Проблемы перевода

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Иностранные языки и языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Введение

Оценкой качества перевода, выявлением и классификацией ошибок занимается большое число лиц, анализирующих результаты переводческого труда: редакторы, критики, заказчики, преподаватели перевода и т. п.

Перевод — это создание не основе оригинального текста на одном языке эквивалентного ему текста на другом языке, равноценного оригиналу в коммуникативном отношении. [3; 29] Для того чтобы хорошо переводить, знания двух языков недостаточно. Чтобы в полной мере выполнить коммуникативную функцию перевода, достичь того, чтобы текст перевода произвел на получателя то впечатление, какое производит исходный текст, необходимо знать законы перевода, четко представлять его требования, предъявляемые обществом к переводу и к переводчику.

Актуальность выбранной нами темы обусловлена необходимостью систематизации проблем перевода, их упорядочения, так как часто переводчики, особенно на первом этапе своей профессиональной деятельности, сталкиваются с типичными проблемами и трудностями. Чтобы избежать ошибок при переводе, переводчик должен знать и видеть проблемы, с которыми он может встретиться и уметь их избегать.

Целью работы является описание понятий «язык» и «перевод» и систематизация проблем, возникающих в процессе переводческой деятельности.

Чтобы достичь этой цели, нам необходимо выполнить следующие задачи:

1) найти определение понятиям «перевод» и «язык»;

2) классифицировать трудности, связанные с переводом;

3) дать характеристику выделенным проблемам перевода и привести примеры;

4) обобщить полученные результаты и сделать вывод.

Объектом работы является перевод, а предметом — лингвистические проблемы перевода.

Выбранные нами методы исследования — анализ литературы и обобщение полученных данных.

Методологической основой нашей работы послужили труды А. Н. Баранова и В. Н Комисарова.

1. Понятие языка и нормы перевода

Для того чтобы разобраться с тем, с какими лингвистическими проблемами сталкивается переводчик в процессе перевода, нам нужно найти определение ключевым понятиям данной темы. Итак, что же такое язык. Это одно из фундаментальных понятий лингвистики. Но на сегодняшний день нет идеального всеполагающего определения. Но наиболее распространенным в отечественной лингвистике является определение К. Маркса и Ф. Энгельса «Язык — это непосредственная действительность мысли». Также язык по Левицкому Ю. А. это средство общения людей и как таковое средство формирования, выражения и сообщения мысли, также язык — это набор некоторых единиц и правил их использования, т. е. комбинирования. Б. А. Серебренников: «Язык — форма существования человеческого сознания». З. Д. Попов: «Язык есть практическое, доступное восприятию людей существование мысли. Быть средством общения — это функция языка». Итак, мы привели несколько определений языка. И хотя каждое из них отличается друг от друга, все они подчеркивают связь языка и общения между людьми. Но часто встречаются такие случаи, когда люди выражают свои мысли на разных языках. Следовательно, перевод, является важным вспомогательным средством, обеспечивающим выполнение языком его коммуникативной функции. [5; 36]

Перевод — вид языкового посредничества, при котором содержание иноязычного текста оригинала передается на другой язык путем создания на этом языке коммуникативно равноценного текста. [3; 248]

Перевод играет большую роль в обмене мыслями между разными народами и служит делу распространения мировой культуры. Термин перевод многозначен. С одной стороны, он обозначает деятельность, заключающуюся в передаче содержания текста на одном языке средствами другого языка, а с другой — сами результаты этой деятельности. [1; 138]

Своей деятельностью переводчик удовлетворяет не личную, а общественную потребность, и при этом он руководствуется не личным мотивом, а мотивом, предписанным ему обществом. Целью переводческой деятельности является «производство речевых высказываний по определенному социальному заказу», — пишет А. Ф. Ширяев. Продукт переводческой деятельности создается в соответствии с требованиями, которые относительно однообразны, устойчивы и носят социальный характер. Таким образом, перевод удовлетворяет постоянно возникающую потребность общения между людьми, не владеющими общим языком, или, иначе говоря, людьми, разделенными лингвоэтническим барьером. [4; 6]

Для сознательного и правильного выполнения своих функций переводчик должен ясно представлять себе цель своей деятельности и пути достижения этой цели. Такое понимание основывается на глубоком знакомстве с основами теории перевода, как общей, так и специальной и частной, применительно к той области и комбинации языков, с которыми имеет дело переводчик. Оно предполагает знание системы соответствий между этими языками, приемов и методов перевода, умение выбрать необходимое соответствие и применить наиболее эффективный прием перевода в соответствии с условиями конкретного контекста, учет прагматических факторов, влияющих на ход и результат переводческого процесса. [3; 278]

Для обеспечения высокого качества перевода переводчик должен уметь сопоставлять текст перевода с оригиналом, оценивать и классифицировать возможные ошибки, вносить необходимые коррективы. Как сам переводчик, так и другие лица, оценивающие качество перевода, прямо или косвенно исходят из посылки, что правильный перевод должен отвечать определенным требованиям. Совокупность требований, предъявляемых к качеству перевода, называется нормой перевода. Таким образом, норма перевода складывается в результате взаимодействия пяти различных видов нормативных требований: 1) нормы эквивалентности перевода; 2) жанрово-стилистической нормы перевода; 3) нормы переводческой речи; 4) прагматической нормы перевода; 5) конвенциональной нормы перевода. [2; 28]

Таким образом, лингвистические сложности перевода с одного языка на другой объясняются особенностями семантики, синтактики и прагматики языковых выражений исходного языка и языка перевода.

2. Семантические проблемы перевода

Семантика — это все содержание, информация, передаваемые языком или какой-либо его единицей (словом, грамматической формой, словосочетанием, предложением). [5; 153] Можно выделить следующие проблемы перевода, связанные с расхождением семантики языков: различия в категоризации, грамматические различия, грамматические различия как фактор метафоризации, скрытые категории, «ложные друзья переводчика».

В теоретическом смысле проблема различий в категоризации активно разрабатывалась в трудах представителей европейского неогумбольдтианства (Л. Вайсгербер и др.), а также американских ученых, сформулировавших теорию лингвистической относительности (Э. Сепир, Б. Уорф), и их последователей, отстаивавших тезис о неповторимом своеобразии зафиксированной в каждом языке «картины мира»

Например, стандартное членение суток на временные отрезки, зафиксированное в русском языке, отличается от членения суток, принятого в немецком и английском языках (в которых нет особого слова для обозначения понятия 'сутки'). Если в русском языке сутки членятся на четыре отрезка (утро, день, вечер, ночь), то, например, в немецком представлены шесть временных отрезков: Morgen 'утро', Vormittag 'предполуденное время', Mittag 'полдень', Nachmittag 'послеполуденное время', Abend 'вечер', Nacht 'ночь'. Таким образом, русское предложение «Встретимся сегодня вечером» может быть в принципе переведено на немецкий язык и как «Wir treffen uns heute nachmittag» что дословно означает «Встретимся сегодня в послеполуденное время» и как «Wir treffen uns heute abend» — «Встретимся сегодня вечером», так что только обращение к контексту позволяет выбрать адекватный вариант перевода. [1; 147]

Среди межъязыковых различий, обусловленных несовпадениями в организации языковой структуры, значимыми для теории перевода могут оказаться также и грамматические различия. Наиболее известный пример в этой области принадлежит Р. О. Якобсону. Ссылаясь на Ф. Боаса, Якобсон подчеркивает, что грамматическая структура (в отличие от структуры лексикона) определяет те значения, которые обязательно должны быть выражены в данном языке. В качестве примера можно привести немецкое предложение «Ich habe einen Aufsatz. geschrieben», которое не может быть точно переведено на русский язык без дополнительной информации. Поскольку в русском языке категории глагольного вида и грамматического рода имен существительных являются грамматическими (не могут остаться невыраженными), то при переводе этого предложения мы вынуждены сделать выбор, с одной стороны, между «писал» и «писала», с другой, необходим выбор между «написал» и «написала», но информация для его осуществления обычно получается из текста достаточно легко; однако иногда такой выбор, скажем, при ссылке на какие-то прошлые действия лица, определить пол которого по имени или фамилии не удается, или при необходимости назвать это лицо он или она, оказывается серьезной проблемой. При обратном переводе соответствующей русской фразы (безотносительно к тому, какой из возможных вариантов «Я писал / писала или написал / написала сочинение») нам опять потребовалась бы дополнительная информация, так как русский перевод этой фразы не дает ответа, было ли это какое-то определенное сочинение или не важно какое (выбор определенного или неопределенного артикля). Поскольку информация, которой требуют грамматические структуры различных языков, неодинакова, мы имеем два совершено разных набора ситуаций с возможностью того или иного выбора; поэтому цепочка переводов одного и того же изолированного может привести к полному искажению исходного смысла. [5; 93]

Чисто грамматические категории могут осмысляться как содержательно значимые и выступать в качестве фактора метафоризации. Так, Якобсон писал также о том, что И. Е. Репина в свое время удивил тот факт, что немецкие художники изображают грех в виде женщины (немецкое слово «die Sьnde» — «грех» женского рода). Смерть в русской культуре — это старуха с косой, в немецкой же — «der Sensenmann», «скелет с косой», поскольку русское слово смерть — это существительное женского рода, в то время как немецкое «der Tod» — «смерть» мужского рода. [5; 97]

Наиболее очевидна потенциальная значимость подобных различий в переводе художественных текстов.

Например, при переводе немецкого стихотворения Г. Гейне «Ein Fihctenbaum…», которое основано на противопоставлении двух грамматических родов: der Fichtenbaum и die Palme, на создании образа мужской неудовлетворенной любви к далекой, а потому недоступной женщине. Лермонтов женским родом «сосна» отнял у образа всю его любовную устремленность и превратил сильную мужскую любовь в прекраснодушные мечты, что нельзя сказать о переводе Ф. И. Тютчева, где он заменяет «сосну» «кедром». [4; 98] Т. е. он использует не дословный перевод, а адекватную замену, чем сохраняет любовную тему стихотворения.

Помимо случаев межъязыковых расхождений в грамматикализации «классических» грамматических категорий наподобие определенности-неопределенности, встречаются случаи, в которых существенные различия не грамматикализуются систематическим образом, что делает их очень сложными для систематического описания. Такие категории часто называются «скрытыми» или «имплицитными». Для русского языка примером скрытой категории может служить категория отчуждаемой-неотчуждаемой принадлежности, которую можно рассматривать как частный случай категории посессивности. В русском языке различие между отчуждаемой и неотчуждаемой принадлежностью хотя и не систематически, как в случае открытых грамматических категорий, но все же проводится в большей степени по сравнению с западноевропейскими языками (хотя, конечно, не так последовательно, как, скажем, в полинезийских языках, где отчуждаемость-неотчуждаемость является «классической» грамматической категорией). Например, по-немецки (как и в большинстве других германских языков) русским словосочетаниям «велосипедная цепь» и «цепь от велосипеда» соответствует одна и та же агглютинативная конструкция «Fahrradkette». Иными словами, немецкий язык не делает разницы между отчужденной (цепь от велосипеда, валяющаяся, скажем, на свалке) и неотчужденной принадлежностью (велосипедная цепь как деталь велосипеда). Выбор правильного перевода таких слов на русский язык зачастую оказывается непростой задачей. Так, немецкое «Autoschlьssel» может быть переведено на русский только как «ключ от машины» («машинный ключ» в этом значении невозможен). Это объясняется тем, что ключ — в любом случае отторгаемая (отчуждаемая) часть машины, так как он чаще лежит в кармане владельца, чем торчит в замке зажигания. По-немецки это различие не передается. Важную информацию о возможностях перевода выражений с категорией неотчуждаемой принадлежности можно получить из знаний об устройстве мира. Если некоторая сущность является частью другой сущности, то следует иметь в виду, что для нее обсуждаемая категория может оказаться существенной. [1; 146]

Одной из наиболее традиционных является проблема так называемых «ложных друзей переводчика», к которым относятся:

1) слова исходного языка, созвучные словам языка перевода, но расходящиеся по значению. Например, der Termin — срок, судебное заседание, а не термин, der Lektor — преподаватель вуза, ведущий практические занятия по иностранным языкам, музыке, рисованию, черчению; издательский редактор, а не лектор.

2) слова исходного языка, у которых часть значения совпадает со значением похожего слова в языке перевода, а часть расходится. Например, komisch — комичный, странный.

3) созвучные в исходном языке и в языке перевода названия мер, весов, величин, не совпадающих по значению. Например, das Pfund — в Германии это 500 грамм, а в России 409 грамм. [4; 110]

Подобные случаи хорошо известны и неплохо описаны в словарях — как в специальных словарях «ложных друзей», так и в обычных двуязычных словарях общего характера.

Таким образом, рассмотрев семантические проблемы перевода, мы выделили целый ряд проблем, с которыми может столкнуться переводчик и которые могут привести к непониманию представителей разных культур и к конфликтам между ними.

3. Синтаксические проблемы перевода

Синтаксическая система языка представлена двумя типами единиц — словосочетанием и предложением. [5; 181] Здесь же стоит рассмотреть такое понятие как синтаксический контекст. Это синтаксическая структура, в рамках которой употреблено данное слово в тексте. [3; 250] Следовательно, к синтаксическим проблемам перевода можно отнести следующие: синтаксический тип языка, лексическая сочетаемость.

Рассмотрим трудности, связанные с синтаксическим своеобразием языковых выражений. Приводившийся выше пример «Встретимся сегодня вечером» с его возможными переводами на немецкий язык «Wir treffen uns heute nachmittag» и «Wir treffen uns heute abend» позволяет указать на переводческую сложность, связанную с синтаксическим типом языка. Для ее демонстрации необходимо упомянуть противопоставление языков pro-drop и non-pro-drop. [1; 149]

Языки pro-drop обладают следующими характеристиками: а) при определенных условиях местоимения, не несущие логического ударения, могут быть опущены; б) имеется развитая система спряжения глагола; в) подлежащее и сказуемое в простом предложении свободно могут меняться местами; г) позиция вопросительных слов в предложении может варьировать. В соответствии с этой типологией английский является языком non-pro-drop, а, к примеру, русский и итальянский, не говоря уже о латинском, — языками pro-drop. В таковом качестве русский позволяет, а в некоторых случаях даже требует опущения личного местоимения в позиции подлежащего. Так, в качестве прощальной реплики по-русски фраза «Буду вечером» выглядит лучше, чем «Я буду вечером». Немецкий язык, относимый по данному параметру к языкам non-pro-drop, не допускает опущения личного местоимения. Это межъязыковое различие, не представляющее особых трудностей при переводе с русского языка на немецкий, оказывается весьма существенной проблемой при переводе с немецкого на русский. [3; 137]

Лексическая сочетаемость является также одной из проблем переводчика. Выделяются два типа сочетаемости лексем — семантическая и лексическая. С точки зрения перевода, семантическая сочетаемость не представляет существенного интереса, так как предсказывается значением слова. Совершенно другая ситуация с лексической сочетаемостью. Она не выводится из значения и поэтому оказывается уникальной для каждого языка. Типичным примером лексической сочетаемости являются коллокации — устойчивые идиоматические выражения типа «принимать решение». Выбор глагола, имеющего в такого рода выражениях очень абстрактное значение, практически непредсказуем, ср. нем. «eine Enscheidung treffen» (букв. 'встретить решение'), «einen Beschluв fassen» (букв. 'схватить решение'), англ. «to make a decision» (букв. 'сделать решение'), так что переводчик обязан просто знать соответствующие правила сочетаемости. [2; 164]

Лексическая сочетаемость не ограничивается коллокациями и, соответственно, не может быть описана исключительно с помощью аппарата лексических функций. Например, употребление множественного числа таких русских слов, как «год, месяц, неделя, день, час, минута, секунда» в конструкциях с выражениями «тому назад» или «в течение» без кванторных слов типа «несколько, много» невозможно. Немецкое словосочетание «vor Wochen», букв. «недели тому назад» или английское «for years», букв. «в течение лет» должно переводиться как как 'несколько недель тому назад', 'в течение нескольких / ряда лет'. [1; 150]

Итак, мы выяснили, что к синтаксическим проблемам перевода относятся лексическая сочетаемость и синтаксический тип язык, что обязательно нужно учитывать при переводе с одного языка на другой.

перевод проблема грамматикализация семантический

4. Прагматические проблемы перевода

Прагматическая ценность перевода — степень соответствия текста перевода тем задачам, для решения которых был осуществлен процесс перевода. [3; 249] К прагматическим проблемам перевода относятся: перевод идиом и пословиц, дескрипции в анафоре, особенности стиля, парадоксы счета, перевод метафор и другие. Рассмотрим их поподробнее.

При переводе идиом, пословиц и поговорок наличие эквивалентной единицы в языке перевода само по себе далеко не всегда обеспечивает адекватный результат. В ряде случаев сохранить образный компонент текста оригинала бывает настолько важно, что дословный перевод соответствующего словосочетания оказывается более удачным решением, чем поиск «нормального» эквивалента. При переводе пословица заменяется либо эквивалентной русской пословицей (например, Es ist nicht alles Gold, was glanzt — Не все то золото, что блестит; Alte Liebe rostet nicht — Старая любовь не ржавеет), либо переводится дословно (Dummheit und Stolz wachsen auf einem Holz — Глупость и гордость растут на одном дереве) [2; 221]

В случае, когда переводчик не учитывает отсутствия когнитивных параллелей между языками и переводит буквально идиому, у читателя возникают серьезные проблемы с пониманием текста. Ср. дословный перевод русской идиомы в гробу видать на немецкий язык:

(1) я ш в гробу видал твоего Ван Гога там шмангога (В. Сорокин. «Дорожное происшествие».)

(2) ich hab ja deinen Gogh dings Schmangoch im Sarg gesehen (V. Sorokin. Vorfall auf der StraЯe). [1; 151]

Практически ни один носитель немецкого языка не в состоянии понять, что здесь имеется в виду. На этом примере становится очевидной также значимость культурной составляющей, заложенной во внутренней форме некоторых идиом. Так, образная мотивированность идиомы в гробу видать основана на знании соответствующих русских обычаев (отпевание в открытом гробу и т. п.).

В процессах анафоризации, т. е. повторного упоминания некоторого объекта, принято различать антецедент (то, на что указывает анафора в предшествующем тексте) и анафор (то выражение, которое отсылает к антецеденту). Анализ показывает, что структура выражений (дескрипций), функционирующих в роли анафора, существенно отличается от языка к языку.

Инвентарь языковых выражений, способных выполнять функции анафора, отнюдь не универсален. Помимо личных местоимений, стандартным образом выступающих в качестве анафора (Например, «Это стол. Он круглый»), эти функции могут брать на себя самые различные (но не любые) дескрипции. Их набор и ограничения на их использование не просто различаются от языка к языку, но и представляются в ряде случаев совершенно непредсказуемыми. Сталкиваясь с этим явлением, переводчик вынужден опираться исключительно на свою языковую интуицию. Примером может служить крайне распространенная в немецких газетных текстах анафора с помощью указания на возраст: «Der 22jдhrige hat einen sicheren Sieg davongetragen», дословно «22-летний одержал уверенную победу». Использование подобных дескрипций в анафорической функции в русском языке возможно только в случае их трансформации в именную группу типа 22-летний спортсмен. [3; 59]

Стилевая дифференциация определяется обычно стратегией выбора выражения из списка квазисинонимов, формируемого языковой системой. Например, в русском языке из наборов квазисинонимов «решить, принять решение», «сказать, заявить, выступить с заявлением, выразить мнение», «спросить, поставить вопрос, поднять вопрос» газетный стиль требует выбора более развернутого варианта. Эта прагматическая особенность русского газетного стиля вовсе не универсальна. В английском или немецком газетном стиле стремление к развернутости выражено в существенно меньшей степени. [1; 153]

В каждом языковом сообществе существуют системно не мотивированные предпочтения в выборе способа обозначения определенных сущностей, например счета. Выражению «восемнадцать месяцев» носители русского языка в большинстве случаев предпочтут выражение «полтора года». Напротив, в немецком языке словосочетание «achtzehn Monate» воспринимается как вполне нормальное — стилистически нейтральное и достаточно частотное. Аналогичным образом, редко какой носитель русского языка обозначит сумму в 1500 рублей как «пятнадцать сотен рублей», тогда как английское «fifteen hundred roubles» — это вполне стандартное выражение. Подобные предпочтения особенно важны, поскольку структурно аналогичные русским способы выражения (в нашем случае — нем. «anderthalb Jahre», англ. «one thousand and five hundred roubles») также не запрещены системой. [6; 214]

Укажем еще несколько важных для переводческой деятельности прагматических проблем. Известно, что средняя длина предложения варьирует от языка к языку. Для английского текста характерны, например, существенно более короткие предложения, чем для русского или для немецкого. Не учитывающий этих различий перевод, даже будучи адекватным по всем прочим параметрам, воспринимается адресатом как не вполне соответствующий правилам построения текста. [1; 159]

Сходным образом наличие дословных повторов в тексте по-разному оценивается разными языковыми сообществами. Если в немецком или русском тексте стилистический идеал требует от автора по возможности избегать употребления одного и того же слова в рамках одного предложения и даже одного абзаца, то в английском научном тексте дословные повторы вполне допустимы.

Еще один параметр, по которому английские (и до известной степени немецкие) научные тексты могут быть противопоставлены русским, — это употребление авторского «мы». Так, было бы вряд ли уместно дословно переводить типичную для английских научных текстов формулировку «I claim that…» как «Я утверждаю, что…». Прагматически «I claim that…» скорее соответствует русскому «по нашему мнению…». В немецких научных текстах авторское «я» получает все большее распространение и постепенно вытесняет авторское «мы».

Наконец, в каждом языке существуют определенные, узуально фиксированные способы выражения некоторых стандартных смыслов. Эти способы регулируются не системой языка, а исключительно прагматическими конвенциями. Так, например, на упаковке продуктов питания обычно имеется надпись, содержащая информацию о сроках хранения данного продукта. Эта стандартная информация передается в разных языках весьма различными способами, сравним русскую надпись «Годен до», английскую «Best before» (Лучше всего до…), немецкую «Mindestens haltbar bis» (Способен храниться по крайней мере до…) или «Zu verbrauchen bis» (Употребить до…), французскую A consommer de prйfйrence avant le и итальянскую Da consumarsi preferibilmente entro 'Предпочтительно употребить до…'. [4; 177]

Естественно, от переводчика ожидается знание определенных соответствий в языке перевода, а не переводить дословно, чтобы избежать недопонимания и соблюсти все языковые нормы перевода.

5. Экстралингвистические проблемы перевода

Экстралингвистические проблемы являются традиционными для теории перевода проблемами. К ним относятся поиск способов передачи реалий, специфических для того мира и той культуры, которую обслуживает исходный язык, средствами языка перевода. При переводе реалий существуют в принципе две возможности:

1) передать соответствующий смысл, используя сопоставимые по значению единицы языков,

2) сохранить в переводе название реалии, принятое в исходном языке. Выбор одной из этих возможностей зависит от различных факторов и в любом случае связан с определенными информационными потерями. Перевод (1), будучи безусловно понятным для читателя, опирается на иные знания о мире, вызывая тем самым в сознании адресата не вполне адекватные представления. Перевод (2) может оказаться малопонятным и требует дополнительных комментариев. Это можно пояснить на следующих примерах. [1; 160]

В немецком переводе рассказа Владимира Сорокина «Дорожное происшествие» Габриэле Лойпольд заменила школьную оценку «два» на «пятерку»:

«Нина Николаевна быстро подошла к своему зеленому столу, села, склонилась над раскрытым журналом. — Двойка, Соловьев. В тетради у тебя все записано. Черным по белому… А ничего не помнишь»

«Nina Nikolaevna ging rasch zu ihrem grunen Tisch, setzte sich und beugte sich uber das geoffnete Klassenbuch: — Funf [букв. 'пять'], Solovjev. In deinem Heft steht alles drin. Schwarz auf weiЯ… Und du hast nichts behalten» [4; 189]

Эта замена представляется в данном контексте оправданной. Немецкая оценка «пять» выполняет в системе школьных оценок ту же функцию, что и русская «двойка». Таким образом, перевод этого фрагмента текста понятен немецкому читателю, не знакомому с принятой в России системой оценок. Если бы переводчица предпочла сохранить эту реалию, ей пришлось бы добавить комментарий относительно различия систем оценок, принятых в школах России и в Германии, что вряд ли соответствовало бы жанру и излишне повышало бы удельный вес этого эпизода в рассказе.

С другой стороны, можно представить себе читателя, хорошо осведомленного о российской системе школьного образования. Для него этот перевод может оказаться сбивающим с толку, так как он, допустив, что имеет дело с буквальным переводом, может понять этот фрагмент текста в том смысле, что учительница поставила ученику отличную оценку, несмотря на невыполненное задание. Иными словами, даже в подобных случаях можно говорить лишь о предпочтительном, но не «правильном» варианте перевода.

Со сходными проблемами мы сталкиваемся при переводе названий некоторых религиозных праздников. Так, например, хотя немецкий праздник Mariд Himmelfahrt имеет в русском языке точный аналог — Успение Пресвятой Богородицы, — было бы вряд ли уместно использовать это словосочетание в переводных текстах, описывающих события, происходящие в Западной Европе, поскольку соответствующие понятия воспринимаются как реалии разных культур. [3; 128]

Таким образом, всегда необходимо учитывать запросы и интересы получателя текста, его знания о мире, привлекать культурно-исторические факторы и т. п.

Заключение

Перевод призван удовлетворять потребность общества в двуязычной коммуникации, в максимальной мере приближенной к естественной одноязычной коммуникации [4; 8] Поэтому переводчику очень важно знать, с какими проблемами он может столкнуться в своей профессиональной деятельности, знать нормы перевода и требования, предъявляемые к нему.

Итак, мы рассмотрели основные проблемы, с которыми встречается переводчик в своей деятельности. Изучив различную литературу по этой теме, мы выяснили, что проблемы перевода можно разделить на несколько групп: семантические (различия в категоризации, грамматические различия, грамматические различия как фактор метафоризации, скрытые категории, «ложные друзья переводчика»), синтаксические (синтаксический тип языка, лексическая сочетаемость), прагматические (перевод идиом и пословиц, дескрипции в анафоре, особенности стиля, парадоксы счета, перевод метафор) и экстралингвистические.

Конечно же, невозможно рассмотреть абсолютно все проблемы, так как в каждом конкретном случае они могут быть абсолютно различными. Но известно, что особенно еще у неопытных переводчиков эти проблемы являются типичными, поэтому особенно нам, студентам факультета иностранных языков, эта проблема является актуальной.

Можно согласиться со словами великого мыслителя прошлого Цицерона, который говорил: «Необходимо переводить не форму, а смысл, не по счету, а по весу». То есть еще в древности люди понимали, что дословный перевод не всегда является адекватным, а очень часто даже наоборот, не может передать те мысли, которые хотел выразить автор исходного текста, и также то, для успешного перевода недостаточно просто знания двух языков.

Список литературы

1. Баранов, А. Н. Введение в прикладную лингвистику. А. Н. Баранов. М.: Едеториал УРСС, 2003. 360 с.

2. Влахов, С., Флорин С. Непереводимое в переводе. С. Влахов, С. Флорин. М.: Международные отношения, 1980, 342 с.

3. Комиссаров, В. Н. Теория перевода (лингвистические аспекты): Учеб. для ин-тов и фак. иностр. яз. В. Н. Комиссаров. М.: Высш. шк., 1990. — 253 с.

4. Латышев, Л.К., Семенов, А. Л. Перевод: теория, практика и методика преподавания. Л. К. Латышев, А. Л. Семенов. М.: Издательский центр «Академия», 2005. 192 с.

5. Маслова, В. А. Лингвокультурология. В. А. Маслова. М.: Академия, 2001. 208 с.

6. Тер-Минасова, С. Г. Язык и межкультурная коммуникация: (Учеб. пособие). С.Г. Тер-Минасова. М.: Слово, 2000. 624 с. Федоров, А. В. Основы общей теории перевода (лингвистические проблемы). А. В. Федоров. М.: Высш. шк., 1983. 303 с.

7. Левицкий, Ю. А. Общее языкознание: Учеб. пособие. Ю. А. Левицкий. Пермь: Пермский университет, 2004. 296 с.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой