Проявления тревожности у детей в возрасте 2-6 месяцев

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Психология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Одесский национальный университет

РЕФЕРАТ

на тему:

«Проявления тревожности у детей в возрасте 2−6 месяцев«

Одесса-2002

С самого рождения младенцы исключительно чувствительны: поскольку их знания ограничены, то их способ общения с миром главным образом происходит на уровне эмоций и инстинктов. Эмоциональное состояние ребенка определяет, как он видит свой мир: родителей, дом, самого себя. Если ребенку его мир представляется отталкивающим, не любящим, не заботящимся о нем, враждебным по отношению к нему, то возникают тревожность и беспокойство.

В отношении психологии развития детей первого года жизни предложено несколько моделей.

Известная модель когнитивного развития Жана Пиаже основана на взаимодействии двух процессов: ассимиляции (внешний мир интегрируется во внутреннюю схему) и аккомодации (приспособление старых схем и создание новых для адаптации к изменениям в окружении). Согласно теории Пиаже развитие проходит четыре первичные стадии. Сенсомоторная стадия развития подразделяется на 6 подстадий. Первые три включают циклические реакции, отражающие прогресс от самоисследования к внешнему исследованию и к экспериментированию. Они охватывают первые два года жизни ребенка. Возраст 2−6 месяцев соответствует этапу самоисследования. В возрасте от 2 до 5 месяцев циклические реакции могут выражаться в намеренном сосании пальца, ребенок 5−6 месяцев играет с погремушкой (вторичные циркулярные реакции, внешнее исследование).

Теория социального развития Джона Боулби рассматривает поведение ребенка как способ защиты от опасности, путем поддержания близости с родителями и их заинтересованности. В социальном взаимодействии родители обеспечивают необходимые стимулы, ребенок реагирует на них, адаптируясь к своему окружению. Важную роль играют эмоциональные проявления, зрительный контакт, поисковое поведение. Уже в возрасте двух месяцев появляется социальная улыбка, связанная со зрительным контактом.

Модель развития Э. Эриксона рассматривает эмоциональные реакции ребенка первого года жизни на уровне взаимодействия доверия/недоверия. С ростом заботы возрастает уровень доверия. В психоанализе основой развития ребенка считается своевременное и качественное удовлетворение матерью биологических потребностей ребенка. Переживание удовольствия при удовлетворении этих потребностей и стремление к этому лежит в основе психосексуального развития. Первоначально у ребенка возникает «любовь к заботе», которую осуществляет мать, и только на основе этого — любовь к матери, как объекту, с которым связано удовольствие от удовлетворения потребностей. Мать становится первым объектом влечения, причем для всех потребностей вообще. Как первоначальный источник и объект удовлетворения потребностей, она оказывает влияние на дальнейшее формирование объектов влечения всех потребностей и способов их удовлетворения. Фрустрация удовольствия (некачественное выполнение матерью своих функций объекта влечения или ее недоступность) ведет к нарастанию напряжения потребностей и нарушению эмоционального состояния ребенка. Стремление к удовлетворению рассматривается как актуализация психосексуальной энергии, конкретизирующейся в различных потребностях. Состояние эмоционального неблагополучия (напряжения, фрустрации, страха, отчаяния, гнева и т. п.) возникает вследствие невозможности немедленного устранения напряжения потребности или несоответствия способов удовлетворения, имеющихся у ребенка, предлагаемым обществом (первоначально в лице родителей). Наличие в классическом психоанализе двух альтернативных состояний субъекта — страдания от напряжения потребностей и переживания наслаждения при их удовлетворении, а также роль матери в этом процессе, как внешнего источника этих переживаний, положило начало целому вееру концепций, касающихся формирования у ребенка базового отношения к миру и форм переживаний своей активности в нем. Э. Эриксон принимает за основу чувство базовой веры и надежды, противопоставляя его базовому недоверию. Базовая вера и надежда порождаются заботой и любовью матери, которая своевременно и качественно удовлетворяет потребности ребенка, предоставляя ему возможность прогнозировать и ожидать ее закономерное и своевременное появление, и, соответственно, устранение состояния неудовольствия и получение удовольствия. Мир устроен так, что ребенок постоянно оказывается в состоянии напряжения потребностей и вынужден некоторое время пребывать в этом состоянии. Поведение матери позволяет ему «побеждать» чувство базового недоверия и к концу первого года образуется баланс между базовой верой и базовым недоверием, который для успешного психического развития должен быть в пользу веры и надежды. Именно концепция Э. Эриксона (в которой выделяются и дальнейшие этапы развития отношения ребенка к миру и себе, основанные на формировании «базовых способов разрешения конфликтов» между противоположными тенденциями, присущими каждому периоду развития) послужила источником дальнейшей разработки проблемы базового отношения к миру и его онгтогенеза.

Д. Винникотт акцентирует свое внимание на критичности для ребенка качества заботы матери в первые месяцы жизни. Забота матери, помимо своевременного удовлетворения физиологических нужд ребенка, должна быть окрашена любовью. Знаменитым стало утверждение Д. Винникотта о том, что «кормление без любви — деструктивно». Мать является «идеальной средой» для ребенка в силу своего особого психического состояния, возникающего после родов и обеспечивающего ей интуитивное переживание состояний ребенка. На основе этого она способна оптимально удовлетворять все потребности ребенка и переживать при этом чувство любви и глубокой удовлетворенности. Это чувство защищает ее и ребенка от естественных для них обоих агрессивных импульсов, неизбежно присущих им как индивидуальным субъектам и служащим для защиты и сохранения этой своей индивидуальной целостности. Ребенок в условиях адекватного, «достаточно хорошего» материнского отношения получает хорошо сбалансированный опыт удовольствий и фрустраций, позволяющий ему выстраивать образ внешнего мира и себя. Качества матери, сначала осваиваемые ребенком «по отдельности», впоследствии «собираются» в целостный образ матери («материнский объект»). Промежуточный этап, когда мать еще не является целостным объектом, представляет собой для ребенка весь внешний мир в его положительных и отрицательных качествах. Это значение мира и соотношение его «хороших» и «плохих» свойств, а также их предсказуемость и управляемость со стороны ребенка (в плане удовлетворения его нужд) является основой построения всей модели мира и себя. Оптимальным для развития личности содержанием, получающимся в результате построения модели мира и себя, является усвоение (включение в эту модель) ребенком «хороших» качеств первичного объекта — матери. Для этого «достаточно хорошая мать» должна полностью отдаться своим эмоциям и некоторое время жить с ребенком единой жизнью, в которой удовлетворение потребностей ребенка переживается матерью как ее собственное удовольствие.

В этологических исследованиях, начало которым было положено в экспериментах Х. Харлоу с детенышами обезьян, воспитывающихся без матери, было показано, что для нормального развития детенышей недостаточно только удовлетворения физиологических нужд. Х. Харлоу сформулировал понятие об эмоциональном комфорте, который достигается в присутствии специфических стимулов от матери. Его исследования свидетельствуют, что первоначально эмоциональный комфорт достигается именно за счет наличия самих стимулов, и только в дальнейшем они «собираются» в целостный объект. В нормальных условиях этим объектом является мать.

Маргарет Малер предложила теорию сепарации-индивидуации. Эта теория детского развития описывает развитие ребенка как проходящее три последовательные фазы — фазу нормального аутизма, фазу симбиоза и фазу сепарации-индивидуации, разделяя последнюю на четыре подфазы.

Аутистическая фаза (первый месяц жизни ребенка). Новорожденный описывается как, в основном, биологическое существо с рефлекторными реакциями на стимулы. Его эго примитивно и неинтегрированно. Защитные механизмы — на соматическом уровне (переполнение — разрядка), поведение направлено на поддержание гомеостаза. Выживание ребенка целиком зависит от матери (или того, кто ее заменяет), т. е. от внешнего окружения, ребенок помещен во «внешнюю матрицу материнской заботы», и его главная задача — войти в состояние некоего «социального симбиоза» с матерью. На этой стадии ребенок не может различать внутренние и внешние стимулы и не выделяет себя из своего окружения.

Симбиотическая фаза (2-ой — 5-ый месяцы жизни). Неспособный провести четкое различие между собой и матерью, ребенок переживает (галлюцинаторно) соматическое и психическое слияние с матерью. Мать «симбиотически организует» личность младенца. Примерно на третьем месяце жизни первичный нарциссизм ребенка начинает уступать место идентификации с матерью, возникает смутное осознание, что потребности удовлетворяются «внешним» объектом. Термин «симбиоз» Малер употребляет скорее метафорически (не в биологическом смысле), описывая его как состояние всемогущего слияния с представлением (репрезентацией) матери в общих (иллюзорных) границах.

Подфаза дифференциации (5 — 9 мес.). Иногда называется стадией «вылупления» (из аутистической «раковины»). Ребенок (физически, не эмоционально) начинает отделять себя от внешних объектов, становится более активным, его внимание направлено «вовне», он учится использовать собственное тело. Ребенок покидает границы «двойного единства» с матерью, «прорываясь» в телесное чувство. В это время он вовлекается в процессы сравнивания (характерный для 8-и месяцев «страх незнакомцев» Может проявляться уже с 5−6 месяцев (см. далее по тексту)).

Подфаза практики (10 — 15−16 мес.). Ребенок радостно исследует мир, «практикуя» свою «отдельность» и растущие моторные навыки. Нередко он удаляется от матери, вовлекается в самостоятельную деятельность, но всегда возвращается для «эмоциональной подзарядки». На этой стадии ребенок переживает пик своего нарциссизма. Он «заражен собственными способностями и величием его мира», в обычном состоянии у него практически отсутствует страх потери объекта. В негативных случаях (при случайном падении, например) возникает сепарационная тревога, ребенок ищет помощи у матери. Необходимые для нормального развития психодинамические достижения Малер описала так: «быстрая телесная дифференциация от матери; установление специфической связи с ней; и рост и функционирование автономного эго- аппарата в тесной близости к матери».

Подфаза воссоединения («рапрошман») (16 — 24 мес.). Постепенная интернализация и идентификация позволяет растущему ребенку достичь лучшей оценки реальности. Он все лучше способен дифференцировать представления о себе (Я-репрезентации) от представлений об объектах (объектные репрезентации). Вместе с тем растет сепарационная тревога, ребенок ощущает себя не хозяином нарциссического мира, а маленьким, практически беспомощным существом. Он, естественно, обращается за поддержкой к матери, иногда довольно навязчиво. Некоторые матери в этот период неспособны принять возросшую требовательность ребенка, особенно после его относительной автономности в подфазе практики (у ребенка возникают «капризные приступы»). С другой стороны, некоторые матери неспособны смириться с растущей сепарацией, отделением ребенка. Все это может стать источником проблем в процессе развития ребенка. Принятие ребенком своей эмоциональной отдельности, развенчание иллюзии всемогущества — болезненный процесс, часто сопровождаемый драматической борьбой с матерью, — описывается также как кризис воссоединения («кризис рапрошман»). Успешное его преодоление — залог будущего нормального развития. Поддержка матери в этот период — неоценимый ресурс.

Подфаза консолидации объектов (24 — 36 мес.). Постепенно ребенком достигается «постоянство объектов» — независимость Я-репрезентаций и объект-репрезентаций. Ребенок более независим от матери и активно интересуется другими людьми. Эго (и личность) становится более интегрированным, агрессивные импульсы нейтрализуются (а не проецируются на объект), родительские образы интернализуются и интегрируются из расщепленных прежде «хороших» и «плохих» объектов. Мать замещает, особенно в начале стадии сепарации-индивидуации и все меньше к ее концу, еще неинтернализованные структуры ребенка, репрезентируя таким образом отсутствующие части его личности. Переживание ребенком объекта в течение этого периода характеризуется примитивной амбивалентностью, в которой образ объекта будет постоянно колебаться между «абсолютно хорошим» и «абсолютно плохим» в соответствии с удовлетворяющей или фрустрирующей природой соответствующего функционирования матери. Роль матери признается решающей, особенно в становлении базовых, ядерных структур личности в раннем онтогенезе. Функции матери состоят в своевременном и качественном удовлетворении потребностей ребенка, в предоставлении любви и поддержки. Эти ее функции рассматриваются как врожденные, обеспеченные «материнским инстинктом». Неудовлетворительное обеспечение матерью своих функций связывается с деструктивным влиянием на реализацию материнского инстинкта внутренних, личностных конфликтов матери. В возрасте 4−6 месяцев активно идет развитие отдельных структур субъективного опыта (самосознание, Я-концепция, рабочая модель мира, образ мира, привязанность, общение, мотивация достижений и др.).

Отвергая идею Фрейда об эдиповом комплексе как основополагающем невротическом конфликте, К. Хорни считает что он может проявляться в двух ситуациях, в зависимости от обстановки: (1) сексуальная стимуляция ребенка со стороны матери или отца, (2) тревожность, развившаяся у ребенка, как реакция на фрустрирующую ситуацию в доме. «Когда ребенок, будучи зависимым от своих родителей, чувствует угрозу с их стороны и то, что любое проявление враждебности направленное против них, небезопасно для него, тогда существование этой враждебности обуславливает возникновение тревожности. Стремясь избавиться от последней, ребенок может привязаться к одному из родителей». Результирующая картина может выглядеть при этом в точности как описывал Фрейд.

К. Хорни в качестве базовой структуры выделяет потребность в безопасности и необходимость ее удовлетворения, которое обеспечивается родителями. Базовой безопасности противостоит базовая тревога, как результат неудовлетворения потребности в безопасности. В результате родительского (в первую очередь материнского) поведения формируется индивидуальная структура соотношения базовой тревоги и базовой безопасности, определяющая стратегию развития личности.

Тревожность может сопровождаться страхом. По мнению западных исследователей, тревога у детей первого полугодия жизни индуцируется потерей физической защиты, тепла, громкими звуками. Основным отличие тревоги от страха является то, что тревога ориентирована на будущее, в то время как страх отражает актуальную угрозу.

У детей в возрасте 2−6 месяцев состояние тревоги недостаточно дифференцировано. Наибольший интерес в этом возрасте представляет возникновение тревоги «незнакомого человека».

Приводим выдержку из письма матери: «My daughter … for the most part, won’t let anyone hold her but me! Sometimes she will let my husband hold her, but usually, if I am in the room, she will make it clear that she wants me. She will let her 7-year old sister hold her some, and other kids, but no other adults! She instantly bursts into tears if we try. It’s driving me nuts! Any suggestions? I am home with her full-time. I feel like I can’t leave her with a baby-sitter or get help from anyone else. Thanks».

В описанном случае ребенок не позволяет другим членам семьи держать ее на руках, что вызывает опасения у ее матери. Данное состояние часто отмечается у детей уже в возрасте 5−6 месяцев и является общим для младенцев до 9 месяцев. Это нормальное явление. Для его преодоления играет важную роль демонстрация матерью доверия «незнакомцу», ее присутствие в комнате во время первых контактов, постепенное введение «незнакомца» в круг объектов, позитивно воспринимаемых ребенком.

Известный американский педиатр Т. Бразелтон пишет: «stranger anxiety represents a big burst in intellectual development, because the child … suddenly realizes that there’s a difference between mommy and her sister, or daddy and his brother, or somebody really close. It’s like a revelation, wow, I can tell the difference! Of course it becomes critically important to them, so when daddy’s brother, or daddy’s father or mommy’s mommy comes into the room they look at them, see the difference, and then register it by stranger anxiety.» Сходной позиции придерживаются отечественные специалисты.

На выраженность страха «незнакомца» влияют как социальные факторы (семейные традиции, число членов семьи), так и факторы близости матери и ощущения безопасности: улыбающийся и уходящий незнакомец воспринимается ребенком более спокойно.

Умение различать «своих» и «незнакомцев» связано с формированием привязанности «Attachment-in-the-Making» (6 недель — 6 месяцев) как дифференцированного ответа на заботу близких: контакт с родителями уменьшает проявления дистресса.

Интерес представляет сравнение проявлений тревоги, связанной с присутствием незнакомца у детей первого года жизни разной культурально-этнической принадлежности. Так, среди детей племени зан/твази (северо-западная Ботсвана) реакции на незнакомца включали прижимание к матери, крик, отворачивание, пристальный взгляд на мать, сморщивание лица, гримаса, улыбка, смех и прикосновение (Konner (1972). У детей западных стран реакции на незнакомого человека включали: спокойствие, гримаса неудовольствия, недовольный взгляд, плач. Дети в большей степени негативно реагировали на взрослых незнакомых людей, чем на незнакомых детей (Lewis and Brooks 1974).

Таким образом, проявления тревожности у детей первого полугодия жизни достаточно разнообразны и носят адаптивный характер. Знание закономерностей развития стрессовых реакций у детей этого возраста необходимо как детским психологам, так и врачам-педиатрам.

Литература

1. Авдеева Н. Н. Развитие образа самого себя у младенца. Дисс. канд. психол. наук. М., 1982

2. Авдеева Н. Н., Мещерякова Н. Ю., Ражников В. Г. Психология вашего младенца: у истоков общения и творчества. М., Изд-во АСТ, 1996

3. Баженова О. В. Диагностика психического развития детей первого года жизни. М., Изд-во Моск. Ун-та, 1986

4. Батуев А. С. Физиология плода и детей. М., Просвещение, 1998

5. Бауэр М. Психологическое развитие младенца.: Пер. с англ. — М., 1979

6. Валлон Ф. Психическое развитие ребенка. М., Просвещение, 1967

7. Выготский Л. С. Собрание сочинений в 6-ти томах. т. 4, М., Педагогика, 1984

8. Обухова Л. Ф. Возрастная психология. М., Роспедагенство, 1996

9. Развитие личности ребенка. Под общей ред. А. М. Фонарева. М., Прогресс, 1987

10. Смирнова Е. О. Теория привязанности: концепция и эксперимент. // Вопросы психологии, 1995, № 3, с. 139−151

11. Hughes P, Turton P, Hopper E, McGauley GA, Fonagy P. Disorganised attachment behaviour among infants born subsequent to stillbirth. Child Psychol Psychiatry 2001 Sep; 42(6):791−801

12. McMahon C, Barnett B, Kowalenko N, Tennant C, Don N. Postnatal depression, anxiety and unsettled infant behaviour. Aust N Z J Psychiatry 2001 Oct; 35(5):581−8

Использованные Интернет ресурсы

http: //www. aacap. org/publications/factsfam/anxious. htm

http: //www. kidshealth. org/parent/emotions/feelings/anxiety. html

http: //www. medinfo. ufl. edu/year1/humbehav/handouts313_02/handouts313_02. ppt.

http: //www. uams. edu/m2003/Behave/PPT/Infant%20development. ppt

http: //staff. niacc. cc. ia. us/jplatt/CPlectures/EmotionalDevelopmentCh10. pdf

http: //www. rcpsych. ac. uk

http: //members. aol. com/doder1/strange1. htm.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой