Понятие и формы вины

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Оглавление

Введение

1. Понятие, содержание и значение субъективной стороны преступления

2. Понятие и формы вины

а) умысел и его виды

б) неосторожность и её виды

3. Преступления с двумя формами вины

4. Невиновное причинение вреда

5. Мотив и цель преступления

6. Юридические и фактические ошибки

Заключение

Список использованной литературы

Задачи

Введение

Субъективная сторона преступления — это совокупность признаков, характеризующих психическое отношение субъекта к совершенному им общественно опасному деянию и его последствиям. Она представляет собой обязательный элемент состава преступления. Ее отсутствие исключает наличие состава преступления, а точное установление обеспечивает правильную квалификацию конкретного деяния и, как следствие, законную и обоснованную ответственность виновного.

В Конституции Р Ф получил закрепление принцип, в соответствии с которым уголовная ответственность наступает лишь при наличии виновности лица, совершившего преступление. Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в установленном федеральным законом порядке (ст. 49 Конституции РФ). Этот же принцип виновной ответственности является одним из основных в российском уголовном праве. Он заключается в том, что общественно опасное деяние УК РФ признает преступлением только тогда, когда оно совершено виновно (умышленно или по неосторожности). Ни одно деяние, совершенное невиновно, какие бы тяжкие последствия оно не причинило, не может рассматриваться как преступление. Субъективное вменение — элементарное условие правильной социально-политической оценки человеческого поведения вообще и преступного в частности.

Согласно ныне действующему уголовному законодательству вина — необходимый признак преступления, его психологическое содержание и одна из главных составляющих субъективной стороны преступления.

Формирование концепции вины связано с развитием социально-экономических и политических отношений, правоприменительной практики, юридической науки, а также иных наук о человеке и обществе (философии, социологии, психологии, медицины и др.). Придание принципу виновной ответственности международно-правового, а также конституционного статуса, его закрепление в УК РФ 1996 г., Кодексе Р Ф об административных правонарушениях 2001 г. и других нормативно-правовых актах обусловили динамичное развитие теоретических и отраслевых научных исследований проблем субъективной стороны правонарушения.

Объект исследования составляют общественные отношения, возникающие в сфере регулирования субъективной стороны преступления в российском уголовном праве.

Предметом исследования является — совокупность уголовно-правовых норм, регулирующих исследуемые общественные отношения, монографическая, учебная литература.

Целью настоящей работы является определение проблемных вопросов и внесение предложений по совершенствованию законодательства в исследуемой сфере.

Для достижения поставленной цели необходимо решить ряд задач:

— определить понятие, содержание и значение субъективной стороны преступления;

— дать общую характеристику понятия и форм вины;

— охарактеризовать преступления с двумя формами вины;

— определить случаи невиновного причинения вреда;

— исследовать мотив и цель преступления;

— проанализировать юридические и фактические ошибки.

Методологической основой исследования является диалектический метод познания, а также общенаучные и специальные методы познания, логические методы, сравнительно-правовой, исторический, статистический методы познания.

Нормативной базой работы являются Конституция Р Ф, Уголовный кодекс РФ, другие нормативные акты, регулирующие общественные отношения в исследуемой сфере.

Структура работы включает введение, шесть глав, заключение и список использованной литературы.

1. Понятие, содержание и значение субъективной стороны преступления

Субъективная сторона преступления — это психическое отношение виновного к совершаемому им общественно опасному деянию, предусмотренному уголовным законом в качестве преступленияУголовное право России. Общая часть// Под ред. В. П. Ревин. — М., 2009. — С. 186. Она представляет собой обязательный элемент состава преступления. Ее отсутствие исключает наличие состава преступления, а точное установление обеспечивает правильную квалификацию конкретного деяния и, как следствие, законную и обоснованную ответственность виновного.

Субъективная сторона выражается в различных интеллектуальных, волевых и эмоциональных моментах, в их разнообразных оттенках и сочетаниях применительно как к самому акту деяния, так и к связанным с последним обстоятельствам, предшествовавшим ему, существующим одновременно с ним или относящимся к будущему времени.

Формирование отношения к содеянному происходит во взаимодействии лица с объективными обстоятельствами посредством их осознания и оценки и может видоизменяться, в том числе в процессе совершения преступления (что, в частности, происходит при перерастании одного преступления в другое, например кражи в грабеж или разбой). Само формирование (процесс) отношения к содеянному — результат психической деятельности виновного.

В уголовном законе невозможно отразить все интеллектуальные, волевые, эмоциональные моменты такого отношения, разнообразие их оттенков и сочетаний, процесс формирования отношения к содеянному. Речь может идти только о сущности сочетаний указанных моментов и характеризующих их признаков, о самом результате психического отношения лица к преступлению.

Субъективная сторона преступления, совершаемого в действительности, и та, которая отражена в уголовном законе, соотносятся как явление и понятие. Первое представляет собой объективную реальность, а второе — ее сущность, выраженную в понятии. Применительно к явлению субъективная сторона преступления, совершаемого в действительности, — это психическое отношение лица к конкретному деянию. Причем уголовно-правовое значение для квалификации преступления и назначения наказания имеет как-то, что предусмотрено в уголовном законе, так и то, что в нем отсутствует, но содержится в уголовно-процессуальном законе и имеет уголовно-процессуальное значение либо не регламентировано ни тем, ни другим, но имеет криминалистическое или криминологическое значение. Например, субъективная сторона включает: психическое отношение виновного к последствиям, которые не являются признаками данного состава преступления, мотивы и цели, которые не относятся законодателем к числу обязательных его признаков, в том числе важные для раскрытия преступления и характеризующие антиобщественную направленность личности виновного.

Субъективная сторона преступления, отраженная в законе, включает только самое существенное из того, что характеризует ее в качестве явления, причем с позиции уголовного права лишь то, что имеет уголовно-правовое значение для квалификации преступления и назначения наказания.

Наряду с субъективной стороной преступления необходимо выделить понятие субъективной стороны состава преступления. Понятие «субъективная сторона преступления» шире и включает второе понятие «субъективная сторона состава преступления», которое является элементом состава преступления, обусловливает его наличие и квалификацию деяния.

Под субъективной стороной состава преступления понимается совокупность предусмотренных уголовным законом признаков, характеризующих психическое отношение лица к совершаемому деянию, содержащему данный состав Уголовное право России. Общая часть// Под ред. В. П. Ревин. — М., 2009. — С. 187. Она включает лишь самые общие, существенные признаки такого отношения, отраженные в уголовном законе в качестве признаков данного состава — основного, квалифицированного (с отягчающими обстоятельствами) или привилегированного (со смягчающими обстоятельствами).

Равно как и любой другой элемент состава преступления (объект, объективная сторона, субъект), субъективная сторона имеет решающее значение для квалификации: содеянное может быть квалифицировано по статье Особенной части УК РФ, если содержит все признаки субъективной стороны соответствующего состава преступления.

Понятие «субъективная сторона состава преступления» — это совокупность признаков, характеризующих по уголовному закону психическое отношение виновного к деянию, содержащему данный конкретный состав. В этом смысле субъективная сторона охватывает только те из указанных признаков, которые обязательны или альтернативны для данного состава.

Мотив или цель, выступающие в общем понятии субъективной стороны состава в качестве факультативных признаков, включаются в субъективную сторону конкретного состава только тогда, когда являются для него обязательными или альтернативными.

Значение субъективной стороны преступления состоит в следующем:

1) субъективная сторона преступления — обязательный элемент любого состава преступления. Ее отсутствие исключает преступление;

2) вина — обязательный признак субъективной стороны состава преступления. При ее отсутствии нет ни субъективной стороны, ни самого состава в целом;

3) установление субъективной стороны состава преступления, всех ее признаков, включенных в данный состав, — обязательное и необходимое условие правильной и обоснованной квалификации содеянного, отграничения одного преступления от другого;

4) точное установление субъективной стороны преступления является предпосылкой для индивидуализации уголовной ответственности и наказания, назначения режима лишения свободы и т. д. ;

5) установление субъективной стороны преступления — непременное условие обеспечения законности.

преступление мотив вина умысел

2. Понятие и формы вины

а) умысел и его виды

Как известно, поведение любого вменяемого человека носит осознанный и волевой характер. Способность управлять собой и влиять на объекты внешней природы человек приобретает благодаря своему социальному опыту и наличию свободы воли. Юридическая ответственность возможна только в случае, если совершенное деяние, причинившее вред общественным отношениям, было внешним проявлением сознания и воли лица, выражением его субъективных намерений, желаний и интересов. Вина — особая социально-правовая категория, характеризующая психическое отношение субъекта к совершаемому им общественно опасному противоправному деянию и его последствиямТеория государства и права: Курс лекций / Под ред. Н. И. Матузова и А. В. Малько. — М., 2010. — С. 588 — 589. Она является обязательным признаком субъективной стороны правонарушения, которая, в свою очередь, отражает всю юридически значимую совокупность психических процессов («субъективную реальность») в период противоправной деятельности субъекта Рарог А. И. Квалификация преступлений по субъективным признакам/ А. И. Рарог. — СПб., 2003. — С. 74.

В соответствии с преобладающей сегодня психологической концепцией вины данная категория определяется как психическое отношение лица к совершенному им общественно опасному деянию, предусмотренному уголовным законом, и к его общественно опасным последствиям Рарог А. И. Общая теория вины в уголовном праве/ А. И. Рарог. — М., 2005. — С. 11.

Следует отметить, что в УК РФ используется термин «вина», а в Конституции Р Ф — термин «виновность». В ч.1 ст. 49 Конституции Р Ф говорится, что «каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда». Текст ч.1 ст. 49 Конституции Р Ф дает основания полагать, что виновность в отличие от вины не ограничивается психическим отношением правонарушителя к противоправному деянию или последствиям такого деяния. Понятие «виновность», как справедливо отмечает И. С. Иванов, объединяет в себе как субъективную сторону правонарушения, так и объективную Иванов И. С. Юридические конструкции вины в российском законодательстве/ И.С. Иванов// Российский следователь. — 2006. — № 9.

Ст. 5 УК РФ предусматривает, что «лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина. Объективное вменение, то есть уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается».

Под формой вины принято понимать законодательно закрепленное сочетание интеллектуальных и волевых процессов, протекающих в психике виновного по отношению к юридически значимым объективным свойствам противоправного деяния, во взаимодействии с внешними условиями. Соответственно и различие в интенсивности и определенности интеллектуальных и волевых процессов, протекающих в психике субъекта, определяет форму вины, а в пределах одной формы вины — ее виды Уголовное право России/ Под ред. А. И. Рарога. — М., 2005. — С. 159.

Умысел — это психическое отношение, при котором лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их или сознательно допускало наступление этих последствий либо безразлично к ним относилось (ч. 2 и 3 ст. 25 УК РФ).

В настоящее время в юридической литературе выделяют следующие виды умысла: предусмотренные УК РФ: прямой умысел (ч.2 ст. 25 УК РФ); косвенный умысел (ч.3 ст. 25 УК РФ); выделяемые в теории и практике: по времени возникновения (внезапно возникший; заранее обдуманный; аффектированный); по степени определенности (определенный, альтернативный, неопределенный).

Характеризуя прямой умысел, законодатель указывает, что лицо, совершившее преступление, осознавало общественно опасный характер своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления опасных последствий и желало их наступления. Косвенный же умысел характеризуется тем, что лицо, совершившее преступление, осознавало общественно опасный характер своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично.

Различают интеллектуальный и волевой моменты прямого и косвенного умысла. В соответствии с законом (ч. 2 ст. 25 УК РФ) прямой умысел характеризуется, в частности, предвидением возможности или неизбежности наступления общественно опасных последствий, что и составляет интеллектуальный элемент этого вида умысла. Лишь в отдельных случаях лицо, совершающее преступление с прямым умыслом, предвидит общественно опасные последствия не как неизбежные, а лишь как реально возможные. Такая ситуация складывается, если избранный виновным способ посягательства объективно способен с примерно равной степенью вероятности вызвать разноплановые последствия.

Волевой элемент прямого умысла характеризует направленность воли субъекта. Он определяется в законе как желание наступления общественно опасных последствий.

Желание — это, по сути, стремление к определенному результату. Оно вовсе не означает, что последствия преступления приятны или просто выгодны виновному. Желание может иметь различные психологические оттенки. При прямом умысле оно заключается в стремлении к определенным последствиям, которые могут выступать для виновного в качестве: 1) конечной цели (убийство из ревности, по мотиву кровной мести); 2) промежуточного этапа (убийство с целью облегчить совершение другого преступления); 3) средства достижения цели (убийство с целью получения наследства); 4) необходимого сопутствующего элемента деяния (убийство путем взрыва, если вместе с намеченной жертвой неизбежно погибнут и другие люди).

Помимо содержания важным показателем прямого умысла является его направленность, которая во многих случаях определяет квалификацию преступления. Под направленностью умысла понимается мобилизация интеллектуально-волевых усилий виновного на совершение деяния: посягающего на определенный объект; выполняемого определенным способом; причиняющего определенные последствия; характеризующегося наличием определенных отягчающих или смягчающих обстоятельств.

Косвенный умысел в соответствии с законом (ч. 3 ст. 25 УК РФ) имеет место, если лицо, совершившее преступление, осознавало общественную опасность своего действия (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий и, хотя и не желало, но сознательно допускало их либо относилось к ним безразлично.

Осознание общественно опасного характера деяния имеет одинаковое содержание как при прямом, так и при косвенном умысле. Но характер предвидения общественно опасных последствий при прямом и при косвенном умысле не совпадает.

Косвенному умыслу свойственно предвидение только возможности наступления общественно опасных последствий (ч. 3 ст. 25 УК РФ). При этом субъект предвидит реальную возможность наступления таких последствий, т. е. считает их закономерным результатом развития причинной связи именно в данном конкретном случае. Таким образом, предвидение неизбежности наступления преступных последствий исключает косвенный умысел.

Интеллектуальный элемент косвенного умысла характеризуется осознанием общественной опасности совершаемого деяния и предвидением реальной возможности наступления общественно опасных последствий.

Волевой элемент этого вида умысла характеризуется в законе как отсутствие желания, но сознательное допущение общественно опасных последствий, либо безразличное к ним отношение (ч. 3 ст. 25 УК РФ).

При косвенном умысле общественно опасное последствие — это чаще всего побочный продукт преступных действий виновного, а сами эти действия направлены к достижению иной цели, всегда находящейся за рамками данного состава преступления. Виновный не стремится причинить общественно опасные последствия. Однако подчеркнутое законодателем отсутствие желания причинить вредные последствия означает лишь отсутствие прямой заинтересованности в их наступлении; его нельзя понимать как нежелание указанных последствий, стремление их избежать (активное нежелание). На самом деле сознательное допущение означает, что виновный вызывает своими действия определенную цепь событий и сознательно, т. е. осмысленно, намеренно допускает развитие причинно-следственной цепи, приводящее к наступлению общественно опасных последствий. Сознательное допущение есть активное переживание, связанное положительным волевым отношением к последствиям, при котором виновный заранее соглашается с наступлением общественно опасных последствий, готов принять их как плату за достижение конечной цели деяния. Именно положительное, одобрительное отношение к последствиям сближает сознательное допущение с желанием, делает их разновидностями волевого содержания одной и той же формы вины.

Прямой и косвенный умысел — это виды одной и той же формы вины, поэтому между ними много общего. Интеллектуальный элемент обоих видов умысла характеризуется осознанием общественной опасности совершаемого деяния и предвидением его общественно опасных последствий. Общим для волевого элемента прямого и косвенного умысла является одобрительное отношение к наступлению предвидимых общественно опасных последствий.

Различие в содержании интеллектуального элемента прямого и косвенного умысла состоит в неодинаковом характере предвидения последствий. Если прямой умысел характеризуется предвидением, как правило, неизбежности, а иногда реальной возможности наступления общественно опасных последствий, то косвенному умыслу присуще предвидение только реальной возможности наступления таких последствий. Но основное различие между прямым и косвенным умыслом заключается в неодинаковом характере волевого отношения субъекта к последствиям. Положительное отношение к ним при прямом умысле выражается в желании, а при косвенном умысле — в сознательном допущении либо в безразличном отношении.

Для более правильного понимания умышленной формы вины необходимо исследование и иных видов умысла, известных в теории и практике уголовного права.

Заранее обдуманный умысел означает, что намерение совершить преступление осуществляется через более или менее значительный промежуток времени после его возникновения.

Внезапно возникшим (простым) называется такой умысел, при котором намерение совершить преступление возникло у виновного сиюминутно и сразу же было исполнено.

Аффектированный умысел характеризует не столько момент, сколько психологический механизм возникновения намерения совершить преступление. Поводом к его возникновению являются неправомерные или аморальные действия потерпевшего в отношении виновного или его близких либо систематическое противоправное или аморальное поведение потерпевшего, создавшее длительную психотравмирующую ситуацию.

В зависимости от степени определенности представлений субъекта о важнейших фактических и социальных свойствах совершаемого деяния умысел может быть определенным (конкретизированным) или неопределенным (неконкретизированным). Определенный (конкретизированный) умысел характеризуется наличием у виновного конкретного представления о качественных и количественных показателях вреда, причиняемого деянием. Альтернативный умысел — это такая разновидность определенного умысла, при котором виновный предвидит примерно одинаковую возможность наступления двух индивидуально определенных последствий. Неопределенный (неконкретизированный) умысел означает, что у виновного имеется не индивидуально-определенное, а обобщенное представление об объективных свойствах деяния, т. е. он осознает только его видовые признаки Красиков Ю. А. Комментарий к ст. 25 УК РФ / Под общ. ред. Ю. И. Скуратова и В. М. Лебедева. — С. 40.

б) неосторожность и её виды

Неосторожность наряду с умыслом является основной формой вины в уголовном праве. В ст. 26 УК РФ говорится, что преступление признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления преступных последствий своего действия или бездействия, либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло их предвидеть. Такое понимание неосторожной формы вины обусловило построение видов преступлений как материальных, а не формальных, допускающих ответственность за неосторожное причинение вреда. Учитывая особенность данной формы вины при совершении неосторожных преступлений, нельзя привлечь к уголовной ответственности за приготовление, покушение и соучастие.

При совершении неосторожного преступления все оттенки психического процесса, отражающие внутреннюю структуру содержания этой формы вины, уголовным правом объединяются в два вида — преступное легкомыслие и преступную небрежность.

Легкомыслие предполагает, что лицо предвидит возможность наступления общественно опасных последствий своего действия или бездействия, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывает на предотвращение этих последствий (ч. 2 ст. 26 УК РФ). При небрежности лицо не предвидит возможности наступления общественно опасных последствий своих действий или бездействия, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло предвидеть эти последствия (ч. 3 ст. 26 УК РФ).

Преступление признается совершенным по легкомыслию, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своего действия (или бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на их предотвращение (ч. 2 ст. 26 УК РФ).

Предвидение возможности наступления общественно опасных последствий своего действия или бездействия составляет интеллектуальный элемент легкомыслия, а самонадеянный расчет на их предотвращение — волевой.

Характеризуя интеллектуальный элемент легкомыслия, законодатель указывает только на предвидение возможности наступления общественно опасных последствий, но опускает психическое отношение к действию или бездействию. Легкомыслие имеет место, когда лицо, совершившее уголовно противоправное деяние, сознавало признаки совершаемого им действия или бездействия, имело возможность и обязанность сознавать их, предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, но без достаточных оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий, однако последствия все же наступили.

Волевая направленность деяния при легкомыслии характеризуется стремлением предотвратить возможные последствия. Предвидение лицом возможности наступления преступных последствий своего деяния составляет интеллектуальный момент преступного легкомыслия, а самонадеянный расчет без достаточных к тому оснований на их предотвращение — его волевой момент.

При совершении преступления с преступным легкомыслием лицо, хотя бы в общих чертах, должно предвидеть развитие причинной связи, иначе невозможно не только предвидение этих последствий, но и расчет на их предотвращение. Совершая преступление с преступным легкомыслием, виновный рассчитывает на конкретные обстоятельства, а не на «авось», не на случайные стечения обстоятельств, которые якобы смогут, по мнению виновного, противодействовать преступному результату. Обстоятельства, на которые рассчитывает субъект при преступном легкомыслии, могут быть самыми разнообразными: относящиеся к личности самого виновного; относящиеся к обстановке, в которой совершается преступление; относящиеся к действию других лиц; расчет на силы природы, на механизмы и т. д.

О легкомысленном характере расчета свидетельствует тот факт, что последствия наступили. Если же у лица были основания рассчитывать на какие-либо обстоятельства, но они оказались недостаточными для предотвращения результата, о чем не могло знать лицо, то в этом случае отсутствует вина, а, следовательно, нет оснований для привлечения к уголовной ответственности (невиновное причинение вреда — случай).

Исходя из законодательного определения, преступная небрежность заключается в непредвидении лицом возможности наступления общественно опасных последствий своего деяния, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности оно должно и могло было их предвидеть. При небрежности, в отличие от легкомыслия, лицо не только не желает, не допускает возможности наступления общественно опасных последствий своего действия или бездействия, но даже не предвидит такой возможности.

Л.Д. Гаухман полагает, что «при преступной небрежности отсутствуют интеллектуальный и волевой моменты, то есть они выражены как отрицательные» Гаухман Л. Д. Квалификация преступлений: закон, теория, практика/ Л. Д. Гаухман. — М., 2005. — С. 56. С этой точкой зрения не соглашается И. М. Тяжкова, которая считает, что «если в определении небрежности невозможно выделить интеллектуальный и волевой элементы, то следует признать, что оно не подпадает под общее определение вины» Тяжкова И. М. Неосторожные преступления с использованием источников повышенной опасности / Под ред. В. С. Комиссарова. — СПб., 2006. — С. 28. Другие авторы полностью не согласны с формулировкой небрежности в действующем уголовном законе, отмечая, что она не соответствует принципу субъективного вменения Бикеев И. Актуальные проблемы учения о субъективной стороне преступления/ И. Бикеев// Уголовное право. — 2006. — № 3. — С. 11. В качестве аргумента приводится положение ст. 36 УК РФ, когда эксцесс исполнителя не влечет ответственности для соучастников, если он не охватывался их умыслом, причинение же вреда по небрежности при сходных во многом обстоятельствах — влечет.

На наш взгляд, более убедительной представляется точка зрения, согласно которой интеллектуальный элемент при небрежности есть, при этом он отличается известным дуализмом и характеризуется двумя признаками: отрицательным и положительным Сирохин А. И. Теоретические аспекты небрежности в праве России/ А.И. Сирохин// История государства и права. — 2007. — № 12. Отрицательным признаком интеллектуальной стороны небрежности следует считать непредвидение лицом возможности наступления преступных последствий и отсутствие сознания противоправности деяния. Вследствие этого виновный и считает возможным их совершение. Субъект может либо не осознавать фактический характер своих действий, либо осознавать фактическую сторону своего поведения. Тем не менее, в любом случае он не предвидит общественно опасных последствий. Лицом осознается лишь фактическое содержание своего деяния, а не его общественная опасность.

В теории уголовного права высказывалось мнение, что в практике деятельности правоохранительных органов встречаются такие виды неосторожности, которые в полной мере не подпадают под определенные в законе признаки легкомыслия и небрежности, хотя им и присущи некоторые общие признаки неосторожной вины. Эти виды предлагалось назвать: правовая неосторожность, волевая небрежность и преступное невежество Дагель П. С. Неосторожность. Уголовно-правовые и криминологические проблемы/ П. С. Дагель. — М., 1977.

Правовая неосторожность включают в себя такие случаи, когда субъект, сознавая все фактические признаки совершаемого деяния, по неуважительным причинам заблуждается относительно его общественной опасности. В качестве примера чаще всего приводятся действия лица, которое из сострадания к безнадежно больному, испытывающему мучения, дает смертельную дозу лекарства, ошибочно полагая, что его поступок является дозволенным.

В.Г. Макашвили справедливо отмечал: «Если лицо правильно представляет себе причиняющее значение своего поступка и желает наступления общественно опасного последствия, то считать такое преступление неосторожным… значило бы вкладывать в понятие неосторожности содержание, которое противоречит его сущности». Макашвили В. Г. Уголовная ответственность за неосторожность/ В. Г. Макашвили.- М., 1997. — С. 180. Считая свои действия не общественно опасными, лицо тем самым заблуждается не только относительно социальной сущности своего деяния, но и относительно его правовой оценки, считая его не преступным. Однако к ответственности такие лица привлекаются, а факт отсутствия осознания общественной опасности своего деяния может быть учтен как смягчающее наказание обстоятельство.

Волевая небрежность имеет место в случаях, когда субъект, оказавшийся в опасной ситуации, требующей принятия правильного решения для предотвращения общественно опасных последствий, не находит такого решения при наличии объективной и субъективной возможности найти правильное решение и не допустить наступления последствий.

При преступном невежестве, по мнению ученых, предлагающих ввести в понятие неосторожной вины и такой вид неосторожности, субъект берется за выполнение такой работы, выполнить которую должным образом не может, так как не обладает необходимыми знаниями, навыками, психофизическими свойствами и пр. Дагель П. С, Котов Д. П. Субъективная сторона преступления и ее установление/ П. С. Дагель, Д. П. Котов. — Воронеж, 1974. — С. 155.

В доктрине уголовного права предлагался и такой вид неосторожной вины, как «беспечность», заключающаяся в осознании общественной опасности своего поведения при непредвидении, но при наличии возможности предвидения общественно опасных последствий этих деяний Филановский И. Г. Социально-психологическое отношение субъекта к преступлению/ И. Г. Филановский. — Л. 1970. —  С. 144.

Представляется теоретически и практически обоснованным мнение А. И. Рарога, согласно которому «законодательное определение неосторожности охватывает все встречающиеся разновидности этой вины, и она полностью исчерпывается двумя видами» Рарог А. И. Общая теория вины в уголовном праве/ А. И. Рарог. — М., 2002. — С. 57.

3. Преступления с двумя формами вины

В теории уголовного права до настоящего времени продолжается дискуссия о существовании более сложных разновидностей форм вины, чем умысел и неосторожность, хотя еще в XIX в. Н. С. Таганцев утверждал: «Оба вида виновности могут встречаться не только порознь, но и совместно. В последнем случае по общему правилу такое совпадение рассматривается как совокупность двух отдельных преступлений, так как все попытки признания при этих условиях особой переходной формы виновности отброшены и в доктрине, и в современных кодексах. Только в виде исключения при некоторых преступлениях подобная осложненная форма признается отдельным квалифицирующим признаком» Таганцев Н. С. Русское уголовное право. Часть общая. Том 1/ Н. С. Таганцев. — М., 1994. — С. 93.

Подавляющий состав преступлений совершается либо умышленно, либо по неосторожности. Но ст. 27 УК РФ предусматривает возможность сосуществования в одном преступлении параллельно двух форм вины: умысла и неосторожности. Так, например, если виновный, действуя умышленно, причиняет тяжкие последствия, которые по закону влекут более строгое наказание и не охватывались умыслом виновного, то уголовная ответственность за эти последствия наступает лишь при наличии неосторожности. Примерами преступлений с двумя формами вины являются преступления, предусмотренные ч. 4 ст. 111 или ч. 3 ст. 123 УК РФ. В первом варианте речь идет об умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего по неосторожности. В этом случае психическое отношение виновного в деянии «раздваивается»: применительно к факту причинения тяжкого вреда здоровью виновный действует умышленно (прямой или косвенный умысел), но к наступившим последствиям смерти виновный действует неосторожно (в виде легкомыслия или небрежности). Во втором варианте («незаконное производство аборта») вина должна устанавливаться раздельно, применительно к факту незаконного производства аборта и к факту причинения в результате таких действий смерти потерпевшей или тяжкого вреда ее здоровью. Здесь и проявляется сложная вина. Психическое отношение к факту производства незаконного аборта возможно лишь в форме умысла, а к смерти или причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшей — только в форме неосторожности.

Подразделение преступлений на преступления с двумя формами вины необходимо как для квалификации преступлений, так и для разграничения смежных составов.

По смыслу ст. 27 УК РФ преступления с двумя формами вины в целом считаются умышленными, что предопределяется формой вины в основном составе преступления. Это обстоятельство имеет также важное значение для определения категории совершенного преступления (ст. 15 УК РФ), рецидива преступления (ст. 18 УК РФ), для решения вопроса о признании преступления неоконченным (ст. ст. 29, 30 УК РФ), совершения преступления в соучастии (ст. ст. 32 — 35 УК), при условном осуждении (ст. 74 УК РФ), в случаях отмены условно-досрочного освобождения (ст. 79 УК РФ).

Действующая редакция ст. 27 УК РФ представляется не совсем удачной, она не дает ответа на вопрос о том, какие преступления, совершенные с двумя формами вины, должны быть признаны умышленными, а какие — неосторожными. А. И. Коробеев, отмечает, что «законодательная оценка преступления с двойной формой вины в целом как умышленного не отражает всего спектра различных форм вины, используемых самим законодателем при конструировании норм Особенной части УК, и поэтому должна быть дополнена соответствующей законодательной оценкой в Общей части УК преступлений со смешанной формой вины в целом как неосторожных» Коробеев А. И. Российское уголовное право. Курс лекций. Том 1/ А. И. Коробеев. — Владивосток, 1999. — С. 429., — и называет далее такое преступление как совершенное с двумя формами вины, а не с двойной (смешанной) формой вины. Однако, указанная «законодательная оценка преступления с двойной формой вины в целом как умышленного» противоречит требованиям ч. 1 ст. 5 УК РФ, так же как и предлагаемое автором введение законодательной оценки этих преступлений «в целом как неосторожных».

Поэтому наиболее логичной и отвечающей принципам уголовного права (и ч. 1 ст. 5 УК РФ) является позиция, согласно которой для преступлений со сложной структурой объективной стороны «вина всегда должна устанавливаться по отношению и к действиям, и к последствиям… стремление „договориться“ определять форму вины того или иного сложного деяния, как это сделано в действующем законодательстве, только по действиям или только по последствиям — оценочно и не психологично» Лунеев В. В. Субъективное вменение/ В. В. Лунеев. — М., 2000. — С. 8 — 9.

Квалификация преступления по формам вины со сложной структурой совершенного деяния будет наиболее полной только тогда, когда выявлены все его наступившие общественно опасные результат или последствия, определены и указаны все виды вины в их отношении, а также определен и указан вид вины лица как при совершении деяния, так и в каждом из имеющихся в наличии составов преступления Ширяев В. А. Двойная форма вины: за и против/ В.А. Ширяев// Следователь. — 1998. — № 7. — С. 19 — 20.

Таким образом, все необходимые понятия форм вины в уголовном законодательстве уже есть, а для дифференциации всего спектра психического отношения субъекта преступления к содеянному достаточно четко выявить все виды последствий и установить вину субъекта в отношении каждого из форм общественно опасных последствий его деяния. Поэтому, как справедливо отмечает С. К. Балашов, совершенно ненужным является введение как понятия «смешанной вины», так и понятия «двойной вины» Балашов С. К. К вопросу о видах и формах вины/ С.К. Балашов// Российский судья. — 2007. — № 1. Полагаем при этом необходимым сохранение понятия «двух форм вины» с изменением содержания и этого понятия, и самой ст. 27 УК РФ — в частности, изъятием из нее определения преступления, в целом совершенного умышленно.

4. Невиновное причинение вреда

От любых разновидностей умышленной и неосторожной вины следует отличать так называемый казус (случай), т. е. невиновное причинение вреда. В соответствии с ч. 1 ст. 28 УК РФ деяние признается совершенным невиновно, если лицо, его совершившее, не осознавало и по обстоятельствам дела не могло осознавать общественной опасности своих действий (бездействия) либо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий и по обстоятельствам дела не должно было или не могло их предвидеть.

От умысла казус отличается по интеллектуальному и волевому моментам. При умысле (прямом и косвенном) лицо осознает общественную опасность своих действий (бездействия). При казусе не осознает и по обстоятельствам дела не может ее осознавать. При этом отсутствует (необходимое для умысла) предвидение возможности или неизбежности наступления общественно опасных последствий. Волевой момент казуса отличается от умысла отсутствием как желания, так и сознательного допущения наступления общественно опасных последствий либо безразличного к ним отношения.

От неосторожности (законодатель проводит различие между ней и преступной небрежностью) казус отличается по волевому моменту. При казусе лицо не предвидит возможность наступления общественно опасных последствий и по обстоятельствам дела не должно было или не могло их предвидеть. Таким образом, казус (случай) характеризуется отсутствием либо обоих критериев преступной небрежности (объективного и субъективного), либо одного из них Наумов А. В. Практика применения Уголовного кодекса Российской Федерации: комментарий судебной практики и доктринальное толкование/ А. В. Наумов. — М., Волтерс Клувер, 2005. — С. 48. Случай (казус) в отличие от вины следует считать не психическим отношением (его не существует), а особым психическим состоянием лица, действующего (или бездействующего) в той или иной обстановке, исключающим общественную опасность, а значит, преступность и наказуемость содеянного им. Уголовная ответственность в этом случае не наступает, так как в действиях (бездействии) лица, причинившего общественно опасные последствия, отсутствует вина.

В ч. 2 ст. 28 УК РФ сформулирован новый вариант невиновного причинения вреда: «Деяние признается совершенным невиновно, если лицо, его совершившее, хотя и предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но не могло предотвратить эти последствия в силу несоответствия своих психофизиологических качеств требованиям экстремальных условий или нервно-психическим перегрузкам».

Это правило есть развитие принципа субъективного вменения, в соответствии с которым лицо, осуществляющее деятельность, связанную с экстремальными условиями и нервно-психическими перегрузками, может быть признано виновным только в случае, если его субъективные качества соответствовали объективным требованиям ситуации и оно предвидело общественно опасный характер своих действий (бездействия), предвидело их общественно опасные последствия либо не предвидело, но могло по своим субъективно личностным качествам их предвидеть и предотвратить.

Т. Орешкина наиболее точно определила юридическую природу рассматриваемого установления, указав, что в ней скорее всего раскрыта ситуация непреодолимой силы, нежели невиновного причинения вреда Орешкина Т. Уголовно-правовое значение непреодолимой силы/ Т. Орешкина// Уголовное право. — 2009. — № 2. Действительно, именно об этом и идет речь в ч. 2 ст. 28 УК РФ, где говорится о ситуации, в которой лицо не могло предотвратить наступление общественно опасных последствий, т. е. оно не могло объективно совершить волевого деяния по предотвращению вреда. Возможность совершить волевой поступок, как указано в рассматриваемой норме УК РФ, блокируется непреодолимой силой.

5. Мотив и цель преступления

Мотив и цель — факультативные признаки субъективной стороны преступления.

Под мотивом преступления имеется в виду побудительный стимул, источник активности человека.

Цель преступления есть представление человека о результате своей деятельности или идеальный результат Коробеев А. И. Указ. соч. — С. 433.

Они присущи любой человеческой деятельности, в том числе и вредной для общества. Всякое умышленное преступление совершается по какому-либо мотиву и (или) с той или иной целью. Между тем не каждый состав характеризуется мотивом или целью.

Когда в юридической литературе отмечается, что любое умышленное преступление совершается по какому-либо мотиву или с какой-нибудь целью, то они понимаются в социально-правовом или криминологическом значении. Если же упоминается о мотиве и цели как факультативных признаках субъективной стороны преступления (т.е. они присущи не каждому составу преступления), то имеется в виду их уголовно-правовое значение, влияющее на квалификацию преступления.

Мотив и цель — обязательные признаки субъективной стороны конкретных составов преступлений при наличии одного из следующих условий. Во-первых, на мотив или цель должно быть указано в диспозиции статьи Особенной части УК РФ. Например, о мотиве говорится в п. «з» (из корыстных побуждений), в п. «и» (из хулиганских побуждений), в п. «л» (кровной мести и др.) ч. 2 ст. 105, предусматривающей ответственность за убийство при отягчающих обстоятельствах, и в ряде других статей УК РФ, а о цели — в ст. 162, устанавливающей ответственность за разбой (цель — хищение имущества), и др.

Во-вторых, мотив или цель представляют собой обязательные признаки субъективной стороны состава преступлений в тех случаях, когда необходимость их наличия вытекает из юридической природы данного конкретного состава. Такая природа определяется в результате сопоставления содержания нормы Особенной части УК РФ, которой предусмотрен данный состав преступления, с содержанием других норм Особенной части УК РФ, предусматривающих смежные составы. Так, открытое завладение чужим имуществом, например шапкой, чтобы ее присвоить, т. е. с корыстной целью, представляет собой грабеж, ответственность за который предусмотрена ст. 161 УК РФ. Такое завладение исключительно для того, чтобы ее уничтожить, по мотиву мести потерпевшему и с целью навредить ему образует состав умышленного уничтожения или повреждения чужого имущества, предусмотренный ст. 167 УК РФ, а такое же по объективным признакам деяние, совершенное из хулиганских побуждений, — состав хулиганства, установленный ст. 213 УК РФ. Подобного рода сопоставления позволяют определить, свойственны ли данному конкретному составу те или иные мотивы или цели, если они прямо не указаны в соответствующей норме Особенной части УК РФ.

В тех случаях, когда мотив и цель являются обязательными признаками субъективной стороны конкретного состава, отсутствие их в содеянном исключает какой-либо состав преступления.

Необходимо отличать цель в качестве составной части «желания» как волевого момента прямого умысла от цели как самостоятельного признака субъективной стороны преступления. В первом случае цель является отражением объективной стороны, имеет материальное, объективное воплощение в признаках последней, указанных в диспозиции статьи Особенной части УК РФ. Цель же как самостоятельный признак субъективной стороны преступления не имеет такого воплощения. Она характеризует психическое отношение виновного к последствиям, выходящим за пределы состава преступления, т. е. к тем, которые не служат признаками данного конкретного состава, предусмотренными статьей Особенной части УК РФ.

6. Юридические и фактические ошибки

С принципом субъективного вменения (ч. 2 ст. 5 УК РФ) тесно связан вопрос об ошибке, поскольку в содержание вины входят не только истинные, но и ошибочные представления лица о характере совершаемого деяния и его социальном значении.

В уголовно-правовой литературе предлагались различные определения ошибки. Одни ученые определяют ошибку как заблуждение лица относительно фактических и юридических признаков содеянного, другие — как неверное, неправильное представление лица о фактических и юридических признаках или свойствах совершенного деяния и его последствий, третьи — как неверную оценку лицом своего поведения, четвертые — как заблуждение лица относительно объективных и субъективных признаков общественно опасного деяния, которые характеризуют это деяние как преступление. Наконец, пятые определяют ошибку как заблуждение лица относительно характера и степени общественной опасности совершаемого деяния и его уголовной противоправности.

Представляется, что при наличии терминологического различия все эти определения достаточно полно и правильно раскрывают понятие ошибки, которая заключается в неправильной оценке лицом, совершающим преступление, своего поведения и (или) его последствий либо его уголовной противоправности Бикеев И. Актуальные проблемы учения о субъективной стороне преступления/ И. Бикеев// Уголовное право. — 2006. — № 3..

В настоящее время общепринятой классификацией, имеющей не только теоретическое, но и практическое значение, признается классификация в зависимости от заблуждения лица относительно отдельных признаков преступления. В зависимости от характера неправильных представлений объекта различаются юридическая и фактическая ошибки.

Юридическая ошибка — это неправильное представление лица о правовой сущности или правовых последствиях совершаемого им деяния. В литературе такой вид ошибки иногда называют «ошибкой в праве».

Юридическая ошибка может выражаться, прежде всего, в неправильном представлении лица о преступности или непреступности своего деяния.

Так, лицо полагает, что его действия преступны и влекут за собой уголовную ответственность, тогда как они УК РФ не предусмотрены.

Однако возможны и противоположные случаи, когда лицо полагает, что совершаемое им деяние не влечет уголовной ответственности, но УК РФ считает такое деяние преступлением. Незнание закона не освобождает от уголовной ответственности. Большинством ученых и практическими работниками это правило признается незыблемым. Во многих случаях так оно и есть. Но возможны ситуации, когда лицо, нарушившее уголовно-правовой запрет, не только не знало о нем, но и не могло знать в тех условиях, в которых оно находилось в момент нарушения этого запрета. В таких случаях уголовная ответственность должна исключаться вследствие отсутствия вины.

Другой вид юридической ошибки может заключаться в неправильном представлении лица относительно квалификации содеянного. В подобных случаях виновный привлекается к ответственности за то преступление, которое он фактически совершил.

Наконец, юридическая ошибка может касаться вида и размера наказания за преступление, которое совершил виновный. Такая ошибка не влияет на ответственность, так как вид и размер наказания находятся за пределами субъективной стороны. Таким образом, юридическая ошибка лица, совершившего преступление, не влияет ни на квалификацию, ни на размер и вид определяемого судом наказания, так как ответственность наступает вне зависимости от мнения виновного.

Фактическая ошибка — это неправильная оценка лицом фактических обстоятельств, являющихся объективными признаками деяния, обязательными элементами состава преступления, т. е.: а) ошибка в объекте и б) ошибка относительно признаков объективной стороны состава преступления.

Ошибка в объекте заключается в неправильном представлении лица, совершающего преступление, о содержании объекта посягательства как обязательного элемента составов.

От ошибки в объекте посягательства следует отличать ошибку в предмете и ошибку в личности потерпевшего.

При ошибке в предмете посягательства квалификация содеянного зависит от того, обязательным или факультативным элементом состава является предмет в каждом конкретном случае. Ошибка в предмете, являющемся обязательным элементом состава, влияет на квалификацию содеянного. Ошибка в предмете, являющемся факультативным элементом, на квалификацию не влияет. Это обычно имеет место в случаях, когда предмету присущи особые свойства, например, наркотические средства, оружие, взрывчатые вещества и т. д. В таких случаях, как и при ошибке в объекте, ответственность должна наступать по направленности умысла. Ошибка в предмете может относиться и к квалифицирующим признакам предмета, например, его ценности.

Ошибка в личности потерпевшего заключается в том, что субъект, желая причинить вред одному лицу, в результате заблуждения причиняет вред другому лицу. Такого рода ошибка не влияет на квалификацию, так как не касается обстоятельств, являвшихся признаками состава преступления. Однако в некоторых случаях ошибка в личности потерпевшего в то же время оказывается и ошибкой в объекте.

Фактическая ошибка может касаться признаков, характеризующих объективную сторону преступления. Это, прежде всего, ошибка в характере совершаемого действия или бездействия. Такого рода ошибки могут быть двух видов.

Лицо не считает свои действия (бездействие) опасными и влекущими уголовную ответственность, хотя УК РФ они признаются преступлением. Например, лицо расплачивается за покупку фальшивой купюрой, не подозревая об этом. В данном случае лицо объективно совершает преступление, предусмотренное ст. 186 УК РФ (изготовление или сбыт поддельных денег и ценных бумаг). Но ответственность по ст. 186 УК РФ наступает лишь при наличии умышленной вины. Отсутствие умысла исключает и уголовную ответственность. Если же лицо заблуждается относительно опасности своих действий (бездействия), то ответственность за такое поведение предусмотрена лишь при наличии вины (умысла или неосторожности).

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой