Противоречия в практике рассмотрения споров, вытекающих из договоров уступки требования

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ПРОТИВОРЕЧИЯ В ПРАКТИКЕ РАССМОТРЕНИЯ СПОРОВ, ВЫТЕКАЮЩИХ ИЗ ДОГОВОРОВ УСТУПКИ ТРЕБОВАНИЯ

Обзором судебной практики рассмотрения споров, возникающих в связи с уступкой требования (цессией) и переводом долга (далее — Обзор) закреплены тезисы, вызывающие ряд вопросов при рассмотрении споров, вытекающих из уступки требования. В частности: «при заключении договора перевода долга либо же уступки требования стороны должны соблюдать такое существенное условие, как указание обязательства, из которого вытекает обязанность по погашению образовавшейся задолженности или право требования. Помимо этого, необходимо также определять характер юридической связи между сторонами договора, то есть на каких условиях кредитор уступает право требования или же новый должник принимает долг».

Исходя из содержания пункта 1 статьи 353 Гражданского кодекса Республики Беларусь2 (далее — ГК), условиями уступки требования является наличие следующего: права (требования), принадлежащего кредитору на основании обязательства; сделки или акта законодательства, на основании которого право (требование) передается другому лицу.

Таким образом, содержание уступки требования составляют: 1) первоначальное обязательство; 2) обязательство, по которому право (требование) передается другому лицу.

В некоторых случаях договорные обязательства, подтверждающие задолженность первоначального кредитора перед новым кредитором, также рассматриваются хозяйственным судом как составляющие содержание договора уступки требования, мало того, как его существенное условие, отсутствие которого, соответственно, влечет признание договора уступки требования незаключенным.

Пример 1. Хозяйственный суд, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ОДО «А» к ПКУП «Б» (третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора, — ООО «В» — на стороне истца) о взыскании 29 608 951 рубля, и по встречному иску ПКУП «Б» к ОДО «А» и ООО «В» об установлении факта ничтожности договора уступки права требования № 2/2, пришел к выводу об отказе в удовлетворении как первоначальных исковых требований, так и встречных на основании следующего.

В соответствии с частью 2 пункта 1 статьи 402 ГК существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законодательстве как существенные для договоров данного вида, а также те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Исходя из данной нормы существенными условиями договора уступки требования являются условия о его предмете и форме. Причем, как отмечено в Обзоре, при заключении договора перевода долга либо же уступки требования стороны должны соблюдать такое существенное условие, как указание обязательства, из которого вытекает обязанность по погашению образовавшейся задолженности или право требования. Помимо этого, необходимо также определять характер юридической связи между сторонами договора, то есть на каких условиях кредитор уступает право требования или же новый должник принимает долг.

Подписанный между ОДО «А» и ООО «В» договор уступки права требования № 2/2 (в редакции дополнительного соглашения) не соответствует вышеуказанным условиям.

Так, в договоре отсутствует четкое указание на обязательство, из которого возникло требование, не согласован размер передаваемого денежного требования, не указан характер юридической связи между сторонами (на каких условиях кредитор уступает право требования).

Как было установлено в судебном заседании, на момент заключения оспариваемого договора никаких обязательств между ОДО «А» и ООО «В» не существовало, однако, как следует из пункта 5 договора, новый кредитор обязуется в срок не позднее 31 декабря 2008 г. перечислить на расчетный счет первоначального кредитора сумму, указанную в справке стоимости выполненных работ и затрат за ноябрь 2007 года к договору строительного подряда № 17. 9−1р.

В судебном заседании также было установлено, что при заключении договора стороны предполагали передачу права требования задолженности, вытекающей из не подписанного и оспариваемого ПКУП «Б» (письма от 5 декабря 2007 г. № 327, от 7 декабря 2007 г. № и др.) акта приемки выполненных в ноябре 2007 года работ. Однако данное обстоятельство не нашло своего отражения в заключенном договоре уступки права требования.

На основании вышеизложенного хозяйственный суд пришел к выводу о том, что договор уступки права требования является незаключенным (не содержит существенных условий договора уступки права требования), а не ничтожным, как указывал истец по встречному иску.

Как видно из приведенного примера, суд к существенным условиям договора уступки требования относит также наличие юридической связи между первоначальным и новым кредиторами, отождествляя ее с договорными отношениями, подтверждающими задолженность первоначального кредитора перед новым кредитором.

Обзором под характером юридической связи между сторонами договора подразумеваются условия, на которых кредитор уступает право требования или же новый должник принимает долг. В законодательстве Республики Беларусь не дается иное определение понятию «юридическая связь» или «характер юридической связи».

Соответственно, суды самостоятельно трактуют термин «юридическая связь». Вышеприведенный пример определяет понятие «юридическая связь» как существование задолженности первоначального кредитора перед новым кредитором.

В следующем примере понятие «юридическая связь сторон» расценивается как наличие между ними договорных отношений, послуживших основанием передачи права требования. Приведенное ниже извлечение из судебного постановления является подтверждением существования позиции, согласно которой судом удовлетворяются требования об установлении факта ничтожности договора уступки права требования, если на момент заключения оспариваемого договора никаких обязательств между первоначальным и новым кредитором не существовало, а также, если договором не предусмотрено, что он носит возмездный характер.

Пример 2. Хозяйственный суд города Минска рассмотрел дело по иску СПК «А» к ответчику ТПЧУП «Б» об установлении факта ничтожности договора уступки требования и применении последствий его недействительности.

Оценив представленные материалы, пояснения представителя истца, суд пришел к выводу о законности и обоснованности заявленного требования и удовлетворил иск в полном объеме на основании следующего.

При заключении договоров уступки права требования и перевода долга происходит замена лиц в обязательстве. Основаниями заключения таких договоров являются наличие договорных отношений (юридической связи) между субъектами договорных отношений, а также невозможность со стороны одного из контрагентов исполнить обязательство. В этом случае стороны вправе заменить себя другой стороной. Такое право сторон вытекает из статьи 353 ГК, согласно которой право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании акта законодательства.

Учитывая вышеизложенное, первым признаком заключения договора уступки требования является наличие юридической связи между сторонами, заключающими такой договор.

В силу статьи 393 ГК договор предполагается возмездным, если из законодательства, содержания или существа договора не вытекает иное. При заключении договора уступки требования первоначальный кредитор выбывает из договорных отношений, как к своему должнику, так и исполняет обязательство перед своим кредитором (новым кредитором). На запрет заключения безвозмездных договоров между коммерческими организациями указывает статья 546 ГК, которая запрещает дарение в отношениях между коммерческими организациями.

Таким образом, вторым признаком заключения договора уступки требования является его возмездность.

На момент заключения оспариваемого договора никаких обязательств между СПК «А» и ТПЧУП «Б» не существовало, договором не предусмотрено, что он носит возмездный характер, договор был заключен ошибочно и не соответствует требованиям законодательства, так как противоречит самой природе перемены лиц в обязательстве.

В силу требований статьи 169 ГК названный договор суд признал ничтожным и по заявлению истца применил реституцию, т. е. обязал сторону вернуть все полученное по сделке.

В последнее время широко распространено иное отношение к порядку разрешения споров, вытекающих из договоров уступки требования, где отсутствует указание на наличие между первоначальным и новым кредиторами влекущих передачу права требования обязательств. Доводы о том, что уступка требования возможна только при наличии взаимных обязательств, судом не принимаются, так как обязательное наличие такого условия ни ГК, ни иным законодательством не установлено.

Пример 3. «N» Sp.z.o.o (Республика Польша) заявлен иск об установлении факта ничтожности сделки на основании статьи 169 ГК — договора уступки права требования, заключенного между лесхозами и УП «Б». Основаниями ничтожности сделки истец указал, что договор уступки требования является действительным только при наличии у сторон по договору взаимных обязательств, чего в данном случае не было.

В силу статьи 169 ГК сделка, не соответствующая требованиям законодательства, ничтожна.

Согласно статье 353 ГК право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования). Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласия должника, если иное не предусмотрено законодательством.

Договор уступки права требования между лесхозами и УП «Б» заключен в соответствии с нормами гражданского законодательства Республики Беларусь, и основания для установления факта его ничтожности отсутствуют.

Доводы истца о том, что уступка требования возможна только при наличии взаимных обязательств, судом не принимаются, так как обязательное наличие такого условия ни ГК, ни иным законодательством не установлено.

Исходя из изложенного суд не нашел оснований для удовлетворения исковых требований.

Принимая во внимание наибольшую близость правовых систем Республики Беларусь и Российской Федерации в поисках правильного варианта разрешения дел, по которым установлено отсутствие между первоначальным и новым кредиторами обязательств, возникших до заключения договора уступки требования, можно обратиться к практике арбитражных судов.

Пример 4. Отсутствие между истцом и ответчиком иных правоотношений, не являющихся предметом данного судебного разбирательства, само по себе не является достаточным доказательством направленности цессии на погашение долга цедента перед цессионарием либо соглашения о переводе долга на погашение задолженности нового должника перед первоначальным.

ЗАО обратилось с иском к ОАО об обязании зачесть в счет погашения долга, размер которого установлен вступившим в законную силу решением суда, уступленные истцом ответчику права требования долгов с третьих лиц по двум договорам. Требования мотивированы тем, что уступка прав производилась по устному соглашению сторон с целью погашения долга истца перед ответчиком по исполнительному листу, но ответчик по неизвестным истцу причинам передачу прав в качестве погашения названного долга не засчитал, о чем истцу стало известно от судебного пристава-исполнителя. Суд в удовлетворении иска отказал, поскольку в текстах договоров цессии нет указания на их заключение с целью погашения долга цедента перед цессионарием. Довод истца о том, что иных обязательств между сторонами, во исполнение которых могли бы быть уступлены права, не было, отклонен на том основании, что статья 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), предоставляя участнику гражданского оборота право передать требование из обязательства другому лицу, не связывает существование этого права с наличием у субъекта обязательств перед тем, кому уступается требование.

Таким образом, арбитражные суды Российской Федерации придерживаются практики, когда наличие или отсутствие взаимных обязательств между первоначальным и новым кредиторами, заключенных вне договора уступки требования, не могут приниматься во внимание судом при оспаривании правомерности уступки требования. Так как данное обстоятельство в соответствии с законодательством Республики Беларусь и Российской Федерации не расценивается как обязательное условие рассматриваемого вида договоров.

Указание Обзором на обязательство, из которого вытекает обязанность по погашению образовавшейся задолженности или право требования как на существенное условие договора, так и на необходимость при рассмотрении спора определять характер юридической связи между сторонами договора, вводит в заблуждение хозяйственные суды, вследствие чего формируется различная практика правоприменения.

Кроме того, хозяйственные суды Республики Беларусь имеют различные подходы в оценке составляющих содержание договора уступки требования обязательств. Отсутствие в договоре уступки требования первоначального обязательства может рассматриваться судом как отсутствие существенных условий в договоре уступки требования либо как несоответствие договора требованиям законодательства.

Пример 5. В связи с тем, что стороны не согласовали в договоре предмет сделки уступки требования (конкретное требование, передаваемое новому кредитору), Кассационная коллегия Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь посчитала обоснованным вывод хозяйственного суда Могилевской области о признании сделки незаключенной.

Решением хозяйственного суда Могилевской области от 17 апреля 2008 г. удовлетворены исковые требования ОАО «Б» (далее — истец) к УЧТП «А» (далее — ответчик) о взыскании 55 779 617 рублей основного долга за проданное помещение и 21 262 321 рубля процентов за пользование чужими денежными средствами.

Оспаривая вывод суда, положенный в основу судебного постановления, ответчик в кассационной жалобе ссылался на то, что суд первой инстанции необоснованно не принял в качестве доказательства произведенной оплаты договор уступки права требования № 1/12/2005 на сумму 43 000 000 рублей.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, Кассационная коллегия пришла к выводу, что хозяйственным судом Могилевской области не допущено нарушений норм материального и процессуального права, оснований для отмены судебного постановления нет.

В силу статьи 355 ГК требования, переданные другому лицу, переходят к новому кредитору в таком же объеме, в каком они принадлежали первоначальному. Из смысла указанной нормы закона следует, что в договоре об уступке требования следует указывать, какое требование передается и на каком обязательстве оно основано.

Договор уступки права требования № 1/12/05 содержит только указание на то, что объем прав первоначального кредитора определяется договором между ним и должником № 46.

В указанном договоре не было определено конкретное требование, передаваемое новому кредитору.

В связи с тем, что стороны не согласовали в договоре предмет сделки, суд обоснованно посчитал ее незаключенной.

Пример 6. Поскольку первоначальным кредитором не представлено суду доказательств заключения между ним и ООО первоначального обязательства, суд приходит к выводу о том, что первоначальным кредитором ООО было передано новому кредитору несуществующее право требования, а при таких обстоятельствах договор уступки права требования является ничтожным.

Хозяйственный суд Гомельской области удовлетворил иск ООО «А» к И П Иванову и И П Петрову об установлении факта ничтожности сделки.

Позиция суда основывалась на том, что никаких обязательств ООО «А» перед И П Петровым по договору не имеет, и Петров как директор ООО «А» злоупотребил своими полномочиями и уступил И П Иванову право требования на несуществующие обязательства. Соответственно, договор об уступке права требования не соответствует требованиям пункта 1 статьи 353 ГК и является ничтожным как не соответствующий требованиям законодательства.

Арбитражным судом Республики Мордовия признается9, что наиболее распространенным дефектом договоров уступки прав является неверное определение сторонами предмета договора собственно уступаемого требования. Исследованные судом договоры цессии в 40 процентах признаны незаключенными в связи с неопределенностью уступленного права, когда в договоре указывался лишь размер требования в денежном выражении без указания обязательства, из которого возникло право требовать в таком размере. Либо назывался договор между цедентом и должником, но конкретизация права, необходимая в силу длящегося характера правоотношения либо исполнения обязательства по частям, отсутствовала.

Пример 7. Строительно-промышленная компания (цедент) обратилась с иском к ООО (цессионарий) о взыскании долга по договору цессии. В соответствии с договором цедент передал цессионарию право требования с ОАО долга в размере 200 000 рублей за работы, выполненные компанией по договору подряда, а цессионарий обязался оплатить полученное право путем поставки цеденту товара на соответствующую сумму. Суд отказал в удовлетворении иска о взыскании с ответчика долга за полученное по договору уступки требование. Суд констатировал незаключение этого договора в силу его беспредметности: несмотря на указание сторонами номера и даты договора подряда, из которого возникло обязательство акционерного общества по оплате работ строительной компании, уступленное право не конкретизировано, поскольку общая стоимость работ по договору подряда превышает 200 000 рублей и ссылка на документы, подтверждающие право подрядчика требовать уплаты долга именно в указанном размере, — акты приемки-передачи выполненных работ либо справки установленной формы об их стоимости, отсутствуют.

Таким образом, правомерно утверждать, что указание в договоре уступки требования первоначального обязательства является существенным условием договора, соответственно его отсутствие влечет признание договора незаключенным.

В Обзоре приведен пример, когда хозяйственный суд своим решением установил факт ничтожности договора. По договору ПКП «А» (первоначальный кредитор) уступило право требования ПКФ «В» (новый кредитор) с тем условием, что новый кредитор в течение месяца произведет с первоначальным кредитором расчет денежными средствами в размере уступленного требования. Обоснованием явилось то, что такое условие противоречит правовой природе перемены лиц в обязательстве, так как первоначальный кредитор, уступая требование, выбывает из обязательства как по отношению к должнику, так и по отношению к новому кредитору.

Практика хозяйственных судов10 пошла аналогичным образом. Между тем, законодательством и судебными постановлениями презюмируется возмездность договора уступки требования, соответственно, предполагается предоставление взаимного исполнения первоначальным и новым кредиторами.

Если учесть, что хозяйственные суды расценивают отсутствие задолженности первоначального кредитора перед новым кредитором, в зачет которого последнему предоставляется право требования, как соответствие законодательству Республики Беларусь, то исключение возможности определения договором уступки требования условия о том, что новый кредитор произведет с первоначальным кредитором расчет денежными средствами в размере уступленного требования, лишает договор уступки требования возмездного характера, что не соответствует положениям главы 24 ГК.

В связи с этим в некоторых случаях суды правомерно признают, что действующее законодательство не требует указания в договорах уступки требования того, на каких условиях кредитор уступает право требования или же новый должник принимает долг. Несовпадение размеров платы за уступленное право требования (размера задолженности по сделке между первоначальным и новым кредиторами) и основной задолженности, переданной по договору уступки требования, не может служить доказательством недействительности договора уступки требования.

Пример 8. ЗАО «А» обратилось в хозяйственный суд с иском об установлении факта ничтожности договора уступки требования, заключенного между ЗАО «К» и ПРУП «М», по основаниям, предусмотренным статьей 169 ГК, как сделки, не соответствующей требованиям статей 393, 546 ГК. Кроме того, истцом заявлено, что стороны в данном договоре не достигли согласия по всем существенным условиям, необходимым для заключения договора уступки права требования.

9 августа 2000 г. ЗАО «К» уступил ПРУП «М» свои требования кредитора, вытекающие из исполнения договора лизинга № 3 с ЗАО «А». Согласно пункту 2 договора с момента подписания договора к ПРУП «М» переходит право требовать от ЗАО «А» исполнение его обязательств по договору № 3, а также все права на взыскание убытков, неустойки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 402 ГК договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. ГК не предусмотрено, какие именно условия являются существенными для договора уступки требования. В силу части 2 пункта 1 статьи 402 ГК существенным условием любого соглашения является условие о предмете договора.

Предметом соглашения об уступке требования является обязательство, денежные требования по которому уступаются. Предметом договора уступки требования согласно пункту 2 являются обязательства по договору лизинга.

Таким образом, утверждения истца о несогласованном предмете договора уступки требования и, соответственно, его несогласованности, безосновательны. Кроме того, точный размер передаваемых денежных требований не всегда представляется возможным определить на момент уступки требования.

В силу пункта 3 статьи 393 ГК договор предполагается возмездным, если из законодательства, содержания или существа договора не вытекает иное. Следовательно, договор уступки требования предполагает наличие сделки, на основании которой первоначальной кредитор передает право требования новому кредитору.

Поэтому довод истца о том, что возмездность уступки требования между кредиторами является ее необходимым признаком, соответствует законодательству. В то же время указание истца на отсутствие в самом договоре указания на обязательство, на основании которого передается право требования, что свидетельствует о безвозмездном характере сделки, безосновательны, так как не основаны на законе. А исходя из смысла пункта 3 статьи 393 ГК именно на безвозмездный характер должно быть указано в законодательстве либо договоре, так как возмездность предполагается. Установление и исследование характера юридической связи между первоначальным и новым кредитором необходимо и возможно при рассмотрении споров, вытекающих из договора уступки требования.

При этом несовпадение размеров платы за уступленное право требования (размера задолженности по сделке между первоначальным и новым кредиторами) и основной задолженности, переданной по договору уступки требования, не может служить доказательством недействительности договора уступки требования.

При таких обстоятельствах доводы истца о несоответствии договора уступки требования, заключенного между ПРУП «М» и ЗАО «К», законодательству безосновательны, так как не соответствуют фактическим обстоятельствам и не основаны на законодательстве. Следовательно, в удовлетворении иска об установлении факта ничтожности договора уступки требования истцу надлежит отказать.

Практика арбитражных судов носит аналогичный характер.

Пример 9. Акционерное общество (цессионарий) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО о взыскании суммы основного долга по договору. Исковые требования были основаны на соглашении об уступке права (требования), на основании которого первоначальный кредитор передал истцу право (требование) на уплату ответчиком задолженности по договору поставки.

В возражениях на иск должник указал, что соглашение об уступке права (требования) ничтожно в силу статьи 170 ГК РФ, поскольку прикрывает сделку дарения права.

Решением суда иск удовлетворен по следующим основаниям.

Несмотря на то, что в соответствии со спорным соглашением размер встречного предоставления за переданное право (требование) менее объема последнего, суд пришел к выводу, что в данном случае это обстоятельство не свидетельствует о ничтожности сделки в силу ее притворности.

Как определено пунктом 2 статьи 1 ГК РФ, граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе, они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству, его условий.

С учетом данной нормы судом было указано, что при выяснении эквивалентности размеров переданного права (требования) и встречного предоставления, необходимо исходить из конкретных обстоятельств дела. В частности, должны учитываться: степень платежеспособности должника, степень спорности передаваемого права (требования), характер ответственности цедента перед цессионарием за переданное право (требование) (ответственность лишь за действительность права (требования) или за его исполнимость должником), а также иные обстоятельства, влияющие на действительную стоимость права (требования), являющегося предметом уступки.

Исследовав данные обстоятельства, суд пришел к выводу о действительности соглашения об уступке права (требования).

Проанализировав приведенные примеры судебной практики, можно сделать следующие выводы:

— первоначальное обязательство является существенным условием договора уступки требования;

— обязательство между первоначальным и новым кредиторами, из которого вытекает право требования, а также юридическая связь между сторонами договора уступки требования, не являются существенными условиями договора;

— критерии возмездности договора уступки требования не установлены законодательством.

судебный уступка долг цессия

Список литературы

Обзор судебной практики рассмотрения споров, возникающих в связи с уступкой требования (цессией) и переводом долга, утвержденный Постановлением Президиума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 21 апреля 2001 года № 7/Документ опубликован не был.

Гражданский кодекс Республики Беларусь: принят Палатой представителей 28 октября 1998 г.: одобр. Советом Респ. 19 ноября 1998 г.: в ред. Закона Респ. Беларусь от 8 июля 2008 г. № 366-З//Ведомости Нац. Собр. Респ. Беларусь. — 1999. — № 7−9. — ст. 101: Нац. реестр правовых актов Респ. Беларусь. — 2008. — № 170. — 2/1463.

Грушецкий, Ю. К. Об уступке права требования по договору строительного подряда (пример из судебной практики)/Ю.К. Грушецкий/ КонсультантПлюс: Беларусь. Технология ПРОФ [Электронный ресурс]/ ООО «ЮрСпектр». — Минск, 2009.

Решение хозяйственного суда города Минска от 28 июня 2004 года.

Решение Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 27 февраля 2004 года.

Обзор практики разрешения Арбитражным судом Республики Мордовия споров, связанных с переменой лиц в обязательствах, одобренный Президиумом Арбитражного суда Республики Мордовия 15 апреля 2008 года/Сайт Арбитражного суда Республики Мордовия [Электронный ресурс]. Режим доступа: http: //asrm. arbitr. ru/pract/obobschenija_sudebnoj_praktiki/2757. html. Дата доступа: 28. 11. 2009.

Постановление Кассационной коллегии ВХС РБ от 1 июля 2008 года.

Решение хозяйственного суда Гомельской области от 27 июля 2007 года.

Обзор практики разрешения Арбитражным судом Республики Мордовия споров, связанных с переменой лиц в обязательствах, одобренный Президиумом Арбитражного суда Республики Мордовия 15 апреля 2008 года/Сайт Арбитражного суда Республики Мордовия [Электронный ресурс]. Режим доступа: http: //asrm. arbitr. ru/pract/obobschenija_sudebnoj_praktiki/2757. html. Дата доступа: 28. 11. 2009.

Решение хозяйственного суда города Минска от 3 апреля 2003 года;

Решение хозяйственного суда города Минска от 11 мая 2004 года.

Решение ВХС от 15 марта 2006 года.

Пункт 10 Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 октября 2007 года № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений Главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации"/КонсультантПлюс: Беларусь. Технология ПРОФ [Электронный ресурс]/ ООО «ЮрСпектр». — Минск, 2009.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой