Переход к рыночной экономике в постсоветских странах

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Экономика


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

УО ««

Кафедра

КУРСОВАЯ РАБОТА

по дисциплине:

на тему:

ПРОБЛЕМА ПЕРЕХОДА К РЫНОЧНОЙ ЭКОНОМИКЕ В ПОСТСОВЕТСКИХ СТРАНАХ

Выполнила: студентка факультета з/о, курса, гр. ,

Руководитель:

Витебск 2007

СОДЕРЖАНИЕ

  • Введение 3
  • 1. Переходная экономика как особый тип экономической системы 5
  • 2. Переходные экономические системы стран постсоветского пространства 8
    • 2.1. Варианты перехода к рынку на примере отдельных стран 8
    • 2.2. Анализ эффективности реформирования экономической системы Республики Беларусь 13
  • 3. Анализ соответствия нормативно-правовой базы Республики Беларусь требованиям рыночной экономики 13
  • Заключение 13
  • Литература 13
  • Приложения 13

ВВЕДЕНИЕ

Распад биполярной политической системы в конце 1980-х гг., возникновение независимых государств постсоветского пространства обусловили необходимость трансформации их экономик в качественно иное состояние, которое характеризуется кардинальными изменениями в структуре производительных сил общества, содержании человеческой деятельности, роли государства в механизме хозяйствования.

В настоящем исследовании рассматриваются уроки, которые можно извлечь из опыта стран с переходной экономикой в Восточной Европе и бывшем Советским Союзе за период с 1991 по 2006 год. Курсовая работа посвящена решению взаимосвязанных задач: анализу способов перехода постсоциалистических стран к рыночной экономике; обоснованию на этой основе необходимости выявления переходной экономики и отдельных ее институтов как особого объекта изучения; оценке эффективности реформирования экономической системы Республики Беларусь с позиций соответствия ее экономико-политических институтов рыночному статусу.

Анализ новых, уже достаточно четко проявившихся закономерностей, важен для определения эффективной стратегии дальнейшего развития Республики Беларусь и формирования адекватной ей государственной политики. Общество нуждается в самоопределении и самоидентификации, на основе чего только и возможно движение вперед.

Объектом исследования данной работы стала экономика переходного типа. Предмет исследования — хозяйственный механизм и особенности его формирования в переходной экономике стран постсоветского пространства, в частности — Республики Беларусь.

Цель исследования — выявление институциональных закономерностей хозяйственного развития для объяснения трансформационных процессов в постсоциалистических странах на основе изучения реформирования хозяйственного механизма. Реализация данной цели предполагает решение следующих взаимосвязанных задач:

Дать понятие переходной экономики как пограничного механизма хозяйствования — сложного процесса преобразований от командно-административных систем управления к рынку.

На основе анализа основных способов перехода к рынку разных государств постсоветского пространства выявить основные подходы к формированию механизма хозяйствования на пути к рыночной экономике.

Исследовать особенности становления в Республике Беларусь механизма управления хозяйством рыночного типа; рассмотреть его развитие в различные периоды.

Проанализировать развитие и степень соответствия правового института Республики Беларусь требованиям рыночной экономики.

В первой главе работы раскрывается сущность экономики переходного типа, характеризуются ее основные компоненты (институты). Вторая глава анализирует различные варианты перехода постсоветских стран от административно-командной системы к рыночной экономике, отмечает особенности, положительные и отрицательные явления с точки зрения возможности использования данного опыта в национальной экономике Республики Беларусь. Белорусский вариант перехода к рынку рассмотрен в сравнении с опытом других стран. В третьей главе подробно рассмотрена правовая база в качестве важнейшего института трансформирующейся экономики.

Анализ переходных экономик показывает, что разные подходы в итоге обозначили различный уровень достижения государствами рыночных преобразований и, соответственно, степень трансформации этих стран в рыночные экономики.

В работе использован широкий круг источников: монографии и учебная литература, аналитические доклады международных организаций (в частности, Всемирного Банка), периодика.

Актуальность работы заключается в попытке автора дать ответ на важный вопрос: насколько точно экономику бывших постсоветских государств (в частности, Республики Беларусь) можно назвать рыночной.

ПЕРЕХОДНАЯ ЭКОНОМИКА КАК ОСОБЫЙ ТИП ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ

Каждая экономическая система проходит стадии становления и развития, зрелого состояния и упадка, когда происходит становление новой системы. С конца 1980-х годов в социалистических странах обозначился переход к коренному преобразованию присущих прежнему типу экономики отношений. Сложившуюся в СССР и в других социалистических странах экономическую систему отличал целый ряд устойчивых признаков от всех прежних и параллельно существующих в мире систем.

Во-первых, эта система развивалась на базе общественной собственности на средства производства и уже отсюда проистекали ее коренные отличия от капитализма.

Во-вторых, экономическая жизнь была сориентирована на принципы работы «единой фабрики», и в управлении утвердился планово-директивный подход. Государство стремилось непосредственно управлять жизнедеятельностью трудовых коллективов, определяло их функциональную направленность, доводило до них перспективные и текущие планы по всем основным показателям. Предприятие было фактически лишено способности в принятии решений по введению хозяйств.

В-третьих, сформировалась система развитых социалистических гарантий за счет государства. Огосударствление деформировало процесс присвоения. Подавляющая часть прибавочного продукта концентрировалась в руках государства с последующим его перераспределением вне хозрасчетных интересов основных звеньев экономики. Привычным стало своеобразное иждивенчество, при котором за счет высокорентабельных производств обеспечивалась жизнедеятельность плохо работающих коллективов.

Экономическая система, основанная на общественной собственности позволяла концентрировать материальные и людские ресурсы общества на важнейших направлениях и обеспечивать мощные прорывы на решающих участках хозяйственной деятельности. Однако исторически эта система была обречена на поражение. Нормальное функционирование усложняющегося хозяйства пришло в противоречие с централизованным директивным управлением. СССР оказался не в состоянии в полной мере освоить достижения научно-технической революции во второй ее части и экономика страны вступила в стадию угасания. Возникла необходимость в изменении отношений собственности как основы всей системы экономических отношений. Таким образом, фиаско советской командно-административной системы управления экономикой явилось объективной причиной возникновения необходимости трансформации вновь возникших суверенных государств в рыночные экономики.

Рыночная система предполагает:

многообразие форм собственности;

личную инициативу и свободу предпринимательства;

развитую конкуренцию;

наличие законодательной базы, адекватной рыночной экономике;

наличие развитых рынков основных факторов производства или предпосылок для них;

наличие кадров предпринимателей и опыта взаимодействия государственных структур с риском;

наличие экономических и законодательных преград на путях стремления монополий к безраздельному господству.

Переходная экономика характеризует как бы «промежуточное» состояние общества, когда прежняя система социально-экономических отношений и институтов разрушается и реформируется, а новая только формируется. Изменения, происходящие в переходной экономике, являются преимущественно изменениями развития, а не функционирования, как это характерно для сложившейся системы. Точного определения переходной экономики на сегодняшний день нет, однако, основываясь на основных ее чертах, можно сказать, что переходной экономикой называют такой тип экономической системы, в которой происходит трансформация механизма хозяйствования от административно-командных принципов к рыночным.

Переходная экономика характеризуется следующими особенностями:

Во-первых, для переходной экономики характерны изменчивость, нестабильность, носящие «безвозвратный» характер. Они не просто временно нарушают устойчивость системы, чтобы затем она вернулась в равновесное состояние, а ослабляют ее, она постепенно уступает место другой экономической системе. Эта неустойчивость, нестабильность состояния переходной экономики обусловливает, с одной стороны, особый динамизм ее развития и соответствующий характер изменений — необратимость, неповторяемость, а с другой — рост неопределенности итогов развития переходной экономики, вариантов формирования новой системы.

Во-вторых, для переходной экономики, представляющей собой некую смесь старого и нового, характерно существование особых переходных экономических форм.

В-третьих, переходной экономике присущ особый характер противоречий. Это противоречия нового и старого, противоречия различных, стоящих за теми или другими субъектами отношений, слоев общества. Изменения, происходящие в переходной экономике, ведут в конечном итоге к смене экономической системы, а в социально-политическом плане переходные эпохи часто сопровождаются резким обострением противоречий, приводящих к социально-политическим потрясениям.

В-четвертых, характерной чертой переходной экономики является ее историчность, что обусловлено особенностями экономического развития отдельных стран. Проблемы, с которыми столкнулись восточноевропейские страны и новые независимые государства, входившие ранее в СССР, сложнее чем, например, проблемы латиноамериканских стран, где уже ранее существовали некоторые рыночные институты, и число государственных предприятий, подлежащих приватизации, исчислялось сотнями, а не тысячами. К тому же конкретные уровни развития каждой страны обусловливают специфику протекания переходных процессов. Общие для переходной экономики закономерности получают разные формы проявления в различных условиях. Все это необходимо учитывать при разработке программ реформирования экономической системы в переходный период.

Процесс трансформации экономической системы государства от командно-административного механизма хозяйствования к рыночному принято называть переходным.

Переходный период -- это особый период в эволюции экономики, когда одна система сходит с исторической арены, а другая, новая, одновременно нарождается и утверждается. Поэтому развитие переходной экономики носит особый характер, существенно отличающийся от обычного, нормального экономического развития. Ведь в переходной экономике еще сохраняются и довольно значительное время функционируют старые экономические формы и отношения, при одновременном возникновении и утверждении новых экономических форм и отношений. К тому же ни те, ни другие формы и связи не действуют в полную силу, поскольку одни подрываются и постепенно приходят в упадок, а другие нарождаются и постепенно утверждаются. Причем ситуация все больше усугубляется, ибо соотношение между новым и старым постоянно меняется. Это касается любой переходной экономики.

Переходный период от командной к рыночной экономической системе характеризуется большим своеобразием. Нынешние развитые страны переходили от традиционной, аграрной экономики к рыночной, и этот переход сопровождался промышленным переворотом, нарождением промышленности, и, прежде всего, — производства средств производства, которое стало материальной основой для преобразования производства и общества в целом.

Переходный период -- это переход от плановой экономики, которая базировалась на своеобразных устоях, и потому для него свойственны свои черты и закономерности. Так, становление индустриальной основы капиталистического общества обусловило интенсивные процессы обобществления производства и труда, рост масштабов частной собственности, развитие таких форм собственности, как акционерная, монополистическая и государственная. Административно-командная система базировалась на абсолютном господстве государственной собственности, и одной из главных задач переходного периода являются разгосударствление и приватизация государственного имущества. Вместо государственной должны утвердиться многообразные формы собственности (коллективная, частная, кооперативная, государственная и др.) При переходе к рыночной экономике объективной закономерностью является перестройка организационно-экономической структуры экономики путем ее демонополизации, деконцентрации производства и децентрализации управления, широкого развития мелкого и среднего предпринимательства.

Преобразование отношений собственности и организационно-экономической структуры экономики означают становление новых производственных отношений. Для перехода к рыночной экономике необходимо перестроить производственно-технологическую структуру экономики, но это не простое изменение соотношения ее различных отраслей и сфер, а техническое перевооружение, переход на качественно новый уровень производительных сил. Когда один тип экономических отношений меняется на принципиально иной, форсированно разрушается административно-командный тип управления, на передний план неизбежно выдвигается задача выживания производителей, которое зависит от умения управлять процессами.

Специфика социально-экономических процессов, начавшихся в конце 1990-х гг. и протекающих в настоящее время, заключается в том, что кардинально меняются принципы функционирования всех подсистем экономической формации общества: государственного управления (роли государства в экономике), социальной сферы, прав собственности, структуры экономики (отельных ее отраслей, комплексов), поскольку предполагается смена собственно экономической системы.

Хозяйственная система представляет собой сочетание государственного и частного секторов экономики. Экономической основой ее трансформации является эволюционное развитие отношений собственности и, соответственно, типов хозяйствования, проявляющееся как рост многообразия форм и направлений развития. Неизбежно экономические функции государства становятся более сложными, эффективными, соединяют экономические и социальные аспекты, формируя тем самым благоприятную среду для развития современного рыночного хозяйства, имеющего мощную правовую защиту.

Итак, для переходного процесса характерны постепенность, невозможность быстрой замены существующих форм новыми, и тем более -- невозможность такого подхода, согласно которому нужно сначала разрушить все старое, а затем создать новое. Иначе говоря, в условиях переходного периода довольно долго сохраняются старые формы, и в то же время происходит рост новых форм и отношений. Это значит, что в постепенности изменений в экономике реализуются преемственность и наследование в социально-экономическом развитии.

ПЕРЕХОДНЫЕ ЭКОНОМИЧЕСКИЕ СИСТЕМЫ СТРАН ПОСТСОВЕТСКОГО ПРОСТРАНСТВА

2.1. ВАРИАНТЫ ПЕРЕХОДА К РЫНКУ НА ПРИМЕРЕ ОТДЕЛЬНЫХ СТРАН

С 1989 года, после начала распада Советского Союза, во многих странах Европы и Центральной Азии (ЕЦА) происходили беспрецедентные политические, экономические и социальные перемены, и этот период нередко называют переходным.

Распад Советского Союза и последующий переход к рыночной экономике произошел невероятно быстро, а масштабы этого процесса были небывалыми. Переход к рыночной экономике был связан с колоссальными трудностями, такими, как серьезные диспропорции в экономике, распад торговых связей, отсутствие рыночных институтов. Важную роль в данном процессе играли международные экономические организации — группа Всемирного Банка (ВБ), Международный валютный фонд (МВФ) — они оказывали консультативную и техническую помощь странам с переходной экономикой, осуществляли кредитование проектов по реформированию, предоставляли безвозмездную помощь (гранты).

Как и ожидалось, в начале переходного периода отмечалось резкое падение ВВП. В странах Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ) экономический спад в переходный период был сравнительно незначительным, однако в странах СНГ (Содружества Независимых Государств) ВВП снизился в среднем более чем на 40 процентов, при этом резко увеличились масштабы бедности и неравенства. Ни одной стране СНГ не удалось восстановить уровень ВВП на душу населения к 2004 г., который она имела до переходного периода [12, с. 10].

Масштабы бедности выросли гораздо больше, чем ожидалось: если в начале 1990-х гг. на сумму менее 2,15 долл. США в день вынуждены были существовать менее 4% жителей региона ЕЦА, то к 1998 году, по оценкам, ниже этой черты опустился уровень жизни 20% его населения. Распространенность бедности в странах СНГ была гораздо выше, чем в странах ЦВЕ и Балтии (ЦВЕБ) [12, с. 26].

Страны бывшего Советского Союза начали реформирование позже стран ЦВЕБ, что было обусловлено временем обретения независимости. Начиная с 1993 г. страны ЕЦА активно заимствовали у ВБ (а также у других международных организаций) до 1999 г. — это был период осуществления комплекса преобразований, когда большинство стран закончило первый этап реформ, преодолело серьёзные макроэкономические диспропорции и создало действующие рыночные институты. Начиная с 2000 г. большинство кредитов ВБ предоставлял странам, где политика дисциплины и стимулирования ещё не достигла своей цели, но осуществлялась с переменным успехом — в России, Украине, Молдове, Киргизии, Румынии, Болгарии, Чехии, Литве и Словакии. Эстония, Венгрия и Польша уменьшили объём заимствований вследствие значительных успехов в ужесточении бюджетной политики, реструктуризации промышленности и либерализации экономики, а Беларусь, Узбекистан и Туркменистан — в результате спада интенсивности отношений со ВБ из-за используемых ими старых командно-административных механизмов.

Разрыв институциональных и технологических связей советской системы централизованного планирования вызвал сбои в снабжении производства исходными материалами и в поставках готовой продукции, создав предприятиям новые трудности. Сильными ударами, особенно для новых независимых государств СНГ, стали потеря бюджетных трансфертов из центра и прекращение дотационного импорта энергоресурсов. Сочетание дисциплины и стимулирования с протекционизмом и подавлением предпринимательской инициативы выдвигает на первый план два резко контрастирующих друг с другом режима регулирования. В действительности достигнутые той или иной страной результаты охватывают целый спектр промежуточных возможностей в зависимости от того, преследовались ли цели либерализации, введения жестких бюджетных ограничений и создания благоприятной экономической среды, — а также от того, в каком порядке и насколько энергично это делалось. Хотя страны с экономикой переходного типа невозможно разбить на категории по различным режимам регулирования, на примере отдельных стран можно проиллюстрировать альтернативные пути переходного процесса.

В Эстонии, Венгрии и Польше политика дисциплины и стимулирования проводилась наиболее последовательно. Данный вариант перехода явился наиболее болезненным для экономик этих стран и был назван методом «шоковой терапии», обнажившим проблемы экономики, принесшим на начальном этапе социальную напряженность, резкое снижение доходов населения и уровня жизни. Действительно, форсированная трансформация повлекла за собой наиболее быстрые, в том числе и негативные в самом начале, результаты.

В Чешской Республике, Литве и Словацкой Республике в рамках емкой категории дисциплины и стимулирования долгое время преобладали более мягкие бюджетные ограничения — а, следовательно, и менее высокий уровень дисциплины. В самом деле, принято считать, что являющееся следствием этого отсутствие реструктуризации промышленности ускорило наступление чешского кризиса в 1996—1998 гг. Более жесткие бюджетные ограничения и более быстрая реструктуризация должны переориентировать эти страны на путь, по которому пошли страны первой группы.

Болгария, Киргизская Республика, Молдова, Румыния, Российская Федерация и Украина либерализовали свою экономику, но долгое время им не удавалось поддерживать дисциплину посредством жестких бюджетных ограничений, а также они не смогли сдержать незаконное обогащение и расхищение активов с помощью закона или административного контроля. В условиях ослабленной дисциплины на старых предприятиях конкуренция за ресурсы между старыми и новыми предприятиями затрудняет стимулирование. Россия и Украина уже на начальном этапе переходного процесса стимулировали выход на рынок новых предприятий. Но захват государства узким кругом заинтересованных лиц — на старых предприятиях и тесно связанных с ними новых — препятствовали выходу на рынок новых предприятий на более поздних этапах переходного процесса и создавали неблагоприятный инвестиционный климат. В результате возникла система протекционизма и избирательного стимулирования.

В Беларуси, Туркменистане и Узбекистане, где не было ни либерализации, ни ужесточения бюджетных ограничений, были созданы сильные отрицательные стимулы для выхода на рынок новых предприятий. Доступ к иностранной валюте и кредитам на специальных условиях смягчал бюджетные ограничения для государственных предприятий. По-прежнему использовались механизмы, унаследованные от командно-административной экономики. Сохранение высокоцентрализованной структуры политической власти ограничивало масштабы освобождения от активов и других видов хищения, которые оказали столь разрушительное воздействие на рост в предыдущих группах стран. Однако этот элемент дисциплины был достигнут за счет протекционистского режима, который препятствовал выходу на рынок новых предприятий, а также малых и средних предприятий [7, с. 66−67].

В большинстве стран экономические реформы проходили стабильно, редко поворачивая вспять. Многие страны с переходной экономикой в сжатые сроки провели либерализацию цен и торговли. К 2004 г. приватизация малых предприятий была практически завершена, и в большинстве стран осуществлялась приватизация крупных объектов. Хотя реформирование финансового сектора, государственного сектора, системы социальной защиты, реструктуризация предприятий и развитие конкуренции шли более медленными темпами, сохранялась положительная динамика этих процессов. Во всех странах с переходной экономикой доля частного сектора в ВВП достигла почти 70%, а восемь стран Центральной и Восточной Европы и Балтии вступили в ЕС [12, с. 10]. Многое было достигнуто, но немало еще предстояло сделать, особенно в странах СНГ.

Опыт реформ в таких странах, как Польша и Россия (реструктуризация угольной промышленности) и Болгария (пенсионная реформа), свидетельствует о том, что как бы хорошо ни была разработана реформа, темпы ее реализации во многом зависели от заинтересованности правительства в ее проведении и от того, могла ли эта реформа получить поддержку общества в целом. Хорошо информированное гражданское общество нередко становилось одной из основных «движущих сил» преобразований.

Эффективность осуществления реформ хорошо отражают результаты исследования Всемирного банка — доклада «Бизнес 2005», опубликованного в сентябре 2004 г. Динамика показателей данного обзора, являясь частью исследования по оценке инвестиционного климата в мире, позволяет судить о степени инвестиционной привлекательности экономики отдельной страны как результирующем индикаторе успешности реформ или их провала. В 2004 году из 145 стран мира, проанализированных ВБ, 58 улучшили деловой климат, дерегулировали бизнес и усилили институт частной собственности. Чемпионами по реформам стали Словакия и Колумбия, где был введен электронный способ регистрации новых предприятий, упрощены процедуры получения кредитов и приняты гибкие законы о рынке труда. По мнению авторов доклада, такие простые меры «ведут к созданию новых рабочих мест для женщин и молодежи, поощряют развитие частного предпринимательства в рамках экономической политики и способствуют экономическому росту» [10]. Среди мер, регулирующих начало предпринимательской деятельности и использованных успешными странами-реформаторами региона ЕЦА стали: создание «единого окна» регистрации (Россия); использование электронной регистрации (Молдова); правило «согласие по умолчанию» (Литва); стандартизация учредительных документов (Армения) [19]. Лидером в группе ЕЦА по длительности регистрации стала Латвия — 18 дней при среднем показателе в 44 дня, по затратам (процент от дохода на душу населения) — Литва — 3,7% при 15% по группе стран. Сводная таблица показателей по странам с переходной экономикой приводится в приложении А.

Наиболее успешные реформаторы трудового законодательства среди стран ЕЦА — это Словакия (индекс регулирования занятости Индекс регулирования занятости (ИРЗ) — состоит из трёх под-индексов: 1) гибкость процедуры найма на работу; 2) жёсткость процедур, регулирующих продолжительность рабочего времени; 3) гибкость процедуры увольнения. Каждый индекс оценивается по шкале от 1 до 100 и чем выше оценка, тем более жёсткой является данная процедура [19].

=10), Сербия и Монтенегро (23), Россия и Казахстан (27), Болгария и Чехия (28) в данной сфере использовали: увеличение длительности и охвата временных контрактов, введение «начальных» зарплат, разрешение гибкого рабочего графика, устранение административных решений при увольнении; а самое жёсткое трудовое регулирование применяется в Украине (64) и Румынии (63).

В Словакии, Армении, России и Казахстане понадобится 17 недель для увольнения сотрудника, в Беларуси — 21 неделя, на Украине — 94, а в Румынии — 98 недель при средней продолжительности увольнения в 35 недель [19]. В докладе «Бизнес 2005» отмечается, что высокая стоимость и сложность создания и регистрации собственности связаны с низким уровнем инвестиций, высокой долей неформального сектора и коррупцией [19]. Сегодня зарегистрировать собственность в Литве можно за 3 дня, в России — за 37, в Беларуси — 6,5 месяца, в Хорватии на эту процедуру уйдёт около трёх лет [19]. По сравнению с Великобританией (самый лучший показатель индекса юридических прав Индекс юридических прав отслеживает, отражены ли в законодательстве по залогам и банкротству следующие 10 прав заемщиков и кредиторов: а) общие или детальные описания активов и долга допускаются в договорах залога (что расширяет перечень активов и долгов, которые покрывают данные договоры); б) любое юридическое или физическое лицо имеет право предоставить или принять залог по кредитам, выделяемым для осуществления коммерческой деятельности; в) имеется объединенный реестр, который регистрирует операции с движимым имуществом; г) залог рассматривается как приоритет как в случаях банкротства, так и вне его; д) процедуры обеспечения выполнения положений контракта могут быть внесены в контракт по согласованию сторон; е) залог переходит к кредиторам, которые могут его продать без решения суда, автоматическая задержка или «заморозка активов» не распространяется на банкротство, и должник банкрот не сохраняет за собой контроль над компанией. Минимальная оценка 0 означает слабые юридические права, а 10 значительные юридические права [19].

— 10) такие страны, как Словакия (9), Албания (9), Латвия и Киргизия (8) находятся на одном уровне с развитыми странами. Слабыми юридическими правами обладают предприниматели в Польше, Росси. Хорватии Литве, Казахстане, Республике Беларусь и др. Десять стран ЕЦА имеют индекс кредитной информации (от 0 до 6, где 6 — наиболее полный доступ к информации данного вида), равный «0», и лишь Чехия, Польша и Эстония создали систему кредитных реестров, оцениваемую в 5 баллов по данному индикатору [19]. В регионе наименьшие временные затраты на решение контрактного спора оказались в Эстонии (150 дней), Литве (154 дня), Латвии (189 дней) и Армении (195 дней). Республика Беларусь занимает пятую позицию по данному показателю (250 дней) при средней длительности судебных разбирательств по ЕЦА в 416 дней, однако стоимость данного процесса достигает 20,7% от валового дохода на душу населения — 21-й результат (см. приложение А). Для предотвращения присвоения средств и их выявления необходимы юридическая защита акционеров, возможность обеспечения выполнения обязательств и предоставление информации о владельцах компаний и финансовых данных. Если мелкие инвесторы принимают решение подать иск в суд, обратиться с жалобой в регулирующую инстанцию или дать информацию прессе, более жесткие правила придания огласке информации (индекс раскрытия информации Индекс раскрытия информации отражает 7 способов придания огласке информации более широкого характера: необходимо ли в соответствии с законом публиковать информацию о (1) семье, (2) косвенном или (3) доверительном управлении; (4) о договоренностях, достигнутых акционерами в отношении голосования; (5) об отчетах аудиторских комитетов советам директоров; (6) использовании внешнего аудита; и (7) имеют ли настоящие и потенциальные инвесторы доступ к финансовым данным и информации о составе владельцев компании. Индекс имеет шкалу от 0 до 7 и чем выше показатель, тем выше уровень открытости информации [19].) сыграют им на руку.

В группе ЕЦА данный индекс равен либо выше 4 в 13 странах (6 — в Словакии, Литве и Чехии), худший показатель в Беларуси — 1 [19]. Средний показатель по критерию «ликвидация бизнеса» (оцениваются время и издержки проведения ликвидационной процедуры (затраты на юристов, адвокатов, оценщиков) по странам ЕЦА равен 3,3 года, однако судебные системы Латвии (1,1 года) и Литвы (1,2 года) значительно эффективнее способствуют санации рынка (для сравнения, в Ирландии процедура банкротства длится в среднем 0,4 года), чем в Беларуси (5,7 года) и Чехии (9,2 года) — предпоследний и последний показатели по региону соответственно [19].

Реформы, проходившие при поддержке и участии международных организаций в странах Центральной и восточной Европы, Балтии и СНГ, исходя из степени их важности и внимания, уделяемого правительствами стран, можно разделить на 5 групп:

развитие частного сектора;

обеспечение надлежащего управления, управление государственным сектором и институциональное строительство;

развитие финансового сектора;

социальная защита;

энергетика [12, с. 15].

Рассмотрим реформирование стран ЕЦА по данным группам.

1. Развитие частного сектора

Преобразование экономики, которая находилась в собственности и под контролем государства, в рыночную экономику, ориентированную на частный сектор, составляло главную цель переходного периода. Для этого необходимо было установить рыночную дисциплину на государственных предприятиях, приватизировать государственные активы и стимулировать создание новых частных предприятий. Первоначально программы отражали мнение, что приватизацию нужно проводить быстрыми темпами, воспользовавшись ограниченным числом имевшихся «окон» для реформ, и что новые частные собственники проведут реструктуризацию предприятий и обеспечат надлежащее корпоративное управление. Подобные настроения также отражали взгляды ведущих разработчиков политики во всем регионе. В соответствии с этим подходом на первом этапе реформ меньше значения придавалось реформам нормативной базы, антимонопольного и торгового законодательства, а также законодательства, регулирующего рынок капитала и банкротства, — так называемым реформам «второго поколения»; предполагалось, что они будут осуществляться, как только сформируется критическая масса приватизированных фирм. Частная собственность стала основой продуктивных транзакций в большинстве стран с переходной экономикой [12, с. 15]. Однако в ряде стран, особенно в СНГ, не были созданы условия, содействующие развитию и росту частного сектора, а неблагополучные государственные предприятия продолжали выкачивать государственные ресурсы и консервировать ценные активы. В более передовых странах, большей частью в ЦВЕБ, фирмы значительно продвинулись по пути реструктуризации, однако оздоровление экономики и создание рабочих мест происходило главным образом за счет появления большого числа новых фирм.

Тем не менее, большинство вариантов развития частного сектора свидетельствуют в пользу проведения приватизации в рамках широкой стратегии, нацеленной на внедрение рыночной дисциплины и системы стимулов, быструю продажу мелких предприятий через открытые и конкурсные аукционы, поэтапную приватизацию средних и крупных предприятий, обеспечение соблюдения законодательства в области защиты инвесторов, усиление конкуренции, обеспечение прозрачности денежных потоков и прав собственности на предприятия, по-прежнему принадлежащие государству, а также на проявление большей осмотрительности, наряду с созданием эффективной нормативной базы, при передаче в частные руки предприятий в секторах, связанных с естественной монополией или олигополией.

2. Надлежащее управление, управление государственным сектором, институциональное строительство

В начале переходного периода экономисты понимали необходимость переориентации и укрепления институтов государственного сектора, но серьезно недооценивались последствия сохраняющейся слабости основных институтов и государственных административных органов, руководивших процессом перехода к рыночной экономике. В исследованиях начала 1990-х годов признавалось необходимость уделять больше внимания качеству управления, однако в то время и трансформирующиеся экономики, и международные организации располагали ограниченным числом специалистов по вопросам надлежащего управления и реформе управления государственным сектором (УГС). До конца 1990-х годов анализ государственных расходов практически не проводился. К концу десятилетия первые исследования Регионального управления для стран ЕЦА и обследования, проведенные Международным Банком реконструкции и развития (главным подразделением группы ВБ — МБРР), Европейским банком реконструкции и развития (ЕБРР) и другими организациями, зафиксировали широкое распространение коррупции в регионе и утечку государственных средств в огромных масштабах. Эти исследования выявили значение борьбы с коррупцией, а также необходимость увязывания анализа государственных расходов с более широкими вопросами подотчетности в государственной финансовой системе, — вопросы, составление отчетов по которым стало обязательным. Ключевым фактором усиления ответственности государственных органов и снижения уровня коррупции является прозрачность [12, с. 16].

Установление верховенства закона, в том числе судебная реформа, имели решающее значение для построения эффективной демократической, рыночной экономической системы. И, хотя большинство законов были внесены и приняты, более широкая задача проектной деятельности — обеспечение системных изменений — не была решена. Реформа УГС зачастую осуществлялась лишь когда этого требовали обстоятельства, без всесторонней долгосрочной стратегии институционального развития и реформирования.

3. Финансовый сектор

Изначально основное назначение финансовой системы в странах с переходной экономикой состояло в плановом распределении средств при ограниченных возможностях осуществления финансового посредничества. Всемирный Банк уделял значительную часть кредитной и грантовой помощи становлению и развитию финансового сектора. Он в тесном сотрудничестве с МВФ в сжатые сроки определил основные элементы перехода финансового сектора на рыночные принципы:

макроэкономическая стабильность,

нормативно-правовая база,

системы бухгалтерского учета с особым акцентом на банковский сектор.

Данные принципы были задействованы в большинстве стран, где реализовывались программы МБРР. Большинство стран с переходной экономикой добились заметных успехов в продвижении к рыночной финансовой системе. Однако в некоторых программах исследований и программах помощи не была учтена взаимозависимость между реформированием банковского сектора, с одной стороны и предприятий, с другой, что позволило действующим совместно директорам банков и владельцам компаний подорвать процесс перехода к новой системе. Частные банки, тесно связанные с крупными предприятиями-заемщиками, едва ли способны функционировать в качестве полноценных и эффективных финансовых посредников. Необходимо было, чтобы на начальном этапе были приняты меры, обеспечивающие применение пруденциальных норм, в том числе лимитов на концентрацию займов и кредитование родственных структур. Несмотря на значительные масштабы приватизации, банки, находящиеся в государственной собственности, нуждались в укреплении путем совершенствования управления, ужесточения бюджетных ограничений, отделения филиалов и введения ограничений на сферу действия банковских лицензий [12, с. 16].

В программах помощи ВБ подчеркивалось значение адекватной нормативно-правовой базы для финансового сектора, однако в них в недостаточной степени учитывалось, что для введения в действие соответствующих новых законов и нормативных актов требуется время и наличие подготовленных кадров. Проводилась подготовка сотрудников подразделений, занимающихся реализацией проектов, финансовых посредников, участвовавших в кредитных линиях МБРР, а также организаций, осуществлявших реструктуризацию и приватизацию предприятий. Недостаточно средств выделялось на расширенную подготовку, необходимую для управления финансовой системой в целом. Первоочередное внимание следовало уделять подготовке сотрудников банковского надзора, юристов и судей, бухгалтеров и аудиторов и других квалифицированных специалистов.

Развитию рынков капитала на ранних этапах перехода иногда придавалось чрезмерное значение как в самом МБРР, так и за его пределами, и это выводило скудные ресурсы, выделяемые на регулирование и надзор, из банковской системы. Ни один официальный фондовый рынок не мог выполнять роль, предписанную ему сторонниками массовой приватизации, без нормально функционирующей банковской системы, надлежащего бухгалтерского учета и аудита с соблюдением действующих требований по раскрытию информации, компетентного корпоративного управления и защиты миноритарных акционеров [12, с. 17].

4. Социальная защита

Первоначально реформа системы социальной защиты в странах с переходной экономикой рассматривалась как средство смягчения последствий структурных реформ. Правительства осуществляли попытки помочь службам занятости справиться с ожидавшимся всплеском безработицы. Однако потерявших работу оказалось меньше, чем прогнозировалось, а низкие темпы роста возможностей для альтернативной занятости подрывали усилия по переподготовке кадров. Кроме того, недостаточно внимания уделялось более долгосрочной проблеме тех граждан, которые в силу возраста едва ли могли рассчитывать на переподготовку или на получение новой работы, что привело к сокращению поступлений пенсионных фондов и увеличению расходов на программы досрочного оформления пенсий по возрасту и пособий по инвалидности. Финансовые затруднения, связанные с пенсионным обеспечением, стали главной проблемой в налогово-бюджетной сфере большинства этих стран. В то же время ухудшение экономической ситуации приводило к резкому росту показателей бедности, обнажая слабые стороны действующих программ социальной помощи.

В некоторых странах реформа пенсионного обеспечения была отсрочена. В других странах это привело к преждевременному принятию многоуровневых систем, уделявших недостаточно внимания фискальной устойчивости базовой пенсионной системы и возможностям создания предпосылок для создания частной пенсионной системы. В отношении пенсионной реформы необходим четкий стратегический подход, дифференцируемый в зависимости от способности данной страны обеспечить управление пенсионной системой и ее финансирование [12, с. 18].

В особенности в области социальной помощи бедным слоям населения и государства, и международные организации выделяли значительно меньше средств, чем на пенсионную реформу. Слишком большая доля пособий, таких, как пособия на детей и субсидии на услуги, направлялась в домашние хозяйства с более высоким уровнем доходов. Жителям более бедных регионов страны было труднее доказать свое право на получение пособия, и они получали меньше пособий; при этом размеры пособий слишком малы и не играют большой роли в борьбе с бедностью. Во многих случаях в результате нежелания заемщиков платить за техническое содействие в рамках кредитования игнорировались административные реформы, в итоге пенсионная и другие программы социального обеспечения пострадали от недостатков административного управления [12, с. 18]. Ретроспективно, следовало уделять больше внимания решению дополнительных проблем, которые стали препятствием для реформирования системы социальной защиты практически во всех странах с переходной экономикой. Среди таких проблем — трудовое законодательство, стимулирующее сохранение рабочей силы фирмами, которые переживают спад, и не поощряющее наем рабочей силы расширяющимися фирмами, стратегия распределения налогово-бюджетного и политического бремени программ помощи между органами управления различных уровней, а также проблемы охвата и управления, вызванные ростом неформального сектора экономики.

5. Энергетика

Страны с переходной экономикой унаследовали обширную энергетическую инфраструктуру, состоящую из вертикально интегрированных государственных монополий. Потребление и производство энергии в значительной мере субсидировалось, при этом обслуживание потребителей находилось на неудовлетворительном уровне, равно как и техническое обслуживание объектов. Проблемы в области энергоснабжения усугублялись низкой эффективностью энергопотребления, отсутствием контроля за объемами потребления и нежеланием потребителей платить за электроэнергию. Полностью отсутствовали необходимая для коммерческой эксплуатации объектов нормативно-правовая и институциональная база, опасного уровня достигли проблемы экологии.

Первоначально государства ЕЦА осуществляли реформы, направленные на коммерциализацию, акционирование и регулирование на принципах рыночной экономики. К 1996 году МБРР принял подход, при котором основное внимание уделялось разукрупнению и приватизации энергетических предприятий в целях перевода их деятельности на рыночную основу. Реализация проектов МБРР по восстановлению, оказанию чрезвычайной помощи и финансированию критического импорта, на которые приходилось более трети энергетических проектов, сталкивалась с трудностями, связанными с проблемами закупок и противоречиями между краткосрочными и долгосрочными задачами; такие проекты должны быть направлены на сведение к минимуму отсрочек и отказ от создания отделов по реализации проектов и постановки долгосрочных задач реформирования. Почти две трети проектов МБРР по реформированию в секторе энергетики были направлены главным образом на достижение долгосрочных целей, при этом удовлетворительные итоги приносил программный подход, сочетавший займы на цели структурных преобразований с инвестиционными займами, которые дополнялись аналитическими исследованиями. Такой подход позволил включить вопросы, выходящие за рамки кредитования объектов энергетического сектора, такие, например, как отмена субсидий предприятиям энергетического сектора; укрепление дисциплины при учете объемов потребления, выставлении счетов и сборе платежей; реформирование политики ценообразования и закрытие нерентабельных энергетических объектов. В некоторых случаях положительные результаты принесло участие заинтересованных сторон, например, при приватизации российских угольных шахт. В целом эффективными оказались меры по учету экологических проблем. Слишком большое внимание уделялось приватизации и реструктуризации и недостаточное — регламентированию, повышению результативности финансовой и управленческой деятельности коммунальных предприятий, борьбе с коррупцией. Попытки совершить скачок от некоммерческих, государственных структур к частным коммерческим коммунальным предприятиям в целом потерпели провал, хотя в некоторых случаях (Казахстан и некоторые страны ЦВЕБ) они привели к положительным отраслевым сдвигам (например, снижение субсидий), но даже там, где этот подход не увенчался абсолютным успехом, наблюдалась тенденция к улучшению качества обслуживания и расширению охвата услугами. Во многих других странах нереально было ожидать, что реструктуризация и приватизация смогут преодолеть законодательные, политические, структурные и психологические барьеры [12, с. 19].

ЕБРР отслеживает ряд показателей переходного периода, отражающих успехи стран в проведении реформ в различных областях (Приложение Б). Оценки варьируются от «1», что свидетельствует о незначительных успехах, до «4+», что соответствует нормам и показателям, характерным для промышленно развитых стран. За немногими исключениями, с 1989 года реформирование экономической политики неуклонно продвигается вперед. К 1994 году 20 стран (из 27) уже достигли оценки «3» (существенный прогресс) и выше в сфере либерализации цен, а 15 получили оценку «3 и выше» в отношении либерализации торговли и операций с иностранной валютой (см. рис. 2. 1). К 2003 году почти все остальные страны добились существенного прогресса и в той, и в другой сфере.

В 1994 году только в одной стране было приватизировано свыше 50% крупных государственных промышленных и сельскохозяйственных предприятий, а в 7 странах (в основном из региона ЦВЕБ) было приватизировано не менее 25%; 10 стран (9 из которых входят в регион ЦВЕБ) завершили проведение малой приватизации, а еще 5 практически осуществили комплексную программу. К 2003 году в 20 странах было приватизировано не менее 25% крупных предприятий, а во всех, за исключением двух, завершилась или была близка к завершению малая приватизация. В девяти странах (8 из которых входят в регион ЦВЕБ) доля частного сектора в ВВП в 1994 году составляла 50% и выше; к 2002 году в 22 странах на частный сектор приходилось не менее 50% ВВП, а в 11 из них (9 из которых входят в регион ЦВЕБ) — 70% и выше. Продвижение вперед не было столь значительным в сфере реформирования финансового сектора, совершенствования корпоративного управления и реструктуризации предприятий, а также в вопросах стимулирования конкуренции, где только 12, 8 и 5 стран, соответственно (все, за исключением одной, из региона ЦВЕБ), получили к 2003 году оценки 3 и выше.

Рисунок 2.1. Количество стран, добившихся существенного прогресса (рейтинг 3 и выше), 1994−2003 годы. Источник: [12, с. 8].

В настоящее время становится все более очевидно, что многие страны Европы и Центральной Азии уже не вписываются в стандартную модель «переходной экономики». Для стран ЦВЕБ, интегрирующихся в Западную Европу, пожалуй, более характерны проблемы, стоящие перед странами со средним уровнем доходов. Другие страны больше соответствуют таким категориям, как страны с высоким уровнем задолженности, страны, преодолевающие последствия конфликтов, или страны с низкими доходами, находящиеся в неблагоприятных условиях. Проблемы, стоящие перед Венгрией и Чешской Республикой, значительно отличаются от проблем Туркменистана и Кыргызской Республики. Если термин «переходный период» использовался в отношении процесса рыночных преобразований, то обозначение «переходная экономика» представляется уже неуместным. Однако уроки этого периода могут иметь более общее применение к различным областям реформирования в отстающих странах.

2.2. АНАЛИЗ ЭФФЕКТИВНОСТИ РЕФОРМИРОВАНИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

По итогам социально-экономического развития Республики Беларусь за 2001−2005гг. создана успешно работающая экономика социально ориентированного типа. Согласно официальной статистике, в 2001—2005 гг. белорусская экономика демонстрировала довольно высокие темпы экономического роста 7,5% в среднем в год. При этом с 2001 по 2004гг. экономический рост ускорялся. В 2004 г. его темпы составили 11,4%, повторив «рекорд» 1997 г. [1, с. 7]. Рост сопровождался жёстким контролем за политической системой и централизацией процесса принятия решений. В основе экономической стратегии, которой придерживается белорусское правительство, лежит крайне осторожное проведение реформ. При этом большое внимание уделяется социальному благополучию и поддержанию стабильности.

По данным официальных (правительственных) источников, ежегодно улучшаются качественные экономические параметры — повышается рентабельность, сокращается доля убыточных предприятий, снижается энергоемкость ВВП, растет производительность труда, уменьшаются запасы готовой продукции на складах. В стране проводится денежно-кредитная, валютная политика по замедлению роста потребительских цен, что позволило в 2005 году снизить уровень инфляции до 0,6% в среднемесячном исчислении. Особое внимание уделяется системе социальной поддержки населения. Возросла среднемесячная заработная плата, увеличились покупательная способность населения, социальные выплаты, и в первую очередь пенсии [6, с. 4], табл.2.1.

Анализ социально-экономической ситуации в стране показывает, что, несмотря на складывающиеся положительные тенденции, на работу экономики продолжает оказывать влияние ряд нерешенных проблем. Основными из них являются:

наличие организаций реального сектора экономики, имеющих неудовлетворительные результаты финансово-хозяйственной деятельности;

относительно высокая материало- и энергоемкость производства, зависимость его от конъюнктуры цен на импортируемые топливно-энергетические и сырьевые ресурсы;

слабая инновационная активность;

дифференциация оплаты труда по комплексам, отраслям и сферам экономики;

недостаточно высокий уровень пенсий, стипендий и других социальных выплат [6, с. 5].

Учитывая, что в реальном секторе экономики в основном исчерпаны возможности наращивания производства за счет экстенсивных факторов, в предстоящей пятилетке необходимо обеспечить модернизацию экономики путем внедрения современных ресурсо- и энергосберегающих технологий, максимального использования интеллектуального ресурса страны на основе всестороннего гармоничного развития человека.

Таблица 2.1. Выполнение заданий Программы социально-экономического

развития Республики Беларусь на 2001 — 2005 годы, %

Программные показатели

Выпол-нение

2005 год

к 1990 году

к 1995 году

Валовой внутренний продукт

135 — 140

143,1

127

1,9 раза

Продукция промышленности

128 — 132

151,8

153

2,5 раза

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой