Проблема согласования библейского повествования о творении мира и современных научных данных

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Религия и мифология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Курсовая работа

на тему:

«Проблема согласования библейского повествования о творении мира и современных научных данных»

Москва 2001 год

Введение

Обращение к проблеме, вынесенной в заголовок данной работы, связано с ожесточенной полемикой, посвященной этой проблеме и происходящей внутри Русской Православной Церкви последние несколько лет. К сожалению, уже слышатся обвинения в ереси (например, в [5, c. 154]) и угрозы анафематствования [52, c. 61−63]. Полемика происходит между так называемыми «эволюционистами» и «креационистами», и самое печальное в том, что этот спор имеет своим основанием явное недоразумение.

(Я бы так просто не писал. Спор имеет своим основанием нечто очень глубокое, некую невозможность следовать путем царским, то есть чтобы все было в меру. А так же спор имеет своим основанием то, что зачастую забывают о живых людях, ради выяснения некой «истины»)

Пиком этой полемики стало прошедшее 29−30 октября 1999 г. научно-методическое совещание на тему «Преподавание в православных школах вопросов творения мира, жизни и человека», проведенное Отделом религиозного образования и катехизации Московского Патриархата. Ознакомление с материалами этого совещания (благодаря интернетовскому сайту Отдела и вышедшим двум книгам: [69] и сборник со статьями [12−14] и др.) показало, что стороны говорили на совершенно разных языках, и совещание изначально было обречено на провал. Для выхода из такого критического положения в данном споре необходимо найти общий язык, общее основание, на котором только и возможно решение проблемы.

Если можно, то сообщите где размещены материалы…

Целью этой работы является рассмотрение моделей согласования библейского повествования о творении мира с современными научными данными (далее просто — Согласование), предложенных указанными сторонами, выявление их недостатков и достоинств и разработка альтернативной модели, которая постарается примирить враждующие стороны, взявши у последних положительные моменты и отказываясь от их крайностей. Для автора предпочтительным является не вдаваться во взаимные обвинения сторон, и поэтому здесь не будет произведен разбор многочисленных ересей, найденных противоборствующими лагерями друг у друга (особенно, этим отличаются «креационисты»). Главной задачей здесь является определение оптимальных критериев, опираясь на которые можно непротиворечиво согласовать Шестоднев с научными данными. Поэтому в работе также будет уделено большое внимание сравнению того первозданного мира, который описывается в первых главах Библии, и того мира, который изучается учеными. Основой данному исследованию служат Священное Писание и толкования его св. отцами, а также работы современных церковных писателей.

Материал по теме курсовой работы собирался на протяжении восьми лет (часть его вошла в список использованной литературы). Но и за это достаточно большое время невозможно было собрать все печатные работы, посвященные проблеме Согласования, т.к. их выходило очень много, особенно в конце девяностых годов. Все это показывает огромный интерес среди российских православных христиан к данной проблеме. Это вызвано, видимо, тем, что после эйфории, связанной с разрушением в начале 90-х коммунистической системы и появлением долгожданной свободы вероисповедания, наступило отрезвляющее время осознания того, во что нужно верить. Среди всего прочего это относится и людям, занимающимся наукой, для которых одним из главных вопросов стал вопрос о том, как их вера согласуется с их научными представлениями. Именно для них, в основном, и предназначается литература, посвященная Согласованию. Но литература бывает разная. И обилие в ней обвинений и анафематствований вместо конструктивного обсуждения проблемы совсем не способствуют утверждению в вере. Хотелось бы, чтобы данная литература не оттолкнула людей науки от Церкви.

1. Анализ основных моделей согласования шестоднева и научных данных

Как уже было сказано, среди всего разнообразия взглядов на соотношение между Шестодневом и современным естествознанием можно выделить два основных (причем диаметрально противоположных) направления, которые условно можно назвать «эволюционистской» и «креационистской» моделями Согласования. Разбору главных положений данных моделей и посвящена данная глава.

«Эволюционисты»

Попытки Согласования по «эволюционистской» модели представлены в работах [12−14,18, 21, 25, 30−31, 33−36, 40−41, 50, 59 и др.].

Сразу надо отметить, что данные попытки обычно предпринимались людьми, с одной стороны, верующими (причем активно участвующими в церковной жизни, иначе не было бы и попыток), а с другой стороны, также активно занимающимися наукой. Видя, что Церковь попрекают в том, что Её вере, основанной, в частности, и на первых главах книги Бытия, противоречат данные науки, например, геологии, эти люди старались опровергнуть подобные обвинения. Как христианам, им требовалось дать ответ в своем уповании. И естественным ответом являлось утверждение о том, что, как истина не может противоречить Истине, так и научные данные нисколько не могут противоречить Библии.

Ну, тут нужна оговорка, что в ее божественной части. Библия это книга богочеловеческая. Она не погрешает в том, что касается нашего спасения, а в географии, математике, астрономии и т. д. может и ошибиться. У Осипова есть на эту тему лекция. Да и в Его «Путь разума кой-чего есть». Да… Там же о науке, религии и творении мира есть.

А чтобы показать это, делалась (ещё со второй половины 19-ого века) корреляция событий первой главы книги Бытия с событиями в истории Вселенной и Земли, которые установлены наукой.

Изначально в таком подходе к проблеме заложены следующие недостатки. Во-первых, здесь всегда подразумевается (как это характерно для новой и новейшей истории), что наука и научность является критерием истины; и все другие воззрения должны сверяться с этим критерием.

Ну… простите, не совсем так. По определению наука это есть познание мира в целях преобразования мира человеком. То есть вопрос об истине тут если и стоит, то второстепенно.

Во-вторых, библейское повествование всегда сопоставляется не с конкретными фактами, а уже с переработавшими их гипотезами (хотя это вполне естественно, т. к. гипотезы являются некоторыми обобщениями, а с последними легче работать, чем с отдельными разрозненными фактами), что предполагает сильный субъективный фактор. Отсюда также вытекает и третья проблема, заключающаяся в том, что с отвержением одной гипотезы и появлением новой должна была меняться и схема Согласования (ср. [19, с. 30, 62]). Все это, конечно, сильно компрометирует такой способ Согласования. Но, с другой стороны, часто бывало, что появившиеся новые гипотезы (например, гипотеза Большого взрыва) очень соответствовали, как казалось, библейскому рассказу о миротворении, и поэтому попытки такого сопоставления продолжались и продолжаются до сих пор.

Вот тут Вам бы не плохо просмотреть (обязательно!!!) на моем сайте материал «О научном знании» в разделе о науке.

Основой модели «эволюционистов» является расширенное толкование Священного Писания, в котором шесть дней творения понимаются не как астрономические сутки, а как длительные промежутки времени, сопоставимые с теми миллиардами и миллионами лет, о которых говорят космология и геология (например, [36, с. 8, 4−15; 12, с. 176]). Благодаря этому стало возможным не отказываться от парадигмы современного естествознания, а именно от представления об эволюции Вселенной. Последнее и является причиной названия данной модели Согласования и её приверженцев, даже если они и не употребляют слово «эволюция»: признание достижений современной науки невозможно без признания эволюционного развития природы. Центральной же научной моделью, на которой основывается согласование, стала (с середины ХХ века) модель Расширяющейся Вселенной [30, 31, 13, 59], принятая большинством ученых мира.

Для примера приведем один из вариантов сопоставления событий Шестоднева с событиями в истории нашей Вселенной в свете современных научных данных, взятый из работы протоиерея, профессора, доктора геолого-минералогических наук Глеба Каледы [30,31]. Для удобства и краткости основные моменты данного сопоставления представим в виде таблицы (с некоторыми сокращениями):

События,

Описанные в Быт. 1, 1-31

Происхождение и развитие Вселенной в свете современных научных данных.

1. В начале сотворил Бог небо и землю.

Согласно модели Расширяющейся Вселенной последняя имеет начало в пространстве и времени [30, c. 23] (начало — «Большой Взрыв», по [21, 59]).

2. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою.

Первая эра Вселенной — адронная, в которой существовала лишь «однородная смесь частиц, античастиц и излучения» [30, c. 24].

3. И сказал Бог: да будет свет. И стал свет.

Конец второй лептонной эры или начало третьей эры, эры излучения. При аннигиляции частиц, начавшейся ещё в андронную эру, происходит образование фотонов, которых в конце лептонной эры стало достаточно много, и плотность излучения стала равной, а в эру излучения стала превосходить плотность вещества [30, c. 25].

4. И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы… День один.

В конце эры излучения после образования ядер гелия и водорода, и при дальнейшем понижении температуры — образования атомов, излучение перестало взаимодействовать с веществом и отделилось от него [30, c. 26].

(6−8. И сказал Бог: да будет твердь посреди воды, и да отделяет она воду от воды…День второй)???

Звездная эра, которая «характеризуется дальнейшей эволюцией вещества — образованием плотных тел, дающих начало галактикам, звездам и планетам». В эту эру образовались и наша Солнечная система, и планета Земля [30, c. 26].

9−10. И сказал Бог: да соберется вода, которая под небом, в одно место, и да явиться суша. И стало так…

Появление суши на Земле, видимо, явилось лишь результатом «длительного процесса геологического развития нашей планеты, выражающимся в дифференциации ее твердых оболочек на океанические впадины, вместившие в себе основную массу поверхностных вод.» [31, c. 34]

11−12. И сказал Бог: да произрастит земля зелень, траву, сеющее семя по роду и по подобию ее, и дерево плодовитое, приносящее по роду своему плод, в котором семя его на земле. И стало так… День третий.

«Растения были первыми организованными формами органической жизни на Земле, и растительный мир уже в глубокой древности достигал значительного разнообразия форм» [31, c. 36].

14−19. И сказал Бог: да будут светила на тверди небесной… И создал Бог два светила великие…День четвертый.

Согласно модели О. Ю. Шмидта, Солнцем, во время его движения в Галактике, был захвачен рой частиц, которые потом, слипаясь, образовывали все более и более крупные тела (будущие планеты). В близкой модели Си планеты были захвачены Солнцем уже как вполне сформированные холодные шары [30, c. 27].

20−22. И сказал Бог: да произведет вода пресмыкающихся душу живую; и птицы да полетят над землею… И сотворил Бог рыб больших и всякую душу животных пресмыкающихся, которых произвела вода, по роду их, и всякую птицу пернатую по роду её… День пятый.

После растений начали появляться и первых простейшие морские организмы, а потом всё более и более высокоорганизованные морские и сухопутные животные: червеобразные, членистоногие, амфибии, насекомые, рептилии, примитивные птицы (ср. [31, c. 40−42]).

24−25. И сказал Бог: да произведет земля душу живую по роду её, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их…

Появление сухопутных млекопитающих и одновременно с ними бесхвостых амфибий и змей [31, c. 42−43].

26−28. И сказал Бог: сотворим человека по образу и по подобию Нашему… День шестой.

Происхождение человека от обезьяноподобного существа [31, c. 49]

Как видно, при таком расширенном понимании дней творения сопоставление событий Шестоднева с событиями геологической истории Земли, а также истории Вселенной в целом, показывает достаточное их сходство. В Библии говориться о начале нашего мира, и у науки есть модель «Большого взрыва»; согласно с книгой Бытия свет появился уже в самом начале, теперь и наука к этому же подошла, сначала теоретически, а потом и эмпирически, обнаружив реликтовое излучение; наука утверждает, что в истории Земли более простые формы жизни сменялись более сложными, об этом говориться и в Писании: сначала появились растения, потом животные, причем млекопитающие («скоты») последними, ну, а позже всех появился и венец творения — человек.

Несмотря на такую более или менее удовлетворительную корреляцию событий, при внимательном рассмотрении можно увидеть некоторые существенные нестыковки. Самой крупной из них, видимо, является сотворение Солнца, Луны и звезд в Четвертый День, после сотворения Земли. Прот. Глеб Каледа, в приведенном выше согласовании, осознает эту проблему и указывает лишь, что принимаемая ныне модель образования Солнечной системы О. Ю. Шмидта, «хотя и не совпадает с библейским рассказом, но значительно ближе к нему, чем теория Канта-Лапласа или Джинса» (более ранние в истории науки), т. к. в ней предполагается образование планет Солнечной системы не из вещества, отделившегося от Солнца, а, наоборот, захваченного им [30, c. 27]. С указанной проблемой связана и другая, указанная палеонтологом, кандидатом геолого-минералогических наук А. В. Гоманьковым: появление растений, которые по определению являются фотосинтезирующими, до Солнца [12, c. 188].

Правда, здесь часто возникает некоторое недоразумение: для многих авторов (не являющихся специалистами-геологами) [21, 33, 36, 50, 59, с. 26−27], также обращающих свое внимание на данную трудность, здесь не возникает никакой проблемы. Они утверждают, что просто в Библии говорится не о сотворении Солнца, Луны и звезд, а о том, что их лишь в Четвертый День стало видно с Земли. Дескать, Моисей, находясь на Земле, не мог их видеть, т. к. в это время по данным геологии (?, что ж сами геологи, отец Глеб или А. В. Гоманьков, об этом не говорят) Земля была покрыта толстым слоем облаков. Но в каменноугольный период (что коррелируется с Четвертым Днем) эти облака рассеялись (некоторые добавляют, что Солнце, появившись, тотчас сожгло существующую тогда растительность, и образовался мощный каменноугольный пласт; ср. [50, с. 30; 36, с. 21], что является совершенно неверным, если разговор идет об образовании каменного угля). А Солнце и звезды, заканчивают они, конечно же, появились до сотворения Земли.

Также есть спорный момент, считать ли «ложный» квантовый вакуум, в результате распада которого произошел Большой взрыв, как «ничто» (о котором говорится в Писании: 2 Мак. 7, 28) [13, с. 136; 43, с. 68] или нет. Другие трудности связаны с несоответствием порядка появления растений и животных в книги Бытия с палеонтологической летописью. Такие несоответствия указаны в книге диакона Даниила Сысоева [51, с. 62−64] (которые взяты из работы протестантского автора, креациониста Г. Морриса [39, с. 108−111]), а также в работе [12, с. 185, 187−188]. Например, появление плодовых деревьев в Третий (Быт. 1, 11) и животных в Пятый день (Быт. 1, 20) противоречит палеонтологическим данным, которые говорят о том, что плодовые деревья появились намного позже, чем упомянутые животные [12, c. 185]. В Пятый День появились пресмыкающие, рыбы, и вместе с ними птицы (Быт. 1, 21), хотя по данным палеонтологии появление этих существ сильно расходится во времени (птицы появились много позже) [12, с. 187−188].

Таким образом, уже по приведенным выше расхождениям нельзя сказать, что существует полное согласие между нынешней научной картиной мира и Моисеевым рассказом. Но так как уже были примеры того, что наука со временем подходила к тем выводам, о которых уже давно говорилось в Библии («Большой взрыв» как начало мира, реликтовое излучение как свидетельства существования света до Солнца), то «эволюционисты» надеются, что указанные проблемы также разрешаться в ближайшем будущем.

Удовлетворительно, по их мнению, согласовывая Шестоднев с научными данными, представители данного направления Согласования не видят также никаких препятствий для признания в свете Библии существования эволюции животного мира (как составной части эволюции Вселенной в целом) [13, 35 и др. ], а некоторые даже признают происхождение человека по телу от обезьяны (например, [31, c. 49]). Вся эволюция в целом понимается здесь как след творческого действия Бога при творении мира, как проявление всемогущества Божия [31, с. 45; 13, с. 131] и даже как соработничество твари и Творца [35, с. 83−86].

«Креационисты»

Именно признание эволюции и является тем воззрением, непримиримыми противниками которого выступают «креационисты» [5, 6, 10, 11, 37, 44, 51−56, 66−67, 70]. Их подход, в отличие от «эволюционистов», состоит в буквальном понимании текста первых глав книги Бытия (например, [5, с. 160]). Поэтому для «креационистов» неприемлемо отождествление дней творения с геологическими периодами. Для них Шестоднев — это ровно шесть наших астрономических суток в 24 часа (например, [6, с. 252]). И, следовательно, эволюции, которой требуется много времени (миллионы лет) для своего осуществления, не было (ср. [55, с. 70]). Эволюции не было ещё и потому, что до грехопадения Адама и, следовательно, до его сотворения не было смерти в животном мире (а последняя необходимо подразумевается в процессе естественного отбора, одного из движущих факторов эволюции, если бы последняя была бы) (ср. [51, с. 48; 37, с. 144−145; 5, с. 171−174]). Т. е. палеонтологическая летопись (на основании которой и установлена эволюция животного мира) с её сменой одних организмов другими путем вымирания до тех пор, пока не появился человек, не есть история Земли до творения первых людей, а есть свидетельство чего-то совершенно другого, причем произошедшего уже после грехопадения. Кроме того, в Библии ничего не говориться о том, что можно было бы понять как упоминание о биологической эволюции, в современном смысле, и, тем более, о происхождении человека из обезьяны. Такие взгляды «креационизма», зародившегося как направление изначально в среде американского фундаментализма, одного из протестантских евангелических течений, а потом попавшего на православную почву, благодаря последнему обстоятельству теперь имеют под собой крепкое святоотеческое основание. Действительно, большинство святых отцов буквально понимало Шестоднев (см. [47, с. 30; 52, с. 48−51 и др. ]) и говорило об отсутствии смерти в первозданном мире (см. ниже), а многие их толкования о творении животных «по роду их» никак нельзя согласовать с пониманием эволюции (например, в [52, с. 52]). Более того, многие святые, современники Дарвина и его теории (например, св. прав. Иоанн Кронштадтский и др.), были резко против последней (см. [37, с. 133−138]).

Благодаря полному отвержению эволюции в мире и пониманию дня творения как наши 24 часа (мы говорили с о. Даниилом на эту тему. Корректнее говорить так: как наши астрономические сутки, поскольку раньше сутки не были =нашим.), «креационистами», следовательно, отвергаются и большинство современных естественнонаучных моделей происхождения мира, как космологических, так и геологических. Ведь если модели основаны на длительной эволюции Вселенной, Земли, животного мира и проч., а эволюция не существует, значит, и модели эти не верны. Они не отвергают научные факты (ведь факты истинны, и, следовательно, не противоречат Истине, данной нам в Священном Писании), но с сомнением относятся к признанным научным интерпретациям этих фактов. Поэтому «креационисты» сами ищут и обрабатывают факты, и находят, что правильно проинтерпретированные факты находятся в полном согласии с буквальным пониманием Шестоднева (ср. [56, с. 97; 5, с. 160]).

По поводу поиска и обработки фактов креационистами лучше говорить «пытаются» (!), поскольку научной их деятельность назвать нельзя в силу несоответствия сути работы с научными основами познания мира. См. Статьи про Пелюкси и про Ответ на ответ на сайте (я их вам давал).

Так, они считают мир молодым, с возрастом около 7500 тысяч лет (например, [5, с. 181]), в противовес мнениям большинства ученых, возраст Вселенной которыми оценивается в двадцать, а возраст Земли в пять миллиардов лет, чему соответствуют малые скорости, процессов, например, геологических. Поэтому «креационисты», во-первых, не признают популярную сейчас модель «Большого взрыва» [55, с. 39−41; 51, с. 6−7], согласно которой Вселенная уже совсем не молодая; во-вторых, критикуют существующие методы определения абсолютного возраста, дающие миллиарды и миллионы лет земной истории [55, с. 55−61; 56, с. 17−18; 51, с. 16−19], а, в-третьих, отвергают тот принцип, согласно которому скорости процессов на протяжении всей земной истории те же, что и сейчас [51, с. 242−243]. Более того, «креационистами» активно ищутся (интенсивно пытаются найти!) и, по их мнению, находятся факты молодости Земли [55, с. 61−70, 51, с. 19−24 и др.]. Для объяснения же образования тех объектов, которыми занимается геология, они прибегают к такому событию Библии, как Всемирный Потоп [55, с. 168−177; 51, с. 239−245 и др.]. Именно Потоп, по их мнению, привел к образованию той земной коры, строение которой можно сейчас изучать. И именно он вызвал гибель множества уже смертных (после грехопадения Адама) животных, остатки которых потом распределились среди слоев осадочных пород (с картиной как бы эволюции). А т. к. во время Потопа скорости процессов были намного больше, чем сейчас (ср. [51, с. 242−243]), то за год, который Ной пробыл в ковчеге, успело пройти множество геологических процессов, сформировавших внутренний (непонятно, до какой глубины, но, видимо, в пределах земной коры) и внешний лик Земли.

По поводу потопа смотреть статью «Христианский Взгляд На Мироздание Или Распространение Слухов-Борисов» из тех, что я дал.

К сожалению, научное обоснование того, что Потоп являлся важнейшим геологическим фактором, разработано очень слабо и на очень малом количестве геологических объектов (обычно рассматриваются только образование некоторых осадочных пород, немного тектонические процессы и чуть-чуть вулканизм). Более того, встречается очень много несуразностей, связанных, в основном, просто с незнакомством с геологическими объектами. (Здесь следует заметить, что если большая часть богословской аргументации «креационистов» связана с их православными приверженцами, то т.н. «научные доказательства», в основном, идут от их «американских товарищей». Обычно, это книга Генри Морриса «Библейское основание современной науки», вышедшая на русском языке в 1995 году, а также другие работы [8, 68 и проч. ]). Хотя, казалось бы, при такой большой претензии на разработку общей модели образования Земли, какая имеется у «креационистов», необходимы учет всех сторон и явлений, связанных с «жизнью» Земли, и более строгие доказательства своих взглядов.

Основной недостаток обеих моделей.

Познакомившись вкратце с взглядами противоборствующих сторон, отметим, что, несмотря на их столь противоположные воззрения, они парадоксальным образом имеют одно очень большое сходство. Это сходство заключается в том, что в обеих моделях происходит смешение двух состояний нашего мира (в физическом плане), т. е. состояния первозданного мира и состояния мира падшего, между которыми находится грехопадение первых людей.

Так, «эволюционисты» непосредственно переносят все космологические и геологические события, изучаемые современной наукой, в мир до грехопадения, который описан в первых главах книги Бытия (начало творения мира — это «Большой взрыв», появление друг за другом разных живых организмов — это эволюция, естественно, вместе со смертью и т. д.; см. выше). Но допустимо ли это делать? Те же ли законы природы были до падения прародителей? И, вообще, распространяется ли наше научное познание за момент грехопадения?

«Креационисты» вроде бы отвечают на эти вопросы отрицательно (за исключением о. Олега Петренко, который пишет, что «все физические законы нашего мира и до, и после грехопадения первых людей остаются неизменными и справедливыми от начала существования Вселенной» [44, с. 11];). В предисловии к очень интересному сборнику статей под названием «Шестоднев против эволюции. В защиту святоотеческого учения о творении» редактор сборника диакон Даниил Сысоев пишет: «Мы разделяем мнение иеромонаха Серафима (Роуза): „Шесть дней творения — не естественный (выделение в оригинале — Н.С.) процесс, они суть то, что произошло прежде, чем начались все мировые естественные процессы. Они суть дело Божие; по своему определению они чудесны и не вписываются в естественные законы, управляющие тем миром, что мы видим сегодня“» [69, с. 6]. Или в том же сборнике другой автор пишет: «С христианской точки зрения законы нынешнего состояния мира и мира первозданного принципиально отличаются друг от друга, ибо все созданное Богом изначально было совершенным и бессмертным, а нынешнее состояние материального мира, природы и человека является извращенным вследствие грехопадения, противоестественным и временным» [6, с. 235]. А вот что пишет наиболее плодовитый автор на поприще «креационизма», священник Зарубежной Церкви о. Тимофей: «Отдавая отчет, что наука бессильна сказать что-либо определенное о первобытном состоянии тварей, об обменных процессах в тогдашних организмах, мы не будем строить схоластических построений» [56, с. 56] (хотя его позиция не совсем ясна, т. к. в другой своей книге он пишет, что законы количественного сохранения: массы, энергии, заряда и т. п., действуют с момента сотворения мира, а с грехопадения начали действовать лишь законы качественного распада: дегенерации и вымирания [55, с. 168]). И, наконец, приведем слова непосредственно самого отца Серафима (Роуза), ставшего «знаменем» нынешнего православного «креационизма» (ср. [5, с. 152]): «Кто из нас, людей грешных, может определить, каким был „закон природы“ до преступления Адама? Конечно же, естественные науки, целиком повязанные своими наблюдениями над нынешним состоянием творения, не могут его (т.е. закон природы — прим. ред. издания) исследовать» [47, с. 47].

Но в дальнейшем во взглядах «креационистов» наблюдается некоторая непоследовательность. Так, с одной стороны, отмечается, что нынешний наш мир — это не первозданный мир Шестоднева, а поврежденный в результате грехопадения, и ныне известные законы не распространяются за момент грехопадения. И значит, наука, изучая исковерканную грехом природу, ничего не может сказать о том, что было до грехопадения. С другой же стороны, эта греховная поврежденность мира, судя по работам «креационистов», не была слишком сильной в физическом плане, если не сказать того, что сами они этих различий почти что не замечают. По их описаниям, от грехопадения и до потопа наша планета оставалась такой же, как и в первозданном своем состоянии. И там, и там она была большой теплицей, окруженной водно-паровым слоем («вода над твердью»), с ровным теплым климатом, и в ней не было дождя, но все орошали подземные источники, не дули ветры, туда не пропускалось вредное жесткое космическое излучение, там было повышенное атмосферное давление, поэтому все росло в изобилии (огромные животные и растения) и все были вегетарианцами, т. к. не требовалась высококалорийная пища (ср. [55, с. 163−168; 56, с. 21−23, 100; 51, с. 114−117]). И хотя о. Даниил Сысоев и оговаривается, что модель паровой оболочки «является всего лишь человеческой мыслью, а не Божественной истиной», он тут же говорит, что «из этого не следует, что она ложная» [51, с. 117]. Лишь Потоп, как результат разрушения водно-парового слоя, уничтожил эту «райскую» жизнь и радикальным образом изменил лик Земли, приведя её в нынешнее состояние, которое мы сейчас наблюдаем. Такой непрерывный переход от сотворения до потопа можно прочитать, например, у свящ. Тимофея [56, с. 21−23], где приводится пространное описание первобытного мира, которое начинается словами: «Креационная модель полагает, что мир сотворен сразу в шесть дней…» (с. 21) и кончается следующим: «Вся эта красота была погублена всемирным потопом» (с. 23). Здесь даже не упоминается падение прародителей. В другом месте у о. Тимофея первозданная земля прямо отождествляется с допотопной, если судить по заголовку [55, с. 163]. Конечно же, указанные авторы помнят о грехопадении и даже описывают его серьезные последствия для физического мира (смерть вошла в мир, появляются законы дегенерации и вымирания) [55, с. 168; 51, с. 153−154], но как-то отдельно от последовательности «сотворение — потоп», в другом месте, так, что создается двойственное впечатление: толи важно это событие для нашего мира в плане естествознания, толи нет? Более того, сами описания последствий грехопадения опять же производятся так, что кажется, что мир вроде бы и не очень-то изменился: да, у розы до преслушания Адама не было шипов (ср. [51, с. 153]), но роза-то была той же самой, какою мы ее знаем сейчас. Да, земля была более плодородной, но в остальном она была той же самой, что и сейчас.

И таким образом, при упоре на Потоп, граница между миром, только что сотворенным, и миром проклятым (пусть и допотопным) здесь не проводится явно, а, наоборот, происходит описание первозданного мира в терминах нам известных законов падшей природы («высокое атмосферное давление», «жесткое космическое излучение» и проч.). Т. е. происходит то же самое, что и у «эволюционистов», но только на основе буквального понимания текста книги Бытия: представляется ситуация, описанная в первых ее главах, и подбираются процессы нам известного падшего мира, необходимые для того, чтобы эта ситуация осуществилась. (Кстати, при таком отождествлении нашего мира и мира догреховного и при таком строго буквальном понимании первых глав Библии, здесь, как и у «эволюционистов», возникает, видимо, нерешаемая проблема согласования существования нашей гелиоцентрической планетной системы с библейским геоцентрическим пониманием мира, т. е. появление Солнца лишь на Четвертый День.) Такое же смешение происходит, когда «креационисты» говорят о днях творения как о наших 24 часах. Но разве можно переносить время нашего тленного мира на тот, нетленный с его неизвестным нам временем?! Тот же отец Серафим (Роуз) писал, что «эти „Дни“ находятся совершенно вне понимания их нами, знающими только тленные „дни“ нашего падшего мира» [47, с. 25].

Наиболее ярко разбираемое смешение проявилось в заявлении основных направлений «креационистский» исследований, сделанном о. Тимофеем; особенно это касается следующего направления: «Разработка удовлетворительной научной модели первозданной земли (выделено мною — Н.С.) и ранней ее истории, включающей всемирный потоп и возможные последующие менее масштабные катастрофы» [56, с. 98]. Причем через страницу утверждается, что эта модель уже разработана учеными креационистами (которых, как ученых нет!!!) (с. 100), и приводится описание той «теплицы», которое разбиралось выше. И как же это заявление совместить с тем убеждением «креационистов» в том, что законы первозданного мира науке не доступны?

Несмотря на то, что «креационисты», как было показано выше, сами переносят явления нашей падшей природы (пусть без употребления слова «смерть», «тление») на первозданную природу, они ещё и критикуют за это же «эволюционистов». И удивительней всего то, что и в этой критике происходит указанное выше смешение, но только в противоположном направлении. Справедливо критикуя «эволюционистов» за то, что они «ввели» смерть в мир до грехопадения, «креационисты» делают обратную ошибку. Они, в пылу спора, уже к явлениям грешного мира подходят с мерками мира первозданного, и на основании этого отвергают все модели в отношении падшей природы, полученные при анализе фактов этой природы. Это весьма странно, т. к. если эволюция никак «не вмещается» в мир до грехопадения, то это совсем не означает, что в падшем мире не существует тех фактов, обобщая которые, можно создать модель (пусть и неправильную) эволюции падшего мира. Это так же очевидно, как и то, что если в первозданном мире не было землетрясений, то это совсем не означает, что и на нашей грешной Земле этого быть не может. [Здесь не утверждается, что эволюция в природе существует (это чисто научная проблема, если о ней говорить только в рамках падшего мира). Но говориться лишь о том, что все научные гипотезы, относящиеся, естественно, только к падшему миру, надо и проверять на основе данных, относящихся опять же к падшему миру, а не ссылаться на библейское повествование о первозданном мире, т. к. в физическом плане эти миры, видимо, сильно отличаются. Единственным исключением здесь является сам виновник этих отличий, человек, история которого нам известна достаточно полно из Священного Писания. Он пришел (будучи изгнанным) на проклятую землю из рая, а для науки это означает, что она будет долго и всегда бесплодно изучать то, откуда человек взялся. Хотя и здесь, конечно, не надо забывать о том, что и сам человек, его природа, сильно исказились грехом].

К сожалению, указанная выше не совсем честная критика «креационистами» «эволюционистов» (потому что, в чем сам виновен, не обвиняй другого) усугубляется еще и тем, что «креационисты», отвергая какое-либо развитие падшей природы, а, следовательно, и все научные модели, связанные с этим, слишком категорично ставят во главу угла, как уже говорилось, Потоп. А это все-таки надо еще очень долго и четко доказывать, не потому что многие ученые вообще не способны это принять, а потому что эта модель очень и очень слабо разработана, т. к. в нее почти не вовлечен тот огромный материал, накопленный наукой (правда, я могу говорить лишь о геологии). И именно эта недоказанность, с одной стороны, и категоричность, с другой, вызывают такое отторжение «потопной» модели у большинства верующих ученых.

Тут как-то о. Даниила поймали: Он сказал, что с сотворения ни одна мировая константа не изменилась, и после заявил, что радиоуглеродный метод врет, поскольку период полураспада менялся… Но сделанное замечание он никак не ответил.

Таким образом, в обеих моделях Согласования происходит смешение свойств одного состояния мира, которое было до греха прародителей, и другого состояния мира, уже поврежденного грехом. И отсюда, видимо, и происходит то непонимание друг друга у сторон полемики, которое приводит к ожесточенным и бесполезным спорам. Одни («креационисты»), видя, что свойства падшего мира (смерть, тление и др.) переносятся на первозданный мир, естественно восстают против этого, т.к. такие взгляды противоречат христианскому миропониманию. Другие же («эволюционисты»), видя, что буквальное применение Шестоднева к явлениям нашего мира, поврежденного грехом, приводит к уничтожению всей науки (понимаемой не как ряд гипотез или моделей, а как сокровищница огромного количества фактов и наблюдений, так тщательно и заботливо собираемых в течение всей истории человечества и как некое знание, которое работает, то есть на основании этого знания можно что-то делать, делать гипотезы, которые сбываются), встают уже на защиту самой науки. И пока обе эти стороны не поймут, что библейское повествование о творении мира и данные науки говорят о разном, о двух разных физических состояниях нашего мира, и что ни наука не может проникнуть в первозданный мир и покуситься на христианское миропонимание, ни первые главы книги Бытия не могут нам сказать что-либо относящееся к нашему эмпирическому миру, до тех пор известные всем споры не утихнут, и над Церковью будет висеть угроза очередного и опять бессмысленного разделения.

Указанный общий недостаток обеих моделей делает их не совсем приемлемыми для следования им. Необходимо более последовательное проведение принципа различения состояний нашего мира до и после грехопадения для построения оптимальной модели Согласования, попытка чего и будет сделана в последующих главах данной работы.

Но перед тем, как предлагать новую модель, видимо, все-таки требуется четче обосновать необходимость выделения для нашего мира указанных двух состояний, т. е. выявить свойства как бы двух миров: первозданного и падшего.

2. «Два мира»

В чем же состоит различие состояний нашего мира до греха и после него? Чтобы приблизительно понять это, надо сравнить то, что нам открыто о первозданном мире в Писании и в толкованиях и прозрениях св. отцов, с тем, что произошло согласно опять же Писанию (и св. отцам) сразу после падения прародителей, и с тем, что всем известно из собственной жизни на Земле (в том числе, и благодаря научным изысканиям). Сравнение будет проводиться по следующим пунктам: 1) порядок творения мира (кратко); 2а) состояние тела человека; 2б) физическое состояние остального мира. Последние пункты, как будет показано ниже, тесно между собой связаны, но для наглядности их лучше рассматривать раздельно, хотя это и не всегда будет получаться.

2. 1 Порядок творения

Уже при прочтении одной только, взятой отдельно от всего текста Писания, первой главы книги Бытия, где рассказывается о творении мира, видно, что первозданный мир был не такой, как сейчас. Несмотря на неадекватное выражение языком падшего человека того, как происходило творение мира (ср. [3, с. 5]), в библейском повествовании можно все же выделить некоторую последовательность событий, актов творения. Они такие: 1) создание пространства и времени («в начале…») и в них «неоформленной» материи (пустая и безвидная земля); 2) создание света; 3) создание тверди (неба) и разделение вод; 4) создание суши; 5) создание растений; 6) создание небесных светил; 7) создание различных животных; 8) создание человека. Эта последовательность, как уже говорилось, несколько напоминает (можно поставить в некое соответствие) ту последовательность, которую установила наука при изучении истории Земли. Но даже при простом сравнивании двух этих последовательностей видны многие явные их несоответствия (см. выше); особенно же, это касается сотворения небесных светил после Земли. Относительно этого необходимо сказать, что первенство Земли при сотворении, видимо, указывает на то, что первозданный мир был всё-таки геоцентричным, не только ценностно, как «дворец» господина мира, человека, но и непосредственно физически (натянуто. Вы говорите что туда с наукой лучше не соваться и сами применяете к тому миру наши пространственно-физичесике категории). Это одно из самых значимых (физически) различий двух миров, первозданного и падшего, которое никак нельзя не заметить. Об этом говорит хотя бы то, что вопрос о согласовании этой геоцентричности в Шестодневе с научными данными (начиная с Коперника) всегда был самым острым, и удовлетворительного ответа на него до сих пор не получено, что и понятно.

2. 2 Физическое состояние человека и мира

Первозданный мир.

Одним из достовернейших знаний человека в нашем падшем эмпирическом мире является его знание о том, что он смертен. Но до грехопадения, сразу же по сотворении, в первозданном мире, человек не был таким. Церковь учит, что смерть не является свойством человеческого существа, и что человек не сотворен смертным, и он не умер бы телом, если бы не согрешил (см. 109 правило Карфагенского собора). Это непосредственно следует из заповеди о невкушении плодов с дерева познания добра и зла: «И заповеда Господь Бог Адаму, глаголя: от всякого древа, еже в Раи, снедию снеси; от древа же, еже разумети доброе и лукавое, не снесте от него; а в оньже аще день снести от него, смертию умрете» (Быт. 2, 16−17), где предостережение: «смертию умрете», говорит о том, что для человека, при исполнении данной заповеди, возможно было и не умереть. Более того, в книге Премудрости Соломоновой прямо сказано о нетленности первозданного человека, «яко Бог созда человека в неистление» (Прем. 2, 23).

Святые отцы в своих писаниях и проповедях подробно раскрыли учение о первозданном состоянии человека, в частности о физическом состоянии его тела. Так свт. Иоанн Златоуст говорил (О статуях, XI, 2): «Если хочешь знать, каким Бог сотворил наше тело вначале, то пойдем в рай и посмотрим на человека первозданного. То тело не было такое смертное и тленное; но как светло блестит золотая статуя, только что вышедшая из горнила, так и тело то было свободно от всякого тления» [27, с. 130]. А прп. Макарий Великий указывал, что"… От начала, по установлению Господню, князем этого мира и владыкой видимых вещей был человек. Его огонь не одолевал, и вода не потопляла, и зверь не вредил ему, и яд на него не действовал" [32, с. 222]. (Стоит отметить, что, вообще, «определяющим в аскетике св. Макария является учение о двух „состояниях“ человека, т. е. до падения и после» [32, с. 222].) Очень схоже с прп. Макарием описывал состояние человека до грехопадения и прп. Серафим Саровский в известной беседе с Мотовиловым: «Адам сотворен был до того не подлежащим действию ни одной из сотворенных Богом стихий, что его ни вода не топила, ни огонь не жег, ни земля не могла пожрать в пропастях своих, ни воздух не мог повредить каким бы то ни было своим действием. Все покорено было ему как любимцу Божию, как царю и обладателю твари» [4, с. 134]. По прп. Максиму Исповеднику: «Первому человеку было все дано, что могло облегчить ему задачу объединения всего в Боге. Он не имел нынешнего грубого и тленного (животного) состава тела, ибо элементы его тела еще не были подвержены противоборству, этому источнику разложения, тления, страдания. Состав тела его был легким и нетленным, и человек мог не обременять себя заботой о поддержании его чувственным питанием» [17, с. 77]. То же пишет и свт. Игнатий Кавказский (Брянчанинов): «Тело Адама, легкое, тонкое, бесстрастное, бессмертное, вечно юное, отнюдь не было узами и темницею души: оно было для нее чудною одеждою» [23, с. 298]. Можно приводить много и других высказываний св. отцов, в которых высоко оценивается то нетленное состояние человека до грехопадения, о котором люди сейчас не могут даже и догадываться, имея перед собой примером лишь свое тленное тело.

Но отсутствовали ли тление и смерть и в остальном первозданном мире (или конкретно, были ли, например, животные смертны до грехопадения Адама)? Т. е. отличался ли тот мир от нашего эмпирического также как человек первозданный от человека падшего? Несмотря на то, что в первых главах книги Бытия на данные вопросы не дан прямой положительный ответ, в них всё-таки существует несколько мест, которые, видимо, указывают именно на это. Во-первых, это благословение Богом человека: «И благослови их Бог, глаголя: раститеся и множитеся, и наполните землю, и господствуйте ею, и обладайте рыбами морскими, и зверми, и птицами небесными, и всеми скотами, и всею землею, и всеми гадами пресмыкающимися по земли» (Быт. 1, 27−28), которое лучше рассматривать совместно с другим местом из второй главы Бытия: «И взя Господь Бог человека, егоже созда, и введе его в рай сладости, делати его и хранити» (Быт. 2, 15). Но если бы смерть существовала до грехопадения, то это делало бы господство, обладание и хранение человеком первозданного мира просто невозможными, т. к. истинным господином была бы именно смерть, в любой момент могущая забрать любое живое существо у «мнимого» господина, человека, как это происходит сейчас. И, более того, если известно, какое было отношение ко всей твари у святых уже на падшей земле, что прп. Исаак Сирин определил как «милующее сердце», т. е.: «Возгорение сердца у человека о всем творении, о человеке, о птицах, о животных и всякой твари. При воспоминании о них очи человека источают слезы от великой и сильной жалости, объемлющей сердце. И от великого терпения умиляется сердце его и не может он вынести, или слышать, или видеть какого-либо вреда или малой печали, претерпеваемых тварью. А посему и о бессловесных и о естестве пресмыкающихся молится с великой жалостью, какая без меры возбуждается в сердце его по уподоблению в сем Богу» (сл. 48; цит. по [65, с. 91−92]), то тем более это было и в первозданном мире, где господство человека, как образа Божьего, основывалось на его любви к каждому Божьему творению. И могла ли эта любовь первого человека, пребывающего в блаженстве, вынести смерть живых тварей?

Во-вторых, это сразу следующее за благословением повеление Господне о «вегетарианской» пище человеку и всем животным: «И рече Бог: се, дах вам всякую траву семенную сеющую семя, еже есть верху земли всея, и всякое древо, еже имать в себе плод семени семенного, вам будет в снедь; и всем зверем земным, и всем птицам небесным, и всякому гаду пресмыкающемуся по земли, иже имать в себе душу живота, и всяку траву зелену в снедь. И бысть тако» (Быт. 1, 29−30), что, по крайней мере, говорит о том, что в первозданном мире не было того пожирания друг друга животными, какое сейчас наблюдается в нашем мире.

Кроме того, Св. Писание говорит, что каждое творение Шестоднева было положительно оценено: «И увидел Бог, что это хорошо», а на шестой день была дана оценка и всему творению: «И вот, хорошо весьма». Здесь возникает вопрос: могла ли соответствовать эта оценка присутствию смерти в первозданном мире? Представляется, что всё-таки нет.

И опять же обратившись к книге Премудрости Соломоновой, можно прочитать, что «Бог смерти не сотвори» (Прем. 1, 13). Видимо, это относится ко всем живым существам, а не только к человеку; поэтому с большой долей вероятности можно полагать, что весь первозданный мир был свободен от смерти. Но полную уверенность в этом можно приобрести, лишь обратившись к святым отцам, которые, согласно прп. Григорию Синаиту (цит. по [47, с. 49]), по благодати Божией созерцали «составление видимых вещей». И действительно, последние в большинстве своем (из тех, кто обращался к этому вопросу) говорят именно о нетленности всего мира и, в частности, животных до грехопадения (см. [38, с. 178−183]). О смерти животных в первозданном мире говорили лишь блж. Августин [1, с. 132; 2, с. 62] и блж. Феодорит Киррский ([58, с. 472]; последний следовал, видимо, своему учителю, Феодору Мопсуестийскому, по которому и человек до грехопадения был естественно смертен; см. [32, с. 193]).

Укажем лишь некоторых св. отцов, говоривших о нетленности первозданного мира. Так, согласно свт. Кириллу Александрийскому, Бог создал все твари в нетлении [32, с. 187]. Прп. Симеон Новый Богослов пространно говорит об этом (слово 45): «Бог в начале, прежде чем насадил рай и отдал его первозданным, в пять дней устроил землю и что на ней, и небо и что в нем, а в шестой создал Адама и поставил его господином и царем всего видимого творения. Рая тогда еще не было. Но этот мир бысть от Бога, как бы рай некий, хотя вещественный и чувственный. Его и отдал Бог во власть Адаму и всем потомкам его < …> Адам был создан с телом нетленным, однакож вещественным, а не духовным еще, и поставлен Творцом Богом, как царь бессмертный над нетленным миром, не только над раем, но и над всем творением, сущим под небесами < …> Видишь, что вся эта тварь в начале была нетленною и создана Богом в чине рая?» [49, с. 367−381]. И уже совсем недалекий от нас по времени свт. Феофан Затворник также утверждает, что «тварь, как и человек, сотворена прекрасной, доброй и чуждой смерти. Отдана она во власть человеку, как царю ее, для того чтобы тот, будучи сам чист, свят и бессмертен, поддерживал ее и хранил в чистоте и добре» [45, с. 255]. В заключение этих святоотеческих свидетельств о нетлении первозданного мира хочется привести слова блж. Августина (хоть он и говорит об изначальной смертности животных), относящиеся к одному лишь из аспектов бытия человека до грехопадения, но которые можно отнести и ко всему там происходившему: «А кто не верит, что так могло быть, тот имеет в виду только так называемый естественный порядок природных вещей, каковой возник уже после греха и наказания человека; но мы не должны примыкать к числу тех людей, которые верят только тому, что привыкли видеть» [2, с. 142].

Главным основанием мнения о нетленности первозданного мира, вероятно, является понимание человека как царя, возглавителя вселенной, или как «микрокосма», что часто встречается у св. отцов в их рассуждениях о человеке (а для некоторых святых, например для свт. Григория Богослова, человек, наоборот является «макрокосмом» в «микрокосме» — вселенной; подробно о понятии человека — «микро-» или «макрокосма» см. в [38, c. 161−171]). Так, по свт. Григорию Нисскому, «человек есть некий малый мир, содержащий в себе те же стихии, которыми наполнена вселенная» (цит. по [38, c. 161]). Человек в таком случае является отображением всего тварного мира, его средоточием. Поэтому состоянию человека должно соответствовать состояние всей вселенной. Как писал о. Павел Флоренский: «Человек связан своим телом со всею плотию мира, и связь эта так тесна, что судьба человека и судьба всей твари неразрывны» (цит. по [16, с. 74]). Такая связанность человека с миром и проявляется в приведенных выше высказываниях св. отцов, когда они говорят о том, что нетленный человек должен прибывать именно в нетленном мире. То же, но, как это будет показано ниже, даже ещё с большей силой, говорится и в отношении грехопадения, когда благодаря греховному изменению человека изменился и весь мир (из современных см. также [65, с. 84; 19, с. 63; 20, с. 198, 9, с. 20; 46, с. 90] и др.).

Мир после грехопадения.

Грехопадение прародителей явилось тем событием, которое радикально изменило характер существования нашего мира. При сравнении первозданного мира с миром падшим особую важность для данной работы приобретают последствия грехопадения в плане физических явлений. И хотя эти последствия можно условно разделить на те, которые проявились непосредственно в самом человеке, и те, которые видны в окружающем его мире, но, как уже говорилось выше, все они тесно взаимосвязаны.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой