужно также иметь в виду, что жизнь человека не всегда протекает на уровне целеполагания и реализации целей. Человек может совершать целесообразные действия, минуя стадию целеполагания, чисто инстинктивно, безотчетно. Например, потребность в отдыхе, сне может «реализоваться» в виде цели (поисков ночлега и т. п.) или непосредственно — человек незаметно для себя уснул в метро. Или такой пример: когда человек случайно касается рукой горячего предмета, то он отдергивает ее — здесь совершено целесообразное действие, но нет целеполагания и сознательного стремления к цели.

Когда возникает необходимость целеполагания? Вероятно тогда, когда между потребностью и ее удовлетворением имеется какое-то препятствие (не очень большое, но и не очень маленькое) или для удовлетворения потребности нужно совершить сложные ориентировочные действия [1, с. 75].

Что же касается вопроса о поиске смысла жизни, то стремление к нему свойственно всем людям? это врожденное и естественное качество, заложенное в каждом из нас. Часто оно так и остается глубоко запрятанным в подсознании, и нам бывает трудно объяснить и четко сформулировать, к чему, собственно, мы стремимся и что хотим понять. Поиск каждым человеком смысла является главной силой его жизни, а не «вторичной рационализацией» инстинктивных влечений. Когда в поступках и действиях человека нет смысла то, это автоматически сказывается на качестве самой его жизни. Отсутствие смысла жизни или невозможность его реализовать порождает у человека состояние экзистенциального вакуума, невроза, связанных с апатией, депрессией и утратой интереса к жизни.

Смысл жизни доступен любому человеку, независимо от пола, возраста, интеллекта, образования, характера, среды и религиозных убеждений. Однако накопление смысла — это вопрос не познания, а призвания. Не человек ставит вопросы о смысле своей жизни, а жизнь ставит этот вопрос перед ним, и человеку приходится ежедневно и ежечасно отвечать на него не словами, а действиями. Смысл не субъективен и человек не изобретает его, а находит в мире и объективной действительности. Именно поэтому он выступает для человека как императив, требующий своей реализации.

Австрийский психолог В. Франкл вводит представление о ценностях, что позволяет обобщить возможные пути, посредством которых человек может сделать свою жизнь осмысленной. Во-первых, с помощью того, что мы даем жизни (в смысле нашей творческой работы). Во-вторых, посредством того, что мы берем от мира (в смысле переживания ценностей). И, в-третьих, благодаря позиции, занимаемой нами по отношению к судьбе, которую мы не в состоянии изменить. Соответственно этому мнению выделяются три группы ценностей: ценности творчества, ценности переживания и ценности отношения.

Осуществление смысла жизни является для человека императивной необходимостью по причине конечности, ограниченности и необратимости бытия человека в мире, невозможности отложить что-то на потом, неповторимости тех возможностей, которые представляет человеку каждая конкретная ситуация. Смысл уникален и специфичен потому, что он должен быть и может быть осуществлен только самим человеком и только тогда, когда он достигает понимания того, что могло бы удовлетворить его собственную потребность в смысле. Человек способен жить и даже умереть ради спасения своих идеалов и ценностей. Таким образом, осуществляя смысл своей жизни, человек осуществляет тем самым себя.

Рассматривая проблему смысла жизни человека, необходимо отметить совокупность всех событий и обстоятельств, которые в первую очередь влияют на бытие человека, народа (судьба).

Представления о смысле жизни складываются в процессе деятельности людей и зависят от их социального положения, содержания решаемых проблем, образа жизни, миропонимания, конкретной исторической ситуации. В благоприятных условиях человек может видеть смысл своей жизни в достижении счастья и благополучия. Во враждебной среде существования, жизнь может утратить для него свою ценность и смысл.

Свои попытки отличить возможное от невозможного, желаемое от действительного, вероятное от неизбежного человек воплотил в образе судьбы.

Жизнь человека — это материал, в который судьба воплощает свои веления, это «эмпирия судьбы». Способ действия судьбы, ее воплощения человеческой жизни могут быть различны.

Судьба может действовать как абсолютная предрешенность всех событий человеческой жизни, всех его поступков: то, что случилось, обязательно должно было случиться. Или же по-другому: то, что с тобой произойдет, произойдет обязательно. Именно так судьба понимается в сказке, где герой может увидеть в волшебном зеркале весь ход своей будущей жизни.

Судьба может рассматриваться и как основная тенденция жизни, которая пробивает себе дорогу сквозь путаницу случайностей, прихотливость человеческих действий. Лучше всего такая форма бытия судьбы проявляется в судьбе как характере человека [17].

В образе судьбы воплощаются разные формы переживания человеком ограниченности своей свободы. По словам еврейского философа М. Бубера, «свобода и судьба вверены друг другу и объемлют друг друга…"[2, с. 102]. Можно с покорностью принять свой жребий, можно попытаться обмануть судьбу, открыто с ней сразиться, познать ее. Но все попытки выстроить свой жизненный путь как бы в стороне от дороги судьбы обычно заканчиваются неудачей. В самом основном вопросе взаимоотношений человека с судьбой (в вопросе о возможности ее преодоления) уже содержится оценка судьбы как несчастья. В конечном итоге все попытки преодолеть судьбу — это неприятие бытия, борьба с небытием. Полная предрешенность человеческого бытия есть небытие: все чуждое мне, не зависящее от меня — это не я, не мое бытие, небытие. Неслучайно тема смерти неотделима от темы судьбы [2, с. 103].

С точки зрения небытия все события жизни оказываются неважными, несущественными. Основная задача судьбы-небытия, противостоящей человеку,? поглотить его. Поэтому смерть — единственное значительное «судьбоносное» событие. То, что происходит в промежутке между рождением и смертью (сама жизнь) неважно, призрачно с точки зрения небытия. Все события сжимаются до непространственной точки на нити жизни.

Приняв точку зрения «небытия», покорившись судьбе, человек воспринимает свою жизнь не иначе, как абсолютную бессмыслицу, где все события равнозначны или не имеют значения. В этом случае жизненный путь человека не освещен целью и высшими ценностями. Судьба как небытие лишает бытие осмысленности. Жизнь как осмысленное и завершенное целое перестает существовать: это не мной задуманная жизнь, не я ее автор.

Лишь одно чувство нежелания покориться судьбе и сохраняет ту грань, которая отделяет небытие от бытия. Сам гамлетовский вопрос: быть или не быть, склониться или сразить ее в противоборстве — уже форма утверждения бытия[17].

Стремление обмануть судьбу, «игра» с судьбой незаметным образом меняет характеристики самой судьбы? она «очеловечивается». Человеку противостоит уже не судьба как слепой и неотвратимый рок, а судьба-случай. Случай -это «псевдоним свободы». С такой судьбой-случаем можно договориться, ее можно обмануть. Человек пререкается с судьбой. Ощущение предрешенности в этом случае теряется, исчезает трагический налет во взаимоотношениях человека и его судьбы. «Фортуну можно пинать ногами, как женщину,? писал Макиавелли,? она так же капризна и своенравна» [5, с. 55]. Наконец, сам человек может взять на себя роль судьбы-случая. «Мужем рока» назвал Наполеона Лермонтов, о Ленине как «человеке судьбы» писал Н. Бердяев. Трагическое противостояние бытия — небытия исчезает. Судьба оказывается материалом, которому человек своими деяниями придает желаемую форму. Жизненный путь и судьба меняются местами: человек своими делами, своими руками создает собственную судьбу. Судьбу-случай человек своими удачными и хитроумными действиями превращает в судьбу как замысел человека о самом себе.

Так обнаруживается второй основной смысл понятия судьбы. Судьба — это не только внешняя обусловленность человеческой жизни, но и связанность, завершенность человеческого бытия, его «логика». Так понимаемая судьба уже не тождественна несчастью, она может быть и счастливой.

Судьба не рудимент древнего мировоззрения — это необходимый элемент нашего духовного мира, своеобразный символ взаимоотношений человека с миром. Судьба оказывается элементом самого нашего бытия: человек совершает определенные действия по отношению к судьбе: борется с ней, подчиняется, смиряется, играет. Это не борьба с фикцией, человеческие представления о судьбе, включенные в реальную жизнь, приобретают модус, качество реальности. Судьба символизирует тот аспект действительности, который является для человека жизненно важным. Другими словами, такие явления, как смерть, время, вечность, свобода, человек не может освоить иначе, как в форме судьбы. Судьба, следовательно, необходимый элемент человеческого «жизнеустроения», жизненного мира, в котором действительность дана вместе с ее осознанием. Это не мир теоретика, это мир человеческих поступков, выборов, решений.

Разные представления о судьбе — как в неотвратимом роке, логике характера, внутренней завершенности человеческого бытия, замысле человека о самом себе по-разному реализуются в различных жизненных мирах.

Жизненный мир не имеет строгих контуров, четкой и осознанной смысловой структурированности, это некая духовно-материальная целостность, в которой образ мира не отделен от своего прообраза.

Основная его черта — ясное осознание цели, и тем самым осознание себя, своих потребностей. Весь естественный мир непосредственной жизненности как бы воссоздается, конструируется заново, рационализируется. Умственный взор человека обращается на себя самого. В результате исходные, витальные потребности теряют свою непосредственность, корректируются, «подправляются» и тем самым угасают, пропущенные сквозь горнило разума. Возникает второе противоречие — в отношении индивида к самому себе.

Так на первый взгляд простое отношение, лежащее в основе мира цели, открывает целый спектр возможных способов бытия в этом мире: от фанатичного стремления к достижению цели, подчиняющей себе человека целиком, не позволяющей задуматься, остановиться, оглянуться, до разросшегося до размеров всей Вселенной сомнения, погружения в бесконечные поиски оснований собственной жизни, парализующего всякую целенаправленную деятельность.

Мир цели несет в себе зерна саморазрушения, он так же опасен для человека, как и мир непосредственной жизненности.

Предполагаемый день исполнения всех желаний неизбежно должен оказаться днем исчезновения человеческой индивидуальности, всего того, что человек приобрел в процессе движения к цели. Недаром образ смерти, ждущей человека в конце его жизненной дороги, ведущей к исполнению желаний, так характерен для европейской культуры. Главным условием отстаивания себя оказывается недостижимость цели, постоянное движение к ней как заранее обреченная на провал попытка соединить мир человеческой субъективности и внешний мир. Человек постоянно находится между двумя необходимостями, ускользая от тисков судьбы. Чем масштабнее цель, тем разрушительнее для человека ее исполнение. Остановка — также гибель, крушение мира, в основании которого лежит деятельность по движению к цели [17].

Глава 2

Проблема смысла жизни в классической философии

Немецкая классическая философия XVIII? XIX вв. занимает особое место в истории мировой философской мысли. Творческое наследие таких мыслителей, как И. Кант, Г. Гегель, И. Фихте, Л. Фейербах имеет большое значение. Прежде всего, с немецкими философами этого периода времени связано в высокой степени развитое философское самосознание — новый уровень понимания смысла и назначения философского знания, его мировоззренческой и методологической специфики. Нравственная жизнь человека по И. Канту; саморазвитие, самопознание некоего мирового духа, абсолютной идеи Г. Гегеля; деятельность человека по И. Фихте, истинная любовь Л. Фейербаха представляют смысл человеческого бытия, о котором наиболее подробно описано в данной главе[15].

2.1 Категорически — императивный смысл жизни по И. Канту

Идея смысла жизни как долга нашла свое полное выражение в философии Канта. Цель или смысл жизни, по Канту,? жить нравственно, т. е. поступать всегда в соответствии с нравственным законом. Закон же этот, называемый по-другому категорическим императивом, формулируется следующим образом: «Поступай так, чтобы максима твоей воли всегда могла быть вместе с тем и принципом всеобщего законодательства"[16, с. 23]. Любой индивидуальный и конкретный поступок, если только он претендует на нравственное качество, должен мыслиться под углом зрения этого универсального законодательства, быть в сущности своей моральным прецедентом или образцом для всех поступков подобного рода. Иными словами, каждый индивид должен поступать так, чтобы правило его личного поведения могло стать правилом поведения для всех.

Нравственно? это когда-то, что делаю лично я, могли бы делать, повторить за мной миллионы других, вообще все люди, и жизнь при этом не только не расстроилась бы, а, наоборот, сделалась бы более человечной. Почему, например, следуя кантовскому категорическому императиву, нельзя лгать? Да потому, что если я стану врать, если вы будете врать, если все вдруг сделаются лгунами, то человеческая коммуникация окажется невозможной, совместная общественная жизнь просто развалится.

Категорический императив всеобщ и необходим. Он не только предшествует нравственному опыту, нравственному поведению, но впервые только и делает его возможным. Нравственный закон в форме категорического императива дается человеку его разумом. Он уходит своими корнями в свободно творческое волеизъявление человека. У человека есть фундаментальный долг — быть человеком.

Кантовский категорический императив имеет также другую формулировку: «Поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своем лице, и в лице всякого другого также как к цели и никогда не относился бы к нему только как к средству"[16, с. 26].

Таким образом, речь идет о важности и необходимости видеть в каждом отдельном человеке представителя рода человеческого, признавать в человеке именно человека и не использовать его в качестве средства или условия решения узко прагматических задач, достижения определенно эгоистических целей. Рассматривать того или иного индивида в качестве человека? значит, уважать в нем его человеческое достоинство, видеть в нем хотя бы в тенденции, принципиальной возможности свободную личность, самоцельное существо. Человек самоцелен, также как и добро, которое он творит. Добро можно делать только ради добра, а не в виду какой либо выгоды, пользы, других сторонних соображений.

Рассмотренные варианты смысла жизни, задаваемые жизнью разума, долгом, из него извлекаемым, имеют ряд привлекательных черт. Они обеспечивают в определенной мере глубинный покой души, развивают и укрепляют моральные силы человека, возвышают его духовно, что особенно важно в наш нравственно далеко не благополучный век. Они ведут также к углубленному пониманию мира, обстоятельств и людей, с которыми связана повседневная жизнь каждого из нас. Наконец, они выявляют и убедительно подтверждают несокрушимость свободного начала в человеческом бытии, свободу выбора, свободу воли человека.

Оцениваемые здесь формы смысла жизни не лишены и внутренних противоречий. Согласно кантовской концепции ситуация конфликта двух или более обязанностей решается следующим образом. Предположим, вы обещали одному человеку держать какую-то информацию в секрете, а другой просит вас открыть ее ему, быть искренним, правдивым. По категорическому императиву Канта, вы обязаны и держать слово-обещание, и говорить всегда правду. В предлагаемой ситуации, однако, два этих долга с очевидностью исключают друг друга[16, с. 34].

В итоге, категорический императив И. Канта призывает человека жить нравственно, согласно законам, и только тогда человек обретет смысл своего бытия.

2.2 Познание абсолютного духа Г. Гегеля как смысл человеческой жизни

Наиболее глубокую и всестороннюю разработку диа-лектического метода мышления и миропонимания в клас-сической немецкой философии осуществил Георг Виль-гельм Фридрих Гегель.

Согласно Гегелю, в основе мира лежит идеальное нача-ло? абсолютная идея, которая представляет собой суб-станцию мира, универсум во всей его полноте. Она содер-жит в скрытом, «свернутом» виде все возможные определения природных, общественных и духовных явлений. В процессе саморазвития она проходит стадии в виде дви-жения от абстрактно-общих определений к определе-ниям, обогащенным конкретным содержанием.

Первым этапом самораскрытия абсолютной идеи являет-ся логика (учение о бытии, сущности, понятии).

Второй этап саморазвития абсолютной идеи? природа (рассматривает механику, физику и органику).

Абсолютная идея получает свое завершение в сфере развития духа. Философия духа раскрывается через субъективный дух (личность), объективный дух (семья, гражданское общество, государство) и абсолютный дух (искусство, религия и философия) [3, с. 57].

Философия субъективного духа распадается на антропологию, предметом анализа которой является человеческая душа в ее «природном», еще неокрепшем существовании, феноменологию, анализирующую историю сознания в его продвижении через самосознание к разуму (в широком смысле), а также психологию, рассматривающую иерархию душевных способностей, от чувственности до практического разума.

Философия объективного духа изучает формы социального бытия человека. Исходное понятие этой части философии духа? тождественная с практическим разумом свобода, объективирующаяся в собственности. Собственность предполагает систему права. Субъективное осознание права, рассматривающееся в противопоставлении ему, Гегель называет моралью. Синтез морали и права? нравственность. Элементарной ячейкой нравственности оказывается семья. Целью существования семьи является рождение ребенка, который со временем создает собственную семью. Множественность семей образует «гражданское общество» как сферу «частных интересов». Для их упорядочения возникают различные корпорации и полиция. Гражданское общество не является для Гегеля высшей формой социальной жизни. Таковой он считает государство. Государство выражает единство устремлений народа. Его устройство должно отражать эту особенность. Наилучший вариант? монархия. Гегель считал прусскую монархию близким к идеалу государством. Он полагал, что всякое государство имеет собственные интересы, которые выше интересов отдельных граждан. В случае внутренней необходимости оно может вступать в войну с другими государствами, которую Гегель считал естественным явлением в истории. Гегель абсолютизировал роль государства по отношению к личности, и писал, что «вся ценность человека, вся его духовная действитель-ность существует исключительно благодаря государ-ству» [20, с. 44].

Мировой дух как предмет субъективной рефлексии, т. е. единство субъективного и объективного духа, становится абсолютным духом. Существуют три формы абсолютного духа: искусство, религия и философия.

Искусство выражает абсолют в чувственных образах, религия — в «представлениях», философия? в спекулятивных понятиях. Философию Гегель считает наиболее адекватным способом познания абсолюта. Искусство, согласно Гегелю, бывает «символическим», когда образ и предмет лишь внешним образом относятся друг к другу, «классическим», когда они гармонично сочетаются, и «романтическим», когда у художника возникает понимание невыразимости идеи в образах. Высшей формой искусства, по мнению Гегеля, является классическое искусство, нашедшее совершенное выражение в античной культуре (кстати, Гегель очень ценит и античную философию, особенно греческую). Самой адекватной формой религии Гегель считает христианство, «абсолютную религию». Гегель внес значительный вклад в христианскую теологию, пытаясь дать новое обоснование важнейших догматов христианства и оспаривая кантовскую критику доказательств бытия Бога. Что же касается философии, то итоговой системой философии он называет собственный «абсолютный идеализм». Гегель уверен, что вся история философии представляет собой последовательное раскрытие содержания абсолюта. Смена философских систем в идеале соответствует «последовательности выведения логических определений идеи». По его мнению, нет ложных философских систем, есть лишь более или менее адекватные теории абсолюта. Философия имеет также важное социальное значение. Гегель говорит, что она «есть ее эпоха, схваченная в мысли» [20, с. 63].

Следует отметить, что абсолютный дух находит свое воплощение и в истории, где проходит свое самораскрытие, прогрессивное движение человечества к осознанию свободы. На этом пути человечество прошло несколько важных стадий. В восточных деспотиях был свободен только один (монарх), в греко-римском мире? некоторые (граждане), в германском же мире, приходящем с воцарением христианства, свободны все. История развивается помимо воли людей. Они могут преследовать собственные интересы, но «хитрость мирового разума» направляет вектор движения в нужную сторону. В каждый период истории мировой дух выбирает для реализации своих целей какой-то определенный народ, а в этом народе? выдающихся людей, как бы воплощающих смысл эпохи. Среди таких людей Гегель упоминал Александра Македонского и Наполеона [20, с. 77].

Таким образом, по мнению Гегеля, смысл человеческой жизни состоит в саморазвитии, самопознании некоего мирового духа, абсолютной идеи. В абсолютном духе идея знает бытие во всем многообразии его определений и осуществляется совпадение мышления и бытия. Дух является той же абсолютной идеей, но обогащенной в ходе своего диалектического развития. Дух воплощается не только в сознании, но и в различных формах отноше-ний людей. Paзвитие «мирового духа» есть взаимное «опосредование» понятий, их переход (скачок) друг в друга, движение (через борьбу противоположностей), отрицание отрицания.

2.3 Деятельность человека как смысл жизни по И. Г. Фихте

Субъективно-идеалистическая философия Фихте имела большое влияние среди ведущих философов его времени.

По Фихте, из чистого Я трансцендентальной апперцепции должна быть выведена не только форма знания, но и все его содержание. А это значит, что кантовский трансцендентальный субъект тем самым превращается в абсолютное начало всего сущего? абсолютное Я, из деятельности которого должна быть выведена вся полнота реальности, весь объективный мир, именуемый Фихте «Не? Я». Таким образом, понятый субъект по существу встает на место божественной субстанции классического рационализма.

Для понимания субъективного идеализма Фихте следует помнить, что он исходит из кантовского трансцендентализма, т. е. обсуждает проблему знания, а не бытия. Главный вопрос кантовской «Критики чистого разума»? как возможны синтетические априорные суждения?" (научное знание) [4, с. 235]? остается центральным и у Фихте. Поэтому он называет свою философию «учение о науке» («наукоучением»). Наука, согласно Фихте, отличается от ненаучных представлений благодаря своей систематической форме. Однако систематичность? необходимое, но не достаточное условие научности знания. Истинность всей системы базируется на истинности ее исходного основоположения. Это последнее, как говорил Фихте, должно быть непосредственно достоверным (очевидным). Очевидность, с точки зрения немецкого философа,? главный критерий истины. Такое самоочевидное положение должно составлять фундамент человеческого сознания, источника и носителя всего остального знания.

Как в свое время Декарт в поисках самого достоверного принципа обратился к нашему Я («мыслю, следовательно, существую»), так же точно поступает и Фихте. Самое достоверное в нашем сознании, говорит он,? это самосознание: «Я есмь», «Я есмь Я» [9, с. 454]. Акт самосознания? уникальное явление. По словам Фихте, он есть действие и одновременно продукт этого действия, т. е. совпадение противоположностей? субъекта и объекта, ибо в этом акте Я само себя порождает, само себя полагает.

Действие, которым Я рождает само себя, есть, согласно Фихте, деяние свободы. Поэтому и суждение «Я есмь»? не просто констатация некоторого наличного факта, как, например, суждение «роза красна», а как бы ответ на призыв, на требование? «будь»? сознай свое Я, сознай его как некую автономную реальность актом осознания? порождения и тем самым войди в мир свободных, а не просто природных существ. Это требование апеллирует к воле, а потому в суждении «Я есмь Я» выражается та самая автономия воли, которую Кант положил в основу этики. Философия Канта и Фихте? это идеализм свободы, этически ориентированный идеализм.

В абсолютном Я Фихте теоретическое и практическое начала совпадают, и природа оказывается лишь средством для осуществления человеческой свободы, утрачивая тот остаток самостоятельности, который она имела в философии Канта. Активность, деятельность абсолютного субъекта становится у Фихте единственным источником всего сущего. Мы только потому принимаем существование природных объектов за нечто самостоятельное, что от нашего сознания скрыта та деятельность, с помощью которой эти объекты порождаются.

Раскрыть субъективно-деятельное начало во всем объективно сущем? задача наукоучения Фихте. Природа, по Фихте существует не сама по себе, а ради чего-то другого. Чтобы осуществлять себя, деятельность Я нуждается в некотором препятствии, преодолевая которое она развертывает все свои определения и, наконец, полностью осознает себя, достигая тем самым тождества с самой собою. Такое тождество, впрочем, не может быть достигнуто на протяжении конечного времени: оно является идеалом, к какому стремится человеческий род, никогда полностью его не достигая. Движение к такому идеалу составляет смысл исторического процесса.

В своем учении Фихте выразил убеждение в том, что практически деятельное отношение к предмету лежит в основе теоретически созерцательного отношения к нему. Философ доказывал, что человеческое сознание активно не только тогда, когда оно мыслит, но и в процессе восприятия, когда оно, как полагали французские материалисты (в том числе Кант) подвергается воздействию чего-то вне его находящегося. Немецкий философ полагал, что для объяснения процесса ощущения и восприятия не следует ссылаться на действие «вещей в себе», а необходимо выявить те акты самодеятельности Я (лежащие за границей сознания), которые составляют невидимую основу «пассивного» созерцания мира.

Например, у Канта понятие трансцендентального субъекта не совпадает ни с индивидуальным человеческим субъектом, ни с божественным умом традиционного рационализма. Не менее сложным является исходное понятие учения Фихте? понятие «Я». С одной стороны, Фихте имеет в виду Я, которое каждый человек открывает в акте саморефлексии (индивидуальное или эмпирическое Я), а с другой? это некая абсолютная реальность, никогда полностью не доступная нашему сознанию, из которой путем ее самораскрытия (саморазвития) порождается весь универсум. Именно поэтому она и есть божественное, абсолютное Я. Абсолютное Я? это бесконечная деятельность, которая становится достоянием индивидуального сознания только в тот момент, когда она наталкивается на некоторое препятствие и этим последним ограничивается. Но в то же время, натолкнувшись на границу, на некоторое Не-Я, деятельность устремляется за пределы этой границы, затем снова наталкивается на новое препятствие и т. д. Эта пульсация деятельности и ее осознавания (остановки) составляет саму природу Я, которое, таким образом, не бесконечно и не конечно, а есть единство противоположностей конечного и бесконечного, человеческого и божественного, индивидуального и абсолютного Я. В этом и состоит исходное противоречие Я, развертывание которого и составляет содержание всего мирового процесса и, соответственно, отражающего этот процесс наукоучения. Индивидуальное и абсолютное Я у Фихте то совпадают и отождествляются, то распадаются и различаются. Эта «пульсация» совпадений-распадений? ядро диалектики Фихте, движущий принцип его системы. Вместе с самосознанием («Я есмь») полагается и его противоположность? Не-Я. Сосуществование этих противоположностей в одном Я возможно, согласно философу, только путем ограничения ими друг друга, т. е. частичного взаимоуничтожения, что означает, неделимость Я и Не-Я, ибо только делимое имеет части. Цель диалектического процесса? достижение такой точки, в которой противоречие было бы разрешено, и противоположности? индивидуальное и абсолютное Я? совпали. Однако полное достижение этого идеала невозможно, так как вся человеческая история есть лишь бесконечное приближение к нему. Тождество противоположностей? Я и Не-Я, мышления и бытия есть предмет стремлений, который никогда полностью недостижим [9, с. 580].

Из вышеизложенного следует, что И. Г. Фихте видел смысл жизни в достижении индивидом полнейшего согласия с самим собой, в деятельности, в том, чтобы человек стал свободным умным существом. Понимание смысла жизни у Фихте основывается на концепции природы человека. Только человек — сначала ничто, но тем, чем он должен быть, он может сделаться, и сделаться сам, через собственную свободу. Согласно утверждению философа «Я могу быть только тем, чем я себя сделаю сам», смысл жизни состоит в развитии человека, адекватном его собственной природе, а также в полноценном становлении личности. Но этот процесс предусматривает деятельность, причем деятельность, не замкнутую на индивиде: совершенствуясь, личность совершенствует мир.

2.4 Л. Фейербах о любви как вечном смысле человеческого бытия

Концепцию, согласно которой вечный смысл человеческого бытия состоит в любви, наиболее полно сформулировал философ Л. Фейербах.

В основу своей философии Фейербах положил «антропологический принцип», смысл которого в том, чтобы свести все сверхъестественное к природе, а сверхчеловеческое? к человеку. Для JI. Фейербаха субстанцией жизни выступает деятельная родовая сущность человека, стремящегося к счастью и устанавливающего не абстрактную, а практически реальную межчеловеческую гармонию. А в чем сущность человека, что в нем является собственно человеческим? По мнению Фейербаха, это? разум, любовь и воля. Основанием такой гармонии является «сердце», любовь, которая соединяет Я и Ты и, одновременно, возвращает человеку его собственную сущность. Он утверждал, что все люди во все времена и во всех обстоятельствах имеют безусловное и обязательное право на счастье, но общество не в состоянии удовлетворить это право в равной мере для всех. Только в любви Фейербах видел единственное средство удовлетворения стремления каждого человека к счастью.

В первом опубликованном произведении Фейербаха «Мысли о смерти и бессмертии» речь идет о любви. Бессмертен только Бог? «Бог есть любовь», а любящий человек причастен к Богу и, значит, к бессмертию. Любовь человека различна? к деньгам, вещам, отдельным существам, к человеку вообще, к добру, Богу, истине. Истинность и ценность любви определяются содержанием и объемом чувства. «Чем глубже предмет любви, тем она сильнее, а по этой силе определяется ценность любви: чем больше ты отдаешь самого себя, тем истиннее твоя любовь. Нельзя любить без самоотдачи» [19, с. 35].

В своем главном произведении «Сущность христианства» он писал: «Человек существует, чтобы познавать, любить и хотеть. Но какова цель разума?? Разум любви?? Любовь воли?? Свобода воли. Мы познаем, чтобы познавать, любим, чтобы любить, хотим, чтобы хотеть, то есть быть свободными… Истинно совершенно, божественно только то, что существует ради себя самого». Фейербах имеет в виду, что любовь (как и разум, и воля)? абсолютная, а не относительная способность человека. Любовь? цель самого себя [7, с. 75].

Таким образом, смысл жизни для Л. Фейербаха — истинная любовь, которая воздает человеку его сущность.

Глава 3

Проблема смысла жизни в современной философии

Особое место в изучении проблемы смысла жизни занимают такие современные западные философы, как М. Хайдеггер и К. Ясперс. Попытки разработать онтологию субъективности, обнаружить «бытийные» характеристики сознания и смысла были произведены Мартином Хайдеггером. В то время Карл Ясперс определил, что подлинная сущность человека обнаруживает себя лишь в экзистенции, которая раскрывает себя в пограничных ситуациях.

3.1 Смысл бытия Мартина Хайдеггера

Мартин Хайдеггер в своем основном труде «Бытие и время» рассматривает проблему о смысле жизни. По мнению философа, понимание бытия всегда существует, но оно остается смутным. В понятии бытия определенным оказывается лишь отграничение его от предметного, эмпирического мира, мира сущего, а все остальное достаточно зыбко и неопределенно. Вопрос в том, как поставить вопрос о бытии. «Чтобы проблему бытия истолковать со всей возможной прозрачностью, необходимо сначала прояснить способ проникновения в бытие, понимания и концептуального владения его смыслом, а также прояснить возможность определенного сущего в качестве образца и указать подлинный путь доступа к нему» [8, с. 325]. Сущим мы называем очень многое. Тогда возникает вопрос о том, с какого же сущего следует считывать смысл бытия. К бытию необходимо подходить с точки зрения такого сущего, которое способно раскрывать сокрытое, спрашивать и одновременно понимать самого себя, т. е. нужно указать на такое сущее, в котором бытие само себя обнаруживает.

Согласно онтологии Хайдеггера вопрос о бытии предполагает вопрос-феномен, задаваемый неким сущим самому себе о собственном существовании (осуществляет вопрос о бытии). «Сущее, в бытии которого речь идет о самом этом бытии, сущее, отличающееся от другого сущего тем, что оно онтологично, т. е устроено так, что находясь среди сущего, относится, выносится из сущего к бытию сущего в возможной целостности его смысла» — именно это интересует Мартина [13, с. 108].

Неэффективность традиционного вопроса о бытии преодолевается философом анализом того, кто в состоянии вопрошать. Им может быть сущее, бытийствующее и одновременно рефлексирующее о бытии. Если вопрос о бытии ставится отчетливо, развертывается в своей совершенной прозрачности, то, согласно Хайдеггеру, он должен быть подготовлен пониманием того отдельного сущего, которое имеет доступ к бытию. Направленность понимания, понятийного познания и выбора сущего — это конституитивные правила вопрошания и одновременно модус бытия сущего, в качестве которого выступаем мы сами, вопрошающие о бытии. Это сущее, имеющее бытийственную возможность спрашивания, философ обозначает термином Dasein. Сущее, вопрошающее о бытии (Dasein) должно быть определено в своем бытии, но в то же время бытие становится доступным только через это сущее. Тем не менее нельзя говорить о наличии круга в доказательстве, ибо сущее в своем бытии может быть определено и без эксплицитного понимания бытия.

Не «круг в доказательстве» лежит в вопросе о смысле бытия, но пожалуй странная «назад- или впередотнесенность» спрошенного (бытия) к спрашиванию как бытийному модусу сущего. Dasein выделяется из другого сущего онтически, поскольку «для этого сущего в его бытии речь идет о самом этом бытии». «Понятность бытия, — подчеркивает Хайдеггер, — сама есть бытийная определенность присутствия. Онтическое отличие присутствия в том, что оно существует онтологично», т. е. устроено так, что, находясь среди сущего, относится, выносится из сущего к бытию сущего в возможной целостности его смысла [13, с. 121]. Онтически онтологический круг Мартин замыкает на Dasein: онтология обосновывается через аналитику Dasein, описания существенных черт человеческого способа существования, онтическую укорененность человека в мире. Однако онтическое в Dasein, что связывает его с другим сущим является эмпирическим, психологическим, практическим деятельным, которое должно получить онтологическое прояснение, прояснение из бытия.

Сущность Dasein определяется экзистенцией, важнейшим конституирующим признаком которой является самопонимание и способ его обнаружения. «Само бытие, — пишет Хайдеггер, — к которому присутствие так или иначе может относить себя и всегда каким-либо образом относит, мы называем экзистенцией"[13, с. 128]. Содержательно экзистенция означает «предстояние в истине бытия». Термин «экзистенция» — производное от латинского глагола exsistere — выступать, выходить, делаться, становиться. Сущность Dasein, таким образом, состоит в том, чтобы становиться, выходить за пределы наличности т. е эксзистировать. Смысл бытия равен пониманию бытия, самопроектированию Dasein.

Структуру человеческого бытия в ее целостности Хайдеггер обозначает как заботу. Он раскрывает смысл и одновременно указывает на онтическую укорененность заботы, приводя следующую басню: Забота, переходя реку, слепила из глины существо, которому Юпитер по ее просьбе даровал дух. Затем Забота, Юпитер и Земля начали спорить о том, чьим именем наделить слепленное существо. Они взяли судьей Сатурна, который рассудил следующим образом: после смерти Юпитер должен получить дух, Земля — тело, а так как Забота первая образовала это существо, то, пока оно живет, оно принадлежит Заботе. Названо же существо будет «homo» (имя материала, из которого оно сделано).

Забота представляет собой единство трех моментов: «бытия в мире», «забегания вперед» и «бытия при внутримировом сущем».

Важнейшей стороной Dasein, благодаря которой оно вообще оказывается доступным для восприятия, является «бытие в мире». В мире бытие означает принадлежность внутримирового содержания человеческому субъекту, неразрывность человеческого бытия и мира, субъективного и объективного. Немецкое слово «Sein» означает не только «бытие», но и принадлежность некоего предмета или свойства. Соответственно, In der Welt sein означает раскрытие мира, как нечто, существующее при Dasein, а не наряду с ним. Хайдеггер провозглашает «бытие в мире» внутренним, априорным определением человека.

Второй момент заботы как «забегание вперед», означает, что человеческое бытие, постоянно убегающее от себя и ускользающее вперед, всегда есть бытие, проектирующее само себя в нечто большее, чем есть в данный момент. Тем самым оно не пребывает в той точке пространства и времени, в котором находится физическое человеческое тело, ибо сфера бытия человека — это историчность, где время есть целостность трех его моментов.

Определяя заботу как «бытие при внутримировом сущем», Хайдеггер подчеркивает тем самым специфический способ отношения к вещам как к спутникам человека в его жизни, как к чему-то близкому, согретому человеческим теплом и потому отдающему это тепло назад человеку. Интимное отношение к вещам как к «подручным», Хайдеггер противопоставляет современному способу орудования вещами, при котором вещественное начало понимается как сырье и техника. Таким образом, забота является целостной структурой, которая означает «быть всегда уже впереди себя в мире в качестве бытия при внутримировом сущем».

Каждый момент заботы — это определенный модус времени: «бытие в мире» — модус прошлого (у Хайдеггера он выступает как фактичность, или заброшенность), «забегание вперед» — модус будущего (проект, постоянно на нас воздействующий), а «бытие при внутримировом сущем» — модус настоящего (обреченность вещам, сущему). Таким образом, забота изнутри полностью определяется временными структурами, которые существенно отличаются от трех измерений объективного времени [13, с. 150].

Итак, Мартин Хайдеггер понимал под смыслом человеческого бытия Dasein, главной характеристикой которого являлась забота.

3.2 «Пограничные ситуации» Карла Ясперса как ключ к раскрытию экзистенции

Философия Ясперса строится не на обобщении эмпирически установленных фактов и правил, а является своеобразным проектом возможностей души, которая как зеркало показывает человеку, чем он может быть, чего достичь и куда попасть. Философия? это убеждение, отвечающее всему существу человека, поэтому вопросы о том, что такое философия, подлинное бытие, человек сливаются в один общий вопрос? самораскрытие человеческого бытия.

Побудительные первоистоки всякого философствования, по мнению Ясперса, находятся в самом человеке. К ним он относит удивление, сомнение, сознание потерянности и коммуникацию.

Удивление рождает вопрос о познании. Познание сущего неизбежно приводит к сомнению, с помощью которого осуществляется испытание достоверности познанного. Однако при этом, согласно Ясперсу, важно то, как и где с помощью сомнения обретается почва для уверенности. Одно дело, когда сомнение используется для уверенного ориентирования в мире вещей, другое, когда оно становится средством осознания им своей самости. Именно такой критический анализ жизненной ситуации осуществляет Ясперс, вводя человека в состояние потрясенности и потерянности, в котором только и возможно осознание им своей сущности.

Обнаружение человеком своей собственной слабости и бессилия выступает важным побудительным импульсом к философствованию, концентрирует внимание человека на тех жизненных ситуациях, которые остаются неизменными в своем существе, даже если их присутствие и действие закрыты завесой повседневности. Ими являются: смерть, страдания, борьба, влияние на человека воли случая, виновность, которые философ называет основными ситуациями нашего существования или пограничными ситуациями. В обыденной жизни человек либо забывает, либо сознательно отвлекается от них, живя интересами своих повседневных нужд и дел. От неизбежных в жизни опасностей и крушений человек ищет спасения в достижениях науки и техники, в поддержке со стороны общества. Однако по мере реализации своих жизненных целей он обнаруживает тотальную ненадежность мира. Ни государство, ни церковь, ни общество никогда не обеспечивали и не обеспечивают человеку абсолютной защиты и надежности, представления о которой лишь обманчивые впечатления, навеянные условным благополучием недолгих спокойных времен. Независимо от того, какими средствами достигается это понимание, в любом случае оно обнаруживает всю трагичность человеческого бытия.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой