Нарушение детско-родительских отношений как основа формирования наркозависимости

Тип работы:
Дипломная
Предмет:
Психология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ КАЗАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

ФАКУЛЬТЕТ ПСИХОЛОГИИ

КАФЕДРА ПРАКТИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ

НАРУШЕНИЕ ДЕТСКО-РОДИТЕЛЬСКИХ ОТНОШЕНИЙ КАК ОСНОВА ФОРМИРОВАНИЯ НАРКОЗАВИСИМОСТИ

Выпускная квалификационная работа

студентки V курса гр. 1053

отделения заочного обучения

Петровой Веры Андреевны

Научный руководитель:

Фролова Алена Владимировна

канд. психол. наук, доцент

Казань — 2005

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение

Глава 1. Семья как фактор становления личности подростка

1.1 Исследования концепции семьи в отечественной и зарубежной психологии

1.2 Расстройство детско-родительских отношений как причина развития наркозависимости

1.3 Проблема наследственной отягощенности больных наркоманией

1.4 Психологические особенности созависимых семей подростков — наркоманов

Глава 2. Исследование детско-родительских отношений

2.1. Организация исследования и обоснование его методов

2.2 Исследование особенностей детско-родительских отношений в семьях с больными наркоманией и в семьях со здоровыми подростками

Заключение

Список литературы

Приложение

ВВЕДЕНИЕ

В последние десятилетия актуальной является тема, связанная с наркоманией. Вопросы о механизмах формирования наркотической зависимости остаются одними их наиболее сложных проблем современной психологической науки.

Наркомания является, с одной стороны, социальным, с другой стороны, психическим заболеванием с сопровождающими его функционально-органическими изменениями в организме. У человека, страдающего наркоманией, происходит потеря как физического, так и психического здоровья: деградация личности, развитие эгоизма, грубости, лживости.

Поиски «структуры личности» наркомана, а также попытки выявить «специфический профиль» личности, предрасположенной к употреблению психотропных веществ, являются чрезвычайно сложными задачами. При рассмотрении данной проблемы чрезвычайно важным обстоятельством является то, как неблагоприятные внешние факторы (сложные жизненные обстоятельства, неправильное семейное воспитание, низкий общеобразовательный и культурный уровень окружающей социальной среды) преломляются в психике ребенка, как воспринимаются им жизненные события и различные обстоятельства. Так как основы личности ребенка закладываются прежде всего в семье, мы считаем необходимым изучение детско-родительских отношений на основе результатов стандартных психологических тестов.

Психологическая практическая работа с больными наркоманией дает повод говорить об их семьях как об источниках психической травматизации личности больных, а нарушения семейных взаимоотношений нередко лежат в основе наркотической зависимости.

Таким образом, на современном этапе развития реабилитационной помощи больным с наркотической зависимостью, роль семейной психотерапии, реконструкцию семейного отношения можно без преувеличения считать ведущей.

Даже если исходной ситуацией для начала наркотизации является обычное любопытство, то обнаруживавшийся факт наркомании будет по-разному переживаться, и использоваться разными членами семьи. Их отношение к наркомании будет во многом определяться зачастую неосознаваемыми мотивами. Во многих случаях это приводит к тому, что семейное взаимодействие или поведение кого-то из членов семьи выступает как фактор, запускающий наркотическое поведение. Данный феномен не подвергался системному изучению в психологической науке, вероятно из-за интимности и трудной доступности предмета исследования.

Все более широкое вовлечение семьи наркомана в терапевтический и реабилитационный процесс обусловлено утверждением нового подхода к решению проблемы наркомании.

Проблема: несмотря на практическую значимость психологических исследований роли детско-родительских отношений в возникновении и динамики наркомании, до сих пор остается недостаточно изученным вопрос, связанный с исследованием влияния детско-родительских отношений на формировании зависимого поведения, их специфическая взаимосвязь.

Наличие этой проблемы определяет цель исследования: изучение нарушений детско-родительских отношений в семьях наркозависимых.

Объект: Детско-родительские отношения.

Предмет исследования: Особенности детско-родительских отношений в семьях с наркозависимым подростком, влияние этих отношений на формирование зависимого поведения и их специфическая взаимосвязь.

Гипотеза: детско-родительские отношения в семьях наркозависимых, как фактор детерминирующий возникновение зависимого поведения подростков. Зависимое поведение подростка коррелирует с психологическими особенностями семейного воспитания детей больных наркоманией.

Задачи:

1. Теоретическое изучение литературы по вопросам: концепции семьи в отечественной и зарубежной психологии; расстройство детско-родительских отношений как причина развития наркозависимости; проблема наследственной отягощенности больных наркоманией; психологические особенности созависимых семей подростков-наркоманов.

2. Экспериментальное исследование особенностей детско-родительских отношений в семьях с больным наркозависимостью и в семьях со здоровым подростком.

3. Осуществить сравнительный анализ детско-родительских отношений в семье с наркозависимым подростком и в семье со здоровым подростком.

4. Проанализировать результаты, сделать выводы.

Методы исследования:

· эмпирический метод исследования: психодиагностика методиками — анализа семейного воспитания (АСВ), PARI Е. Шеффера и Р. Белла, опросник «Насколько вы созависимы».

· Наряду с качественным и количественным анализом применялись методы математической статистики: корреляционный анализ по Пирсону, статистическое сравнение средних значений по t-критерию Стьюдента для независимых выборок.

Контингент испытуемых: В качестве испытуемых выступили 32 человека в возрасте 30−45 лет. В качестве испытуемых экспериментальной группы были родители наркозависимых, находившиеся в реабилитационном центр «Преодоление», а также родители посещающие детей в 1-м и 3-м стационарном отделении Республиканского Наркологического Диспансера. В качестве испытуемых контрольной группы выступили родители здоровых подростков.

Исследуемые группы составили:

1 группа: родители наркозависимых подростков — 16 человек.

2 группа: родители здоровых подростков — 16 человек.

Практическая значимость работы: Полученная в ходе данных исследований результаты способствуют наиболее ранней диагностики риска формирования наркозависимости и дают возможность для проведения коррекционных мероприятий.

Содержание работы: дипломная работа состоит из введения; теоретической главы, включающей 4 параграфа; практической главы, включающей 2 параграфа; заключения; списка литературы, включающей 55 наименований; 7 приложений. В работе представлены 6 рисунков и 2 таблицы.

Глава 1. Семья как фактор становления личности подростка

1.1 Исследования концепции семьи в отечественной и зарубежной психологии

Семья представляет собой динамическую микросистему, находящуюся в постоянном развитии [12]. В ней, как в интимной первичной группе, предполагается эмоциональное влечение ее членов друг у другу — уважение, преданность, симпатия, любовь, взаимная поддержка, которые способствуют глубокой доверительности в отношениях.

С точки зрения Соловьева Н. Я., семья — ячейка (малая социальная группа) общества, важнейшая форма организации личного быта, основанная на супружеском союзе и родственных связях, т. е. отношениях между мужем и женой, родителями и детьми, братьями и сестрами и другими родственниками, живущими вместе и ведущими общее хозяйство [47].

По определению Антонова А. И., семья — это основанная на единичной общесемейной деятельности общность людей, связанных узами супружества-родительства-родства, и тем самым осуществляющая воспроизводство населения и преемственность семейных поколений, а также социализацию детей и поддержание существования членов семьи. [3]

С точки зрения семейной психотерапии [6] семья — это вид социальной системы, характеризующейся определенными связями и отношениями ее членов, проявляющими себя в круговых паттернах взаимодействия, в их структуре, иерархии, в распределении ролей и функций.

По мнению Эйдемиллера Э. Г., важнейшими характеристиками семьи являются ее функции и структура. Функции семьи — это сфера жизнедеятельности семьи, непосредственно связанная с удовлетворением определенных потребностей ее членов [25]. Можно выделить несколько функций семьи, важных с точки зрения дальнейшего анализа семейных причин наркотизации и динамики семейных отношений в наркоманических семьях.

1. Воспитательная функция семьи состоит в удовлетворении индивидуальных потребностей в отцовстве и материнстве, воспитании, самореализации в детях. Семья обеспечивает социализацию подрастающего поколения, а также взаимовлияние членов семьи друг на друга.

2. Хозяйственно-бытовая функция семьи заключается в удовлетворении материальных потребностей и сохранении здоровья ее членов. В ходе выполнения этой функции обеспечиваются необходимые и приемлемые условия жизнедеятельности семьи.

3. Эмоциональная функция семьи состоит в удовлетворении ее членами потребностей в симпатии, уважении, эмоциональной поддержке, психологической защите. Семья способствует эмоциональной стабилизации ее членов, активно содействует сохранению их психического здоровья.

4. Функция духовного (культурного) общения заключается в удовлетворении потребностей в совместном проведении досуга, взаимном духовном обогащении. Семья способствует культурному, духовному и нравственному развитию личности, поддерживанию и развитию сферы совместной деятельности, интересов, формированию согласованных целей и ценностей.

5. Функция первичного социального контроля выражается в обеспечении выполнения социальных норм членами семьи, в особенности теми, кто в зависимости от ряда причин (возраст, наличие заболевания и т. п.) не обладает в достаточной степени способностью самостоятельно строить свое поведение в соответствии с общепринятыми нормами.

6. Сексуально-эротическая функция состоит в удовлетворении сексуально-эротических потребностей членов семьи, обеспечивая биологическое воспроизводство, а также удовлетворение эротических потребностей и фантазий. Сексуально-эротическая функция создает возможности для глубинно-личностного самопознания и познания брачного партнера. [53].

С течение времени происходят изменения в семейном функционировании: одни функции утрачиваются, другие изменяются в соответствии с новыми социальными условиями. [53]

Структура семьи — т. е. состав семьи и число ее членов, а также совокупность их взаимоотношений. Анализ структуры семьи дает возможность ответить на вопрос, каким образом реализуется функция семьи: кто в семье осуществляет руководство и кто является исполнителем, как распределены между членами семьи права и обязанности. С точки зрения структуры, можно выделить семьи, где руководство сосредоточенно в руках одного члена семьи, и семьи, где явно выражено равное участие всех членов в управлении. В первом случае говорят об авторитарной системе отношений; во втором — о демократической. Различной может быть структура семьи в зависимости от того, как в ней распределены основные обязанности: равномерно или же большая их часть сосредоточенна в руках одного члена семьи. [52].

Личко А.Е. разработал следующую классификацию семей:

1. Структурный состав:

· полная семья (есть мать и отец);

· неполная семья (есть только мать или отец);

· искаженная или деформированная семья (наличие отчима вместо отца или мачехи вместо матери).

2. Функциональные особенности:

· гармоничная семья;

· дисгармоничная семья. [26]

В структуре семьи можно выделить взаимоотношения между супругами (супружеские взаимоотношения), взаимоотношения между родителями и детьми (детско-родительские отношения), взаимоотношения между сибсами, а также между родственниками.

Супружеские отношения — это система разнообразных чувств, установок, особенностей восприятия, понимания друг друга партнерами по браку.

Детско-родительские отношения — это система разнообразных чувств родителей по отношению к ребенку, а также ребенка по отношению к родителям, особенностей восприятия, понимания характера личности и поступков друг друга.

В соответствии с теорией привязанностей, сформированной Д. Боуби и М. Эйнсворт, можно определить важнейшие параметры родительского отношения. Ими являются: нежность, забота, чувствительность к потребностям ребенка, надежность, обеспечение безопасности, предсказуемость, последовательность [16]. Детско-родительские отношения, которые в данной теории называются привязанностью, включают в себя две противоположные тенденции. Одна из них — стремление к познанию, риску, волнующим ситуациям, а другая — стремление к защите и безопасности. Одна тенденция побуждает ребенка к отделению от родителей и стремлению во внешний мир, в то время как другая — возвращает его обратно. Умение родителя адекватно поощрять эти тенденции определяет полезность родительского отношения для развития ребенка.

1.2 Расстройство детско-родительских отношений как причина развития наркозависимости

Группа авторов полагает, что патологию семейного общения, влияющую на формирование наркозависимости, нельзя свести к одному фактору.

Представитель психоаналитического направления американец Л. Вюрсмер выделяет четыре основных нарушения эмоционального общения, способствующих возникновению наркотических заболеваний:

1) насилие в детском возрасте со стороны родителей;

2) навязчивый контроль поведения ребенка;

3) постоянная ложь, культивируемая в семье. В результате «доминирующей эмоцией у ребенка становится стыд, происходит деперсонализация, утрачивается чувство реальности»;

4) непоследовательность в воспитании. В результате нарушается стабильность «сверх-Я», а это приводит к нарушению социализации [37].

Другой представитель психоаналитического направления Берн Э. полагает, что существует игра «алкоголик», сценарий который формируется в раннем детстве, в результате «толчка» со стороны родителей в форме высказываний: «он у нас дурачок» или «она у нас грязнуля» и т. д. В зрелом возрасте ребенок, выросший в такой семье, следует сценарному предписанию родителей «убей себя», заложенному ими еще в детские годы, используя для этой цели алкоголь и наркотики [5, с. 228].

Психолог Баликоев А. также говорит о жизненном сценарии, но с иной точки зрения. Он считает, что контакт с ребенком часто утрачивается еще до рождения, когда родители уже придумали за сына или дочь жизненный сценарий. Родители видят в ребенке самих себя и пытаются решить за него свои проблемы, реализовать свои несбывшиеся мечты (причем, даже не осознавая этого).

Ряд авторов основной причиной наркотизации считают нарушение идентификации с родителями [21, с. 184; 36, с. 236]. «Теория идентификации подчеркивает роль эмоций и подражания, полагая, что ребенок имитирует поведение представителей своего пола, прежде всего, родителей, место которых он хочет занять» [21, с 184]. Олпорт полагает, что идентификация мужчины-наркомана с отцом обычно выражена слабо или не существует вообще. Наркоманию он считает бунтом против родителей, а опосредованно, и против общества [36, с 236].

Относительно многодетных семей, А. Адлер полагал, что имеющаяся у последнего ребенка склонность к сильной зависимости от всех старше себя в семье, позволявшая ему в детстве немедленно и без затруднений решать проблему, может обернуться в последствии высокой вероятностью химической зависимости [1].

Согласно Березину С. В., общая черта, объединяющая подобные семьи, заключается в том, что супруги и остальные домочадцы говорят, думают, рассуждают на одном уровне, а взаимодействуют, чувствуют, переживают — на другом, что образует скрытую инфраструктуру их жизни, своеобразный подтекст семейных отношений [4]. Именно в этом подтексте и может скрываться причина, фиксирующая наркотизацию.

С позиции семейной психологии наркоманию можно рассматривать как крайнюю форму разрешения семейного кризиса. В связи с этим наркомания является своего рода сообщением о кризисных процессах, от которых страдает вся семья. При этом, чем сильнее закамуфлированы, чем глубже вытесняются, подавляются и прячутся факт и причины семейного кризиса, тем острее проявляется неблагополучие детей [53].

По литературным данным можно выделить ряд признаков, характерных для семей наркозависимых. Нередко авторы излагают противоположные точки зрения, что лишь подтверждает масштабность и актуальность данной проблемы. Однако не оставляет сомнений то, что основы личности закладываются в семье, поэтому в ней особое значение приобретает психологический аспект отношений. «Сама по себе модель семьи (полная, неполная) еще ничего не определяет. Невозможно что-либо прогнозировать, не зная психологического микроклимата семьи, сложившихся в ней взаимоотношений, ценностных ориентаций, культурных запросов, традиций» [38]. Основы характера, заложенные в детстве, в большей мере определяют, каким вырастет человек. Позиция человека по отношению к наркотикам зависит от опыта его детских лет, от его личности, а также от социальных условий.

Этим и объясняется то, почему некоторые люди не испытывают потребности в наркотиках, даже если возможность легко их достать, а другие являются умеренными потребителями наркотиков, никогда не впадая в зависимость от них, в то время как третьи оказываются «втянутыми» и к тому же способными переходить от одного вида наркотика к другим [15].

Согласно Фромму, «человеческий организм нуждается в некотором минимальном количестве волнения (возбуждения). Мы видим, что человек жадно ищет возбуждения и непосредственно реагирует на него» [49]. При этом «человек с богатой внутренней жизнью сам по себе активен и не нуждается в особых внешних стимулах, ибо в действительности он сам ставит себе цели и задачи» [49].

Фромм обращает внимание на активность, продуктивность, оригинальность детей в возрасте пяти лет, которые сами постоянно находят себе «стимулы» и «создают» целый мир из обрывков бумаги, кусочков дерева и т. д. Но уже в шесть лет, когда они попадают под «жернова воспитательной мельницы», они начинают приспосабливаться, утрачивают непосредственность, становятся пассивными и нуждаются в таком стимулировании, которое позволяет им пассивно реагировать [49].

По мнению Братуся Б. С., главное внимание надо уделять тем периодам жизни человека, когда он еще далек от тяги к наркотикам, когда образуется его личность, круг его нравственных интересов, способы и стиль достижения намеченных целей [10]. Иначе говоря, следует начать с психологических и социально-психологических причин, истоков наркомании как «аномалии» формирования личности.

Психологические исследования, проведенные Юнгом К. Г., доказали, что типы ассоциаций особенно совпадают среди определенных членов семьи, например, у матери и ребенка. Описывается пример, где более 30% всех ассоциаций у матери и дочери были представлены одинаковыми словами. «Это удивительный случай ментальной «инфекции» [55, с. 49].

Данное исследование лишний раз подтверждает высокую степень влияния родителей на формирование личности ребенка.

Обобщающая детерминанты родительского отношения в различных концепциях, Б. Ю. Шапиро [51, с. 331] выделили следующие:

· особенности личности родителя (концепция А. Адлера, Дж. Боулби, Л. Лоевингер)

· этиологические факторы (С. Лейбовичи)

· личностные и клинико-психологические особенности (работы М. И. Лисиной, Н. Ньюсона)

· социокультурные детерминанты (Х. Харлоу, М. Лаоса)

· особенности внутрисемейных отношений (А.И. Захаров, А. С. Спиваковская, А. Я. Варга, Э.Г. Эйдемиллер).

По литературным данным, большинство авторов указывают на прямую связь наркомании с такими условиями развития, как альтернирующий (переменный, чередующийся) тип эмоциональных отношений со стороны родителей и неконгруэнтность общения родителей с детьми [28]. Максимова Н. Ю., говоря о роли неправильного воспитания в возникновении аддиктивного поведения, указывает, прежде всего, на эмоциональное отношение к ребенку: степень душевного контакта с сыном или дочерью, нежность, ласковость в общении с ним [28, c. 138].

Аддиктивное поведение — это одна из форм девиантного (отклоняющегося) поведения с формированием стремления к уходу от реальности путем искусственного изменения своего психического состояния посредством приема некоторых веществ или постоянной фиксацией внимания на определенных видах деятельности, что направленно на развитие и поддержание интенсивности эмоций [Ц.П. Кореленко, Т.А. Донских].

Развитие сферы эмоций и чувств ребенка зависит от опыта общения в семье. Нарушение эмоциональных связей между членами семьи препятствует усвоению ребенком норм взаимоотношений и нравственных позиций. Конфликтные, напряженные отношения между родителями ведут к нарушениям эмоционального и волевого развития детей, проявляющихся в трудностях социальной адаптации, отклонениях в поведении [48].

Отечественные ученые также подчеркивают возрастные роли эмоциональных факторов в функционировании семьи, т.к. индивидуальное нравственное сознание предполагает не просто восприятие и понимание принципов и норм морали, но и обобщение эмоционального опыта [44].

Психологические исследования показали, что особую роль в эмоциональном, нравственном и умственном развитии ребенка играет его близость с матерью в первые годы жизни [9, 54]. Отсутствие материнской заботы либо ее длительное лишение ведут к состоянию «психической депривации», с которым связано отклонение в развитии, проявляющееся в различных формах, в том числе и наркомании.

Каждая семья имеет свой уровень нравственно-эмоциональной выразительности внутрисемейных отношений, который зависит от индивидуальных особенностей членов семьи [53, с. 32].

В психоаналитической традиции выполнено ряд исследований эмоциональных взаимоотношений между родителями и детьми. В качестве главных объяснительных категорий Х. Е. Рихтер использует психоаналитические понятия (роль ребенка, перенос, нарцисстические проекции), анализируя на их основе нарушения взаимоотношений в семье. Под детской ролью он понимает «структурированную совокупность неосознанных родительских ожиданий — фантазий, которые предписывают ребенку выполнение определенной функции» [44, с. 9].

К. Роджерс рассматривает нарушение отношений в семье больше с позиции непосредственного взаимодействия как недостаток удовлетворительного эмоционального отношения (эмпатии, уровня уважения, готовности к раскрытию и т. д.), способствующего «истинной самоактуализации» [44, с. 10].

В продолжении психоаналитической традиции В. Буриан полагает, что решающим фактором формирования наркозависимости является алекситимия — трудности с вербализацией чувств [22]. Этот дефект возникает в раннем детстве при нарушении общения с матерью. В этот период соматическое выражение аффекта — единственная форма коммуникации с матерью. Большинство матерей воспринимают его как требование поддержки, способствуя при этом формированию у ребенка навыков самонаблюдения и вербального отчета о своих эмоциях. В результате аффект у детей вербализуется и дифференцируется. Если же интеракция ребенка и матери нарушена, то аффект вербализуется неадекватно, остается недифференцированным и воспринимается как угрожающий, усиливается опасность инфантильных мечтаний [22].

В. Буриан подчеркивает, что во время разрыва инфантильной связи с родителями, которая должна прекратиться и замениться зрелыми связями с другими людьми, психоактивные вещества, заменив мать как объект привязанности, носят, как мать, амбивалентный характер: с одной стороны, оказывают поддержку, а с другой — представляют опасность.

Т.о. решающим фактором формирования наркотической зависимости, согласно мнению В. Буриан является нарушение выражения эмоций в общении матери с ребенком.

Курек Н.С., противоположно выше изложенной точки зрения, говорит преимущественно о нарушении импрессивного аспекта эмоциональной сферы больных наркоманией [22]. Курек Н. С. предполагает, что выявленное в исследовании нарушение восприятия эмоций у наркозависимых является побуждающей к наркотизации причиной снижения уровня взаимопонимания, увеличения числа конфликтов в общении, неадекватного ситуации общения выражения эмоций, нарушения невербальной коммуникации. При этом эмоциональная экспрессия относительно сохранена, ее нарушения носят вторичный характер.

Группа авторов утверждает, что определяющим фактором формирования наркотической зависимости является «эмоциональная уплощенность» и эмоциональное отвержение родителей наркозависимых [7, 40].

Согласно Пятницкой И. Н., эмоциональная уплощенность — это холодность, слабость и узость круга привязанностей, поверхностность, не длительность чувств [40]. Эмоциональная глухота взаимна. Родители часто ничего не могут сказать о своем ребенке (склонности, привязанности, вкусы, времяпрепровождение); обычные ответы на вопросы — «как все», «хороший». Дети не знают зачастую характер работы родителей и даже их возраста. Обращают на себя внимание быстрое угасание привязанностей. При этом охлаждение родителей обычно опережает привязанность ребенка. Этот временной разрыв содержит психотравмирующий ребенка фактор.

Согласно Анохину П. К., психическая травма — это, прежде всего психическое переживание, в центре которого находится определенное эмоциональное состояние. Центральное место эмоций в структуре психотравмирующего переживания закономерно, оно обусловлено как важным местом эмоций в организации и интеграции психических процессов, так и их ролью во взаимосвязи психических и соматических систем организма [2].

Важнейшей чертой психотравмирующих переживаний является, как было показано В. Н. Мясищевым, их центральное место в структуре личности, их особая значимость для индивида [35].

Эйдемиллер Э.Г. также большое внимание уделяет семье как источнику психической травмы [53]. Ведущая роль семьи в возникновении патогенных ситуаций и психотравмирующих переживаний, по мнению Эйдемиллера, определяется рядом обстоятельств:

1) Ведущей ролью семейных отношений в системе взаимоотношений личности. А также тем, что семья на ранних, наиболее важных для дальнейшего развития этапах жизни индивида является единственной социальной группой, в которую он включен.

2) Многосторонностью семейных отношений и их зависимостью друг от друга.

3) Особой открытостью и, следовательно, уязвимостью члена семьи по отношению к различным внутрисемейным влияниям, в том числе и травмирующим [53, с. 35].

Х. Шультц-Хенке обращается к невротическим нарушениям развития и выделяет в этой связи виды влияния родителей на ребенка. Все травмирующие влияния он характеризует как «тормозящие» [44, с. 9]. Подобное влияние проявляется в нарушениях эмоционального и волевого развития детей, в трудностях социальной адаптации, отклонений в поведении, противоправных поступках, в том числе и в приеме наркотических средств.

Анализ литературных источников не оставляет сомнений в том, что наиболее значимым в структуре девиантной личности являются не интеллектуальные, а эмоционально-волевые особенности. Авторы используют понятия: эмоциональное отвержение [7], эмоциональная уплощенность [40], альтернирующий тип эмоциональных отношений [28], нарушения экспрессивно-импрессивного аспекта эмоциональной сферы [22] и т. д. На их основе они анализируют нарушения детско-родительских взаимоотношений, которые запускают наркотическое поведение детей. В том случае, когда начинают превалировать исключительно негативные отрицательные переживания, определяя весь тон и направления жизни, все формы отношения к миру и самому себе, начинается аномальное, отклоняющееся развитие, уводящее от общих сущностных задач, замыкающих человека в узкий круг негативных переживаний и в конце концов ненависти (чаще бессильной) к себе и другим. Именно эти психологические особенности провоцируют их на «уход от реальности» с целью изменить свое психическое состояние искусственным путем.

Согласно Завьялову В. Ю., семья или «семейная система», в которую включают не только ядро семьи («нуклеарная семья» — родители и дети), но и предшествующие и последующие генерации, родственные связи с близкими и дальними родственниками — главный фактор в развитии символического приобщения к наркотикам [18, с. 60]. От генерации к генерации передаются системы ценностей, модели поведения, «семейные ритуалы», символы и т. д. Внешний по отношению к семье мир ребенок до определенного времени, а точнее до «социальной зрелости», воспринимает через семью, через установки и ценности, которые существуют в семье. Человек не обязательно поступает в жизни именно так, как поступали его родители или как его учили поступать. Однако влияние на все его поступки и оценку поступков в той или иной степени оказывает «семейный фонд» [18].

Поэтому другая точка зрения в качестве основного фактора формирования наркотической зависимости считает неправильное воспитание.

Prendergast и Schafer называют 3 механизма через которые родители могут оказывать влияние на наркотизацию детей:

1) родители как образцы;

2) родители как воспитатели;

3) родители как источник поддержки [11, с. 48].

Сторонники системно-ориентированной теории указывают на редкое поощрение родителями приемлемого поведения ребенка и уделение большого внимания негативному поведению [36].

Максимова Н.Ю. полагает, что в этом случае у ребенка оказывается фрустрированными целый ряд социальных потребностей; потребность в положительной оценке; потребность в самоуважении. «По мере нарастания отрицательной информации, критических замечаний, неудач, неизбежных при нарушении процесса социализации, психологическая защита, временно позволяющая подростку иллюзорно-положительно воспринимать объективное неблагополучие, становится менее эффективной. В случае неэффективности ее действия, либо недостаточной сформированности, при возникновении угрозы невротического срыва подросток интенсивно ищет выход и нередко находит его во внешней среде, употребляя психотропные вещества» [29].

Согласно Битенскому В. С., в семьях наркоманов выявляются

различные типы неправильного воспитания. С одной стороны, это гипопротекция, в условиях которой формируется триада жизненных принципов: всегда рассчитывай на самого себя; другие — твои враги; если ты хочешь чего-то добиться, ты должен их обмануть. На другом полюсе неправильного воспитания лежит повышенное внимание к ребенку и повышенный контроль за ним. Доминирующая гиперпротекция, воспитание по типу «кумира семьи», может сформировать мировоззрение, характеризующееся триадой: никогда не принимать ничего самостоятельно; другие обязаны заботиться о тебе; если у тебя что-то не получается, виноваты в этом другие, а не ты [7]. Данный тип воспитания приводит к несформированности волевой сферы личности. Затрудняется процесс «волевого овладения своей аффективной жизнью» и процесс формирования «целевой воли» [14, с. 170]. Слабость волевой сферы проявляется нестойкостью интересов и неспособностью к организованной, последовательной деятельности. В целом такую личность характеризует слабая, пользуясь выражением А. Н. Леонтьева, «чувственная ткань сознания», а также недостаточное чувство реальности, сознания «Я» [24].

Неразвитость волевой сферы проявляется в несформированности самоконтроля. Самоконтроль — не только волевая функция, но и навык, приобретаемый усвоением социальных и нравственных норм, воспитанием. Способствует самоконтролю знание последствий злоупотребления, ценностные ориентиры, личные, социальные цели, перспектива достижения которых весомее (и соизмерение для индивидуума доступно), чем сиюминутное удовольствие.

Котляров В.Ю., Смердов О. А., предлагают термины, которые характеризуют дисгармоничные черты характера, формирующиеся при определенном типе неправильного воспитания [20]. С точки зрения доходчивости и понимания данные термины нашли широкое распространение, хотя в подобных определениях усматриваются клички, карикатурность, смех: «герой семьи», «козел отпущения», «потерянный ребенок», «шут», «фанат», «благодетель».

Шнейдер Л.Б. выделяет следующие отклонения в стиле родительского воспитания: предпочтение женских качеств, предпочтение мужских качеств, расширение сферы родительских чувств, страх утраты ребенка, неразвитость родительских чувств, проекция собственных нежелательных качеств, внесение конфликта между супругами в сферу воспитания [51, с. 329].

Иными словами, данные типы воспитания формируют дисгармоничные черты характера, которые в свою очередь способствуют образованию «психологической готовности к употреблению психотропных веществ» [29, с. 150]. Этот феномен состоит в неспособности адекватного восприятия ситуации, связанных с необходимостью преодоления жизненных трудностей, налаживания отношений с окружающими, правильной регуляции своего поведения. Являясь личностным образованием «психологическая готовность к употреблению психотропных веществ» проявляется в ситуации «затрудненности удовлетворения значимых социальных потребностей человека» [29, с. 152] и «в условиях особой направленности личности, разрешающей неприемлемые в социальном отношении поступки» [50].

Анализ зарубежной литературы по проблемам наркомании показывает, что исследованиям деструктивных детских ролей в семье уделяется значительное внимание. С усвоением таких ролей связывают не только предрасположенность к наркомании и алкоголизму [37], но и развитие созависимости [8], [39], а также вероятность появления в семье химически зависимого члена семьи в следующем поколении или через поколение [45].

1.3 Проблема наследственной отягощенности больных наркоманией

Помимо вышеперечисленных факторов, способствующих формированию преднаркотической личности, достаточно существенным являются наследственная отягощенность больных наркоманиями. В работах посвященных этому аспекту наркомании, выделяется два направления. Одни авторы, указывают на наличие зависимости от каких-либо химически активных соединений в нескольких поколениях, а другие, подчеркивают роль взаимоотношений созависимых родителей между собой и растущими детьми в последующем формировании наркотической зависимости у детей.

Флеминг Н.Ф., Д. Поттер, С. Кеттил считают, что диспропорциональность злоупотребления наркотическими веществами в различных семьях свидетельствует о существовании генетической предрасположенности к этим нарушениям. В 50% случаев алкоголизма, который больше всего изучался в этом отношении, обнаружена его связь с положительным семейным анамнезом. В ходе обследований приемных детей и близнецов удалось разделить влияние среды проживания и генетического фактора. Были получены веские доказательства в пользу генетического компонента алкоголизма. По сравнению с непьющими «приемными детьми» большее число употребляющих алкоголь «приемных детей» имеют биологических родителей-алкоголиков [37, с. 21].

Серейский М.Я. первым в нашей стране систематически изучил семейную отягощенность наркозависимых [33, с. 84]. Он пришел к выводу, что семьи наркоманов характеризуются наличием зависимости от каких-либо химически активных соединений в нескольких поколениях. Не исключена возможность, что в семьях существует предрасположенность к возникновению зависимости, а выбор вещества определяется внесемейными, средовыми факторами.

Врублёвский и соавторы сообщают, что из 208 обследованных больных полинаркоманиями у 1/3 наследственность была отягощена алкоголизмом или психическими заболеваниями [13].

Другая группа авторов решающим фактором в формировании наркотической зависимости считают не физическую предрасположенность, а нарушение нормальных взаимоотношений в семьях, где хотя бы один родитель страдает алкоголизмом. Ряд катамнестических исследований, направленных на изучение отклонений поведения, указывают на роль протрагированных психотравм в возникновении асоциального стереотипа поведения [30, с. 239; 31; 33].

Согласно Соколову А., один из способов «ухода» от психотравмирующей действительности, это проживание в вымышленном мире — мире фантазий, что хорошо проявляется в рисунках, сновидениях. Уход в иллюзорный мир, в данной ситуации, помогает ребенку выжить. Одна из целей фантазии — это безопасность. Фантазии занимают место реальности. На таком уровне начинает формироваться экстремальный локус контроль [46]. Пятницкая И. Н. отмечает высокую, по сравнению с контрольной группой, частоту переживания одиночества, пустоту, ненужность, ущербность у людей воспитавшихся в неблагоприятной микросоциальной среде [40]. По ее мнению, тяжелые микросоциальные условия несут сугубо биологические следствия — стресс, недостаточную адаптацию, нарушение контактов с окружающими, как из-за агрессивности, так и из-за робости, боязливости. Родители активно формируют агрессивно-оборонительные отношения детей к внешнему миру, тем самым, поощряя девиантное поведение до тех пор, пока поступки ребенка не вынуждают их искать не помощи для него, а защиты от него [41].

Москаленко В.Д. приводит 5 основных характеристик алкогольных семей:

1. Размытость, нечеткость границ различных сфер жизни, личностей. Поскольку вся жизнь такой семьи неупорядочена, непредсказуема, то дети часто не знают, какие их чувства нормальны, а какие — нет, и теряют «твердость психологической почвы под ногами». Амбивалентность касается многих сторон жизни семьи. Это приводит к нечеткости границ личности.

2. Отрицание. В жизни дисфункциональной семьи так много построено на лжи, что ребенку трудно распознавать правду. Отрицание происходящего в доме носит почти навязчивый характер. Как больной отрицает наличие у него проблем, связанных с потреблением ПАВ, так вся семья отрицает тягостные события. Ребенку становится трудно понимать, что же вокруг него происходит.

3. Непостоянство. Поскольку потребности ребенка удовлетворяются непостоянно, то он испытывает голод внимания к себе, страстное желание, чтобы им занимались, и привлекает внимание к себе любыми доступными ему способами, включая делинквентное поведение.

4. Низкая самооценка. Вся система воспитания в такой семье заставляет ребенка поверить, что он в какой-то степени виноват в том, что происходит. Он был недостаточно хорошим, он совершал много ошибок, он вообще состоял весь из ошибок. В конце концов, у него складывается убеждение, что он заслуживает всего того плохого, что с ним случается.

5. Недостаток информации. Как сами родители, так и их дети имеют слабое представление о том, как должна функционировать нормальная семья. Ситуация в алкогольной либо наркоманической семье всегда нездоровая и нестабильная, поскольку зависимость забирает слишком много энергии, которая в норме направляется на поддержание стабильности и создания здоровой окружающей среды для духовного роста [43].

Практическое заявление данных о семейной отягощенности больных наркоманией состоит в том, что диагноз алкоголизма у отца может выступать для сына или для дочери фактором риска. Можно утверждать с уверенностью: высокая частота алкоголизма и других психопатологий у членов семьи не способствует нормальному развитию ребенка в семье, т.к. отношение всех членов семьи далеко не гармоничны. Кроме этого, нельзя исключать биологически определяемый высокий порог чувствительного восприятия, объединяющий склонность и способность некоторых людей переносить в больших количествах шумовые, световые раздражители, любовь к ярким расцветкам, высоким скоростям. В этой связи может быть не случайность к искусственной стимуляции одурманивающими средствами.

1.4 Психологические особенности созависимых семей подростков — наркоманов

Долгое время психологическим проблемам, связанным с наркоманией, в нашей стране не уделялось должного внимания. К ним относится и сфера особенностей межличностных отношений в семьях, в которых ребенок употребляет наркотики. Можно полагать, что с одной стороны, неблагополучие в семье имеет большое значение в формировании аддиктивного поведения подростка, а с другой — очевидно, что при наркотизации одного из членов семьи, деформируется вся система внутрисемейных взаимоотношений. Особое внимание необходимо уделить проблеме созависимости. В настоящее время для описания психического состояния, развивающегося у членов семьи химически зависимого пациента (наркомания, алкоголизм, токсикомания и др.), широко используется термин «созависимость». Понятие «созависимость» используется как для описания психического состояния отдельных членов семьи («созависимый»), так и для характеристики внутрисемейных отношений в целом[19].

Определение «созависимость» пришло из Америки, где раньше других стали изучать проблему алкоголизма. Специалисты заметили, что с людьми, находящимися в тесных отношениях с химически зависимыми пациентами, происходит нечто особенное. У них развивается физические, психические, эмоциональные и духовные состояния, напоминающие таковые при алкоголизме: меняются качества жизни, чувства, характер, здоровье. Семья пытается помочь зависимому своими силами, отрицая существование проблемы. Вначале комплекс симптомов, характеризующих непьющих жертв алкоголизма, назывался «пара-алкоголизм», «ко-алкоголизм». Со временем, когда алкоголизм стал рассматриваться как частный случай общей химической зависимости (наркомании, токсикомании и т. д.), термин пара-алкоголизм был заменен на «созависимость» [19]. Созависимость — это состояние, возникающее у членов семьи больного алкоголизмом или другими формами зависимости, которое подчас тяжелее, чем само заболевание.

С начала 1980-х годов этот термин употребляется с растущей частотой. В мире развивается целое движение по преодолению созависимости. Однако, несмотря на это, термин, тем не менее, продолжает оставаться «нечетким и размытым» [8], а сам феномен созависимости недостаточно исследованным. Мелоди Битти, анализируя термин «созависимость», приводит несколько определений, данных весьма авторитетными в области обсуждаемых проблем специалистами. Созависимость — это «эмоциональное, психологическое и поведенческое состояние, возникающее в результате того, что человек длительное время подвергался воздействию угнетающих правил — правил, которые препятствовали открытому выражению чувств, а также открытому обсуждению личностных и межличностных проблем» (Роберт Сабби), [8].

Эрни Ларсен определяет созависимость как «выученный набор поведенческих форм и дефектов характера самопораженческого свойства, который приводит к снижению способности инициировать и участвовать в любовных взаимоотношениях» [8].

Будучи сама признанным специалистом в области психотерапии и помощи созависимым, М. Битти так определяет созависимость: «Созависимый человек — это тот, кто позволил поведению другого сильно воздействовать на нее или него, и кто одержим попытками контролировать поведение того человека» [8]. Трудно не согласиться с М. Битти в том, что все дефиниции созависимости одинаково научно респектабельны и «исполнены смысла», разница заключается лишь в акцентах: последствия поведения созависимых, общее состояние созависимых, симптомы, схемы поведения и т. п.

Неопределенным продолжает оставаться не только понимание сути созависимости, но и ее статус: является созависимость болезнью или нет? По этому поводу существует несколько точек зрения, иногда противоречащих друг другу:

§ созависимость — это нормальная реакция на людей с нарушениями в поведении;

§ созависимость — это хроническое прогрессирующее заболевание.

Мы полагаем, что ответить на этот вопрос, является ли созависимость болезнью или нет, однозначно нельзя, поскольку она является многоуровневым феноменом со сложной детерминацией. И то, что на одном уровне может быть определенно как болезнь, на другом уровне не является таковым.

Американский исследователь Смоли считает, что созависимость — это паттерн усвоенных форм поведения, чувств и верований, делающих жизнь болезненной. Это зависимость от людей и явлений внешнего мира, сопровождающаяся невниманием к себе до такой степени, что мало остается возможностей для самоидентификации [34].

Чермак считает: созависимость — «это нарушение личности, основанное на: необходимости контроля ситуации во избежание неблагоприятных последствий; невнимание к своим собственным нуждам; нарушение границ в области интимных и духовных взаимоотношений; слияние всех интересов с дисфункциональным лицом. Другое проявление — отрицание, депрессия, вызванные стрессом соматические заболевания» [34].

Москаленко В. считает, что «Созависимый человек — это тот, кто полностью поглощен тем, чтобы управлять поведением другого человека и совершенно не заботясь об удовлетворении собственных жизненно важных потребностей.

Созависимыми являются:

— лица, находящиеся в браке или любовных взаимоотношениях с больным алкоголизмом или наркоманией;

— родители, взрослые братья и сестры больного;

— лица, имеющие одного или обоих родителей, больных алкоголизмом или наркоманией;

— лица, выросшие в эмоционально репрессивных семьях" [34].

Для созависимости характерно:

· заблуждения, отрицания, самообман;

· чрезмерная озабоченность кем-то или чем-то при пренебрежении собой вплоть до полной потери собственного «Я»;

· низкая самооценка, граничащая с ненавистью к себе;

· компульсивные действия (неосознанное иррациональное поведение, о котором человек может впоследствии сожалеть, но все же продолжать действовать так, как бы движимым невидимой внутренней силой);

· навязчивая потребность совершать определенные действия по отношению к другим людям (опекать, подавлять, контролировать, возмущаться и т. п.);

· привычка испытывать одни и те же чувства (жалость к себе, гнев, страх, раздражение и т. п.);

· «замороженные» чувства и связанные с ними проблемы в общении, интимных отношениях и т. п. ;

· сверхответственность или, наоборот, сверхбезответственность в поведении. Неумение разграничивать ответственность за себя и за других (взрослый отвечает за себя перед другими, Созависимый отвечает за других перед другими и перед собой);

· потеря границ: позволяет себе вторгаться в чужую жизнь, также как и другим позволяет вторгаться в свою, решать за себя, что хорошо для него, что плохо;

· постоянное откладывание всего «на потом»;

· неспособность — или активное, сопровождаемое страхом нежелание участвовать в играх, развлечениях, забавах, «предаваться веселью»;

· привычная ложь даже там, где проще и естественней было бы сказать правду;

· нарушение здоровья, вызванные постоянным стрессом [19].

Созависимость является участью каждого человека из дисфункциональной, неблагоприятной семьи, где были нарушены эмоциональные узы, связывающие членов семьи, где отсутствовали тепло и любовь, а естественное выражение чувств запрещалось («не реви», «не расстраивайся», «мальчики не плачут»); из семей, где царили нездоровые, негибкие, а порой и бесчеловечные правила, где отсутствуют один или оба родителя, где имеются тяжелые хронические больные или где прописалась бедность. Во многих случаях созависимость человека становится результатом его отношений с родителями или огромного пробела, которым стало детство в его жизни (Макдауэлл Д., Дей Д. Как стать героем в глазах ребенка). Созависимостью страдают люди с подорванным в детстве духовным иммунитетом, с детскими травмами, испытывавшие различного рода насилие (физическое, эмоциональное, сексуальное, духовное) и необязательно в семье, но от значимых людей: учителей, друзей, общества [17]. В структуре личности существуют предпосылки к образованию созависимости — это духовная неполнота и желание заменить ее посредством:

· химических веществ — человек чувствует какую-то неудовлетворенность жизнью и вместо того, чтобы что-то изменить, убегает от решения вопроса снятием душевной боли с помощью алкоголя, наркотиков, транквилизаторов;

· людей — некоторые, не сумев найти свое дело, себя в жизни, растворяются в жизни руководителей, звезд, купаясь в свете их славы, власти, они и говорят только о своих сильных боссах, неосознанно отождествляя себя с ними;

· человеческих отношений — бывает и такая категория созависимых, которые нормальные отношения родителей и детей, мужа и жены заменили на беззаветное служение одной стороне, полностью взваливая на себя заботы ближних, все решая, все улаживая, фактически живя за них, т. е. проживая чужую жизнь, не задумываясь о себе, о своих потребностях, о своем предназначении.

· психические процессы — есть люди, получающие удовлетворение от постоянной борьбы с кем-то или чем-то, разоблачая или обличая кого-то [19].

Созависимость выглядит как зеркальное отражение зависимости. Основными психологическими проявлениями любой зависимости является триада:

1) обсессивно-компульсивное мышление, когда речь идет о предмете зависимости — об алкоголе, наркотиках;

2) отрицание как форма психологической защиты;

3) утрата контроля [23].

Пристрастие к алкоголю, наркотикам и созависимости в равной степени отбирают у больного и его близких, совместно с ним проживающих энергию, здоровье, подчиняют себе их мысли, эмоции. В то время как больной навязчиво думает о потреблении ПАВ, его мать столь же навязчиво думает о возможных способах контроля над его поведением [23]. Параллелизм проявлений обоих состояний представлен в таблице 1.

Таблица 1 Параллелизм проявлений зависимости и созависимости

Признак

Зависимость

Созависимость

Охваченность сознания предметом пристрастия

Мысль об алкоголе или другом веществе доминирует в сознании

Мысль о близком, больном химической зависимостью, доминирует в сознании

Утрата контроля

Над количеством алкоголя или другого вещества, над ситуацией, над своей жизнью

Над поведением больного и над собственными чувствами, над своей жизнью

Отрицание, минимизация, проекция, рационализация и другие формы психологической защиты

«Я не алкоголик», «Я не очень много пью», «Друг пригласил на день рождение»

«У меня нет проблем, проблемы у мужа», «Без меня он пропадет», «Я должна его спасти»

Агрессия

Словесная, физическая

Словесная, физическая

Преобладающие чувства

Душевная боль, вина, стыд, страх

Душевная боль, вина, стыд, ненависть, негодование

Рост толерантности (привыкания)

Увеличение переносимости все больших доз вещества (наркотиков, алкоголя)

Растет выносливость к эмоциональной боли

Синдром похмелья

Для облегчения синдрома требуется новая доза вещества, к которому имеется пристрастие

Порвав взаимоотношения с зависимым человеком, созависимые вступают в новые деструктивные взаимоотношения

Опьянение

Часто повторяющееся состояние в результате употребления химического вещества

Невозможность спокойно, рассудительно, т. е. трезво, мыслить

Самооценка

Низкая, допускающая саморазрушающее поведение

Низкая, допускающая саморазрушающее поведение

Физическое здоровье

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой