Насильственное переселение народов на территории Казахстана

Тип работы:
Дипломная
Предмет:
История


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

План

ВВЕДЕНИЕ

1 ТЕОРЕТИКО-ИСТОРИОГРАФИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ

1.1 Историография насильственного переселения народов

1.2 Классификация и характеристика архивных источников

2 НАСИЛЬСТВЕННОЕ ПЕРЕСЕЛЕНИЕ НАРОДОВ НА ТЕРРИТОРИЮ КАЗАХСТАНА В 1937—1956 ГОДЫ

2.1 Причины депортации, ее характер

2.2 Динамика численности, география расселения и устройства депортированных народов

2.3 Правовой статус переселенцев

2.4 Трудоиспользование депортированных народов

2.5 Последствия депортации

3 МИГРАЦИОННЫЕ И ЭТНОДЕМОГРАФИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ В СОВЕТСКИЙ ПЕРИОД

3.1 Переселенческая политика сталинизма

3.2 Особенности функционирования лагерей на территории Казахстана

3.3 Эвакуация населения в военный и послевоенный периоды

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. Объективное, всестороннее исследование истории депортации в Казахстан народов в годы массовых политических репрессий, как непосредственно самого процесса, а также последствий этого крупномасштабного трагического события, является одной из важнейших задач современной исторической науки.

Изучение истории депортированных народов Казахстана важно не только с точки зрения самопознания этими народами своего прошлого, но и для исследования огромной по своему размаху и последствиям, страницы истории Казахстана, какой является переселенческое движение, объектом которого был Казахстан.

Научная значимость изучаемой проблемы обусловливается необходимостью заполнения «белых пятен» в истории Казахстана. История депортации народов в республику раскрывает такие стороны истории Казахстана, как изменение этнодемографической ситуации, возникновение и функционирование «лагерной экономики», создание лагерей — Карлага, Степлага, Алжира и другие, куда стекались представители всех депортированных народов. Исходя из вышеизложенного, необходимо подчеркнуть, что изучение истории депортации народов как в отдельности, так и комплексно является актуальной проблемой. Значимость темы заключается и в том, что сквозь призму ее изучения представляется возможность анализа исторических процессов в республике в целом, а также и общественно-политической, экономической и культурной жизни депортированных народов. Объективное исследование этой проблемы будет способствовать консолидации казахстанского общества и укреплению основ общенационального единства.

Казахстан — государство многонациональное и много конфессиональное, в настоящее время, переживающее решающий этап реформирования всей социально-экономической структуры. Для нас сохранение межэтнического согласия, создание в обществе атмосферы диалога и взаимопонимания важнейшая составляющая гражданского мира и политической стабильности. Полиэтнический и поликультурный Казахстан рассматривает единство и согласие как необходимую ценность, обогащающую спектр возможностей для устойчивого развития страны, ускоренной системной модернизации. Казахстан сохранил характер дружелюбия и активного сотрудничества многочисленных этносов. Республика обрела уникальный опыт межэтнического согласия и мирного сосуществования народов. Об этом с новой силой говорится в Послании главы государства Н. А. Назарбаева народу страны от 18 февраля 2005 года, где он отмечает, что народ Казахстана известен миру своей толерантностью, межэтническим согласием и готовностью к позитивному диалогу. Изучение истории депортации народов на территорию Казахстана накануне и в период Великой Отечественной войны началось только в конце 80-годов XX века. До этого на эту тему не говорили. Даже выход Указа Президиума Верховного Совета СССР 1957 года о восстановлении года ликвидированных в годы войны автономных республик и областей не давал права исследователям обращаться к этой «деликатной» теме. Попытки исследования наталкивались на недоступность архивных материалов, первичных документов, на основании которых предпринималось выселение. Сегодня благодаря демократизации появились публикации, посвященные столь важной проблеме. Тем не менее, до сих пор нет сводного, обобщающего исторического труда на эту тему.

Цель исследования: комплексное изучение темы «Казахстан как объект переселения депортированных народов в 1937—1956 годы».

Эта цель определяет следующие задачи:

? дать историографический анализ проблемы депортации народов в Казахстан;

? показать источниковедческую базу исследуемой проблемы;

? исследовать причины, сущность, характер депортации;

? проследить, как проходило расселение депортированных народов на территории Казахстана, определить количественный состав каждого отдельного народа и их комплексный состав по республике в целом;

? проанализировать, как складывалось хозяйственное, социально — экономическое; культурное устройство спецпереселенцев;

? рассмотреть правовой статус спецпереселенцев;

? изучить масштабы трудоиспользования спецпереселенцев;

? проанализировать, как проходило снятие ограничений в правовом положении спецпереселенцев, как осуществлялся процесс их реабилитации в настоящее время;

? показать последствия депортации народов как для них самих, так и для всего казахстанского общества;

Объектом исследования является насильственная депортация народов в 1937—1956 годы.

Предмет исследования — Казахстан как объект переселения депортированных народов.

Степень изученности проблемы. Одним из первых попытку исследования истории депортированных в СССР народов предпринял А. М. Некрич. Вклад в изучение данной проблемы внес и В. Н. Земсков. Богатый архивный материал о депортации народов в 30−40-е годы содержится также в работах Н. Ф. Бугая. Из казахстанских ученых эта актуальная проблематика получила отражение в исследованиях К. Алдажуманова, Ю. Романова, М. Хасанаева, академика М. Козыбаева, в которых содержится оценка депортации как преступления тоталитарного режима.

На сегодня из депортированных народов относительно достаточно развитую историографию имеет история корейцев Казахстана. Различным аспектам рассматриваемой проблемы посвятили свои труды Г. Хан, Г. Ким, Д. Мен, Г. Кан. Также более или менее изученными являются вопросы переселения немецкого населения в Казахстан. Они отражены в работах К. Эрлиха, Л. А. Будгарта, В. Кригара, А. Н. Фризера, Э. В. Лайгера и другие. С середины 90-х годов, в связи с рассекречиванием архивных документов, Архив Президента Республики Казахстан выпустил два сборника документов по истории депортации немцев и поляков. Определенный интерес по проблеме депортации народов на территорию Казахстана представляют материалы различных научных конференций, «круглых столов» и семинаров. История отдельных народов, в частности народов Северного Кавказа, изучается, главным образом, на общественных началах, национально-культурными центрами, но здесь пока еще нет значительных публикаций. А целые народы и группы населения из Прибалтики, Западной Украины, Западной Белоруссии и других регионов вообще выпали из поля зрения исследователей.

Итак, несмотря на актуальность, теоретическую и практическую значимость данной проблемы, можно констатировать, что вопрос изучения истории депортации народов на территорию Казахстана накануне и в период Великой Отечественной войны пока не получил комплексного, объективного освещения по республике и ее регионам. В частности, малоисследованными остаются вопросы размещения депортированных народов в Казахстане, их хозяйственного устройства, правового статуса, трудоиспользования и последствий насильственного переселения как для них самих, так и для казахстанского общества.

Методы исследования: в ходе исследования проблемы использовались принципы историзма, научной объективности, целостности. Следуя принципу историзма как универсальному методу исторического познания, попыталась изложить материал в хронологической последовательности, сопоставляя отдельные периоды жизни депортированных народов на территории Казахстана в тесной связи с политикой, осуществляемой государством по отношению к ним. Объективный критерий изучения этой проблемы заложен в исторических фактах и исторических источниках. В дипломной работе попыталась придерживаться общих принципов исторической науки, а также использовала статистический и описательный методы, позволяющие последовательно раскрыть сущность изучаемых вопросов.

Научная новизна, практическая значимость исследования заключается в том, что в работе предпринимается попытка комплексного исследования истории депортации народов в Казахстан, в результате которой Казахстан стал объектом насильственного переселения народов. Материалы дипломного исследования могут быть использованы студентами и преподавателями специальности «История» в изучении и преподавании таких дисциплин как «История Казахстана в новейшее время», «Культурное наследие казахского народа», «Историческое краеведение».

Практическая база написания дипломной работы представляет собой комплекс архивных документов и материалов. В ходе исследования были изучены документы архива города Кокшетау. Структура работы и объем дипломной работы. В соответствии с целью и задачами исследования работа состоит из введения, трех разделов, заключения, списка использованной литературы и приложений, которые представлены таблицами и слайдами. Общий объём работы состоит из 60 страниц машинописного текста, 6 приложений. Во введении даётся краткая характеристика событий, обоснована актуальность темы исследования, поставлены цели и задачи, даётся общая оценка состояния изученности темы, изложены источниковедческие и методологические основы, новизна исследования, структура работы.

В первом разделе рассматривается теоретико-историографический анализ проблемы, историография насильственного переселения народов и характеристика источников.

Во втором разделе отражены основные причины, характер, последствия депортации. Третий раздел посвящен изучению миграционных и этнодемографических процессов в советский период.

В заключении подведены итоги работы и сделаны выводы обобщающего характера.

1 ТЕОРЕТИКО-ИСТОРИОГРАФИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ

1.1 Историография насильственного переселения народов

В конце 1980-х — начале 1990-х годов в СССР, в том числе в Казахстане появились работы, раскрывающие историю и масштабы депортации народов в предвоенные и военные годы. Стал развиваться процесс демократизации, в результате которого началось рассекречивание документов, связанных с массовыми репрессиями против народов, подвергшихся насильственному переселению. Следует заметить, что сам факт депортации народов долго замалчивался. До 80-х годов были распространены стереотипы о перемещении огромного количества населения как вынужденной мере ввиду сложившегося кризисного международного положения, обстоятельств военного времени. С началом процесса демократизации советского общества появляются труды, носившие общий характер. Это уже упоминавшиеся работы Н. Ф. Бугая, М. К. Козыбаева и других. Затем были опубликованы исследования по истории отдельных депортированных народов. Например, по истории корейцев до 1991 года практически единственным специалистом в республике являлся Ким Сын Хва, который в своей работе «Очерки истории советских корейцев» впервые систематически изучил историю советских корейцев [1]. Важную роль в публикации документов о депортации корейцев сыграла «Белая книга о депортации корейского населения России в 30−40-х годах». В ней были преданы гласности уникальные документы, послужившие основанием насильственного переселения корейцев, но материалы по Казахстану, приведенные в этой публикации, носили общий и ограниченный характер. Позднее появляются работы, где значительное место занимают архивные документы по проблемам депортированных корейцев. В 1995 году была издана книга Г. В. Кана «История корейцев Казахстана», представляющая собой первое полное научно-документальное исследование истории корейцев Казахстана. В то же время начинается исследование истории корейцев на региональном уровне.

Аналогично обстоит дело с изучением вопросов переселения в Казахстан немецкого населения. На немецком языке была опубликована монография К. Эрлиха «Живое наследие». В последние годы эту проблему на региональном уровне изучает Л. А. Будгарт, издавшая две монографии «Немцы в Восточном Казахстане в 1941—1956 годы: депортация и жизнь в условиях спецпоселения» и «Из истории немецких поселений в Восточном Казахстане (начало ХХ века — 1941 года.)». Эту тему исследовали также историки К. Алдажуманов, И. В. Ерофеева, Ж. Касымбаев. Немецкую проблематику также разрабатывает писатель Г. Бельгер. Определенный интерес для изучения данной проблемы представляет изданный в Кельне сборник документов «Депортация, спецпоселения, трудовая армия», составленный А. Айсфельдом и В. Хердтом.

Вклад в освещение истории поляков Казахстана, их переселения, хозяйственного устройства, демографических процессов, трудовой деятельности и развития духовной культуры вносят публикации исследователей К. С. Алдажуманова «Депортация народов в Казахстан»; С. Жаманкулова «Поляки в Казахстане в 30-е годы»; Л. Михайловой «Их везли, словно скот в товарных вагонах» и др. Нужно также отметить совместный труд С. Мишимбаева и Л. Исовой «Проблема истории польских переселенцев в Казахстане» (1936−1946 годы), отдельные работы по изучению поляков, такие как «В степи далекой. Поляки в Казахстане» [2]. Вместе с тем история отдельных народов Казахстана изучается эпизодически. Кроме работы председателя республиканского Общества турок «Туркия» Т. А. Курдаева «Книга народной памяти», рассказывающей о судьбе турок СНГ, в Казахстане пока нет каких-либо значительных публикаций по истории чечено — ингушей, курдов, карачаевцев, балкарцев, крымских татар и других. Известны отдельные работы, в частности «Народоубийство — убийство чечено-ингушского народа» А. Уралова (А. Авторханова), в которой автор рассказывает о судьбе кавказского народа. Большую помощь при изучении политики переселения народов Кавказа оказал сборник «Белая книга (Из истории выселения чеченцев-ингушей 1944−1957 годы). Воспоминания, архивные материалы, фотодокументы)». Среди исследований российских авторов можно выделить работы И. М. Сигаури, З. Шахбиева.

Сведения о численности депортированных народов на территорию Казахстана содержатся в работе «Депортация народов — преступление тоталитарного режима» К. С. Алдажуманова и Е. К. Алдажуманова.

В то же время история целых народов и этнических групп населения из Прибалтики, Западной Украины, Западной Белоруссии, Крыма и других регионов, депортированных в Казахстан, вообще выпала из поля зрения исследователей. По проблеме депортации народов на территорию Казахстана интерес для исследователей представляют материалы научных конференций, семинаров и «круглых столов». Среди них следует назвать «круглый стол», проведенный в 1996 году казахстанским историко-просветительским обществом «Адилет» и Институтом истории и этнографии им. Ч. Валиханова НАН РК, на тему: «Депортация народов — преступление тоталитарного режима». А также проведенных в 1998 году по программе «Содействие становлению демократии путем анализа трагических страниц истории и причин краха советского тоталитаризма» круглого стола и семинара теми же организациями при поддержке Фонда «Сорос-Казахстан». Вопросы насильственного переселения народов на территорию Казахстана освещены в диссертациях Л. К. Шотбаковой, Ж. У. Кыдыралиной, М. Ж. Сулейменовой, А. Р. Кукушкиной, А. Ж. Габдулиной, Р. К. Ан, С. Д. Дильманова и других.

Внимание исследователей привлекают и отдельные аспекты истории депортации народов. Так, Д. Шаймуханов и С. Д. Шаймуханова рассматривают вопросы использования принудительного труда спецпереселенцев в Центральном Казахстане, а Ж. Б. Абылхожин — «лагерную экономику» в целом.

В 1980—1990-е годы ученые проявили интерес к историко-демографическому аспекту исследования. Известно, что 30−50-е годы были периодом демографической катастрофы малых народов, прежде всего депортированных. Одной из основных работ по этой проблеме является труд М. Асылбекова и А. Б. Галиева, в котором представлен анализ численности основных этносов, но ничего не говорится о влиянии депортации народов на социально-демографические процессы в республике. Изучением юридических аспектов проблемы депортации народов занимается академик М. Т. Баймаханов.

В 1998 году фонд изучения наследия репрессированной интеллигенции Казахстана «Арыс» выпустил сборник «Депортированные в Казахстан народы: время и судьбы» [3]. Настоящий сборник в значительной мере восполнил пробел казахстанской историографии, которая не располагала сведениями о преступлениях тоталитаризма: спецпереселениях и депортации народов в довоенные годы и в период Великой Отечественной войны. Таким же малоизученным аспектом исторической науки является тоталитаризм как особый общественно-политический феномен, сыгравший зловещую роль в судьбах людей советской эпохи. Одним из тягчайших преступлений тоталитаризма является и депортация народов как насильственное разрушение их этносоциального и территориального единства, имевшего далеко идущие негативные последствии, в том числе и дли того народа, в привычную среду обитания которого они были внедрены.

Таким образом, следует констатировать, что в имеющихся исследованиях о депортации народов на территорию Казахстана еще недостаточно освещены вопросы их влияния на изменение национального и социального состава населения районов расселения, роли и места их в подъеме экономического потенциала страны. Не до конца изучен уровень медицинского обслуживания депортированных народов, его влияние на эпидемиологическую обстановку в республике. Не исследованы вопросы адаптации депортированных, отношения к ним властей и местного населения, вопросы выживании этносов, взаимовлиянии и взаимосвязи культур народов. Историография не располагает научно-исследовательскими работами по комплексному изучению истории депортированных народов на территории Казахстана. Недостаточно разработан вопрос о взаимоотношениях спецпереселенцев с местным населением. Не изучен такой важный аспект, как учет спецпереселенцев, правовое положение и устройство депортированных народов в послевоенные годы до снятия ограничений в правовом положении и процесс реабилитации. Не рассматривалась и проблема комендантского режима, карательная политика власти по отношению к депортированным в Казахстан народам. Также ждут своего дальнейшего изучения проблемы казахской диаспоры в странах ближнего и дальнего зарубежья. Истории казахов, проживающих за пределами своей исторической родины в те годы, мало, чем отличалась от истории депортированных народов. Актуальным и неисследованным представляется компаративный анализ положения диаспор в Казахстане, других странах ближнего и дальнего зарубежья.

1.2 Классификация и характеристика архивных источников

Источниковедческой базой исследования являются не только сборники документов, но и сведения, извлеченные из 6 дел 5 фондов архива города Кокшетау. Это материалы Центрального государственного архива Республики Казахстан, Фонда Президента Республики Казахстан, Архива Карлага, Отдела Комитета по правовой статистике и спецучетам Генеральной Прокуратуры Республики Казахстан (архивные материалы НКВД, МВД). Тут нужно отметить, что в 1995 году при объединении КНБ РК и МВД РК (частично) образовался Государственный следственный комитет Республики Казахстан (ГСК), который просуществовал до декабря 1998 года. Сюда были направлены все архивные материалы НКВД и МВД, в том числе и материалы по депортированным народам. ГСК позже был преобразован в Комитет по правовой статистике и спецучетам Генеральной Прокуратуры Республики Казахстан. Основными источниками здесь являются материалы Архива Управления Комитета по правовой статистике и спецучетам.

Высоким уровнем информативности отличаются материалы Отдела Комитета по правовой статистике и спецучетам Генеральной Прокуратуры Республики Казахстан — это в основном документы отчетного и отчетно-итогового характера. Эти документы обобщают наиболее важные сведения из других документов и представляют собой обзор, анализ происходивших явлений, событий в среде депортированных народов по республике. К данной группе относятся сведения и отчеты о трудовом использовании спецпереселенцев по республике; докладные записки о состоянии трудсылки, сводки, справки начальников отделений спецпоселений НКВД КазССР об итоговых данных о наличии спецпереселенцев в КазССР по состоянию на определенный год, объяснительные записки и т. д. Несомненную важность среди документов представляют собой статистические материалы как источники, требующие специфических методов обработки [4].

Докладные записки, справки и другие, составленные как письмо-ответ на запрос соответствующей организации, содержат в большинстве своем достоверные сведения. Здесь много подобных документов, являющихся наиважнейшими источниками при изучении данной проблемы, поскольку в основном переписка шла между отделом исполнительно-трудовых колоний трудпоселений Народного комитета внутренних дел КазССР и Управлением исправительно-трудовых колоний и трудпоселениями Главного управления лагерей Народного комитета внутренних дел СССР (ОИТК — ТП НКВД КССР и УИТК и ТП ГУЛАГа НКВД СССР) в виде Докладной (записок о состоянии трудссылки поквартально, за полугодие и итоговых); в виде Отчетов по форме № 3 о трудовом использовании спецпереселенцев по республике, областям и Наркоматам. Помимо этих материалов, имеются личные дела и персональные карточки спецпереселенцев, которые являются не менее важными источниками. Эти источники представляют собой толстую папку голубого цвета, содержащую в среднем 49−53 листа, срок хранения везде постоянный. В архиве не имеется ни картотеки, ни путеводителя. По словам администрации архива, «материал в архиве очень скудный, более 50% всех документов были уничтожены, а некоторые по запросу были отправлены по месту прежнего жительства спецпереселенцев, где они жили до выселения». Очень много агентурных материалов, но большинство из них, к сожалению, недоступны по тем или иным причинам. Персональные карточки и личные дела хранятся в алфавитном порядке независимо от национальности на всех спецпереселенцев, но как источники также остаются недоступными.

Таким же высоким уровнем информативности отличаются материалы Архива Управления Комитета по правовой статистике и спецучетам по Карагандинской области. Архив располагает картотекой на всех заключенных Карлага НКВД. Сохранились личные дела спецпереселенцев. Отдельное место занимают делопроизводственные документы, которые были отнесены к секретным. Среди них можно выделить ряд документов, носящих распорядительный характер, — это постановления СНК СССР и КазССР, директивы и указания МВД КазССР и СССР, директивы и указания ГУЛАГа МВД СССР, руководящие указания МВД СССР И МВД Каз ССР-го спецотдела Управления МВД, руководящие указания МВД СССР и МВД КазССР по работе отдела «П» УМВд, директивы Генерального Прокурора СССР, решения и документы отчетно-информационного вида источников — статотчетность о наличии и движении спецконтингентов, докладные записки о проведении того или иного мероприятия, доклады о ходе выполнения того или иного постановления Совета Министров СССР, распоряжения Совета Министров КазССР, отчеты, переписки и различного рода сообщения. Следующий комплекс источников представлен материалами съездов, пленумов ВКП (б), ЦК КП (б) Казахстана, на которых определялась и строилась политика переселения народов в исследуемый период. Здесь нет ни путеводителя, ни карточек, ни описи, только номера дел. Например, Дело № 58, которое представляет собой серо-коричневую папку. На лицевой стороне сверху указывается название организации. Это материал МВД КазССР. С правой стороны ставится гриф «Совершенно секретно», за грифом указывается отдел, затем название дела. Срок хранения на всех документах постоянный [5].

Архив Карлага — эта общая картотека. Спецпереселенцы в нем значатся как «П». Доступные материалы по спецпереселенцам очень скудные, потому что много материалов еще не прошли научно-техническую обработку, в связи, с чем они пока недоступны. Это в основном Статотчетность о наличии и движении спецконтингентов, директивы и указания ГУЛАГА МВД СССР. В Карлаге также нет описи списков документов, удостоверяющих их наличие. Фонд Карагандинского исправительно-трудового лагеря МВД СССР представлен: алфавитной картотекой на спецпереселенцев, которая охватывает период за 1931−1959 годы. По ней вели учет спецпереселенцев и учитывали выбывших, освобожденных, бежавших из лагеря и умерших. Алфавитная картотека отражала помимо установочных данных на спецпереселенцев и заключенных, их передвижение, выбытие, изменение статей, сроков и т. д.; представлена личными делами спецпереселенцев и заключенных за 1931−1959 годы. Личное дело спецпереселенца при освобождении его из лагеря вкладывалось в архиве, а при выбытии в другой лагерь двигал ось вместе с ним. Личные дела осужденных, освобожденных из Карлага в большинстве своем как дела временного хранения с течением времени были уничтожены. Дела же на умерших откладывались в архиве. В личных делах имеются сведения о судимости, причинах смерти, местах захоронения и другие данные об их судьбе с момента ареста до освобождения или смерти. При изучении личных дел осужденных, умерших в местах лишения свободы установлено, что захоронения проводились на кладбищах, существовавших при каждом отделении Карлага, где отбывали срок наказания осужденные, в том числе и спецпереселенцы. Но в них, к сожалению, не указывается национальность спецпереселенца, а имеется лишь запись — «заключенный». И последнее — это документы общего делопроизводства, которые отражают основную и производственную деятельность лагеря за весь период его существования. Также был изучен фонд Степного лагеря МВД СССР, который был первым Особым лагерем на территории Карагандинской области. Фонд представлен алфавитной картотекой и личными делами осужденных, оставленных в полном объеме до особого распоряжения. Документы общего делопроизводства, отражающие основную и производственную деятельность лагеря, на хранение в архив не поступали. Поэтому дать более подробную характеристику данного лагеря не представляется возможным. Однако известно, что частичные документы этого лагеря, а именно приказы по личному составу, уголовные и личные дела осужденных Спецлагсудами при Степлаге, находятся в архиве ЦКИ при УГСК по Жезказганской области. Сведений о местонахождении основного массива документов Степного лагеря не имеется [6].

К следующей группе документов организационно-распорядительного характера относятся протоколы, инструкции, содержащие в себе распорядительную информацию. Архив Президента Республики Казахстан является хранителем документов бывших республиканского и областного партийных архивов. Это документы Компартии Казахстана, но по сути своей являются документами высшей структуры государственной власти, отражающие более чем семидесятилетний период истории республики и являющиеся важной составной частью исторической базы научных исследований. В 1989—1991 годах главный фондообразователь Архива — Центральный Комитет К П Казахстана по представлению Института истории партии разрешил более широкое использование материалов партийных архивов. При Ц К Компартии Казахстана была создана комиссия, которая в январе 1990 года впервые с участием государственной архивной службы передала на общий режим пользования документы, ранее не выдававшиеся исследователям, в том числе с секретными грифами. Были полностью рассекречены 57 фондов и еще 4 частично. Однако на глобальное рассекречивание дел партийные архивы не пошли, так как не было нормативной базы.

Фонд Президента в первую очередь приступил к рассекречиванию документов, связанных с массовыми репрессиями. В соответствии с Постановлением Верховного Совета Республики Казахстан от 14 апреля 1993 года о введении в действие Закона Республики Казахстан «О реабилитации жертв массовых политических репрессий» в июле 1993 года распоряжением Президента была создана межведомственная комиссия по рассекречиванию законодательных актов, решений правительственных и других органов, а также ведомственных актов, служивших основанием для применения массовых репрессий и посягательств на права человека. На рассмотрение этой комиссии архивом были представлены документы и материалы за период с 1925 по 1988 год по политическим репрессиям. Среди них помимо других документов были документы 30−50-х годов. Особняком располагались документы о размещении, хозяйственном обустройстве и социально-культурном обслуживании спецпоселенцев, в частности корейцев в Казахстане. Эта информация содержалась в основном в Протоколах заседания бюро ЦК КП (б) Казахстана (Особого сектора) под грифом «Строго секретно»; в Постановлениях СНК КазССР и ЦК КП (б) Казахстана; докладных записках обкомов; докладах переселенческого отдела, материалах о ходе переселения и хозяйственном устройстве переселенцев в КазССР и об освоении вновь орошаемых земель в Голодной степи [7]. Помимо перечисленных документов встречаются Указы обкомов об обеспечении контроля и хозяйственного устройства переселенцев.

После обретения суверенитета нашей республикой, в ходе демократизации общества в крупнейшем архиве — Центральном государственном архиве Республики Казахстан — специальной комиссией было проведено рассекречивание документов важнейших правительственных фондов: Совета народных комиссаров (СНК), Президиума Верховного Совета и Совета Министров Казахской ССР. Рассекреченные документы охватывают значительный промежуток времени — с 1936 по 1955 год.

Были изучены и использованы в работе такие документальные материалы, как Указы Президиума Верховного Совета СССР и руководящие письма Президиума Верховного Совета СССР, Постановления СНК СССР и КазССР. Например, Указ Президиума Верховного Совета СССР «О лагерях НКВД СССР»; Постановления СНК СССР и КазССР о хозяйственно-культурном и бытовом строительстве в переселенческих колхозах, о мобилизации рабочих для работы в трестах «Карагандашахтострой», «Казахуглеразведка», на предприятиях Наркомата электростанций, Наркомцветмета и Наркомстроя; Постановления Президиума облисполкомов о перевозке переселенцев, о дополнительном размещении немцев-переселенцев; о плане кредитовании по хозяйственному устройству переселенцев корейцев, иранцев, курдов, прибывших в КазССР. Однако более конкретные, подробно раскрывающие правду жизни факты и сведения содержатся в секретной переписке, в идущих снизу вверх из партийных и советских учреждений документах. В архиве есть Дело № 336 Фонда 16, № 58, которое состоит из нескольких томов, содержащих только решения облисполкомов, справки и переписки разного рода о размещении спецпереселенцев на предприятиях КССР, их хозяйственном и бытовом устройстве. Помимо этих сведений здесь отражено и моральное состояние спецпереселенцев, которое, на сегодня является одним из малоизученных вопросов. Также имеются справки о количественном составе спецпереселенцев из некоторых регионов Советского Союза [4, Ф. 16, № 58].

Следующая группа источников — статистическо-демографические материалы, которые имеют большую ценность для характеристики общего социально-демографического развития. Данные этой группы источников находятся в следующих фондах Государственного архива Карагандинской области: Карагандинский обком Коммунистической партии, Карагандинский областной исполнительный комитет депутатов трудящихся, где содержатся сведения об общей численности спецпереселенцев по Карагандинской области, об их прибытии и убытии, сведения о работающих трудпоселенцах по тресту, о реализации постановления Президиума Ц К КПСС от 13 мая 1958 года «О снятии ограничений с некоторых категорий спецпереселенцев», а также списки спецпереселенцев, принятых в партию и их характеристики. Здесь хочется обратить внимание на бланк постановления. Бланк оформлялся на двух языках: с правой стороны латинским шрифтом, а на левой стороне на русском языке. Помимо этих документов очень много сведений о работающих трудпоселенцах по тресту «Карагандашахтострой»; Договор социалистического соревнования Отдела хозяйственного устройства спецпереселенцев и эвакунаселения при Областном исполнительном комитете советов депутатов трудящихся КазССР на 1945 год. В этом фонде также имеются списки трудпоселенцев, работавших в системе Облторга и управления связи — это Именной список трудпоселенцев досрочно-восстановленных в правах, работающих при Карагандинской областной базе «Главтабак», материалы протоколов заседания бюро райкома КП (б) Казахстана. Такого рода архивные документы дают информацию о трудоиспользовании спецпереселенцев. Следующий фонд — это Отделение Исправтрудколоний исправительных работ и трудпоселений Управления НКВД Карагандинской области. Здесь содержатся в основном списки трудпоселенцев — учащихся горно — промышленного училища за 1937−1940 годы и данные на них. Также имеются документы фондов Ворошиловского районного отделения управления МВД по Карагандинской области и Тельманского районного отделения управления МВД по Карагандинской области — это в основном указания и разъяснения по вопросу снятия с учетов спецпоселения спецпереселенцев, списки спецпереселенцев чечено-ингушской националь-ности, проживающих на территории района за 1944−1945 годы, удостоверения об освобождении семей красноармейцев от трудовых поселений за 1942−1943 годы (одни удостоверения). Помимо этих документов очень богатую информацию дают инструкции по учету спецпереселенцев, работавших в предприятиях, учреждениях и организациях Караганды и ее окрестностей, материалы Осакаровской районной комендатуры, Отделы местозаключений и трудпоселений Каруправления НКВД КазССР. В этом же фонде хранятся документы Осакаровского районного отделения Управления МВД по Карагандинской области — эта Книга учета спецпереселенцев по спецкомендатурам района за 1941−1948 года. Здесь же в областном архиве Карагандинской области хранится Посемейная книга учета спецпереселенцев, которая дает полную насыщенную информацию о спецпереселенце и членах его семьи. Здесь также хранится отдельный фонд Осакаровского районного Совета депутатов трудящихся и его исполкома, который содержит решения Осакаровского райисполкома по вопросам освобождения от трудпоселения и восстановления в гражданских правах, списки, решения исполкома Осакаровского районного Совета депутатов трудящихся, а также очень много характеристик. Также имеются отдельные фонды Ворошиловского райсовета депутатов трудящихся Карагандинской области, где содержатся только списки трудпоселенцев, проживающих на территории Осакаровского района, досрочно восстановленных в избирательных правах· на 1936 год (на 1345 человек, в том числе русские, татары, украинцы), списки спецпереселенцев-немцев [8].

Достаточно богатый материал по полякам имеется в Государственном архиве Алматинской области — это постановления СНК СССР и КазССР об оказании дополнительной материальной помощи польским гражданам, эвакуированным из западных областей Украины и Белоруссии, о незаконном использовании благотворительного груза, поступившего для польских граждан.

Таким образом, в ходе работы над исследованием данной проблемы были изучены документы 5 фондов Архива города Кокшетау.

2 НАСИЛЬСТВЕННОЕ ПЕРЕСЕЛЕНИЕ НАРОДОВ НА ТЕРРИТОРИЮ КАЗАХСТАНА В 1937—1956 ГОДЫ

2.1 Причины депортации, ее характер

Причины осуществления депортации народов в СССР в годы массовых политических репрессий можно объяснить политическими мотивами и необходимостью укрепления так называемой лагерной экономики.

Мы солидарны с точкой зрения А. Некрича, который пришел к выводу, что депортация народов во время Великой Отечественной войны рассматривалась советским государством как превентивная мера (немцы Поволжья, курды, турки, греки, как мера карательная (чеченцы, ингуши, балкарцы, карачаевцы, крымские татары) и как мера военно-стратегического характера, имевшая целью создание более «надежного» слоя пограничного населения [9]. Это как пропагандистский мотив советского правительства. В действительности же насильственные методы депортации народов нельзя оправдать никакими военными либо иными соображениями. Главным обвинением против депортированных народов было «поголовное сотрудничество с врагом». Но такое утверждение является абсурдным. Например, подавляющая часть мужского населения этих народов была мобилизована в ряды Красной Армии. Так, по материалам НКВД СССР, в итоге проведенных в Чечено-Ингушской республике трех мобилизаций ушли на фронт 17 413 человек. На фронтах Великой Отечественной войны находилось более 20 тыс. калмыков — солдат и офицеров. Всего подверглись депортации 91 919 калмыков.

Одними из первых, кто подвергся насильственной депортации, были дальневосточные корейцы. Одновременно с корейским населением с южных границ началось переселение курдов, армян и турок, иранцев. В 1939—1941 годы жителями республики стали депортированные поляки из Западной Белоруссии и Западной Украины, а также из республик Прибалтики. С началом Великой Отечественной войны наступил новый этап депортации народов. Это были советские немцы. Началось их выселение из Поволжья, Грузии, Азербайджана, Армении.

В 1941 году советские немцы, как и крымские татары, калмыки, балкарцы, чеченцы, ингуши, карачаевцы месхетинцы лишались своей государственности и по подозрению в наличии «тысяч и десятков диверсантов и шпионов» высылались на чужбину, причем главной виной, как обосновывалось в Указах Верховного Совета СССР, самим народам вменялось недоносительство о наличии этих мифических шпионов и диверсантов. Именно с этого периода и начинаются современные сложности в национальном вопросе, с которыми сталкиваются народы, насильственно лишенные своей автономии.

Немцы явились самой крупной национальной группой из всех перечисленных наций, и их судьба с этого момента во многом разнится с участью других народов. В республике из запланированных к переселению 472 174 немцев прибыли в 1941 году в 105 эшелонах и переселились 243 904 человек.1 ноября 1941 года в связи с направлением в Казахстан 113 тысяч эвакуированных, не имевших теплой одежды, план расселения немцев по решению ЦК ВКП (б) Казахстана был изменен. С южных областей Казахстана (Алма-Атинская, Кзылординская, Джамбульская и Южно-Казахстанская) снято 50 тысяч человек. Размещены они будут в Кустанайской, Петропавловской и Акмолинской областях по 10 тысяч человек; в Павлодарской и Семипалатинской — по 7500 человек; в Карагандинской — 6 тысяч человек и Актюбинской — 5 тысяч человек. Все переселенные размещены в колхозах, совхозах, МТС и частично в райцентрах. Хорошо и организованно в 1941 году прошло расселение первой партии немцев в количестве 30 590 человек в Акмолинской области и 21 146 человек в Павлодарской области. В частности, в Павлодарской области в свободный жилищный фонд переселенческого управления размещены 4190 человек, в совхозы — 3150 человек, и 13 800 человек вселены в порядке уплотнения в дома колхозников [10].

Казахстан не по воле его коренных жителей превратился в сталинскую тюрьму народов. В 1937 году в Казахстан были высланы 18 526 корейских семей (приблизительно свыше 100 тысяч человек). Накануне войны жителями республики стали 102 тысяч депортированных поляков. Осенью 1941 года КазССР были высланы еще 361 тысяч немцев Поволжья. На 1 июля 1943 года в республику было эвакуировано 532 506 из западных районов страны. В 1943—1944 годы проведено насильственное выселение в Казахстан 507 тысяч представителей народов Северного Кавказа и другие. В ноябре 1944 года республики Средней Азии и Казахстан приняли свыше 110 тысяч человек из 220 населенных пунктов Месхетии (Грузинская ССР). Трагическая участь депортации постигла народы Северного Кавказа, в 1943—1944 годы подверглись депортации карачаевцы, балкарцы, чеченцы и ингуши. Затем последовала депортация калмыков, крымских татар.

В 1944 году началась депортация турок. Также был принят ряд постановлений правительства о депортации греков, болгар и армян. Продолжалось выселение отдельных групп населения от освобожденной территории. Помимо немцев в конце войны из территории Западной Украины подверглись переселению ОУНовцы (Организация украинских националистов) и члены их семей, «указники» (по Указу от 2 июня 1948 года об ответственности за уклонение от общественно-полезного труда и аналогичному указу от 23 июня 1951 года). Депортации подверглись кабардинцы, прибалтийцы, калмыки и другие [11].

Таким образом, переселение народов продолжалось вплоть до конца 40-х годов. В таком хронологическом порядке шел процесс насильственного переселения народов в Казахстан в предвоенный период и в годы Великой Отечественной войны. Депортация народов в Казахстан проходила в условиях карательной политики сталинизма. Выжить репрессированным народам в те тяжелые, критические годы помогли сострадание и гуманизм простого казахского народа.

2.2 Динамика численности, география расселения и устройство депортированных народов

В довоенный период в Казахстане находилось 136 947 человек (36 350 семей) депортированных, которые были расселены в 6 областях (Джамбульской, Южно-Казахстанской, Кзыл-Ординской, Восточно-Казахстанской, Карагандинской и Северо-Казахстанской), хозорганизациях и предприятиях НКВД. В республике был 101 спецпоселок, из них 2 по кустпромартелям, 11-сельхозартелям и 88- хозорганизациям.

По данным НКВД, на начало Великой Отечественной войны всего состояло на учете 175 831 человек (45 620 семей) спецпереселенцев, которые были расселены, за исключением Западно-Казахстанской области, по 10 областям: Алма-Атинской, Джамбульской, Южно-Казахстанской, Кзыл-Ординской, Семипалатинской, Павлодарской, Восточно-Казахстанской, Северской, Карагандинской и Акмолинской. С 1944 года на территории Казахстана резко увеличилось число депортированных народов.

Это напрямую связано с переселением народов Северного Кавказа (Приложение 2). В период войны в Казахстане находилось на спецпоселении от 900 тысяч до l миллиона 209 тысяч человек, а по данным НКВД КазССР на 1 января 1945 года состояло на учете 815 319 человек (232 593 семей) (не считая корейцев), из них: бывшие кулаки — 135 308 человек; немцы — 243 722 человек; чечено-ингуши — 360 405 человек; кабардино-балкарцы — 20 288 человек; спецпоселенцы из Молдавии и Прибалтики — 8064 человек; калмыки — 2541 человек; карачаевцы — 40 767 человек; крымчане — 4224 человек, которые были расселены по всем областям, за исключением Западно-Казахстанской области, таким образом: Алма-Атинская — 23 676 человек; Карагандинская -104 591 человек; Семипалатинская — 51 605 человек; Актюбинская — 2200 человек; Акмолинская-105 780 человек; Восточно-Казахстанская область — 44 872 человек; Гурьевская — 6528 человек; Джамбульская — 54 061 человек; Западно-Казахстанская область 244 человек, (бывшие кулаки); Кустанайская — 73 483 человек; Кокчетавская — 102 511 человек; Кзыл-ординская — 28 866 человек; Павлодарская — 6084 человек; Северо-Казахстанская область — 43 246 человек; Талды-Курганская-32 353 человек; и Южно-Казахстанская область — 59 962 человек.

География расселения выглядела таким образом:

1. Бывших кулаков — 135 308 человек (44 160 семей), которыe были расселены, за исключением Актюбинской, Гурьевской и Кустанайской областей, в таком порядке: Алма-Атинская — 3410 человек. (969 семей); Карагандинская-50 768 человек (17 497 семей); Семипалатинская — 981 человек (298 семей); Акмолинская — 2708 человек (7413семей); Восточно-Казахстанская — 6400 человек (2409 семей); Джамбульская — 8338 человек (2599 семей); Западно-Казахстанская — 244 человек (64 семей); Кокчетавская — 32 197 человек (9195 семей); Кзыл-ординская — 15 031 человек (519 семей); Павлодарская — 147 человек (55 семей); Северо-Казахстанская — 2580 человек (824 семей); Талды-Курганская — 4684 человек (360 семей) и Южно-Казахстанская — 2353 человек (7258 семей).

2. Кабардино-балкарцев — 20 288 человек (5405 семей) — расселены только в шести областях: Алма-Атинская — 3529 человек (962 семей); Акмолинская — 3256 человек (807 семей); Джамбульская — 6593 человек (1730 семей); Павлодарская — 2035 человек (530 семей); Талды-Курганская — 1996 человек (507 семей) и Южно-Казахстанская -2879 человек (869 семей).

3. Калмыков — 2541 человек (760 семей) — расселены только в двух областях: Кзыл-Ординская — 2492 человек (743 семей) и Южно-Казахстанская 49 человек (17семей).

4. Карачаевцев — 40 767 человек (10 505семей) — расселены только в трех областях: Джамбульская — 17 448 человек (537 семей); Талды-Курганская — 36 человек (19 семей) и Южно-Казахстанская — 23 283 человек (5949 семей).

5. Крымчан — 4224 человек (1223 семьи), которые были расселены только в Джамбульской области.

6. Немцев — 243 722 человек (79 017семей) — расселены по всем областям, за исключением Западно-Казахстанской области, таком порядке: Алма-Атинская — 3041 человек (231 семей); Карагандинская — 20 538 человек (7567 семей); Семипалатинская — 24 030 человек (7975 семей); Актюбинская — 4942 человек (1751 семей); Акмолинская — 35 644 человек (1005 семей); Восточно-Казахстанская — 13 526 человек (4841 семей); Гурьевская — 1199 человек (1197 семей); Джамбульская — 5561 человек (1790 семей); Кустанайская — 32 260 человек (10 132 семей); Кокчетавская — 41 900 человек (12 222 семей); Кзыл-ординская 82 241 человек (825 семей); Павлодарская — 24 939 человек (8082 семей); Северо-Казахстанская — 20 103 человек (6124 семей); Талды-Курганская — 5762 человек (l715 семей); Южно-Казахстанская — 8036 человек (2800 семей).

7. Спецпоселенцев из Молдавии и Прибалтики — 8064 человека (3010 семей) расселено только в семи областях в следующем порядке: Карагандинская — 70 человек (60 семей); Акмолинская — 1213 человек (353 семей); Актюбинская — 3059 человек (1052 семей); Гурьевская — 130 человек (117 семей); Джамбульская — 108 человек (45 семей), Кзыл-ординская- 461 человек (161 семей) и Южно-Казахстанская — 3017 человек (1214 семей).

8. Чечено-ингушей — 360 405 человек (88 513 семей) — также расселены по всем областям, за исключением Западно-Казахстанской области, в таком порядке: Алматинская — 13 696 человек (373 семей); Карагандинская — 33 215 человек (7939 семей); Семипалатинская — 26 599 человек (6772 семей); Актюбинская — 14 699 человек (3698 семей); Акмолинская — 43 964 человек (10 003 семей); Восточно-Казахстанская — 4946 человек (6303 семей); Гурьевская — 969 человек (220 семей); Джамбульская — 16 013 человек (4497 семей); Кустанайская — 41 223 человек (9706 семей); Кокчетавская — 28 414 человек (6519 семей); Кзылская — 22 169 человек (5888 семей); Павлодарская — 33 720 человек (8055 семей); Северо-Казахстанская — 20 563 человек (4772 семей); Талды-Курганская — 19 826 человек (593 семей); Южно-Казахстанская 20 394 человек (5217 семей) [12].

Таким образом, ареалом наибольшего сосредоточения спецпереселенцев явились северные и южные области Казахстана. Численность спецпереселенцев на территории Казахстана изменялась, так как в связи с разъединенными семьями происходил миграционный процесс как внутри республики, так и между республиками. Наиболее интенсивно шел обмен с Узбекистаном и Киргизией.

Исследуя половозрастной состав спецпереселенцев, можно сделать вывод, что основная их часть была представлена детьми, из 815 319 человек 394 048 — дети до 16 лет; 259 050 женщин и всего 162 221 мужчина.

Прибывшие спецпереселенцы были размещены в колхозах, совхозах и на промышленных предприятиях. Жилищно-бытовые условия спецпереселенцев были тяжелыми. Если установленная норма жилплощади предусматривала 3 кв.м. на человека и размещение семей спецпереселенцев в отдельных комнатах, большинству были предоставлены земли под индивидуальное строительство, а некоторые из них имели дома, построенные при помощи хозорганизации, то в отдельных пунктах расселения спецпереселенцы жили по 2−3 семьи в одной квартире и на одного человека приходилось не больше 2,2 кв.м. (трудпоселки — 29, 30 Карагандинской области), в г. Степняк Акмолинской области работающие в тресте «Каззолото» спецпереселенцы жили в землянках, требующих капитального ремонта, а жилплощадь на одного человека составляла 1,5 квадратных метра, на Карсакпайском медзаводе 130 семей жили в одном общежитии; в ОСМЦ № 6 Акчетаустроя 170 человек жили в домах без крыши и овощехранилищах; в Осакаровском районе люди были размещены в сараях, скотных дворах и вспомогательных постройках, неприспособленных для жилья.

О нечеловеческом и недобросовестном отношении руководителей районов и предприятий свидетельствует тот факт, что в конце сентября 1944 года на строительный участок № 5 Сталинско-Магнитогорской магистрали было переброшено из Кокчетауской области 1618 человек спецпереселенцев, в то время как жилплощади для их размещения не было, несмотря на то, что они были предупреждены вышестоящими органами. Случались факты разбазаривания стройматериалов, предусмотренных для строительства домов дли переселенцев. Что касается обеспечения продовольствием и промтоварами, то оно было намного хуже, чем для других категорий населения. Хотя спецпереселенцы должны были «снабжаться по месту работы на общих основаниях вместе с „нетрудпоселенцами“ имеющейся сетью торговых точек», имели место факты «урезывания выдачи хлеба по карточкам спецпереселенцам, не выполняющим норму выработки», хлеб выдавался также и за наличный расчет. Были случаи, когда пайка хлеба достигла 100 грамм на человека. С января по июль месяц 1945 года выдавалось по 50−100 грамм муки и крупы и по норме 5 грамм сахара в день на человека. Особенно тяжелым было положение у спецпереселенцев в колхозах Тельманского, Ворошиловского, Шетского и Жана-Аркинского районов, где совсем не получили хлеба по трудодням 7103 человека, такая же участь постигла семьи, не имеющие трудоспособных членов.

Аналогичное положение сложилось со снабжением промтоваров. Не только спецпереселенцы, но и все население республики испытывало тогда острую нужду в продовольствии и товарах. Переселение людей потребовало огромных расходов со стороны государства, изнуренного тяжелой войной. Поэтому одновременное размещение такого большого количества людей затруднило снабжение республики, и без того испытывавшей кризис промтоварных и продовольственных ресурсов. В плачевном состоянии находилось и санитарно-медицинское обслуживание спецпереселенцев. В отдельных пунктах расселения больницы и медпункты были не укомплектованы медперсоналом, например, в спецпоселке № 20 Май-Кудук Карагандинской области в среднем являлись на прием 75−80 человек, а в течение положенного времени обслуживались только 30−40 человек. На три поселка Осакаровской комендатуры имелся только один медпункт, расположенный в 9 — 18 километров от поселков 36. Очень высокой была смертность, особенно среди детей. Анализ причин смертности по данным НКВД, сделанный автором, позволяет заключить, что наиболее распространенными причинами были эпидемические заболевания, в частности брюшной тиф, сыпной тиф, корь и дистрофии, которые приняли массовый характер в северных областях с весны 1944 года, а также цинга и дизентерия; недостаточное внимание со стороны райздравотделов, слабое медико-санитарное обслуживание спецпереселенцев; тяжелое материальное и бытовое положение и элементарное недоедание, нехватка продовольствия. Все трудности, которые испытывали взрослые, ощущали на себе и дети спецпереселенцев. Из-за недоедания, отсутствия одежды, обуви многие дети не могли посещать школы. Об этом говорится в отчетном докладе НКВД КазССР в отдел труда и спецпоселений ГУЛАГа НКВД СССР: «Дети школьного возраста охватываются учебой, школьной сетью Наркомпроса наравне со всем населением, но из 4350 детей охвачены были учебой только 1595, а остальные не посещали школы из-за отсутствия одежды и обуви».

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой