Проблемы человека и революции в творчестве М.А. Булгакова "Белая гвардия", "Бег"

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Литературоведение


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Проблемы человека и революции в творчестве М. А. Булгакова «Белая гвардия», «Бег»

1. Борьба или капитуляция: Тема интеллигенции и революции в творчестве М. А. Булгакова (роман «Белая гвардия» и пьесы «Дни Турбиных» и «Бег»)

2. Проблематика романа «Белая гвардия»

1. Борьба или капитуляция: Тема интеллигенции и революции в творчестве М. А. Булгакова (роман «Белая гвардия» и пьесы «Дни Турбиных» и «Бег»)

Сын профессора Киевской академии, впитавший лучшие традиции русской культуры и духовности, М. А. Булгаков окончил медицинский факультет в Киеве, с 1916 года работал земским врачом в селе Никольское Смоленской губернии, а потом в Вязьме, где и застала его революция. Отсюда в 1918 году Булгаков через Москву перебрался, наконец, в родной Киев, и там ему и его близким довелось пережить сложную полосу гражданской войны, описанную затем в романе «Белая гвардия», пьесах «Дни Турбиных», «Бег» и многочисленных рассказах.

Михаил Афанасьевич Булгаков революцию октября 1917 г. воспринял как переломное событие не только в истории России, но и в судьбах русской интеллигенции, с которой справедливо считал себя кровно связанным. Послереволюционную трагедию интеллигенции, очутившейся в водовороте гражданской войны, а после ее окончания, в значительной своей части -- в эмиграции, писатель запечатлел в первом своем романе «Белая гвардия» и пьесе -- «Бег».

В романе «Белая гвардия» много автобиографического, но это не только описание своего жизненного опыта в годы революции и гражданской войны, но и проникновение в проблему «Человек и эпоха»; это и исследование художника, видящего неразрывную связь русской истории с философией. Это книга о судьбах классической культуры в грозную эпоху лома вековых традиций. Проблематика романа чрезвычайно близка Булгакову, «Белую гвардию» он любил более других своих произведений. Эпиграфом из «Капитанской дочки» Пушкина Булгаков подчеркнул, что речь идет о людях, которых настиг буран революции, но которые смогли найти верную дорогу, сохранить мужество и трезвый взгляд на мир и свое место в нем. Второй эпиграф носит библейский характер. И этим Булгаков вводит нас в зону вечного времени, не внося в роман никаких исторических сопоставлений. Развивает мотив эпиграфов эпический зачин романа: «Велик был год и страшен по рождестве Христовом 1918, от начала революции второй. Был он обилен летом солнцем, а зимой снегом, и особенно высоко в небе стояли две звезды: звезда пастушеская Венера и красный дрожащий Марс». Стиль зачина почти библейский. Ассоциации заставляют вспомнить о вечной Книге бытия, что само по себе своеобразно материализует вечное, как и образ звезд на небесах. Конкретное время истории как бы впаяно в вечное время бытия, обрамлено им. Противостояние звезд, природный ряд образов, имеющих отношение к вечному, вместе с тем символизирует коллизию времени исторического. В открывающем произведение зачине, величавом, трагическом и поэтическом, заложено зерно социальной и философской проблематики, связанной с противостоянием мира и войны, жизни и смерти, смерти и бессмертия. Сам выбор звезд дает спуститься из космической дали к мир у Турбиных, поскольку именно этот мир будет противостоять вражде и безумию. В «Белой гвардии» милая, тихая, интеллигентная семья Турбиных вдруг становится причастна великим событиям, делается свидетельницей и участницей дел страшных и удивительных. Дни Турбиных вбирают вечную прелесть календарного времени: «Но дни и в мирные, и в кровавые годы летят как стрела, и молодые Турбины не заметили, как в крепком морозе наступил белый, мохнатый декабрь. О, елочный дед, сверкающий снегом и счастьем! Мама, светлая королева, где же ты?» Воспоминания о матери и прежней жизни контрастируют с реальной ситуацией кровавого восемнадцатого года. Великое несчастье -- потеря матери -- сливается другой страшной катастрофой -- крушением старого, казалось бы, прочного и прекрасного мира. Обе катастрофы рождают внутреннюю рассеянность, душевную боль Турбиных. В романе Булгакова два пространственных масштаба -- малое и большое пространство, Дом и Мир. Пространства эти находятся в противостоянии, подобно звездам на небе, каждое из них имеет свою соотнесенность со временем, заключает в себе определенное время. Малое пространство дома Турбиных хранит прочность быта: «Скатерть, несмотря на пушки и на все это томление, тревогу и чепуху, бела и крахмальна … Полы лоснятся, и в декабре, теперь, на столе, в матовой, колонной вазе голубые гортензии и две мрачных и знойных розы». Цветы в доме Турбиных -- красота и прочность жизни- Уже в этой детали малое пространство' дома начинает вбирать в себя вечное время, сам интерьер дома Турбиных -- «бронзовая лампа под абажуром, лучшие на свете шкафы с книгами, пахнущими таинственным старинным шоколадом, с Наташей Ростовой, Капитанской дочкой, золоченные чашки, серебро, портреты, портьеры» -- все это огороженное стенами малое пространство вмещает в себя вечное -- бессмертие искусства, вехи культуры. Дом Турбиных противостоит внешнему миру, в котором царят разрушение, ужас, бесчеловечность, смерть. Но Дом не может отделиться, уйти из города, он часть его, как город -- часть земного пространства. И вместе с тем это земное пространство социальных страстей и битв включается в просторы Мира. Город, по описанию Булгакова, был «прекрасный в морозе и в тумане на горах, над Днепром». Но облик его резко изменился, сюда бежали «…промышленники, купцы, адвокаты, общественные деятели. Бежали журналисты, московские и петербургские, продажные и алчные, трусливые. Кокотки, честные дамы из аристократических фамилий…» и многие другие. И город зажил «странною, неестественной жизнью…» Внезапно и грозно нарушается эволюционный ход истории, и человек оказывается на ее изломе. Изображение большого и малого пространства жизни вырастает у Булгакова в противопоставление разрушительного времени войны и вечного времени Мира. Тяжкое время нельзя пересидеть, закрывшись от него на щеколду, как домовладелец Василиса -- «инженер и трус, буржуй и несимпатичный «. Так воспринимают Лисовича Турбины, которым не по нраву мещанская замкнутость, ограниченность, накопительство, отъединенность от жизни. Что бы там ни случилось, но не станут они считать купоны, затаившись в темные, как Василий Лисович, который мечтает только пережить бурю и не утратить накопленного капитала. Турбины иначе встречают грозное время. Они ни в чем не изменяют себе, не меняют своего образа жизни. Ежедневно собираются в их доме друзья, которых встречают свет, тепло, накрытый стол. Звенит переборами Николкина гитара -- отчаянием и вызовом даже перед надвигающейся катастрофой. Все честное и чистое, как магнитом, притягивается Домом. Сюда, в этот уют Дома, приходит из страшного Мира смертельно замерзший Мышлаевский. Человек чести, как и Турбины, он не покинул поста под городом, где в страшный мороз сорок человек ждали сутки в снегу, без костров, смену, которая так бы и не пришла, если бы полковник Най-Турс, тоже человек чести и долга, не смог бы, вопреки безобразию, творящемуся в штабе, привести двести юнкеров, стараниями Най-Турса прекрасно одетых и вооруженных. Пройдет какое-то время, и Най-Турс, поняв, что он и его юнкера предательски брошены командованием, что его ребятам уготована судьба пушечного мяса, ценой собственной жизни спасет своих мальчиков. Переплетутся линии Турбиных и Най-Турса в судьбе Николки, ставшего свидетелем последних героических минут жизни полковника. Восхищенный подвигом и гуманизмом полковника, Николка совершит невозможное -- сумеет преодолеть, казалось бы, непреодолимое, чтобы отдать Най-Турсу последний долг -- похоронить его достойно и стать родным человеком для матери и сестры погибшего героя. В мир Турбиных вмещены судьбы всех истинно порядочных людей, будь то мужественные офицеры Мышлаевский и Степанов, или глубоко штатский по натуре, но не уклоняющийся от того, что выпало на его долю в эпоху лихолетья Алексей Турбин, или даже совершенно, казалось бы, нелепый Лариосик. Но именно Лариосик сумел достаточно точно выразить самую суть Дома, противостоящего эпохе жестокости и насилия. Лариосик говорил о себе, но под этими словами могли бы подписаться многие, «что он потерпел драму, но здесь, у Елены Васильевны, оживает душой, потому что это совершенно исключительный человек Елена Васильевна и в квартире у них тепло и уютно, и в особенности замечательны кремовые шторы на всех окнах, благодаря чему чувствуешь себя оторванным от внешнего мира… А он, этот внешний мир… согласитесь сами, грозен, кровав и бессмыслен». Там, за окнами, -- беспощадное разрушение всего, что было ценного в России. Здесь, за шторами, -- непреложная вера в то, что надо охранять и сохранять все прекрасное, что это необходимо при любых обстоятельствах, что это осуществимо. «…Часы, по счастью, совершенно бессмертны, бессмертен и Саардамский Плотник, и голландский изразец, как мудрая скана, в самое тяжкое время живительный и жаркий».А за окнами -- «восемнадцатый год летит к концу и день ото дня глядит все грознее, щетинистей». И с тревогой думает Алексей Турбин не о своей возможной гибели, а о гибели Дома: «Упадут стены, улетит встревоженный сокол с белой рукавицы, потухнет огонь в бронзовой лампе, а Капитанскую Дочку сожгут в печи». Но, может быть, любви и преданности дана сила оберечь и спасти и Дом будет спасен? Четкого ответа на этот вопрос в романе нет. Есть противостояние очага мира и культуры петлюровским бандам, на смену которым приходят большевики. Одна из последних зарисовок в романе -- описание бронепоезда «Пролетарий». Ужасом и отвращением веет от этой картины: «Он сипел тихонько и злобно, сочилось что-то в боковых снимках, тупое рыло его молчало и щурилось в приднепровские леса. С последней площадки в высь, черную и синюю, целилось широченное дуло в глухом наморднике верст на двадцать и прямо в полночный крест». Булгаков знает, что в старой России было много такого, что привело к трагедии страну.

В «Белой гвардии» во многом автобиографическая интеллигентная семья Турбиных оказывается втянута в события гражданской войны в не называемом по имени Городе, за которым легко угадывается родной для Булгакова Киев. Главный герой романа, старший брат Алексей Турбин, -- военный медик, много повидавший за три года мировой войны. Он -- один из тысяч офицеров старой русской армии, которым после революции приходится делать выбор между противоборствующими сторонами, вольно или подневольно служить в одной из враждующих армий.

В «Белой гвардии» противопоставлены две группы офицеров -- те, кто «ненавидели большевиков ненавистью горячей и прямой, той, которая может двинуть в драку», и «вернувшиеся с войны в насиженные гнезда с той мыслью, как и Алексей Турбин, -- отдыхать и отдыхать и устраивать заново не военную, а обыкновенную человеческую жизнь». Однако Алексею и его младшему брату Николке участия в драке избежать не удается. Они в составе офицерских дружин участвуют в безнадежной обороне города, где сидит правительство никем не поддерживаемого опереточного гетмана, против армии Петлюры, пользующейся широкой поддержкой украинского крестьянства. Впрочем, в армии гетмана братья Турбины служат всего несколько часов. Правда, старший успевает получить ранение в перестрелке с преследующими его петлюровцами. Больше Алексей в гражданской войне участвовать не намерен. Николка же еще собирается сражаться с красными в составе добровольческой армии, и в финале содержится намек на его будущую гибель при обороне врангелевского Крыма на Перекопе.

Сам писатель явно на стороне Алексея Турбина, стремящегося к мирной жизни, к сохранению семейных устоев, к налаживанию нормальной жизни, устройству быта, несмотря на господство большевиков, разрушивших прежнюю жизнь и пытающихся заменить старую культуру новой, революционной. Булгаков воплотил в «Белой гвардии» свою идею сохранения дома, родного очага после всех потрясений революции и гражданской войны. Дом, который старается сохранить в океане общественных бурь Алексей, -- это дом Турбиных, в котором угадывается булгаковский дом на Андреевском спуске в Киеве.

Когда писатель заканчивал свой роман в первой половине 20-х годов, он еще верил, что при советской. власти возможно восстановить нормальную жизнь, без страха и насилия. В финале «Белой гвардии» он предсказывал: «Все пройдет. Страдания, муки, кровь, голод и мор. Меч исчезнет, а вот звезды останутся, когда и тени наших тел и дел не останется на земле. Нет ни одного человека, который бы этого не знал. Так почему же мы не хотим обратить свой взгляд на них? Почему?» Из романа выросла пьеса «Дни Турбиных», где в заключительной сцене возникала та же тема, но уже в несколько сниженном виде. Один из комических персонажей пьесы, житомирский кузен Лариосик, произносит возвышенный монолог: «…Мой утлый корабль долго трепало по волнам гражданской войны… Пока его не прибило в эту гавань с кремовыми шторами, к людям, которые мне так понравились… Впрочем, и у них я застал драму… Но не будем вспоминать о печалях… Время повернулось, и сгинул Петлюра. Мы живы… да… все снова вместе… И даже больше этого.

Елена Васильевна, она тоже много перенесла и заслуживает счастья, потому что она замечательная женщина. И мне хочется сказать ей словами писателя: «Мы отдохнем, мы отдохнем…» Здесь цитируются слова Сони из финала чеховского «Дяди Вани», с которыми соседствует знаменитое: «мы увидим все небо в алмазах». Булгаков видел идеал в том, чтобы сохранить «гавань с кремовыми шторами», хотя время и повернулось. Булгаков явно видел в большевиках лучшую альтернативу по сравнению с петлюровской вольницей и считал, что интеллигентам, уцелевшим в огне гражданской войны, надо, скрепя сердце, примириться с советской властью. Однако при этом следует сохранить достоинство и неприкосновенность внутреннего духовного мира, а не идти на беспринципную капитуляцию.

Носителем белой идеи в пьесе Булгаков сделал Алексея Турбина, который здесь -- артиллерийский полковник, боевой офицер. Его гибель символизирует крах белого движения. И перед смертью Алексей Васильевич признает безнадежность борьбы как с петлюровцами, так и с красными. Он распускает свой дивизион, призывая офицеров, юнкеров и студентов разойтись по домам: «…Идти в бой, -- я вас не поведу, потому что в балагане я не участвую, и тем более, что за этот балаган заплатите своею кровью и совершенно бессмысленно -- вы». Турбин не советует подчиненным идти на Дон к добровольческой армии Деникина: «Слушайте вы, там, на Дону, вы встретите то же самое, если только на Дон проберетесь. Вы встретите таких же генералов и ту же штабную ораву».

Белая идея оказалась слаба перед красной, дискредитирована трусостью и шкурничеством штабов, бестолковостью вождей. Однако это не значит, что идеи победивших в гражданской войне большевиков в нравственном отношении сколько-нибудь привлекательны для Булгакова. Там тоже насилие, тоже кровь, за которую никто не ответит, как подчеркивается в финале «Белой гвардии».

Уцелевшие герои пьесы -- Николка Турбин, Шервинский, Мышлаевский отказываются уйти из Киева при приближении Красной Армии, а решают приспособиться к новой власти, служить ей, не поступаясь, однако, собственной совестью. Штабс-капитан Мышлаевский, например, прекрасно понимает, что красные его мобилизуют, и даже по-своему рад этому: «По крайней мере, я знаю, что буду служить в русской армии». Предложение своего товарища капитана Студзинского эмигрировать Мышлаевский отвергает: «Нужны вы там, как пушке третье колесо, куда ни приедете, в харю наплюют. Я не поеду, буду здесь, в России. И будь с ней что будет…» Такое же решение принял и сам Булгаков. Горькую же судьбу русских эмигрантов он отобразил в написанной в конце 20-х годов пьесе «Бег».

В «Беге» в конце концов решение вернуться в Россию принимают и белогвардейский генерал Роман Хлудов, на совести которого сотни и тысячи казненных, и увлеченные общим потоком беженцев петербургский приват-доцент Сергей Голубков и его возлюбленная, молодая петербургская дама, Серафима Корзухина, на которых крови нет. Если Хлудов стремится на родину, чтобы успокоить больную совесть, то Серафиму и Голубкова гонит в родные места не только неустроенность эмигрантской жизни, но и ностальгическая тоска. Серафима гак объясняет, почему она решила вернуться: «Я хочу опять на Караванную, я хочу опять увидеть снег! Я хочу все забыть, как будто ничего не было!» Ей вторит Голубков: «Ничего, ничего не было, все мерещилось! Забудь, забудь! Пройдет месяц, мы доберемся, мы вернемся, и тогда пойдет снег, и наши следы заметет… «

Булгаков справедливо считал, что желание жить на родине, в России, присуще подавляющему большинству русских, и ради этого необходимо найти какой-то консенсус с большевиками, отказавшись от борьбы с советским режимом, но не поступаясь нравственными принципами. В ставшем впоследствии знаменитым письме правительству от 28 марта 1930 г. писатель откровенно признавал: «…Последние мои черты в погубленных пьесах „Дни Турбиных“, „Бег“ и в романе „Белая гвардия“: упорное изображение русской интеллигенции как лучшего слоя в нашей стране. В частности, изображение интеллигентско-дворянской семьи, волею непреложной исторической судьбы брошенной в годы гражданской войны в лагерь белой гвардии, в традициях „Войны и мира“. Такое изображение вполне естественно для писателя, кровно связанного с интеллигенцией». Однако, как отмечал Булгаков в том же письме, все его «великие усилия стать бесстрастно над красными и белыми» привели лишь к тому, что власти стали видеть в нем «белогвардейца-врага». Поэтому публикация «Белой гвардии» так и не была завершена в СССР при жизни автора, «Бег» так и не увидел сцены до смерти Булгакова, а «Дни Турбиных» подверглись более чем двухлетнему запрету и были возвращены на сцену только по личному распоряжению Сталина. Тем не менее писатель остался верен своей принципиальной позиции. И предложенная им позиция для интеллигенции оказалась в конечном счете правильной. Лучшим ее представителям удалось сохранить традиции русской культуры и нравственный стержень в душе, несмотря на десятилетия господства тоталитарного режима.

2. Проблематика романа «Белая гвардия»

В 1925 году в журнале «Россия» были напечатаны две первые части романа Михаила Афанасьевича Булгакова «Белая гвардия», которые сразу привлекли внимание ценителей русской литературы.

По мнению самого писателя, «Белая гвардия» -- «это упорное изображение русской интеллигенции как лучшего слоя в нашей стране… «, «изображение интеллигентско-дворянской семьи, брошенной в годы Гражданской войны в лагерь белой гвардии». Здесь повествуется об очень сложном времени, когда невозможно было сразу во всем разобраться, все понять, примирить в самих себе противоречивые чувства и мысли. В этом романе запечатлелись еще не остывшие, жгучие воспоминания о городе Киеве во время Гражданской войны.

Я думаю, что в своем произведении Булгаков хотел утвердить мысль о том, что люди, хоть и по-разному воспринимают события, по-разному к ним относятся, стремятся к покою, к устоявшемуся, привычному, сложившемуся. Вот и Турбиным хочется, чтобы все они всей семьей дружно жили в родительской квартире, где с детства все привычно, знакомо, где дом -- крепость, всегда цветы на белоснежной скатерти, музыка, книги, мирные чаепития за большим столом, а по вечерам, когда вся семья в сборе, чтение вслух и игра на гитаре. Их жизнь развивалась нормально, без каких-либо потрясений и загадок, ничего неожиданного, случайного не приходило в их дом. Здесь все было строго организовано, упорядочено, определено на много лет вперед. И если бы не война и революция, то жизнь их прошла бы в спокойствии и уюте. Но страшные события, происходящие в городе, нарушили их планы, предположения. Настало время, когда нужно было определить свою жизненную и гражданскую позиции.

Я думаю, что не внешние события, передающие ход революции и Гражданской войны, не перемена власти, а нравственные конфликты и противоречия движут сюжетом «Белой гвардии». Исторические события -- это фон, на котором раскрываются человеческие судьбы. Булгакова интересует внутренний мир человека, попавшего в такой круговорот событий, когда трудно сохранять свое лицо, когда трудно оставаться самим собой. Если в начале романа герои пытаются отмахнуться от политики, то потом ходом событий вовлекаются в самую гущу революционных столкновений.

Алексей Турбин, как и его друзья, -- за монархию. Все новое, что входит в их жизнь, несет, ему кажется, только плохое. Совершенно политически неразвитый, он хотел только одного -- покоя, возможности радостно пожить около матери, любимых брата и сестры. И только в конце романа Турбины разочаровываются в старом и понимают, что нет к нему возврата.

Моментом перелома для Турбиных и остальных героев романа становится день четырнадцатое декабря 1918 года, сражение с петлюровскими войсками, которое должно было стать пробой сил перед последующими боями с Красной Армией, а обернулось поражением, разгромом. Мне кажется, что описание этого дня сражения -- сердце романа, его центральная часть.

В этой катастрофе «белое» движение и такие герои романа, как Итман, Петлюра и Тальберг, раскрываются перед участниками событий в своем истинном свете -- с гуманностью и предательством, с трусостью и подлостью «генералов» и «штабных». Вспыхивает догадка, что все -- цепь ошибок и заблуждений, что долг не в защите развалившейся монархии и предателя гетмана и честь в чем-то другом. Погибает царская Россия, но Россия -- жива…

В день сражения возникает решение о капитуляции белой гвардии. Полковник Малышев вовремя узнает о бегстве гетмана и дивизион свой успевает вывести без потерь. Но поступок этот дался ему нелегко -- может быть, самый решительный, самый отважный поступок в его жизни. «Я, кадровый офицер, вынесший войну с германцами… на свою совесть беру и ответственность, все!., все!., вас предупреждаю! Вас посылаю домой! Понятно? «Полковнику Най-Турсу это решение придется принимать несколько часов спустя, под огнем противника, в середине рокового дня: «Ребят! Ребят!.. Штабные стегвы!..» Последние слова, которые в своей жизни произнес полковник, были обращены к Николке: «Унтег-цег, бгостьте геройствовать к чег-тям…» Но он, кажется, выводов не сделал. Ночью после смерти Ная Николка прячет -- на случай петлюровских обысков -- револьверы Най-Турса и Алексея, погоны, шеврон и карточку наследника Алексея.

Но день сражения и последовавшие затем полтора месяца петлюровского господства, я полагаю, слишком маленький срок, чтобы недавняя ненависть к большевикам, «ненависть горячая и прямая, та, которая может двинуть в драку», перешла в признание противников. Но это событие сделало возможным такое признание в дальнейшем.

Много внимания Булгаков уделяет выяснению позиции Тальберга. Это антипод Турбиных. Он карьерист и приспособленец, трус, человек, лишенный моральных устоев и нравственных принципов. Ему ничего не стоит поменять свои убеждения, лишь бы это было выгодно для его карьеры. В Февральской революции он первым нацепил красный бант, принимал участие в аресте генерала Петрова. Но события быстро замелькали, в городе часто менялись власти. И Тальберг не успевал в них разбираться. Уж на что казалось ему прочным положение гетмана, поддержанного немецкими штыками, но и это, вчера такое незыблемое, сегодня распалось, как прах. И вот ему надо бежать, спасаться, и он бросает свою жену Елену, к которой питает нежность, бросает службу и гетмана, которому недавно поклонялся. Бросает дом, семью, очаг и в страхе перед опасностью бежит в неизвестность…

Все герои «Белой гвардии» выдержали испытание временем и страданиями. Только Тальберг в погоне за удачей и славой потерял самое ценное в жизни -- друзей, любовь, Родину. Турбины же смогли сохранить свой дом, сберечь жизненные ценности, а главное -- честь, сумели устоять в водовороте событий, охвативших Россию. Эта семья, следуя мысли Булгакова, -- воплощение цвета русской интеллигенции, то поколение молодых людей, которое пытается честно разобраться в происходящем. Это та гвардия, которая сделала свой выбор и осталась со своим народом, нашла свое место в новой России.

Роман М. Булгакова «Белая гвардия» -- книга пути и выбора, книга прозрения. Но главная мысль авторская, я думаю, в следующих словах романа: «Все пройдет. Страдания, муки, кровь, голод и мор. Меч исчезнет, а вот звезды останутся, когда и тени наших дел и тел не останется на земле. Нет ни одного человека, который бы этого не знал. Так почему же мы не хотим обратить свой взгляд на них? Почему? «И весь роман -- это призыв автора к миру, справедливости, правде на земле.

Михаил Афанасьевич Булгаков -- писатель сложный, но в то же время ясно и просто излагающий самые высокие философские вопросы в своих произведениях. Его роман «Белая гвардия» рассказывает о драматических событиях, разворачивающихся в Киеве зимой 1918−1919 годов. Писатель диалектически рассуждает о деяниях рук человеческих: о войне и мире, о вражде человеческой и прекрасном единении -- «семье, где только и можно укрыться от ужасов окружающего хаоса».

Начало романа повествует о событиях, предшествующих описанным в романе. В центре произведения семья Турбиных, оставшаяся без матери, хранительницы очага. Но эту традицию она передала своей дочери -- Елене Тальберг. Молодые Турбины, оглушенные смертью матери, все же сумели не потеряться в этом страшном мире, смогли остаться верными себе, сохранить патриотизм, офицерскую честь, товарищество и I братство. Именно поэтому их дом притягивает к себе близких I друзей и знакомых. К ним посылает сестра Тальберга своего сына, Лариосика, из Житомира.

И вот интересно, нет самого Тальберга, мужа Елены, сбежавшего и бросившего жену в прифронтовом городе, но Турбины, Николка и Алексей, только рады, что очистился их дом от чуждого им человека. Не надо лгать и приспосабливаться. Теперь вокруг только родные и родственные души.

Всех жаждущих и страждущих принимают в доме 13 по Алексеевскому спуску.

Сюда, как к спасительной пристани, прибывают Мышлаевский, Шервинский, Карась -- друзья детства Алексея Турбина, сюда приняли и робко приставшего Лариосика -- Лариона Суржанского.

Елена, сестра Турбиных,-- хранительница традиций дома, в котором всегда примут и помогут, обогреют и усадят за стол. А дом этот не просто гостеприимный, но еще и очень уютный, в котором «мебель старого и красного бархата, и кровати с блестящими шишечками, потертые ковры, пестрые и малиновые, с соколом на руке Алексея Михайловича, с Людовиком XIV, нежащимся на берегу шелкового озера в райском саду, ковры турецкие с чудными завитушками на восточном поле… бронзовая лампа под абажуром, лучшие на свете шкафы с книгами, золоченые чашки, серебро, портьеры -- все семь пышных комнат, воспитавшие молодых Турбиных…».

В одночасье может этот мир рассыпаться, так как на город наступает Петлюра, а потом и захватывает его, но нет в семье Турбиных злобы, безотчетной вражды ко всему без разбора.

Литература

1. Боборыкин Н. Д. Михаил Булгаков // Литература в школе. 1991. № 1. С. 52−65.

2. Чудакова М. Жизнеописание Михаила Булгакова // Москва. 1987. № 6−8; 1988. № 11−12.

3. Яновская Л. Творческий путь Михаила Булгакова. М., 1983.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой